ОГЛАВЛЕНИЕ

О договоре дарения
№ 4
02.11.1998
Малеина М.Н.
1. Место института дарения в законодательстве определяется его значимостью и степенью использования на практике.
В российском Своде законов гражданские нормы, связанные с договором дарения, содержались в книге «О порядке приобретения и укрепления прав на имущества в особенности» (Свод законов Российской Империи. Изд. 1832 г. Т. Х, ч. 1; далее — СЗ). Некоторые юристы, исходя из этих норм, считали, что в большинстве случаев дарение направлено на перенесение прав собственности с одного лица на другое и не является договором.1 Декрет ВЦИК «О дарениях» 1918 г. устанавливал форму договора дарения, предельно допустимую сумму дара, запрет дарения на случай смерти, последствия признания договора недействительным. ГК РСФСР 1922 г. включал только одну статью (ст. 138), характеризующую дарение как безвозмездную сделку и помещенную в раздел II «Обязательства, возникающие из договоров». В ГК РСФСР 1964 г. глава 23 «Дарение» состояла из двух статей и была расположена в подразделе 2 раздела III «Отдельные виды обязательств»; особое внимание уделялось форме договора.
Новый ГК РФ содержит специальную главу 32 «Дарение», которая входит в раздел IV «Отдельные виды обязательств». Ряд новелл этой главы посвящен предмету, форме, сторонам договора, характеристике прав и обязанностей сторон. Несмотря на подробную регламентацию института дарения, часть вопросов осталась нерешенной или их решение вызывает споры.
2. Прежде всего остановимся на определении договора дарения. В п. 1 ст. 572 ГК договор дарения раскрывается через обязанность одной стороны — дарителя. Такая формулировка может привести к выводу о дарении как односторонней сделке дарителя или об односторонне обязывающем договоре. Между тем само название ст. 572 «Договор дарения» и упоминание в ней о дарителе и одаряемом подтверждает, что дарение признается двусторонним договором. А указания в ГК на обязанности одаряемого (обязанность возвратить вещь в случае отмены дарения — п. 5 ст. 578; обязанность выполнить условие, поставленное при дарении в общеполезных целях — п. 3 ст. 582) и его права (право отказаться от принятия дара до его передачи по консенсуальному договору — п. 1 ст. 573, право использовать пожертвованное имущество по другому назначению из-за изменившихся обстоятельств — п. 4 ст. 582) также свидетельствуют о том, что договор дарения может быть двусторонне обязывающим договором.
Юридическими признаками договора дарения исследователи называли: безвозмездность; уменьшение имущества дарителя; увеличение имущества одаряемого; намерение одарить; принятие дарения;2 бесповоротность дарения.3 Однако не все указанные признаки являются решающими. Уменьшение имущества одной стороны и одновременное увеличение имущества другой характерно и для ряда иных возмездных сделок (договоров аренды, перевозки, хранения). Принятие дарения означает согласие одаряемого на безвозмездное приобретение имущества, но такой акт (принятие) имеет место и в других способах приобретения имущества. Бесповоротность дарения в настоящее время не является абсолютной, так как возможен отказ от исполнения договора дарения и отмена дарения.
Намерение одарить — правовая цель дарителя в сделке. Это — действительно юридически важный признак, который можно уточнить как намерение передать дар в собственность безвозмездно.
С учетом сказанного целесообразно дать следующее определение: по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому дар в собственность, а одаряемый принимает или обязуется принять дар.
3. Рассмотрим вопросы, связанные с заключением договора дарения. Чаще всего договор заключается по инициативе (оферте) дарителя. В юридической литературе даже указывается, что согласие одаряемого может предполагаться.4 На наш взгляд, воля одаряемого должна быть выражена четко, однозначно (устно, письменно или в форме конклюдентных действий). Одаряемому не безразлично, кто именно и какой предмет дарения ему намерен передать. Тем более что некоторые предметы обременены требованиями по содержанию, охране, страхованию, внесению налогов и пр. Никто не может быть одарен против его воли. Допустимость предположения о согласии одаряемого противоречит конструкции дарения как договора (соглашения сторон).
