ОГЛАВЛЕНИЕ

Становление и развитие правовой системы Мексики
№ 2
02.03.1992
Тимофеева Н.Г.
Развитие в нашей стране сравнительно-правовых исследований в чисто практическом смысле (для совершенствования законодательства и т. д.) предлагает наряду с решением методологических проблем правовой компаративистики изучение отдельных правовых систем по разным странам и континентам.
Явно недостаточно в советской юридической литературе исследованы правовые системы в латиноамериканских республиках, хотя большинство из них сформировались уже более 150 лет назад и прошли большой путь развития. До настоящего времени советская юридическая латиноамериканистика ограничивалась исследованием главным образом конституционных и государственно-правовых основ этих систем, причем преимущественно в общеконтиентальном масштабе (работы Н. Н. Разумовича, А. Г. Орлова, С. В. Рябова, А. А. Тихонова, М. Ф. Федорова и др.) Изучение же латиноамериканских правовых систем в целом осуществлялось пока лишь в самых общих чертах.1
Представляет особый интерес и заслуживает специального изучения правовая система Мексики. Становление правовой системы в этой стране отражает типичные черты истории латиноамериканского права в XIX и XX вв. и непосредственно связано с падением бывших испанских и португальских колониальных империи в Америке.
Своеобразие генетической связи как мексиканского, так и латиноамериканского права в целом с основными семьями правовых систем, с одной стороны, и самобытность его институтов и традиций — с другой, породили в юридической литературе Мексики дискуссии об исторических корнях современного латиноамериканского права. Длительное время в мексиканской литературе доминировала школа «испанистов», представители которой связывали правовые системы в Латинской Америке с «великой исторической миссией» испанских конкистадоров и католической церкви. Согласно интерпретации историков и юристов данного направления, испанские и португальские колонизаторы «подарили» аборигенам «цивилизованное право».
В последние десятилетия в связи с признанием значительного вклада индейских народов в латиноамериканскую культуру, экономическую, политическую и правовую жизнь многие юристы пересматривают историю права на континенте и подчеркивают большое значение соционормативных систем доколумбовской эпохи для формирования национального права. Так, историк права Л. Мендиета и Нуньес указывают на переплетение уходящих в глубокую историю доколониальных корней мексиканского права с многочисленными привнесенными позднее источниками, которые в совокупности проявились в «нашей социальной эволюции».2 Поэтому он не сводит историю права в Мексике лишь к заимствованиям из испанского законодательства, а связывает ее с более отдаленным доколумбовым прошлым континента, указывая при этом, что историю отечественного, т. е. мексиканского, права нельзя рассматривать как начинающуюся лишь с первой королевской седулы, изданной для управления Индиями. Рассматривая право как «более широкий социальный механизм», он обосновано вызывает необходимость специального изучения отношений, сложившихся между аборигенами еще до Конкисты, поскольку они повлияли на последующее культурное развитие страны.3 С этим вопросом связана проблема места латиноамериканского права в общей системе правовых семей, которая в мировой компаративистике также является дискуссионной.
Многие западные юристы безоговорочно относят право Мексики, как и других стран Латинской Америки, к романо-германской группе континентальной системы права. Такова, и частности, позиция видных западных компаративистов Дж. Вигмора, Армижона, Нольде и Вольфа.4 В противоположность им латиноамериканские исследователи Бевилаке и Э. М. Пас5 выделяют право стран Латинской Америки в самостоятельную группу, занимающую особое место в классификации правовых систем мира.
