ОГЛАВЛЕНИЕ

Судебный федерализм США
№ 1
05.01.1998
Саликов М.С.
Среди всех терминов и эпитетов, применяемых при описании природы американского союза в целом или при характеристике той или иной его стороны («дуалистический федерализм», «кооперативный федерализм», «созидательный федерализм» и т. п.), категория «судебный федерализм» занимает особое место. Дело в том, что США принадлежат к англосаксонской правовой системе, где огромную, если не решающую роль, играют судебные прецеденты, регулирующие различные сферы общественных отношений.
Федеративные отношения также не являются исключением и испытывают на себе воздействие не только конституционных норм, норм статутного права, но и решений судов, главным образом Верховного Суда США.
Регулирование отношений между союзом и штатами, установление «лимитов действия»1 внутри федеративной системы вообще и юрисдикции федеральных судов и судов штатов в частности образуют так называемый судебный федерализм.
Судебный федерализм — явление не самостоятельное, оно опосредует собственно американский федерализм,2 является его своеобразной судебно-правовой формой. Поэтому наиболее полное представление о нем можно получить, лишь проследив развитие федеративных отношений в США3 с точки зрения их регулирования посредством судебных решений.
Раскрывая первый этап развития судебного федерализма, следует отметить, что федеральная судебная власть в лице Верховного Суда США занимала менее активную позицию, нежели законодательная или исполнительная власти. Александр Гамильтон писал в № 78 «Федералиста», что «судебная власть является... самой слабой из трех ветвей власти».4 Однако положение резко изменилось с приходом в Верховный Суд в 1801 г. Джона Маршалла в качестве главного судьи. Эра Маршалла, активного сторонника сильного национального правительства, длилась до 1835 г. В течение этого срока было принято более 30 решений по вопросам конституционного права. Наиболее важными из них, затрагивающими в том числе и сферу федеративных отношений, являются дела Marbury v. Madison (1803 г.), McCulloh v. Maryland (l819 г.) и Gibbons v. Ogden (l 824 г.).
Знаменитое дело Marbury v. Madison' положило начало институту судебного контроля, в соответствии с которым Верховный Суд наделялся правом объявлять недействующим любой акт Конгресса в случае его противоречия Конституции. Для развития федеративных отношений в США данное дело также имеет первостепенное значение. В соответствии с решениями по указанному делу, а также по делу Fletcher v. Ресk6 федеральные суды вправе инвалидировать (признать недействующими) акты Конгресса и акты легислатур штатов. Таким образом, был найден механизм реализации заложенного в Конституции США принципа верховенства федерального законодательства, свойственного, кстати, любой федерации.
Другим значительным делом в ходе первого этапа судебного федерализма является дело McCulloh v. Maryland.7 Согласно решению Верховного Суда по данному делу федеральная власть обладает так называемыми подразумеваемыми полномочиями. К этому решению Суд пришел через интерпретацию конституционной клаузулы «необходимых и уместных» законов. В соответствии с ней Конгресс вправе принимать любые законы, которые он сочтет необходимыми и уместными для реализации своих полномочий, прямо закрепленных в Конституции. Именно в решении по данному делу Джон Маршалл вывел блестящую формулу, и по сей день цитируемую во всех учебниках по американскому конституционному праву: «В случае если намерение законно, если оно находится в рамках конституции, то все средства, которые уместны, которые очевидно применимы к этому намерению, которые не запрещены, но соответствуют букве и духу конституции, являются конституционными».8 Вследствие принятого решения федеральный центр значительно расширил объем своей компетенции в ущерб полномочиям штатов.
Наконец, следует назвать дело Gibbons v. Ogden9 — одно из известнейших дел рассматриваемого периода, решение по которому значительно расширило полномочия Конгресса в области торговли. Как известно. Конституция США уполномочивает Конгресс регулировать междуштатную торговлю. Согласно же принятому решению данное полномочие распространяется также на всякий аспект междуштатной торговли, в том числе и внутри штата. Например, клаузула о торговле применима даже к речной компании, функционирующей только в границах штата, если на борту находятся пассажиры или товары, которые следуют транзитом в другой штат.
Таким образом, первый этап судебного федерализма характеризуется четко выраженной тенденцией к усилению влияния федерального центра, расширению его полномочий. Практически все дела, касающиеся федеративных отношений, разрешались в пользу национального, т. е. федерального, правительства. Немалая заслуга в этом главного судьи Джона Маршалла.