Не случайно в ранее действовавшем Гражданском кодексе Чехословакии 1964 г. было указано, что для дарения необходимо, чтобы одаряемый принял предложение подарка (ч. 1 § 407). Отсутствие согласия лица на принятие дара говорит о том, что приращение имущества — не дарение, а другой институт. Так, если кредитор умышленно пропускает срок давности для предъявления требования к должнику, то такое бездействие является не дарением, а прекращением обязательства.
Сделанные выводы требуют уточнения п. 1 ст. 573 ГК РФ, согласно которому «одаряемый вправе в любое время до передачи ему дара от него отказаться, в этом случае договор дарения считается расторгнутым». Очевидно, что если одаряемый отказывается от дара до его передачи по устному реальному договору, то договор дарения не расторгается; он не заключается, так как в момент передачи не произошло согласование воль сторон. Следовательно, ст. 573 ГК должна именоваться «Отказ одаряемого принять дар в случае обещания дарения в будущем» и содержать положения, касающиеся исключительно консенсуального договора дарения.
Иногда при пожертвовании оферта исходит от одаряемого. Например, московское общество помощи онкологическим больным приглашает каждого внести вклад в любой форме для поддержки лиц с онкологическими заболеваниями и указывает адрес, телефон и расчетный счет общества. Акцепт дарителя — юридического лица может быть подтвержден приказом (распоряжением) руководства с указанием конкретной суммы и платежным поручением.
При консенсуальном договоре дарения момент заключения может не совпадать с переходом права собственности, и тогда договор вызывает обязательственное правоотношение по передаче вещи.
При реальном договоре дарения момент заключения совпадает с переходом права собственности. Исходя из этого, делается вывод о том, что реальный договор не порождает обязательства между дарителем и одаряемым.5 Между тем договор дарения может порождать иные (помимо передачи дара) обязательства — в связи с порядком использования пожертвования, отменой дарения, скрытыми недостатками вещи — дара.
4. Новеллы законодателя коснулись и предмета договора. Традиционно предметом дарения являются вещи. Среди вещей выделяют обычные подарки до пяти минимальных размеров оплаты труда (п. 2 ст. 574, 575 ГК) и обычные подарки небольшой стоимости (п. 1 ст. 576, 579 ГК). Такие подарки имеют особый режим: в отношении их не действуют правила о запрещении дарения между определенными дарителями и одаряемыми; к ним не применяются правила об отказе от исполнения договора дарения и об отмене дарения; договор дарения подарков до пяти минимальных размеров оплаты труда с дарителем — юридическим лицом может быть заключен устно.
Предмет дарения может быть в виде имущественного права требования к себе или третьему лицу. Например, даритель — спортивно-оздоровительный комплекс бесплатно передает своему бывшему работнику-пенсионеру абонемент на пользование любыми оказываемыми услугами в течение года; пенсионер-одаряемый вправе требовать безвозмездного оказания любой услуги в этом комплексе. Или даритель-поставщик передает одаряемому свое право на получение оплаты за продукцию от покупателя.
Предмет дарения может выражаться в виде освобождения дарителем одаряемого от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В случае безвозмездной передачи одаряемому имущественного права требования дарителя к третьему лицу соблюдаются правила об уступке права требования. Освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед третьим лицом производится с учетом правил о переводе долга. Освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед дарителем не должно противоречить правилам о прощении долга. В таких ситуациях на дарение только распространяются правила соответственно об уступке требования, переводе долга, прощении долга, но это не означает тождественности данных сделок с договором дарения.
Такой прием неоднократно используется в ГК. Например, требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст. 360 ГК). Но удержание как способ обеспечения исполнения обязательств не приравнивается к залогу. К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже, если это не противоречит правилам главы «Мена» и существу мены (п. 2 ст. 567 ГК). Однако договоры мены и купли-продажи остаются самостоятельными сделками.
