ОГЛАВЛЕНИЕ

- 232 -Часть вторая
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ПРИМЕНЕНИЯ МЕР ПРЕСЕЧЕНИЯ
ГЛЙМ ff
Общие положения процессуального порядка применения мер пресечения
Меры пресечения fl25] применяются к подозреваемым, обвиняемым, подсудимым, осужденным. Из установленных в законе мер пресечения к лицу может быть применена в данный момент дишь одна мера пресечения, именно та, которая объективно соответствует материалам дела, обстоятельствам, перечисленным в ст. 89 и 91 УПК РСФСР и в ряде других норм права. В то же время законодатель предусматривает возможность изменения меры пресечения или ее отмены при наличии к тому оснований (ст. 101 УПК РСФСР).
Процессуальный порядок применения мер пресечения занимает важное место в теории и практике данного института, ибо точное следование процессуальной форме является существенной гарантией законности и обоснованности ареста обвиняемых либо избрания иных мер пресечения. Анализ законодательства и практики его применения свидетельствует о наличии общих и специальных вопросов применения законодательства о мерах пресечения в уголовном процессе. Общие правила процедуры установлены гл. VI УПК РСФСР (ст. 89-101). Специальные правила процедуры применения мер пресечения частично установлены нормами, помещенными в УПК РСФСР в разделах и главах, посвященных отдельным стадиям и особым производствам уголовного процесса, но в основном вытекают из положений, характеризующих производство по уголовным делам на различных этапах уголовного процесса. Под специальными правилами процедуры применения мер пресечения следует понимать особенности процессуальной формы данного института, характерные для отдельных стадий и особых производств уголовного процесса. При этом особенности процессуальной формы в целом должны корреспондировать общим установлениям применения мер пресечения, предусмотренным ст. 89-101 УПК.
Процессуальная характеристика общей процедуры применения мер пресечения включает правила, регулирующие; сбор доказательств относительно оснований применения мер пресечения; принятие первичных и в необходимых случаях повторных решений о них (т.е. об изменении или отмене меры пресечения); исполнение процессуальных решений; контроль и надзор; полномочия субъектов; требования к форме и содержанию процессуальных решений, принимаемых в процессе применения законодательства о мерах пресечения; процессуальную и материально-правовую ответственность обвиняемых и других лиц за нарушения процессуальных решений, принятых в процессе применения законодательства о мерах пресечения.
В соответствии со ст. 92 УПК РСФСР о применении меры пресечения лицо, производящее дознание, следователь и прокурор выносят мотивированное постановление, а суд — мотивированное определение, содержащее указание на преступление, в котором подозревается или обвиняется данное лицо и основание для избрания примененной меры пресечения. Постановление (определение) объявляется лицу, в отношении которого оно вынесено, и одновременно ему разъясняется порядок обжалования применения меры пресечения. Копия постановления(определения) о применении меры пресечения немедленно вручается лицу, в отношении которого оно вынесено.
Данные положения следует законодательным путем дополнить, указав, что о применении меры пресечения судьей и президиумом суда выносится постановление, и что в установленных законом случаях суд (судья) о применении меры пресечения указывает в приговоре, соответствующем определении, постановлении. И данные решения также объявляются лицу, в отношении кото-
-234
рых они вынесены, с вручением ему копии соответственн Деяения, постановяения, приговора суда, судьи' ^
Законодатель в ст 96 угттг р^г^^тэ Робно механизма применен^^Г ^^-- под-
-ния под с^ажу, о^аничиваясь яи.ьсх^^Г ^-саниями по ряду узловых аспектов в частнТсГ^ ^^^
- — -
имм па LpoK не свыше одного гпття гт^ ст 96УПК-рггт.^п ^"vio года. Помимо этого в
РСФСР преступлений, заключение под стражу в ка
- - —-
.и ^Гпо^еГв^ "т туп^ -— -
-речень прокуроров, Уполномо::нн^а^нГ^"" В ч. Зет 96 упк- p^rf^ii Aaadib санкцию на арест.
стражу, и в необходимыхел^аях^ заключения под
но, .то повторное применение в отношении тог^е ли ^ ^ же делу заключения под стражу в ^ ^
после ее отмены постановл^мс^^:Г "'"""" предусмотренном ст 2202 упк РГ^^ ^^^^ньш в порядке.
235-
заключения под стражу в качестве меры пресечения может быть обжаловано в суде на общих основаниях.
Указанными положениями ст. 96 УПК РСФСР, а также ст. 89 УПК РСФСР и других норм института мер пресечения в уголовном процессе и надо руководствоваться при избрании, изменении и отмене меры пресечения в виде заключения под стражу как в стадии расследования, так и в других стадиях уголовного судопроизводства.
Относительно применения мер пресечения необходимо учитывать в уголовном судопроизводстве и такие общие положения.