С приходом в Суд в 1835 г. главного судьи Роджера Тани положение изменилось. Дело в том, что Р. Тани был последовательным сторонником суверенных прав штатов. Не случайно данный период судебного федерализма, который длился более 100 лет, называют периодом дуалистического федерализма. Суть последнего состояла в том, что два уровня управления (союз и штаты) являются суверенными, действующими раздельно и независимо друг от друга внутри своих сфер полномочий. По этой концепции практически все попытки федерального правительства регулировать вопросы, находящиеся в компетенции штатов, пресекались и квалифицировались как вторжение в права последних. В частности, Суд под руководством Р. Тани по-новому интерпретировал конституционную клаузулу о междуштатной торговле (дело Cooley v. The Board of Wardens of the Port of Philadephia).10 Новелла состояла в том, что штаты вправе регулировать отдельные детали междуштатной торговли, имеющие локальный характер. Объектами такого регулирования могли быть вопросы якорных сборов, найма и оплаты труда лоцманов, строительства доков, пристаней, пирсов и т. п. Именно в данный период принимается печально известное решение Суда по делу Dred Scott v. Sandford,11 по которому Конгрессу было отказано в праве запрещать гражданам иметь рабов. Кроме того, в соответствии с этим решением предоставление негру гражданства штата не означало, что он становится также и гражданином Соединенных Штатов.
Названные положения были изменены лишь после гражданской войны с ратификацией 13-й (1865 г.) и 14-й (1868 г.) поправок, отменивших соответственно рабство и неравноправие в вопросах гражданства. Ответ на вопрос, имеет ли штат право сецессии (одностороннего выхода из союза), был дан в решении Верховного Суда в 1869 г. по делу Texas v. White.12 Союз, по мнению Суда, является де-юре и де-факто полным, вечным и нерасторжимым. Бывший в то время главным судьей Салмон П. Чейз подчеркивал, что «Конституция во всех своих положениях предусматривает нерушимый Союз, состоящий из неуничтожимых Штатов».13
В 1918г. Верховный Суд в деле Hummer v. Dagenhart14 признал неконституционным акт Конгресса, запрещающий перевозку в междуштатной торговле продукции мельниц, шахт, фабрик, мастерских, применяющих детский труд. А в 1936 г. Верховный Суд в деле Carter v. Carter Coal Company15 постановил, что отношения работодателя и работника являются локальными отношениями, над которыми и Конгресс, т. е. федеральный центр, не может осуществлять контроль.
Кроме названных было принято немало других решений, значительно расширивших права штатов, особенно в экономической сфере. Однако необходимо отметить, что не все судебные решения, имевшие место в ходе рассматриваемого этапа развития судебного федерализма, были направлены против центрального регулирования. Так, в 1920 г. Верховный Суд в деле Missouri v. Holland16 признал конституционными положения Договора между Канадой и США, ограничивавшего охоту на птиц, в той сфере регулирования, которая традиционно принадлежала штатам.
Окончание эры дуалистического федерализма было ознаменовано «новым курсом» президента Ф.Д. Рузвельта. После лишения поддержки Верховного Суда, объявлявшего неконституционными акты Президента в рамках программы «нового курса», он вынужден был предложить в 1937 г. план реформирования Суда. Согласно этому плану Президент был вправе предложить новые кандидатуры на должности судей, достигших 70-летнего возраста. В случае одобрения этого билля шесть судей из девяти должны были уйти в отставку. Названный план имел широкий политический резонанс и неоднозначные отклики. Несмотря на то, что предложение Президента не было одобрено Конгрессом, в 1937 г. Суд меняет позицию и большинством (пять против четырех) начинает поддерживать акты Президента, т.е. находит их конституционными. Вскоре двое из четырех судей, оппозиционно настроенных к доктрине «нового курса» Ф.Д. Рузвельта, уходят в отставку.
Судебная активность, основные направления ее приложения в данный период были обусловлены расширением влияния центрального правительства, начавшего с усилий по преодолению последствий Великой депрессии 30-х годов, и особенно с принятием программ в рамках курса «великое общество» 60-х годов. Общая тенденция централизации власти в Федерации нашла отражение и в судебных решениях того времени. Так, в 1937 г. Верховный Суд признает конституционным Закон о социальном обеспечении. Это решение имело важное значение для развития федеративных отношений, поскольку отвергало аргумент о нарушении прав штатов при выделении им федеральных субвенций на определенных условиях.17 Суд принимает также решения о том, что Конгресс вправе регулировать индустриально-трудовые отношения,18 устанавливать минимальные размеры оплаты труда,19 регулировать объем производства и цены в сельском хозяйстве.20 Усиление роли центра происходило также за счет пересмотра Верховным Судом целого ряда решений, принятых им в эпоху дуалистического федерализма. К примеру, в 1941 г. Суд пересмотрел свое решение по делу Hammer v. Dagenhart.