Таким образом, если стороны оформили соглашение об уступке права требования, то на эту сделку не распространяются правила об отмене дарения, ограничении дара, отказе от исполнения и др. Но если стороны заключили договор о передаче в дар имущественного права требования дарителя к третьему лицу, то соблюдаются правила об объеме переходящего права, возражениях должника против требования нового кредитора, согласии должника в определенных случаях и др.
Если оформляется сделка прощения долга, то на нее не распространяются нормы, связанные с дарением. Но если стороны согласовали, что предметом договора дарения является дар в виде освобождения одаряемого от имущественной обязанности перед дарителем, то в этом случае необходимо учитывать, что не должны нарушаться права других лиц в отношении имущества дарителя.
В связи с этим и нет, как полагают отдельные юристы, серьезного ограничения ведения предпринимательства из-за запрета дарения между коммерческими организациями, поскольку стало якобы невозможным прощение долга и отказ от иска.6 В отношениях между коммерческими организациями дарение не допускается (кроме обычных подарков), но не запрещены сделки об уступке требования, переводе долга, прощении долга.
Вызывает интерес запрет обещания подарить все свое имущество (или его часть) без указания на конкретный предмет дарения (ч. 2 п. 2 ст. 572 ГК). Можно было бы предположить, что это вызвано опасением сложности выявления круга передаваемых объектов. Однако не запрещается оставить по завещанию все свое имущество или его часть (ст. 534 ГК 1964 г.). Возможно, эта формулировка была предопределена тем, что если в состав имущества входит недвижимость, то договор подлежит государственной регистрации. Но сложный состав имущества и даже разный момент перехода права собственности на его составные части не препятствует заключению договора дарения. В законе следовало бы разрешить обещание дарения части всего имущества с указанием на размер части на определенную дату и обязательной государственной регистрацией договора, например: «Обязуюсь передать половину всего принадлежащего мне имущества на 18 ноября 1997 года...».
5. Особое внимание в новом ГК уделено сторонам договора дарения. Согласно ст. 575 ГК запрещено дарение государственным служащим и служащим органов муниципальных образований в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей, работникам лечебных, воспитательных и других аналогичных учреждений гражданами, находящимися в них на лечении, воспитании, содержании, или их супругами и родственниками. Но указанные лица могут получать в дар обычные подарки стоимостью не более пяти минимальных размеров оплаты труда.
Эта гражданско-правовая норма не согласуется с уголовным законодательством. Если одаряемый — должностное лицо перечисленных органов, учреждений или выполняет управленческие функции в коммерческой или иной организации, то получение имущества или имущественных выгод квалифицируется как получение взятки (ст. 290 УК) или коммерческий подкуп (ч. 3 ст. 204 УК) независимо от размера взятки (подкупа), а соответствующая сделка является недействительной. Во избежание разногласий между гражданским и уголовным законодательством следовало бы указать в ст. 575 ГК, что дарение должностным лицам и лицам, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, запрещается независимо от вида и стоимости подарка.
Малолетние в возрасте от 6 до 18 лет вправе самостоятельно выступать в качестве одаряемых, если договор дарения направлен на получение выгоды и не требует нотариального удостоверения или государственной регистрации (п. 2 ст. 28, п. 2 ст. 26 ГК). В юридической литературе высказаны соображения о том, что требуется испрашивать согласие попечителей для получения дара несовершеннолетними от 14 до 18 лет7 и требуется принятие дара опекунами в пользу малолетних до 14 лет в любом случае («иначе ребенок может принести в дом подаренного крокодила»).8 Думается, что нет оснований вносить изменения в нормы об объеме дееспособности несовершеннолетних от 6 до 18 лет в связи со сделками дарения. Следует лишь на практике внимательно подойти к толкованию оборота — «сделка, направленная на безвозмездное получение выгоды». Ведь если дар связан с будущими расходами и другими обременениями, может причинить вред несовершеннолетнему и т. п., то такая сделка не направлена на получение выгоды и не относится к самостоятельно совершаемым несовершеннолетним сделкам.
В качестве дарителей могут выступать граждане и юридические лица. Существует мнение, что право государства совершать дарение не вызывает сомнений.9 Русское законодательство допускало такой вид дарения, как пожалование, когда дарителем государственного недвижимого имущества выступал император, облекающий свою волю в форму высочайшего именного указа (СЗ. Т. Х, ч. 1. ст. 934).
