<< Предыдущая

стр. 2
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


МКАС в своей практике, как указывалось выше, исходил из того, что тогда, когда отношения сторон регулируются ГК РСФСР 1964 г., к спорам, участником которых является иностранная организация, не применимы предписания ст. 78 об общем сроке исковой давности в один год. В литературе и судебно-арбитражной практике неизменно придерживались той точки зрения, что это предписание ГК было установлено для отношений между советскими (российскими) организациями. В то же время к отношениям во внешнеэкономическом обороте признавались применимыми сокращенные сроки исковой давности, установленные ГК РСФСР 1964 г. по отдельным основаниям. В этой связи большое практическое значение представляло определение правовой природы соответствующего требования с учетом его характера, применимых норм законодательства и содержащейся в них юридической квалификации.
Так, к требованиям о взыскании процентов годовых на основании норм ГК РСФСР 1964 г. применялся трехлетний срок исковой давности (дело N 122/1994, решение от 04.07.95 <*>). В то же время к требованиям о взыскании 5% годовых на основании п. 3 ст. 66 ОГЗ 1991 г. применялся шестимесячный срок исковой давности, поскольку проценты годовые квалифицированы в этом акте в качестве неустойки (дело N 247/1994, решение от 25.05.95 <**>). В отношении требования о взыскании процентов годовых за пользование денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ применимость общего (трехгодичного) срока исковой давности не вызывала каких-либо сомнений независимо от юридической квалификации этого требования с учетом того, что с 1 января 1995 г., т.е. с даты введения в действие части первой ГК РФ, утратила силу ст. 79 ГК РСФСР 1964 г., предусматривавшая сокращенный срок давности по искам о взыскании неустойки.
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 127 - 135.
<**> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 112 - 115.

Между тем, когда подлежала применению ст. 79 ГК РСФСР 1964 г., МКАС при наличии заявления ответчика о пропуске шестимесячного срока исковой давности по требованию о взыскании штрафа не удовлетворял исковые требования (дело N 22/1995, решение от 01.12.95 <*>), но установив, что шестимесячный срок исковой давности в отношении штрафа (неустойки) не был пропущен на 1 января 1995 г., в соответствии со ст. 10 Вводного закона к ч. 1 ГК РФ МКАС применил на основании ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности продолжительностью в три года (дело N 62/1995, решение от 20.12.96 <**>).
--------------------------------
<*> См.: Там же. С. 167 - 174.
<**> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 135 - 149.

При разрешении одного из споров возник вопрос о продолжительности срока исковой давности по требованию об оплате демереджа. В решении МКАС указано, что поскольку требования продавца к покупателю об уплате демереджа вытекают из контракта международной купли-продажи, к ним применяется общий трехгодичный срок исковой давности, установленный Гражданским кодексом. К ним не применим годичный срок давности, предусмотренный Кодексом торгового мореплавания СССР (дело N 231/1989, решение от 13.11.95 <*>).
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 152 - 157.

Применение исковой давности

Как и ОГЗ 1991 г. (ч. 1 п. 1 ст. 43), но в отличие от ГК РСФСР 1964 г. (ст. 81), ГК РФ (ч. 1 п. 2 ст. 199) предусматривает, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, т.е. суд не вправе применять давность по своей инициативе. Стороной, заявляющей о пропуске срока исковой давности, как правило, является ответчик. Но ей может быть и истец, возражающий на основании ст. 411 ГК РФ против зачета. Такое заявление может быть сделано заинтересованной стороной на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции. Разъяснения по этому вопросу содержатся в Постановлении Пленумов ВС и ВАС РФ N 2/1 от 28 февраля 1995 г. (п. 12). Это означает, что не допускается ссылка на пропуск срока, не сделанная в суде первой инстанции, на более поздних стадиях процесса при аппеляционном, кассационном или надзорном рассмотрении спора. Но в то же время, если ответчик сослался на пропуск истцом срока исковой давности до вынесения судом решения, суд должен руководствоваться предписаниями п. 2 ст. 199 ГК РФ (см. Постановления Президиума ВАС: N 8566/95 от 23 апреля 1996 г. <1>, N 4137/96 от 14 января 1997 г. <2>, N 3980/97 от 18 ноября 1997 г. <3>, N 5900/97 от 27 января 1998 г. <4>).
--------------------------------
<1> См.: Вестник ВАС. 1996. N 8. С. 37.
<2> См.: Вестник ВАС. 1997. N 4. С. 112.
<3> См.: Вестник ВАС. 1998. N 3. С. 74 - 75.
<4> См.: Вестник ВАС. 1998. N 5. С. 73 - 75.

В обязательствах, в которых на стороне должника участвует несколько лиц, истечение срока исковой давности по требованию к одному из таких лиц не затрагивает требований кредитора к остальным лицам (ст. 308).
МКАС принимал к рассмотрению требования о защите нарушенного права независимо от истечения срока исковой давности и применял исковую давность только по заявлению стороны в споре. Такой подход МКАС, соответствующий предписаниям закона, обеспечивает использование одного из основных принципов деятельности международного коммерческого арбитража - равного отношения к сторонам в состязательном процессе. Так, например, как отмечалось выше, при разрешении спора по делу N 17/1998 (решение от 01.02.99) ответчик (английская фирма) заявил о пропуске истцом (российской организацией) срока исковой давности по требованию об оплате поставленного товара по контракту, заключенному сторонами 10 мая 1993 г. Установив, что иск предъявлен истцом по истечении более четырех лет после начала течения срока исковой давности, МКАС в иске отказал. Согласно контракту ответчик обязан был оплачивать товар в течение десяти банковских дней с даты коносамента. Коносамент датирован 19 сентября 1993 г., а иск заявлен 27 января 1998 г.

Начало течения срока исковой давности

По этому вопросу в ст. 200 ГК РФ содержатся как общее правило (п. 1), так и специальные правила, предусмотренные п. п. 2 и 3. В то же время прямо оговорена возможность изъятий общего правила как в Кодексе, так и иных законах.
Положение, аналогичное общему правилу, предусматривалось как в ГК РСФСР 1964 г. (ст. 83), так и в ОГЗ 1991 г. (п. 3 ст. 42). Оно включает альтернативные критерии (день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права). Их применение в практике вызывало споры. В постановлениях Президиума ВАС по конкретным делам содержится ряд принципиальных положений. Во-первых, бремя доказывания того, что срок давности не пропущен (при его исчислении не с момента, когда имело место нарушение права, а со дня, когда истец узнал или должен был узнать об этом), лежит на истце, а не на ответчике (Постановление N 2222/98 от 12.01.99 <*>). Во-вторых, начальный момент течения срока исковой давности определяется в каждом случае с учетом конкретных обстоятельств. Так, при рассмотрении иска банка к клиенту, на счет которого ошибочно была зачислена денежная сумма, было признано, что срок исковой давности должен исчисляться вопреки мнению истца с даты ее ошибочного зачисления, а не с даты составления раккорда по корреспондентскому счету истца в иностранном банке (Постановление N 4137/96 от 14.01.97 <**>). При рассмотрении протеста по другому делу Президиум ВАС отметил, что о состоявшейся сделке, являвшейся предметом спора, юридическое лицо (истец по делу) знало начиная с момента ее совершения. Соответственно с этого момента должен исчисляться срок исковой давности. Для определения начального момента его исчисления не имеет значение то обстоятельство, что вновь назначенный руководитель организации истца узнал о нарушении права после обнаружения договора спустя почти два года (Постановление N 5335/94 от 13 августа 1996 г. <***>).
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1999. N 3. С. 50 - 52.
<**> См.: Вестник ВАС. 1997. N 4. С. 112.
<***> См.: Вестник ВАС. 1996. N 10. С. 115 - 116.

