ОГЛАВЛЕНИЕ

Согласование внутригосударственного права с международным (теоретические аспекты)
№ 2
01.03.1993
Абдулаев М.И.
Эффективное осуществление и развитие права достигается только тогда, когда налицо внутренняя согласованность его составных элементов, в том числе и прежде всего самих норм права. Противоречивость и несогласованность правовых норм ведет к нарушению системности правового регулирования и тем самым снижает его эффективность как в масштабе страны, так и в международном правопорядке. Во внутригосударственном праве необходимо, чтобы все нормы права соответствовали Конституции. И эта система норм права должна быть стройной, внутренне согласованной и непротиворечивой. Без такой согласованной системы невозможно успешное осуществление функций права, обеспечение регулирующего воздействия его норм на общественные отношения.
Данное положение, будучи общим для всех правовых систем, касается также и международно-правовой системы, часть норм которой осуществляется во внутригосударственной сфере. В настоящее время успешное правовое регулирование внутригосударственных отношений становится во все большей мере зависимым от согласованности норм национального права с международным правом. Необходимость подобного согласования диктуется следующими факторами.
Во-первых, это осознание приоритетности общечеловеческих ценностей, уважение права человека и основных свобод, необходимости поддержания международного мира, безопасности и справедливости, стабильности и демократии. Упомянутые обстоятельства требуют того, чтобы, в частности, этническая, культурная, языковая и религиозная самобытность национальных меньшинств была защищена и чтобы создавались условия для поощрения этой самобытности. Вопросы, касающиеся национальных меньшинств, могут удовлетворительно решаться только в демократических политических режимах. При этом права личности являются главной точкой отсчета при определении прав любой социальной общности. Каждый человек, принадлежащий к любой социальной, классовой, этнической общности, должен пользоваться доступом к эффективным средствам правовой защиты, национальным или международным, против любого нарушения его естественных прав и свобод.
Во-вторых, согласование внутригосударственного и международного права диктуется экономическими факторами, в частности, все более усиливающейся интернационализацией производства и обмена, техники и науки. Особое значение имеют интеграционные процессы для стран, связанных с рыночной экономикой или двигающихся в этом направлении, а также стремящихся установить демократические политические институты. Демократические институты и экономическая свобода стимулируют экономический, научно-технический и социальный прогресс, невозможный без теснейшего общения народов и стран, что требует унификации и правового регулирования. Уважение и развитие прав и основных свобод человека, с одной стороны, и научно-технический прогресс, повышение уровня благосостояния народов, с другой, взаимообусловлены. Сотрудничество в области науки и техники играет существенную роль в экономическом развитии. На этой основе возникает необходимость более глубокой интеграции государств в международные, экономические и финансовые системы, культурных обменов. Современная рыночная экономика требует от каждой страны согласования своего национального права с международным. Сотрудничество в области экономики, науки и техники требует и согласованности правовых систем. Субъекты права, участвующие в этих процессах, нуждаются в расширении своих правомочий в рамках, выходящих уже за пределы национального права и государства, т. е. в рамках международно-правового общения.
В-третьих, это настоятельная необходимость решения глобальных проблем охраны окружающей среды и важность совместных усилий в этой области. Защита и улучшение окружающей среды в целях восстановления и поддержания устойчивого экологического равновесия — обязанность и всего мирового сообщества, и каждого, государства, отдельной личности и организации. И с этой точки зрения необходимо обеспечить эффективное осуществление согласованной, единой правовой политики в. области окружающей среды, ее подкрепление соответствующими законодательными мерами и административными структурами. Национальное законодательство в области окружающей среды должно исходить из принципов сохранения природной среды и, в свою очередь, соответствовать тем требованиям, которые предусматривают Программа Организации Объединенных Наций по окружающей среде (ЮНЕП), Европейская, экономическая комиссия Организации Объединенных Наций (ЕЭК ООН) и Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР).
