ОГЛАВЛЕНИЕ

-52-
Глава 2 Основания применения мер пресечения
Государство обязано гарантировать законное и обоснованное применение мер пресечения. Обеспечивается это законодательным перечнем мер пресечения, установлением в законе оснований, условий и порядка применения каждой из выбранных мер пресечения, определением четких и точных границ применения мер пресечения, исключающим тем самым произвол органов расследования, прокуроров, судей в избрании, изменении, отмене мер пресечения либо их неизбрании.
Урегулированность в законе оснований, видов и порядка применения мер пресечения автоматически не гарантирует от нарушений законности и прав личности, поскольку все это не исключает личного усмотрения следователя, лица, производящего дознание, прокурора, судьи при избрании, изменении, отмене мер пресечения либо при их неизбрании. В этой связи необходимы надежные гарантии беспристрастности и юридической грамотности, профессионализма субъектов уголовного процесса, применяющих законодательство о мерах пресечения, их высокой нравственности и гражданственности.
Меры пресечения избираются при наличии предусмотренных законом оснований и обстоятельств, которые классифицируются нами на три группы: общие, особенные и единичные. Часть первая ст. 89 УПК РСФСР устанавливает: "При наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, или воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, или будет заниматься преступной деятельностью, а также для обепеспечения исполнения приговора лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд вправе применить в отношении обвиняемого одну из... мер пресечения...".
Из смысла указанной нормы вытекает) что общими основаниями применения мер пресечения являются те, которые едины для всех мер пресечения, свойственны им и касаются каяздой из мер
53-
пресечения. Они вытекают из положений ст. 89 УПК РСФСР, которые процитированы выше. Такими общими основаниями являются следующие обстоятельства:
1) доказанность материалами уголовного дела факта совершения преступления;
2) установление лица, в отношении которого в предусмотренной законом форме вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого;
3) наличие в уголовном деле достаточных доказательств, позволяющих полагать, что обвиняемый, находящийся на свободе: а) либо скроется от дознания, предварительного следствия и суда; б) либо воспрепятствует установлению истины по уголовному делу; в) либо будет заниматься преступной деятельностью;
4) наличие в уголовном деле достаточных доказательств позволяет полагать, что применение меры пресечения объективно необходимо для обеспечения исполнения приговора.
Обстоятельства, указанные выше в пунктах первом и втором, именуются общими материально-правовыми (уголовно-правовыми) основаниями применения мер пресечения. Обстоятельства, указанные в пунктах третьем и четвертом, именуются общими уголовно-процессуальными (процессуальными) основаниями применения мер пресечения. Для применения мер пресечения требуется, чтобы имелась полная совокупность всех уголовно-правовых и уголовно-процессуальных оснований, либо совокупность всех уголовно-правовых и любого из уголовно-процессуальных оснований.
В исключительных случаях мера пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, и до предъявления ему обвинения. Общими уголовно-правовыми основаниями для применения меры пресечения к подозреваемому являются:
а) доказанность материалами дела факта совершения преступления;
-54-
б) наличие в уголовном деле доказательств, дающих право с высокой степенью вероятности предполагать, что данное преступление совершено данным лицом.
Общими уголовно-процессуальными основаниями применения меры пресечения к подозреваемому являются те же, что и для применения меры пресечения к обвиняемому.
Применение меры пресечения к обвиняемому или подозреваемому допустимо при наличии общих условий, установленных ст. 91 УПК РСФСР, которые в данной статье именуются обстоятельствами, учитываемыми при избрании меры пресечения. Ими являются обстоятельства, характеризующие; тяжесть предъявленного обвинения, личность подозреваемого или обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение и другие обстоятельства.
Общие основания и обстоятельства, учитываемые при применении мер пресечения, — это те, которые являются едиными для применения всех мер пресечения, свойственны всем и касаются всех мер пресечения. Они вытекают из ст. 89, 90, 91 УПК РСФСР. Категория общего выражает определенные свойства и отношения вытекающих из ст. 89, 90 и 91 оснований и обстоятельств, именно тех, которые обуславливают необходимость применения любой из мер пресечения, когда данные основания и обстоятельства присутствуют в уголовном деле.
Реальной или предполагаемой должна быть опасность противоправных действий обвиняемого (подозреваемого), для предотвращения которых применяются меры пресечения? Прямого ответа на этот вопрос законодатель не дает, указывая, что меры пресечения применяются "п^и наличии достаточных оснований полагать", что перечисленные в законе (ч. 1 ст. 89 УПК) неблагоприятные последствия противоправного поведения обвиняемого (подозреваемого) наступят. Грамматическое толкование слова "полагать" здесь нечего не дает, поскольку его синонимы "думать, считать" [26]) большей определенности не вносят.
55
Есть точка зрения, в соответствии с которой "меры пресече-ция применяются в случаях необходимости, когда имеется налицо вероятность нарушения важного общественного интереса в виде противодействия правосудию путем отклонения обвиняемого от сдедствия и суда или путем сокрытия следов совершенного преступления [27]", или путем продолжения преступной деятельности, воспрепятствования обеспечению исполнения приговора [28].
С этой точкой зрения согласиться нельзя. О реальных помыслах и чувствах реальных личностей можно судить лишь по одному признаку — их действиям. В этой связи суждения лица или органа, принимающего решение о применении меры пресечения, должны основываться не на интуиции, а на базе конкретных доказательств, полученных в порядке, установленном УПК, с соблюдением уголовно-процессуальной формы их получения, закрепления, оценки и использования.
