ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРАВОВЫЕ, ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ И ТАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ С ТРАНСНАЦИОНАЛЬНОЙ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТЬЮ.
Преступность сегодня превратилась в одну (из острейших социальных и межгосударственных проблем. Особое беспокойство международного сообщества вызывает тенденция расширения транснациональной преступности, носящей к тому же, как правило, организованный характер. Данное положение в значительной мере применимо и к России.
Обострение криминогенной обстановки в стране, обусловленное социально-политической нестабильностью в обществе и разбалансированностью в экономике, характеризуется не только количественным ростом криминальных проявлений, но также качественными изменениями параметров преступной среды — все большей ее соорганизованностью, агрессивностью, экстремизмом, повышенной жестокостью, готовностью идти на значительный риск в интересах получения максимальной наживы.
Вместе с тем интенсивное расширение внешнеэкономической деятельности российских предприятий и организаций, прежде всего за счет роста экспортно-импортных операций, развития совместного предпринимательства, создания свободных экономических зон, расширения прибрежной и приграничной торговли, а также упрощения процедуры и порядка выезда граждан за границу, наряду с некоторым ослаблением таможенных барьеров, повлекло определенные изменения в структуре и направленности организованной преступности.
Для представителей «теневых» хозяйственных структур легальный бизнес служит зачастую лишь удобным прикрытием для совершения крупномасштабных противоправных сделок, связанных с контрабандными перевозками сырья, энергоносителей, металлопродукции, товаров народного потребления, совершения бестоварных экспортно-импортных операций для незаконных переводов денежных средств за границу, различных форм «отмывания» денег, нажитых преступным путем.
Отмечены факты создания в России преступных формирований, состоящих как из российских граждан, так и иностранцев. Среди них особо выделяются выехавшие ранее на постоянное место жительства за пределы бывшего Союза соотечественники, знакомые с нашей правовой и социальной действительностью, спецификой функционирования местных криминальных структур и имеющие необходимые связи в их среде, а также обладающие финансовыми возможностями для подкупа должностных лиц в интересах преступной деятельности.
Имеется информация о попытках зарубежных преступных синдикатов с помощью доморощенных «мафиози», используя несовершенство действующего у нас финансового законодательства, попытаться «отмыть грязные деньги» путем вкладывания их в новые экономические структуры.
Зафиксированы мошеннические действия в связи с оформлением выезда граждан России за рубеж по частным вызовам и по трудовому найму. Отчасти это связано с облегченным порядком выезда из России, а также с широкой деятельностью, порой на грани легальности, различных фирм, которые берутся за определенную плату оформить необходимые документы без непосредственного участия заинтересованных граждан. Подобная активность таких турагентств должна настораживать, ибо здесь порой не обходится без крупных мошеннических операций. Примером может послужить деятельность в Москве лжефирмы «Экотур». При задержании у ее руководителей были изъяты документы, свидетельствующие о получении денег от 57 доверчивых туристов. Как правило, подобные действия происходят не без участия коррумпированных должностных лиц соответствующих государственных органов.
Другой пример. В ноябре 1993 года Московским РУОП совместно с представителями МВД Республики Беларусь была разоблачена устойчивая преступная группировка, занимавшаяся поставкой проституток из стран СНГ в Израиль. Преступники действовали около двух лет. За это время более 800 женщин было нелегально переправлено на Ближний Восток. Этому, безусловно, способствовал тот факт, что один из соучастников преступления работал в Гомельском ОВИРе и за взятки безупречно оформлял все документы. Более того, в зависимости от обстоятельств женщинам менялись имена, фамилии, национальность.
Следует выделить причастность российских граждан к транснациональным экономическим преступлениям. Латентность этого вида преступлений значительна, а экономический ущерб велик Это обусловлено тем, что их подготовка ведется с привлечением в качестве консультантов высококвалифицированных специалистов в области экономики, хозяйственного, финансового права и осуществляется с применением изощренных ухищрений и уловок, что нередко позволяет преступникам, даже в случаях разоблачения, уходить от ответственности.
Многие дельцы подпольного бизнеса стремятся разместить нажитые преступным путем капиталы в иностранных банках либо скрыться от правосудия за границей, что существенно осложняет раскрытие и расследование совершенных преступлений равно как и привлечение виновных лиц к уголовной ответственности.
