ОГЛАВЛЕНИЕ

Понятие и особенности гражданско-правовых гарантий
№ 3
02.08.1999
Савенкова О.В., Туктаров Ю.Е.
Гражданский кодекс РФ содержит 28 статей, в формулировках которых присутствует слово «гарантия». При этом в 15 говорится как об одном из способов обеспечения обязательства (ст. 126, 329, 368–379); в 6 — о гарантии качества товара и работ (ст. 470, 476, 722, 755 ГК РФ) и гарантии от дефектов в праве (ст. 760, 773 ГК РФ); а в 7 — в значении, в котором указанная категория будет рассматриваться в данной работе (ст. 60, 90, 99, 731, 773, 840, 845 ГК РФ). Но если учесть содержащиеся в этих статьях нормы («правовые конструкции»), то можно констатировать наличие большего числа «гарантий» в интересующем нас значении.
Согласно юридическим словарям1 специальное правовое значение его таково: «гарантия (франц. garantie, от garantir — обеспечивать) по гражданскому праву — один из способов обеспечения (исполнения) обязательства, применяемый в отношениях между организациями». Словари, не обремененные нагрузкой какой-либо отрасли знания, содержат и иное значение этого слова, употребляемого законодателем зачастую именно в таковом, хотя варианты значения различны: обеспечение;2 условие, обеспечивающее что-либо;3 условие, обеспечивающее успех чего-либо.4 Именно в этом значении слово «гарантия» является исходным моментом анализа гражданско-правовых гарантий. Иные же значения не являются предметом исследования, а если и являются, то постольку, поскольку они есть проявление сущности изучаемого. Перейдем к рассмотрению представленных вариантов.
Определение «гарантия» через «обеспечение» нарушает логический закон тождества. «Обеспечение» и «гарантирование» соотносятся как род и вид: они обладают общими признаками — имеют действенную природу и характеризуют форму зависимости, и именно такую, в силу которой одно явление влияет на другое. Но есть специализирующий признак: если обеспечение охватывает весь спектр позитивного влияния, то гарантии — лишь тот, который необходим, т. е. то, при отсутствии чего гарантируемое не возникает, не осуществляется, иными словами, становится нереальным. При этом обеспечение осуществляется путем создания необходимых условий, тогда как гарантирование — созданием гарантий. Таким образом, «гарантия» и «обеспечение» не имеют общего признака, позволяющего определить одно через другое, гарантия — это вид обеспечивающих условий.
Условие — то, от чего зависит обусловливаемое. Признак «обеспечение» характеризует назначение, направленность — сделать обеспеченным. «Условие» артикулирует связь: «гарантия — гарантируемое», более того, характер связи — необходимость одного для другого. Дополнительный признак «успех чего-либо» еще более уточняет смысл, отражая позитивную направленность этой связи максимального характера.
Поскольку гарантии есть результат гарантирования — определенно направленной человеческой деятельности, постольку гарантия есть социальное условие — явление либо процесс. Также следует отметить, что если речь идет об обеспечении реальности чего-либо с помощью гарантии, его осуществление обусловлено наличием гарантии, следовательно, гарантируемое есть всегда вероятное явление, процесс. Оно находится в социальной среде, которая содержит условия как способствующие, так и противодействующие его осуществлению. Они влияют на вероятные явления. Анализ их позволяет судить: осуществится ли вероятное явление или нет, т. е. реально оно или нет?
Итак, гарантия есть социальное условие, обеспечивающее реальность вероятного явления, процесса.
В юридической литературе существуют различные точки зрения относительно существа «гарантии»: а) закономерности5, б) средства,6 в) средства и условия,7 г) средства и способы,8 д) средства, способы и условия,9 е) социальные условия,10 ж) обеспечение.11
Предлагается исходить из обычного понимания этого слова — условие, обеспечивающее реальность вероятного явления, что, по нашему мнению, обеспечит последовательность и единообразность понимания данного слова. Более того, такое понимание более близко к вкладываемому смыслу в это слово, тогда как иное надуманно.
Если гарантии — социально необходимые условия реальности вероятного явления, то правовые гарантии есть социально необходимые условия, создаваемые правовым регулированием, реальности прав и обязанностей.