1. Мера пресечения призвана пресечь преступную деятельность обвиняемого (подозреваемого), подсудимого, осужденного, обеспечить их участие в уголовном судопроизводстве и достижение других целей, перечень которых содержится в ч. 1 ст. 89 УПК РСФСР. Использование меры пресечения для достижения иных целей недопустимо, в частности, в качестве метода получения показаний обвиняемого (подозреваемого), подсудимого как в целом по уголовному делу) так и в отношении соучастников и в отношении самого обвиняемого^
2. Применяется мера пресечения при доказанности материалами уголовного дела оснований и обстоятельств, учитываемых при ее избрании. Основания для применения мер пресечения и обстоятельства, учитываемые при их избрании, установлены уголовно-процессуальным законом (ст. II, 89, 90, 91, 93-96, 99, 100, 393, 394 УПК РСФСР). Помимо этого следует учитывать соответствующие положения Конституции РФ и других законодательных актов, например, когда решается вопрос о применении заключения под стражу в качестве меры пресечения в отношении лиц, обладающих полным или частичным иммунитетом от ареста.
3. Действующий уголовно-процессуальный закон не допускает совмещения мер пресечения. В отношении конкретного обвиняемого (подозреваемого), подсудимого, осужденного в данный
^ В данном и подобных случаях, если иное не оговорено, имеются в виду также подозреваемый, подсудимый, осужденный.
-236-
^^^Г^- ^ ^^e туации. "Р^^я, оптимальной ^конкретной с^
4. Продолжительность применения ^ заключения под стражу оппеделя ^ пресечения в виде вами дела. В с^^е Третными обстоятель^
Деляется т^е c^T'^ "' ^^-ность опре. РСФСР. Мера пр^^над^^ ^--- с- 97 УП'К ДО-пор^о.а^^^Г:1^-Р-- Д-.ует
-еле при прекращении дела или его о^Т^^^ Однако это не снимает обязанности ^^^ « ^и форме. рого поступило уголовное я ^' " ^^^ ^то. в.нность ^римене^я ' ^^ законность и обосно-
сечения онГи^д^ае^^""""' ^ ^ - -рой пре-етсялибоотменяе^я ^^вать, при несогласии - изменя-
вае^^нТГо:нТГп:^ ный вопрос решается с^ ^ ^^ пресечения; дан-
-льств, учит^х ^избраТиТ^"" ^"^- ^--него .беждения лица, п^оизв^^а^^^ " "^"-
примене^рТ^е^Т "^^ -^^-
-стзоявлять^по^^^^^^-^— о.яза. тельства. перемене места жи-
^^™^ в применении меры поесечени Дить превде всего от ооганя пресечения должна исхо.
уголовное д^о Однаконе^"^"^^^^^ исходит от проху^и ^^^ когда такая инициатива
бо их представили ^^-го, ^ажданского истца ли.
-237
до, исходит от обвиняемого, его защитника или иных заинтересованных в судьбе обвиняемого лиц.
В Болгарии, Польше с учетом существа залога как меры пресечения) избираемой и в качестве альтернативы аресту, инициатива в его применении чаще всего исходит от защиты обвиняемого. В последние годы в связи с расширением гласности, демократизации уголовного процесса, ослаблением административно-командных методов в руководстве расследованием и в России в уголовно-судопроизводственной практике инициатива в применении залога вместо заключения под стражу все чаще и чаще исходит от обвиняемых и защитников обвиняемых. Особенно распространена такая практика при возбуждении ходатайств об изменении заключения под стражу залогом, когда ставится вопрос о продлении срока ареста. Нередко такая практика имеет место в период ожидания арестованными вступления приговора в законную силу и обращения к исполнению вступивших в законную силу приговоров.
В последнее время прокуроры рекомендуют следователям заменять арест обвиняемых на залог, когда возникает необходимость для продления срока содержания обвиняемых под стражей. Имеют место случаи) когда прокуроры не продлевают срок содержания обвиняемых под стражей) и следователи бывают вынужденными заменять арест на залог даже в ущерб расследованию. Опрос следователей, в том числе расследующих уголовные дела, поднадзорные Генеральной прокуратуре Российской Федерации, свидетельствует, что подобная практика в деятельности органов прокуратуры достаточно устойчива. По нашему мнению, подобная практика должна быть расценена как давление на внутреннее убеждение следователя. Если прокурор убежден, что в уголовном деле имеются основания для отмены заключения под стражу и применения альтернативной аресту меры пресечения в виде залога, то в соответствии с п. Зет. 211 УПК РСФСР прокурор обязан дать следователю письменное указание об изменении меры пресечения.
238
239
Прокурор вправе и лично отметить ранее избранную меру пресечения в виде заключения под стражу и применить залог. Подмена письменных указаний неофициальными рекомендациями недопустима. Прокурор обязан отвечать за свои решения по делу, поэтому эти решения он должен облекать в надлежащую процессуальную форму. Наличие в уголовном деле письменного указания прокурора о замене ареста залогом позволяет следователю, когда он с таким указанием не согласен, обжаловать его вышестоящему прокурору. Отсутствие подобных письменных указаний лишает следователя возможности обжаловать указание прокурора. Как не основанная на законе практика дачи устных рекомендаций вместо письменных указаний подлежит искоренению. Полагаем, что по данному вопросу следует издать по линии Генеральной прокуратуры соответствующее разъяснение.
Следователи и лица, производящие дознание, судьи, руководители следственных подразделений и органов дознания, а также прокуроры обязаны обеспечивать в своей деятельности соблюдение законов, регламентирующих применение мер пресечения, сроки расследования и содержания под стражей обвиняемых (подозреваемых), их права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.
Решения органов уголовного судопроизводства о применении мер пресечения должны быть законными, обоснованными, мотивированными, содержать указание на преступление, в котором обвиняется данное лицо, и основания для его ареста либо избрания иной меры пресечения. Особое внимание при вынесении постановления (определения) о применении меры пресечения уделяется точному указанию данных об обвиняемом, как они установлены с помощью документов, удостоверяющих его личность, и других доказательств. Постановление (определение) объявляется под расписку обвиняемому.
Постановление (определение) об избрании меры пресечения должно содержать также наименование данного документа, дату
его составления, указание, кем оно составлено (лицом, производящим дознание, следователем, прокурором, судьей, судом).
Указание лица, его должности, состава суда удостоверяет их полномочия на принятие решения о заключении обвиняемого под стражу либо об избрании иной меры пресечения. Указание даты удостоверяет, с какого срока начинает действовать юридическая сила постановления, т. е. с какого конкретно дня, месяца, года появляются правовые основания для помещения обвиняемого в следственный изолятор или заменяющее его место содержания заключенных под стражу. Однако необходимо иметь в виду, что фактический срок заключения обвиняемого (подозреваемого) под стражу может не совпадать с датой принятия решения об этом. Поэтому важно указать в постановлении (определении) также дату, часы и минуты, когда обвиняемый (подозреваемый) фактически лишен свободы. Данное обстоятельство важно, поскольку позволяет правильно исчислять десятисуточный срок применения меры пресечения в отношении подозреваемого, гарантирует своевременность предъявления ему обвинения, а при отсутствии оснований для предъявления обвинения — своевременность освобождения подозреваемого из-под стражи и отмены меры пресечения.
Рассматриваемое обстоятельство немаловажно, так как именно с фактического заключения под стражу исчисляются сроки применения ареста к обвиняемому (подозреваемому) и сроки, засчитываемые в уголовное наказание в виде лишения свободы. Важна точность указания времени и даты фактического лишения свободы и для правильного исчисления сроков содержания арестованного в изоляторе временного содержания, куда он может быть водворен в порядке исключения до его помещения в следственный изолятор. Важно это также для исчисления фактических сроков лишения свободы обвиняемого (подозреваемого), незаконно заключенного под стражу) когда встает вопрос о его реабилитации и выплаты ему соответствующих компенсаций. Наконец, это необходимо также для учета деятельности органов расследования, когда они незаконно заключают обвиняемых (подозрева-
-240-
емых) под стражу, чтобы при определении фактического морального и иного ущерба, причиненного незаконным арестом обвиняемых (подозреваемых), устанавливать тем самым и степень вины работников органов правоохранительной системы, допустивших нарушение закона.
Указание в постановлении (определении) о заключении под стражу полных демографических данных обвиняемого (подозреваемого) нужно для его достоверной идентификации, для исключения возможных ошибок и лишения свободы не тех лиц, которые фактически являются обвиняемыми (подозреваемыми). В практике известны случаи, когда поспешность и связанные с нею ошибки в установлении подлинных демографических данных о личности обвиняемого (подозреваемого) приводили к заключению под стражу невиновных вместо подлинных обвиняемых.
Указание в постановлении (определении) на преступление, в котором подозревается или обвиняется арестуемое лицо, требуется, во-первых, для удостоверения уголовно-правового основания применения меры пресечения, во-вторых, для проверки прокурором при санкционировании наличия доказанного факта совершения преступления именно тем лицом, которое заключается под стражу, в-третьих, для сообщения обвиняемому (подозреваемому), в связи с совершением какого именно преступления к нему применяется мера пресечения. Указание на конкретное преступление, в котором обвиняется (подозревается) арестуемый, констатирует его уголовно-правовую квалификацию, что позволяет проверить прокурору, защитнику, обвиняемому (подозреваемому), суду допустимость ареста с точки зрения установлений, законодательно предписанных в ст. 96 УПК РСФСР. Приведение данных о преступлении позволяет обвиняемому (подозреваемому) и его защитнику правильно построить защиту и тем самым реализовать предоставленные обвиняемому (подозреваемому) права.
Указание в постановлении (определении) о заключении под стражу конкретного преступления, в котором обвиняется (подозревается) арестуемый, необходимо и для администрации следст-
241
венного изолятора, чтобы иметь правильную ориентировку для размещения арестованных по камерам и не допустить такого случая, когда бы опасные преступники находились в одной камере с / теми, кто совершил впервые, менее тяжкое преступление и т. п.