В 1953 г. Президент США Дуайт Эйзенхауэр назначил главным судьей Верховного Суда Эрла Уоррена. Под руководством последнего Суд произвел то, что называют революцией21 в области уголовного судопроизводства, защиты прав негров и политического процесса. К примеру, в 1954 г. в деле Brown v. Board of Education22 принимается знаменитое решение о неконституционности расовой сегрегации в государственных школах; в 1964г. подтверждается конституционность федерального закона о гражданских правах 1964 г. в части запрета расовой сегрегации в общественных местах;23 в 1966 г. признается конституционным требование федерального закона об избирательных правах 1965 г., согласно которому любое изменение избирательных законов штатами или местными властями подлежит предварительному одобрению со стороны Генерального Атторнея США или окружного суда для округа Колумбия24 и т. д.
Решения Верховного Суда по названным и другим подобным делам сыграли ключевую роль в принятии федерального законодательства в области гражданских прав. Разумеется, это законодательство, с одной стороны, значительно расширило права граждан, однако, с другой — ограничило автономию штатов, поскольку данный блок общественных отношений вошел в сферу ведения федерального центра.
В начале 70-х годов, с назначением главным судьей Верховного Суда Уоррена Бургера, получает распространение так называемый новый судебный федерализм. Суть его состоит в изменении подхода судов штатов при рассмотрении дел, связанных с правами и свободами граждан. Судьи стали больше опираться на штатовские Конституции и Декларации прав для защиты тех прав и свобод, которые не закреплены в федеральной Конституции. Судья Верховного Суда США Уильям Дж. Бреннан, считавшийся интеллектуальным отцом-основателем нового судебного федерализма,25 писал в 1989 г.: «...повторное открытие верховными судами штатов более широкой защиты, обеспечиваемой их гражданам конституциями штатов... является, возможно, наиболее важным результатом развития конституционной юриспруденции нашего времени».26
В 1976 г. Верховный Суд США принял очень известное решение в духе дуалистического федерализма. Речь идет о деле National League of Cities v. Usery,27 в котором Суд минимальным большинством (пять судей против четырех) признал юридически недействительными поправки к Закону о справедливых трудовых стандартах, устанавливавшие положения о минимальных размерах оплаты труда и о компенсациях за сверхурочную работу правительственным служащим штатов и местных администраций. Суд посчитал, что данные положения нарушают десятую поправку Конституции США28 и представляют собой угрозу «раздельному и независимому» существованию этих правительств. В судебном заключении, представленном судьей Ренквистом, говорилось, что право штатов и местных администраций устанавливать заработную плату своим служащим является традиционной функцией и атрибутом суверенитета штатов, которые не могут быть федерализованы посредством действий национального правительства. После дела National League of Cities Судом было принято еще несколько решений,29 которые позволили властям штатов надеяться на то, что они действительно являются суверенными при решении определенных вопросов, зарезервированных за ними десятой поправкой.
Однако всего через девять лет, в 1985 г. Верховный Суд в деле Garcia v. San Antonio Metropolitan Transit Authority30 пересмотрел свое решение по делу National League of Cities v. Usery, чем вызвал шок в субъектах Федерации и органах местной власти. Судья Блэкман,31 выразивший мнение Суда по данному делу, подчеркнул, что ни исторический, ни функциональный подходы не могут обеспечить четкую и принципиальную основу для Суда при определении объема полномочий штатов, не входящих в предметы ведения федерального центра. Далее судья заметил, что сама политическая система, устанавливаемая Конституцией, является главной гарантией штатов и местных сообществ против законодательства, ослабляющего их потенциал как суверенов. По мнению Суда сами штаты играют значительную роль в создании федерального законодательства и, хотя теперь их легислатуры не назначают сенаторов, штаты тем не менее играют значительную роль при обсуждении и принятии законов в Конгрессе, а также могут оказывать определенное воздействие на деятельность исполнительной власти.32 И если граждан штата не устраивает деятельность федеральных законодателей, чьи действия они находят негативными для своего правительства, то они попросту не окажут доверия этим должностным лицам и не изберут их на следующий срок.