В-четвертых, важным фактором усиления согласования правовых систем являются требования культурного порядка. Приверженность к свободе творчества, а также защита и развитие культурного и духовного наследия каждого народа в отдельности и всех народов, вместе взятых, во всем богатстве и разнообразии требуют активного сотрудничества и политики правовой охраны культурного богатства. Взаимное ознакомление народов с достижениями в сфере музыки, театра, литературы и искусства способствует повышению общей культуры человека. Сотрудничество в области культуры способствует более глубокому взаимопониманию в области национальной политики. Правовая охрана и развитие культурного и духовного наследия, общения народов — задача не только отдельного государства, но и всего мирового сообщества, ибо все ценное в каждой национальной культуре составляет достояние всего человечества. В праве каждой страны должны найти выражение и защиту общечеловеческие культурно-нравственные ценности.
Наконец, еще один фактор, требующий упрочения мирового правопорядка, согласования национальных правовых систем с принципами международного права — необходимость сохранения мира, прекращения гонки вооружения и холодной войны, фактор выживания и сохранения человеческой цивилизации.
По своей правовой природе согласование внутригосударственного (национального) права с международным представляет собой упорядочение национально-правовых систем, исходя из сущности права вообще и общепризнанных общечеловеческих ценностей. Согласование внутригосударственной правовой системы с международной распространяется не только на нормы права национальной правовой системы, но и на правовые отношения и правосознание.
Согласование внутригосударственного права с международным — не только право, но и обязанность государства. Это прямо вытекает из признания примата международного права и из ряда его принципов. Юридическая обязанность государственной власти согласовывать свое национальное законодательство с международным правом закреплена в многочисленных как двусторонних, так и многосторонних международно-правовых актах.
Согласно Уставу ООН государства приняли на себя обязательство «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права» (преамбула). Ст. 27 Венской конвенции о праве международных договоров гласит: участник соглашения не может ссылаться на положение своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора. Само наличие норм национального законодательства, нарушающих международные обязательства, представляет серьезную угрозу мировому правопорядку. Так называемые коллизии норм международного и внутригосударственного права часто возникают не из-за недобросовестного исполнения международных договоров, а из-за «технической» несогласованности предписаний внутригосударственных законов и норм международного права. Рассогласованность, международных и национальных правовых норм объясняется и тем, что государства— субъекты международных отношений часто находятся на разных этапах социально-экономического, политического и культурного развития.
Действуют здесь и обстоятельства политического характера, и факторы, обусловленные спецификой исторического развития стран и регионов. Поэтому согласованность, непротиворечивость внутригосударственной и международной правовых систем следует считать тенденцией современной стадии цивилизации, которая постоянно нарушается и должна своевременно восстанавливаться. Коллизии норм международного и внутригосударственного права есть всегда, они преодолеваются и возникают вновь, чтобы быть преодоленными.
Существует определенный порядок разрешения коллизий, предусмотренный современным международным правом. Кроме того, в каждой стране на конституционном уровне, а в отдельных случаях и в отраслях права, должны содержаться правила, согласно которым «при расхождении норм национального права с международным действуют нормы международного права». И касается прежде всего это прав и основных свобод человека и общественной безопасности.
Даже конституционно закрепленное правило действия норм международного права при расхождении с ними внутригосударственного законодательства в большинстве случаев само по себе не решает проблему, так как введение «посторонней» нормы в сложившуюся в стране систему права влечет за собой нередко рассогласование норм той или иной отрасли национального законодательства. Чтобы этого не случилось, нужно тщательное обновление целых групп юридических норм, а то и совершенствование отраслей права.
Согласование национального права с международным влияет на демократическую направленность всего нормативного массива внутригосударственного законодательства. В проектах новой Конституции России содержатся положения о правах и основных свободах человека, соответствующие мировым стандартам.
Согласование внутригосударственного права с международным происходит как на нормотворческой стадии, так и на стадии реализации права.