В настоящее время безвозмездная передача государством государственного имущества в собственность общественных, религиозных организаций, денежных средств по смете госбюджетным организациям является не дарением, а актом реализации финансовых отношений. Государственное юридическое лицо, которому вещь принадлежит на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, выступает дарителем с согласия собственника, если законом не предусмотрено иное (п. 2 ст. 295, п. 1 ст. 297, п. 1 ст. 576 ГК).
Статья 575 ГК разрешает законным представителям дарение в виде обычных подарков стоимостью не более пяти установленных минимальных размеров оплаты труда от имени малолетних и граждан, признанных недееспособными. В юридической литературе правильно отмечалось, что это не согласуется со ст. 28 и 37 ГК,10 предписывающими обязательное предварительное разрешение органов опеки и попечительства на совершение любых сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного, в связи с чем следует изменить редакцию ст. 575 ГК.
6. Рассматривая права и обязанности сторон, остановимся на праве дарителя отменить дарение и обязанности одаряемого возвратить сохранившуюся в натуре вещь (ст. 578 ГК).
Одно из оснований отмены дарения — совершение одаряемым покушения на жизнь дарителя, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленное причинение дарителю телесных повреждений. Как видно, во внимание принимается нарушение только физической неприкосновенности (целостности). По дореволюционному же законодательству дарение подлежало отмене, если со стороны одаренного будет проявлена в отношении к дарителю неблагодарность, в том числе осуществлена клевета, оказано явное непочтение (СЗ. Т. Х, ч. 1. ст. 974). В Гражданском кодексе Польши 1964 г. было указано, что дарение подлежит отмене, если одаряемый проявит по отношению к дарителю грубую неблагодарность (§ 1 ст. 898). Полагаю, что дарителя затрагивает любое умышленное нарушение его физической, психической неприкосновенности, иных нематериальных благ и имущества одаряемым.
Из текста п. 1 ст. 578 ГК можно сделать вывод, что для отмены дарения не требуется предварительного признания судом действий одаряемого в качестве правонарушения, что противоречит презумпции невиновности (ст. 49 Конституции РФ). В связи с этим желательно изложить п. 1 ст. 578 ГК в следующей редакции: «Даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил умышленное противоправное деяние против дарителя или совершил покушение на жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников, установленное в судебном порядке».
Следовало бы определить срок реализации права на отмену дарения продолжительностью в три года, исчисляемый с момента вступления в законную силу приговора суда, квалифицирующего противоправное деяние одаряемого. Установление срока будет способствовать стабильности статуса дара.
Отмена дарения влечет единственное последствие — возврат одаряемым сохранившейся в натуре вещи. Пункт 5 ст. 578 ГК следовало бы дополнить указанием на то, что вещь, переданная в собственность одаряемым третьему лицу, не может быть отобрана. Ведь третье лицо приобретает вещь, когда одаряемый был законным владельцем.
Было бы справедливо указать в законе, что подлежат возврату также поступления от вещи (продукция, плоды, доходы) с момента предъявления дарителем требования об отмене дарения. По действующему правилу поступления, полученные в результате использования вещи, принадлежат лицу (одаряемому), использующему это имущество на законном основании (договор дарения), даже в случае отмены дарения.
Выражение «отмена дарения» представляется более обширным (объемным), чем возврат подаренной вещи, так как сам дар может быть в форме передачи имущественного права требования или освобождения от обязанности. Но правила об уступке требования, переводе долга, прощении долга не допускают их одностороннее прекращение по основаниям, предусмотренным для договора дарения. Поэтому более правильно назвать ст. 578 ГК «Отмена дарения в случае передачи вещи».
Юридическая природа отмены дарения различна в зависимости от оснований отмены. Если в договоре было обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого, то отмену дарения можно определить как расторжение договора по соглашению сторон (глава 29 ГК «Изменение и расторжение договора»).