Таким образом, Верховный Суд дал очень широкую трактовку полномочий Конгресса в области регулирования торговли и предложил штатам, недовольным данным решением, воздействовать всеми имеющимися у них конституционными средствами на Конгресс с тем, чтобы последний не принимал подобного законодательства. Конгресс довольно быстро отреагировал на решение Суда по делу Garsia и уже в ноябре 1985 г. принял поправки к Закону о справедливых трудовых стандартах. Расходы правительств штатов и местных администраций, связанные с реализацией установленных стандартов, уже в 1986 г. составили 1,1 млрд. долларов.
Из последних решений Верховного Суда, затрагивающих сферу федеративных отношений и, следовательно, формирующих нормативную базу судебного федерализма США, можно назвать три следующих дела. В 1992 г. Суд в решении по делу New York v. United States33 показал, что существуют определенные пределы и для федеральной власти. Согласно данному решению были признаны неконституционными положения федерального закона, по которым штат, не ликвидировавший к назначенной в законе дате радиоактивные отходы, объявлялся их собственником и становился ответственным за весь возможный ущерб. Суд подчеркнул, что штаты не являются просто политическими структурными единицами союза, а правительства штатов не выступают в качестве региональных офисов или административных агентств федерального правительства, т. е. последнее не вправе заставить штаты воплощать в жизнь федеральную регулятивную программу.
Интересным представляется дело U.S. Term Limits, Inc. v. Thornton,34 касающееся установления предельного количества сроков для пребывания в должности сенатора и представителя. Штат Арканзас в поправке к своей Конституции установил, что в избирательный бюллетень на выборах в Конгресс не могут вноситься фамилии тех кандидатов, которые уже занимали должность члена Палаты Представителей в течение трех сроков и члена Сената в течение двух сроков. Конституция США (разд. 2, 3 ст. 1) устанавливает лишь следующие требования к кандидатам: проживание на территории штата, от которого они баллотируются; достижение возраста 25 лет для представителя и 30 — для сенатора; нахождение в состоянии гражданства США в течение семи лет для представителя и в течение девяти лет — для сенатора. Как видно, других требований или ограничений нет. Верховный Суд признал данную поправку не соответствующей федеральной Конституции, так как последняя в качестве фундаментального принципа представительной демократии закрепляет положение, в соответствии с которым «народ вправе выбирать тех, кто ему угоден в качестве управляющих».35
Наиболее нашумевшим из последних конституционных дел, рассмотренных Верховным Судом США, является дело United Slates v. Lopez. В этом деле Суд после более чем полувекового перерыва определенно заявил, что «полномочия Конгресса по клаузуле о торговле... являются объектом для внешних ограничений»36 и что в данном случае федеральный закон вышел за указанные пределы. Как уже отмечалось, в предыдущие периоды судебного федерализма конституционная клаузула о торговле в интерпретации Верховного Суда открывала практически безграничные возможности для регулирования, в том числе за счет узурпации целого ряда полномочий штатов. Поэтому решение по делу United States v. Lopez явилось неожиданным как для федерального центра, так и для штатов. Суть дела состоит в следующем. В 1990 г. Конгресс принял Закон о свободных от оружия школьных зонах, по которому «владение огнестрельным оружием в местах, о которых лицо знает или имеет достаточно оснований полагать, что это школьные зоны», является федеральным преступлением. Необходимо отметить, что закон не содержал норм ни о коммерческой деятельности, ни о том, что владение оружием должно быть связано каким-либо образом с междуштатной торговлей. Ученик 12 класса г. Сан-Антонио (штат Техас), задержанный в школе с пистолетом, был признан судом виновным в нарушении упомянутого Федерального закона. Апелляционный суд пересмотрел дело и снял выдвинутые обвинения. Верховный Суд, принявший дело к своему производству, подтвердил решение апелляционного суда. Главный судья Ренквист, изложивший заключение Верховного Суда, назвал три вида деятельности, которые Конгресс вправе регулировать в соответствии со своими правомочиями в области торговли. Во-первых, это — регулирование каналов междуштатной торговли. Во-вторых, это — регулирование использования средств, посредством которых осуществляется междуштатная торговля, либо связанная с ней деятельность физических лиц. И наконец, в-третьих, это — регулирование таких видов деятельности, которые существенным образом связаны с междуштатной торговлей. По мнению Суда рассматриваемый закон является уголовно-правовым актом и не имеет ничего общего с междуштатной торговлей. Владение оружием в школьной зоне, таким образом, не является экономической деятельностью, которая «существенным образом связана с междуштатной торговлей».
Значение дела United States v. Lopez состоит в том, что впервые с эры дуалистического федерализма Верховный Суд продемонстрировал готовность ограничивать полномочия федеральной власти в области регулирования междуштатной торговли — области, считавшейся незыблемым бастионом федерального центра, посягать на который штаты были не вправе.
Развитие судебного федерализма США очень рельефно отражает развитие собственно федеративных отношений в стране. Решения судов здесь наряду с Конституцией выступают в качестве основных инструментов регулирования взаимоотношений трех уровней: союз — штаты — местные сообщества. Главными средствами такого регулирования выступают: толкование федеральной Конституции; признание конституционности либо неконституционности федерального законодательства, отдельных положений конституций штатов, их законов и междуштатных договоров; подтверждение или отмена решений нижестоящих судов, принятых по вопросам федеративных отношений.
Таким образом, с одной стороны, судебные решения, главным образом решения Верховного Суда США, опосредуют конституционные положения, а с другой стороны, они в силу своей значимости в ряду правовых источников регулирования рассматриваемой сферы самостоятельно регулируют федеративные отношения. Юридическая сила таких решений довольно высока и уступает только Конституции. Причем, если вспомнить знаменитое решение по делу Marbury v. Madison, то оно было принято на основании интерпретации не столько буквы, сколько духа Основного Закона, так как функция Верховного Суда по осуществлению судебного контроля вообще не предусмотрена Конституцией.
Такое положение судебной власти в целом свидетельствует о независимом и самостоятельном ее осуществлении в системе разделения властей в США. Исходя из роли судебных прецедентов, можно с большой долей уверенности утверждать, что судебный федерализм является одним из основных элементов толчкового механизма в развитии собственно американского федерализма.37 В самом деле, именно судебные решения, принятые Судом Маршалла, определили развитие вертикальных федеративных отношений в рамках союза в первые десятилетия его существования. Решения, принятые в рамках дуалистического федерализма, укрепили тенденцию двухполюсности американской федеративной системы. Наконец, тенденция централизации федеральной власти начала сказываться после решений Суда, принятых в конце 30-х годов.
В настоящее время названная тенденция продолжает оказывать свое влияние. Однако время от времени Верховный Суд принимает такие решения, которые вселяют определенные надежды на изменение его позиции, а следовательно, и на формирование новой тенденции в развитии федеративных отношений. Надежды эти далеко не беспочвенны. Автору настоящей статьи в январе 1996 г. довелось участвовать в ежегодной конференции Американской Ассоциации школ права (г. Сан-Антонио, штат Техас), где ведущие правоведы США обсуждали многочисленные вопросы, связанные с государством, правом, юридическим образованием и т. д. Среди анализируемых проблем были и проблемы федерализма, в том числе последние значительные решения Верховного Суда в данной области.58 Необходимо отметить, что мнения ученых относительно этих решений (особенно по делу Lopez) разделились. Одни из них довольно скептически оценивали перспективы дальнейшего развития судебного федерализма в плане ослабления тенденции централизации федеральной власти. Другие же, наоборот, с энтузиазмом восприняли названные судебные прецеденты, трактуя их как поворотный пункт в позиции Верховного Суда и начало установления новой тенденции в развитии судебного федерализма. Однако и те, и другие признавали важность принятых решений для эволюции федеративной системы в целом.
Несмотря на неоднозначность оценок современного состояния американского федерализма, нельзя не констатировать его устойчивость и стабильность. Не в последнюю очередь это достигается посредством судебных решений, при принятии которых Верховный Суд всякий раз обращается к первоисточнику, заложившему механизм союзной модели государственного устройства — Конституции Соединенных Штатов Америки.
* Кандидат юридических наук, доцент Уральской государственной юридической академии.
1 Leach R.H. Federalism: A Battery of Questions // Publius: The Journal of Federalism. III. Fall 1973. P. 17.
2 По мнению Джона Уинкла, судебный федерализм «устанавливает структуру и интерсистемные правила» и определяет «деление полномочий между штатовскими и федеральными судами» в американской федеративной системе (Winkle J.W. III. Interjudicial Relations. Paper presented at the Annual Meeting of the Southern Political Science Association. Atlanta, November 6—8. 1980).
3 О развитии собственно федеративных отношений см.: Крылов Б. С. США: Федерализм, штаты и местное управление. М., 1968; Лафитский В.И. США: Конституционный строй и роль штатов в структуре американского федерализма. М., 1993; Мишин A.A. Государственное право США. М., 1976; Riker W.H. The Development of American Federalism. Boston, 1987; Salikov M.S. Russian and American Federation: Comparative and Legal Analysis of Their Origins and Developments // Tulsa Journal of Comparative & International Law. Vol. 3. Spring 1996. N 2. P. 161—182.
4 The Federalist Papers by Alexander Hamilton, James Madison and John Jay. With an Introduction and Commentary by Garry Wills. New York; Toronto; London; Sydney; Auckland: Bantam Books, 1982. P. 394.
51 Cranch 137. U.S. 1803.
6 6 Cranch 87. U.S. 1810.
7 4 Wheaton 316. U.S. 1819.
8 Gьnther С. Constitutional Law. 12th Edition. Westbury, New York: The Foundation Press, Inc.. 1991. P. 73; Fisher L. American Constitutional Law. 2nd Edition. New York: McGraw-Hill, Inc., 1995. P. 399 and others.
9 9Wheaton l.U.S. 1824.
10 12 Howard 53 U.S. 299. 1851.
11 19 Howard 393 U.S. 1857.
12 247 U.S. 251. 1918.
13 298 U.S. 238. 1936.
14 74 U.S. 725. 1869.
15 Ibid.
16 252 U.S. 416. 1920.
17 Helvering v. Davis. 301 U.S. 619. 1937. 18 NLRB v. Jones & Laughlin Steel Corp., 301 U.S. l. 1937.
19 United States v. Darby Lumber Co., 312 U.S. 100. 1941. 20 Wickard v. Filburn. 317 U.S. 111. 1942.
21 Zimmerman J.F. Contemporary American Federalism: The Growth of National Power. Westport, Connecticut; London: Praeger Publishers, 1992. P. 93.
22 347 U.S. 483. 1954.
23 Katzenbach v. McClung. 379 U.S. 294. 1964.
24 South Carolina v. Katzenbach. 383 U.S. 301. 1966.
25 Tarr A.C. The Past and Future of the New Judicial Federalism // Publius: The Journal of Federalism 24, Spring 1994. P. 73. — По мнению Алана Тарра, несогласие судьи У Бреннана с консервативным большинством Верховного Суда США подвигло его на стимулирование развития конституционного права штатов. Наибольшим вкладом в это была его широко цитируемая статья «State Constitutions and the Protection of Individual Rights», (Harvard Law Review 90 (January 1977). P. 489—504).
26 National Law Journal. 29 September 1986. Special Section at S—1; Weinberg L. The New Judicial Federalism // Stanford Law Review. XXIX (July 1977). P. 1191—1244.
27 426 U.S. 833. 1976.
28 В соответствии с 10-й поправкой Конституции США «полномочия, которые не делегированы Соединенным Штатам настоящей Конституцией и пользование которыми не запрещено ею отдельным штатам, сохраняются соответственно за штатами или за народом».
29 Washington v. Davis. 426 U.S. 229. 1976; Village of Arlington Heights et al. v. Metropolitan Housing Development Corporation. 429 U.S. 252. 1977; Foley v. Connelie. 435 U.S. 291. 1978.
30 469 U.S. 528. 1985.
31 Как уже отмечалось, решение по делу National League of Cities было принято большинством — пять против четырех. Решение по делу Garcia также было принято минимальным большинством. Это стало возможным вследствие изменения мнения судьи Блэкмана.
32 Redlich N., Schwartz В., Attanasio J. Understanding Constitutional Law. Mathew Bender / Irwin. 1995. P. 54. 33 505 U.S. 144. 1992. 34 USS.Ct. 1842. 1995.
35 Ibid.
36 United States v. Lopez, 115 S.Ct. 1624. 1995.
37 Естественно, нельзя сбрасывать со счетов деятельность законодательной и исполнительной ветвей власти (программы «Новый курс» Ф. Рузвельта, «Великое общество» Л. Джонсона и т. п.), а также воздействие ряда внешних факторов (гражданская война, движение за расовое равноправие и др.).
38 Речь идет о решениях Верховного Суда по делам New York v. United States (1992) и United States v. Lopez (1995).



ОГЛАВЛЕНИЕ