Данные о конкретных преступлениях, в связи с совершением которых обвиняемые (подозреваемые) заключаются под стражу, администрация использует и для правильного решения режимных задач и задач оперативно-розыскного характера.
Основания для избрания примененной меры пресечения и обстоятельства, учитываемые при этом, указываются в постановлении (определении) для того, чтобы тем самым удостоверить законность решения, принятого органом расследования (судом). Рассматриваемые основания и обстоятельства должны быть установлены материалами уголовного дела. В УПК (Ст. 89, 91, 92-96, 100, 393, 394) нет прямых указаний на то, чтобы следователь, лицо, производящее дознание, прокурор, суд, принимая решение о заключении обвиняемого под стражу либо об избрании иной меры пресечения, указывал, какими конкретно доказательствами устанавливаются основания для избрания меры пресечения и обстоятельства, учитываемые при этом. В ст. 92 УПК РСФСР содержится установка общего порядка; постановление (определение) должно быть мотивированным.
Зачастую в постановлениях (определениях) об аресте либо об избрании иных мер пресечения можно встретить не основанные на материалах дела стандартные формулировки. Наиболее распространенной для заключения под стражу является следующая редакция: "Обвиняемый (подозреваемый), находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, продолжить преступную деятельность". Это означает, что следователь (лицо, производящее дознание, суд) перечисляет почти все возможные основания для заключения под стражу, не задумываясь над тем, подтверждается ли каждое из них собранными доказательствами или нет. Вполне естественно возникает вопрос: зачем в постановлении (определе-
242
243
нии) ссылаться на все основания, указанные в ст. 89 УПК РСФСР? Ведь обвиняемому (подозреваемому) не безразлично и небезынтересно, по какому из перечисленных обстоятельств он заключен под стражу. Знать основание, по которому обвиняемый лишен свободы, — его законный интерес. Ибо только в том случае, когда обвиняемый знает, за что он лишен свободы и на основании каких доказательств, тогда он получает реальную возможность аргу-ментированно строить свою защиту, оспаривать решение следователя (лица, производящего дознание, суда), или обжаловать его, представлять доказательства или иным образом опровергать наличие указанного в постановлении (определении) об избрании меры пресечения основания для заключения под стражу. Вполне возможно, что для заключения обвиняемого (подозреваемого) под стражу может быть несколько оснований. Тогда все они отражаются в постановлении (определении) и должны базироваться на фактических данных, содержащихся в материалах уголовного дела.
Нельзя не обратить внимания и на следующий существенный недостаток практики избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу. Часто можно встретить формулировку в постановлении об аресте, обосновывающую его лишь тем, что лицо, ранее судимое, оставаясь на свободе, может совершить новое преступление или продолжить преступную деятельность. И хотя в материалах дела порой отсутствуют данные о том, что обвиняемый действительно собирается продолжить преступную деятельность, тем не менее многие следователи (лица, производящие дознание) трафаретно указывают на это "основание". Получается, что фактически основанием для ареста выступает прежняя судимость обвиняемого (подозреваемого).
Нет сомнений в том, что при заключении лица под стражу должны учитываться обстоятельства, изложенные в ст. 91 УПК РСФСР, но они при всей их значимости не могут выступать в качестве самостоятельных оснований для ареста либо избрания иной меры пресечения. Их следует рассматривать и аргументиро-ванно показывать в постановлении (определении), но только как
условия, способствующие правильному выбору оптимальной для конкретного случая меры пресечения.
Несоблюдение процессуальной формы постановления (определения) делает его недействительным. Это имеет место в случаях, когда в постановлении (определении) не указано преступление, в котором обвиняется (подозревается) конкретное лицо, не названы основания для избрания примененной меры пресечения, не приведены мотивы принятого решения. Постановление (определение) оказывается незаконным и в том случае, когда в нем данные о личности обвиняемого искажены, достоверным образом не идентифицируют его. Постановление (определение) следует признать незаконным, если оно не подписано лицом (органом), которое (который) приняло (принял) решение об избрании меры пресечения, когда постановление о заключении под стражу не санкционировано прокурором, и в постановлении (определении) нет данных о лице (органе), принявшем данное решение, кроме того, отсутствует указание о дате вынесения постановления (определения). Если в постановлении (определении) окажутся данные дефекты, то оно не подлежит исполнению (при аресте — администрацией места предварительного заключения под стражу). Иначе и быть не должно. Строгое соблюдение процессуальной формы постановления (определения) об избрании меры пресечения гарантирует от произвола в применении ареста и иных мер пресечения.