Точки зрения относительно правовых гарантий также разнообразны. И все их можно разбить на три больших блока: во-первых, правовые гарантии рассматриваются как правовые нормы, права и обязанности,12 во-вторых, — как фактическая действительность, являющаяся результатом правового регулирования, так и нормы права, права и обязанности,13 в-третьих, отрицается вообще существование такого явления.14
Нормы — правила поведения до того момента, когда содержащиеся в них требования, масштабы поведения обретут «жизнь» в действиях людей, имеют природу абстрактного, обладают способностью воздействовать в информационном, воспитательном плане, что обеспечивает, но не гарантирует.
Переходя к следующему мнению, заметим, что утверждения относительно двуединости правовых гарантий представляются не совсем верными, так как на один уровень ставятся несовместимые по своей сути явления: абстрактное и реальное, соответственно нормы права, права и обязанности и осуществление их. Исходя из этого, а также из очевидности их связи в рамках механизма правового регулирования, предлагается выделять правовые средства гарантирования, под которыми необходимо понимать нормы права, права и обязанности, реализация которых и есть правовые гарантии.
Противопоставляемая всем иным третья позиция основана на отрицании наличия такого явления, как правовые гарантии, и в науке, и в нормотворчестве, и высказывается С. М. Братусем: «Мы полагаем, что употребление термина юридическая (то есть правовая) гарантия применения права затемняет суть дела, прежде всего, умаляет нормативность и, следовательно, обязательность и потенциальную принудительность права».15 Верно, что возможность государственного принуждения, стоящая за нормами права, является одним из признаков, позволяющих отличать их от других социальных норм, однако «возможность государственного принуждения стоит непосредственно только за охранительными нормами и лишь опосредованно — за регулятивными».16 Более того, «в гарантировании как важнейшем признаке правовых норм центр тяжести все более смещается от негативных (принудительных) элементов к позитивным».17 Существует мнение, высказанное В. Ф. Яковлевым, что гарантии есть убеждения и принуждения.18 Но с этим и приведенными выше суждениями нельзя согласиться, поскольку под гарантиями все же следует подразумевать социальные условия, содержащие поведенческий фактор, являющийся претворением правовых требований.
Таким образом, можно сделать следующие выводы относительно правовых гарантий:
— поскольку право регулирует наиболее важные виды общественных отношений,19 поведение участников, которое поддается социальному контролю, то правовые гарантии составляют такие социально значимые отношения, в силу собственной значимости либо в силу значимости для тех отношений, ради которых они существуют. Правовые гарантии представляют собой сегмент социальной действительности, в котором происходит осуществление прав и обязанностей;
— поскольку общественные отношения, являющиеся гарантиями, основаны на норме права, имеют правовое значение, вызывают или могут вызвать правовые последствия, постольку гарантии являются правовыми;
— правовые гарантии есть фактический итог правового регулирования, т. е. поведение участников общественных отношений, в котором воплощаются требования и возможности, содержащиеся в праве;
— правовые гарантии реальны, нормы права, права и обязанности не являются гарантиями, поскольку абстрактны.
Следующий вопрос, на который необходимо ответить: какое вероятное явление есть объект правового гарантирования, должно ли оно быть правовым? Следуя формальной логике, — не обязательно, поскольку есть достаточные основания считать соответствующие отношения правовыми гарантиями по указанной выше причине: по привязанности к источнику — праву. Хотя практика исследования исходит из того, что правовые гарантии рассматриваются в качестве таковых по двум привязанностям — по источнику и по объекту, следует определить, какое все-таки правовое, вероятное явление есть объект правовых гарантий.
Юридическая мысль по этому вопросу весьма разнообразна. Правовые гарантии, по мнению ученых-правоведов, обеспечивают: законность,20 правильное применение правовых норм,21 реализацию субъективных прав,22 права и обязанности,23 нормы права.24
Н. А. Боброва рассуждает об объекте следующим образом: в какой бы форме ни выступали и какое бы конкретное содержание ни имели, они есть всегда проявление единой сущности — быть условием и средством превращения юридической возможности, заложенной в норме, в фактическую действительность,25 с чем следует согласиться.