Проблема согласования национального права с международным должна основываться на принципиальном признании примата международного права, но из этого не следует, что нормы любого межгосударственного договора могут определять внутригосударственное право. Особенно это касается двусторонних договоров, которые, как показывает история, сами нередко нарушают принципы международного права. Поэтому, в частности, правы те, кто пишет, что «международный договор не может действовать на территории государства, ибо это сфера исключительной компетенции национального права».1 Г. И. Тункин пишет: «В случае несоответствия между нормами внутригосударственного права и нормами международного права (коллизии между ними) государства должны выполнять свои международные обязательства, причем ссылки на внутреннее законодательство не могут освободить государство or выполнения этих обязательств».2 Соглашаясь с этим положением Г. И. Тункина, Р. А. Мюллерсон отмечает, что данное положение еще не может служить примером признания примата международного права над национальным.3 Не вдаваясь в детали проблемы, отметим, что надо, конечно, проводить различие между общепризнанными принципами и нормами международного права и отдельными, особенно двусторонними, соглашениями государств. Вопросы об исполнении межгосударственных соглашений и вопросы примата международного права над внутригосударственным действительно не тождественны.
Иностранные государства по-разному решают вопросы согласования национального законодательства с нормами международного права. Так, в Бельгии, Голландии, Франции, США, Швейцарии национальное законодательство объявляет международные договоры частью права страны. В соответствии с конституциями этих стран международные договоры могут действовать внутри страны, в сфере действия национального права. Например, Конституция США предусматривает, что «настоящая Конституция и законы Соединенных Штатов, изданные в ее исполнение, равно как и все договоры, которые заключены или будут заключены Соединенными Штатами, являются высшими законами страны, и судьи каждого штата обязаны к их исполнению, хотя бы в Конституции и законах отдельных штатов встречались противоречащие постановления».4
Само провозглашение международных договоров верховным правом страны — отнюдь не гарантия от нарушения международных договоров. Необходим юридический механизм исполнения международных договоров в национальном законодательстве. При этом суды должны выносить решения на основе международного права в случае несогласованности норм национального права с международным. Особенно важно это для прав человека и общесоциальной безопасности.
Одним из условий применения международных договоров внутри страны является их опубликование в официальных изданиях данного государства. В конституциях некоторых стран прямо говорится о необходимости опубликования международного договора в официальном издании данного государства для того, чтобы положения договора могли применяться внутри страны (например, ст. 55 Конституции Франции). Официальное опубликование является необходимым условием действия внутри страны норм соглашения, но это не должно относиться к принципам международного права и в первую очередь к актам ООН.
В ряде стран конституции провозглашают, что общепризнанные нормы международного права выше права страны. Так, ст. 25 Основного Закона ФРГ предусматривает, что «общие нормы международного права являются составной частью права Федерации. Они имеют преимущество перед законами л непосредственно порождают права и обязанности для жителей федеральной территории».5 Статья 10 Конституции Италии определяет: «Правовой порядок Италии согласуется с общепризнанными нормами международного права».6 Пункт 1 ст. 28 Конституции Греции гласит, что «общепризнанные нормы международного права, а также международные договоры с момента их санкционирования при помощи закона и вступления в силу, согласно положениям самого договора, являются частью национального права Греции и имеют преимущество перед законами, противоречащими им».7
Соответствующие изменения внесли в свое законодательство также Ирландия (ст. 29 Конституции), Дания (Закон о присоединении Дании к Европейским сообществам) и Норвегия (ст. 29 Конституции).
Когда речь идет о согласовании внутригосударственного права с международным, то необходимо иметь в виду, что это согласование может быть дифференцировано и по видам источников права. Во внутригосударственном праве предметом согласования с международным правом могут быть конституции, законы, административные и судебные акты.8
Следовательно, речь идет о согласовании на уровне как нормотворческой, так и нормоприменительной деятельности.
В международном праве утвердился и получил четкое закрепление принцип добросовестного выполнения обязательств, вытекающих из общепризнанных принципов и норм современного международного права и из соответствующих международному праву договоров. Формулировки этого принципа содержатся в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций9 и в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе.10
В государстве, принявшем на себя обязательство добросовестно соблюдать международные договоры, все национальные правовые акты должны быть согласованы с международно-правовыми предписаниями. Это требование вытекает также и из примата международного права перед национальным. При этом законодатель должен стремиться, чтобы предписания национальных правовых актов не противоречили международному праву.