Следует отметить, что практика применения мер пресечения в уголовном процессе России не ставит вопрос об ответственности лиц, производящих дознание, следователей, прокуроров и судей, не соблюдающих процессуальную форму избрания мер пресечения, в том числе такой, как заключение под стражу. Обычно при выявлении нарушений процессуальной формы постановления прокурором дается указание о его пересоставлении. Конечно, такие указания должны исходить от прокурора. Однако этого мало. По нашему мнению, следует практиковать применение мер дисциплинарного воздействия на лиц, производящих дознание, и следователей, если они игнорируют процессуальную форму по-
244
245
становления о заключении под стражу, да и при избрании иных мер пресечения и в целом мер уголовно-процессуального принуждения. Забвение процессуальной формы государственного принуждения, особенно в столь тяжкой для обвиняемого (подозреваемого) форме, как заключение под стражу, свидетельствует о грубом нарушении законности, о незаконном аресте, либо о попытке незаконного ареста, если она была пресечена прокурором. При нарушении процессуальной формы избрания меры пресечения с учетом наступивших негативных последствий правомерно ставить вопрос о квалификации действий лица, производящего дознание, следователя, прокурора, судьи как халатность, т.е. как невыполнение или ненадлежащее выполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения, причинившего существенный вред государственным или общественным интересам либо охраняемым законом правам и интересам граждан (ст. 293 УК РФ). При умышленном нарушении процессуальной формы избрания меры пресечения, если оно совершено из корыстной или иной личной заинтересованности лица, производящего дознание, следователя, прокурора, судьи и причинило существенный вред государственным или общественным интересам либо охраняемым законом правам и интересам граждан, деяние следует квалифицировать как злоупотребление властью или служебным положением (ст. 285 УК РФ).
Следует отметить, что суды редко реагируют на нарушения процессуальной формы постановлений о заключении под стражу и обычно не реагируют на нарушения процессуальной формы избрания иных мер пресечения. По данным наших исследований, в судах Курской, Орловской, Воронежской, Тамбовской, Волгоградской, Московской областей и города Москвы суды отреагировали путем вынесения частных определений на факты нарушения процессуальной формы постановлений о заключении под стражу в 49 случаях из 1633 выявленных нами фактов нарушения процессуальной формы (3%). Из 974 фактов нарушения процессуальной формы при избрании иных мер пресечения суды сочли не-
обходимым частными определениями обратить внимание прокуроров на 15 случаев (1,5%).
Рассматриваемой проблеме не уделяется должного внимания и в органах внутренних дел. Достаточно сказать, что в специально установленном МВД СССР перечне форм нарушений законности следователями и сотрудниками органов дознания [126] отсутствует такая, как несоблюдение требований ст. 92 УПК РСФСР к процессуальной форме постановления о заключении под стражу и об избрании иной меры пресечения. Нет в указанном перечне форм нарушений законности и такой, как несоблюдение требований ст. 122 УПК РСФСР к процессуальной форме задержания подозреваемого. Данный пробел подлежит устранению. Это послужит важным фактором предупреждения нарушений закона при вынесении лицами, производящих дознание, и следователями постановлений о заключении обвиняемых (подозреваемых) под стражу и при избрании иных мер пресечения, а также при задержании подозреваемых. В перечни нарушений законности следует также включить нарушения процессуальной формы отстранения обвиняемого от занимаемой должности, помещения обвиняемого в стационар психиатрического учреждения для проведения судебно-психиатрической экспертизы, при применении иных мер процессуального принуждения (обыска, выемки, наложения ареста на имущество, почтово-телеграфную корреспонденцию, прослушивание телефона и т. п.).
Постановление (определение) об избрании меры пресечения должно быть обстоятельным, ясным, понятным, справедливым.
Обстоятельность постановления (определения) означает его подробность, наибольшую полноту в изложении важнейших элементов вменяемого обвиняемому преступления, оснований и условий выбора и применения меры пресечения, данных демографического и иного характера о личности обвиняемого, доказательств, на которых основано обвинение и основания для заключения под стражу. Обстоятельность помогает обвиняемому и его защитнику вникнуть в сущность применяемой меры пресечения,
-246-
удостовериться в ее законности и обоснованности. Равным образом обстоятельность постановления (определения) выполняет такую же роль применительно к прокурору, судебно-надзорным органам.
Ясность постановления (определения) необходима для того, чтобы обвиняемый мог понять без дополнительных комментариев содержание постановления (определения), равно как и другие участники и субъекты уголовного процесса, чтобы затем без дальнейших затруднений сообразовать свои действия по поводу данного решения. В этой связи постановление (определение) должно быть изложено в такой редакции) таким стилем, чтобы оно не требовало дополнительных толкований, не допускало никаких недоразумений, не позволяло вкладывать в содержание текста двойной смысл. Несоблюдение данных правил может ограничить обвиняемого в его праве на защиту, вызвать создание конфликтной ситуации в его отношениях с органами уголовного судопроизводства. Отсутствие ясности постановления (определения) снижает культуру уголовного процесса, может быть источником злоупотреблений в связи с применением к обвиняемому меры пресечения.
Постановление (определение) должно быть понятным, т. е. доступным пониманию, вразумительным, базироваться на кон--кретных основаниях и обстоятельствах, подлежащих учету при избрании и применении меры пресечения. "Перебор" в изложении оснований и обстоятельств для избрания и применения меры пресечения неоправдан, поскольку вводит в заблуждение обвиняемого, затрудняет ему защиту своих прав и законных интересов, в связи с чем так же, как и неясность постановления (определения), может породить конфликты, явиться источником злоупотреблений. Непонятность постановления (определения), его перегруженность излишней информацией, к тому же не основанной на материалах уголовного дела, порождает у участников уголовного процесса недоверие к органам расследования, прокурору, суду,
247
подозрения в их необъективности, пристрастности и даже в злоупотреблениях.
Постановление (определение) об избрании меры пресечения должно быть справедливым, т. е. беспристрастным, обоснованным, соответствовать действительному положению дела, закону и морально-этическим нормам и требованиям, в полной мере соответствовать тем целям, которые законодатель поставил перед избираемой мерой пресечения. Если, например, арест применяется с "запасом", "авансом" не столько потому, что так необходимо с учетом собранных по делу доказательств, устанавливающих основания для заключения обвиняемого под стражу, сколько потому, что так возможно, если применение заключения под стражу излишне, поскольку явка обвиняемого по вызовам и его надлежащее поведение могли быть обеспечены менее строгой мерой пресечения, то такое постановление (определение) будет несправедливым и потому незаконным и необоснованным, поскольку оно нарушает законные интересы обвиняемого.
В данном случае законный интерес обвиняемого заключается в том, чтобы строгость меры пресечения соответствовала объективно установленным материалам уголовного дела, а не являлась следствием произвола в использовании следователем (лицом, производящим дознание, прокурором, судьей, судом) своего права избрать меру пресечения. Несправедливые решения о заключении обвиняемых под стражу вредят уголовному судопроизводству, поскольку объективно оказывается, что оно не защищает и законных интересов личности, чем не выполняет тех целей, которые законодатель поставил перед ним.
Уголовно-процессуальным законодательством установлено общее правило, в соответствии с которым меры пресечения, включая предварительное заключение под стражу, избирают и применяют, а также изменяют и отменяют те органы уголовного процесса, в производстве которых находится уголовное дело. Такими органами являются: органы дознания, органы предварительного следствия, прокурор, судья, суд. При этом каждый из них
-248-
осуществляет функцию применения мер пресечения в пределах своей компетенции. Компетенция в уголовном судопроизводстве определяется подследственностью, подсудностью, поднадзорно" стью. С учетом данного требования органы дознания уполномочены применять меры пресечения при производстве по таким уголовным делам, по которым предварительное следствие не обязательно. Однако, если органы дознания в неотложных случаях возбуждают дела, по которым производство предварительного следствия обязательно, и проводят по ним дознание в объеме, установленном ст. 119 УПК РСФСР, то в порядке исключения они могут избрать в отношении подозреваемого любую меру пресечения, включая предварительное заключение под стражу.
Следует иметь в виду, что каждый из органов дознания, указанных в ст. 117 УПК РСФСР, обладает процессуальными полномочиями, в том числе по применению мер пресечения, лишь в пределах своей подследственности, установленной в данной статье. Возбуждение и расследование уголовных дел органом дознания, принятие им при этом решений о применении мер пресечения в ситуациях, когда орган дознания нарушает закон о подследственности, влечет негативные правовые последствия, сущность которых заключается в том, что вся процессуальная деятельность и все процессуальные решения, включая решения о мерах пресечения, признаются незаконными и не имеющими юридического значения. Данное положение в равной мере распространяется на все органы уголовного судопроизводства, уполномоченные принимать решения о мерах пресечения.
Следователи избирают, изменяют и отменяют меры пресечения по делам своей подследственности. Вопросы подследственности решаются с учетом положений, закрепленных ст. 126 УПК РСФСР. В порядке исключения при производстве уголовных дел не своей подследственности они имеют право принимать решения по вопросам о мерах пресечения, но лишь в отношении подозреваемых. Суды и судьи принимают решения относительно мер пре-
249
сечения по делам своей подсудности, при этом решение может быть принято в любой из судебных стадий уголовного процесса.
В уголовном судопроизводстве прокуроры также наделены полномочиями по принятию решений относительно мер пресечения по поднадзорным им уголовным делам в стадии предварительного расследования. Помимо этого, они уполномочены санкционировать постановления следователей и лиц, производящих дознание, о применении в качестве мер пресечения залога и заключения под стражу, продлевать сроки содержания обвиняемых под стражей. Законом представлено прокурорам также право давать письменные указания органам расследования об избрании, изменении или отмене меры пресечения (п. Зет. 211 УПК РСФСР). Судам предоставлено право судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей (ст. 2202 УПК РСФСР); им предоставлено и право продления предельного срока содержания под стражей (ч. 4, 5, 6 ст. 97 УПК РСФСР). Прокурорам предоставлено право рассматривать жалобы на действия и решения органа дознания или следователя, включая жалобы по вопросам мер пресечения (ст. 218, 219 УПК РСФСР).
Прокурор, осуществляющий надзор за исполнением законов в местах содержания задержанных и в местах предварительного заключения, уполномочен посещать в любое время эти места, опрашивать задержанных и арестованных, знакомиться с документами, включая оперативные материалы, на основании которых указанные лица лишены свободы, проверять соответствие закону приказов, распоряжений и постановлений администрации мест содержания задержанных и арестованных, опротестовывать их в случае противоречения закону, требовать объяснения от должностных лиц. До рассмотрения протеста администрация обязана приостановить действие опротестованных прокурором актов. Прокурор вправе также отменять дисциплинарные взыскания, налагаемые в нарушение закона на лиц, содержащихся под стражей, немедленно освобождать их своим постановлением из карце-
-250-
pa (дисциплинарного изолятора). Прокурор обязан немедленно освободить своим постановлением каждого, подвергнутого задержанию, предварительному заключению или помещенного в судебно-психиатрическое учреждение в нарушение закона. Постановления и требования прокурора относительно исполнения установленных законом порядка и условий содержания задержанных, арестованных и лиц, помещенных в судебно-психиатрические учреждения, полежат обязательному исполнению администрацией (ст. 33,34 Закона "О прокуратуре Российской Федерации").
Начальник следственного комитета, службы, управления, отдела, отделения, группы и их заместители вправе избирать, изменять или отменять меры пресечения лишь в тех случаях, когда они пользуются полномочиями следователя, приняв уголовное дело к своему производству; они не надарены правом давать или не давать согласие на принятие следователями тех или иных решений о мерах пресечения.
В органах дознания правом принятия решений о мерах пресечения наделены лица, производящие дознание. Начальники органов дознания таким правом могут пользоваться при производстве ими дознания, когда уголовное дело принято ими к своему личному производству. Практика утверждения или отказа в утверждении начальником органа дознания решений лица, производящего дознание, по вопросам о мерах пресечения, на законе не основана.
Министр внутренних дел, начальник управления внутренних дел, начальник органа внутренних дел в уголовном судопроизводстве при расследовании преступлений не наделены процессуальными полномочиями, поэтому они не вправе избирать, изменять либо отменять меры пресечения, равно как они не вправе утверждать постановления органов дознания о мерах пресечения, или иным образом влиять на лиц, производящих дознание) а также на следователей и таким образом определять существо процессуальных решений о мерах пресечения.
251
Первые руководители министерств, управлений и органов внутренних дел, когда они являлись начальниками милиции, обладали процессуальными полномочиями лиц, производящих дознание, и начальника органа дознания. С принятием Закона РСФСР "О милиции" ( от 18 апреля 1991 г.) они утеряли правовой статус начальника органа дознания и лица, производящего дознание, а вместе с этим и полномочия по производству дознания и принятия решений о мерах пресечения.
По нашему мнению, на местах зачастую отсутствует понимание роли руководителей органов внутренних дел в уголовном процессе в связи с изданием Закона РСФСР "О милиции". Исходя из сказанного, Первый заместитель Генерального прокурора Российской Федерации и заместитель министра внутренних дел Российской Федерации направили в органы прокуратуры и в органы внутренних дел письмо № 25/15-1-19-93 - 1/3936 от 9 сентября 1993 г., в котором разъяснили: "В соответствии со статьей 117 УПК РСФСР к органам дознания отнесена милиция, которая Законом "О милиции" от 18 апреля 1991 г. подразделяется на криминальную милицию и милицию общественной безопасности (местную милицию). Учитывая положения этого Закона и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, следует признать, что процессуальными полномочиями органа дознания (ст. 117-120 УПК РСФСР) обладают начальники криминальной милиции и милиции общественной безопасности (местной милиции), а также территориальных и линейных отделов (отделений) милиции и их заместители. Органы внутренних дел не упомянуты в числе органов дознания, поэтому их начальники не обладают процессуальными правами, предусмотренными уголовно-процессуальным законодательством^.
Это правильное разъяснение. Однако следует иметь в виду, что не только начальники органов внутренних дел, но также и начальники управлений (главных управлений) и министры внутренних дел не обладают процессуальными полномочиями по производству дознания. Поэтому, как подчеркнуто нами выше, указан-
-252-
ные первые руководители не вправе лично принимать процессуальные решения о мерах пресечения либо давать указания об избрании, изменении или отмене мер пресечения либо иным образом влиять на процессуальную деятельность органов дознания и органов предварительного следствия.
Принятие решений об избрании, изменении или отмене меры пресечения — исключительная прерогатива органов расследования, прокурора, суда судьи. Никакие другие органы государства и иные органы, организации, учреждения, должностные и частные лица такими полномочиями законом не наделены.
Заключение под стражу либо лишение свободы в иной форме, равно как и применение других мер пресечения органами и лицами, не уполномоченными УПК РСФСР применять меры пресечения, квалифицируется как противоправное деяние с вытекающими отсюда негативными последствиями (ст. 301 УК РФ — заведомо незаконный арест или задержание; ст. 126 УК РФ — похищение человека; ст. 127 УК РФ — незаконное лишение свободы; ст. 128 УК РФ — незаконное помещение в психиатрический стационар; ст. 152 УК РФ — торговля несовершеннолетними; ст. 153 УК РФ — подмена ребенка; ст. 211 УК РФ — угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава; ст. 227 УК РФ — пиратство; ст. 285 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями; ст. 286 УК РФ — превышение должностных полномочий).
Законодательство не содержит ответа на вопрос, во всех ли стадиях уголовного процесса допустимо применение норм права о мерах пресечения, т. е. об избрании мер пресечения, изменении, отмене либо о неприменении мер пресечения. Анализ юридической природы мер пресечения в уголовном судопроизводстве позволяет полагать, что законодательство о мерах пресечения должно применяться на всех стадиях уголовного судопроизводства, равно как на всех стадиях уголовного судопроизводства должны приниматься решения о мерах пресечения (об их избрании, изменении, отмене либо о неприменении).
253
По общему правилу, решения о мерах пресечения следует принимать на каждой стадии уголовного процесса после того. как юридически закреплен правовой статус конкретного подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, оправданного, а также лица, к которому применены принудительные меры медицинского или воспитательного характера и лица, дело о котором прекращено, приоставлено производством. Здесь имеются в виду процессуальные решения, которыми лицо ставится в процессуальный статус подозреваемого (ст. 90 УПК РСФСР), обвиняемого (ст. 144 УПК РСФСР), подсудимого (ч. 2 ст. 46, ст. 222, 418 УПК РСФСР), осужденного (ч. 2 ст. 4й, ст. 313-315 УПК РСФСР), оправданного (ч. 2 ст. 46, ст. 313. 314, 316 УПК РСФСР), субъекта, в отношении которого уголовное дело прекращено (ст. 5-9, 208, 209, 234, 259, 339 п. 3, 378 п. 2 УПК РСФСР), приостановлено производством (ст. 195, 196, 231 УПК РСФСР), а также субъекта, помещаемого в лечебно-психиатрическое учреждение для судебно-психиатрической экспертизы, когда он до этого не содержался под стражей (ч. 2 ст. 188 УПК РСФСР); субъекта, к которому по решению суда применены принудительные меры медицинского или воспитательного характера (ст. 410, 402 УПК РСФСР). Вопрос о мере пресечения в виде заключения под стражу решается при выдаче преступника органам юстиции иностранного государства в соответствии с нормами международного и национального права. Вопрос о мере пресечения решается и в ряде иных случаев, которые будут рассмотрены.
Указанные положения составляют общее правило применения законодательства о мерах пресечения. В необходимых случаях при наличии к тому поводов и оснований проблема мер пресечения возникает и разрешается после того, как правовой статус указанных участников уголовного судопроизводства определился, в частности, при отмене или изменении меры пресечения (ст. 101, 260 УПК РСФСР). Иногда вопрос о мере пресечения разрешается судьей или судом одновременно с возбуждением уголовного дела и принятием решения о его дальнейшем движении (по делам част-
-254-
ного обвинения, ст. 27 УПК РСФСР), при возбуждении уголовного дела во время судебного разбирательства по новому обвинению и в отношении нового лица ( ст. 255, 256 УПК РСФСР). Проблема мер пресечения решается в стадии исполнении приговора, стадии надзорного производства и в стадии возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам, при расследовании преступлений и в судебном рассмотрении уголовных дел судами первой инстанции.
Следствием вышеизложенных положений и выводов является сформулированный нами принцип преемственности мер пресечения [127], в соответствии с которым решение о мере пресечения) принятое на данной стадии уголовного процесса, определенное время продолжает действовать в период "перемещения" дела и в стадии процесса, куда дело поступило. В конкретную формулировку данный принцип в общем виде законодателем не облечен. В то же время названный принцип применительно к решению о мере пресечения в отношении осужденного подсудимого сформулирован законодателем конкретно: это решение действует до вступления приговора в законную силу (п. 7 ст. 315 УПК РСФСР).
Преемственность решения о мере пресечения необходима для того, чтобы уполномоченный орган (лицо) уголовного судопроизводства имел (имело) возможность для изучения уголовного дела, проверки законности и обоснованности ранее принятого решения о мере пресечения и для принятия своего решения о правовом статусе обвиняемого в новой стадии процесса и решения вопроса о том, подтвердить ли в отношении обвиняемого ранее избранную меру пресечения, изменить ее или отменить, а если она еще не избрана, решить вопрос о возможности избрания соответствующей меры пресечения. О преемственности меры пресечения возникает вопрос и при возвращении дела из последующих стадий процесса в предшествующие (из судебных стадий — в стадию расследования, из стадии кассационного производства — в суд первой инстанции, из стадии надзорного производства — в суд первой либо кассационной инстанции и т. п.).



ОГЛАВЛЕНИЕ