Специальных правил три.
Первое из них (ч. 1 п. 2 ст. 200 ГК РФ) об исчислении срока исковой давности по обязательствам с определенным сроком исполнения соответствует общему правилу (см. выше), поскольку при определенном сроке исполнения истцу заведомо известен момент, в который он должен был узнать о нарушении своего права, если таковое имело место. По сравнению с ОГЗ 1991 г. (ч. 2 п. 3 ст. 42) уточнена редакция. В ОГЗ 1991 г. предусматривалось, что в таких случаях течение срока исковой давности начинается не по окончании срока исполнения, как указано в ГК, а по его наступлении. Редакция ОГЗ вызывала трудности при толковании в случаях, когда срок определялся периодом времени.
Второе правило об исчислении срока давности по обязательствам, в которых не определен срок исполнения либо подлежащим исполнению по востребованию (ч. 2 п. 2 ст. 200), отсутствовало в ГК РСФСР 1964 г. и в ОГЗ 1991 г. При применении этого правила необходимо учитывать ряд моментов. Во-первых, в п. 2 ст. 314 ГК предусмотрено, когда подлежит исполнению обязательство, в котором срок исполнения не определен либо определен моментом востребования. Во-вторых, этим же положением установлен порядок применения семидневного льготного срока (если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из закона, иных правовых актов, условий обязательства или существа обязательства). В-третьих, ошибочным является утверждение, согласно которому в силу п. 2 ст. 200 по обязательству, в котором не определен срок исполнения, у кредитора возникает право требовать исполнения сразу же после возникновения обязательства. Согласно ч. 1 п. 2 ст. 314 такое обязательство подлежит исполнению в разумный срок. И лишь в случае его неисполнения в указанный срок наступают последствия, предусмотренные ч. 2 п. 2 ст. 314.
Третье правило об исчислении срока исковой давности по регрессным обязательствам с момента исполнения основного обязательства (п. 3 ст. 200 ГК РФ) соответствует сложившейся судебно-арбитражной практике. Также решался этот вопрос и в ОГЗ 1991 г. (ч. 3 п. 3 ст. 42). В этой связи во избежание недоразумений необходимо обратить внимание на предписания ст. 965 ГК, регулирующей переход к страховщику прав страхователя на возмещение ущерба (так называемая суброгация). При суброгации страховщик занимает место страхователя (выгодоприобретателя) в отношениях с лицом, ответственным за убытки. Соответственно исчисление срока исковой давности по требованию к такому лицу начинается с момента, когда право на требование к нему возникло у страхователя (выгодоприобретателя).
Изъятия из общего правила содержатся как в самом ГК РФ, так и в отдельных законах. Например, согласно п. 3 ст. 797 ГК РФ начало течения срока исковой давности по требованиям, вытекающим из договора перевозки грузов, определяется в соответствии с транспортными уставами и кодексами. Отдельно оговорен порядок исчисления срока исковой давности по требованиям о ненадлежащем качестве выполненных по договору подряда работ, когда результат работ принят заказчиком по частям (п. 2 ст. 725), а также, когда подрядчиком предоставлялась гарантия на выполненные работы (п. 3 ст. 725). Особый порядок исчисления срока исковой давности вытекает из положений Закона о защите прав потребителей.
По обязательствам, право требования по которым возникает не единовременно, а последовательно по дням или периодам (например, пени или проценты за пользование чужими денежными средствами), срок исковой давности исчисляется отдельно по каждому из них (с момента возникновения соответствующего права требования). Такой подход был применен, в частности, в Постановлении Президиума ВАС N 8566/95 от 23 апреля 1996 г. <*> при рассмотрении протеста по решению по делу, предметом требования по которому являлись проценты за несвоевременно погашенную ссуду и пени за просрочку платежа по кредитному договору.
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1996. N 8. С. 36 - 37.

Положения ст. ст. 477, 483 и 513 ГК РФ дают основания для вывода, что в настоящее время сохраняет силу сложившаяся практика, согласно которой течение срока исковой давности для требований, вытекающих из поставки товаров ненадлежащего качества, начинается со дня установления покупателем в надлежащем порядке недостатков поставленных ему товаров. Если на товар был установлен гарантийный срок, то течение срока исковой давности начинается не со дня окончания гарантийного срока, а со дня обнаружения недостатков в течение такого срока. Этому пониманию не препятствует то обстоятельство, что с введением в действие части второй ГК РФ порядок приемки товаров по количеству и качеству, установленный Инструкциями Госарбитража СССР N П-6 от 15 июня 1965 г. и N П-7 от 25 апреля 1966 г., может применяться только в случаях, когда это предусмотрено договором поставки (см.: п. 14 Постановления N 18 Пленума ВАС от 22 октября 1997 г. "О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки" <*>).
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1998. N 3. С. 24 - 25.

Основываясь на предписаниях российского законодательства, МКАС в каждом деле, в котором сторона выдвигала возражения, ссылаясь на пропуск срока исковой давности, подвергал анализу конкретные обстоятельства.
Так, по требованию об оплате товара учтено условие соглашения сторон, обязывающее ответчика информировать истца о дате перевода банком истцу причитающихся ему сумм немедленно по получении соответствующего сообщения банка. Коль скоро банк перевода средств не произвел, истец мог узнать о том, что его право нарушено, не ранее дня, когда ответчик имел возможность его проинформировать о направлении платежного поручения в банк. Поскольку сообщение ответчиком не направлялось, принят во внимание срок, признанный разумным для направления такого сообщения (дело N 424/1995, решение от 23.01.97 <*>). При разрешении другого спора (дело N 145/1994, решение от 04.12.95 <**>) принято во внимание, что ответчик спустя определенное время после истечения срока для оплаты банком счетов информировал истца о направлении им документов в банк для осуществления оплаты. Соответственно срок исковой давности исчислен с момента, когда истец узнал, что платеж в его пользу должен был быть осуществлен, а не со дня окончания срока оплаты счетов. При рассмотрении еще одного спора (дело N 415/1994, решение от 07.07.95 <***>) МКАС принял во внимание условие контракта, согласно которому был установлен определенный срок для оплаты товара с даты поступления платежных документов в банк ответчика. Срок исковой давности был исчислен не с даты поступления документов в банк, а с даты, когда закончился срок для осуществления платежа.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 153 - 157.
<**> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 180 - 182.
<***> См.: Там же. С. 135 - 137.

В решении от 15.02.99 (дело N 245/1998) срок исковой давности был исчислен не с даты отгрузки товара (даты коносамента), которая считается согласно контракту датой поставки, а с даты предъявления продавцом счета покупателю. Поскольку иск был заявлен, считая с этой даты, в пределах срока исковой давности, отклонено ходатайство ответчика об отказе в иске за пропуском срока давности. Отклонение ходатайства ответчика, на наш взгляд, является правильным. Но, учитывая условие контракта, предусматривающее обязанность покупателя оплачивать товар в течение пяти дней с даты получения счета продавца, срок исковой давности следовало исчислять не с даты предъявления счета продавцом, а с еще более поздней даты - по крайней мере, не ранее истечения пяти дней с даты получения счета покупателем с учетом времени, необходимого для того, чтобы продавец узнал о том, что покупатель не выполнил своей контрактной обязанности.
При разрешении контрактных споров не всегда однозначно в практике МКАС составы арбитража подходили к применению формулы закона, согласно которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Так, например, при разрешении одного из споров (дело N 424/1997, решение от 29.03.99) была принята во внимание дата, когда истец фактически узнал о нарушении его права (что имело место спустя почти два года после возникновения права требования). Вопрос о том, когда истец должен был об этом узнать, не нашел отражения в указанном решении.
По требованию о возврате платежа за товар, произведенного (по мнению истца) необоснованно, МКАС не согласился с ответчиком об исчислении сроков исковой давности с дат фактического осуществления банком ему платежей, приняв во внимание, что о производстве банком в стране ответчика условной оплаты товара истец узнал из информации банка страны истца позднее. Срок исковой давности был исчислен с дат получения истцом указанной информации по каждому из счетов (дело N 62/1998, решение от 30.12.98 <*>).
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика... за 1998 г. С. 250 - 256.

При исчислении срока исковой давности по требованию о возврате денежных средств, переданных истцом ответчику для закупки товаров, была принята во внимание дата обращения истца к ответчику о их возврате, поскольку до этого момента на ответчике лежала иная обязанность, которую он не выполнил (дело N 518/1996, решение от 01.10.98 <*>).
--------------------------------
<*> См.: Там же. С. 168 - 170.

В отношении обязательств, носящих длящийся характер, по которым право требования возникает за каждый соответствующий день (период), например неустойка (пеня) или проценты годовых, МКАС исходил из того, что начальная дата течения срока исковой давности постоянно обновляется. На основе такого подхода были, в частности, разрешены споры о взыскании неустойки (дело N 62/1995, решение от 20.12.96 <*>) и о взыскании процентов годовых (дело N 247/1994, решение от 25.05.95 <**>).
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 135 - 149.
<**> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 112 - 115.