С одной стороны, обязанность рассматривается как необходимость конкретного поведения личности, а с другой — возможность реализации, т. е. она может произойти, а может и не произойти. В силу обладания таким свойством не что иное, как права и обязанности, являются объектами правового гарантирования. Гарантии во всех случаях есть проблема реальности правового явления.26
Норма права — это форма выражения субъективных прав и юридических обязанностей. Нормы (объективное право) преобразуются в конкретное, субъективное право, иными словами, право, которое принадлежит конкретному субъекту для конкретной ситуации, устанавливает правомочия, обязанность, ответственность, рамки его поведения и все это при определенных условиях.27 Гарантируются не какие-то абстрактные нормы, а права и обязанности определенных субъектов,28 с чем нельзя полностью согласиться, поскольку права и обязанности также абстрактны, но тем не менее они уже конкретизированы по принадлежности к субъекту права в конкретном правоотношении. Поэтому нормы права, права и обязанности имеют то общее, что позволяет их рассматривать, в принципе, как объекты гарантирования, это — присущая им возможность.
Выяснив сущность, основные черты правовых гарантий, мы подошли к очередному вопросу: что есть гражданско-правовые гарантии. Гарантии в общем смысле были квалифицированы как правовые по двум привязанностям: к соответствующему источнику (предпосылке) и к объекту, что обеспечило абсолютную юридизацию проблемы, с одной стороны, но с другой — максимальную определенность изучаемого.
Из вышеизложенного можно заключить: гражданско-правовые гарантии — это социальные условия, создаваемые гражданско-правовым регулированием, при наличии которых гражданские права и обязанности реальны.
Отраслевой аспект изучаемого явления есть проблема дифференциации общеправового гарантирования применительно к особенностям регулируемых отношений, а также метода правового воздействия.
Прежде чем начать анализ особенностей, следует определить ряд  отправных моментов, влияющих на ход изложения суждения. Во-первых, поскольку любое поведение, имеющее социальное значение, есть акт взаимодействия с другими людьми и обществом в целом,29 то гражданско-правовые гарантии, представляющие собой «социальную жизнь права», претворение правовых предписаний в поведении участников общественных отношений, необходимо характеризовать и как фактическое поведение, и как акт взаимодействия с другими людьми. Во-вторых, если поведение человека есть процесс, разворачивающийся как в пространстве, так и во времени и включающий в себя не только сами действия, изменяющие внешнюю среду, но и предшествующие им психические явления и процессы,30 тогда гражданско-правовые гарантии следует специфицировать и с точки зрения психических процессов. В-третьих, так как гражданско-правовые гарантии представляют собой результат не только правового регулирования, но и процесса гарантирования, осуществляемого в следующих стадиях: идея — норма — правоотношение — акт реализации (в котором вторая и третья, обладающие схожими чертами, представляют собой правовые средства гарантирования), то следует учесть влияние источника (правовой формы) гражданско-правовых гарантий на их дифференцирующие признаки.
Итак, гражданско-правовые особенности должны быть сгруппированы в следующие блоки: 1) особенности гражданско-правовых гарантий как фактического поведения; 2) особенности как акт взаимодействия с другими людьми (социальной связи); 3) особенности психологических процессов, стоящих за фактическим поведением; 4) особенности, предопределенные источником.
Рассмотрим каждый блок в отдельности.
При анализе взаимосвязи права с человеческим поведением подразумевается поведение внешнее, т. е. выраженное вовне и потому оказывающее то или иное воздействие на физические и социальные события, процессы и явления.31 Гражданско-правовые гарантии являются предметом гражданско-правового регулирования, в связи с чем они обладают соответствующими признаками предмета этой отрасли. И если даже они представляют собой принципиально новые общественные отношения, то существуют в пределах сложившейся системы и принципов правового регулирования.
Первым признаком, позволяющим отделить гражданско-правовые от иных правовых гарантий, в фактическом плане, служит их объект. В ст. 2 ГК РФ, посвященной определению предмета гражданского права, речь идет о различных видах отношений, объединяемых прежде всего тем, что они возникают по поводу имущества.32 Если абстрагироваться от гарантируемого объекта (гражданских прав и обязанностей), то можно констатировать, что прямо или косвенно гражданско-правовые гарантии существуют по поводу материальных благ. Они прямо связаны с объектом, когда акты участников общественно-экономических отношений осуществляются по владению, пользованию и распоряжению материальными благами, и косвенно, когда акты тех же участников, тех же отношений существуют по поводу нематериальных благ.
Но эти гарантии обслуживают гражданские права и обязанности, которые имеют все же имущественное содержание.