Имеющаяся в МВД России информация свидетельствует об устойчивой тенденции роста связей отечественных организованных преступных групп с криминальными формированиями в странах дальнего и ближнего зарубежья. Так, если в 1991 году были выявлены 91 ОПГ, имевшие международные связи, то в 1992—174, в 1993—307. Такое же положение сохранялось и в 1994 году, в течение которого выявлены 461 ОПГ, совершившие 657 преступлений По ним возбуждено 322 уголовных дела, к ответственности привлечено 639 человек.
Следует отметить, что под преступной группой, имеющей транснациональные связи, нами понимается группа преступников, организовавшая взаимодействие с криминальными структурами за рубежом с целью повышения эффективности собственной противоправной деятельности и незаконного oбoгaщения.
Отсюда основаниями отнесения той или иной группировки к разряду имеющих транснациональный характер могут послужить следующие признаки:
радиус действия, когда сфера преступных интересов выходит за пределы национальных границ;
вхождение в ее состав граждан иностранных государств; наличие криминальных связей за рубежом, что повышает результативность преступной деятельности
В свете вышеизложенного особенно актуальной для правоохранительных органов России становится задача максимального использования возможностей международного сотрудничества в совершенствовании борьбы с преступностью, особенно с ее организованными формами и проявлениями, выходящими за рамки государственных границ, — так называемыми транснациональными преступлениями.
Сотрудничество органов охраны правопорядка России и других государств осуществляется на базе международных многосторонних соглашений (Конвенций по борьбе с отдельными вида ми преступлений) и двусторонних договоров (межгосударственных, межправительственных и межведомственных) В 1991 году Организацией Объединенных Наций Россия была официально признана правоприемником бывшего Союза ССР, в том числе и по всем обязательствам последнего, вытекающим из заключенных соглашений и договоров об оказании взаимной правовой помощи. В настоящее время для нашей страны такие договоры действуют с 24 государствами, что является явно недостаточным в свете происходящих изменений и активизации международных контактов (например, отсутствуют договоры о правовой помощи с развитыми странами Запада, а также рядом сопредельных государств — странами Балтии, Китаем).
Многие конкретные вопросы взаимодействия России с другими странами в области борьбы с преступностью регулируются в двусторонних межведомственных договорах. Из них следует выделить в качестве имеющих непосредственное отношение к рассматриваемой проблеме такие правовые акты, как Соглашение с ФМВД Австрийской Республики о сотрудничестве в борьбе с незаконным оборотом наркотиков и организованной преступностью (1990 г.), Соглашение с МВД ФРГ о сотрудничестве в борьбе с организованной преступностью (1991 г.). Соглашение с МВД Итальянской Республики о сотрудничестве в борьбе с организованной преступностью и незаконным оборотам наркотических средств и психотропных веществ (1993 г.).
Нельзя обойти вниманием и подписанное 24 апреля 1992 г. в Алма-Ате министрами внутренних дел стран СНГ Соглашение о взаимодействии в сфере борьбы с преступностью, а также в его развитие _ Соглашение о взаимоотношениях в сфере обмена информацией (3 августа 1992 г.)
Исходя из образовавшегося правового вакуума в межгосударственных отношениях республик бывшего Союза и острой необходимости оперативно решать вопросы уголовно-правового характера, укачанные договоренности предусматривают осуществление прямых, минуя органы прокуратуры, контактов между органами внутренних дел, в следующих, в частности, формах: «а) исполнения запросов и просьб по уголовным делам, делам оперативного учета и материалам об административных правонарушениях; . в) содействия в проведении оперативно-розыскных мероприятий и процессуальных действий» (ст. 2)
Однако данные положения не во всем согласуются с мировой практикой оказания взаимной правовой помощи, предусматривающей в качестве субъектов таких правоотношений органы юстиции т е. суд, прокуратуру и нотариат, они входят в противоречие и с действующим законодательством (ст. 32 УПК РСФСР), а также с указанием Генерального прокурора Российской Федерации № 5/20 от 9.03.92 «О порядке выполнения ходатайств об оказании правовой помощи» В последнем, в частности, «предусматривается, что взаимодействие и сотрудничество с правоохранительными ведомствами стран — членов СНГ, включая и органы внутренних дел, осуществляется только через соответствующих надзирающих прокуроров». Отмененная коллизия в правовом регулировании в принципе решена в рамках подписанной 22 января 1993 г. главами государств СНГ Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Дело осталось за ее дальнейшей ратификацией высшими органами законодательной власти еще ряда государств Содружества
Вместе с тем целесообразность и своевременность алма-атинских договоренностей не вызывает сомнения. По всей видимости, при их подготовке был воспринят имеющийся положительный опыт взаимодействия правоохранительных органов развитых стран Запада, который заключается в решении вопроса об оказании уголовно-полицейской помощи на межведомственном, часто многостороннем уровне Здесь можно сослаться на практику координации усилий полиции и служб безопасности стран Европейского Сообщества — группа «Треви» (борьба с терроризмом и другими международными преступлениями), группа «Помпиду» (борьба с наркобизнесом), создание Евро-пола, а также единой информационной системы.