Крупнейший авторитет в области сравнительного правоведения Р. Давид в своем капитальном труде «Основные правовые системы современности» высказывает мнение о том, что латиноамериканское право хотя и принадлежит по своей структуре и общим чертам к романо-германской правовой семье, заслуживает того, чтобы быть выделенным в рамках этой семьи в отдельную группу, поскольку оно обладает некоторыми особыми чертами, не характерными для других стран романо-германской семьи.6 Эта позиция является компромиссной и наиболее приемлемой. В самом деле, при изучении истории мексиканской правовой системы можно видеть в первую очередь ее близость к континентальной правовой модели, что предопределяется огромным влиянием испанской правовой культуры, построенной па традициях римского права и римского юридического мышления. Именно римская правовая основа с вытекающей из нее общностью правовой терминологии и понятийного аппарата права, едиными представлениями о структуре права и т. п. сделала возможным широкое заимствование в Мексике, как и в других странах Латинской Америки, многих элементов «континентальной» правовой системы, испытавшей сильное влияние римского права. Романские традиции в Мексике закрепились также тем, что се первые кодексы и многие законы, принятые в XIX в., испытали на себе заметное влияние французского и испанского права.7
В то же время испанское право применялось в колониях с частичным сохранением индейского «аборигенного» нормативно-правового материала. Столкнувшись вплотную со сложившимися соционормативными (доправовыми и правовыми) структурами индейских народов, с устойчивостью общинного землепользования, колонизаторы были вынуждены их признать, санкционировать их существование, использовать в своих интересах. В специальном королевском акте от 6 августа 1555 года предписывалось соблюдать «законы и добрые обычаи, которые с древних времен индейцы использовали для своего хорошего управления», но при непременном условии, что «они не противоречат священной религии и законам».8
По мнению мексиканских авторов, постепенно юридические нормы, действовавшие в колониальной Мексике — испанское и новоиспанское законодательство («индийское право») применительно к Новой Испании (Мексике), право индейцев, — составили единый правовой корпус.9 С другой стороны, очевидны и отличия мексиканского права от романо-германской системы, причем их можно видеть прежде всего в сфере публичного права. Если после завоевания независимости моделью для частного права Мексики послужило право Европы, то образцом для публичного права явилась конституция США. И это обстоятельство имеет историческое объяснение: конституция США в течение длительного времени была единственной действующей писаной республиканской конституцией. Восприятие американского конституционного образца дает основание говорить о «дуализме» латиноамериканского права, о соединении в нем европейской и американской моделей.10
Современная правовая система Мексики восприняла структуру источников права, унаследованную еще из колониального права, но впитала при этом идеи школы «естественного права» и французские доктрины источников права.
Важнейшим источником права в Мексике является закон, который с момента провозглашения независимости становится основной формой права и инструментом создания новой национальной правовой системы. Именно с законом и новым законодательством передовая часть патриотически настроенных правящих кругов Мексики связывали пересмотр старой правовой системы (т. е. колониального права) и создание нового правового порядка. По мере развития самостоятельного государства и в процессе формирования новой нации закон, который трактовался прежде всего с рационалистических позиций, тем не менее все в большей степени приобретал ореол национального символа и стал основным средством внесения в формирующуюся правовую систему национального колорита.
Закон с самого начала независимой правовой истории Мексики, как и других латиноамериканских государств, выступал в качестве акта верховной власти, наделенной полномочиями устанавливать нормы, имеющие высшую правовую силу. Законодательные источники права в Мексиканской правовой системе имеют разные формы и представляют собой следующую иерархическую структуру: конституция Мексиканских Соединенных Штатов, кодексы и текущее законодательство. Соответствующая иерархия законодательных источников сложилась и в штатах.
Конституция Мексики занимает центральное место среди источников права и служит базой текущему законодательству. В правовой доктрине постоянно подчеркивается исключительное положение конституции в правовой системе страны. Так, бывший президент Мексики Мигель де Ла Мадрид Утрадо в капитальном труде «Элементы конституционного права» особо указывает на такое качество конституции, как ее верховенство, и отмечает ее большую роль в формировании правопорядка. Он пишет, что «конституция в своем формальном истолковании — это, строго говоря, документ, содержащий основополагающие политические решения и производные от этих решений и их закрепляющие нормы, которые в своей совокупности представляют специальную правовую категорию и качество, являясь сверхзаконами, так как им присущи свойства верховенства по отношению к остальным компонентам правового порядка».12 Важнейшее место, которое занимает конституция в системе источников права, обеспечивается соответствующим правовым механизмом, предполагающим, в частности, установление особого порядка принятия конституции, более сложную по сравнению с остальными законами процедуру ее изменения (ст. 135), обязательность соответствия конституции всех иных правовых актов государства, установление своеобразной системы контроля за конституционностью законов. Эта система относится к числу наиболее характерных особенностей мексиканского конституционного права. Она сложилась еще в прошлом веке в виде такой специфической процедурной формы контроля за конституционностью законов, как «хуисио ампаро», впоследствии воспринятой правовой доктриной и государственной практикой других стран континента.
К числу этих идей, воспринятых мексиканской правовой системой под влиянием северо-американского конституционализма, относится идея разделения властей, системы сдержек и противовесов с сильной президентской властью, федерализм и т. д. Все эти идеи, ранее опробированные в конституционной истории США, были восприняты первыми конституциями Мексики, а затем развиты Конституцией 1917 г.
Особое значение для правовой системы Мексики имеет тот факт, что ее конституционное развитие, в отличие от большинства латиноамериканских государств, характеризуется относительной стабильностью. Действующая конституция Мексики — одна из старейших на континенте. Однако фактическое функционирование конституционной системы в Мексике таково, что в конституционном праве происходят постоянные изменения. Начиная с первой реформы в июле 1921 г. и по 1984 г. в Конституцию 1917 г. было внесено 369 поправок, которые затронули 55% ее статей.13
Другой характерной чертой правовой системы Мексики является осуществление кодификационных работ, создание по основным отраслям публичного и частного права единых кодексов. Как правильно отмечает В. А. Черняев, «кодификация законодательства заложила основу для формирования национальных правовых систем в Латинской Америке. Она представляет собой длительный и сложный процесс, начавшийся с момента провозглашения независимости и продолжающийся по настоящее время».14
Идея о необходимости кодификационных работ в XIX в., охватывающая весь континент, получила сильный импульс под влиянием французских просветителей и юристов, а также положений буржуазного либерализма. В мексиканской кодификации проявилось стремление идеологов молодой буржуазии, наиболее дальновидной части патриотических кругов к созданию четкой, логически обоснованной правовой системы. По мере осуществления всеобъемлющей кодификации законодательства происходило преодоление колониального права и создание национальной системы права.15
В Мексике, где исторически конфликты между молодой буржуазией и феодально-клерикальными кругами проявлялись в наиболее резкой форме, кодификация стала юридическим отражением бурных политических и революционных событий 50-х годов XIX в. По свидетельству мексиканских юристов, в Мексике после революции 1954— 1957 гг. возникла основа для внесения «классической либеральной модели», ибо обновленная республика требовала замены колониального права на право, отражающее социальную жизнь в «цивилизованной форме».16
Традиции, которые сложились еще в колониальном праве на латиноамериканском континенте, получили в XIX в. новую жизнь под влиянием кодификации Наполеона, о которой юристы того времени писали, что это «окончательная система права, обладающая неоспоримостью и ясностью геометрической системы».17
Мексиканское частное право также формировалось под сильным влиянием французского гражданского (1804 г.) и торгового (1807 г.) кодексов. Отмечая значительное воздействие французского законодательства на составителей гражданских кодексов в большинстве стран Латинской Америки, бразильский юрист Карнейро писал: «Некоторые нации дали нам больше эмигрантов, другие предоставили нам больше капиталов, но от Франции мы получили самое важное — структуру и дух наших институтов».18 Это высказывание часто воспроизводят и мексиканские юристы. К восприятию именно европейской модели кодификации Мексика была в определенной мере подготовлена характером колониального нрава, перенесенного на континент завоевателями и близкого по своему историческому развитию к французскому праву.
Первый гражданский кодекс Мексики был принят в 1870 г. и во многом воспроизводил одновременно ГК и ГПК Франции. Результатом реформы Гражданского кодекса стал новый ГК 1884 г., объем которого значительно сократился по сравнению с кодексом 1870 г. за счет вывода из него большого раздела, регулирующего гражданский процесс. Характеризуя первые гражданские кодексы, принятые во второй половине XIX в., мексиканские юристы подчеркивают, что «они явились результатом отражения экономических и политических потребностей далеких эпох и были выработаны в тот период, когда в сфере экономики господствовала мелкая собственность, а в праве властвовали принципы чрезмерного индивидуализма. В наше время положения этих кодексов становятся абсолютно неприемлемыми при решении вопросов, связанных с регулированием гражданского оборота, находящегося под все усиливающимся влиянием принципов солидарности и все возрастающих темпов промышленного развития».19
В первые десятилетия XX в. в правовой системе Мексики, в частности в гражданском праве, произошли дальнейшие изменения. В 1932 г., принимается новый Гражданский кодекс, который занимает особое место среди латиноамериканских гражданских кодексов. В отличие от других латиноамериканских республик, для которых принятие нового гражданского кодекса — явление довольно редкое, ГК Мексики 1932 г., как мы уже видели, "был третьим по счету. По своему содержанию и структуре он значительно отличается от классических гражданских кодексов латиноамериканских стран, принятых во второй половине XIX в.
В нем нашли свое закрепление многие прогрессивные принципы, выдвинутые в ходе Мексиканской Революции 1910—1917 гг. В частности, ГК Мексики явился одним из первых латиноамериканских кодексов, в котором большое внимание уделено регулированию земельных отношений, что стало непосредственным отражением закона об аграрной реформе, принятого 6 января 1915 г. и подтвержденного Конституцией 1917 г. Кодекс был призван преодолеть грубый индивидуализм и «социализировать собственность»,20 и именно в этом он значительно расходился с предшествующим кодексом 1884 г. ГК 1932 г., развивавший идею общественной функции собственности, создал, по мнению мексиканских юристов, условия для того, чтобы частная собственность «служила опорой закону, в то время как собственник, осуществляющий свое право, делал это в общественных интересах».21
Следующей характерной чертой, свойственной мексиканскому ГК, является то, что в силу федерального государственного устройства сфера его действия ограничена лишь федеральным округом и двумя федеральными территориями. Таким образом, при решении вопросов, представляющих общенациональный интерес, за основу берется ГК 1932 г. Во всех других случаях вопросы решаются на основании гражданских кодексов штатов. Гражданские же кодексы штатов отличаются Друг от друга в зависимости от степени влияния на них гражданских кодексов 1870 г. либо 1884 г., либо 1932 г.
В Латинской Америке еще до завоевания независимости была воспринята идея деления частного права на гражданское и торговое. Эта идея получила дальнейшее развитие и закрепление под влиянием французского законодательства в период кодификации права, когда наряду с гражданским был принят торговый кодекс 1884 г.
И настоящее время большинство мексиканских юристов считает, что дуализм частного права не имеет практического смысла, и ведет поиски наиболее приемлемых форм унификации основных гражданско-правовых и торгово-правовых институтов.
Кодексы и другое законодательство, принимаемое Центральным Правительством Мексики и регулирующее отношения собственности, являются той базой, на которую опирается законодательство штатов. В том, что касается норм частного права, по утверждениям мексиканских юристов, между федеральным законодательством и законодательством штатов нет существенной разницы, за исключением отдельных положений наследственного права, допустимых размеров семейной собственности и порядка перехода к государству имущества, оставленного собственником.22
Наряду с кодификацией гражданского и торгового законодательства в Мексике была осуществлена кодификация и других отраслей права. По существу, именно по мере осуществления всеобъемлющей кодификации законодательства в Мексике происходило преодоление колониального права и создание национальной системы права.
Хотя право Мексики в своей основе является кодифицированным, роль и значение текущего законодательства не только не уменьшается, но, наоборот, неуклонно возрастает.
Для законодательного процесса Мексики, особенно в последние десятилетия, характерна большая степень мобильности, которая связана с тем, что в обстановке острых кризисных явлений, усиливающихся в связи с интегрированностью страны в систему мировой экономики, руководящие силы страны рассматривают законодательную деятельность государства как важный стабилизирующий фактор.
Одним из важнейших законов, принятых в последние десятилетия и имеющих первостепенное значение для регулирования политических отношений и модернизации мексиканской модели политической системы, является федеральный Закон о политических организациях и избирательном процессе от 27 декабря 1977 г. Этот закон представляет собой сердцевину «Политической реформы», осуществленной правительством президента X. Лопеса Портильо и сопровождавшейся пересмотром 17 статей Конституции. Принятие этого Закона — результат длительной борьбы демократических сил, которые добились ликвидации существовавших ранее открыто дискриминационных избирательных барьеров, препятствовавших регистрации и участию в выборах левых оппозиционных партий, а также свидетельство политического реализма самих правящих кругов Мексики.
Другим важным законом, принятым в последние десятилетия, является Органический закон о Федеральной публичной администрации от 22 декабря 1976 г. Он был призван модернизировать и упорядочить аппарат федеральной исполнительной власти, приспособив его к решению новых, более сложных задач, возникающих в сфере экономики и политики. Этот Закон представляет собой административно-правовой акт, устанавливающий общую схему федерального государственного аппарата. Особенно детально регламентируется организация и компетенция министерств — основных отраслевых органов Федеральной публичной администрации.
В 80-е годы в Мексике был принят ряд законов, отражающих процесс возрастания роли государства в хозяйственной жизни. Это — общий закон о государственных имуществах от 23 декабря 1981 г. и Декрет о национализации частных банков от 1 сентября 1982 г., а также другие законодательные акты, направленные на усиление и развитие сильного государственного сектора в экономике.
В соответствии со ст. 27 Конституции в Мексике был принят ряд законов, направленных на осуществление аграрной реформы. Аграрное законодательство предусмотрело два основных типа землевладения: частное и общинное. Федеральный закон об аграрной реформе от 16 апреля 1971 г. направлен на укрепление общинного, так называемого эхидального, сектора землевладения. Однако преобладающие в общинах мелкие, парцеллярные крестьянские хозяйства, занимающие нередко засушливые и малопроизводительные земли, как правило, не выдерживают конкуренции с крупным капиталистическим предпринимательством.
Законодательство 70—80-х годов было призвано смягчить усиливающуюся социальную напряженность, ограничить позиции иностранного капитала в национальных интересах. Оно свидетельствовало об усилении роли государственной власти в решении ключевых проблем экономического развития и в осуществлении социальных реформ.
В XX в. мексиканская правовая система претерпела большие изменения. Наиболее ярко это выразилось в принятии нового реформистского законодательства, позаимствованного в ряде случаев из правового арсенала промышленно развитых стран; в разработке модернизированных национальных кодексов, соответствующих духу нового времени. В настоящее время с приходом к власти нового президента Мексики Салиноса де Горталья в стране происходят значительные перемены в экономической и политической жизни, а это неминуемо приведет к обновлению законодательства И всей правовой системы.
Аспирантка Российского Университета Дружбы народов.
1 См.: Государственно - правовые проблемы стран Латинской Америки / Под ред. О. А. Жидкова. М., 1988; Черняев В. А. Развитие законодательных источников права в странах Латинской Америки; Дис. канд. юрид. наук. М., 1973.
2 Mendieta у Nunes L. El derecho precolonial. Mexico, 1961. P. 18—19.
3 Ibid. P. 26.
4 Wigmore I. II. A panorama of the Worlds Legal System. Saint Paul. P. 19; Armijon P., Nold В., Wolf M. Traite de droit compare. T. 1, Paris, 1950.
5 Bevilaque C. Leccoes de direito comparado, 1897; Paz E. M. Introduccion al estudio del derecho comparado. 1934.
6 Давид Рене. Основные правовые системы современности. М., 1982. С. 82.
7 Мексиканские Соединенные Штаты (Конституция и законодательные акты) / Отв. ред. О. М. Жидков. М., 1986.
8 Recopilacion de las leyes de los Reynos dc las Indias. T. 1. Madrid, 1943. P. 218.
9 Intrоduссion al derecho mexicano. Mexico 1981. P. 75.
10 Саидов А. Х. Введение в основные правовые системы современности. Ташкент, 1988. С. 96.
11 См.: Fausto E. Rodrigues Garcia. Los principios generales del Derecho у el Derecho comparado. En el lib. Comunicaciones mexicanos al VI Congreso internacional de derecho comparado. Mexico, 1958.
12 De le Madrid Hurtado. Elementos de derecho constitutional. Mexico, 1982. P. 250.
13 См.: Мексиканские Соединенные Штаты.
14 Черняев В. А. Указ. соч. С. 19.
15 См.: Государственно-правовые проблемы стран Латинской Америки. C. 27.
16 Intrоduссiоn al derecho mexicano. P. 78—82.
17 Цит. по кн.: Дюги Л. Общие преобразования гражданского права со времени кодекса Наполеона, М. 1919. С. 11.
18Cahiers de legislation et de bibliographic iuridique de l'Amerique Latine. N. 17—18. Paris, 1954. P. 11.
19 Francisco Ferrara «Un siglo de vida de derecho civil // «La Justicia». Mexico, 1971. Marzo. N. 31. P. 211.
20 Panоrama del derecho mexicano. Mexico, 1965. P 14.
21 Ibid. P. 68.
22 Elementos del derecho civil mexicano. T. 1. Mexico, 1942. P. 69.



ОГЛАВЛЕНИЕ