ОГЛАВЛЕНИЕ

Понятие и виды поведения преступника
№ 2
01.04.1998
Лаврухин С.В.
Поведение преступника в качестве объекта научного познания особенно рельефно обозначилось в ходе исследования проблем криминалистической характеристики преступлений. Содержание подобных исследований чаще всего приводит ученых к невольным либо осознанным переходам: 1) от преступления — к поведению преступника или расследуемому событию (В.А. Образцов, В.Г. Танасевич, Б.И. Хасан, А.И. Ковалев, Н.П. Яблоков, Г.А. Густов, П.Г. Великородный, В.Я. Колдин и др.); 2) от характеристики преступления — к его модели (С.И. Медведев, Н.А. Селиванов, Н.П. Яблоков, Л.Г. Видонов, И.И. Артамонов, Г.А. Густов, В.Я. Колдин, Ф.К. Гизатуллин, В.В. Клочков, С.И. Зернов, В.А. Образцов, Л.А. Иванов, Г.М. Меретуков и др.).
Смещение акцента на исследование поведения преступника вполне закономерно, поскольку криминалистическая характеристика в современном понимании есть синтез информации о преступном и некриминальном. Понятие «поведение преступника» вбирает в себя обе стороны поведенческих актов лица, совершившего преступление. Таким образом, область знаний, именуемая криминалистической характеристикой преступлений, связана с решением проблем моделирования поведения преступника.
Адекватное определение содержания понятия «поведение преступника» предполагает решение ряда вопросов: что понимается под словом «преступник»? какой смысл имеет термин «поведение преступника»? в чем заключена специфика криминалистического понятия поведения преступника?
Термин «преступник» можно рассматривать с двух сторон — уголовно-правовой и уголовно-процессуальной. В уголовно-правовом аспекте преступником является физическое лицо, виновно совершившее деяние, предусмотренное Особенной частью УК РФ (ст. 8, 14). Фактически уголовная ответственность может наступить и за приготовление к преступлению, покушение на преступление (ст. 29 УК РФ) и сокрытие совершенного преступления. В уголовно-процессуальном аспекте преступник — лицо, виновность которого в совершении преступления установлена приговором суда и в соответствии с законом (ст. 3, 13 УПК).
На вопрос о том, допустимо ли говорить об этих аспектах порознь, следует дать утвердительный ответ, так как первый аспект отражает объективные признаки преступника, по которым его можно установить, второй — требования, предъявляемые к процессу установления его виновности. В противном случае возможно абсурдное утверждение, что в стране существует свыше миллиона нераскрытых преступлений, но нет преступников, их совершивших. Очевидно, что масса преступлений остается не раскрытой лишь по причинам невыявления реальных преступников и последующего их изобличения в установленном законом порядке.
В криминалистических научных исследованиях о преступлениях судят в основном по материалам законченных производством уголовных дел, по которым преступники установлены процессуальным путем, т. е. уголовно-правовой и уголовно-процессуальный подходы к понятию «преступник» используются одновременно в органическом единстве.
На практике в зависимости от этапа раскрытия преступления превалирует тот или иной подход. При выявлении подозреваемого применяется уголовно-правовая интерпретация понятия «преступник»; на этапе изобличения подозреваемого — уголовно-процессуальная.
В науке уголовного права и отчасти в криминалистике преступление обоснованно интерпретируется как акт волевого поведения человека. Поэтому следует согласиться с мнением В.А. Образцова, что системная концепция поведения преступника складывается из подсистем поведенческих актов лица до, во время и после совершения преступления.1  Приняв концепцию В.А. Образцова за гипотезу, проанализируем этимологию слова «поведение».