3 марте 1993 года Совет глав правительств СНГ утвердил Программу совместных мер по борьбе с организованной преступностью и иными опасными видами преступлений на территории государев) — у час шиков Содружества. В рамках этой Программы создано Бюро по координации деятельности органов внутренних дел стран СНГ, которое в настоящее время разворачивает свою работу.
Изучение и анализ функционирования транснациональных организованных преступных групп, действующих на территории бывшего Союза, показывает, что имеются определенные приоритетные направления в их деятельности, обусловленные, во многом, спецификой региона: Средняя Азия — незаконный оборот наркотиков; Северный Кавказ и Закавказье — хищение оружия и боеприпасов; Прибалтика — валютные и экспортно-импортные операции со стратегическим сырьем и продукцией; Дальний Восток — махинации с автомобилями, ввозимыми из-за рубежа, рэкет, преступления в сфере экономики, особенно, в рыбоперерабатывающей отрасли. Па оперативную обстановку гг. Москвы и Caнкт-Петербурга значительное влияние оказывают преступные группировки, состоящие из жителей Кавказского региона. Диапазон преступлений, совершаемых этими группами, довольно широк — от квартирных краж и вымогательства до контролирования рыночной торговли и валютно-финансовых махинаций.
Деятельность по выявлению и разоблачению преступных групп, имеющих межгосударственные и межрегиональные связи, осложняется. тем, что местные правоохранительные органы зачастую нс знают о существовании и функционировании нa подведомственной территории таких групп, поскольку формирование может происходить в ином регионе, а весь процесс совершения преступлений у таких групп, как правило, разб1п на несколько звеньев (технологических операций), которые совершаются в различных регионах. В этой связи оперативным аппаратам необходимо продолжать работать по уже выявленной группировке, поскольку разоблачение какой-либо одной из них не всегда приводит к ликвидации всего преступного формирования.
Так, в начале июня 1993 года органами транспортной милиции совместно с Московским РУОП и Управлением МБ по Москве и Московской области была ликвидирована крупная, хорошо организованная вооруженная группировка лиц китайской национальности. Преступники занимались разбоем, кражами и вымогательством у своих соотечественников в пути следования поезда № 3 «Пекин—Москва». Как выяснилось позднее, в состав группировки входило до 20 активных членов, причем часть боевиков действовала «вахтовым» методом — после совершения ряда преступлений они выезжали в Китай, а их заменяли новые члены преступной группы.
В конце июня 1993 года сотрудниками ГУВД Москвы при совершении разбойного нападения на квартиру, где временно проживал китайский коммерсант, были задержаны трое преступников — граждан КНР. Впоследствии была установлена их связь с преступной группой, орудовавшей в поезде «Пекин—Москва», а один из задержанных являлся авторитетом в воровской среде Пекина.
При разработке указанных преступных групп оперативные сотрудники столкнулись прежде всего с языковой проблемой, а также с незнанием особенностей психологии, обычаев и традиций китайской криминальной среды. Это, в частности, нс позволило в полном объеме использовать арсенал оперативно-розыскных методов работы. Для разрешения возникших трудностей и выявления преступных связей в Москву приезжали представители Министерства общественной безопасности КНР. В результате активной работы с членами этого преступного формирования правоохранительными органами Китая было задержано у себя более 70 причастных к нему лиц.
Продление оперативно розыскных мероприятий в отношении действовавшей на территории России китайской организованной преступной группировки выявило ряд моментов, на которые необходимо обратить внимание.
Первое. Безобразия, творившиеся в поезде «Пекин—Москва», нс были секретом для российских органов внутренних дел. Информация о них поступала от китайских властей и даже стала предметом ряда газетных публикаций. Однако органы милиции не реагировали соответствующим образом, а именно — не приняли мер упреждающего характера, не вели необходимую работу по завоеванию должных оперативных позиций среди лиц китайской национальности, которых только в Москве насчитывается до 50 тыс. человек. При этом свою негативную роль, безусловно, сыграл языковой барьер. Потребовалось раскрытие конкретного преступления «по горячим следам» для начала активной разработки преступного формирования.
И второе. Отсутствие специализированного негласного аппарата по разработке этнически однородных преступных групп, в данном случае — владеющих китайским языком негласных сотрудников, не позволило полностью использовать имевшиеся оперативные возможности для получения интересующей информации. Этому же способствовала и нехватка должным образом подготовленных оперработников.
Основной упрек за создавшееся положение следует адресовать органам внутренних дел па местах, где до настоящего времени не налажена система всесторонней проверки лиц на причастность к совершению транснациональных преступлений. Ослабление оперативных позиций также не способствует своевременному выявлению граждан, выезжающих с преступными намерениями за рубеж, вследствие чего практические органы еще довольно редко используют каналы Интерпола с целью заблаговременного информирования полицейских служб иностранных государств для принятия мер упреждающего характера.
Касаясь вопроса о степени влияния преступных группировок, действующих за пределами России, на криминогенную обстановку в странах Запада, следует отметить, что официальные данные об арестах и судимости российских граждан за рубежом свидетельствуют, что они находятся на обычном уровне для нескольких волн эмиграции и масштабов туристического обмена. Шум в средствах массовой информации о наступлении «русской мафии» используется зачастую в конъюнктурных политических целях и основан в значительной мере на отдельных прецедентах.
Так, начальник Государственной полиции Швеции Бьорн Эриксон считает, что «термином «русская мафия» слишком часто злоупотребляют и забывают о том, что пятьдесят процентов вины... лежит на западных партнерах». Аналогичного мнения на эту проблему придерживается сотрудник Федерального ведомства по уголовным делам Германии Юрген Маурер. Он полагает, что у российских преступных формирований в Западной Европе отсутствуют признаки традиционной мафии. Комиссар лондонской полиции Пол Кокдон заявил, что : «специфически российского либо восточно-европейского стиля правонарушений мы пока не отмечаем».
Кроме того, объективно нельзя связывать с Россией участие в организованных преступных группах, совершающих преступления в экономически высокоразвитых странах, бывших граждан СССР, ранее эмигрировавших и получивших гражданство в государствах Европа и Америки.
С 1990 года основной объем сотрудничества и уголовно-полицейского взаимодействия правоохранительных органов России с иностранными коллегами осуществляется прежде всего в рамках Международной организации уголовной полиции — Интерпола. Наиболее тесная кооперация усилий в борьбе с преступностью сложилась с полицейскими службами Австрии, Бельгии, Великобритании, Венгрии, Германии, Польши, США, Турции, Финляндии, Швеции, Чехии и Словакии. Следует отметить, что подобная кооперация усилий лишь тогда приносит положительные результаты, когда российские органы внутренних дел сами способны квалифицированно выявлять преступные деяния транснационального характера, лиц, причастных к их совершению, осуществлять поиск похищенного и сбор необходимых доказательств.
Летом 1993 года Главным управлением по организованной преступности МВД России совместно с МВД Венгрии была задержана и разоблачена международная преступная группировка, занимавшаяся кражами автомашин в Венгрии и перегоном их на территорию СНГ для дальнейшей реализации. У преступников изъято 15 похищенных автомобилей.
При разработке группировки с целью документирования преступной деятельности и выявления криминальных связей был проведен комплекс оперативно-розыскных мероприятий с использованием возможностей ОПУ МВД России, Украины и Венгрии, а также ОТУ Министерства безопасности Российской Федерации.
Вместе с тем следует отметить, что сотрудниками ГУОП МВД Россия, наряду с использованием возможностей Интерпола, для быстрого решения возникающих задач были установлены прямые контакты с венгерскими коллегами, реакция которых была адекватной складывающейся обстановке. В конечном итоге, думается, именно непосредственное взаимодействие оперативных работников заинтересованных государств способствовало успешной реализации данного дела.
Указанные действуя сотрудников ГУОП явились практической реализацией одной из функций этого структурного подразделения министерства, которая предусматривает «...установление прямых связей с соответствующими службами милиции (полиции) зарубежных государств, международными полицейскими организациями по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией».