"Какой бы высокой ни была степень вероятности того или иного факта, его нельзя абсолютизировать. Даже самая высокая степень вероятности не может исключать возможность ошибок. К моменту принятия решения об избрании меры пресечения должна быть установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем поведении в процессе расследования обвиняемого. Если в основу решения об избрании меры пресечения будут положены достоверные фактические данные ненадлежащего поведения обвинения, а не субъективное мнение о его вероятном поведении, то и само решение будет достоверным [29]".
Применение меры пресечения, особенно такой строгой, как заключение под стражу) сопряжено с серьезными ограничениями прав личности, его свободы, чести, достоинства, имущественных интересов. Сопряжено применение мер пресечения и с ограничениями законных интересов и прав членов семьи обвиняемого. В указанных условиях ставить решение вопроса в зависимость не от достоверных, а от вероятных, предположительных суждений органов уголовного судопроизводства о противодействии обвиняемого расследованию и судебному рассмотрению уголовного дела,
-56-
значит грубейшим образом нарушать конституционные гарантии прав личности [30].
Если у следователя, лица, производящего дознание, прокурора, судей нет уверенности, подкрепленной достоверными доказательствами) что обвиняемый скроется от расследования и суда, либо будет заниматься преступной деятельностью, либо помешает установлению по делу истины или обеспечению исполнения приговора, то применять меры пресечения они не вправе, в таких случаях, как это предусмотрено ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР, у обвиняемого отбирается обязательство являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства.
Когда мера пресечения применена к подозреваемому, то в этом случае обвинение должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок не будет предъявлено обвинение, мера пресечения отменяется (ст. 90 УПК РСФСР).
В принципе применение меры пресечения к подозреваемому нежелательно. Закон допускает применение меры пресечения к подозреваемому, в том числе такой строгой, как заключение под стражу, в порядке исключения. Как явление исключительное, это может быть оправдано, если:
"а) лицо подозревается в тяжком, особо опасном преступлении; б) на виновность лица указывают серьезные улики; в) только срочный, немедленный арест лица может быть единственным эффективным способом обеспечения общественной безопасности и успешного расследования;
г) предъявление обвинения еще не может быть произведено, так как для этого еще необходимо выяснить ряд обстоятельств дела, проверить собранные по делу данные, уточнить квалификацию преступления.
Только совокупность вышеуказанных элементов может составить правильный критерий обоснованности ареста до предъявления обвинения" [31].
Применение мер пресечения и избрание из всей их совокупности именно той, которая оптимально соответствует конкретным обстоятельствам уголовного дела, определяется прежде всего характером, свойствами совершенного преступления, в качестве которых ст. 91 УПК РСФСР называет тяжесть предъявленного обвинения. В ст. 147 УПК РСФСР 1923 года эти качества преступления именовались его важностью, в ст. 421 Устава уголовного судопроизводства — строгостью угрожающего обвиняемому наказания. Тяжесть преступлений, вменяемых обвиняемому, подлежит учету при выборе меры пресечения в соответствии со ст. 89 УПК Монголии, § 120 УПК Венгрии, п. Зет. 217 УПК Польши.
Следует отметить, что не только в названных государствах, но практически во всех цивилизованных странах мира меры пресечения избираются и применяются прежде всего в зависимости от важности вменяемых обвиняемым преступлений, степени их общественной опасности, тяжести предъявленного обвинения, строгости угрожающих им наказаний с учетом конкретных санкций.
По дореволюционному уголовно-процессуальному законодательству России за счет группировки преступлений в Уставе уголовного судопроизводства были указаны три высшие меры пресечения для каждой из трех групп преступлений. В основе дифференциации преступлений лежал такой критерий, как санкция. Отдача обвиняемого на поруки' допускалась за преступления или проступки, санкция за совершение которых предусматривала заключение в тюрьме или крепости, не соединенное с лишением прав и преимуществ (ст. 417 Устава). Взятие залога предусматривалось при совершении обвиняемым преступлений или проступков, санкция за свершение которых — заключение в тюрьме или крепости) соединенное с лишением некоторых особенных прав и преимуществ (ст. 418 Устава). Содержание под стражей применялось против обвиняемых в преступлениях или проступках, санкция за которые — содержание в тюрьме, или заключение в испра-
' Поруками Устав уголовного судопроизводства называл имущественное поручительство (ст. 78,422).
-58-
вительные арестантские отделения, или ссылка с лишением всех особенных прав и преимуществ (ст. 419 Устава)
Поруки (имущественное поручительство), залог и заключение под стражу были высшими мерами пресечения за конкретные группы преступлений (санкция за преступления первой группы не предусматривала лишения особенных прав и преимуществ, за преступления второй группы предусматривала лишение некоторых особенных прав и преимуществ, за преступления третьей группы — лишение всех особенных прав и преимуществ). С учетом указанных критериев следователь (суд) не имел права выйти из высших пределов мер пресечения.
Таково было общее правило. Но как всякое общее правило, оно имело исключения. С учетом разнообразия уголовно-процессуальных ситуаций закон вводил своеобразные поправочные коэффициенты со знаком плюс и со знаком минус, в соответствии с которыми высшим пределом меры пресечения можно было и пренебречь. Так, следователь (суд) мог не применять высшей меры пресечения, например, заключения обвиняемого под стражу, а заменить залогом (или залог заменить имущественным поручительством), если для этого имелись в материалах уголовного дела основания (обстоятельства) смягчающего характера. С учетом конкретной ситуации такими основаниями были: сила собранных против обвиняемого улик, возможность скрыть следы преступления, состояние здоровья, пол, возраст, положение обвиняемого в обществе (ст. 421 Устава). Следователь мог принять решение об избрании меры пресечения более строгого характера, чем предусматривалось за расследуемое преступление. Так, против обвиняемого, не имеющего оседлости, следователь (суд) мог избрать заключение под стражу и при обвинении в преступлении, высшей мерой пресечения за совершение которого был залог или имущественное поручительство (ст. 420 Устава). Или еще такая ситуация. До представления имущественного поручительства или залога обвиняемый подвергался домашнему аресту или заключению под стражу (ст. 428 Устава), т. е. за преступления, высшей мерой
-59-
пресечения за которые по закону были имущественное поручительство или залог, тем не менее разрешалось в порядке исключения применять и домашний арест, и заключение под стражу (наивысшие из мер пресечения), пока имущественное поручительство иди залог не будут соответствующим образом представлены [32].
Установив зависимость мер пресечения от характера, .свойств совершенных преступлений, тяжести предъявленного обвинения и строгости возможного наказания, законодатель тем са--мым формулировал достаточно четкие и конкретные основания для избрания и применения мер пресечения. При внешне формальном решении данной проблемы оно не лишено здравого смысла, поскольку лишало следователя (суд) права выйти за высший предел уголовно-процессуального принуждения, устанавливало тем самым конкретные гарантии по ограничению необоснованного, субъективного стеснения следователями (судами) прав обвиняемых, ставя своеобразную преграду их произволу при избрании конкретных мер пресечения.
Не устанавливая столь подробно критериев для избрания меры пресечения, как в дореволюционной России, действующее в Российской Федерации уголовно-процессуальное право тем не менее также исходит из того, что система мер пресечения как в целом, так и каждая из мер пресечения должны определяться характером. свойствами совершенных обвиняемыми преступлений, видом и строгостью установленных за них санкций, тяжестью угрожающих наказаний, т. е. по существу действующее в РФ уголовно-процессуальное законодательство, следуя историческим традициям борьбы с преступностью, меры пресечения ставит в зависимость от тяжести предъявленного обвинения и мер уголовного наказания. Прямые указания на этот счет содержатся в ряде статей УПК РСФСР. Так, в ст. 91 УПК РСФСР прямо предусмотрено, что при избрании конкретной меры пресечения следует учитывать наряду с другими обстоятельствами тяжесть предъявленного обвинения. Заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено по мотивам одной опасности преступ-
-60-
ления (ч. 2 ст. 96 УПК РСФСР). Заключение под стражу допустимо, если санкция за совершенное преступление предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года (ч. 1 ст. 96 УПК РСФСР).
Возникает вопрос, а достаточно ли обстоятельств, указанных в ч.1 ст. 89 УПК РСФСР и дополнительного указания в ст. 91 УПК РСФСР на тяжесть предъявленного обвинения, чтобы безошибочно решить вопрос о необходимости применить меру пресечения и выбрать ту из них, которая является оптимальной для данного уголовного дела и для данного обвиняемого? Исключает ли ориентация органов расследования и суда на указанные обстоятельства как на основания и условия применения и избрания меры пресечения ошибки, субъективизм и возможный произвол в определении политики и тактики уголовно-процессуального принуждения? Нет, не исключает, необходимы дополнительные гарантии для законного и обоснованного применения мер пресечения. За счет чего они могут быть расширены, усовершенствованы?
Полагаем, что возможность расширения и усовершенствования существующих гарантий правильного разрешения вопроса о необходимости применения меры пресечения и избрания оптимальной из их совокупности следует видеть в заимствовании законодательного опыта дореволюционной России по установлению в уголовно-процессуальном законодательстве формализованных критериев, наличие которых давало бы право органу расследования и суду избирать ту или иную меру пресечения. В качестве такого критерия следует брать строгость санкции за совершенное преступление. Так, можно установить в УПК, что заключение под стражу в качестве обязательной меры пресечения применяется за преступяения, за совершение которых санкция — лишение свободы на срок не менее семи лет. Залог следовало бы применять в качестве обязательной (высшей) меры пресечения за преступления, за совершение которых предусмотрено лишение свободы от семи до трех лет; общественное поручительство — за преступления, за совершение которых предусмотрена санкция —
61-
лишение свободы сроком от трех лет до одного года; личное поручительство — за преступления, за совершение которых предусмотрена санкция в виде лишения свободы сроком до двух лет; ^наблюдение командования воинской части — за преступления, наказание за которые лишение свободы сроком до трех лет; отдача несовершеннолетнего под присмотр — за преступления с санкцией в виде лишения свободы сроком до трех лет. За остальные -преступления применять в качестве меры пресечения подписку о невыезде либо отбирать обязательство о явке.
Установление подобных критериев позволит значительно активизировать практически не применяющиеся меры пресечения (такие, как общественное и личное поручительство, отдача несовершеннолетних под присмотр), повысить эффективность всех мер пресечения в решении стоящих перед ними целей, усилить гарантии законного и обоснованного использования в уголовном процессе института мер пресечения.
Итак, важнейшим критерием, ориентируясь на который следует определять вид меры пресечения, должна быть санкция за преступление, совершенное обвиняемым, т. е. чем более строгая санкция предусмотрена за вменяемое обвиняемому преступление, тем более строгая мера пресечения должна избираться ему органом расследования, прокурором, судом. Однако только строгость санкции не может и не должна исчерпывать условия, подлежащие учету при избрании меры пресечения. Санкция определяет лишь потенциальные границы уголовного наказания, реальную же меру уголовного наказания устанавливает суд своим приговором с учетом не только санкции за совершенное преступление, но также смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств, причин и условий, которые способствовали совершению .преступления, личности обвиняемого и т. п. Сказанное приводит нас к мысли о том, что строгость меры пресечения должна определяться не столько санкцией за совершенное преступление, сколько тем реальным уголовным наказанием, которое будет назначено судом подсудимому [33].
-62-
Существенным условием для принятия решения о необходимости применить меру пресечения, а также об избрании той или иной из них являются улики как доказательство предъявленного обвинения. Напрямую такую установку УПК РСФСР не дает. В действующем уголовно-процессуальном законодательстве вообще ни слова не говорится о доказательствах применительно к мерам пресечения, их применению, избранию) изменению или отмене. Ориентация органов расследования, прокурора, суда на достаточность доказательств обвинения в конкретном преступлении при решении вопроса о необходимости применить меру пресечения) а также при избрании той или иной из них формулируется косвенно, через систему логических умозаключений: а) сучетом действия принципа презумпции невиновности (без достаточных доказательств никто йе может быть привлечен к уголовной ответственности в качестве обвиняемого, следовательно, без достаточных доказательств вины к гражданину неправомерно применение меры пресечения); 6) в соответствии со ст. 89, 91 УПК РСФСР мера пресечения применяется к обвиняемому. Следовательно, это может иметь место лишь при наличии в уголовном деле доказательств обвинения.
Практическое значение приведенных логических умозаключений в том, что они определяют необходимую последовательность действий и решений органов расследования, прокурора, суда по применению мер пресечения: собирание доказательств обвинения; при достаточности достоверных доказательств вины —предъявление обвинения конкретному лицу, с учетом достаточности доказательств вины и при наличии предъявленного обвинения — принятие решения о применении к обвиняемому меры пресечения.
Еще в дореволюционной России, да и в целом в международной уголовно-процессуальной практике (и практика современного российского уголовного судопроизводства здесь не исключение) действовал и действует законодательно не установленный, но йесьма последовательно проводимый органами расследования, прокурорами и судами "принцип" следующего содержа-
63
дня: "чем слабее улики обвинения, чем менее в них доказательст-зенной силы, тем легче должна быть и мера пресечения; следователь (суд) обязан понизить меру пресечения от высшей до низшей, есяи этого потребует незначительность улик обвинения [341". Практическим следствием данного "принципа" являются установки, в том числе исходящие от центрального руководства органов прокуратуры и МВД, такого содержания: особенно вескими, добротными доказательства обвинения должны быть в случаях, когда решается вопрос о применении такой строгой меры пресечения) как предварительное заключение под стражу.
По нашему мнению, указанные "принципы" и установки ничего общего с подлинными принципами доказывания обвинения и обоснования решений о применении мер пресечения не имеют. Не только при заключении под стражу, но и при принятии решения о необходимости применить иную меру пресечения, органы расследования, прокурор, суд обязаны быть одинаково требовательными к оценке собранных доказательств обвинения, использовать меру пресечения любого вида лишь в тех случаях, когда обвинение доказано бесспорно. При сомнениях в доказанности обвинения, неуверенности, при слабости улик применение любой меры пресечения будет необоснованным и потому незаконным.
К обстоятельствам, учитываемым при избрании меры пресечения, относятся данные, характеризующие личность обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение [35].
Личность может характеризоваться положительными и отрицательными качествами, и те и другие должны быть установлены материалами уголовного дела (доказательствами). Особое внимание уделяется прежним судимостям обвиняемых, фактам применения к ним мер общественного воздействия за правонарушения и т. п. Учет указанных и других обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, помогает в принятии правильного решения о применении строгой или, наоборот, менее строгой меры пресечения либо вообще о неприменении меры пресечения с
-64-
тем, чтобы ограничиться отобранием у обвиняемого обязательства о явке.
Подлежат обязательному учету при избрании той или иной меры пресечения и ее применении возраст, пол и состояние здоровья обвиняемого. В то же время нельзя согласиться с высказанным в литературе безоговорочным предложением не подвергать аресту, независимо от иных обстоятельств дела, лиц, если они престарелого возраста, тяжело больны, а также беременных женщин со сроком беременности не менее пяти месяцев и женщин, имеющих детей в возрасте до двух лет [36]. Указанные обстоятельства должны учитываться не сами по себе, а в совокупности с материально-правовыми и уголовно-процессуальными основаниями применения мер пресечения) а также с другими обстоятельствами дела, включая тяжесть совершенного обвиняемым (обвиняемой) преступления.
Действующее в Российской Федерации законодательство оказывает определенные снисхождения беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей. С учетом данных положений закона и должен решаться вопрос о выборе меры пресечения в отношении женщин. Как правило, такая мера пресечения всегда более мягкая, чем применяемая в отношении мужчин при совершении ими аналогичных преступлений. Однако закон не исключает применения к женщинам и самой строгой меры пресечения — заключения под стражу с учетом тяжести совершенного ею преступления, данных, характеризующих ее личность, возраст, семейное положение и, что самое главное, наличия материально-правовых и уголовно-процессуальных оснований применения меры пресечения.
Болезненное состояние как женщин, так и мужчин следует также учитывать при выборе меры пресечения, она всегда должна быть по возможности менее строгой, нежели бы применялась к здоровым лицам. Следует иметь в виду, что необходимость лечения, особого ухода, дряхлость, ослабленность организма обвиняемого болезнью затрудняют его содержание под стражей, по-
65
•этому и с этой очки зрения больных нецелесообразно заключать под стражу, к ним более желательны менее строгие меры пресечения. Однако данное правило не является абсолютным, по обстоятельствам дела может оказаться необходимым заключить под .стражу и обвиняемых, которые страдают теми или иными заболеваниями. В каждом случае вопрос, связанный с заболеванием, решается с участием врачей, в необходимых случаях путем назначения и проведения судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы.
Почему необходимы доказательные свидетельства болезненного состояния обвиняемых? Прежде всего для пресечения фактов симуляции и аггравации со стороны обвиняемых, таким образом нередко пытающихся избежать ареста. Необходимость тщательного доказыыания факта болезни обвиняемого требуется также для предотвращения злоупотреблений и необоснованных снисхождений со стороны следователей, лиц, производящих дознание, судей, прокуроров к участи обвиняемых. И еще один момент. Во имя общего принципа, в соответствии с которым, как отмечалось выше, любое решение, любой мотив, условия, учитываемые при избрании и применении меры пресечения, должны быть не волюнтаристскими, а основанными на конкретных достоверных доказательствах, вытекать из них. Поэтому помимо освидетельствования обвиняемого или проведения судебно-медицинской (судебно-психиатрической) экспертизы требуется также приобщение к уголовному делу документов, а также иных доказательств, констатирующих заболевание обвиняемого.
Возраст обвиняемого имеет юридическое значение при решении вопросов о применении меры пресечения прежде всего в отношении несовершеннолетнего. В уголовном процессе на этот счет действует общее -правило: возраст несовершеннолетнего устанавливаетсяяпо документам, а при их отсутствии — путем проведения судебно-медицинской экспертизы. Возраст обвиняемого имеет значение для решения вопроса о вменении и наказании (ст. 19, 20 УК РФ), является обстоятельством, смягчающим вину
-66-
обвиняемого (п. "6" ч. 1 ст. 61 УК РФ), и основанием для особого порядка применения к несовершеннолетнему задержания, заключения под стражу и специальной меры пресечения — отдачи несовершеннолетнего под присмотр (ст. 393, 394 УПК РСФСР).
Статьи 91, 393, 394 УПК РСФСР упоминают о возрасте как об особенном, а не общем условии для избрания меры пресечения, чем выделяется, по нашему мнению, положение несовершеннолетних, заслуживающих не только особого внимания с точки зрения тщательного исследования их личности, но и определенного снисхождения при избрании в отношении несовершеннолетних мер пресечения, применения к ним специальных мер пресечения (ст. 394 УПК РСФСР), при заключении под стражу или задержании — раздельного со взрослыми содержания, чтобы устранить влияние взрослых на несовершеннолетних. Поскольку уголовная ответственность наступает в особых случаях с четырнадцати, а по общему правилу с шестнадцати лет, применение мер пресеччния к несовершеннолетним, не достигшим указанного возраста, исключается.
Уголовное и уголовно-проце^суальное законодательство не устанавливают юридически значчмых последствий для лиц преклонного возраста; старость по действующему в России праву не является обстоятельством, освобождающим от уголовной ответственности, наказания и вместе с этим от применения мер пресечения. В то же время в ведомственном порядке установлено правило, в соответствии с которым ранее принятые решения о розыске обвиняемого прекращаются, когда находящийся в розыске достигает семидесяти лет. Известные снисхождения, в смысле избрания менее строгих мер пресечения, обычно наблюдаются по отношению к обвиняемым преклонного возраста, особенно если старость сопровождается дряхлостью, расстройством здоровья, снижением интеллекта, памяти и т. п.
Важным условием, хотя официально в уголовно-процессуальных нормах и не сформулированным, для разрешения вопроса о необходимости применения меры пресечения, а также об
67
избрании той или ной из предусмотренных УПК, является общественное положение обвиняемого'. С учетом общественного по-дожения обвиняемого решается вопрос об избрании более стро-той или мягкой меры пресечения либо вообще о неприменении )^ры пресечения для того, чтобы ограничитьсяяотобранием обязательства являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства.
В юридиччской литературе и среди практиччских работников распространено мнение, что институт мер пресеччния носит факультативный характер. При этом нередко подчеркивается, что применение мер пресечения является правом, но не обязанностью органов расследования, прокурора, суда [37]. Если обратиться к закону, то действительно можно прочитать, что "лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд вправе применить в отношении обвиняемого одну из... мер пресечения" (ч. 1 ст. 89 УПК РСФСР). Здесь нужны некоторые пояснения. Слово "факультативный" означает "необязательный, выбираемый по желанию [38]. Спрашивается, правомерно ли поступят органы расследования, прокурор, суд, если они при наличии в деле оснований для применения меры пресечения и обстоятельств, подлежащих учету при их избрании, станут руководствоваться не данными основаниями и обстоятельствами, а своими субъективными пожеланиями о том, применять им меру пресечения или воздержаться от этого? Полагаем, что если в уголовном деле имеются основания дляяприменения меры пресечения и обстоятельства, подлежащие учету при избрании соответствующей из общего перечня мер пресечения, то ни органы расследования, ни прокурор, ни суд не вправе воздержаться от применения меры пресеченияя Если основания и условия для применения меры пресечения в деле имеются, она в обязательном порядке должна быть применена.
Ни о каком факультативе, т. е. ни о каком выборе по желанию указанных органов, здесь и речи быть не должно. Указание
' В данном случае не имеются в виду лица, обладающие по закону соответствующим иммунитетом (депутаты, судьи, дипломаты и т. п.).