Согласование внутригосударственных правовых актов (норм) осуществляется со всеми источниками международного права. В первую очередь это согласование национального законодательства с основными принципами международного права. Такие принципы — нормы высшие и императивные. Их называют нормами, имеющими характер jus cogens. Они содержатся в Уставе Организации Объединенных Наций, в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 г. Подобные принципы формулируют коренные начала правовой системы вообще. Согласование с ними национальных правовых актов является обязанностью государства.
Во-вторых, это согласование национальных правовых актов с нормами международного права. На стадии нормотворчества внутригосударственные правовые акты согласуются как с нормативными предписаниями системы международного права в целом, так и с конкретной нормой или группой норм. Национально-правовые акты согласовываются с международными договорами, с международными обычаями, а также с актами международных организаций. В свою очередь, внутригосударственные акты (источники права) должны согласовываться с решениями Международного Суда и его судебной практикой. Это касается прежде всего прав человека и общественной безопасности. Наша судебная практика уже пыталась воспринимать идею согласования внутригосударственного права с международным, о чем свидетельствует деятельность бывшего Комитета конституционного надзора (ККН) СССР по защите прав и свобод человека.
В юридической литературе существует мнение, что опубликование государством международного договора придает этому акту силу национального закона. «На наш взгляд, — пишет И. П. Блищенко, — международно-правовая норма не утрачивает этой своей природы и, действуя на территории государства, не становится нормой внутригосударственного права. Опубликование договора есть его санкционирование законодательным органом государства, акт опубликования, как и предшествующие ему ратификация и одобрение законодательным органом, придает международному договору силу национального закона».11
Следует считать, что акт опубликования может придать международному договору юридическую силу, если это оговорено в самом договоре или во внутригосударственном законе. Так, в Конституции Франции (ст. 55) прямо говорится о необходимости опубликования международного договора в официальном издании данного государства для того, чтобы положения договора могли применяться внутри страны.
В соответствии с Итоговым документом Венской встречи (1989 год) государства-участники должны «эффективно обеспечивать право лиц знать свои права и обязанности... и поступать в соответствии с ними, с этой целью публиковать и делать доступными все законы, административные правила и процедуры, относящиеся к правам человека и основным свободам».12 Документ Копенгагенского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ (1990 год) гласит, что «законы, принятые по завершении соответствующей гласной процедуры, и административные положения публикуются, что является условием их применения. Эти тексты будут доступны для всех». Указанные положения подтверждены Парижской хартией для новой Европы (1990 год).
Эти положения международно-правовых актов показывают, что в национальном законодательстве правила, касающиеся прав и обязанностей граждан, также должны быть опубликованы для того, чтобы граждане были знакомы со своими правами и обязанностями. В том случае, если к этим актам доступ ограничен (а в настоящее время имеется множество таких актов с грифами «секретно», «не подлежит опубликованию», «не для печати», «для служебного пользования» и т. п., в том числе: указы и постановления Президиума Верховного Совета по вопросам гражданства, подсудности уголовных дел, амнистии, административной ответственности, трудовых отношений и социального обеспечения, выселения граждан из жилых помещений), то их следует отменить.
В юридической литературе высказываются разные мнения по поводу обеспечения государством выполнения норм международного права в национальном праве.13
Государство, принявшее на себя обязательство соблюдать и добросовестно выполнять международно-правовые акты, должно согласовывать свое национальное законодательство с международным правом. Все субъекты внутригосударственного права должны содействовать эффективному использованию государством своих прав и добросовестному выполнению им международных обязанностей. Все последующие действия этих субъектов должны согласовываться с положениями международного права. Законодатель принимает меры с тем, чтобы согласовывать нормы внутригосударственного права с международным правом. Такими методами (способами) согласования, которые сложились в практике разных государств, являются: 1) отсылка; 2) рецепция; 3) унификация; 4) преобразование; 5) создание специального правового режима; 6) отмена внутригосударственных актов, противоречащих международным обязательствам.