За последнее время проведен ряд успешных совместных операций с ВКА (Германия) по задержанию в Санкт-Петербурге крупной партия наркотиков, с ФБР (США) по задержанию скрывшегося от американского правосудия гражданина Б. с его последующей депортацией из России.
Остановимся подробнее па последнем примере. Осенью 1994 года ГУОП МВД России в рамках совместной с ФБР США работы проведены оперативно-розыскные мероприятия, в результате которых был задержан гражданин США Михаил Б., находящийся в Федеральном розыске США за похищение трехлетней Моники.
Получив данные о том, что Б. с похищенным ребенком может находиться на территории Российской Федерации, ГУОП совместно с ОПУ МВД России был проведен комплекс мероприятий по установлению .его местонахождения и получению сведений о судьбе ребенка, похищенного в целях оказания морального давления на мать, с которой Б., проживая в США, сожительствовал, но в последнее время находился в неприязненных отношениях.
Параллельно с оперативными мероприятиями проводилась работа по каналам Государственного департамента, Министерства юстиции США и Генеральной прокуратуры России о правовом урегулировании выдачи преступниками ребенка американской стороне.
В ходе отработки фигуранта и его связей было установлено, что ребенка с ним нет. Учитывая возможность совершения каких-либо насильственных действий в отношении девочки, было принято решение о задержании Б. Операция по его задержанию проводилась в аэропорту «Шереметьево-2» при попытке вылететь из России на остров Кипр, где он проживал до настоящего времени.
В процессе работы с Б. были получены признательные показания о том, что ребенок находился на Кипре у его жены. Об этом был и незамедлительно проинформированы офицеры связи ФБР в Москве. Для проверки полученных сведений на Кипр из США вылетел агент ФБР.
Получив подтверждение, что ребенок обнаружен, жив и будет доставлен матери в Лос-Анджелес, Михаил Б. в сопровождении сотрудников ГУОП и ФБР был экстрадирован из России и передан американским властям.
Однако в настоящее время на практике сложилась ситуация, затрудняющая оперативным аппаратам органов внутренних дел России надлежащим образом обеспечить борьбу с транснациональными преступными формированиями, В связи с дезинтеграцией единого государства резко ослаб обмен информацией оперативно-розыскного характера прежде всего между правоохранительными органами республик бывшего Союза, привлечение дополнительных сил и средств из различных регионов практически не осуществляется, осложнилось использование негласного аппарата.
Представляется, что одним из направлений преодоления отмеченных затруднений может быть использование положительного зарубежного опыта. Так, Национальная стратегия США по противодействую организованной преступности прямо предусматривает возможность обмена оперативными работниками с другими странами в общих интересах борьбы с международными преступными сообществами. Далее в этом документе указывается, что профессиональная подготовка личного состава соответствующих подразделений должна предполагать овладение их сотрудниками иностранными языками, приобретение ими познании в области валютно-кредитных отношений и ведения бухгалтерской отчетности, борьбы с финансовым мошенничеством и «отмыванием денег» в международном масштабе, нормативного регулирования оперативно-розыскной деятельности и методов ее осуществления, в том числе правоохранительными органами других государств, а также приобретение ими навыков работы с оперативно-техническими средствами.
Подводя итог изложенному, необходимо отметить, что при разработке организованных преступных групп, имеющих транснациональные связи, первостепенное значение приобретает получение и использование информации относительно деятельности такого криминального формирования, его структуры и состава и далее — проверка этих сведений с использованием сил, средств и методов оперативно-розыскной деятельности, а также реализация проверенной информации. Отсюда одна из главных задач оперативных аппаратов состоит в активной разведывательно-поисковой работе. Последняя, наряду с применением привычных методов ОРД (наблюдения, оперативного осмотра, личного сыска) и использованием специальных оперативно-технических средств, должна предполагать разработку и внедрение новых, нетрадиционных для оперативных подразделений (однако эффективно применяемых во многих развитых зарубежных странах) форм и методов получения значимой информации. Вместе с тем следует отметить, что применение неординарных форм и методов в оперативно-розыскной деятельности является делом новым и потому требует тщательной проработки всего комплекса правовых, организационных и тактических аспектов.
Необходимо также совершенствовать уровень профессиональной подготовки оперативных работников, специализирующихся на борьбе с транснациональными преступными группами. Следует обратить внимание на овладение ими иностранными языками, приобретение познаний страноведческого характера, а также в области зарубежного законодательства и правового регулирования деятельности полиции.



ОГЛАВЛЕНИЕ