Если дарение совершено индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в нарушение положений закона о несостоятельности за счет средств, связанных с его предпринимательской деятельностью, в течение шести месяцев, предшествовавших объявлению такого лица несостоятельным, то отмена дарения по требованию заинтересованных лиц в судебном порядке является признанием этой сделки недействительной (оспоримой) как не соответствующей закону (ст. 168 ГК).
Если отмена дарения обусловлена определенными противоправными действиями одаряемого в отношении дарителя (его членов семьи, близких родственников) или созданием угрозы безвозвратной утраты вещи вследствие ненадлежащего обращения с ней одаряемого, то этот акт является односторонним расторжением договора в судебном порядке. По мнению некоторых юристов, иск об отмене дарения вытекает из нарушения принятых на себя одаряемым нравственных или иных обязательств в отношении к дарителю.11 Разделяя это соображение, хотелось бы уточнить, что законодатель косвенно закрепил в п. 1 ст. 578 ГК нравственную обязанность одаряемого уважать жизнь и здоровье дарителя и придал ей юридическое значение, а также в п. 2 ст. 578 ГК — юридическую обязанность одаряемого обращаться надлежащим образом с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность.
7. Как решается вопрос об ответственности сторон в договоре дарения?
Даритель отвечает за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу одаряемого гражданина вследствие недостатков подаренной вещи (ст. 580 ГК). Но при этом должно быть доказано, что, во-первых, недостатки вещи были скрытые; во-вторых, недостатки возникли до передачи вещи одаряемому; в-третьих, даритель не предупредил одаряемого о недостатках.
По законодательству некоторых стран даритель отвечает за вред, причиненный даром только в случае умысла или грубой неосторожности (§ 248 Швейцарского обязательственного закона; ст. 521 Германского гражданского уложения).
Поскольку в ст. 580 ГК не уточнена форма и степень вины дарителя, следовательно, вред возмещается вследствие как умысла, так и неосторожности дарителя. Соответственно даритель не отвечает за вред, причиненный гражданину вследствие явных недостатков вещи, и за вред, причиненный одаряемому — юридическому лицу вследствие любых недостатков.
Должен ли отвечать даритель за отчуждение подаренного имущества у одаряемого? Полагаю, что даритель не отвечает за изъятие вещи у одаряемого, если даритель не знал о спорности своего права на предмет дарения. Но главу 32 ГК следовало бы дополнить нормой об обязанности дарителя возместить реальный ущерб одаряемому, возникший из-за изъятия вещи третьим лицом, если даритель был осведомлен о правах третьих лиц на предмет дарения и не предупредил об этом одаряемого.
Возникает ли ответственность дарителя за несвоевременную передачу денег по консенсуальному договору дарения в соответствии со ст. 395 ГК? Исходя из безвозмездности дарения, было бы целесообразно установить в законе правило о том, что даритель, несвоевременно передавший дар в виде денег по консенсуальному договору, обязан уплатить проценты на сумму дара за просрочку лишь со дня предъявления к нему иска. Размер и вид неустойки, продолжительность ее взыскания определяется по правилам ст. 395 ГК.
Одаряемый несет ограниченную ответственность по консенсуальному договору. В случае отказа принять дар дарителю возмещается только реальный ущерб. Реальный ущерб может выражаться в расходах, которые понес даритель на транспортировку, хранение и содержание дара.
* Доктор юридических наук, профессор Московской государственной юридической академии.
1 Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 1. М., 1997. С. 241.
2 Умов В.А. Дарение, его понятие, характеристические черты и место в системе права. М., 1876. С. 6, 9.
3 Винавер М.М. Дарение и завещание // Из области цивилистики. М., 1908. С.99—100.
4 Отдельные виды обязательств / Под ред. К.А. Граве, И.Б. Новицкого. М., 1954. С. 126.
5 Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 401.
6 Гражданское право. Ч. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 128.
7 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 1996. С. 148.
8 Гражданское право. С. 127.
9 Там же. С. 126.
10 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй. С. 151.
11 Гуляев А.М. Русское гражданское право. СПб., 1913. С. 430.



ОГЛАВЛЕНИЕ