ОГЛАВЛЕНИЕ

-446-Часть третья
ПРОБЛЕМА ПРИМЕНЕНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О МЕРАХ ПРЕСЕЧЕНИЯ В ОСОБЫХ ПРОИЗВОДСТВАХ
Г/fflga 13
Проблема мер пресечения по делам протокольной формы досудебной подготовки материалов и частного обвинения
Проблема мер пресечения по делам протокольной (Ьормы досудебной подготовки материалов
Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 августа 1966 г. "О внесении дополнений и изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" [188] введено ускоренное производство по делам о хулиганстве) которое с 1985 г. стало именоваться протокольной формой досудебной подготовки материалов.
Применение мер пресечения при осуществлении протокольной формы досудебной подготовки материалов имеет ряд особенностей. При проведении протокольного производства, дознания и предварительного следствия по делам о хулиганстве лица, совершившие преступления, как правило, задерживались в порядке, предусмотренном ст. 122 УПК РСФСР, и содержались под стражей (ст. 418 УПК РСФСР в ред. 1966 г.). Применение других мер пресечения к хулиганам могло иметь место лишь в исключительных случаях. Об избрании меры пресечения, в том числе к лицу. в отношении которого проводилась проверка материалов в протокольной форме, выносилось постановление о заключении под стражу, подлежащее санкционированию прокурором. Вопрос о мере пресечения по делам о хулиганстве с учетом порядка, установленного в 1966 г., в стадии предания суду решался по правилам, предусмотренным ст. 221, 222, 230 УПК РСФСР в ред. 1960 г„
-447-
т. е. в общем порядке, как и по остальным делам, но с учетом общей установки об аресте хулиганов, сформулированной в ст. 418 УПК РСФСР в ред. 1966 г. В общем порядке и с учетом положений ст. 418 УПК РСФСР решался вопрос о мере пресечения, применяемой к хулиганам, и в остальных стадиях уголовного судопроизводства.
С целью повышения эффективности уголовно-правовых средств борьбы с мелкими хищениями государственного и общественного имущества законодатель счел необходимым распространить порядок ускоренного судопроизводства, действовавший по делам о хулиганстве, и на уголовные дела о мелком хищении государственного и общественного имущества. Такое решение было закреплено Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 13 декабря 1977 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РСФСР" [189]. Этим Указом раздел девятый УПК РСФСР назван "Производство по делам о хулиганстве и мелком хищении государственного или общественного имущества". Глава тридцать четвертая УПК РСФСР того же наименования включала ст. 414-419 с соответствующими изменениями и дополнениями. В соответствии со ст. 414 УПК РСФСР в ред. 1977 г. порядок производства по делам о хулиганстве и мелком хищении государственного или общественного имущества определялся общими правилами УПК РСФСР за изъятиями, установленными статьями главы тридцать четвертой УПК РСФСР. В связи с измененными редакциями статей установки законодателя от 1966 г. о специальном порядке решения вопросов о мерах пресечения в отношении лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности за хулиганство, были отменены.
При проведении протокольного производства о хулиганстве и мелком хищении государственного и общественного имущества правонарушители под стражу не заключались, не применялись к ним и другие меры пресечения, однако при наличии оснований, предусмотренных ст. 122 УПК РСФСР, правонарушители подвергались задержанию на срок до 72 часов. О задержании правона-
-448-
рушителя, установяении его личности и об обстоятельствах совершенного преступления составлялся протокол, к которому приобщались все материалы протокольното производства. Протокол утверждался начальником органа дознания и вместе с материалами направлялся в суд с санкции прокурора (ст. 415 УПК РСФСР в ред. 1977г.). Когда правонарушитель подвергался задержанию, объяснения следовало получить немедленно и во всяком случае не позднее 24 часов с момента задержания. Санкционирование прокурором протокола задержания, установления личности правонарушителя и обстоятельств совершенного преступления должно было производится в пределах пятидневного срока ускоренного производства, установленного ст. 415 УПК РСФСР в ред. 1977 г. Задержание и ускоренный порядок производства не допускались в отношении правонарушителей, не достигших 18 лет, а также лиц, которые в силу своих физических или психических недостатков не могли сами осуществлять свое право на защиту, поскольку по делам этих лиц в соответствии сост. 126 и 417 УПК РСФСР в ред. 1977 г. производилось предварительное следствие.
Признав материалы о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 96 и ч. 1 ст. 206 УК РСФСР (о мелком хищении государственного или общественного имущества и о хулиганстве), достаточными для рассмотрения в судебном заседании, суд выносил определение о возбуждении уголовного дела, предании правонарушителя суду и рассматривал дело в судебном заседании либо возвращал материалы для производства дознания или предварительного следствия (ст. 418 УПК РСФСР в ред. 1977 г.). Вопрос о мере пресечения при этом судом решался в общем порядке.
В 1985 г. существенным образом реформировано уголовно-процессуальное законодательство, протокольная форма распространена с двух составов до двадцати одного, предусмотренных шестнадцатью статьями УК РСФСР [190]. Дальнейшее реформирование протокольной формы досудебной подготовки материалов произведено Законом Российской Федерации от 29 мая 1992 г. "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоус-
-449-
тройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы РСФСР" [191]. По Закону РФ 1992 г. протокольная форма распространялась на составы преступлений, предусмотренные 52 статьями УК РСФСР. В настоящее время протокольная форма распространена на составы преступлений, предусмотренных 40 статьями У К РФ (см. Федеральный закон от 21 декабря 1996 г. и 160-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации).
С учетом ст. 414^19 УПК РСФР в ред. 1992 и 1996 гг. (раздел девятый "Протокольная форма досудебной подготовки материалов", глава тридцать четвертая того же наименования) при осуществлении протокольной формы досудебной полготовки материалов вопрос о мерах пресечения решается хотя и на основании общих требований, установленных с. 89-101 УПК РСФСР, тем не менее с определенными особенностями. Прежде всего, подлежит разрешению проблема о том, какой орган уголовного судопроизводства и на какой стадии процесса избирает меру пресечения в отношении правонарушителя, в том числе такую, как предварительное заключение под стражу, если производство осуществляется в протокольной форме.
Поскольку в соответствии со ст. 89, 90, 96 УПК РСФСР предварительное заключение под стражу, как и иные меры пресечения, правомерно при наличии к тому оснований применять лишь к обвиняемым (подсудимым, осужденным), и в порядке исключения к подозреваемым, то в связи с тем, что во время проведения органами дознания досудебной подготовки материалов в протокольной форме фигура обвиняемого и подозреваемого, как это следует из ст. 415 УПК РСФСР, не возникает, постольку естественно отпадает и вопрос о применении к правонарушителю органами дознания или прокурором меры пресечения, в том числе и заключения под стражу. Специального положения, предусматривающего возможность задержания и применения меры пресечения
-450-
органами дознания на этапе досудебной подготовки материалов в протокольной форме, как это имело место в соответствии с законодательством 1966 и 1977 гг., Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 января 1985 г. и Законы РФ от 29 мая 1992 г. и 21 декабря 1996 г. не устанавливают.
Таким образом, меры пресечения к правонарушителям ни органы дознания, ни прокурор, ни иные органы в досудебном производстве, когда оно осуществляется в протокольной форме, не применяют. Не применяют они и такую меру процессуального принуждения, как задержание. Однако следует иметь в виду, что по делам, по которым предусмотрена протокольная форма досудебной подготовки материалов (по составам преступлений, перечень которых дается в ст. 414 УПК РСФСР в ред. 1996 г.), допускается в случаях, указанных в ст. 416 и 417 УПК РСФСР, производство дознания и предварительного следствия. При этом вопрос о заключении под стражу и иных мерах пресечения решается в общем порядке, установленном ст. 89-101 УПК РСФСР.
По делам о досудебной подготовке материалов в протокольной форме решение о применении заключения под стражу либо иной меры пресечения принимается в суде. Прямые указания на этот счет содержатся в ч. 1 ст. 418 УПК РСФСР: "Признав материалы о преступлениях, перечисленных в ст. 414 настоящего Кодекса, достаточными для рассмотрения в судебном заседании, судья ...избирает подсудимому в необходимых случаях меру пресечения и рассматривает дело в судебном заседании...".
В законе четко и определенно указано, что вопрос о мере пресечения по материалам протокольного производства решает судья. Обычно это решение фиксируется им в постановлении о назначении судебного заседания. Однако в соответствии со ст. 92 УПК РСФСР не исключено, что судья оформит решение об избрании меры пресечения в отношении подсудимого путем вынесения отдельного постановления. Таким образом желательно оформлять решение о применении меры пресечения в виде заключения под стражу с отражением в нем подробных установочных
-451-
данных о подсудимом, поскольку именно такие требования предъявляются к постановлениям о заключении под стражу, направляемым для исполнения в следственные изоляторы и иные места содержания арестованных.
Возникает вопрос, как должен поступить судья, когда в материалах протокольного производства отсутствуют основания для избрания заключения под стражу либо иной меры пресечения? Ответа на этот вопрос в ст. 418 УПК РСФСР нет. Но ответ содержится в ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР, в которой предусмотрено, что при отсутствии оснований, делающих необходимым применение меры пресечения, у обвиняемого отбирается обязательство являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства. Такое обязательство должен отобрать судья. Следует иметь в виду, что при досудебном производстве в протокольной форме у правонарушителя обязательство являться по вызовам органов дознания и суда и сообщать им о перемене места жительства отбирается органом дознания (ч. 2 ст. 415 УПК РСФСР).
Естественно в этой связи возникает вопрос: зачем такое же обязательство отбирает и судья, когда он не применяет меру пресечения в отношении подсудимого? Объяснение следующее. Орган дознания отбирает обязательство у правонарушителя. После возбуждения уголовного дела и предания правонарушителя суду в уголовном процессе появляется новый участник — подсудимый, в отношении которого в соответствии со ст. 89 УПК РСФСР судье следует либо избрать меру пресечения, либо, когда для этого нет оснований, обязательство являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства. Различны и юридические последствия нарушения обязательства правонарушителем и подсудимым. При нарушении данного обязательства правонарушителем отсутствует такая санкция, как избрание меры пресечения органом дознания. В то же время при нарушении подсудимым обязательства о явке у судьи появляются основания для избрания в отношении подсудимого меры пресечения, включая и такую, как заключение под стражу.
-452-
По поступившим материалам протокольного производства судья может принять решение о возвращении материалов прокурору для производства дознания или предварительного следствия (ч. 1 ст. 418 УПК РСФСР). Вправе ли при этом судья принять решение и об избрании меры пресечения, в том числе заключения под стражу, в отношении правонарушителя? Полагаем, что нет, поскольку по материалам протокольного производства судья не возбудил уголовное дело, не предал правонарушителя суду и, таким образом, не оформил в установленном порядке правовой статус подсудимого в уголовном судопроизводстве. Поскольку нет подсудимого, более того, нет даже уголовного дела, не могут и возникнуть юридические основания для избрания меры пресечения, в том числе такой, как заключение под стражу.
При рассмотрении в судебном заседании дел о преступлениях, перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР, судья в соответствии со ст. 260 УПК РСФСР вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. В соответствии со ст. 419 УПК РСФСР судья вправе при рассмотрении таких дел возвратить их для производства дознания и предварительного следствия с учетом подследственности, установленной ст. 126 УПК РСФСР, если возникает необходимость выяснения существенных дополнительных обстоятельств, которые не могут быть установлены в судебном заседании. В ст. 419 УПК РСФСР при этом не устанавливается, как в указанном случае судья решает проблему мер пресечения. По нашему мнению, судья в данной ситуации должен руководствоваться общими положениями о мерах пресечения, т. е. оставить ее прежней, либо изменить, либо отменить, а если до этого она не была избрана, то при наличии оснований избрать меру пресечения, оформив данное решение в постановлении о возвращении дела для производства дознания или предварительного следствия. Судья вправе по вопросу о мере пресечения вынести и отдельное постановление.
Возникает вопрос: почему в 1966 г. при введении в уголовный процесс института протокольной формы досудебной подто-
-453-
товки материалов законодатель счел необходимым, вопреки общим установлениям, разрешить задержание правонарушителя, совершившего хулиганство, и применение к нему, как правило, такой меры пресечения, как заключение под стражу, а позднее в 1977 г. в законодательном порядке были отменены нормы о применении мер пресечения при досудебной подготовке материалов в протокольной форме, а в 1985 г. — и нормы о задержании правонарушителей? Объяснение здесь одно. В 1966 г. был законодательно принят комплекс мер, направленных на усиление борьбы с хулиганством) в числе которых задержанию хулиганов, их аресту либо применению к ним иных мер пресечения отводилась далеко не последняя роль.
В связи с подготовкой и принятием Конституции СССР 1977 г. в стране была проведена кампания по либерализации правоохранительной деятельности, в связи с чем нормы, не согласующиеся с общими основаниями и порядком ареста, а позднее и задержания, равно как применения иных мер пресечения к лицам, совершившим преступления, были отменены. Не последнюю роль в изменении политики лишения свободы хулиганов сыграл и факт подписания СССР в Хельсинки в 1975 г. Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, призванный констатировать новую политику СССР по защите прав человека, политику, основанную на соблюдении важнейших международных актов, декларирующих общечеловеческие ценности и принципы уважения личности, охраны жизни, здоровья, гражданских прав и свобод человека.
По существу отказ от применения в процессе досудебной подготовки материалов по протокольной форме институтов задержания, заключения под стражу и применения иных мер пресечения был продиктован не подлинной заботой о защите прав человека, в том числе пострадавшего от преступления, а исключительно политическими, пропагандистскими целями. Октаз от применения мер принуждения при протокольном производстве не способствовал усилению борьбы с преступностью и защите прав
-454-
человека, пострадавшего от преступления. Более того, этот отказ занимает не последнее место в общей системе просчетов, упущений, послаблений и прямого попустительства, которые в конечном итоге способствуют, наряду с факторами экономического, социального, политического, организационно-управленческого, правового, психологического характера обвальному росту преступности, который характеризовал бывший СССР и характеризует Россию последние десять лет. Такого мнения придерживаются 87% из числа опрошенных нами 197 руководителей следственных аппаратов и органов дознания МВД, УВД, УВДТ.
В целом институт протокольной формы досудебной подготовки материалов достаточно эффективен. Не случайно законодатель неоднократно вносил в УПК дополнения, предусматривающие расширение практики применения этого института в борьбе с преступностью. Полагаем, что все резервы для расширения данного института не исчерпаны. С учетом традиций российского дореволюционного и советского уголовного судопроизводства и их форм, зарекомендовавших себя в качестве активных средств борьбы с преступностью, по нашему мнению, возможны следующие предложения по совершенствованию досудебного производства и применения мер пресечения к правонарушителям: о всех деяниях небольшой тяжести и по ряду деяний средней тяжести в УПК РСФСР желательно установить порядок досудебной полготовки материалов в протокольной форме, при этом не только в отношении деяний, совершенных в условиях очевидности, но и в отношении деяний, совершенных в условиях неочевидности; срок производства установить в 14 дней; восстановить институты задержания правонарушителей и применения к ним мер пресечения; распространить институт участия защитника и на протокольную форму досудебной подготовки материалов с момента задержания правонарушителя или применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу и залога; при неустановлении в ходе досудебной подготовки лиц^, совершившего правонарушение, следует принять решение о приостановлении прото-
-455-
кольного производства по основаниям, указанным в п. 3 ст. 195 УПК РСФСР, одновременно с принятием решения о мерах по установлению правонарушителя в порядке, предусмотренном ст. 197 УПК РСФСР; приостановление протокольной формы досудебной подготовки материалов должно иметь место также при возникновении оснований, указанных в п. 1 и 2 ст. 195 УПК РСФСР.
Приостановление протокольной формы досудебной подготовки материалов по п. 1 и 3 ст. 195 УПК РСФСР целесообразно допускать при условии, что:
1) истек четырнадцатидневный срок производства;
2) органы дознания выполнили все объективно возможные действия и приняли все меры по установлению обстоятельств преступления и лица, его совершившего, предусмотренные ч. 1 ст. 415 УПК РСФСР; приняли все меры к обнаружению правонарушителя, который скрылся или когда по иным причинам не установлено его местопребывание;
3) отсутствуют предусмотренные ст. 416 и 417 УПК РСФСР основания для производства дознания либо предварительного следствия. В случаях, предусмотренных п. 2 ст. 195 УПК РСФСР, производство по протокольной форме может быть приостановлено и до окончания 14-дневного срока.
Если в течение 14-дневного срока все предусмотренные ст. 415 УПК РСФСР действия по установлению обстоятельств преступления и лица, совершившего правонарушение, выполнить не удалось и при этом отсутствуют предусмотренные ст. 416 и 417 УПК РСФСР основания для производства дознания либо предварительного следствия, протокольное производство по мотивированному постановлению органа дознания может быть продлено надзирающим прокурором до одного месяца. При неустановлении либо нерозыске правонарушителя и в допоянительный срок производство приостанавливается соответственно по п. 1 либо по п, 3 ст. 195 УПК РСФСР.
-456-
Когда правонарушитель скрылся либо по иным причинам не установлено его местопребывание, орган дознания объявляет его розыск по правилам, предусмотренным ст. 196 УПК РСФСР. В отношении разыскиваемого орган дознания может избрать меру пресечения при наличии оснований, предусмотренных ст. 89 УПК РСФСР. В случаях, предусмотренных ст. 96 УПК РСФСР, орган дознания с санкции прокурора может избрать меру пресечения в виде заключения под стражу. При установлении разыскиваемого он задерживается и в соответствии с постановлением о заключении под стражу конвоируется (этапируется) к месту производства протокольной формы.
Возможен и несколько иной вариант реформирования протокольной формы в части прекращения ее производства. В соответствии со ст. 277 Устава уголовного судопроизводства 1864 г. при необнаружении виновного, когда отсутствовали основания для продолжения предварительного следствия, производство по делу не приостанавливалось, а прекращалось. Решение принималось судебным следователем при получении на то разрешения окружного суда, которое судебный следователь испрашивал через прокурора. При несогласии окружного суда с прекращением дела оно представлялось на разрешение судебной палаты. В соответствии с ч. 2 ст. 202 УПК РСФСР ред. 1923 г. расследование приостанавливалось в отношении скрывшегося лица только в тех случаях, когда органом следствия (дознания) были добыты данные для предъявления обвинения. Если же такие данные не были добыты, дело не приостанавливалось, а постановлением органа расследования прекращалось. При установлении оперативно-розыскным путем лица, совершившего преступление, прекращенное за нерозыском совершившего преступление, дело возобновлялось мотивированным постановлением органа, прекратившего производство (ст. 205 УПК РСФСР ред. 1923 г.).
Данные положения Устава уголовного судопроизводства 1864 г. и УПК РСФСР ред. 1923 г. целесообразно восстановить в УПК РСФСР действующей редакции и с известными модифика-
-457-
циями использовать для реформирования протокольной формы досудебной подготовки материалов. В этой связи желательно бы предусмотреть в ст. 415 УПК РСФСР следующие положения. При неустановлении лица, совершившего какое-либо из предусмотренных ст. 414 УПК РСФСР преступлений, протокольная форма досудебной подготовки материалов должна не приостанавливаться, а постановлением органа дознания с согласия прокурора прекращаться производством. При несогласии прокурора с прекращением протокольной формы досудебной подготовки материалов вопрос передается на решение судьи районного суда по месту производства протокольной формы. Пострадавшему от преступления и его законному представителю предоставляется право обжаловать прекращение протокольной формы вышестоящему прокурору и в суд.
С учетом первого и второго вариантов реформирования протокольной формы в части ее приостановления либо прекращения механизм дальнейшего производства мог бы быть законодательным путем урегулирован и проходить по следующей схеме. При установлении правонарушителя прекращенное (приостановленное) за неустановлением лица, совершившего преступление, протокольное производство возобновляется мотивированным постановлением органа дознания. При наличии к тому оснований, предусмотренных ст. 416 и 417 УПК РСФСР в их действующих редакциях, орган дознания принимает решение о возбуждении уголовного дела, по которому проводится соответственно дознания или предварительное следствие. Меры пресечения при этом применяются в общем порядке.
При установлении разыскиваемого лица, совершившего одно из перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР преступлений) производство в протокольной форме возобновляется мотивированным постановлением органа дознания.
Законодательное установление режима протокольной формы производства по всем преступлениям, перечисленным в статье 414 УПК РСФСР, а не только по тем из них, которые совершены в
-458-
условиях очевидности, согласуется с требованиями УПК РСФСР об обязательном приеме и рассмотрении всех заявлений (сообщений) о преступлениях, не исключает их регистрации и постановки ria государственный учет. По своему содержанию протокольная форма более гибка и оперативна, чем дознание и предварительное следствие. Она исключает длительные широко практикуемые так называемые доследственные проверки, значительным образом экономит силы и средства органов дознания для рассмотрения и разрешения заявлений (сообщений) о преступлениях за счет того, что исключает необходимость возбуждения и бесперспективного расследования уголовных дел по основной массе "глухих" из числа перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР преступлений. Новый порядок рассмотрения заявлений (сообщений) и прочих материалов о таких преступлениях не нарушает прав граждан на уголовно-правовую и уголовно-процессуальную защиту их интересов, пострадавших в результате совершения рассматриваемых преступлений.
При новом порядке дифференцированной преступной деятельности будет соответствовать дифференцированная процедура досудебного производства. Приостановление (прекращение) протокольного производства при неустановлении лиц, совершивших преступления, а также при условии, что установленные лица скрылись либо по иным причинам неизвестно из местонахождение, а также приостановление производства в отношении лиц в случае их физического или психического заболевания, удостоверенного врачом, работающим в государственном медицинском учреждении, как и всякое процессуальное решение органов дознания, может быть обжаловано прокурору и в суд, что явится дополнительной гарантией соблюдения законности при вынесении решений органами дознания по указанным вопросам, а также гарантией соблюдения прав и законных интересов пострадавших от преступлений.
Органами представительной и исполнительной власти в последние годы принято немало решений об усилении борьбы с пре-
-459-
ступностью. В целях активизации уголовной политики следует вернуться к законодательству 1966 г. и реставрировать нормы, предусматривающие возможность задержания, ареста и применения других мер пресечения к правонарушителям без предъявления им обвинения, но при условии, что о совершенных этими лицами преступлениях ведется производство по протокольной форме. Протокольная форма является правовой, процессуальной формой борьбы с преступностью. Эту форму следует использовать максимально эффективно. Важнейшим процессуальным средством повышения эффективности протокольной формы может оказаться институт задержания и институт мер пресечения в рамках протокольной формы. Законность и обоснованность ареста при использовании обновленной протокольной формы могла бы гарантироваться прокурорским надзором, правом прокурора на санкционирование ареста и проверку жалоб на действия и решения органов дознания при аресте и задержании) правом прокурора проверять законность и обоснованность задержания в порядке, установленном ч. 3 ст. 122 УПК РСФСР. Законность и обоснованность ареста и задержания могла бы гарантироваться также судебным контролем в порядке, установленном ст. 220* и 2202 УПК РСФСР. В перспективе законность и обоснованность ареста могла бы гарантироваться правом суда принимать окончательное решение об аресте правонарушителя в порядке, установленном ст. 22 Конституции Российской Федерации. Немаловажным эффективным процессуальным средством гарантирования законности и обоснованности задержания и ареста явилось бы право задержанного и арестованного воспользоваться услугами защитника с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении меры пресечения в виде заключения под стражу. Следует установить в УПК также право такого лица пользоваться услугами защитника и с момента применения к нему такой меры пресечения, как залог.
Представленные варианты реформирования протокольной формы досудебной полготовки материалов и применения мер
-460-
пресечения в процессе ее производства следует считать оптимальными. Представляется, что безотлагательное решение рассмотренных нами проблем на законодательном уровне могло бы способствовать повышению эффективности деятельности органов дознания, проводимого ими в протокольной форме досудебной подготовки материалов исследования, и осуществлению принципа неотвратимости наказания при максимальном гарантировании прав и законных интересов пострадавших от преступления лиц и правонарушителей.
Проблемными являются и следующие положения ст. 418 УПК РСФСР.
В соответствии со ст. 418 УПК РСФСР признав при изучении поступившего к нему протокола материалы о преступлениях, перечисленных в ст. 414 УПК РСФСР, достаточными для рассмотрения в судебном заседании, судья обязан вынести постановление о возбуждении уголовного дела) изложить в нем формулировку обвинения с указанием статьи уголовного закона, по которому подсудимый подлежит ответственности, избрать при наличии к тому оснований подсудимому меру пресечения и рассмотреть дело в судебном заседании, а при отсутствии оснований к возбуждению уголовного дела отказать в возбуждении уголовного деяа.
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 28 ноября 1996 г. [192] признал положения части первой статьи 418 УПК РСФСР, наделяющие судью полномочиями возбуждать уголовное дело по подготовленным в протокольной форме материалам о преступлении или отказывать в его возбуждении, а также положения части второй данной статьи, предусматривающие обязанность судьи излагать в постановлении о возбуждении уголовного дела формулировку обвинения, не соответствующими Конституции РФ, ее статьям 120 и 123 (часть 3). Неконституционность указанных норм статьи 418 УПК РСФСР проявляется в том, что они не согласуются сост. 118 (часть 1), ст. 120 и ст. 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, уста-
-461-
навливающими исключительную компетенцию судебной власти по осуществлению правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, независимость судей и подчинения их только Конституции РФ и федеральному закону.
Признание рассмотренных положений статьи 418 УПК РСФСР неконституционными и потому не действующими не отменяет тем не менее институт протокольной формы досудебной подготовки материалов, отмечается в постановлении Конституционного Суда РФ. Пробелы в уголовно-процессуальном регулировании процедуры досудебной подготовки материалов в протокольной форме, возникшие в связи с Постановлением Конституционного Суда РФ, могут быть восполнены, как об этом указывается Конституционным Судом РФ, в правоприменительной практике органов, ведущих судопроизводство, на основе процессуальной аналогии. В частности, протокол об обстоятельствах совершенного преступления, утвержденный согласно ст. 415 УПК РСФСР начальником органа дознания и санкционированный прокурором, поскольку он фактически заменяет собой обычные акты, содержащие решения о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица и о предъявлении ему обвинения, правомерно расценивать в качестве решений начальника органа дознания и прокурора о возбуждении уголовного дела и о привлечении лица к уголовной ответственности в качестве обвиняемого. