ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 2. Система преступлений против общественной безопасности.
1. Краткий исторический очерк развития законодательства об ответственности за преступления, посягающие на общественную безопасность 1845 - 1996 г.
г.).
Уголовное законодательство Российской империи второй половины 19 - начала 20 века, в частности Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года в редакции 1857, 1865 и 1885 годов и Уголовное уложение 1903 года, не содержало в себе самостоятельного раздела или главы где были бы сосредоточены нормы, предусматривавшие ответственность за деяния, аналогичные тем, которые предусмотрены в главе 24 раздела IX УК 1996 года (преступления против общественной безопасности). Уголовно - правовые системы других европейских государств решали этот вопрос по разному. Одни, например, французское, бельгийское, английское законодательство шли по тому же пути, что и Россия, другие (германское, венгерское, голландское, норвежское) выделяли самостоятельную группу посягательств против общежития под наименованием общеопасных преступлений. К числу общеопасных преступлений по Уголовным кодексам этих государств относились следующие деяния: повреждения телеграфов, путей сообщения, железных дорог, имущества посредством огня, взрыва и потопления, чужого скота посредством сообщения ему заразы, отравления водохранилищ и т. п. Как следует из характера перечисленных преступлений основным определяющим признаком этих преступлений признавался общеопасный способ совершения преступления. Однако само понимание способа и его границы трактовались весьма специфически: под ним понимались случаи, когда для достижения преступного результата виновный прибегает к средствам, впоследствии выходящим из под контроля и носящим характер разрушительных стихийных сил природы (огонь, вода, пар и вообще газы, электричество, заразные болезни)». Одновременно сфера действия способа ограничивалась .лишь воздействием на чужое имущество.
^ См.: Фойницкий И. Я. Курс русского уголовного права. Часть Особенная. Санкт-Петербург. 1912. С. 339; Белогриц - Котляревский Л.С. Очерки курса русского уголовного права. Общая и Особенная часть. Лекции. Киев - Харьков. 1896. С. 563.
Вместе с тем из изложенного выше не следует, что уголовное законодательство Российской империи не предусматривало ответственности за аналогичные преступления. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года в редакции 1857, 1865 и 1885 годов в различных разделах, главах и отделениях предусматривало достаточно большое количество норм о деяниях, относимых в настоящее время к числу общеопасных преступлений.^ Например, в ст. 269 (1) главы первой (О сопротивлении распоряжениям правительства и неповиновении установленным от оного властям) раздела четвертого (О преступлениях и проступках против порядка управления) предусматривалась ответственность за устройство, подговор к устройству или участие в публичном скопище, сопровождавшемся насилием или угрозой над личностью, похищением, самовольным завладением, истреблением или повреждением чужого имущества, вторжением в чужое обитаемое здание либо иное помещение, огороженное место или усадьбу, а равно руководство совершением указанных действий или подстрекательство к ним / аналог современных массовых беспорядков /. Причем следует отметить, что ответственность за это деяние дифференцировалась в зависимости от характера и роли участия лица: по ч. 1 наказывались за участие в публичном скопище, по ч. 3-за организацию скопища, руководство учиненном насилия над личностью, вторжением в чужое жилище или покушением на такие действия, а также подстрекательство к их совершению или продолжению. Если же скопище или участники скопища, совершая указанные выше действия, оказывали насильственное противодействие вооруженной силе, признанной для рассеивания скопища, то наказание виновным резко усиливалось (соответственно ч. 2 и 4 ст. 269 (1).
Менее существенные беспорядки предусматривались ст. 1226 и 1227 Уложения 1845 года. С принятием в 1864 году Устава о наказаниях, налагаемых мировым судьей эти деяния стали определяться ст. 38 Устава. Согласно этой статье "За буйство в публичных местах и за нарушение общественной тишины, если в этом участвовала целая толпа людей, не разошедшихся по требованию полиции, упорствовавшие подвергались аресту до 1 месяца или штрафу до 100 рублей, а если потребовалось прекратить беспорядки силою - до 3-х месяцев или до 3000 рублей"^.
Понятие скопища в литературе 19 века определялось как "публичное скопление многих в явном намерении защищать соединенными силами свою частную волю против объявленной государственной воли", а "на последовавшие приказания начальства разойтись по своим домам, они останутся на месте собранными и неразлучными"^. Позже при подготовке проекта Уложения 1885 года в литературе было предложено понимать под скопищем "Соединение ради общих действий или ради общей цели более или
"° См.: Свод законов уголовных. Часть первая. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. С - Петербург. 1910. "' См.: Свод законов Российской империи. Т. 15.4.3. Спб. 1914. ^ См.: Фейербах П. И. Уголовное право в 3 - х книгах. Кн. 2. Спб.
1810. С. 42.
менее значительного числа лиц". При этом относительно численности участников скопища давалась следующая рекомендация "Понятие множества не может быть определено какими - либо признаками, особо указанными в законе, в особенности с точностью означенным наименьшим числом участников, а устанавливается по обстоятельствам каждого случая, очень часто даже в зависимости от места скопища". В совокупности специфическими признаками скопища признавались такие обстоятельства как : 1) единство цели, соединение ради общей цели или общих действий, чем скопище отличается от простой толпы; 2) более или менее значительное число участников; 3) как правило, для наказуемости скопища необходима также публичность, в смысле образования скопища в таком месте или при таких условиях, чтобы оно обладало способностью неопределенно разрастаться^.
В статьях 867 - 869 (1) отделения шестого (О нарушении правил, установленных для продажи, хранения и употребления веществ ядовитых и сильнодействующих) главы первой (О преступлениях и проступках против постановлений, ограждающих народное здравие) раздела восьмого (О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния) предусматривалась ответственность за нарушение правил обращения с ядовитыми и сильнодействующими веществами. В ст. 922 - 931 отделения первого (О составлении злонамеренных шаек и пристанодержа-тельства) главы третьей (О нарушении общественного спокойствия, порядка и ограждающих оные постановления) раздела восьмого устанавливалась ответственность за организацию и участие в шайке для разбоев, зажига^сельства, краж и т. д,/ некий аналог современного бандитизма /. Аналогичная по содержанию норма предусматривалась и в отделении первом главы третьей (О похищении чужого имущества) раздела двенадцатого (О преступлениях и проступках против собственности частных лиц.).
В ст. 986 - 987 (1) отделения седьмого (О противозаконном выделывании и хранении оружия или пороха и нарушении других, для ограждения личной безопасности постановленных, правил осторожности) главы третьей (О нарушениях общественного спокойствия, порядка и ограждающих оные постановлений) раздела восьмого устанавливалась ответственность за нарушение правил обращения с оружием, порохом, взрывчатыми веществами, снарядами.
Последним в истории Российской империи фундаментальным законодательным актом в сфере уголовного права было Уголовное уложение 22 марта 1903 года. Оно существенно отличалось от предыдущих законодательных актов не только по технико-юридическому изложению, но и по содержательной стороне. Особенностью Уложения было то, что оно вводилось в действие постепенно по отдельным главам и даже по отдельным статьям. В нем также предусматривались отдельные нормы о общеопасных преступлениях. Например, в главе пятой (О смуте) в ст. 120-123
преступлениях.
устанавливалась ответственность за организацию и участие в публичных скопищах. Законом от 7 июня 1904 года были введены в действие наряду с некоторыми другими главами и ст. ст. 121, 123 и 126 - 134 данной главы^. Статьи 120 и 122 так и не вступили в действие. В соответствии сост. 121к ответственности привлекался виновный в участии в публичном скопище, заведомо собравшемся с целью выразить неуважение верховной власти или порицание установленных Законами основными образа правления или порядка наследия престола, или заявить сочувствие бунту или измене, или лицу, учинившему бунтовщическое или изменническое деяние, или учению, стремящемуся к насильственному разрушению существующего в государстве общественного строя, или последователю такого учения. Наказание за это деяние предусматривалось в виде заключения в крепость на срок не свыше трех лет или заключением в тюрьму. Более строго наказывались устроители или лица, подговорившие устроить такое скопище, а также его участники, руководившие скопищем (ч. 2). В этих случаях заключение в крепости или тюрьме было на срок не менее шести месяцев.
По ч. 3 к ответственности привлекались лица, не оставившие скопища после соответствующего требования, предъявленного в присутствии вооруженной силы, признанной для рассеяния скопища. Наказание предусматривалось в виде ссылки на поселение или заключения в исправительном доме. Особому наказанию по ч. 1 ст. 123 в виде каторги на срок не свыше восьми лет подвергался участник скопища, которое, действуя совместными силами: 1) оказало насильственное противодействие вооруженной силе или произвело насильственное нападение на военный караул или часового, 2) захватило в свою власть, разграбило или разрушило склад оружия, военное судно, укрепленное место, железную дорогу, телеграф, телефон, монетный двор или иные объекты общего или правительственного пользования, 3) насильственно освободило арестантов или повредило места заключения, 4) употребило для учи-нения насильственных действий взрывчатые вещества или снаряд.
По ч. 2 этой же статьи наказывались устроители или подговорщики к устройству скопища, а также участник оного, руководивший им при совершении деяний, предусмотренных ч, 1. Виновный в этих случаях наказывался срочной каторгой. Такой же ответственности подвергался и подстрекавший к учинению названных действий или их продолжению или употребивший при учине-нии оных взрывчатые вещество, снаряд или оружие.
В главе двенадцатой (О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойствие) в ст. 279 предусматривалась ответственность за участие в шайке, составившейся в различных целях и в том числе для воровства, разбоев, вымогательств или мошенничества, для повреждений чужого имущества, приобретения, принятия на хранение, сокрытия, заклада или сбыта чужого имущества, добытого заведомо посредством преступного деяния, а так же за дачу пристанища заведомо участнику такой шайки или
*" См.: Уголовное уложение. Объяснения к проекту редакционной комиссии. Т. 2. Спб. 1895. С. 143 - 144.
^ См.: Российское законодательство X - XX веков.
М. 1994. С.
доставление средств для учинения преступных деяний. В этих случаях, если виновный не подлежал за преступное деяние, шайкой учиненное, более строгому наказанию, то он наказывался заключением в исправительный дом. Такому же наказанию подлежал виновный в том, что давал пристанище заведомо участнику такой шайки или доставлял средства для учинения преступных деяний.
Как видно из изложенного, нормы о общеопасных деликтах были разбросаны по разным главам и разделам Уложения о наказаниях уголовных и исправительных и Уголовного уложения. Однако отсутствие в законодательстве соответствующей группы норм под самостоятельной рубрикой порождало различные суждения среди специалистов по уголовному праву. Одна группа ученых (И. Я. Фойницкий, С. В. Познышев)^ считала обоснованным отсутствие в Уложении в редакции 1885 года соответствующей рубрики. Другие (Л. С. Белогриц - Котляревский, Э. О. Колоколов)^, наоборот считали более обоснованной позиции уголовных кодексов Германии, Нидерландов и других государств.
Обосновывая свою позицию И. Я. Фойницкий указывал на следующие аргументы: а) " Признак общеопасности представляется в высшей степени неопределенным: какому числу благ должно угрожать деяние, и нужна ли для признания его общеопасным наличность опасности для благ многих лиц, или достаточна опасность для блага одного лица. " б) " Вместе с тем, создание этой рубрики стоит в противоречии с руководящими началами уголовного законодательства, ибо: 1 - ныне все преступления запрещаются и наказываются не как нарушение того или иного отдельного интереса, а потому именно, что законодатель признает их опасными для всего общества; поэтому к рубрике общеопасных следовало бы, строго говоря, отнести все наказуемые деяния; и 2 - если бы даже можно было условиться о более конкретном понимании признака общеопасности, то создание на основании его особой рубрики преступных деяний стояло бы в противоречии с современным приемом распределения преступлений по предмету посягательства, и в этой группе пришлось бы соединить нарушение благ самых разнообразных, что действительно и замечается в кодексах, вводящих у себя эту рубрику "''^.
Считая данные соображения несостоятельными, Л. С. Бело-гриц-Котляревский отмечал, что: " Во-первых, специальное указание законодателем в каждой отдельной статье признака общеопасности, как элемента данных посягательств, вовсе не равносильно неопределенности этого признака; оно означает только то, что законодатель хотел общеопасные повреждения в собственном смысле
^ См.: Фойницкий И. Я. Указанная работа. С. 339 - 340. Гораздо позже эту точку зрения по - прежнему высказывал С. В. Познышев: Очерк основных начал науки уголовного права. 11. Особенная часть. М. 1923. С. 127.
^ См.: Белогриц-Котпяревский Л. С. Указанная работа. С. 563 - 567; Уголовное право. Курс лекций проф. Колокопова. Общая часть - Особенная часть. М. 1892 - 1893. "" См.: Фойницкий И. Я. Указанная работа. С. 339 - 340.
отличить от деяний, сходных с ним по способу совершения, но с ним по объекту не совпадающих ввиду отсутствия во многих случаях опасности для неопределенного множества лиц, от деяний, которые, однако, по причине этого сходства, нормируются с общеопасными повреждениями в одной рубрике. Во-вторых создание особой рубрики общеопасных повреждений нисколько не подрывает общепринятой системы кодексов, так как здесь основанием такой классификации служит не только особый способ действия, но и сложный объект посягательства, а именно неприкосновенность не только имущественных, но часто и личных благ неопределенного числа людей. "Признавая далее необходимость особой рубрики, он понимает под ними" такие деяния, которые приведением в движение стихийных сил природы или остановкой их общеполезной эксплуатации создают или могут создать опасность для имущественных или даже личных благ неопределенного множества лиц, т. е. неопределенных количественно или индивидуально особей.'"»
Таким образом, если исходить из позиций сторонников существования в уголовном законодательстве конца 19 - начала 20 века самостоятельного раздела, предусматривавшего ответственность за "общеопасные преступления" можно выделить следующие характерные признаки, позволяющие отграничить названные преступления от смежных: во-первых, сложный объект посягательства, который включает в себя различные по характеру блага, во-вторых, особо опасный способ совершения преступления, и, в-третьих, неразрывная связь способа с объектом посягательства -создание опасности для неопределенного множества лиц. Вместе с тем следует отметить, что при определении характера ущерба предпочтение отдавалось имущественным отношениям ц поэтому за основу брался прежде всего вред, причиненный имущественным благам, а уже в качестве дополнительного учитывался вред, причиняемый личным благам потерпевших.
До 1917 года уголовное законодательство об ответственности за общеопасные преступления не подвергалось каким - либо изменениям. В последующем периоде развития законодательства можно выделить несколько этапов. В первые годы Советской власти не существовало кодифицированного уголовного законодательства и ответственность за наиболее тяжкие преступления предусматривалась декретами. Не являлись в этом исключением также и рассматриваемые преступления. Однако подходы законодателя к оценкам деяний и, главное, к описанию конкретных составов были различны. Так, ответственность за бандитизм в современном его понимании предусматривалась декретом ВЦИК от 20 июня 1919 года "Об изъятии из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении."^ В этом декрете не только называется такое преступление как бандитизм но и впервые дается описание признаков состава: "участие в шайке, составившейся для убийств,
^ См.: Белогриц - Котляревский Л. С. Указанная работа. С. 565 -"" См.: СУ РСФСР, 1919, № 27, ст. 301.
27
разбоя и грабежей, а также как пособничество такой шайке и укрывательство ее." Ответственность за организацию скопища, участие в нем и подстрекательство к нему не предусматривалась. Однако встречается упоминание о другом деянии - "погромах". В одном из первых воззваний Военно-революционного комитета Петрограда говорилось: "Воровство, разбои, нападения, погромные попытки будут немедленно караться. Виновные в этих преступлениях будут беспощадно судимы военно-революционным судом" '" в декрете СНК от 4 мая 1918 г. "О революционных трибуналах" указывалось, что наряду с контрреволюционными преступлениями трибуналы рассматривают также дела по борьбе с погромами, взяточничеством, подлогами, неправильным использованием советских документов и хулиганством^. Конкретные признаки этого преступления в законодательстве этого периода не определялись, однако как это следует из смысла самого термина речь шла о наиболее опасной форме деятельности скопища - применении насилия к личности, уничтожении и повреждении имущества и т. п. действиях. Установление особого порядка применения репрессий, а также особой подсудности дел об этих преступлениях свидетельствовало о серьезной угрозе анализируемых деяний для основ общественной безопасности и государства.
Уголовный кодекс РСФСР 1922 года как первый кодифицированный уголовно-правовой акт Советского государства воспринял позиции германского, венгерского и других государств и предусмотрел в системе УК специальную главу 8 "Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок". В статьях данной главы УК предусматривалась ответственность за такие деяния как приготовление, хранение и сбыт ядовитых и сильнодействующих веществ лицами, не имеющими на то право (ст. 215), не извещение подлежащих властей со стороны лиц, к тому обязанных, о случаях заразных болезней или падежа скота (ст. 216), неисполнение или нарушение при производстве строительных работ установленных законом или обязательным постановлением строительных, санитарных и противопожарных правил (ст. 217), неисполнение или нарушение правил, установленных законом или обязательным постановлением для охраны порядка и безопасности движения по сухопутным, водным и воздушным путям сообщения (ст. 218), неисполнение законного распоряжения или требования находящегося на посту органа милиции, военного караула, а равно всяких других властей, призванных охранять общественную безопасность и спокойствие (ст. 219), хранение огнестрельного оружия без надлежащего разрешения (ст. 220), нарушение иных правил (ст. 221).
Определяя круг деяний, относимых к преступлениям, посягающих на общую безопасность С. В. Познышев характеризовал их следующим образом: "Известные действия касаются такого рода предметов, неправильное обращение с которыми грозит опасно-
s° См.: Из истории Всероссийской Чрезвычайной комиссии, 1917 -1921 гг. Сборник документов. Госполитиздат, 1958, стр. 21.
si См.: СУ РСФСР, 1918, №35.
стью неопределенно большому числу лиц, государственная власть устанавливает для подобных действий, в интересах общественной безопасности особые правила, нарушение которых и образуют более широкий круг деяний, относимых к числу общеопасных". При этом он выделял 6 видов преступлений против общертвенной безопасности: нарушение правил, касающихся приготовления, хранения и употребления взрывчатых веществ, нарушение правил о торговле, хранении и употреблении оружия, нарушения правил, охраняющих безопасность: а) железно-дорожного иения, б) движения по водным и воздушным путям сообщения, в) по улицам городов, неосторожное обращение с огнем, нарушение правил постройки и содержания зданий, изданных в предупреждение несчастных случаев гибели людей от обвалов и т, п., публичное подстрекательство (субъект направил в той или иной форме подстрекательскую деятельность на ту или иную группу людей, которая непосредственно после акта подстрекательства ничего не совершила, в противном случае будет иметь место подстрекательство к конкретному преступлению)".
Помимо главы 8 некоторые виды преступлений, посягающих на общую безопасность предусматривались и в других главах. В разделе 11 (О преступлениях против порядка управления) главы 1 (Государственные преступления) устанавливалась ответственность за массовые беспорядки (ст. 75, 77), бандитизм (ст. 76), изготовление, приобретение, хранение или сбыт взрывчатых веществ или снарядов без соответственного разрешения, - если не доказана преступная цель учинения этих деяний (ст. 93), в главе 6 (Имущественные преступления) - в ст. 84, предусматривавшей ответственность за разбой, - ч, 2 (то же преступление, совершенное группой лиц (бандитизм), в ст. 197-за умышленное истребление или повреждение какого - либо имущества путем поджога, потопления или каким -либо другим общеопасным способом.
Понятие массовых беспорядков впервые было дано в ст. 75 УК 1922 года: " Участие в массовых беспорядках всякого рода, как - то: погромах, разрушении путей и средств сообщения, освобождении арестованных, поджогах и т. п., если при этом участники беспорядков были вооружены, - карается: 1) в отношении организаторов, руководителей и подстрекателей, а равно тех участников кои уличены в совершении убийств, поджогов, нанесении телесных повреждений, изнасиловании и вооруженном сопротивлении властям, - высшей мерой наказания и конфискацией всего имущества с допущением при смягчающих обстоятельствах понижения наказания до лишения свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трех лет с конфискацией имущества; 2) в отношении прочих вооруженных участников - лишением свободы со строгой изоляцией на срок не ниже двух лет с конфискацией или без конфискации всего или части имущества; 3) в отношении невооруженных участников беспорядков - лишением свободы на срок не ниже одного года; 4) в отношении лиц, не принимавших непосредственного участия в беспорядках и насильственных действиях, но содействовавших
^ См.: Указанная работа. С. 145.
участникам беспорядков, оказанием им помощи или сокрытием следов преступления и самих преступников и иными действиями -лишением свободы на срок не ниже шести месяцев." Таким образом, законодатель, во-первых, дифференцировано подходил к установлению ответственности за участие в массовых беспорядках в зависимости от характера и степени участия лица и их вооруженности. Во-вторых, устанавливался только нижний предел наказания. Следует отметить, что в соответствии с ст. 34 УК 1922 года пределы лишения свободы устанавливались от б месяцев до 10 лет.
По ст. 77 наказывалось: "Участие в беспорядках не отягченных преступными деяниями, указанными в ст. 75, но сопряженных с явным неповиновением законным требованиям властей или побуждением их к исполнению явно незаконных требований, хотя бы неповиновение выразилось только в отказе прекратить, угрожающее общественной безопасности скопление." Как и по ст. 75 ответственность устанавливалась раздельно в отношении :1) подстрекателей, руководителей и организаторов, для которых санкция была в виде лишенияясвободы на срок не ниже двух лет со строгой изоляцией и 2) в отношении прочих участников, которые наказывались лишением свободы на срок не ниже шести месяцев. Таким образом, отличие ст. 77 от 75 состояло в том, что по ней квалифицировались: а) действия невооруженных людей и б) они не сопровождались действиями, указанными в ст. 75- убийствами, поджогами и тому подобньми действиями.
В уголовно - правовой теории под массовыми беспорядками понимались беспорядки, учиненные толпой в публичном месте, а массы - означало множество лиц. Такое понимание массовых беспорядков основывалось на определении скопища даваемого в уголовно - правовой теории 19 века. Н. С. Таганцев писал:»Понятие скопища означает объединение ради общих действий или ради общей цели более или менее 'значительного числа лиц, массы людей; причем понятие множества не может быть определено какими - либо признаками, особо указанными в законе, а устанавливается по обстоятельствам каждого случая.»^
Вооруженность означало наличие оружия не у отдельных лиц, а у части толпы причем по характеру это могло быть холодное и огнестрельное оружие, а в некоторых случаях (при нападениях на беззащитных и безоружных) топор, дубинка и т. п. Однако если нападения совершались на учреждения, например, на тюрьму, где стража вооружена револьверами и винтовками, требовалось настоящее оружие.^
Одновременно в каччстве обязательного условия привлечения к ответственности за массовые беспорядки определялось законность требований властей. При этом выделялось как минимум ччтыре признака законности: а) власть по закону имеет право на
эти требования или на издание обязательного постановления (должен быть надлежащий субъект), б) соответствие обязательного постановления общим законам (не выходить за пределы, устанйв-ленные законом), в) требование должно быть издано в установленной форме и в установленном порядке (соблюдены процедурные вопросы), г) требование может быть предъявлено органом власти не во всякое время, а лишь при исполнении им служебной обязанности. Незаконность предъявляемых требований должна влечь за собой освобождение от ответственности участников толпы".
Более точно было сформулировано понятие бандитизма. В соответствии со ст. 76 было наказуемо высшей мерой наказания и конфискацией всего имущества, с допущением по смягчающим обстоятельствам понижением наказания до лишения свободы на срок не ниже трех лет со строгой изоляцией и конфискацией имущества: "Организация и участие в бандах (вооруженных шайках) и организуемых бандами разбойных нападениях и ограблениях, налетах на советские и частные учреждения и отдельных граждан, остановки поездов и разрушения железнодорожных путей, безразлично сопровождались ли эти нападения убийствами и ограблениями или не сопровождались." По ч. 2 ответственность в виде того же наказания, что и по ч. 1, но с допущением понижения наказания до лишения свободы на срок не ниже двух лет со строгой изоляцией и конфискацией имущества наступала за: "Пособничество бандам и укрыыательство банд и отдельных их участников, а равно сокрытие добытого и следов преступления."
Поскольку основные признаки бандитизма в законе не раскрывались, постольку в судебной практике возникали вопросы, связанные с квалификацией деяний как бандитизма. Некоторые из них разрешались в процессе деятельности самими судебно-следственными органами, другие получали трактовку в уголовно -правовой теории. Наиболее сложным был вопрос о понимании шайки. В специальной литературе шайка определялась как "соглашение между собой нескольких лиц на постоянное совершение преступных действий".^ Более подробное определение шайки давал С. В. Познышев: "Шайка представляет более или менее длительное общение и единение участников ради совершенияянескольких, быть может неопределенного множества преступлений. Известная внутренняя структура, известная организованность общения членов составляет один из существенных признаков шайки" '^^. По поводу количественного состава шайки считалось, что шайка должна состоять не менее чем из трех человек.^ Верховный Суд РСФСР циркуляром от 22/11-24 за №4 разъяснил, что ч, 2 ст. 132, которая устанавливала ответственность за нарушение нанимателем установленных Кодексом законов о труде и общим положени-
" См.: Уложение о наказаниях уголовных и исполнительных 1885 года. В редакции Н. С. Таганцева. Спб„ 1901. С. 267.
^ См.: Уголовный Кодекс. Практический комментарий. Под редакцией профессоров М. Н. Гернета и А. Н. Трайнина. М. 1925. Из - во " Право и жизнь " С. 108.
^ См.: Познышев С. В. указаннаяяработа. С.200; Уголовный Кодекс. Практический комментарий... С. 108, 112- 113; Змиев Б. Уголовное право. Часть Особенная. Выпуск 2. Казань. 1925. С. 75, 77. ^ См.: Уголовный кодекс. Практический комментарий...С. 110. " См.: Указанная работа. С.204. ^ См.: Змиев Б. Указанная работа. С, 80.
ем о тарифе правил, регулирующих продолжительность рабочего дня, сверхурочные часы, ночную работу, работу женщин и подростков, оплату труда, прием и увольнение, а также нарушение специальных норм об охране труда допущенных в отношении группы рабочих, может иметь применение только в том случае, если нарушение обнимает группу не менее 3 - х человек. ^
Что касается трактовки понятий "постоянное совершение", "несколько преступлений", то практика исходила из того, что бандой должно совершиться более одного нападения. Так , в определении коллегии Верховного Суда РСФСР по делу Еременко и других от 10 мая 1923 года было отмечено, ччо указание Еременко о неприменении ст. 76 правильно, ибо они (соучастники - В. К.) не составили преступное сообщество с целью совершения грабежей и разбоев, а совершили по уговору одно нападение, которое предусмотрено ч. 2 ст. 184 (разбой)^.
Под вооруженностью понималось наличие у членов банды как собственно огнестрельного и холодного оружия, так и предметов хозяйственного назначения. Такое мнение было высказано Б. Змиевым". Более того в литературе высказывались рекомендации, что при наличии организованности, ст. 76 могла применяться по аналогии даже при отсутствии вооруженности группы, так как такой случай не предусмотрен какой-либо статьей УК. "
Следует также отметить, что по УК 1922 года предусматривалась ответственность за организацию двух видов банд. Помимо ст. 76 упоминание о вооруженных бандах содержалось в ст. 58 (Организация восстаний): "Организация в контрреволюционных целях вооруженных восстаний или вторжение на советскую территорию вооруженных отрядов или банд." Но это преступление относилось к категории опасных государственных преступлений и совершалось с контрреволюционными целями.
У К РСФСР 1926 года сохранил в целом такие же подходы к классификации Особенной части как и УК 1922 года. По-прежнему осталась хотя и в уточненном наименовании глава 8 "Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и порядок", в которой первоначально содержалось 14 составов преступлений и в том числе такие как нарушение правил обращения с сильнодействующими ядовитыми веществами (ст. 179), взрывчатыми веществами, снарядами, огнестрельным и холодныы оружием, едкими веществами (ст. 182), нарушение правил об установке механических двигателей (ст. 189).
Ряд норм, предусматривающих общеопасные преступления, содержались в главе 2 (Преступления против порядка управления): массовые беспорядки (ст. 59-2,59-3), бандитизм (ст. 59 - 4), нарушение правил производства строительных и горных работ (ст. 108). Редакции норм о массовых беспорядках и бандитизме за не-
большими уточнениями практически не изменились по сравнению с УК 1922 года бандитизме.
С изданием в 1927 году Положения о преступлениях государственных ответственность за бандитизм (ст. 17) и массовые беспорядки (ст. 16) стала регулироваться этим общесоюзным законом. Впоследствии в это Положение и, соответственно, в УК были внесены еще ряд норм: ст. 59 - За (тайное или открытое похищение огнестрельного оружия, частей к нему и огневых припасов), ст. 59 -36, 59-Зг, 75- 1,75-4 (транспортные преступления), ст. 108 - I (нарушение правил безопасности производства).
По-прежнему сохранялось понятие вооруженных банд и среди контрреволюционных преступлений: "Вооруженное восстание или вторжение в контрреволюционных целях на советскую территорию вооруженных банд"(ст. 58 - 2). Статья 59 - 2 в редакции Положения 1927 года состояла из двух частей. В ч. 1 предусматривалась ответственность за: "массовые беспорядки, сопровождающиеся погромами, разрушением железнодорожных путей или иных средств сообщения и связи, убийствами, поджогами и другими подобными действиями". Ответственность как и по УК 1922 года дифференцировалась: 1) для организаторов и руководителей массовых беспорядков, а равно всех участников, совершивших указанные выше преступления или оказавших вооруженное сопротивление власти наказание предусматривалось в виде лишения свободы со строгой изоляцией на срок не ниже двух лет, с конфискацией всего или части имущества, с повышением при особо отягчающих обстоятельствах вплоть до высшей меры социальной защиты - расстрела с конфискацией имущества; 2) в отношении прочих участников - лишение свободы на срок не свыше трех лет. По ч. 2 ответственность определялась в виде лишения свободь^ на срок не свыше одного года за: "массовые беспорядки, не отягченные преступлениями, предусмотренными ч. 1, но сопряженные с явным неповиновением законным требованиям властей или с противодействием исполнению последними возложенных на них обязанностей, или понуждением их к исполнению явно незаконных требований". Таким образом, ответственность за массовые беспорядки устанавливалась уже в одной статье.
Обосновывая почему массовые беспорядки относятся к числу особо для Союза ССР опасному сопротивлению власти, А. Н. Трайнин в 1927 году писал: "это не есть в техническом смысле сопротивление отдельных граждан конкретным представителям власти : здесь само событие массового беспорядка являет собой коллективное сопротивление власти."" Массовые беспорядки по -прежнему рассматривались как преступление толпы, сущность которого выражается в том, что оно совершается на общем фоне активных действий толпы, своим поведением нарушающей охраняемый властью порядок, м Минимально необходимое количество
^ Цитирую по Б. Змиев. Указанная работа. С. 80. " См.: Правда. №133 от 17 июня 1923 г. ^ См: Змиев Б. Указанная работа. С. 80 ^ См.: Уголовной кодекс. Практический комментарий. С. 110-111.
" См.: Трайнин А. Н. Уголовное право, часть Особенная. Преступления против государства и социалистического порядка. Издание 2. М. 1927. С. 110.
^ См.: Пионтковский А. Советское уголовное право. Т. 2. Особен-
33
лиц для признания толпой как и ранее не устанавливалось. "Массы - меняющаяся толпа со свободным доступом и свободным выходом участников."" Вместе с тем отмечались и некоторые новые моменты в понимании признаков этого состава преступления. Так А. Пи-онтковский допускал возможность наличия у организаторов и руководителей массовых беспорядков не только умысла, но и неосторожности. "
Некоторые новые элементы предусматривались и в понятии бандитизма. В соответствии со ст. 59 - 3 в редакции Положения 1927 года бандитизм определялся следующим образом: "Бандитизм, то есть организация вооруженных банд или участие в них и в организуемых ими нападениях на советские и частные учреждения или отдельных граждан, остановка поездов и разрушение железнодорожных путей и иных средств сообщения и связи". Наказывался бандитизм лишением свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трех лет, с повышением при отягчающих обстоятельствах вплоть до высшей меры социальной защиты - расстрела, с конфискацией имущества. Под шайкой (бандой) понималось объединение, направленное к совершению нескольких конкретно еще не определенных преступлений в отличие от заговора, где речь шла о совершении одного или нескольких определенных преступлениях'". Данное определение базировалось на учении Листа и его последователей.
В отличие от УК 1922 года конструкция нормы включала только одну часть, а наказание предусматривалось одинаковое как для организаторов и участников банд, так и для пособников бандитизму. Кроме того в диспозиции статьи было исключено указание на ограбление, а взамен словосочетания разбойное нападение оставлено одно понятие - нападение. Такое решение определялось тем, что бандитизм мог совершаться не только с корыстными, но и с иными целями (изнасилования, терроризирования и т. д.). Пробелом являлось в определении бандитизма отсутствие указания на общественные учреждения как объект нападения. Особенностью подходов Положения 1927 года к определению пределов ответственности за массовые беспорядки и за бандитизм было то, что законодатель в отличие от УК 1922 и 1926 годов предусматривал возможность изменения санкций при назначении наказания конкретному лицу уже не при смягчающих, а наоборот, при отягчающих обстоятельствах.
До конца 50-х годов законодательные формулировки анализируемых преступлений не подвергались каким - либо изменениям, чего нельзя сказать о позициях судебной практики. Нередко ст. 59 -3 применялась и при отсутствии признаков, указанных в данной норме и высшие судебные инстанции санкционировали такой подход. Так, Президиум Верховного Суда РСФСР в Постановлении от 17 января 1935 года предлагал карать как бандитов тех особо
ная часть. М. 1928. С. 284.
" См.: Трайнин А. Н. Указанная работа. С. III. " См.: Пионтковский А. Укзанная работа. С. 285. " См: Пионтковский А. Указанная работа. С. 30 - 31.
опасных хулиганов, которые совершают хотя бы одиночные нападения, но связанные с убийством или вооруженным сопротивлением органам власти (насилия, ранения и т. п.). Данные деяния квалифицировались пост. 16 и 59 - 3 УК (по аналогии с бандитизмом)^.
В другом Постановлении от 13-14 февраля 1936 года эта же судебная инстанция указывала, что грабеж, а тем более групповой с применением насилия должен квалифицироваться по ст. 59-3 УК независимо от того, были ли обвиняемые вооружены или нет. Постановлением от 4 августа 1933 года разрешалось квалифицировать по аналогии со ст. 59-3 УК РСФСР кражи домашнего имущества и у находящихся на полевых работах колхозников, совершаемые систематически организованными группами или классово враждебными элементами. Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 23 октября 1933 года "О квалификации самосудов" предложил квалифицировать как бандитизм некоторые случаи самосудов. Он же в Постановлении от 8 января 1942 года предложил квалифицировать по аналогии со ст. 59-3 УК РСФСР кражи личного имущества эвакуированных граждан при наличии особо отягчающих обстоятельств.
Следующий этап в развитии законодательства об уголовной ответственности за общеопасные преступления связан с принятием 25 декабря 1958 года Закона СССР " Об уголовной ответственности за государственные преступления ". В разделе " Иные государственные преступления " данного Закона содержались нормы, которые устанавливали ответственность за такие общеопасные деяния как бандитизм (ст. 14) и массовые беспорядки (ст. 16), Впоследствии эти нормы текстуально без изменений были восприняты УК 1960 года.
В соответствии со ст. 14 Закона (ст. 77 УК 1960 г.) бандитизм определялся как " Организация вооруженных банд с целью нападения на государственные, общественные учреждения или предприятия либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и совершаемых ими нападениях". Наказание за него предусматривалось в виде лишения свободы на срок от 3 до 15 лет с конфискацией имущества и со ссылкой от 2 до 5 лет или без ссылки, или смертной казнью с конфискацией имущества. По сравнению с Положением 1927 года понятие бандитизма было сформулировано более емко и, в частности, более полно перечислялись объекты , на которые могли совершаться нападения вооруженной банды, а также исключено указание на остановки поездов и разрушение железнодорожных путей и иных средств сообщения и связи и нападения на частные учреждения как на формы деятельности бацды. Определенные изменения коснулись и понимания основных признаков бандитизма: понятия банды и ее вооруженности. Так относительно численности банды установилось мнение, что для признания ее существования необходимо не менее двух человек. Первоначально специальное разъяснение по этому поводу было
" Здесь и далее цитирую по : Курс советского уголовного права. Т. ^ М. 1970. С. 162.
сделано Пленумом Верховного Суда РСФСР еще в постановлении от 7 марта 1927 года. ^ Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 17 июня 1960 года по одному из конкретных дел указал: "бавда представляет собой устойчивую вооруженную группу из двух или более лиц, предварительно сорганизовавшихся для совершения нападений на государственные, общественные учреждения или предприятия, либо на отдельных людей" 7».
Таким образом в качестве одного из наиболее важных признаков банды стали указывать на ее устойчивость. В определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу М. и других было указано: "Для наличия бандитизма требуется, чтобы группа была устойчивой, чтобы совершение преступлений предполагалось участниками группы не в виде одного только намеченного акта нападения, после чего группа должна прекратить свое существование, а в виде постоянной или временной деятельности, рассчитанной на неоднократное совершение преступных действий. Таким образом, бандитизм предполагает группу, созданную не для совершения одного преступного действия, а для осуществления преступной деятельности."^ Однако в последующие годы теория и практика постепенно стали склоняться к более широкой трактовке этого признака: "Как правило, банда предполагает неоднократность совершения нападений, однако не исключена возможность организации банды и для совершения одного лишь нападения. '""
Стабилизировалось и понимание признака вооруженности -наличие предметов, предназначенных исключительно для поражения живой цели, и не имеющих иного хозяйственного назначения^. В последующие годы (1962,4982, 1993, 1994) редакция ст. 77 изменялась и в последнем варианте бандитизм определялся как: "Организация вооруженных банд с целью нападения на предприятия, учреждения, организации либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и в совершаемых ими нападениях"^. Изме-
w См. : Судебная практика Верховного Суда РСФСР. 1927 г. №6. С. 2.
™ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1960. №5.0.14-15. "' См. : Судебная практика Верховного Суда СССР 1946 г. вып. 6 (30). 1947 г. С. 14-17.
"т- См.: Доклад заместителя председателя Верховного Суда СССР на Пленуме Верховного Суда СССР 20 - 23 ноября 1959 года. В кн: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1959 г. №3. С. 1; Смотри также: Гришаев П. И. , Кригер Г. А. Соучастие по уголовному праву. М. 1959. С. Ill; Пионт-ковский А. А., Меньшагин В. Д. Курс советского уголовного права. Особенная часть. Т. 1. М. 1955. С. 229; Ответственность за государственные преступления. Под редакцией В. И. Курляндского и М. П. Карпушина. С. 59.
" См.: Упоминавшееся определение Судебной коллегии по делу М; Ответственность за государственные преступления...С. 61; Государственные преступления....С. 135.
^ См: Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1962. № 29. Ст. 449, 1982. № 49. Ст. 1821, 1993. № 10. Ст. 360, Российская газета. 1994. 7 июля.
нилось и наказание, которое могло быть назначено за бандитизм, в частности, было исключено указание на ссылку как меру дополнительного наказания.
Массовые беспорядки согласно ст. 16 Закона (ст. 79 УК 1960 г.) формулировались как "Организация массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями, а равно непосредственное совершение их участниками указанных выше преступлений или оказание ими вооруженного сопротивления власти". Наказывались массовые беспорядки лишением свободы на срок от 2 до 15 лет. По сравнению с редакцией Положения 1927 года состав анализируемого преступления был сужен. Во-первых, предусматривался единый состав массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями. Пойдя по пути установления признаков лишь основного состава массовых беспорядков, законодатель тем самым отказался от дифференцированного подхода к оценке действий различных соучастников и установил единые пределы ответственности. Во-вторых, ответственность прочих участников массовых беспорядков кроме организаторов и лиц, совершивших погромы, разрушения и т. п. новый уголовный закон не установил.
Объектом бандитизма и массовых беспорядков в специальной литературе назывались либо основы государственного управления и общественной безопасности ^ ,либо основы государственного управления в области охраны общественной безопасности и правопорядка ^ . Таким образом, общий подход к оценке содержательной стороны общественных отношений, являющихся объектом посягательства анализируемых преступлений остался неизменным.
В принятом в 1960 году У К РСФСР как и в УК 1922 и 1926 года также выделялась специальная глава (10), где наряду с другими деяниями предусматривалась ответственность за некоторые виды общеопасных преступлений. Причем общественная безопасность по прежнему выступала не в качестве самостоятельного родового объекта охраны, а в качестве составной части объединенного объекта под наименованием - отношения общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. Однако следует отметить, что в отличие от более ранних уголовных кодексов в наименовании главы общественная безопасность была поставлена уже на первое место. Это было свидетельством усилением внимания к проблемам охраны общественной безопасности как наиболее важной из перечисленных в наименовании главы социальных ценностей.
К числу общеопасных преступлений, ответственность за которые устанавливалась в главе 10 УК относились три группы деяний: 1) Преступления, нарушающие общие правила безопасности (ст. ст. 217- 220), 2) Преступления, нарушающие специальные про-
^ См.: например, Государственные преступления. Под редакцией М. И. Якубовича и В. А.Владимирова. М. 1961. С. 130.
^ См.: Ответственность за государственные преступления. Часть вторая. Иные государственные преступления. Под редакцией В. И. Курляндского и М. П. Карпушина. М. 1965. С. 30.
изводственные правила безопасности (ст. ст. 214 - 216), 3) Транспортные преступления (ст. ст. 211 -213).^ В последующем эта глава неоднократно дополнялась новыми нормами.
Новый импульс в уголовно - правовом регулировании охраны общественной безопасности был зафиксирован в начале 80 - х годов. Особенностью этого этапа было то обстоятельство, что процесс внутригосударственного законотворчества был напрямую связан с развитием и становлением международного уголовного права. Преступность как социальное явление имеет межнациональный характер и в равной степени причиняет ущерб различным государствам и обществам независимо от их социально - политического устройства. Борьба с национальной преступностью в настоящее время существенно осложняется ростом таких преступлений, которые представляют опасность не только для отдельных государств, но и для всего человечества и требует совместных усилий и повседневного сотрудничества государств. Чем больше взаимопонимание государств и осознание существования преступлений, затрагивающих интересы международного сообщества, тем больше усилий должны прилагать все государства вместе и каждое в отдельности для охраны международного правопорядка.^ Поэтому координация усилий различных государств по борьбе как с общеуголовными преступлениями, так и с преступлениями, наносящими ущерб мирному сосуществованию различных государств способствует взаимопониманию, укреплению мирных отношений и сотрудничества между государствами и народами. "^
Сотрудничество различных государств в совместной борьбе с преступлениями, затрагивающими общие совместные интересы, выражается в различных формах и в том числе в форме разработки и принятия многосторонних договоров, международных соглашений (конвенций), ратификация которых налагали определенные обязательства на государства - участников соответствующих соглашений. Естественно, что в орбиту совместных интересов попадали прежде всего наиболее опасные преступления. Данные преступления затрагивают различные интересы и подразделяются на две большие группы: международные преступления и преступления международного характера (международные уголовные преступления).
"" Следует отметить, что вопрос о классификации преступлений, предусматриваемых главой 10 УК I960 г., а также, преступлений, посягающих на общественную безопасность, в специальной литературе не получил однозначного разрешения. Разные группы авторов дают различную классификацию. В целом мы исходим из классификации, предложенной авторским коллективом шеститомного курса советского уголовного права, изданного в 1970 году. Подробнее об этом см. следующий параграф настоящей главы.
" См.: Панов В. П. Сотрудничество государств в борьбе с международными уголовными преступлениями. М. 1993; Международное уголовное право. Ответственный редактор академик В. Н. Кудрявцев. М. 1995. С. 8.
^СМ.: Карпец И. И. Преступления международного характера. М. 1979. С. 10.
Ответственность за первую группу деяний (агрессия, нарушение законов и обычаев войны, геноцид, апартеид и т. д.) для физических лиц наступает при условии, что их деяния связаны с преступной деятельностью государств. Преступления международного характера (терроризм, захват заложников, фальшивомонетничество, контрабанда, рабство и работорговля, пиратство и др.) не имеют непосредственной связи с преступной деятельностью конкретных государств, но они наряду с причинением ущерба национальным интересам , посягают и на различные аспекты мирного сосуществования и сотрудничества государств. Ответственность за эти преступления наступает либо по специальным уставам (Нюрнбергский и Токийский процессы), либо по национальным уголовным законам. 80 С учетом целей настоящей работы мы будем рассматривать только те преступления международного характера, которые посягают на стабильность международных отношений (мирное сотрудничество и нормальное осуществление межгосударственных отношений), а во внутренней системе права относятся к числу преступлений против общественной безопасности (терроризм, захват заложников, преступления, совершаемые на борту воздушного судна, пиратство).
Если исходить из сравнительного анализа характера и степени общественной опасности преступлений, образующих вторую группу, то наиболее опасным деянием следует признать терроризм. Следует отметить, что в специальной литературе высказываются различные суждения о классификационном месте терроризма в числе международных преступлений в широком смысле слова. Одни авторы относят его к преступлениям международного характера (международным уголовным преступлениям)^, другие - к международным преступлениям в узком смысле слова ^ . Мы .считаем, чгго терроризм относится к числу преступлений международного характера и поэтому при его дальнейшем анализе будем исходить из такого понимания сущности терроризма. В последнее время он получил значительную распространенность и поэтому не случайно, что именно это преступление стало первым объектом совместного пристального внимания различных государств. *".
Впервые определение терроризма было выработано в 1934 году на Мадридской конференции по унификации уголовного законодательства, где он определялся )как "Применение какого - либо
'" См.: Панов В. П. Указанная работа. С. 12 - 13; Карпец И. И. Указанная работа. С. 31-53; Наумов А. В. Преступления против мира и безопасности человечества и преступления международного характера. // Государство и право. 1995. № 6. С. 49 - 55; Международное уголовное право. С. 95 - 98; Решетов Ю. А. Борьба с международными преступлениями против мира и безопасности. М. 1983.
^ См.: Карпец И. И. Указанная работа. С. 48; Панов В. П. Указанная работа. С. 13. С определенной оговоркой к числу названных авторов следует отнести и А. В. Наумова - Указанная работа. С. 49, 53. ^ См.: Международное уголовное право. М. 1995. С. 110. ^ Подробнее об этом см.: Ляхов Е. Г. Проблемы сотрудничества государств в борьбе с международным терроризмом. М. 1979.
средства, способного терроризировать население , в целях уничтожения всякой социальной организации". 16 ноября 1937 году в Женеве 20 государств подписали Конвенцию о предупреждении и наказании терроризма, ст. 1 которой определяла терроризм как "Преступные действия, направленные против государства, цель или характер которых состоят в том, чтобы вызвать ужас у определенных лиц или среди населения".
Следующим важным международно-правовым актом, имеющим значение для борьбы с терроризмом было принятие в декабре 1973 года Генеральной Ассамблеей ООН Конвенции о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов. В данной Конвенции очерчен круг лиц и объектов, посягательство на которых (главы государств и другие должностные лица государства либо их представители), их жилые помещения или транспортные средства и официальные резиденции образуют акт терроризма. Кроме того были приняты и несколько региональных соглашений по борьбе с терроризмом: Конвенция Организации американских государств о предупреждении и наказании за совершение актов терроризма, принимающих форму преступлений против лиц, и связанного с этим вымогательства 1971 года , Европейская Конвенция по борьбе с терроризмом 1977 года, Конвенция 1987 года по пресечению терроризма.
Следует отметить, что первоначально в вышеизложенных Конвенциях речь шла именно о международном терроризме, т. е. выходящем за пределы национальной юрисдикции и затрагивающем интересы нескольких,,, государств. Однако в последующем предпринимаются попытки трактовки терроризма и как общеуголовного, внутреннего преступления. Так, например, в Европейской Конвенции по борьбе с терроризмом 1977 г. в ст. 1 перечисляются следующие формы терроризма: а) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с преступным захватом летательных аппаратов, подписанной в Гааге 16 декабря 1970 г., б) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с преступными актами, направленными против безопасности гражданской авиации, подписанной в Монреале 23 сентября 1971 г., в) тяжелые правонарушения, заключающиеся в покушении на жизнь, телесную целостность или свободу людей, имеющих право международной защиты, г) правонарушения, содержащие захват заложников или незаконное лишение свободы, д) правонарушения, содержащие использование бомб, гранат, ракет, автоматического огнестрельного оружия, бандеролей или посылок с опасными вложениями, соразмерно с тем, насколько подобное использование представляет опасность для людей, е) попытка совершения одного из вышеуказанных правонарушений или участие в качестве сообщника лица, которое пытается совершить подобное правонарушение. Кроме того анализ ст. 2 Конвенции позволяет сделать вывод, что как терроризм могут рассматриваться и действия, не указанные в ст. 1, но выражающиеся в актах насилия, направленных против жизни, телесной целостности или свободы людей и тяжелые акты против имущества, когда они создают коллективную опасность для
людей.
Поскольку СССР в свое время присоединился к этим Конвенциям, постольку с некоторым запозданием в УК Российской федерации Федеральным законом от 1 июня 1994 года были введены ст. ст. 213 (3) и 213 (4), которые установили ответственность за терроризм и заведомо ложное сообщение об акте терроризма. В соответствии со ст. 213 (3) терроризм определялся как: "Совершение в целях нарушения общественной безопасности либо воздействия на принятие решений органами власти взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, а равно наступления иных тяжких последствий (терроризм)". Квалифицированным видом были: "Те же действия, если они причинили значительный имущественный ущерб, либо привели к наступлению иных тяжких последствий, либо совершены организованной группой". Особо квалифицированным видом признавались: "Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие смерть человека". Наказание за терроризм также устанавливалось различное: по ч. 1 в виде лишения свободы на срок от трех до пяти лет, по ч. 2-от пяти до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой, а по ч. 3-от десяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества или смертной казнью с конфискацией имущества. Согласно примечанию к этой статье: "Лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным образом способствовало предотвращению акта терроризма".
Захват заложников и угон воздушного судна первоначально рассматривались как конкретные формы проявления терроризма, однако по мере роста распространенности этих преступлений и накопления международного опыта борьбы с ними, международное сообщество посредством принятия различных соглашений стали предоставлять им статус самостоятельных преступлений. 17 декабря '1979 года Генеральная Ассамблея ООН резолюцией 34/146 , приняла Конвенцию о борьбе с захватом заложников. ^
Согласно ст. 1 этой Конвенции, « любое лицо, которое захватывает или удерживает другое лицо и угрожает убить, нанести повреждения или продолжать удерживать другое лицо (здесь и далее именуемое как заложник) для того, чтобы заставить третью сторону, а именно, государство, международную межправительственную организацию, какое-либо физическое или юридическое лицо или группу лиц, совершить либо воздержаться от совершения любого акта в качестве прямого или косвенного условия для освобождения заложников, совершает преступление, именуемое захватом заложников по смыслу настоящей Конвенции».
Советский Союз присоединился к этой Конвенции в 1987 году и сразу же после этого Указом Президиума Верховного Сове-
Захват заложников: Законность. 1995. № заложников по УК
^ Подробнее об этом см.: В. С. Комиссаров. происхождение нормы, вопросы совершенствования. 3-, В. С. Комиссаров. Ответственность за захват РСФСР. Вестник МГУ. Серия Право. 1995. № 5.
та РСФСР от 17 июля 1987 года Уголовный кодекс был дополнен ст. 126 (1), которая установила ответственность за захват заложников. Однако первоначальная.редакция ст. 126 (1) предусматривала примечание, в соответствии с которым действие этой статьи "не распространяется на случаи совершения такого преступления на территории СССР, когда лицо, захватившее или удерживающее заложника, находится на территории СССР и это лицо, а также заложник являются гражданами СССР". Наличие подобной оговорки, во-первых, нарушало принцип равной уголовно - правовой защиты иностранцев и граждан СССР, поскольку при захвате заложника - иностранца ответственность наступала по ст. 126 (1) УК, а захват заложника - гражданина СССР рассматривался как незаконное лишение свободы. Между тем, санкции за совершение этих преступлений существенно разнились. По ст. 126 (1) максимум наказания составлял 15 лет лишения свободы, тогда как пост. 126-3 года лишения свободы. Во-вторых, данная оговорка практически парализовала применение ст. 126(1) УК, поскольку обычно при захвате заложников на территории СССР в качестве и заложников, и виновных лиц выступали именно граждане СССР. И только Законом РФ от 18 февраля 1993 г. примечание кет. 126(1) было исключено из УК. С этого времени данная норма стала применяться в полном объеме.
Борьба с угоном воздушных судов регламентировалась уже указанными Конвенциями по борьбе с терроризмом, а также специальными соглашениями по поводу этого преступления. Первым таким соглашением была Токийская конвенция о преступлениях и некоторых других актах, совершенных на борту воздушного судна 1963 года. Однако поскольку в Конвенции деяния рассматривались в общей форме и не давался их перечень, данная Конвенция не получила широкого одобрения. Затем последовала Гаагская конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 года. В 1971 году Гаагская конвенция была существенно дополнена новым международным соглашением - Монреальской конвенцией о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации 1971 года.
Советский Союз был в числе государств, подписавших эти конвенции. В соответствии с международными обязательствами Президиум Верховного Совета СССР 3 января 1973 года издал Указ "06 уголовной ответственности за угон воздушного судна", на основании которого Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 апреля 1973 года в УК РСФСР была введена ст. 213 (2), установившая ответственность за угон воздушного судна. Согласно этой статье: Угон воздушного судна, находящегося на земле или в полете наказывался лишением свободы на срок от трех до десяти лет. Угон воздушного судна, находящегося на земле или в полете, или захват такого судна с целью угона, совершенные с применением насилия или угроз либо повлекшие аварию воздушного судна или иные тяжкие последствия наказывался лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества или без таковой. Особо квалифицированный вид - действия, предусмотренные частями первой и второй ст. 213(2) УК, если они по-
влекли гибель людей или причинение тяжких телесных повреждений наказывался лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет с конфискацией имущества или смертной казнью с конфискацией имущества.
23 октября 1990 года Верховный Совет СССР-принял Закон "Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуникаций и иные незаконные действия, посягающие на нормальную и безопасную работу транспорта". Вопреки установленной до этого практике данный закон не был ратифицирован Верховным Советом РСФСР и, соответственно, не был включен в УК РСФСР. Однако в соответствии с п. 2 Постановления Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств" на территории Российской Федерации до принятия соответствующих законодательных актов РФ нормы бывшего Союза ССР применялись в части, не противоречащей Конституции РСФСР, законодательству РСФСР и указанному Соглашению. Закон СССР в части угона воздушного судна противоречил ст. 213 (2) УК, поэтому он не мог применяться к случаям угона воздушного судна. В остальном данный Закон мог применяться на территории РФ.
В соответствии с ч. 3 Закона СССР от 23 октября 1990 г. ответственность наступала за угон или захват железнодорожного подвижного состава, воздушного, морского или речного судна, а равно захват вокзала, аэродрома, порта или иного транспортного предприятия, учреждения, организации, а грузов без цели их хищения. Квалифицированными видами этого преступления были совершение названных действий по предварительному сговору группой лиц, с применением насилия или угроз его применения, либо повлекшие аварию транспортного средства или иные тяжкие последствия. Особо квалифицированными видами являлись наступление в результате соответсттвующих действий гибели одного или более лиц или причинение тяжких телесных повреждений. Однако на практике данный Закон не применялся.
Последним из преступлений, посягающих на общую безопасность, получившим законодательное закрепление, был состав организации незаконных вооруженных формирований. Норма об этом преступлении (ст. 77 (2) была введена Федеральным Законом Российской Федерации от 28 апреля 1995 года. Согласно данной статье: Организация вооруженных объединений, отрядов, дружин и других вооруженных формирований, не предусмотренных федеральными законами, а равно участие в таких формированиях наказывались лишением свободы на срок до восьми лет с конфискацией имущества или без таковой. Умышленные действия, совершенные в составе незаконных вооруженных формирований, если они сопряжены с массовым насилием над людьми или причинением иных тажких последствий, наказывались лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет с конфискацией имущества или без таковой. Особо квалифицированный вид - умышленные действия, совершенные в составе незаконных вооруженных формирований, если они повлекли гибель людей, наказывались лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет с конфискацией имущества
или смертной казнью с конфискацией имущества. Согласно примечанию к ст. 77 (2) : Лицо, добровольно вышедшее из незаконного вооруженного формирования и сдавшее оружие органам власти, освобождается от уголовной ответственности. В этом случае лицо подлежит ответственности лишь за деяния, содержащие состав иного преступления.
Одним из новых преступлений, ответственность за совершение которого впервые предусматривается в УК 1996 года, но правовая регламентация которого имеет давнюю историю, является пиратство (ст. 227 УК). Пиратство, иначе еще называемый морским разбоем, является одним из старейших видов международных уголовных преступлений, история борьбы с которым уходит в древние века. Уже тогда в силу большого материального ущерба и человеческих жертв это деяние считалось опасным преступлением и наказывалось весьма жестоко - виновных лиц либо топили, либо вешали на рее корабля без суда и следствия. Исключением являлось лишь каперство - нападения, совершаемые частновладельческими морскими судами, которые получали от военно-морских ведомств воюющих государств специальный патент, разрешающий экипажу судна в период войны нападать на любые суда противника и нейтральных стран, перевозящих контрабанду, захватывать груз и судно, топить их и т.п. Каперство было запрещено в 1865 году Декларацией о морской войне.^ Только в конце XIX века пиратов стали доставлять в крупные порты для отправления над ними правосудия. В XX веке пиратство встречается также достаточно часто и более того истории известны случаи, когда морским разбоем занимались военные су^а различных государств. Так было, например, в 30-х годах, когда суда многих нейтральных стран подвергались нападениям со стороны немецких и итальянских военных судов. Реакцией на такого рода разбойные нападения была попытка ряда государств -создать правовую основу для борьбы с пиратством. В 1937 году ряд государств (в их числе был и Советский Союз) подписали Нионское соглашение. Согласно этому соглашению нападение на нейтральное судно рассматривалось как пиратство. Тогда же стороны Соглашения договорились распространить принципы этого Соглашения и на нападения, совершаемые подводными судами и самолетами. Однако в силу некоторой правовой неопределенности и прежде всего в вопросе о том какие именно суда и самолеты должны рассматриваться пиратствующими данное Соглашение не получило всеобщего одобрения. В международной практике под морским пиратством понималось всякое насильственное дейстрие против лиц и грузов, которое совершалось без надлежащего разрешения в море частным судном против другого судна.^
Статус пиратства как международного уголовного преступления и правовые основы борьбы с ним были закреплены в реше-
85 Цитирую по В. П. Панов. Сотрудничество государств в борьбе с международными преступлениями. М. 1993. С. 65;
^ Подробнее об этом см.: А. И. Коробеев. Уголовно - правовая охрана безопасности мореплавания в СССР. Владивосток. 1984, С. 138
ниях Женевской конвенции об открытом море 1958 года и Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. В соответствии со ст. 15 Конвенции 1958 года под пиратством понимается любой неправомерный акт насилия, задержания или грабежа, совершаемый с личными целями экипажами судов и направленный против какого либо другого судна либо против лиц или имущества, находящегося на их борту, в открытом море или за пределами юрисдикции какого то ни было государства. Такое же определение пиратства воспроизведено без изменений и в ст. 101 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.
Международная противоправность весьма сходных с пиратством деяний также совершаемых в открытом море была закреплена в 1988 году Римской Конвенцией о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства, и Протоколом о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности стационарных платформ, расположенных на континентальном шельфе. Согласно этой Конвенции и Протоколу государства - участники взяли обязательство установить уголовные наказания за следующие деяния: а) акт насилия против лица на борту судна, если этот акт может угрожать безопасности плаванию данного судна; б) захват судна и осуществление над ним силой или угрозы силой или путем любой другой формы запугивания; в) разрушение судна, нанесение ему или его грузу повреждения, которое может угрожать безопасности плавания данного судна; г) помещение или совершение действий в целях помещения на борт судна устройства или вещества, которое может разрушить это судно или причинить судну или его грузу повреждение, которое угрожает безопасности плавания этого судна; д) разрушение морского навигационного оборудования или создание серьезных помех его эксплуатации, если такие акты могут угрожать безопасности плавания судна; е) сообщение заведомо ложных сведений, создавая тем самым угрозу безопасности плавания судна; ж) нанесение ранения любому другому лицу или убийство его в связи с совершением или попыткой совершения какого либо из вышеперечисленных преступлений; з) покушение на совершение таких деяний, подстрекательство к их совершению, а также угроза принуждения физического или юридического лица совершить какое - либо действие или воздержаться от него, совершить какое - либо из упомянутых преступлений, если эта угроза может угрожать безопасности судна, (ст. 15). Действие Римской конвенции не распространяется только на военные, полицейские и таможенные корабли. Некоторыми авторами названные деяния условно называются способами совершения морского разбоя или пиратства.^ в отличие от Конвенции Протокол носит факультативный характер. Согласно ст. 2 Протокола как морской разбой квалифицируются насильственный или путем запугивания захват стационарной платформы на континентальном шельфе или осуществление контроля над ней; совершение акта насилия против лица на стационарной платформе, разрушение платформы или нанесение ей повреждения, если такие действия могут
*" См.: Панов В. П. Указанная работа. С. 65.
45
угрожать ее безопасности; помещение на платформу устройства или вещества, могущих разрушить платформу или создать угрозу ее безопасности.
Согласно Женевской конвенции преследование и задержание пиратского судна разрешается любому государству. Статья 19 Конвенции гласит: "В открытом море или любом другом месте, находящемся за пределами юрисдикции какого бы то ни было государства, любое государство может захватить пиратское судно, или пиратский летательный аппарат, или судно, захваченное посредством пиратских действий находящееся во власти пиратов, арестовать находящихся на этом судне или летательном аппарате лиц и захватить находящееся на нем имущество". Вместе с тем соответствующие действия возможны при соблюдении двух условий: во-первых, преследовать, останавливать и задерживать соответствующие суда, арестовывать виновных лиц и имущество вправе только военные корабли и летательные суда, а также суда и самолеты находящиеся на государственной службе и на то уполномоченные. Во-вторых, как это прямо вытекает из вышеизложенного, преследование не может осуществляться в национальных водах иного государства. Государство, которое задержало пиратское судно, осуществляет в отношении виновных уголовное преследование и наказание преступников. Оно может выдать виновных, судно, имущество, передать доказательства их вины другому государству при наличии соответствующего обращения. В соответствии с Римской конвенцией в качестве наказания за указанные выше деяния предусмотрено заключение под стражу.
Однако в уголовное законодательстве нашего государства не было специальной нормы, которая бы устанавливала уголовную ответственность за пиратство. По единодушному мнению ряда советских и российских ученых, занимающихся этой проблемой, отсутствие соответствующей нормы в УК РСФСР считалось пробелом законодательства.^
Уголовный кодекс Российской Федерации, принятый Государственной Думой 24 мая 1996 года и вступивший в силу с 1 января 1997 года выделил общеопасные преступления в самостоятельный раздел IX "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка", а внутри раздела предусмотрел главу 24, в которой сосредоточил нормы о собственно преступлениях против общественной безопасности. Таким образом, можно сделать вывод о законодательном завершении процесса формирования определенной системы норм, имеющих своим объектом охраны специфическую группу общественных отношений - отношений общественной безопасности.
Следует отметить, что IX раздел законодатель поместил на третье место в системе Особенной части УК после преступлений
^ См.: Коробеев А. И. Указанная работа. С. 141; Галенская Л. Н. Международная борьба с преступностью. М. 1972. С. 88; Карпец И. И. Преступления международного характера. М. 1979. С. 183; Панов В. П. Указанная работа. С. 67; Международное уголовное право. Ответственный редактор академик В. Н. Кудрявцев. М. 1995. С. 122.
против личности и преступлений в сфере экономики, а глава 24 открывает этот раздел. Законодательное изменение места искомой группы преступлений в структуре Особенной части УК свидетельствует об усилении внимания государства и общества к проблемам обеспечения безопасности и нормального функционирования общества, повышения его значимости в общей системе правоохра-няемых объектов на современном этапе.
Однако, как представляется, выстраивая новую систему Особенной части УК законодатель не всегда был последователен в своих решениях. Во-первых, третье место IX раздела в системе Особенной части УК не вполне согласуется с логикой оценки социальных ценностей, закрепленных в Конституции 1993 года, система которой строится в последовательности основных ценностей: личность - общество - государство. В соответствии с таким подходом раздел о преступлениях против общественной безопасности должен быть помещен на второе место в структуре Особенной части УК после раздела о преступления против личности. Во-вторых, имеется расхождение между наименованием раздела и его содержанием. Название раздела "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка" не в полной мере соответствует характеру и количеству норм, которые содержатся в самом разделе: а) преступлений против общественного порядка в этом разделе предусмотрено всего два - хулиганство и вандализм, а характеристика их объекта вынесена в наименование раздела, несмотря на то, что законодатель и не вьщеляет самостоятельной главы о данных преступлениях; б) и, наоборот, в искомом разделе предусмотрена глава 25, которая содержит 18 норм о преступлениях против здоровья населения и общественной нравственности, но родовой объект этих преступлений в наименовании раздела не обозначен.
На наш взгляд, более последовательно поступили разработчики Модельного Уголовного кодекса государств - участников Содружества Независимых Государств, который был принят на VII пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств 17 февраля 1996 года и носит рекомендательный характер для их законодателей.^ В Модельном кодексе раздел VIII "Преступления против общественной безопасности и здоровья населения", во-первых, расположен сразу за разделом о преступлениях против личности, и, во-вторых, в наименовании отражены родовые объекты преступ-. лений, нормы о которых находятся в данном разделе.
Характерными чертами IX раздела нового УК являются: а) четкая систематизация уголовно-правовых норм в зависимости от группового объекта уголовно - правовой охраны. В связи с этим в структуре раздела выделяются 5 глав: глава 24 (Преступления против общественной безопасности); глава 25 (Преступления против здоровья населения и общественной нравственности); глава 26 (Экологические преступления); глава 27 (Преступления против
^ См: Приложение к "Информационному бюллетеню" Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств. 1996, № 10.
безопасности движения и эксплуатации транспорта); глава 28 (Преступления в сфере компьютерной информации). Последняя глава является новой для уголовного законодательства нашего государства. Компьютеризация социально-экономических и управленческих отношений и повышение значимости информации требует обеспечения безопасности граждан и общества от негативных издержек научно-технического прогресса и, в частности, от преступлений в этой сфере. При этом в 24 главе сосредотачиваются нормы о общих видах преступлений против общественной безопасности, а 25, 26, 27 и 28 главы по своей сути предусматривают нормы о посягательствах на специальные виды общественной безопасности; б) декриминализирован ряд преступлений, потерявших в современных условиях прежний уровень общественной опасности (самовольная без надобности остановка поезда, организация азартных игр, умышленная потрава посевов и ряд других, всего более десятка). С другой стороны, криминализирован ряд деяний (порядка двадцати), уголовная ответственность за совершение которых ранее либо вообще не предусматривалась, либо наступала по другим общим нормам УК (организация преступного сообщества, вандализм, пиратство, незаконное изготовление оружия, оставление места дорожно-транспортного происшествия, компьютерные преступления и другие). Одновременно в IX раздел вследствие уточнения объекта посягательства и системности Особенной части УК перемещен ряд норм, которые ранее предусматривались в иных главах УК, о бандитизме, захвате заложника, массовых беспорядках, выпуске или продаже товаров, выполнении работ либо оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности, организации объединений, посягающих на личность и права граждан и другие ; ъ) более четко и последовательно изложены признаки основных и квалифицированных видов преступлений, что устраняет двойственное понимание отдельных признаков и лучше отражает природу анализируемых преступлений ; г) значительно шире используется практика освобождения виновных от уголовной ответственности в случаях добровольности отказа от продолжения совершения преступлений и отсутствия в их действиях иного состава преступления. В отличие от УК 1960 года такие примечания содержатся уже в 5 статьях УК (о терроризме, захвате заложника, организации незаконного вооруженного формирования или участии в нем, незаконном приобретении, передаче, сбыте, хранении, перевозке или ношении оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и незаконном изготовлении оружия); д) существенным изменениям подверглись и санкции большинства статей, в основном в сторону усиления ответственности. Вместе с тем, поскольку преступления против общественной безопасности не направлены непосредственно против жизни человека, постольку в соответствии со ст. 20 Конституции РФ из санкции ряда статей (о терроризме, бандитизме, угоне судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава) исключена смертная казнь как мера наказания.
2. Классификация преступлении против общественной безопасности по УК 1996 года.
Устанавливая уголовную ответственность за 'определенные формы общественно опасного поведения, законодатель одновременно в зависимости от конкретно поставленных целей осуществляет их систематизацию, т. е. на основании различных критериев объединяет преступления в определенные группы. Законодательная систематизация выполняется не спонтанно, а с целью выделения каких - либо общих специфических признаков и в случае необходимости придания им определенного уголовно - правового значения. Классификации могут быть различными однако Уголовный кодекс 1996 года, как и все предыдущие, основанием разделения преступлений на группы избирает прежде всего родовой объект посягательства, т. е. группу охраняемых уголовным законом однородных взаимосвязанных между собой общественных отношений. Именно по этому критерию группируются и сосредотачиваются в разделе IX УК "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка". Однако в отличие от Уголовных кодексов 1922, 1926 и 1960-х годов система Особенной части УК 1996 года изложена более сложно и имеет не двухзвенную, а трехзвен-ную структуру. Особенной часть УК делится на разделы (первый уровень), разделы в свою очередь на главы (второй уровень), а последние - на статьи, предусматривающие конкретные составы преступлений (третий уровень). Поэтому следует говорить о классификации по родовому (первый уровень), видовому (второй уровень) и непосредственному объекту (третий уровень). Система как некое образование означает множество закономерно связанных друг с другом элементов (предметов, явлений, взглядов, знаний и т. д.), представляющее собой определенное целостное образование, единство.^ Характерным признаком системы является определенная последовательность расположения ее элементов. С этой точки зрения система преступлений против общественной безопасности представляет собой предусмотренные в соответствующем разделе УК преступления, которые посягают на безопасные условия жизни общества в целом и компактно располагаются в зависимости от видового объекта посягательства.
В главе 24 предусмотрено 23 состава преступления. С учетом специфики характеристики объекта хулиганства и вандализма, о чем будет сказано ниже, собственно преступлений против общественной безопасности насчитывается 21.
Особенностью преступлений против общественной безопасности, вытекающей из характера родового объекта является то, что они посягают на интересы общества в целом как единого социального организма, которое наряду с личностью и государством является одной из важнейших социальных ценностей, подлежащих
"° См.: Словарь иностранных слов. М. 1988. С. 459.
49
всесторонней и в том числе усиленной уголовно - правовой охране. Объединяя анализируемые преступления в одну группу, законодатель исходит из того, что они объективно вредны для неопределенно широкого круга общественных отношений (безопасности личности, сохранности имущества, нормальной деятельности государственных и общесгаенных институтов, окружающей природной среды). При совершении преступлений этой группы ущерб причиняется не отдельной личности, собственности физических или юридических лиц и т.п., а отношениям, обеспечивающим безопасные условия жизни общества.в целом, которые в совокупности образуют качественно новый объект - общественную безопасность. Об общественной безопасности как объекте охраны можно говорить имея в виду различные границы ее содержания. Когда мы говорим о характере общественных отношений, являющихся объектом посягательства преступлений, предусмотренных разделом IX УК (общественная безопасность в широком смысле слова), то мы понимаем под ней совокупность общественных отношений, направленных на обеспечение и поддержание безопасных условий функционирования общества и общественного порядка, здоровья населения и общественной нравственности, экологической безопасности, безопасности движения. В случаях, когда речь идет о видовом объекте преступлений, предусмотренных в главе 24 (общественная безопасность в узком смысле слова), то мы включаем в безопасные условия жизни общества совокупность общественных отношений по обеспечению неприкосновенности жизни и здоровья граждан, имущественных интересов физических и юридических лиц, общественного спокойствия, нормальной деятельности государственных и общественных институтов.