1. Отсылка. Законодатель при согласовании своего внутригосударственного права с международным может просто отослать к норме международного права. Регулируя внутригосударственные отношения, он не воспроизводит норму международного права, а отсылает к ней заинтересованных лиц. При отсылке модель поведения одна. Она формулируется в международной правовой системе. А в национальной системе права лишь указывается источник, где с этой моделью можно «ознакомиться». Такой практики придерживаются во многих странах, в том числе и у нас.14
«Отсылочные нормы, — отмечает А. С. Гавердовский— служат в качестве общих норм-гарантий исполнения международных договоров, поскольку не содержат прямых указании на конкретные правила договоров, применяемые в том или ином случае». Далее он пишет, что «нормы, отсылающие к правилам международных договоров, выступают в качестве правовой гарантии обеспечения любых договоров, независимо от того, на каком уровне они закреплены, поскольку Закон о порядке заключения, исполнения и денонсации международных договоров СССР содержит единое понятие международных договоров СССР».15
В правоприменительной практике органы управления, суды и граждане государства на основе этих норм национального права самостоятельно определяют необходимые для регулирования конкретных отношений правила международных договоров. В большинстве случаев эти нормы применяются при регулировании отношений, где одной из сторон выступает гражданин данного государства или юридическое лицо, а другой — иностранное физическое или юридическое лицо.16
2. Рецепция. Если при отсылке законодатель ссылается на источник международного права, то при рецепции он заимствует модель поведения из международного права и придает ей юридическую силу для субъектов внутригосударственного права. При рецепции одна и та же модель поведения оказывается содержащейся и в международном, и во внутригосударственном праве. Рецепция особенно эффективна тогда, когда регулируются отношения по поводу прав и свобод человека и общественной безопасности.
3. Унификация. Тут речь идет о такой унификации, при которой разрабатываются единые с международными нормы внутригосударственного права, при этом разработке подвергаются подчас целые институты права. Тем самым целые регионы, союзы, сообщества государств унифицируют между собой свои правовые системы.
4. Преобразование. Метод «преобразования» используется в тех случаях, когда в законодательство необходимо внести в соответствии с международным правом лишь незначительные изменения, дополнения и уточнения. Норма внутригосударственного права остается и лишь уточняется.
5. Создание специального правового режима. Государство в рамках национального законодательства создает специальный правовой режим с целью согласования внутригосударственного законодательства с международно-правовыми предписаниями. Примером такого согласования может служить соотношение национально-правовых систем государств, входящих в Европейское Экономическое Сообщество, и самим «правом Сообщества». В этих странах создается правовой режим наибольшего благоприятствования для «внутреннего права Сообщества». Такой же правовой режим может создаваться и для реализации некоторых международно-правовых предписаний исключительного характера. Так, современное международное право предусматривает, что консульские должностные лица не подлежат аресту или предварительному заключению, если нет на то соответствующего постановления компетентных органов, принятого в связи с совершением этими лицами тяжкого преступления. В соответствии с этой нормой ст. 25 Положения о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР от 23 мая 1966г. закрепила следующее правило: «Консульские должностные лица, включая главу консульского представительства, пользуются личной неприкосновенностью и не могут быть подвергнуты задержанию или аресту, иначе как в случае преследования за совершение тяжкого преступления или исполнения вступившего в законную силу приговора суда».
Создание специального правового режима возможно и целесообразно в настоящее время в государствах СНГ по некоторым правовым вопросам (гражданства, семейно-брачных отношений, финансов и др.).
6. Отмена внутригосударственных актов, противоречащих международным обязательствам. Законодательная практика некоторых государств предусматривает, что если нормы национального законодательства противоречат международно-правовым актам, то первые отменяются.
Независимо от того, какому из рассмотренных выше методов законодательство каждой страны отдает предпочтение, необходимость согласования национального права с международным при их противоречии друг другу остается актуальной проблемой.