Исковая давность при перемене лиц в обязательстве

Установленное ГК РФ правило (ст. 201), согласно которому перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока давности и порядка его исчисления, носит универсальный характер. Оно относится как к случаю уступки требования (перехода прав кредитора к другому лицу), так и случаю перевода долга (перевода должником долга на другое лицо). Применимо оно как при универсальном (при реорганизации юридического лица и наследовании), так и при сингулярном (частичном) правопреемстве, в том числе и при суброгации, о которой упоминалось выше.
Такой подход обусловлен четкими предписаниями ст. ст. 384 и 387 ГК РФ, определяющими объем прав кредитора, переходящих к другому лицу. При рассмотрении протеста по одному из дел, в котором истцом выступала иностранная фирма, Президиум ВАС, исходя из предписаний ст. 384 ГК РФ, отметил, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором (Постановление N 1533/97 от 17 июня 1997 г. <*>).
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1997. N 9. С. 66 - 67.

МКАС при ТПП РФ удовлетворил иск английской страховой компании к молдавской организации на том основании, что истец доказал, что им в соответствии с условиями договора перестрахования выплачено страховое возмещение и что к нему в порядке суброгации перешло право требования, которое страхователь (российская организация) имеет по договору с молдавской организацией - ответчиком по данному спору (дело N 311/1997, решение от 12.11.98 <*>). Следует заметить, что проект части третьей ГК РФ содержит специальные предписания о праве, подлежащем применению к уступке требования по соглашению сторон (ст. 1341). Они предусматривают, что условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредитором, определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки. Соответственно, коль скоро к этому требованию подлежало применение российского законодательства, его положениями будет определяться объем прав нового кредитора и право должника выдвигать против требования нового кредитора возражения, в том числе и связанные с исковой давностью.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика... за 1998 г. С. 221 - 224.

По сравнению с ГК РСФСР 1964 г. (ст. 84) в ст. 201 ГК РФ внесено одно полезное дополнение: установлено, что перемена лиц в обязательстве не влечет за собой не только изменение срока исковой давности, но и порядка его исчисления. Соответственно не вызывает сомнений, что при рассмотрении вопроса о соблюдении срока исковой давности правопреемником должны учитываться все правила ГК и иных законов, относящихся к исковой давности.

Приостановление течения срока исковой давности

По сравнению с ранее действовавшим законодательством (ст. 85 ГК РСФСР 1964 г.) в ГК РФ (ст. 202) внесен ряд изменений в правила о приостановлении срока исковой давности, предусматривающие обстоятельства, наличие которых в силу закона рассматривается в качестве основания для признания, что у управомоченного лица (истца) возникла невозможность защитить свое право путем предъявления иска и по этой причине применяется особый порядок исчисления срока давности.
Во-первых, уточнено понятие непреодолимой силы (подп. 1 п. 1). В качестве непреодолимой силы признаются препятствующие предъявлению иска чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (вместо предусматривавшихся в ранее действовавшем законодательстве "событий"). Это позволяет исключить споры о том, служат ли основанием для приостановления давности чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях явления общественной жизни (например, военные действия или забастовки). Во-вторых, оговорено (подп. 3 п. 1), что мораторий, объявленный Правительством РФ, принимается во внимание лишь тогда, когда основанием для него послужил закон. В-третьих, предусмотрено новое основание для приостановления давности (подп. 4 п. 1) - когда приостановлено действие закона или иного правового акта, регулирующего соответствующее отношение.
Так, в силу Закона (ст. 69 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 8 января 1998 г. N 6-ФЗ) с момента введения внешнего управления вводится мораторий на удовлетворение требований кредиторов по денежным обязательствам и обязательным платежам должника, за исключением случаев, предусмотренных этим Законом.
На основании решения Совета Безопасности ООН 757 от 30 мая 1992 г. распоряжением Президента РФ от 14 июля 1992 г. N 362-рп <*> было, в частности, приостановлено предоставление гражданами России и с ее территории властям в СРЮ (Югославии) или любому торговому, промышленному или общественному предприятию в СРЮ каких бы то ни было средств или каких-либо других финансовых или экономических ресурсов, за исключением платежей, предназначенных исключительно для медицинских или гуманитарных целей и поставки продуктов питания. Мораторий в отношении Югославии был установлен и распоряжением Президента РФ от 23 июля 1993 г. N 516-рп <**> на основании Резолюции Совета Безопасности ООН 820 от 14 апреля 1993 г. Аналогичные действия (объявление моратория) были предприняты РФ на основании резолюций Совета Безопасности ООН и в отношении Ирака и Ливии.
--------------------------------
<*> См.: Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. N 29. Ст. 1764.
<**> См.: Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. N 31. Ст. 2844.

В случае объявления моратория необходимо тщательное изучение соответствующего акта с целью установления того, является ли его издание препятствием для предъявления и рассмотрения исков. В практике МКАС применительно к мораториям, объявленным в отношении Югославии (СРЮ) на основании резолюций Совета Безопасности ООН, исходили из того, что из содержания соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН и распоряжений Президента РФ вытекает, что они не предусматривают запрета предъявления и рассмотрения исков властей СРЮ, торговых, промышленных или общественных предприятий в СРЮ. Между тем в силу этих актов запрещено осуществление определенных действий, в том числе предоставление югославским властям и предприятиям в СРЮ каких бы то ни было средств или каких-либо других финансовых или экономических ресурсов. Соответственно вынесенные в их пользу решения МКАС не могут быть исполнены до отмены моратория. Так, например, в решении МКАС от 26.01.95 по делу N 470/1993, которым удовлетворен иск югославского предприятия, указано следующее: "Принимая решение, обязывающее ответчика произвести выплаты в пользу истца, являющегося юридическим лицом СРЮ, МКАС не мог не учитывать того, что в силу резолюций Совета Безопасности ООН в отношении СРЮ установлены экономические санкции. В частности, Резолюцией Совета Безопасности ООН 1757 от 30 мая 1992 г. налагается запрет на предоставление средств и иные перечисления, осуществляемые в пользу лиц или органов СРЮ, за исключением платежей, производимых исключительно в гуманитарных и медицинских целях. Резолюцией 820 от 17 апреля 1993 г. аналогичный запрет был наложен в отношении оказания услуг финансового и нефинансового характера. Таким образом, МКАС исходит из того, что исполнение выносимого решения должно быть произведено незамедлительно после отмены экономических санкций, введенных Советом Безопасности ООН в отношении СРЮ". Не вызывает сомнений, что решения МКАС, вынесенные в пользу югославских предприятий и не содержащие подобных указаний, подлежат исполнению в таком же порядке, т.е. только после отмены установленных экономических санкций (моратория на производство платежей).
Применительно к подобному мораторию необходимо учитывать ряд моментов. Во-первых, такой мораторий объявляется Президентом РФ во исполнение международных обязательств России, вытекающих из Устава ООН. Соответственно к распоряжениям Президента по этим вопросам в принципе применимы правила о приостановлении течения срока исковой давности, предусмотренные ст. 202 ГК РФ. Во-вторых, объявление такого моратория не служит препятствием истцам (органам и предприятиям СРЮ) предъявлять иски к российским организациям, а МКАС - их рассматривать. Поэтому вопрос о применении в таких случаях института приостановления давности в связи с подобным актом в каждом случае должен решаться с учетом конкретных обстоятельств. Следует заметить, что в последние годы в МКАС поступило значительное число исков, предъявленных предприятиями СРЮ, которые МКАС рассмотрены. Не встречалось случаев ссылок истцов на приостановление течения давности на основании ст. 202 ГК РФ либо ст. 85 ГК РСФСР 1964 г.
В практике встречались и случаи, когда приостанавливалось действие закона или иного правового акта. Например, Верховным Советом РФ на 1993 г. было приостановлено действие п. 3 ст. 30 Закона "О собственности в РСФСР", предусматривавшего ответственность государства за ущерб, нанесенный собственнику преступлением (ст. 25 Закона РФ "О республиканском бюджете Российской Федерации на 1993 год" <*>).
--------------------------------
<*> См.: Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. N 22. Ст. 794.