Вторая особенность гражданско-правовых гарантий первого блока связана с субъектом. Субъект гражданско-правовых гарантий — имущественно самостоятельный участник гражданского оборота. Поскольку гражданское право регулирует отношения собственности в их статике, отражающие присвоенность материальных благ, постольку для них характерна имущественная обособленность их участников в отличие от иных субъектов. По своей степени имущественная обособленность субъектов отношений, регулируемых гражданским правом, достигает уровня имущественно-распорядительной самостоятельности, по которой имущество не только «персонифицировано», закреплено за определенными лицами, но закреплено в такой мере, в силу которой эти субъекты должны относиться друг к другу как лица, воля которых распоряжается этими вещами.33
Субъект гражданско-правовых гарантий — это преимущественно участники гарантируемой правовой связи. Государство, внедряя гражданское право в экономику, действительно ослабляет свою роль, так как переводит экономику в значительной степени на начала саморегулирования, — начинают активно действовать сами субъекты — участники экономических связей.34 Механизм гарантий при стабилизации экономики будет приводиться в действие «прежде всего усилиями участников рыночных отношений».35
Осуществление права выполняется совершением действия, составляющего его содержание, из чего вытекает, что гражданско-правовые гарантии составляют содержание именно гражданских прав и обязанностей.
Во второй блок особенностей входят следующие признаки. Социальная связь, образованная гражданско-правовой гарантией, всегда характеризуется определенностью состава субъектов. Если в государственно-правовых отношениях участником является государство в лице его органов, если в гражданско-процессуальных отношениях обязательным участником всегда является суд, то в отношениях, составляющих предмет гражданского права, участниками являются преимущественно субъекты гражданского оборота. Таким образом, субъектами социальной связи из гражданско-правовых гарантий выступают в основном субъекты гражданского оборота.
Данная связь характеризуется равенством ее субъектов. Равенство участников имущественных отношений, регулируемых гражданским правом, означает, в первую очередь, отсутствие между ними внеэкономической зависимости, власти, принуждения, отсутствие какой-либо иной социальной связи, кроме отношений собственности. Равенство участников отношений состоит в тождестве экономической роли, которую они играют в отношениях, регулируемых гражданским правом: каждый из них выступает в качестве субъекта, обладающего имущественно распорядительной самостоятельностью.36 Гражданско-правовые гарантии имеют природу материально-правовых притязаний, но не велений; обязанное лицо не подчинено управомоченному, а лишь функционально связано с ним посредством притязания.37
Третий блок спецификаций связан с такой стороной поведения, как сознание.
Право имеет дело только с сознательным поведением человека, отдающего себе отчет в своих поступках и способного руководить ими. Гражданско-правовые гарантии тогда характеризуются диспозитивностью, когда субъекты имеют возможность по своему усмотрению реализовывать права, исполнять обязанности. Кроме того, диспозитивность получает выражение в стадиях последующего развития гражданско-правовых гарантий — их изменения, прекращения. В административных же отношениях рамки возможности действовать по своему усмотрению весьма ограничены путем регламентации оснований действия или бездействия.
Гражданско-правовые гарантии по своему характеру инициативны. В гражданском праве не существует таких социальных связей, в становлении,  развитии, прекращении которых сознательные, волевые, целенаправленные действия отсутствовали бы.38 Гражданско-правовые гарантии есть всегда целенаправленные действия.
Следующий признак — интерес. Важнейший стержневой элемент товарно-денежных отношений — интерес. В гражданско-правовых отношениях это — интерес конкретных лиц, вступающих в правоотношения. Суть гражданско-правовых интересов заключается в том, что они отражают имущественные, а также личные неимущественные отношения, связанные с имуществом. В основе гражданско-правовых интересов лежат субъекты данных отношений.
Четвертый блок особенностей предопределен отличительным характером правовых средств гарантирования. Гражданско-правовому гарантированию свойственна дозволительность, которая предопределяет нижеследующие характеристики.
Отношениям имущественного оборота свойственно «самогарантирование». Одной из закономерностей гражданско-правового регулирования является гибкое сочетание средств и приемов нормативного и поднормативного (индивидуального) опосредования общественных отношений. Гражданское право оставляет широкий простор для использования средств индивидуального (поднормативного) характера.39 Действия по самоопределению, осуществляемые в рамках закона, выполняют в механизме правового регулирования в известной мере аналогичную функцию, что и сами нормы — функцию регулятора общественных отношений,40 что можно сказать и о гарантировании.
«Самогарантирование» предопределено диспозитивностью, которая заключается в том, что субъекты обладают возможностью по своему усмотрению выбирать конкретный способ приобретения прав, принятия обязанностей, определять по своему усмотрению в установленных рамках их содержание, распоряжаться наличным субъективным правом, прибегать или не прибегать к мерам защиты нарушенного права и т. д., что обусловливает наличие свободной операционности в отношении гражданско-правовых средств гарантирования со стороны участников имущественного оборота.
«Самогарантированности» свойственна инициативность как составляющая ее характеристика. Инициативность основана на способности субъектов гражданского права своими целенаправленными действиями вызывать к жизни права и обязанности, изменять их и прекращать. Для многих других отраслей права характерно отведение в динамике гарантирования значительной или решающей роли властным актам государственных органов. Механизм же действия гражданско-правового гарантирования основан на использовании целенаправленных актов от самих субъектов гражданского права. Наличие интересов субъектов к существованию гражданско-правовой гарантии создает основу рассматриваемой черты особенности.
Следующая особенность гражданско-правовых гарантий заключается в приоритете гарантирования относительно создания соответствующих правовых средств. Гражданское право в своем регулировании отношений создает определенный приоритет той стороне, в интересах которой осуществляется регулируемая деятельность. Так, в литературе отмечается, что новый ГК РФ расширяет возможности кредитора осуществлять свои права по договору.41 Законодатель заботится о том, как создать благоприятные условия для лиц, вступающих в отношения с теми, кто принял на себя какое-либо обязательство.42 Таким образом, обладатель гарантируемого права — центральная фигура гражданско-правового гарантирования.
Итак, гражданско-правовые гарантии — это инициативное поведение (либо его результат), зависящее от усмотрения имущественно самостоятельных, равных участников гражданского оборота, имеющее место прямо или косвенно по поводу материальных благ, являющееся реализацией гражданских прав и обязанностей (средства гражданско-правового гарантирования), создающее реальность гражданских прав и обязанностей (объекта гражданско-правового гарантирования).
Гражданско-правовые гарантии имеют важнейшее значение в социально-юридическом механизме гражданско-правового регулирования, поскольку служат объективно необходимым структурным элементом, без которого осуществление гражданских прав и обязанностей невозможно. Изучение данного феномена позволит решать вопросы как теоретического, так и практического порядка.
 Право эффективно лишь в том случае, когда его предписания неуклонно выполняются участниками общественных отношений. В связи с этим важнейшими задачами юридической науки являются изучение правовых гарантий, обеспечивающих реализацию права, и разработка рекомендаций по их совершенствованию.
* Юрисконсульты (Владивосток).
1 Юридический энциклопедический словарь. М., 1984. С. 59; Энциклопедический юридический словарь. М., 1998. С. 53; Юридический энциклопедический словарь. М., 1987. С. 72; Тихомиров М. Ю. Юридическая энциклопедия. М., 1995. С. 52.
2 Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М.,1997. С. 127.
3 Советский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 277.
4 Словарь иностранных слов. М., 1988. С. 111.
5 Мицкевич А. В. О гарантиях прав и свобод советских граждан в общенародном социалистическом государстве // Советское государство и право. 1963. № 8. С. 25.
6 Патюлин В. А. Государство и личность в СССР. М., 1974. С. 231–232; Чечот Д. М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 45; Боткин И. О. Государственные гарантии предпринимательской деятельности: Автореф. канд. дисс. М., 1995. С. 11.
7 Витрук Н. В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. С. 194; Конституционный статус личности в СССР. М., 1980. С. 195; Воеводин Л. Д. Юридический статус личности в России. М., 1997. С. 229; Мухиев Г. Правовые гарантии конституционных прав советских граждан: Автореф. канд.  дисс. Ашхабад, 1972. С. 10.
8 Шмайлова Л. П. По закону Страны Советов. Новосибирск, 1979. С. 43; Мамонов В. В. Гарантии прав, свобод и обязанностей граждан. Алма-Ата, 1981. С. 10; Ростовщиков И. В. Обеспечение прав и свобод личности в СССР. Саратов, 1988. С. 50.