В юридической практике очень часто встречаются ситуации, когда возникает необходимость согласования внутригосударственного права с международным на стадии реализации права. «Исполнение международного договора, — отмечает В. Г. Буткевич, — не должно ограничиваться изданием нормы национального законодательства, а должно длиться столько, сколько это предусмотрено в договоре или требуют условия его осуществления».17 Обычно такое согласование необходимо тогда, когда возникает коллизия между нормами этих правовых систем и появляются трудности при их согласовании. Решение данной проблемы разные авторы видят по-разному. Так, И. П. Блищенко полагает, что международно-правовая норма не утрачивает своей природы и при регламентации внутригосударственных отношений. Когда возникает коллизия между предписаниями международного договора и внутригосударственного закона, то ее надо решать «как коллизию двух внутригосударственных норм, причем обычно действует принцип lex posteriori derogat priori.18 To, что международный договор может регламентировать внутригосударственные отношения, очевидно. А вот как применять принцип «позднее изданный закон отменяет ранее изданный» и каким образом коллизию норм международного и внутригосударственного права можно разрешить «как коллизию двух внутригосударственных норм», неясно. Если внутригосударственные правила отличаются от правил международного права, а государство приняло обязательство добросовестно соблюдать международные договоры, то необходимо применять последние. Таким образом, есть необходимость издания государственно-правового акта об исполнении нормы международного права. В данном случае государственные органы и частные лица наделяются правом непосредственного применения норм международного права. Эти субъекты внутригосударственного права не согласовывают предписания норм национального права с международным, а реализуют только нормы последнего. Касается это прежде всего прав и свобод человека и общественной безопасности.
Для того чтобы субъекты внутригосударственного права могли реализовать положения международного права, ряд ученых предлагают «трансформировать» или «имплементировать» нормы международного нрава в национальное, ибо только нормы внутригосударственного права являются обязательными для этих субъектов.19 Но на практике встречаются случаи, когда в коллизию вступают норма международного права, «превращенная» во внутригосударственную, и норма, вновь принятая в национальном праве. Возникают трудности для реализации этих норм субъектами права. Обычно в национальном праве при коллизии действует принцип lex posteriori derogat priori («позднее изданный закон отменяет ранее изданный»). В данном случае тоже получится, что позднее изданный закон отменит ранее изданный (ту норму, которая была принята во исполнение международного обязательства). Бывает так, что законодатель каким-то образом не предусмотрел возможность подобных расхождений. Одним из практических способов предупреждения коллизий в правоприменительной практике государств является закрепление конституционного принципа приоритета международного права в отдельных случаях и в определенных отраслях права, а также создание на основе международного права унифицированных материальных норм внутреннего права.
Возникают и другие трудности. Например, вправе ли внутригосударственные органы, судебная власть толковать «превращенный» закон? Вправе ли национальный суд толковать международный договор? Если вправе, то из предписаний какой правовой системы (международной или внутригосударственной) он должен исходить. Так, в некоторых странах (Австрия, США и др.), исходя из теории разделения властей, за судьями признается право толковать международные договоры.20 Представляется оправданным придерживаться такого подхода, ибо судебная власть наравне с законодательной властью вправе толковать как национальные законы, так и международные договоры, исходя из идеи господства права как в международных, так и во внутригосударственных отношениях.
В нашей юридической науке сложилось два подхода к проблеме толкования международного договора. Одни авторы (И. П. Блищенко, Т. П. Гревцова, В. Ф. Мешера и др.) фактически допускают возможность толкования судом страны международных договоров. Другие (В. М. Шуршалов, В. Г. Буткевич и др.), наоборот, считают, что национальные суды в своей деятельности должны руководствоваться только законами страны. Так, В. М. Шуршалов отмечал, что «в Советском Союзе международные договоры занимают особое положение по сравнению с нормами закона. Отсюда советские суды в своей деятельности руководствуются только законами Советского государства и, как правило, не прибегают к толкованию международных договоров. Международно-правовая практика СССР указывает на то, что основными государственными органами, которые в необходимых случаях осуществляют толкование международных договоров, являются Правительство СССР, Министерство иностранных дел, Министерство внешней торговли (когда речь идет о толковании экономических договоров) ».21
На наш взгляд, национальные суды имеют право не только толковать международный договор, но и объявлять не подлежащими применению и отмене нормы внутригосударственного права, противоречащие международному праву. Такого иод-хода начал было придерживаться и бывший Комитет конституционного надзора СССР в своей практике по делам о правах, свободах и обязанностях граждан.22
Таким образом, конституционный принцип примата международного права снимет противоречия и несогласованности внутригосударственного права с международно-правовой системой. Из этого положения вытекает, что субъекты национального права должны соблюдать, толковать и руководствоваться принципами и нормами международного права. И прекрасный пример этого — деятельность бывшего Комитета конституционного надзора СССР по защите прав и свобод граждан, фактически исполнявшего обязанности Конституционного Суда.