Предусмотренный ГК РФ перечень оснований приостановления течения давности не является исчерпывающим. Например, согласно ст. 412 КТМ РФ по требованиям, в которых исчисление суммы иска зависит от расчетов по общей аварии, срок исковой давности приостанавливается на время со дня вынесения диспашером постановления о наличии общей аварии и до дня получения диспаши заинтересованным лицом. Вместе с тем в соответствии с ч. 2 ст. 198 ГК основания приостановления течения сроков исковой давности устанавливаются только Кодексом и иными законами. Между тем в практике возникают случаи, когда предъявлению иска объективно препятствуют обстоятельства, не зависящие от истца, но не предусмотренные законом в качестве оснований для приостановления течения срока исковой давности. Например, право истца на предъявление иска к ответчику основывалось на ненормативном административном акте органа управления, действие которого было отменено этим органом. Но через полтора года этим же органом отмена этого акта признана неправомерной. Таким образом, в течение полутора лет у истца отсутствовали основания для предъявления иска. После же признания неправомерной отмены указанного акта выясняется, что у истца истек срок исковой давности. Поскольку истец является юридическим лицом, закон (ст. 205 ГК РФ) исключает возможность восстановления срока исковой давности. Представляется, что для подобных ситуаций необходимо соответствующее законодательное регулирование.
При наличии оснований для приостановления срока давности промежуток времени, в течение которого имели место соответствующие обстоятельства (возникли и продолжали существовать), в срок исковой давности не засчитывается. Та же часть срока, которая истекла до их наступления, учитывается при исчислении срока. После того как прекратилось их действие, продолжается течение срока исковой давности.
Установлены специальные рамки и порядок применения правила о приостановлении срока давности. Во-первых, оно применяется лишь при условии, что указанные обстоятельства возникли и продолжают существовать в последние шесть месяцев срока давности. Если же срок давности равен шести месяцам или менее шести месяцев, - то в течение срока давности. Во-вторых, если остающаяся после приостановления часть срока давности менее шести месяцев, срок давности удлиняется до шести месяцев. В случаях же, когда срок давности составляет шесть месяцев или менее шести месяцев, остающийся после приостановления срок удлиняется до срока давности.

Перерыв течения срока исковой давности

Перерыв срока давности (ст. 203 ГК) прекращает ее течение. Это означает, что коль скоро по каким-либо причинам возникает необходимость предъявить иск заново, также заново начнется течение срока давности, а время, истекшее до перерыва, в новый срок не засчитывается. В этом отличие перерыва от приостановления срока давности.
Из предусмотренных ГК РФ двух оснований для перерыва давности (предъявление иска в установленном порядке и совершение обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга) второе существенно отличается от определенного ранее действовавшим законодательством (ч. 2 ст. 86 ГК РСФСР 1964 г.). Ранее возможность перерыва срока давности путем признания долга допускалась только в отношениях, в которых одной или обеими сторонами являлись граждане. Тем самым исключалась возможность использования этого положения в отношениях между советскими (российскими) организациями. Между тем в юридической литературе и правоприменительной практике Советского Союза и Российской Федерации неизменно исходили и исходят из того, что это положение закона носит общий характер, в силу чего оно применяется к отношениям, вытекающим из внешнеторговых сделок <*>.
--------------------------------
<*> См., в частности: Экспортно-импортные операции: Правовое регулирование / Под ред. Позднякова В.С. М., 1970. С. 30 и 293; Правовое регулирование отношений во внешней торговле. Часть I. М., 1985. С. 93; Розенберг М.Г. Международная купля-продажа товаров. М., 1995. С. 160.

Предъявление иска в установленном порядке предполагает соблюдение истцом действующего законодательства о подведомственности и подсудности споров (в частности, соответствующих норм ГПК РСФСР и АПК РФ), а также условий предъявления иска (в том числе оформления искового заявления), предусмотренных процессуальными правилами. Несоблюдение этих требований может повлечь отказ в принятии искового заявления, и тогда наступают последствия, предусмотренные ст. 204 ГК РФ.
ГК РФ не содержит прямых указаний по ряду вопросов, имеющих существенное практическое значение для исчисления срока давности. К ним, в частности, относятся следующие. (1) Нарушение установленного порядка предъявления иска определено не судом первой инстанции, а, например, надзорной инстанцией через длительный период после принятия дела к производству судом первой инстанции. (2) В исполнении решения, вынесенного судом, отказано, и в этой связи необходимо предъявление нового иска. Например, государственный суд необоснованно принял к рассмотрению спор, разрешение которого не относилось к его компетенции (при наличии соглашения о третейском разбирательстве), либо вынесенное государственным судом решение не может быть исполнено за рубежом, поскольку у России с государством места нахождения ответчика или его имущества отсутствует международный договор, позволяющий исполнить такое решение. (3) Отказано в исполнении решения третейского суда по мотиву недействительности соглашения о третейском разбирательстве либо в связи с признанием того, что решение полностью или частично вынесено по спору, выходящему за пределы такого соглашения.
Представляется, что в таких случаях должно применяться правило, аналогичное предписаниям ГК РФ (ст. 204) о последствиях для течения срока давности оставления иска без рассмотрения. Срок исковой давности должен приостанавливаться на время с момента принятия судом к рассмотрению первоначального иска и до момента отказа в его рассмотрении. Это правило не должно применяться в случае, когда определение об отказе в рассмотрении иска выносит суд первой инстанции, в который он был предъявлен.
Такой же подход целесообразен и в случаях невозможности исполнения вынесенного судом решения. Срок исковой давности следует признать приостановленным на время с момента предъявления иска и до момента отказа в исполнении решения.
Возможно применение и варианта, из которого исходит Конвенция ООН об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г. (ст. 17). Согласно ее предписаниям, когда рассмотрение спора заканчивается без вынесения решения по существу требования, течение срока исковой давности не считается прерванным. Однако, в отличие от предписаний ст. 204 ГК РФ, если на момент такого окончания рассмотрения спора срок исковой давности истек или истекает менее чем через год, кредитор имеет право на предъявление требования в течение одного года, считая со дня окончания рассмотрения спора. Но для применения такого варианта необходимо его законодательное закрепление.
ГК РФ, как и ранее действовавшее законодательство, не предусматривает, какие действия должника могут квалифицироваться в качестве означающих признание долга. В литературе и практике исходят из того, что такие действия могут выражаться не только в форме письменного сообщения должника кредитору об этом, но и в направлении должником третьему лицу соответствующего сообщения, о котором известно кредитору (например, поручение банку произвести оплату задолженности). В качестве признания долга рассматриваются и конклюдентные действия должника, свидетельствующие об этом, например: частичная оплата долга, уплата процентов, начисленных на основную сумму долга, обращение к кредитору с просьбой об отсрочке платежа, требование о производстве зачета <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. С. 194, 195; Комментарий к ГК РСФСР. М., 1970. С. 121; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая. М., 1995. С. 249; Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса России для предпринимателей. 2-е изд., доп. и перераб. М., 1999. С. 325.

Имел ли реально место факт признания долга, устанавливается судом путем исследования конкретных обстоятельств случая. Так, Президиум ВАС, рассматривая протест по одному из дел, пришел к выводу, что иск коммерческого банка к Банку России о возврате списанных денежных средств был судом обоснованно отклонен за пропуском срока исковой давности. Истец ссылался на то, что течение срока давности было прервано в результате принятия Банком России отчета истца. Как отмечено в Постановлении (N 3980/97 от 18 ноября 1997 г. <*>), принятие Банком России отчетов от коммерческих банков является его обязанностью как органа, осуществляющего надзор за деятельностью кредитных организаций в соответствии с Федеральным законом "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", и не подпадает под действия, о которых идет речь в ст. 203 ГК РФ.
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1998. N 3. С. 74 - 75.

Из смысла правил ГК следует, что при признании долга, совершенном после истечения срока давности, течение срока давности не начинается заново. Между тем неоднократное признание долга, сделанное в пределах срока давности, в каждом случае влечет за собой перерыв течения давности и соответственно исчисление срока начинается заново.
ГК РФ не предусматривает какого-либо общего ограничения длительности срока исковой давности. В этой связи необходимо учитывать, что такой общий предел, равный десяти годам, установлен в упоминавшейся Конвенции ООН об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г. (ст. 23).
В практике МКАС неоднократно встречались случаи, когда Арбитражный суд приходил к выводу, что обязанным лицом были совершены действия, свидетельствующие о признании долга. На этом основании в соответствии с п. 2 ст. 86 ГК РСФСР 1964 г. МКАС исходил из того, что имел место перерыв срока исковой давности (например, решения: от 04.12.95 по делу N 145/1994 <*>, от 17.09.96 по делу N 267/1994 <**>, от 23.01.97 по делу N 424/1995 <***>). При этом МКАС исходил из принятого в юридической литературе и практике отмеченного выше понимания того, какие действия должника могут квалифицироваться в качестве признания долга. Так, при рассмотрении спора по делу N 145/1994 выяснилось, что ответчик направил истцу в следующем году после начала течения срока исковой давности телекс, в котором сообщил о предпринимаемых усилиях для проведения платежа через банк. Указанный телекс был квалифицирован в качестве признания ответчиком долга. Основанием признания долга в деле N 267/1994 послужило обращение ответчика в соответствующие инстанции РФ о выделении средств для погашения долга истцу, копия которого была ответчиком передана истцу. В деле N 424/1995 - письмо ответчика банку, в котором признавался факт задолженности перед истцом.
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 180 - 182.
<**> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 86 - 88.
<***> См.: Там же. С. 153 - 157.