Следует подчеркнуть, что характер объекта определяющим образом влияет и на характер последствий, наступающих в результате посягательства на данный объект. В результате посягательств на общественную безопасность общественно опасные последствия причиняются широкому (не определенному ни количественно, ни индивидуально) кругу общественных отношений, содержанием которых являются безопасность личности, сохранность собственности, нормальная деятельность предприятий, учреждений и иных институтов общества и т.д., а вред может быть многовариантным и различным по характеру: физический вред личности (при этом в качестве потерпевших может выступать неопределенно большое число членов общества, по тем или иным причинам оказавшееся в месте и во время совершения преступления), имущественный ущерб физическим и юридическим лицам, нарушение общественного спокойствия, дезорганизация нормальной деятельности социальных институтов, загрязнение окружающей природной среды и т. д.
Характерной чертой механизма совершения преступлений против общественной безопасности является то обстоятельство, что такие социальные ценности общества, как жизнь, здоровье, права и свободы личности, собственность и т, п., нарушаются опосредованно, путем причинения вреда отношениям, регламентирующим безопасные условия общества. Однако от этого данные преступления не становятся менее опасными, чем, например, пре-
ступления против личности или собственности. Поскольку здесь «комплексное»преступление, а вред причиняется интересам не конкретной личности, а общественно значимым интересам - безопасным условиям общества в целом, постольку законодатель и устанавливает достаточно суровые санкции за совершение преступлений против безопасности общества;
Классификацию преступлений, посягающих на один родовой объект можно осуществлять по различным основаниям: по характеру и степени общественной опасности, по характеру субъективной стороны, субъекту, особенностям объективной стороны и т. д. Каждая из этих классификаций имеет определенное значение и осуществляется в зависимости от конкретно поставленных исследователем целей. Так, например, классификация преступлений по характеру и степени общественной опасности впервые законодательно закреплена в ст. УК 1996 года, что имеет важное практическое значение, так как отнесение преступления к той или иной категории влечет определенные уголовно - правовые последствия для лица, его совершившего. Такая категоризация имеет значение при определении оснований и пределов уголовной ответственности и наказания, индивидуализации наказания (при опасном и особо опасном рецидиве, приготовлении к преступлению, преступном сообществе (преступной организации), назначении вида исправительного учреждения, назначении в качестве меры наказания смертной казни, назначении наказания по совокупности преступлений, решении вопросов связанных с отбыванием наказания и освобождения от него и продолжения отбывания наказания и ряд других).
По этому критерию преступления против общественной безопасности могут относиться к любой из категорий преступлений:
преступления небольшой тяжести - призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами (ч. 3 ст. 212), нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах (ч. 1 ст. 217), незаконное обращение с радиоактивными материалами (ч. 1 ст. 220), незаконное приобретение, сбыт или ношение, а равно незаконное изготовление газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия (ч. 4 ст. 222 и 223), небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 224), ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ч. 1 ст. 225);
преступления средней тяжести - заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207), участие в незаконном вооруженном формировании (ч. 2 ст. 208), нарушение правил специальной безопасности и безопасности производства определенных работ (ч . 1 ст. 215, 216 и 219, ст. 218), квалифицированный вид незаконного обращения с радиоактивными материалами (ч. 2 ст. 220), хищение либо вымогательство радиоактивных материалов (ч. 1 ст. 221), незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных Устройств и незаконное изготовление оружия, а также ненадлежа-
щее исполнение обязанностей по охране оружия массового поражения либо материалов или оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражет1Я(ч.1 ст. 222,223 и 225);
тяжкие преступления - терроризм (ч. 1 ст. 205), захват заложника (ч. 1 ст. /Об), организация незаконного вооруженного формирования (ч. 1 ст. 208), участие в преступном сообществе (преступной организации) (ч. 2 ст. 210), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (ч. 1 ст. 211), массовые беспорядки (ч. 1 и 2 ст. 212), квалифицированные виды нарушения специальных правил безопасности и безопасности производства определенных работ (ч. 2 ст. 215, 216, 219), квалифицированные и особо квалифицированные виды хищения или вымогательства радиоактивных материалов, незаконного приобретения, передачи, сбыта, хранения, перевозки или ношения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и незаконного изготовления оружия (ч. 2 и 3 ст. 221 - 223), ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия массового поражения либо материалов или оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения (ч. 2 ст. 225), простое и квалифицированное хищение или вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ч. 2 и 3 ст. 226), пиратство (ч. 1 ст. 227);
особо тяжкие преступления - квалифицированный и особо квалифицированный виды терроризма, захвата заложника (ч. 2 и 3 ст. 205 и 206), бандитизм (ст. 209), организация преступного сообщества (преступной организации) (ч. 1 и 3 ст. 210), квалифицированный и особо квалифицированные виды угона судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (ч. 2 и 3 ст. 211), особо квалифицированный и суперквалифицированный виды хищения либо вымогательства оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ч. 3 и 4 ст. 226), квалифицированный и особо квалифицированные виды пиратства (ч. 2 иЗ ст. 227).
Следует отметить, что законодатель выделяет такие квалифицированные признаки преступлений против общественной безопасности, которые значительно повышают общественную опасность этих преступлений и нередко переводят его в разряд более тяжкой категории. Например, простые составы незаконного оборота оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств (ч. 1 ст. 222 и 223) относятся к преступлениям средней тяжести, а такого же рода действия, совершенные группой лиц по предварительному сговору или неоднократно (ч. 2 ст. 222 и 223) являются уже тяжкими преступлениями; состав простого терроризма или захвата заложника является тяжким преступлением, а те же действия, совершенные группой лиц по предварительному сговору или неоднократно придает этим преступлениям уже статус особо тяжких преступлений,
По характеру субъективной стороны преступления против общественной безопасности являются в основном умышленными, исключением являются лишь деяния, связанные с нарушением пра-
вил специальной безопасности и безопасности производства определенных работ (ст. 215 - 219), а также небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 224).
По особенностям субъекта преступления против общественной безопасности можно разделить на две группы: а) преступления, которые могут совершаться только специальным субъектом - нарушение правил пожарной безопасности, ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и пиратство (ст. 219, 225 и 227); кроме того бандитизм и организация преступного сообщества (преступной организации) могут совершаться с использованием лицом своего служебного положения (ч. 3 ст. 209 и 210) и б) преступления, которые могут совершаться любыми лицами (все иные преступления против общественной безопасности). Если говорить о возрастном критерии субъекта, то по достижении 14 - летнего возраста ответственность наступает за терроризм, захват заложника, заведомо ложное сообщенное об акте терроризма и хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ' и взрывных устройств (ст. 205, 206, 207 и 226). За совершение иных преступлений против общественной безопасности ответственность наступает по достижении 16 - летнего возраста.
По особенностям объективной стороны рассматриваемые преступления могут совершаться как путем действия (большинство преступлений), так и путем бездействия. Путем бездействия могут обвершаться преступления, для которых характерно нарушение каких - либо правил - нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики, нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ, ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и т. д. (ст. 216 -219,225). Только путем бездействия совершается небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 224). По моменту окончания преступления (способу законодательного описания) выделяются усеченные составы: организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем, бандитизм, организация преступного сообщества (преступной организации), пиратство, хищение (путем разбоя) или вымогательство общеопасных предметов (ст. 208 - 210, 227, 221 и 226), формальные: захват заложника, заведомо ложное сообщение об акте терроризма, угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава, массовые беспорядки и другие (ст. 206, 207, 211, 212, 220, 221, 222, 223, 226) и материальные: терроризм, нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики, небрежное хранение огнестрельного оружия и другие составы (ст. 205, 215 - 219, 224, 225).
Исследователи, которые занимаются проблемами преступлений против общественной безопасности, выделяют различное количество групп этих преступлений. Так, П. С. Матышевский выделяет две группы; преступления, нарушающие правила общей безопасности и преступления нарушающие правила специальной
безопасности,^ П.Ф. Гришанин, В. А. Владимиров говорят о трех группах преступлений против общественной безопасности: общих преступлений в сфере общественной безопасности, преступлений в сфере производства специальных работ и преступлений в сфере деятельности транспорта. ^ Позже П. Ф. Гришанин, исходя из источника повышенной опасности выделил преступления, нарушающие безопасность движения и эксплуатации транспорта, преступления, нарушающие безопасность при производстве горных, строительных работ и безопасность на взрывоопасных предприятиях или во взрывоопасных цехах, и иные преступления против общественной безопасности. » А. Н. Игнатов делит эти преступления на три группы: общие виды преступлений против общественной безопасности, преступления против общественной безопасности, нарушающие специальные правила безопасности и транспортные преступления.^ Примерно такие же группы выделяет В. И. Ткаченко: транспортные преступления, преступления, посягающие на безопасность ведения специальных работ и преступления против общей общественной безопасности.^ В. П. Тихий также выделяет три вида: общую безопасность, безопасность транспорта и безопасность производства.^
С нашей точки зрения с учетом структуры нового УК преступления против общественной безопасности (в широком смысле слова) подразделяются на: а) преступления против общественной безопасности в узком смысле слова или собственно преступления против общехггвенной безопасности, которые предусматриваются в главе 24 (ст. 205 - 212, 215 - 227), б) преступления против экологической безопасности - эколагические преступления, предусмотренные в главе 26 (ст. 246 - 262), в) преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта, предусмотренные в главе 27 (ст. 263 -271)и г) преступления в сфере безопасности компьютерной информации - преступления в сфере компьютерной информации, предусмотренные в главе 28 (ст. 272 - 274).
Как видно, в предлагаемую систему мы не включаем преступления против здоровья населения и общественной нравственности, которые предусматриваются в главе 25. В предыдущем параграфе мы уже отмечали непоследовательность законодателя, выражающуюся в неполном соответствии наименования раздела IX и его содержания. Преступления против здоровья населения и общественной нравственности можно отнести к преступлениям против общественной безопасности в самом широком смысле слова (социальной безопасности), как представляющих угрозу для безопасности общества. Однако, с учетом специфики и самостоятельного характера общественных отношений, на которые осуществля-
"' См.: Матышевский П. С. Указанная работа. С. 10 - II. " См.: Гришанин П. Ф., Владимиров В. А. Указанная работа. С. 4. " См.: Уголовное право. Часть Особенная. М. 1968. С. 490 - 502. "* См.: Курс советского уголовного права. Т. 4, М. 1971. С, 379, 391,
" См.: Ткаченко В, И. Указанная работа. С. 5 - б. ^ См.: Указанная работа. С. 12,
ется посягательство преступлениями данной группы, мы полагаем, что более точным было бы выделение их в самостоятельный раздел Особенной части УК.
Особого разговора заслуживает вопрос о определении места в предлагаемой системе таких преступлений как хулиганство (ст. 213) и вандализм (ст. 214). Традиционно эти преступления относились к преступлениям против общественного порядка и родовым объектом этих преступлений признавался общественный порядок. УК 1996 года в отличие от предыдущих кодексов не выделяет такой родовой объект как общественный порядок, следовательно, не может быть определен и круг деяний, посягающих на общественный порядок. Относить хулиганство и вандализм к преступлениям против общественной безопасности нет оснований, поскольку они не связаны с нарушением отношений общественной безопасности. По нашему мнению, хулиганство и вандализм относятся к преступлениям, посягающим на общественную нравственность, понимаемую как выработанную систему норм и правил поведения людей, которая является господствующей в обществе и осноэыв^ется на идеях, традициях .и взглядах о справедливости, долге, чести, достоинстве. Место этих преступлений в одном ряду с такими деяниями как уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243), надругательство над телами умерших и местами их захоронения (ст. 244), жестокое обращение с животными (ст. 245), с которыми они схожи по ряду признаков.
3. Понятие ц общая характеристика преступлении, нарушающих общие правила безопасности
Наряду с указанными ранее видами классификации и наиболее распространенным в теории уголовного права является разделение преступлений на группы в зависимости от непосредственного объекта посягательства, т. е. в зависимости от того общественного отношения или группы общественных отношений, на которые непосредственно направлено посягательство и которым преступлением причиняется вред либо создается угроза причинения вреда. Классификация преступлений по этому критерию, во-первых, отражает социальную сущность преступления, а также его юридическую природу, во-вторых, позволяет выявить механизм нарушения охраняемых законом общественных отношений и, в-третьих, позволяет разграничивать сходные между собой преступления и давать им правильную квалификацию.
С учетом специфики общественных отношений, которым причиняется вред преступлениями против общественной безопасности в узком смысле слова (собственно преступлений против общественной безопасности), отраженной в особенностях способа совершения преступлений, характера последствий, опасности предметов или видов деятельности, их нормативного регулирования, они подразделяются на две группы: а) преступления, нарушающие
общие правила безопасности и б) преступления, связанные с нарушением специальных правил безопасности.
Преступления, нарушающие общие правила безопасности (иногда их еще называют преступлениями против общественной безопасности в узком смысле слова либо преступлениями против общей безопасности) являются наиболее тяжкими из всех видов преступлений против общественной безопасности. К их числу следует отнести: терроризм (ст. 205), захват заложника (ст. 206), заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207), организацию незаконного вооруженного формирования или участие в нем (ст. 208), бандитизм (ст. 209), организацию преступного сообщества (преступной организации) (ст. 210), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (ст. 211), массовые беспорядки (ст. 212), пиратство (ст. 227). О законодательной оценке степени тяжести данных преступлений свидетельствует тот факт, что за исключением заведомо ложного сообщения об акте терроризма, участия в незаконном вооруженном формировании (ч. 2 ст. 208) и призывов к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывов к насилию над гражданами (ч. 3 ст. 212), все остальные преступления отнесены к числу тяжких и особо тяжких преступлений.
Изложенная система преступлений, нарушающих общие правила безопасности нуждается в некоторых пояснениях. Во-первых, несмотря на то, что норма о пиратстве расположена в самом конце главы 24, данное деяние тем не менее по своим объективным и субъективным признакам гораздо ближе к таким преступлениям как бандитизм, угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава, захват заложника. Поэтому мы включаем это преступление в систему преступлений против общей безопасности.
Во-вторых, мы полагаем, что законодательное место нормы об организации незаконного вооруженного формирования или участии в нем в главе о преступлениях против общественной безопасности недостаточно обосновано. Сущность данного преступления выражается прежде всего в том, что оно сопряжено с нарушением закрепленного Конституции Российской Федерации баланса компетенций и возможностей между различными ветвями (прежде всего законодательной и исполнительной) и уровнями (федеральными, субъектов федерации и местного самоуправления) власти, а также государственного устройства. Совершение данного преступления влечет за собой нарушение стабильности и равновесия между различными государственными органами, создает угрозу неконституционного, насильственного разрешения проблем государственного строительства и власти. К сожалению печальный опыт последнего десятилетия в жизни нашего государства свидетельствует о весьма тяжких последствиях такого нарушения. Между тем события 1991 и 1993 - х годов, военные действия в Чечне отчетливо показывают, что речь идет не столько о нарушениях общественной безопасности, сколько о нарушении безопасности государства, которая наряду с основами конституционного строя, вы-
деляется в УК 1996 года в качестве самостоятельного объекта уголовно - правовой охраны. Поэтому мы считаем, что организация незаконного вооруженного формирования либо участие в нем относится к категории преступлений против государйгва,и, соответственно место нормы об этом преступлении должно быть в главе 29 раздела Х - Преступления против государственной власти.
В этой же главе должно быть место и другой нормы УК - ст. 212, которая предусматривает ответственность за массовые беспорядки. По нашему мнению массовые беспорядки причиняют вред нестолько отношениям общественной безопасности, сколько отношениям, регулирующим взаимоотношения граждан и социальных институтов общества с властью, т. е. основам конституционного строя и безопасности государства. Как было ранее показано норма о публичном скопище, а затем о массовых беспорядках помещалась либо в раздел преступлений против порядка управления либо в раздел о государственных преступлениях. Справедливо отмечал в 1927 году основную сущностную характеристику этого преступления А. Н. Трайнин: " само событие массового беспорядка являет собой коллективное сопротивление власти. " '" С учетом изложенного мы и полагаем возможным уточнение нормы, содержащейся в ст. 212, в структуре Особенной части УК.
Общие правила безопасности устанавливаются в целях предупреждения физического, материального, организационного или иного вреда для широкого круга социальных благ от действий субъектов, которые сопряжены с несоблюдением общепринятых правил поведения человека в обществе в наиболее опасных, насильственных формах. Соблюдение этих правил не требует специальных познаний, они не относятся к какой - либо специальной (локальной или профессиональной) сфере деятельности и адресованы всем гражданам. Такие безопасные условия создаются в целях обеспечения благоприятной среды для реализации положительного потенциала как общества, так и каждого его члена.
Содержание общих правил безопасности как объекта уголовно-правовой охраны, образуют совокупность общественных отношений, которые регулируют правила поведения всех членов общества во всех без исключения сферах его жизнедеятельности. Более того эти общественные отношения являются фундаментом, на котором базируется безопасность общества в целом. Поэтому такие преступления как терроризм, захват заложника, бандитизм и Другие прежде всего определяют "лицо" преступлений против общественной безопасности и придают им те специфические черты, о которых мы говорили ранее при общей характеристике преступлений против общественной безопасности. Преступления, нарушающие общие правила безопасности затрагивают глубинные интересы общества в сфере обеспечения его безопасности и нормальных условий существования, сопряжены с причинением тяжкого вреда весьма широкому кругу юридических и физических лиц.
^ См.: Трайнин А. Н. Уголовное право, часть Особенная. Преступления против государства и социалистического порядка. Издание 2. М. 1927. С. 110.
Наряду со специфическими признаками преступлений против общественной безопасности, о которых мы говорили ранее, в качестве характерных особенностей этой группы преступлений можно выделить следующие обстоятельства. Во-первых, их насильственный характер. В уголовно - правовой литературе общими признаками для насильственных преступлений называют: а) преступность деяния в целом, б) наличие однородного объекта посягательства - общественных отношений, обеспечивающих физические блага личности, в) одинаковый по своей сущности способ совершения преступления, состоящий в применении насилия или угрозы насилием, г) умышленный (сознательный) характер фактически применяемого насилия (угрозы насилием)."»
Рассмотрение группы анализируемых преступлений в этом аспекте позволяет сделать вывод, что они в полной мере соответствуют предъявляемым признакам. Все эти деяния являются умышленными, все они связаны с применением насилия или угрозой его применения, а отношения общественной безопасности включают в себя в качестве составного элемента отношения по поводу неприкосновенности жизни или здоровья граждан. Принимая во внимание данные обстоятельства, законодатель описывает соответствующие преступления как усеченные или формальные составы, перенося тем самьм момент окончания преступления на более раннюю стадию развития преступной деятельности.
Во-вторых, выраженность в нарушениях положений только уголовно-правовых норм. Транспортные, экологические преступления, преступления в сфере информационной безопасности и преступления, связанные с нарушением установленных правил производства определенных работ и правил обращения с общеопасными предметами характеризуются высокой бланкетностью норм. Как правило, законодатель описывает объективную сторону этих преступлений в общей форме - нарушение правил. Для установления предметного содержания действия или бездействия в этих случаях необходимо обратиться к иным, не уголовно - правовым нормам. Это могут быть законы, постановления, инструкции, правила и т. д. Без анализа этих норм невозможно решить вопрос о виновности того или иного лица, поскольку в этих нормах и закрепляются соответствующие правила поведения. Совершение преступлений, нарушающих общие правила безопасности, в отличие от вышеперечисленных преступлений не обуславливается нарушением каких -либо иных норм. Признаки этих преступлений с исчерпывающей полнотой описываются в конкретных статьях УК. Установление наличия данных признаков является достаточным для привлечения лица к уголовной ответственности.
Следует также отметить, что нормы о 4 преступлениях (терроризме, захвате заложника, угоне воздушного судна и пиратстве) восприняты нашим законодательством из международного уголовного права. Данное обстоятельство говорит о том, что и для
^ См.: Гаухман Л. Д. Проблемы угоповно - правовой борьбы с насильственными преступлениями в СССР. Издательство Саратовского университета. 1981. С. 29.
международного сообщества это наиболее опасные насильственные преступления, которые затрагивают интересы различных государств.
Таким образом, система преступлений, нарушающих общие правила безопасности представляет собой группу компактно расположенных в главе 24 УК насильственных преступлений, посягающих на безопасные условия жизни общества, совершение которых сопряжено с нарушением только уголовно-правовых норм.
Преступления, связанные с нарушением специальных правил безопасности. В отличие от общих правил, специальные правила безопасности регламентируют либо порядок производства определенных работ либо порядок обращения с различными предметами, представляющими повышенную опасность и устайавли-ьаются в целях предупреждения причинения физического и материального или организационного ущерба охраняемым благам общества. Общественные отношения, регулирующие порядок производства отдельных видов работ и связанных с ними правил безопасности труда, а также определенный порядок обращения с общеопасными предметами и образуют ту специфическую часть отношений общественной безопасности, которая выступает в качестве объекта рассматриваемых преступлений.
Отдельные виды производства, например, в сфере атомной энергетики, взрывоопасные производства и т. п. , обладающие в силу особенностей технологических процессов потенциально высокой опасностью причинения вреда физическим и имущественным благам личности и общества, требуют соблюдения особых мер предосторожности при их выполнении. Точное и неукоснительное соблюдение этих специальных мер предосторожности является необходимым условием предотвращения наступления общественно опасных последствий. Общеопасные предметы - это предметы, которые в случае ненадлежащего обращения с ними в силу имманентно присущих им внутренних качеств обладают опасностью причинения значительного вреда личности, обществу. Во избежание причинения такого вреда, государство устанавливает в отношении таких предметов (радиоактивные материалы, оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства), специальный правовой режим (разрешительную систему). В специальной литературе эти преступления именуют преступлениями со специальной противоправностью^
Рассматриваемая группа преступлений включает в себя деяния, предусмотренные ст. 215 - 226 УК. От преступлений, нарушающих общие правила безопасности, рассматриваемые преступления отличаются тем, что они одновременно нарушают и уголовно-правовые и специально-отраслевые запреты (технологические правила и правила безопасности). Отсюда, особенностями этих преступлений являются, во-первых, бланкетный или отсылочный (ст. 221 и 226) характер диспозиций статей, и, во-вторых, чаще всего (а при нарушении правил производства работ всегда) соверше-
'" См.: Тер - Акопов А. А. Ответственность за нарушение специальных правил поведения.М. 1995. С. 13.
ние этих преступлений с неосторожной формой вины.
Порядок осуществления технологических процессов и соблюдения при этом специальных правил безопасности закрепляется в законах и иных нормативных актах, например, в Федеральных законах "Об использовании атомной энергии" от 20 октября 1995 года, "О пожарной безопасности" от 21 декабря 1994 года, "О радиационной безопасности населения" от 5 декабря 1995 года, строительными нормами и правилами (СНиПами), едиными правилами безопасности при взрывных работах, правилами пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ - 01- 93), основными санитарными правилами (ОСП 72 \ 87) и рядом других. Порядок приобретения, использования, хранения, сбыта и совершения иных действий с общеопасными предметами достаточно жестко регламентируется законами и иными подзаконными актами (постановлениями, инструкциями, распоряжениями и т. д.), например, оборот оружия и боевых припасов регулируется Федеральным законом РФ «Об оружии»от 13 декабря 1996 г., Правилами оборота служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему, Перечнем заболеваний и физических недостатков, при которых лицензия на приобретение служебного и гражданского оружия гражданам не выдается, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 02. 12. 93 №1256 «О мерах по реализации Закона Российской Федерации»0б оружии "от 20 мая 1993 года", Правилами приобретения, регистрации и обращения специальных средств самообороны, снаряженных веществами слезоточивого и раздражающего действия, утвержденных Постановлением Совета Министров -Правительства Российской,. Федерации от II февраля 1993 года № 109 и рядом других.



ОГЛАВЛЕНИЕ