9 Скобелкин В. Н. Юридические гарантии трудовых прав рабочих и служащих. М., 1969. С. 35; Волкова О. Н. Юридические гарантии трудовых прав граждан СССР при приеме на работу в качестве рабочих и служащих. Автореф. канд. дисс. М., 1979. С. 9.
10 Конституционные права и обязанности советских граждан. Киев, 1989. С. 79.
11 Карпенко Д. А. Гарантии трудовых прав. Киев, 1987. С. 7; Ойгензихт В. А. Ответственность как одна из гарантий реализации конституционных прав и выполнения обязанностей на современном этапе // Обеспечение реализации конституционных прав и обязанностей в условиях перестройки: Межвед. сборник научных трудов. Омск, 1990. С. 40.
12 Лепешкин А. И. Права личности, юридическая норма и социальная действительность // Конституция СССР и правовое положение личности. М., 1970. С. 530; Демократизация развитого социалистического общества. М., 1975. С. 73; Матузов Н. И. Субъективные права граждан СССР. 1972. С. 130; Попондопуло В. Ф. Механизм реализации и защиты прав предпринимателей // Регламентация защиты субъективных прав в Основах гражданского законодательства. М., 1992. С. 40; Волкова О. Н. Юридические гарантии прав граждан СССР при приеме на работу в качестве рабочих и служащих. С. 7; Шмайлова Л. П. По закону Страны Советов. С. 46; Марксистско-ленинская общая теория государства и права: Социалистическое право. М., 1973. С. 422.
13 Скобелкин В. Н. Юридические гарантии трудовых прав рабочих и служащих. С. 43; Конституционные права и обязанности советских граждан. С. 80.
14 Братусь С. М. Юридическая ответственность и законность. М., 1976. С. 79.
15 Там же. С. 79.
16 Боброва Н. А. Гарантии реализации государственно-правовых норм. Воронеж, 1984. С. 94.
17 Там же. С. 103.
18 Яковлев В. Ф. Гражданско-правовые средства обеспечения реального и надлежащего исполнения хозяйственных договоров // Гражданское право, эффективность и качество. Свердловск, 1977. С. 80.
19 Кудрявцев В. Н. Право и поведение. М., 1978. С. 8.
20 Керимов Д. А. Обеспечение законности в СССР. М., 1956. С. 28.; Строгович М. С. Основные вопросы советской законности. М., 1966. С. 65.
21 Недбайло П. Е. О юридических гарантиях правильного осуществления советских правовых норм // Советское государство и право. 1957. № 6. С. 20.
22 Воеводин Л. Д. Юридический статус личности в России. М., 1997. С. 229.
23 Конституционные права и обязанности советских граждан. С. 165.
24 Боброва Н. А. Гарантии реализации государственно-правовых норм. С. 68.
25 Там же. С. 31.
26 Керимов Д. А. Категория действительности и возможности в праве // Советское государство и право. М., 1968. № 8. С. 32.
27 Венгеров А. Б. Теория государства и права: Ч. 2. Теория права. Т. 2. М., 1997. С. 7.
28 Боброва Н. А. Гарантии реализации государственно-правовых норм. С. 68.
29 Кудрявцев В. Н. Право и поведение. С. 45.
30 Там же. С. 17.
31 Там же. С. 11.
32 Брагинский М. Гражданский кодекс. Ч. 1. Три года спустя // Хозяйство и право. 1998. № 1. С. 4.
33 Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. С. 34.
34 Яковлев В. Ф. Гражданский кодекс и государство // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 6. С. 134.
35 Мирошникова Н. И. Правовые гарантии реализации защиты прав юридических лиц при переходе к рыночной экономике // Регламентация защиты субъективных прав в Основах гражданского законодательства. М., 1991. С. 54.
36 Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. С. 38.
37 Иоффе О. С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л., 1949. С. 30.
38 Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. С. 93.
39 Илларионова Т. И. Поднормативное регулирование имущественных отношений в гражданском праве // Проблемы обязательственного права. Свердловск, 1989. С. 4.
40 Молчанова Т. Н. Диспозитивность в советском гражданском праве.  Свердловск, 1972. С. 5.
41 Экономические реформы и гражданское законодательство // Журнал российского права. М., 1997. № 6. С. 140.
42 Комаров А. С. Понятие и содержание договорной ответственности в праве Англии и США: Автореф. канд. дисс. М.,1981. С. 15.



ОГЛАВЛЕНИЕ