Следует заметить, что формулировка ст. 203 ГК РФ, действующая с 1 января 1995 г., не содержит каких-либо элементов, ограничивающих сферу ее применения. Ее общий характер и соответственно применимость к отношениям между любыми субъектами не могут ставиться под сомнение.
В связи с положением закона о перерыве срока исковой давности путем предъявления иска в установленном порядке в практике МКАС возник вопрос о том, следует ли признавать предъявленным иск в случаях, когда истцом в пределах действия срока исковой давности не оплачен арбитражный сбор. В решении МКАС от 13.11.95 по делу N 231/1989 <*> отмечено, что в соответствии с Регламентом Арбитражного суда арбитражное производство возбуждается подачей искового заявления, а датой его подачи считается дата вручения искового заявления Арбитражному суду. Поскольку истец вручил исковое заявление в пределах срока исковой давности, с даты вручения прерван срок исковой давности. Неуплата арбитражного сбора автоматически не возобновляет течение срока давности. Арбитражному суду предоставлено право вынести определение о прекращении производства по делу, если оно остается без движения из-за бездействия истца более шести месяцев, но он не обязан этого делать. С учетом конкретных обстоятельств Арбитражный суд счел возможным не прекращать производство по делу и отклонил ходатайство ответчика об этом. Следует заметить, что данное решение МКАС было вынесено на основании Регламента Арбитражного суда 1988 г. Действующий в настоящее время Регламент МКАС, вступивший в силу с 1 мая 1995 г., содержит аналогичные положения.
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 152 - 157.

Течение срока исковой давности в случае оставления
иска без рассмотрения

В правилах ГК РФ (ст. 204) воспроизведены положения п. 4 ст. 86 ГК РСФСР 1964 г. с некоторыми дополнениями. Они увязаны с соответствующими процессуальными правилами (ст. ст. 221 и 222 ГПК РСФСР и ст. ст. 87 и 88 АПК РФ), которыми предусмотрены основания для оставления судом иска без рассмотрения и его порядок и последствия. Оставление иска без рассмотрения в соответствии с этими правилами не лишает истца права после устранения обстоятельств, послуживших для этого основанием, вновь обратиться с иском в общем порядке. При этом в отношении исчисления исковой давности действует следующее правило: на время с момента предъявления иска до вынесения судом определения об оставлении его без рассмотрения течение срока исковой давности приостанавливается; с даты же такого определения течение срока продолжается в общем порядке, т.е. в срок давности засчитывается время, истекшее до первоначального предъявления иска. Применительно к таким случаям не действуют предписания п. п. 2 и 3 ст. 202 ГК РФ, согласно которым применение правила о приостановлении зависит от того, когда наступило такое приостановление и какова продолжительность остающейся части срока исковой давности.
Особо урегулирован вопрос об исчислении срока давности при оставлении без рассмотрения гражданского иска, предъявленного в уголовном деле. Для этого случая предусмотрено приостановление срока исковой давности до вступления в законную силу приговора, которым гражданский иск оставлен без рассмотрения. Аналогично п. 3 ст. 202 ГК предусмотрено удлинение остающегося после приостановления срока давности до шести месяцев, если он окажется меньшим.
В практике МКАС нередки случаи, когда Арбитражный суд выносит постановление об оставлении без рассмотрения требования стороны по тем или иным причинам. Такое постановление не препятствует заинтересованной стороне использовать свое право на защиту путем предъявления в МКАС самостоятельного иска <*>, если, по ее мнению, для этого имеются основания. В соответствующих решениях МКАС об этом иногда прямо указывается. Примером разрешения спора в самостоятельном процессе, возбужденном по инициативе истца в отношении требования, оставленного МКАС без рассмотрения, может служить дело N 247/1994 (решение от 25.05.95) <**>. В таких случаях не исключена постановка ответчиком вопроса о повторном предъявлении истцом данного требования по истечении срока исковой давности. К ним в принципе применима ст. 204 ГК РФ, согласно которой если иск оставлен без рассмотрения, то начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается в общем порядке, т.е. происходит приостановление течения давности на период нахождения требования в производстве суда. Однако представляется, что для применения такого подхода в отношении каждого конкретного требования необходим соответствующий анализ, имея в виду, что согласно ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается не вообще заявлением о том, что у стороны имеется соответствующее требование, а путем предъявления иска в установленном порядке. Соответственно, на наш взгляд, предписания ст. 204 ГК РФ безусловно неприменимы к случаям, когда ответчик, заявляя в процессе, что у него имеются встречные требования, не оформляет их в порядке, предусмотренном Регламентом МКАС, в связи с чем они оставляются без рассмотрения. Неоднозначен и возможный подход к случаям, когда оставление без рассмотрения вызвано тем, что истец вопреки предписаниям Регламента (§ 16) не определил в денежном выражении цену своего требования и не уплатил в отношении его арбитражный сбор. Не вызывает сомнений, что в том случае, когда истец не выполнил предложения ответственного секретаря МКАС об устранении недостатков искового заявления и настаивает в соответствии с п. 2 § 17 Регламента на рассмотрении своего иска, включающего такое требование наряду с другими, оформленными в установленном Регламентом порядке, вряд ли применимы при исчислении срока исковой давности правила ст. 204 ГК РФ в отношении такого требования.
--------------------------------
<*> В этой связи необходимо обратить внимание на то, что прекращение разбирательства по делу в отношении конкретного требования в рамках определенного процесса с оставлением его без рассмотрения вряд ли может быть квалифицировано как означающее прекращение действия арбитражного соглашения сторон по этому вопросу, что предоставляет право истцу в таком случае обратиться в государственный суд. Представляется по меньшей мере неясным определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, в котором содержится такое утверждение (см.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1998. N 10. С. 23 - 24).
<**> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 112 - 115.

Восстановление срока исковой давности

Восстановление срока исковой давности (ст. 205) не означает его возобновление на новый срок. Смысл его состоит в том, что суд предоставляет защиту нарушенного права, несмотря на то что срок исковой давности истцом пропущен. Применение института восстановления давности соответствовало концепции ГК РСФСР 1964 г., согласно которой давность применялась по инициативе суда. Включение в ОГЗ 1991 г. положения о применении исковой давности по заявлению заинтересованной стороны при сохранении института восстановления срока давности (т.е. возможности суда, невзирая на заявление о пропуске срока давности, предоставлять защиту) на практике приводило к парадоксальным ситуациям. Поэтому в отличие от ОГЗ 1991 г. в ГК РФ возможность восстановления срока давности сохранена лишь в отношении граждан и только при наличии обстоятельств, связанных с личностью истца. Примерный перечень таких обстоятельств (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность), приведенный в ст. 205 ГК РФ, подчеркивает исключительность случаев, в которых допустимо восстановление срока давности.
Новым в ГК является также и ограничение срока, в течение которого должны иметь место обстоятельства, служащие основанием для признания уважительной причины пропуска срока. Такие обстоятельства учитываются лишь в случаях, когда они имели место в последние шесть месяцев срока давности или в течение срока давности, если он менее шести месяцев либо равен шести месяцам.
В соответствии с Постановлением Пленумов ВС и ВАС РФ N 2/1 от 28 февраля 1995 г. (ч. 2 п. 12) восстановление срока исковой давности независимо от причин его пропуска не допускается не только по искам юридических лиц, но и по искам граждан-предпринимателей по требованиям, связанным с осуществлением ими предпринимательской деятельности.
В практике МКАС встречались случаи, когда Арбитражный суд признавал с учетом конкретных обстоятельств допустимым предоставлять защиту нарушенного права даже в случае, если по требованию истек срок исковой давности (например, решение от 27.04.95 по делу N 188/1994). Основанием для этого служили предписания ч. 2 ст. 87 ГК РСФСР 1964 г. и ч. 2 п. 1 ст. 43 ОГЗ 1991 г. Вместе с тем, как отмечалось выше, встречались и случаи, когда МКАС при применимости к отношениям сторон норм ГК РСФСР 1964 г. приходил к выводу, что отсутствуют основания для восстановления срока исковой давности (дело N 31/1998, решение от 20.10.98 <*>). Согласно предписаниям ГК РФ (ст. 205), как отмечалось выше, возможность восстановления срока исковой давности сохранена лишь для граждан и только в исключительных случаях, и соответственно она практически исключена во внешнеэкономической сфере. С учетом этого, признав применимость к спору норм ГК РФ, в решении от 30.12.98 по делу N 62/1998 <**> отклонено ходатайство истца, ссылавшегося на возникшие у него трудности с предъявлением иска, о предоставлении ему защиты, несмотря на пропуск им срока исковой давности.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика... за 1998 г. С. 183 - 185.
<**> См.: Там же. С. 250 - 256.

Исполнение обязанности по истечении срока давности

Предписания ГК РФ по этому вопросу (ст. 206) вытекают из сущности понятия исковой давности, которое основано на том, что истечение срока давности не влечет за собой погашения (прекращения) самого права. Коль скоро само право кредитора продолжает существовать, должник не может обратно требовать то, что он добровольно исполнил по истечении срока давности. Закон не придает юридического значения тому факту, знал или не знал должник в момент исполнения об истечении давности. Имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности, не признается неосновательным обогащением кредитора (ст. 1109 ГК РФ).

Применение исковой давности к дополнительным требованиям

Согласно ст. 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям. Хотя формулировка этой статьи практически текстуально совпадает с нормой ранее действовавшего законодательства (ст. 91 ГК РСФСР 1964 г.), однако существенные изменения, внесенные в гражданское законодательство по сравнению с ГК РСФСР 1964 г., служат основанием для проявления внимательности при ее применении. Во-первых, примерный перечень дополнительных требований, в отношении которых подлежит применению эта статья, включает три традиционных способа обеспечения исполнения обязательств. В то же время в ГК РФ появились новые способы обеспечения исполнения обязательств и предусмотрена возможность устанавливать в договоре другие способы (ст. 329 ГК). Последствия, предусмотренные ст. 207 ГК РФ, неприменимы к требованиям, основанным на способе обеспечения исполнения, признаваемым независимым (самостоятельным) в отношении основного обязательства, например применительно к банковской гарантии (ст. 370 ГК). При установлении в договоре способа обеспечения исполнения обязательства, не предусмотренного законом, стороны вправе на основании ст. 421 ГК определить и характер такого способа обеспечения. Во-вторых, применение последствий, предусмотренных ст. 207 ГК РФ, в отношении процентов, подлежащих уплате по денежным обязательствам, зависит от юридической квалификации таких процентов. По договору займа, договору кредита и при коммерческом кредитовании (см. ст. ст. 809, 819 и 823 ГК РФ) они, без всякого сомнения, представляют собой плату за предоставленные денежные средства, и требование об их уплате является самостоятельным. Соответственно к таким требованиям неприменима ст. 207 ГК РФ. В то же время проценты, подлежащие уплате при просрочке платежа по указанным выше обязательствам сверх процентов, предусмотренных ст. 809 ГК РФ (см. ст. 811), носят характер неустойки и к требованиям об их уплате статья 207 ГК РФ применима. В-третьих, в соответствии с п. 3 ст. 200 в отношении регрессных обязательств установлен особый порядок исчисления срока исковой давности. Применение к регрессным требованиям последствий, предусмотренных ст. 207 ГК РФ, когда такие требования связаны с главным требованием, парализовало бы действие п. 3 ст. 200. Вряд ли такую цель мог преследовать законодатель. Например, при поставке товара ненадлежащего качества, когда покупатель требует возмещения ущерба, причиненного товаром, на основании требования лица, не состоявшего с покупателем в договорных отношениях, и такое требование иска удовлетворено судом.
При применении правила ГК РФ по этому вопросу необходимо, как отмечалось выше, прежде всего установить, является ли соответствующее требование дополнительным к основному.
Так, самостоятельность характера банковской гарантии в отношении обязательства принципала, в обеспечение исполнения которого она выдана, исключает возможность применения данного правила к иску бенефициара к гаранту.
Признание дополнительного характера требования тем не менее не означает, что дополнительное требование, в отношении которого установлен менее продолжительный срок исковой давности, чем по основному, подлежит защите в пределах такого более продолжительного срока исковой давности. Например, при разрешении спора по делу N 138/1993 (решение от 03.02.95) <*> МКАС отказал в иске к поручителю, применив к требованию, основанному на договоре поручительства, трехмесячный срок предъявления иска, предусмотренный ст. 208 ГК РСФСР 1964 г., хотя срок исковой давности по основному обязательству не истек.
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 28 - 32.

Коль скоро срок исковой давности в отношении основного требования был прерван совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (см. выше), правило ст. 207 ГК РФ применяется в рамках срока, исчисленного с учетом факта его перерыва. Вместе с тем признание долга по истечении срока исковой давности не влечет за собой перерыва срока в отношении дополнительного требования. Именно этот подход нашел отражение в решении МКАС от 12.03.96 по делу N 248/1994 <*>.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 36 - 37.

Требования, на которые исковая давность
не распространяется

Их перечень содержится в ст. 208 ГК РФ, допускающей его расширение в других законах. Характерным для требований, предусмотренных этим перечнем, является то, что в силу специфики отношений, из которых они вытекают, предметом защиты является, как правило, право, не ограниченное во времени.
В вышеуказанной статье оговорена возможность ограничения законом ее применения в отношении требований о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. Второе ограничение касается требований о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Такое требование подлежит удовлетворению не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска. По сути дела в данном случае применен общий срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ), но исчисление срока произведено по правилам о длящихся требованиях, право на предъявление которых возникает не единовременно.
Включение в этот перечень требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы и не соединенных с лишением владения, не является законодательной новеллой. Правом на такое требование, не ограниченное сроками исковой давности, собственник или иной владелец обладали и ранее, что присуще праву собственности (см. ст. 54 ОГЗ 1991 г.). В ГК РФ (ст. ст. 304 и 305) содержатся аналогичные положения.
С момента введения в действие Закона СССР "О собственности в СССР" (1 июля 1990 г.) утратили силу положения ст. 90 ГК РСФСР 1964 г. о нераспространении исковой давности на требования государственных организаций о возврате государственного имущества из чужого незаконного владения. ГК РФ не содержит положения, аналогичного ст. 90 ГК РСФСР 1964 г. Следовательно, с 1 июля 1990 г. к искам государственных организаций об истребовании имущества из чужого незаконного владения применяются общие нормы об исковой давности. Соответствующие разъяснения содержатся в Постановлении N 8 Пленума ВАС РФ от 25 февраля 1998 г. "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник ВАС. 1998. N 10. С. 14 - 21.

В практике МКАС неоднократно встречались случаи предъявления исков об истребовании имущества из чужого незаконного владения, в частности, при расторжении договора строительного подряда, когда одна из сторон требовала возврата другой стороной материалов или оборудования, переданных в соответствии с договором.

Раздел IV. ПРИМЕНЕНИЕ НОРМ ИНОСТРАННОГО ПРАВА

Отсутствует опубликованная информация о применении норм иностранного права по вопросам исковой давности в практике российских государственных арбитражных судов и судов общей юрисдикции. В практике МКАС они применялись как в случаях, когда иностранное право было избрано сторонами в качестве обязательственного статута, так и тогда, когда оно признавалось применимым в силу коллизионной отсылки.
Применение норм права иностранного государства по вопросам исковой давности осуществлялось МКАС независимо от того, считаются ли они в соответствующем государстве нормами материального или процессуального права. В этой связи необходимо иметь в виду, что в англо-американском коллизионном праве, основанном на системе судебных прецедентов, обобщенных в ряде авторитетных публикаций, исковая давность признается институтом процессуального права. Это влекло за собой тот вывод, что суд должен руководствоваться по вопросам исковой давности собственным процессуальным правом, т.е. законом суда. Принципиально иной подход в практике отечественного международного коммерческого арбитража используется издавна <1> и обоснован в литературе <2>. Необходимо отметить, что даже в государствах, в которых исковая давность признается институтом гражданского процесса, произошли серьезные изменения в подходе к применению иностранных правил об исковой давности. Так, в Великобритании в 1984 г. принят специальный Закон об иностранных исковых сроках, в соответствии с которым в английском международном частном праве правила об исковой давности иностранного права считаются относящимися к материальному праву договора <3>. И в практике судов США пробивает себе дорогу тенденция, направленная на отказ от характеристики института исковой давности в качестве процессуального и на применение подхода о выборе закона, принятого в международном частном праве <4>.
--------------------------------
<1> См.: Арбитражная практика. Часть V. М., 1975. С. 90 - 94 (решение по делу N 37/1966 от 15.02.67). В этом решении Арбитраж, придя к выводу, что договоры сторон, из которых возник спор, были заключены в 1962 г. на территории Англии, признал, что при рассмотрении вопроса о сроке исковой давности подлежит применению английское право как право страны места заключения договоров. Поскольку по английскому праву общий срок исковой давности составляет шесть лет и исковое заявление по данному делу было направлено в Арбитраж через четыре с половиной года после возникновения права на иск, было отклонено ходатайство ответчика об отказе в иске за пропуском срока исковой давности. Ответчик основывал свои возражения на предписаниях ГК РСФСР 1964 г. (ст. 78), устанавливающих трехлетний общий срок исковой давности.
<2> См., в частности: Лунц Л.А. Курс международного частного права: Общая часть. 1973. С. 302 - 303.
<3> Foreign Limitation Periods Act 1984. См.: Шмиттгофф К. Экспорт: право и практика международной торговли. М.: Юрид. лит., 1993. С. 365. Действие закона распространяется на Англию и Уэльс.
<4> См.: Садиков О.Н., Краснова Н.Л. Исковая давность в международном частном праве // Российский ежегодник международного права 1992. СПб., 1994. С. 138 - 142.

Достижение сторонами в ходе процесса соглашения о применении к их отношениям иностранного права влечет за собой разрешение спора на основании норм избранного ими права. Так, при рассмотрении спора по делу N 138/1993 (решение от 03.02.95) <*> ответчик (российская организация) ссылался на пропуск истцом срока исковой давности, установленного российским законодательством. Применимость к спору российского законодательства была обусловлена тем, что местом подписания этого контракта в 1989 г. являлась Москва (ст. 566 ГК РСФСР 1964 г.). Поскольку в дальнейшем ответчик согласился с предложением истца о применении к данному спору норм шведского материального права, тем самым отпали его возражения в отношении пропуска срока исковой давности (в шведском праве применяется общий десятилетний срок исковой давности). В то же время соглашение сторон контракта о выборе применимого права не влечет за собой распространение его действия на требования по гарантии, являющейся хотя и акцессорным, но самостоятельным обязательством. Поскольку гарант, привлеченный в процесс в качестве соответчика, не согласился на применение к его обязательству права, избранного сторонами контракта, МКАС определил применимое право в отношении этого обязательства на основании коллизионной нормы российского законодательства. Учитывая, что в соответствии с нормами российского законодательства, которое было признано применимым в соответствии с коллизионной нормой, срок давности по требованию к гаранту как солидарному ответчику был пропущен, в иске к гаранту было отказано. В то же время требования истца в отношении основного ответчика были удовлетворены в доказанном истцом размере с учетом предписаний шведского материального права.
--------------------------------
<*> См.: Практика Международного коммерческого арбитражного суда... С. 28 - 32.

При применении норм об исковой давности иностранного законодательства МКАС проверяет, не произошло ли изменений в нем по сравнению с официально опубликованными в России текстами на русском языке. Так, например, при разрешении спора между болгарской и российской организациями (дело N 64/1996, решение от 28.04.97) были использованы положения болгарского Закона об обязательствах и договорах 1950 г. с учетом изменений, внесенных в него в 1993 г. В решении указано, что болгарским гражданским законодательством (ст. 110 Закона об обязательствах и договорах 1950 г.) предусмотрен общий пятилетний срок исковой давности. Вместе с тем в соответствии с п. "в" ст. 111 этого Закона (в редакции 1993 г.) к требованиям о взыскании процентов и других периодических платежей применяется трехлетний срок исковой давности. Согласно ст. 114 названного Закона срок исковой давности исчисляется со дня, в который возникло право требования. Поскольку на момент предъявления истцом иска общий срок исковой давности, предусмотренный применимым правом, не истек, заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности в отношении требования об уплате суммы основного долга является необоснованным. В то же время требование истца об уплате ему процентов годовых за период, превышающий три года со дня предъявления иска, удовлетворению не подлежит в связи с пропуском срока исковой давности.
Аналогичный вопрос возник и при разрешении спора между польской и российской организациями, по которому составом арбитража было признано применимым польское право (дело N 466/1996, решение от 21.04.98). В этом деле ответчик (польская организация) просил в иске отказать, утверждая, что в силу действующего польского законодательства признание долга не прерывает срока исковой давности. Оспаривался им и сам факт признания долга. Основываясь на действующем тексте ГК Польши (абз. 2 ст. 123), Арбитражный суд пришел к выводу, что признание лицом требования в силу польского законодательства прерывает течение срока исковой давности, а из содержания подписанных сторонами двух протоколов и других обстоятельств следует, что 4 ноября 1994 г. имело место признание требования (долга) ответчиком и соответственно истцом, предъявившим иск 19 ноября 1996 г., не пропущен трехлетний срок исковой давности, установленный польским законодательством. Иск был удовлетворен в полной сумме.
Разрешая спор на основании норм права Беларуси (дело N 93/1995, решение от 21.03.96) <*>, МКАС пришел к следующим выводам. Согласно ст. 74 ГК Беларуси (РБ) по искам о взыскании неустойки (штрафа, пени) применяется сокращенный срок исковой давности в шесть месяцев. Течение срока исковой давности начинается со дня возникновения права на иск; право на иск возникает со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 76 ГК РБ). Истец узнал о том, что его право нарушено, в июне 1994 г., когда прекратились поставки товара. В соответствии со ст. 79 ГК РБ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга; после перерыва течение срока исковой давности начинается снова, а время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок. В данном случае течение срока исковой давности было прервано 19 сентября 1994 г., когда ответчик в подписанном им с истцом Протоколе совместного заседания представителей истца и ответчика признал задолженность и обязался ее ликвидировать до 15 октября 1994 г. Заявление ответчика о том, что этот Протокол юридической силы не имеет, поскольку он не был подписан главным бухгалтером, МКАС отклонил, указав, что оно не было обосновано ни ответчиком, ни нормами действовавшего на тот период времени законодательства РФ, ни представлением соответствующих документов, устанавливающих на предприятии ответчика полномочия его руководителя и главного бухгалтера. Констатировав, что вторично истец узнал о том, что его права нарушены, 15 октября 1994 г., когда ответчик не погасил полностью свой долг, МКАС признал, что иск заявлен в пределах срока давности, учитывая, что на дату предъявления иска еще не истек шестимесячный срок, исчисленный с 15 октября 1994 г.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 53 - 57.

Практические последствия неправильной ориентировки российской организации в подходах к определению применимого национального права при отсутствии по этому вопросу соглашения сторон наглядно видны на примере дела N 195/1997 <*>, рассмотренного МКАС 30 июня 1998 г. Иск был предъявлен японской фирмой к российской организации в связи с частичной оплатой товара, поставленного по контракту, заключенному сторонами на территории России в феврале 1994 г. Ответчик, полагая, что к отношениям сторон применимо российское право, не представил никаких возражений по существу требования, сославшись на пропуск истцом срока исковой давности, предусмотренного российским законодательством. В заседание его представители не явились, хотя уведомление о месте и времени слушания было ответчиком своевременно получено. Руководствуясь ст. 166 ОГЗ 1991 г., арбитры сочли применимым к правоотношениям сторон право страны продавца, т.е. японское право. На основании ст. 159 ОГЗ 1991 г. по вопросам исковой давности была применена ст. 522 Торгового кодекса Японии, которой установлен по обязательствам из торговых сделок общий срок исковой давности в пять лет. Поскольку срок исковой давности истцом пропущен не был, а ответчик не представил никаких возражений по существу требований истца, иск был удовлетворен.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика... за 1998 г. С. 138 - 140.

Как отмечалось в разделе I настоящей работы, к контрактам международной купли-продажи товаров, в которых участвуют российские организации, при определенных условиях применима Конвенция ООН об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г., но не в качестве международного договора РФ, а в силу того, что ее участником является иностранное государство, право которого применимо к данному контракту. Таких условий два. Во-первых, данное государство участвует не только в Конвенции, но и в Протоколе к ней 1980 г. Во-вторых, участник Протокола не сделал оговорку, исключающую применение Конвенции к контрактам, коммерческие предприятия сторон которых находятся в государствах, не участвующих в Конвенции. Такие оговорки действуют в отношении Чешской Республики, Словацкой Республики и США. Положения Конвенции применяются (по состоянию на 12 мая 1999 г.) в отношении контрактов российских предпринимателей, когда они регулируются правом следующих 14 государств: Аргентина, Беларусь, Куба, Египет, Гвинея, Венгрия, Мексика, Молдова, Польша, Румыния, Словения, Уганда, Уругвай и Замбия.
Следует обратить внимание на то, что к числу государств, участвующих в Конвенции без поправок, внесенных Протоколом 1980 г., относятся: Босния и Герцеговина, Бурунди, Доминиканская Республика, Гана, Норвегия, Украина, Югославия. При применении к контрактам российских организаций права этих государств Конвенция не применима.
Применение положений указанной Конвенции к отношениям по контрактам, заключенным российскими организациями, требует внимательного изучения ее положений, имея в виду, что содержащееся в ней регулирование во многом отличается от соответствующих предписаний ГК РФ. Необходимо учитывать, что публикации об этой Конвенции, на которые приведены ссылки в настоящей работе, относятся к периоду, когда в России действовал ГК РСФСР 1964 г. и соответственно в них в сравнительном плане не могли приниматься во внимание новые подходы, нашедшие отражение в ОГЗ 1991 г. и в ГК РФ.
Особо хотелось бы обратить внимание на некоторые моменты. Во-первых, сфера применения и некоторые другие положения Конвенции изменены или дополнены Протоколом 1980 г. Поэтому необходимо руководствоваться не текстом 1974 г., а текстом, включающим поправки, содержащиеся в Протоколе 1980 г. Следует иметь в виду, что в результате произведенного уточнения совпадает сфера применения Конвенции 1974 г. и Венской конвенции 1980 г. Во-вторых, Конвенция 1974 г. устанавливает единый для всех требований из договора международной купли-продажи товаров срок исковой давности продолжительностью в четыре года (ст. 8). Предусматривая возможность его перерыва, приостановления и продления, Конвенция 1974 г. устанавливает общее ограничение (десять лет), по истечении которого срок исковой давности безусловно истекает (ст. 23). В-третьих, в отличие от Венской конвенции 1980 г. Конвенция 1974 г. прямо ограничивает возможность отступления от ее положений путем соглашения или заявления сторон, кроме случаев, прямо предусмотренных в ней (ст. 22). Допускается продление срока исковой давности путем одностороннего письменного заявления должника, сделанного в любое время в течение этого срока. При этом разрешается возобновление такого заявления. Предусмотрена и возможность оговорить в договоре купли-продажи условие о начале арбитражного процесса в пределах более короткого срока, чем срок исковой давности, установленный Конвенцией 1974 г., но только в случаях, когда такое условие юридически действительно согласно праву, применимому к договору купли-продажи. В-четвертых, как и в действующем российском законодательстве, истечение срока исковой давности принимается во внимание только по заявлению стороны, участвующей в процессе (ст. 24). В-пятых, при невозможности для кредитора по независящим от него обстоятельствам предъявить иск срок исковой давности не будет считаться истекшим до окончания одного года со дня прекращения действия соответствующего обстоятельства (ст. 21). Аналогичным образом решен вопрос и в случае оставления судом требования без вынесения решения по существу (ст. 17). В-шестых, при определенных условиях допускается предъявление требований, по которым истек срок давности, в порядке возражения или в целях зачета (ст. 25). В-седьмых, в Конвенции 1974 г. содержатся конкретные предписания, устанавливающие порядок исчисления срока давности, имеющие известные отличия от положений ГК РФ (ст. ст. 10, 11 и 12). В-восьмых, специально урегулированы некоторые вопросы применительно к третейскому (арбитражному) разбирательству (подп."b" п. 2 ст. 9, ст. 14, п. 3 ст. 22). В-девятых, имеются отличия от положений российского законодательства в вопросах перерыва срока давности. В частности, для случаев, когда к покупателю предъявлен иск субпокупателем (п. п. 2 и 3 ст. 18). В-десятых, Конвенция 1974 г. в определенных случаях допускает учет предписаний страны суда, где возбуждается дело (ст. 13), или страны, в которой должник имеет свое коммерческое предприятие (ст. 19).
Изложенные положения, касающиеся содержания Конвенции 1974 г., не являются исчерпывающими. Они приведены лишь в целях побуждения деловых людей, юристов и судей к внимательному изучению предписаний этой Конвенции, коль скоро возникает надобность в ее применении.
В практике МКАС возникал вопрос об использовании для оценки поведения стороны контракта норм права иностранного государства, унифицированных международным договором, в котором участвует данное государство, когда ими устанавливаются пресекательные сроки в отношении осуществления определенных действий. В деле N 309/1995 (решение от 01.11.96) <*> на основании Единообразного закона о чеках 1931 г., действующего на территории Германии, было определено, что российский истец, не воспользовавшийся правом на предъявление чека к оплате в срок, установленный законом, не вправе претендовать на возмещение ему чекодателем убытков, вызванных неоплатой чека. В этой связи следует учитывать, что пропуск срока исковой давности (в отличие от пропуска пресекательного срока) не влечет погашения самого права. Соответственно с учетом конкретных обстоятельств должно оцениваться поведение соответствующей стороны, не предъявившей требование в срок исковой давности, установленный иностранным законом.
--------------------------------
<*> См.: Арбитражная практика за 1996 - 1997 гг. С. 117 - 118.

При применении норм национального права соответствующего государства по вопросам исковой давности также необходима внимательность. Следует иметь в виду, что в праве многих государств, как и в российском законодательстве, наряду с общим сроком исковой давности установлены и специальные сроки, а также неодинаков порядок их исчисления и применения. Кроме того, имеются государства, в которых действует несколько правовых систем (отличается законодательство, действующее в отдельных их территориальных единицах - провинциях, штатах и т.п.). Примером могут служить Австралия, Великобритания, США, Канада. Поэтому необходимо в каждом случае разобраться, какая из правовых систем подлежит применению и каково содержание соответствующих норм, регулирующих исковую давность. В проекте части третьей ГК РФ (ст. 1313) предусмотрено, что в случаях, когда подлежит применению право страны, в которой действуют несколько правовых систем, применяется правовая система, определяемая в соответствии с правом этой страны. Если невозможно определить в соответствии с правом этой страны, какая из правовых систем подлежит применению, применяется правовая система, с которой отношение наиболее тесно связано.




ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ
(Перечень ссылок подготовлен специалистами
КонсультантПлюс)

"КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(принята всенародным голосованием 12.12.1993)

ЗАКОН СССР от 08.12.1961
"ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ОСНОВ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА СОЮЗА ССР И
СОЮЗНЫХ РЕСПУБЛИК"
(вместе с ОСНОВАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА)

"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РСФСР"
(утв. ВС РСФСР 11.06.1964)

"ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РСФСР"
(утв. ВС РСФСР 11.06.1964)

"КОДЕКС ТОРГОВОГО МОРЕПЛАВАНИЯ СОЮЗА ССР"
(утв. Указом Президиума ВС СССР от 17.09.1968)

ЗАКОН СССР от 06.07.1978
"О ПОРЯДКЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ, ИСПОЛНЕНИЯ И ДЕНОНСАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ
ДОГОВОРОВ СССР"

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 02.12.1990 N 394-1
"О ЦЕНТРАЛЬНОМ БАНКЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (БАНКЕ РОССИИ)"

ЗАКОН РСФСР от 24.12.1990 N 443-1
"О СОБСТВЕННОСТИ В РСФСР"

"ОСНОВЫ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА СОЮЗА ССР И РЕСПУБЛИК"
(утв. ВС СССР 31.05.1991 N 2211-1)

ЗАКОН РФ от 07.02.1992 N 2300-1
"О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ"

ЗАКОН РФ от 14.05.1993 N 4966-1
"О РЕСПУБЛИКАНСКОМ БЮДЖЕТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА 1993 ГОД"

ЗАКОН РФ от 07.07.1993 N 5338-1
"О МЕЖДУНАРОДНОМ КОММЕРЧЕСКОМ АРБИТРАЖЕ"
(вместе с "ПОЛОЖЕНИЕМ О МЕЖДУНАРОДНОМ КОММЕРЧЕСКОМ АРБИТРАЖНОМ
СУДЕ ПРИ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ",
"ПОЛОЖЕНИЕМ О МОРСКОЙ АРБИТРАЖНОЙ КОМИССИИ ПРИ

<< Предыдущая

стр. 2
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>