-68-
закона на то, что лицо, производящее дознание, следоватеяь, прокурор, суд вправе применить меру пресечения, следует понимать в том смысле, что в компетенцию указанных органов и лиц входит в числе прочих и прерогатива по применению мер пресечения. И еще одно замечание. Указание закона на то или иное право органа или должностного лица в уголовном процессе следует понимать с учетом требований принципа публичности. С точки зрения этого принципа всякое право государственного органа и должностного лица в уголовном процессе по отношению к другим органам, участникам процесса и лицам рассматривается как его публичная обязанность, т. е. как его обязанность перед государством и правосудием. Право применения мер пресечения, о чем записано в ст. 89 УПК РСФСР, следует понимать и как возможность выбора из предусмотренных законом мер пресечения именно той, котораяянаиболее подходит в данном случче.
С учетом сказанного вряд ли правомерно рассматривать институт мер пресечения в уголовном судопроизводстве в качестве факультативного. Ориентация практических работников на факультативный характер института применения мер пресечения способна породить у них неправильное представление о том, что органы расследованияя прокурор и суд якобы могут с учетом их личного усмотрения, руководствуясь своими пожеланиями, применять или не применять мерыыпресечения, если для этого имеются все основания.
Если в материалах уголовного дела наличие оснований для применения мер пресечения не вызывает сомнений, органы расследования, прокурор и суд такие меры применить обязаны. При отсутствии оснований или наличии неустраненных сомнений в их доказанности меры пресечения не применяются; сомнения подлежат устранению путем проведения дополнительных следственных действий. Если окажется, что предусмотренные ст. 89 и 91 УПК РСФСР основания и условия применения мер пресечения не установлены (они недоказаны и не могли быть доказанными, так как объективно отсутствуют), то следователь, лицо, производящее
69
дознание, прокурор, суд меры пресечения не применяят, но ими добирается обязательство о явке обвиняемого по вызовам и со-о^дцать о перемене им места жительства (ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР). ,у1,. Помимо общих, должны быть установлены в уголовном деле ц особенные основания применения мер пресечения. Особенные о^ования, учитываемые при применении мер пресечения, — это не i^ которые вытекают из ст. 89 УПК РСФСР, они не обыкновен-fu^ не общие для всех мер пресечения. Вытекая из положений сдатьей, которые предусматривают каждый из видов мер пресече-пм^ особенные основания подлежат учету при избрании конкретной из мер пресеченияя Так, с учетом смысла подписки о невыезде особенными основаниями для ее избрания являются доказатель-етэа, свидетельствующие о том, что избрание данной меры пресечения обеспечит неотлучку обвиняемого (подозреваемого) с места его жительства или временного нахождения без разрешения соответственно лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда (ст. 93 УПК РСФСР)
Особенными основаниями для избрания в качестве мер пресечения личного поручительства, поручительства общественной организации, наблюдения командования воинской части, отдачи несовершеннолетнего под присмотр являются доказательства, свидетельствующие, что избрание данных мер пресечения обеспечит надлежащее поведение и явку обвиняемых (подозреваемых) (ст. 94, 95, 100, 394 УПК РСФСР). Особенными основаниями для избранияяв качестве меры пресечения залога являются доказательства, свидетельствующие о том, что явка обвиняемого (подозреваемого) по вызовам будет обеспечена залогом, который внесен им лично либо другим залогодателем.
Из действующего уголовно-процессуального законодательства вытекает, что особенными основаниями для избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу являются доказательства, свидетельствующие: а) либо о совершении обвиняемым (подозреваемым) преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года;
-70-
6) либо о совершении обвиняемым (подозреваемым) преступленияя за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не свыше одного года и об исключительности данного случая; в) либо о совершении обвиняемым (подсудимым) одного из опасных преступлений, перечисленных в ч. 2 ст. 96 УПК РСФСР. Из действующего уголовно-процессуального законодательства вытекает, ^то особенными основаниями для избранияяв качестве меры пресечения заключения под стражу следователем и лицом, производящим дознание, яяляется также наличие санкции прокурора либо решения суда о применении данной меры пресечения (ч.1 ст. II; ч. 3,4,5 ст. 96 УПК РСФСР).
Для применения конкретной меры пресечения в уголовном деле должна присутствовать совокупность общих и особенных оснований и условий. Это общее правило. Однако для применения меры пресечения в виде заключения под стражу при совершении обвиняемым (подозреваемым) одного из перечисленных в ч. 2 ст. 96 УПК РСФСР преступлений допускается арест по мотивам одной лишь опасности вмененного обвиняемому (подозреваемому) преступления и при отсутствии в деле доказательств, свидетельствующих, что обвиняемый (подозреваемый) при неприменении к нему данной меры пресечения скроется от органов расследованияя прокурора, суда, либо продолжит преступную деятельность, либо воспрепятствует в установлении по делу истины, либо воспрепятствует в исполнении приговора.
Единичные основания, учвтываемые при избрании мер пресечения, — это отдельные, индивидуальные обстоятельства, которые выражают их относительную обособленность, дискретность, от' граниченность от общих и особенных оснований и обстоятельств. Единичные основания присущи главным образом одной мере пресечения — заключению под стражу. Единичным основаниям, учитываемым при применении мерыыпресечения в виде заключения под стражу, присущи специфические и неповторимые особенности в сравнении с общими и особенными основаниями и обстоятельствами, такие особенности, которые нередко составляют их
-71
уникальную качественную и количественную определенность. г^едует, прежде всего, учитывать единичные основания и обстоятельства, которые подлежат учету при применении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего обвиняемого. Они вытекают из ст. 392 и 393 УПК РСФСР. Ддя лиц, страдающих психическими недостатками, единичные основания и обстоятельства, учитываемые при заключении под огражу, вытекают из ст. 403, 404 и 188 УПК РСФСР. Для отдель-рых категорий лиц единичные основания и обстоятельства, учитываемые при их заключении под стражу, вытекают не из норм УПК РСФСР, а из статей Конституции Российской Федерации, федеральных законов и норм международного права. В данном случае имеются в виду депутаты законодательных органов. Президент РФ, Президенты Республик в составе Российской Федерации, судьи, народные и присяжные заседатели, работники органов прокуратуры, дипломаты, сотрудники консульских представительств, члены правительственных и международных делегаций и другие лица, обладающие иммунитетом от юрисдикции по уголовным делам (см. часть 3 настоящей работы). В данном случае имеются в виду также женщины, кормящие грудью младенцев, беременные женщины и женщины, имеющие малолетних детей, а также лица, подлежащие выдаче иностранным государствам для их преследования в уголовным порядке либо для отбывания уголовного наказания и т. п. В названных и иных правовых актах устанавливаются единичные основания для заключения под стражу указанных лиц, либо для недопущения такой меры принуждения по отношению к ним. В ряде случаев единичные основания вытекают из норм соответствующих правовых актов.
Следует иметь в виду, что при глубоком рассмотрении наблюдается диалектическая связь общих, особенных и единичных оснований и обстоятельств, учитываемых при применении мер пресечения. "... Отдельное не существует иначе как в той связи, которая ведет к общему... Всякое отдельное неполно входит в общее..." [39]. Особенные, отдельные (единичные) основания и об-
-72-
стоятельства связаны с общими, зависят и обусловяены общими основаниями и обстоятельствами, подлежащими учету при применении мер пресеччния. Общее — это единое во многом) в особенном и единичнбм. Особенные и единичные основания лишь в такой ситуации подлежат учету правоприменителем, когда в материалах уголовного дела присутствуют общие основания для применения мер пресечения.
Мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает дальнейшая необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда это выыывается обстоятельствами дела (ст. 101 УПК РСФСР). Решение об отмене, изменении меры пресеченияяможет быть принято как в той стадии процесса, в какой была избрана, так и при направлении дела в очередную стадию процесса. Отмена или изменение лицом, производящим дознание, и следователем меры пресечения, избранной по указанию прокурора, допускается лишь с санкции прокурора. Если в качестве меры пресечения с санкции прокурора, но не по его указанию, избраны залог или заключчние под стражу, то следователь (лицо, производящее дознание) вправе самостоятельно, без санкции прокурора, отменить данные меры пресечения, когда в них отпадет необходимость, либо изменить эти меры пресечения на другие. Однако при изменении меры пресечения в виде залога на заключение под стражу санкция прокурора необходима. Равным образом необходима санкция прокурора при изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на залог.
Отмена или изменение меры пресечения производится мотивированным постановлением лица, производящего дознание, следователя, прокурора, судьи, президиума суда, мотивированным определением суда.
Основанием для отмены меры пресечения или ее изменения являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что не сохранились основания для их применения (общие, особенные или единичные). На одной и той же стадии процесса могут изменяться основания для применения законодательства о мерах пресечения
-73
ц в соответствии с этим должны варьироваться решенияяоб избрании, изменении, отмене меры пресечения. Мера пресечения, избранная судом при вынесении приговора, не может быть изменена или отмена этим же судом; если при вынесении приговора суд не принял решение о мере пресечения, то этот суд лишен возможности исправить свою оплошность. Решения о мере пресече-яия, принятые судом первой инстанции при выыесении приговора, могут быть изменены или отменены судом кассационной или яадзорной инстанции, а также судьей в стадии исполнения приговора.
В соответствии с п. Зет. 211 УПК РСФСР прокурор вправе дать письменное указание следователю и лицу, производящему дознание, об избрании, изменении или отмене меры пресечения. Такое указание для них является процессуальным основанием соответственно для избрания, измененияяили отмены меры пресечения. В то же время начальник следственного отдела подобным правом не обладает. Начальник органа дознания вправе, по нашему мнению, дать указание лицу, производящему дознание, избрать, изменить, отменить меры пресечения; такое указание обязательно для исполнения.
Рассматривая в соответствии с ч. 1, 2, 7 ст. 97 УПК РСФСР ходатайство органа расследования о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, соответствующий прокурор при отказе в удовлетворении такого ходатайства отменяет меру пресечения в виде заключения под стражу, изменяет ее на менее строгую либо дает письменное указание органу расследования об отмене (изменении) меры пресечения в виде заключения под стражу. Рассматривая в соответствии с ч. 4, 5, 6 ст. 97 УПК РСФСР ходатайство соответствующего прокурора о продлении полуторагодичного срока содержания обвиняемого под стражей, судья областного и приравненного к нему суда при отказе в удовлетворении ходатайства отменяет меру пресечения в виде заключения под стражу либо изменяет ее на более мягкую.
-74-
В соответствии со ст. 2202 УПК РСФСР суд, рассматривая жалобу подозреваемого, обвиняемого, его защитника, законного представителя) при наличии оснований вправе отменить меру пресечения в виде заключения под стражу либо изменить ее на менее строгую.
В судебном разбирательстве, при пересмотре дела в кассационном и надзорном порядке решение о мере пресечения, в том числе о ее изменении или отмене, принимает суд, в том числе такое решение суд может принять по ходатайству прокурора или других участников процесса.
Прокурор, проверяющий законность содержания лиц под стражей, обязан освободить своим постановлением всякого, кто содержится под стражей незаконно или необоснованно. Если срок содержания обвиняемого под стражей истек и в установленном порядке не продлен, то обвиняемый в соответствии с постановлением начальника места содержания под стражей должен быть освобожден.
Если суд возбуждает уголовное дело и при этом избирает меру пресечения, после чего направляет дело прокурору для производства расследования, то данная мера пресечения в процессе расследования дела с учетом конкретных обстоятельств может быть изменена или отменена прокурором либо следователем (лицом, производящим дознание). Аналогичным образом решается вопрос при направлении дела на дополнительное расследование судом или прокурором, т. е. мера пресечения в данных случаях может быть изменена или отменена органом расследования, получившим дело для дополнительного расследования.
Важным условием, обеспечивающим правомерность применения мер пресечения, является требование к процессуальной форме, в которую облекается решение органа расследования, прокурора и суда. Такое решение выносится в виде постановления либо определения (решение о мере пресечения в отношении осужденного и оправданного суд отражает в приговоре). К постановлению (определению, приговору) предъявляются следующие тре-
75
.^вания: законность и обоснованность; полнота изложения и тщательный анализ всех обстоятельств дела, относимых к мере пресечения, причин применения законодательства о мерах пресечения; ссылка на процессуальный закон о применении меры пресечения.
Как и всякое процессуальное решение, постановление ^определение, приговор) о применении законодательства о мерах пресечения признается законным, если оно вынесено в точном соответствии с уголовными, уголовно-процессуальными и иными нормами. Обоснованным признается такое решение о применении законодательства о мерах пресечения, которое правильно устанавливает факты, выводы которого соответствуют фактическим обстоятельствам.
Законность решения и его обоснованность — понятия, тесно между собой связанные. Незаконное решение одновременно признается и необоснованным, равно как необоснованное решение нельзя рассматривать как законное. Если решение органа расследования о мере пресечения не отвечает требованиям законности и обоснованности, прокурор в соответствии с п. 2 ст. 211 УПК РСФСР должен его отменить.
Неотъемлемым требованием) предъявляемым к решению о мере пресечения, является его мотивированность. По каждому факту применения законодательства о мерах пресечения) наряду с обоснованием принятого решения теми или иными доказательствами, орган расследования (суд) обязан привести мотивы, на основании которых он принял одни доказательства и отклонил другие, мотивы, на основании которых он пришел к выводу о необходимости избрания данной меры пресечения, ее изменения или отмены. Установив, что мотивировочная часть решения не соответствует материалам дела или уголовно-процессуальному закону, прокурор отменяет решение о мере пресечения и дает следователю (лицу, производящему дознание) указание об устранении недостатков. Если прокурор признает решение о мере пресечения правильным, но неудовлетворительно составленным, он может и
-76-
сам пересоставить его, не возвращая следователю (лицу, производящему дознание).
Важное значение имеет доказанность основания для избрания, изменения, отмены меры пресечения ссылкой на конкретные обстоятельства, установленные в ходе расследования (судебного разбирательства). Между тем иногда органы расследования (суды), не исследовав всесторонне обстоятельства, ссылаются не на те процессуальные основания избрания, изменения, отмены меры пресечения, на которые следовало. Например, к обвиняемому (с учетом данных о его личности и тяжести совершенного им преступления), подлежащему аресту, применяют общественное поручительство. Или арестовывают обвиняемого в случаях, когда достаточно было ограничиться отдачей несовершеннолетнего под присмотр. Данные случаи свидетельствуют о допущенных нарушениях процессуального закона, они обязывают прокурора либо отменить неправильно избранную меру пресечения, либо дать указания в соответствии с п. Зет. 211 УПК РСФСР об изменении или отмене меры пресечения органом расследования, в производстве которого находится уголовное дело.
Решение о мере пресечения должно основываться на бесспорных доказательствах. При наличии же противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для вывода об избрании, изменении, отмене меры пресечения, прокурор обязан отменить постановление органа расследования. Применение меры пресечения возможно (правомерно) лишь в отношении лиц, виновность которых бесспорно доказана. Отсутствие в постановлении о применении меры пресечения анализа доказательств виновности обвиняемого (подозреваемого) не может не вызвать серьезных сомнений в законности и обоснованности решения. Поэтому в постановлении (определении) должно быть указано, что лицо совершило преступление, что обвинение доказано, и эти выводы необходимо обосновать ссылкой на конкретные доказательства, собранные по уголовному делу.
77
^ Анализ ст. 89 УПК РСФСР показывает, что законодатель обязывает органы расследования и суд при применении мер пресечения не оставлять без внимания вопрос о виновности обвиняемого (подозреваемого, подсудимого, осужденного). Не установление вины лица исключает возможность применения к нему меры пресечения. Отсутствие в решении о применении меры пресечения анализа вины конкретного лица оставляет возможность предполагать, что преступление совершено не тем лицом, в отношении которого применяется мера пресечения, а другим.
Несоблюдение органом расследования и судом требований, предъявляемых законом к решению о мере пресечения, следует считать существенным нарушением уголовно-процессуального закона, требующим отмены решения. Это должно иметь место в случаях, когда: решение незаконно и необоснованно; не указано преступление, в котором подозревается, обвиняется данное лицо, не изложены основания для избрания, изменения, отмены меры пресечения; не приведены факты и доказательства, свидетельствующие о виновности (невиновности) обвиняемого; мотивировочная часть решения не соответствует фактическим обстоятельствам дела или уголовно-процессуальному закону.



ОГЛАВЛЕНИЕ