Согласовывать международное и внутригосударственное право на стадии реализации права помимо законодателя могут судебные и арбитражные органы. Примеры этого уже приводились. В практике на стадии реализации физическими и юридическими лицами своих прав и обязанностей могут возникнуть проблемы согласования норм внутригосударственного права с международным. Например, такие случаи возникают, когда указанные лица поступают по-иному или к ним применяют нормы, не совпадающие с теми, которые государства обязывались соблюдать в международном договоре.
Трудно согласиться с теми авторами, которые отмечают, что государство «не может обязать физическое лицо исполнить норму международного права. Властное указание по этому поводу может создать только внутригосударственную норму, которую будет исполнять физическое лицо».23 Физические и юридические лица являются субъектами международного права. Таким образом, предписания международного права распространяются не только на государство, но и на его подданных. Раз государство взяло на себя обязанность соблюдать предписания международного права, то и субъекты национального права должны последовать этому. Эффективное функционирование правопорядка как в масштабе страны, так и в международном плане зависит от того, насколько добросовестно субъекты реализуют предписания как внутригосударственного, так и международного права.
Реализация норм права (международного и внутригосударственного) неразрывно связана с их толкованием. Толкование осуществляют как законодатель, так и судебные и арбитражные органы, когда есть тенденция неправильной реализации согласованных норм субъектами права. В таком случае законодатель издает акт, разъясняющий положения согласованного акта или норм акта. Судебные или арбитражные органы также могут дать толкование норм права по отношению к конкретным фактам, разъясняя права и обязанности сторон.
В каждом государстве должен быть создан достаточно четкий механизм согласования национального права с международно-правовой системой. Это обеспечит в конечном итоге наиболее полное соблюдение и охрану прав и свобод человека, а также общесоциальную безопасность.
К тем государствам, которые не согласуют или согласуют не в полной мере свои национальные законодательства с международным правом, могут быть применены международно-правовые санкции. Примером являются те экономические санкции, которые были приняты Организацией Объединенных Наций в отношении Ливии за нарушение международных обязательств, а также в свое время в отношении Советского Союза за нарушение прав и свобод человека.
В международном праве имеется достаточное количество предписаний, определяющих наступление ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение требования о согласовании норм национального права с международно-правовыми. Еще в статьях, принятых третьей комиссией на Гаагской конференции по кодификации международного права 1930 г. отмечалось, что ответственность имеет место, если ущерб вытекает «как из того факта, что государство приняло законодательные постановления, несовместимые с его международными обязательствами, так и из того факта, что государство не приняло законодательных постановлений, необходимых для исполнения этих обязательств».24 В современном интегрированном мире с его глобальными проблемами еще больше возрастает ответственность государства.
Однако на практике внутригосударственное право согласуется с международно-правовой системой не всегда. Было бы целесообразно создать национальный институт контроля за согласованием внутригосударственного права с международным. Такие функции могли бы исполнять как органы управления, так и судебная власть. Это будет способствовать также и тому, что, в свою очередь, человек сможет полнее реализовать свои права и свободы.
Несмотря на то, что участником международного договора является государство в целом, а не его отдельные органы, от действий последних во многом зависит точное выполнение его обязательства по международным договорам. «Поэтому, — отмечает А. Н. Талалаев, — очень важно обеспечить правильную координацию деятельности различных государственных органов не только по заключению международных договоров, но и особенно по их исполнению. Отсутствие должной координации, согласованности действий государственных органов в процессе исполнения международных договоров может вести к несвоевременному или ненадлежащему выполнению обязательств по международным договорам».25
Из сказанного можно сделать следующие выводы: 1) нормы международного права могут и должны применяться в регулировании внутригосударственных отношений; 2) при коллизии норм внутригосударственного и международного права должны применяться нормы международного права; 3) государство обязано согласовывать свои национально-правовые акты с нормами международного права при противоречии первых последним. Как говорится в Венской конвенции о праве международных договоров, государство — участник международного договора «не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве основания для невыполнения им договора». Следовательно, система норм внутригосударственного права не должна рассматриваться в качестве фактора, который оправдывает поведение государства, противоречащее международным обязательствам.
* Кандидат юридических наук.
1 Усенко Е. Т. Формы регулирования социалистического международного разделения труда. М., 1965. С. 158.
2Тункин Г. И. Основы современного международного права. М., 1956. С. 11.
3 Мюллерсон Р. А. Соотношение международного и национального права. М., 1982. С. 81.
4 Конституции буржуазных стран. М., 1968. С. 183.
5 Там же. С. 107.
6 Там же. С. 64.
7 Amerjcan journal of International Law. 1976. Vol. 70. № 3. P. 494.
8 Б у т к е в и ч В. Г. Соотношение внутригосударственного и международного права. Киев, 1981. С. 218.
9 Международная жизнь. 1970. № 12. С. 144.
10 Международная защита прав и свобод человека: Сборник документов.
М., 1990. С. 58—59.
11 Блищенко И. П. Действие международного договора на территорий СССР//Правоведение. 1968. №6. С. 105.
12 Международная защита прав и свобод человека: Сборник документов. М., 1990. С. 81.
13 Гавердовский А. С. Имплементация норм международного права. Киев, 1980. С. 228; Блищенко И. П., Солнцева М. М. Мировая политика и международное право. М., 1991. С. 95; Лукашук И. И. Соотношение внутригосударственного и международного права в свете новой Конституции СССР // Вестник Киевского ун-та. Международные отношения и международное право. 1979. Вып. 8. С. 5.
14Игнатенко Г. В. Взаимодействие внутригосударственного и международного права. Свердловск, 1981. С, 44—52.
15 Гавердовский А. С. Указ. соч. С. 225.
16 Т у н к и н Г. И., Мюллерсон Р. А. Закон о международных договорах // Советское государство и право. 1979. № 2. С. 29; Усенко Е. Т. Теоретические проблемы соотношения международного и внутригосударственного права // Советский ежегодник международного права. 1977. М., 1979. С. 78.
17 Буткевич В. Г. Советское право и международный договор. Киев, 1977. С. 55.
18 Блищенко И. П. Действие международного договора на территории СССР. С. 106.
19 Миронов Н. В.: 1) Советское законодательство и международное право. М., 1968. С. 34; 2) Правовые формы социалистической интеграции. М., 1977. С. 16; Левин Д. Б. Актуальные проблемы теории международного права. М., 1974. С. 247— 250; Усенко Е. Т.: 1) Формы регулирования социалистического международного разделения труда. М., 1965. С. 160, 162—163; 2) Теоретические проблемы соотношения международного и внутригосударственного права//Советский ежегодник Международного права. 1977. М., 1979. С. 69; Мюллер сон Р. А. Соотношение международного и национального права. М., 1982. С. 74.
20 Буткевич В. Г. Соотношение внутригосударственного и международного права. С. 250.
21 Шуршалов В. М. Основные вопросы теории международного договора. М., 19S9. С. 451.
22 См.: Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 27. Ст. 524; № 39. Ст. 773, 775; № 47. Ст. 1004; № 50. Ст. 1080.
23 Буткевич В. Г. Соотношение внутригосударственного и международного права. С. 256.
24 Левин Д.Б. Ответственность государств в современном международном праве. М., 1966. С. 69.
25 Талалаев А. Н. Закон о международных договорах СССР на службе мира. М., 1979. С. 48—49.



ОГЛАВЛЕНИЕ