Слово «поведение» означает по словарю «образ жизни, совокупность поступков и действий кого-либо».2  Каждое из значений слова «поведение» подходит к общей модели способа поведения преступника. Известно, например, какое значение придается в раскрытии преступлений выяснению образа жизни расхитителей (превышение расходов над доходами), убийц (пьянство на вырученные от убийства деньги) и других преступников. Слово «поведение» применимо ко всем преступлениям, совершенным умышленно и неосторожно, путем действия либо бездействия (поступка). Поэтому, видимо, именно о поведении, а не о деятельности принято говорить в уголовно-правовых и криминологических исследованиях преступлений.3 
В общенаучном плане термин «поведение» также имеет двойственное толкование. В первом значении под поведением понимается «система взаимосвязанных действий, осуществляемых субъектом с целью реализации определенной функции и требующих его взаимодействия со средой».4  Это определение передает сущность криминалистики, поскольку взаимодействие субъекта со средой предполагает взаимное отражение свойств субъекта и среды, следообразование. В первом значении понятия «поведение» и «деятельность» совпадают по содержанию, т. е. под поведением понимается деятельность субъекта. Вот почему правы те исследователи, которые экстраполируют на деятельность преступника теорию функциональной системы П.К. Анохина с ее механизмами целенаправленного поведенческого акта.5  «В соответствии с указанной теорией деятельность преступника представляет собой специфическую разновидность функциональной системы, общая структура которой, являясь единой для всех наук уголовно-правового цикла, может быть рассмотрена по типу строения функциональной системы».6 
Основные положения теории функциональной системы П.К. Анохина как принципиальной модели поведенческого акта таковы. У человека под влиянием сигнализации о внутренней потребности и факторах внешней среды и в результате афферентного синтеза возникают обстановочные, мотивационные и пусковые возбуждения, после чего принимается решение о производстве действия. В процессе обратной афферентации параметры результата сравниваются с намеченной программой действия, при необходимости в эту программу вносятся коррективы. Нетрудно заметить, что данная концепция применима к исследованию умышленного преступления, а объектом познания будет преступное деяние в целом.
Из приведенной модели поведенческого акта можно сделать два вывода: 1) мотив поведения детерминируется внутренними потребностями и факторами внешней среды; 2) программирование (моделирование, планирование) поведения — одна из закономерностей подготовки к совершению умышленного преступления.
Схема поведения при совершении неосторожного преступления несколько иная. Все отличие от «механизма» совершения умышленного преступления заключается в том, что у субъекта преступления способ поведения формируется под влиянием обстановки и предмета преступления непосредственно, минуя мотивационную сферу и целеполагание.
Во втором значении под поведением понимается не всегда осознаваемая форма самовыражения индивида в социальном окружении.7 
Обращая внимание на некорректность термина «преступная деятельность», В.А. Образцов подмечает как раз эту грань поведения преступника, относящегося к спорадическим поведенческим актам. С его точки зрения, преступная деятельность представляет собой квалифицированную разновидность преступного поведения.8 
Поведение преступника — это сложная динамичная система, состоящая из ограниченного множества взаимодействующих систем (элементов). При классификации элементов этой системы может быть использована структура поведения человека вообще (субъект, мотив, цель, объект, способ и последствия поведения).
Идея деятельностного подхода к преступлению долгое время витала в воздухе.9  Однако в отчетливой форме этот подход применительно к исследованию преступлений в криминалистическом аспекте впервые был выражен В.А. Образцовым.10 
Понятие «поведение преступника» целесообразно рассматривать в нескольких контекстах — онтологическом, практическом и научном. В онтологическом аспекте поведение преступника — это объективно существующая система поведенческих актов лица в связи с совершением им преступления. Практический контекст понятия связан с отражением данной системы в сознании следователя или иного субъекта деятельности в виде мысленной информационной криминалистической модели. В научном аспекте поведение преступника представляет собой его типовую информационную криминалистическую модель — всеобщую (относящуюся к преступлениям всех видов), видовую или групповую.
Представление об объеме исследуемого понятия дает классификация видов поведения преступника по ряду оснований.
1. По количеству субъектов — групповое и одиночное поведение.
2. По составу участников — организованное поведение и соисполнительство без распределения уголовно-правовых ролей.
3. По уровню организации — поведение ситуативной, устойчивой локальной и устойчивой глобальной организованных групп как коллективных субъектов преступления. К признакам организации преступлений относятся: 1) кооперирование (объединение) преступников в группу; 2) специализация преступников; 3) устойчивость группы (постоянное совершение преступлений); 4) использование дохода от совершения преступлений как основного источника средств существования соучастников; 5) глобальность причиненного ущерба и связей по горизонтали и вертикали; 6) использование своеобразных способов сокрытия преступлений (подкуп представителей государственных органов, формирование групп прикрытия и др.). Чем больше признаков, тем выше уровень организации группы — ситуативной (1—2 признаки), устойчивой локальной (1—4) и устойчивой глобальной (1—6). Высший уровень организации присущ преступному сообществу.11 
4. По психологической природе — конструктивное (с точки зрения преступника) и деструктивное поведение. Конструктивное поведение направлено на достижение поставленных преступником целей и выражается в поведенческом акте с его атрибутами (цель, мотив поведения и др.). Поведенческий акт — это телодвижение, действие как система приемов, операция (комплекс действий) либо высказывание лица (например, устное распоряжение о производстве работ, повлекших несчастные случаи с людьми).12  Деструктивное поведение не укладывается в понятие поведенческого акта и представляет собой фрагмент поведения (действие, бездействие), содержание и последствия которого не осознаются преступником в полной мере. Поведение этого вида способствует изобличению преступника, поскольку связано с фактическими данными, которым придается значение улик поведения. Последние подразделяются на следующие данные: о виновной осведомленности, сокрытии преступления, конфликтных отношениях с будущей жертвой, негативных моментах в поведении, об уклонении от ответственности, изменении образа жизни, изменении психологического состояния (до момента задержания преступника).
Виновная осведомленность выражается в предвидении преступления, знании факта его совершения и деталей поведения преступника. Осведомленность о факте преступления выражается в «обнаружении» преступником первым следов общественно опасного деяния, сообщении о преступлении в органы милиции или в «скорую помощь» или в доследственном рассказе о происшествии.
Уликами поведения, направленного на сокрытие преступления, являются: сокрытие орудий преступления (уничтожение или передача их соседям и другим лицам); уничтожение одежды и обуви; уничтожение следов деяния, в том числе связанное с ремонтом жилья (крашение пола, двери, потолка, оклейка стен обоями); склонение свидетеля к даче ложных показаний и др.
Конфликтные отношения лица с будущей жертвой проявляются в ссорах по разным поводам, угрозах убийством или расправой, нанесении побоев и драках.
Иногда в поведении преступника встречаются негативные обстоятельства, которые противоречат логике поведения лица в конкретной жизненной ситуации.
На уклонение от ответственности указывают изменение места работы, выезд в другие населенные пункты и т. п.
Изменение образа жизни может проявляться в пьянстве на вырученные от преступления деньги, расходовании больших сумм денег, раздаривании вещей, изменении привычного распорядка дня (например, в день совершения преступления преступник позднее приходит домой либо вовсе не ночует дома).
В судебной практике значение улик поведения придается и данным об изменении психологического состояния лица, совершившего преступление. В частности, его близкие могут сообщить, что он сильно нервничал, был чем-то расстроен, взволнован в день преступления.
5. По количеству целей — простой и сложный (многоцелевой) поведенческий акт. Примером сложного поведенческого акта служит подделка документа в целях подготовки к хищению, изъятия ценностей и последующего сокрытия преступления.
6. По общим целям — поведение, связанное с созданием благоприятных условий для совершения преступления, достижением и использованием результата преступления, уклонением от ответственности или содействием расследованию преступления.
7. По объекту — поведение, направленное на обстановку, предмет преступления, последствия поведения, субъекта поведения и иных лиц.
8. По времени — поведение до и после возбуждения уголовного дела.
9. По этапам допроцессуального поведения — поведение до, во время и после совершения преступления.
10. По стадиям — поведение, сопряженное с подготовкой, совершением, сокрытием преступления, использованием криминального результата, воспрепятствованием или содействием раскрытию преступного деяния.
11. По сочетанию стадий — синтезированное и несовмещенное поведение. Синтезированное поведение предполагает сложные поведенческие акты, несовмещенное — простые акты в логической последовательности стадий поведения.
12. По количеству стадий — полноструктурное и «усеченное».
13. По уголовно-правовому значению — преступное и некриминальное.
14. По последствиям поведения — латентное и явное.
Таким образом, поведение преступника — это система поведенческих актов лица до, во время и после совершения преступления, направленных на подготовку, совершение, сокрытие преступления, использование криминального результата, содействие или воспрепятствование раскрытию преступного деяния либо вариант деструктивного поведения, свидетельствующий о причастности субъекта к совершению преступления.
Чтобы выяснить специфику криминалистического понятия поведения преступника, необходимо сравнить смежные знания о преступлении, выделить общие черты, различия и взаимосвязи. Наиболее подходящий для сравнения уровень — всеобщие признаки преступлений. В смысле всеобщности являются однопорядковыми: в науке уголовного права — теоретическая модель состава преступления; в криминологии — модель механизма преступного поведения; в криминалистике — всеобщая модель поведения преступника.
Сходство сравниваемых моделей выражается в том, что они: 1) отражают один и тот же объект познания — поведение преступника; 2) аккумулируют информацию о преступном и некриминальном поведении; 3) носят системный характер; 4) основаны на типовой структуре поведения человека вообще.
Вместе с тем моделирование в смежных науках существенно отличается друг от друга по целям, предмету, уровню абстрагирования, нормативной природе и степени динамичности.
Служебное назначение теоретической модели состава преступления состоит в определении конкретных признаков преступления, под которые подпадает каждое общественно опасное противоправное виновное деяние. В составах конкретных преступлений не всегда предусмотрены отдельные элементы поведения — мотив, цель и последствия поведения. Потребовалась разработка научной концепции признаков преступления, отображающих его свойства. Типовой состав при квалификации преступления служит образцом, эталоном, с которым сравнивают расследуемое событие и статью Особенной части УК. В случае, если реальный состав имеет пробелы в описании отдельных признаков преступления, оценка их юридического значения производится на основе типовой модели признаков преступления.
Цель моделирования в криминологии состоит в показе процесса зарождения преступления, «пускового механизма» его возникновения и развития. Моделирование поведения преступника в криминалистическом аспекте ориентировано на установление обстоятельств расследуемого события, в том числе: поведение преступника, разработка средств, приемов и методов обнаружения и раскрытия преступлений. Предметом моделирования в уголовно-правовой науке является главным образом преступное поведение (преступление). При этом некриминальное поведение (например, поведение невменяемого лица) исследуют с точки зрения его несоответствия признакам преступления и под иными углами зрения.
В механизме преступного поведения криминологию интересует в основном докриминальный этап, связанный с воздействием объективных и субъективных обстоятельств на возникновение мотивов, постановку целей, выбор средств, принятие субъектом будущего преступления решения о преступном деянии. В криминалистике моделируют структуру и внешние связи системы «поведение преступника», процесс и результаты ее отражения в окружающей среде.
Как видно, предмет моделирования связан с дисциплинарным срезом объекта познания. Смежные науки уголовно-правового цикла формируют дисциплинарные концепции поведения преступника, раскрывающие его сущность с различных сторон. В криминалистическом аспекте модель поведения преступника — это материальный либо идеальный аналог системы поведенческих актов преступника до, во время и после совершения преступления, используемый в качестве средства получения нового знания о моделируемом объекте.
Уголовно-правовой и криминологической моделям в сравнении с криминалистической присуща бульшая абстрактность, отвлечение от некриминальной стороны поведения, сопутствующего преступлению.
Так, уголовное право в самых общих чертах схематично определяет признаки отдельных преступлений, образующие остов, «скелет» криминалистической модели поведения преступника, где эта основа наполняется «плотью и кровью». Для иллюстрации этого положения достаточно сравнить материально-правовой и криминалистический подходы к определению способа совершения хищения чужого имущества путем мошенничества. Часть 1 ст. 159 УК РФ определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Криминалистикой детально исследуются конкретные способы обмана во время азартной игры, при получении имущества на прокат, размене денег и т. д.13 
Теоретическая модель состава преступления разработана с учетом свойств преступления, отраженных в его понятии, и разнообразных конструкций множества составов, представленных в Особенной части УК РФ. Поэтому сосредоточенная в модели состава преступления информация имеет свойство нормативного знания. Модель состава — рабочий инструмент в руках следователя, помогающий правильно применить уголовный закон. Другие модели менее тесно связаны с законом.
Между моделями прослеживаются определенные различия и по степени динамичности моделируемого объекта. Уголовно-правовая модель воспроизводит преступное поведение преимущественно в статическом состоянии (за исключением стадий совершения преступления). Более динамична криминологическая модель механизма преступного поведения до и во время совершения преступления. Наибольшей динамичностью отличается криминалистическая модель, отражающая все стадии поведения преступника.
Различия не исключают взаимосвязи моделей, так как между ними достаточно много общего. Криминалистика как прикладная наука не может не использовать данные смежных с ней юридических наук. Уголовно-правовая модель имеет базовое значение для разработки криминалистической, да и криминологической, модели поведения преступника, служит общей схемой его изучения в криминалистическом аспекте.
Фундаментальные положения, относящиеся к составу преступления, стадиям его совершения и др., не могут по-иному трактоваться в криминалистике. В то же время криминалистика не должна подменять собой уголовно-правовую науку и выдавать ее теоретические положения за криминалистические. Взаимосвязь не означает дублирования моделей: наличие существенных различий (в основном по целям и предмету моделирования) обусловливает различное содержание моделей. Это отражается не только на характеристике отдельных элементов поведения (например, свойств субъекта преступления), но и на интерпретации совокупности элементов.
По отношению к совокупности элементов поведения в науках уголовное право и криминалистика применяются различные подходы. В уголовном праве к свойствам преступлений относят общественную опасность, противоправность и виновное совершение деяния (действия или бездействия), а к признакам преступления — объективное проявление свойств в составе преступления (признаки состава). В криминалистике вследствие дополнительного изучения процесса отражения поведения преступника в окружающей среде просматривается более сложная цепь отображений.
Под свойствами в криминалистике целесообразно понимать не сущностные черты преступления, а свойства отдельных элементов поведения преступника. Например, свойства субъекта преступления проявляются в его состояниях, состояния — в поведении, поведение — в следах поведения. Таким образом, в криминалистической модели сконцентрированы не признаки преступления (уголовно-правовая категория), а информация о свойствах отдельных элементов поведения, об отображении каждого элемента в следах поведения.
В уголовно-правовой и криминалистической моделях по-разному понимается и объект поведения. Известно, что объектом преступного поведения является конкретная сфера общественных отношений, которой преступлением нанесен или мог быть причинен вред. Конкретный материальный объект (человек, предмет и др.), воздействуя на который преступник посягает на представленное им общественное отношение, называют предметом преступления.14  Криминалиста, естественно, должны интересовать не объекты уголовно-правовой охраны, а непосредственные объекты — все то, на что прямо направлено поведение — предмет преступления и иные объекты поведения преступника.
В результате детального исследования поведения преступника в криминалистическом аспекте и реальных возможностей доказывания наличия состава преступления в деянии лица может обнаружиться необходимость изменения диспозиции статьи Особенной части УК РФ. Таким опосредованным способом криминалистическая модель поведения преступника способствует внесению новелл в уголовный закон, оказывая обратное влияние в конечном счете на уголовно-правовое знание о преступлении.
Криминологические знания о преступлении способствуют познанию связей между элементами поведения преступника, изучаемыми криминалистикой. При разработке моделей иного уровня — поведения преступника отдельной категории — используются криминологические данные о личности преступника, имеющие «выход» на выдвижение версий. Криминалистические знания о свойствах личности субъекта преступления в свою очередь могут быть использованы в типологии преступников.
Различие между этими моделями наблюдается и по объему изучения закономерностей поведения преступника. Криминологией в основном исследуются психологические закономерности мотивации поведения преступника. Предмет криминалистики составляет вся система закономерностей поведения преступника, способствующая оптимизации обнаружения, раскрытия и предупреждения преступлений.
При расследовании преступления посредством раздельного моделирования поведения преступника в уголовно-правовом, криминологическом и криминалистическом аспектах получают всестороннюю информацию об объекте познания.
Таким образом, объектом познания наук уголовно-правового цикла является не преступление, а поведение преступника как более емкое понятие. Этот вывод распространяется и на познание конкретного криминального события в уголовном судопроизводстве.
* Кандидат юридических наук, доцент Саратовского юридического института МВД России.
 1 Образцов В.А. Криминалистика: Учебное пособие. М., 1994. С. 167.
 2 Словарь русского языка: В 4 т. М., 1959. Т. 3. С. 216.
 3 См., напр.: Ковалев А.И. Понятие преступления в советском уголовном праве. Свердловск, 1987. С. 17—22; Курс советской криминологии: Предмет. Методология. Преступность и ее причины. М., 1985. С. 356—377.
 4 Большая советская энциклопедия: 3-е изд. М., 1975. Т. 20. С. 70.
 5 См., напр.: Анохин П.К. Философские аспекты теории функциональной системы: Избранные труды. М., 1978. С. 87.
 6 Типовые модели и алгоритмы криминалистического исследования / Под ред. В.Я. Колдина. М., 1989. С. 7—9.
 7 Юдин Э.Г. Системный подход и принцип деятельности: Методологические проблемы современной науки. М., 1978. С. 317.
 8 Образцов В.А. Криминалистика: Учебное пособие. С. 10.
 9 Медведев Н.Н. Теоретические основы расследования: Учебное пособие. Краснодар, 1977. С. 12—14.
 10 Образцов В.А. Объекты криминалистической методики расследования преступлений // Алгоритмы и организация решения следственных задач. Иркутск, 1982. С. 22.
 11 Подробнее о групповой, в числе организованной, преступности см.: Гуров А.И. Профессиональная преступность: Прошлое и современность. М., 1980. С. 124—215; Быков В.М. Преступная группа: Криминалистические проблемы. Ташкент, 1991. С. 5—29; Батищев В.И. Постоянная преступная группа. Воронеж, 1994; Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованной преступной деятельности. Ульяновск, 1994; и др.
 12 Зуйков Г.Г. Значение данных о способах совершения преступления и способах уклонения от ответственности для развития методики расследования // Вопросы совершенствования криминалистической методики. Волгоград, 1981. С. 3—12.
 13 Анненков С.И. Расследование мошенничества. Саратов, 1990. С. 14.
 14 Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980. С. 99.



ОГЛАВЛЕНИЕ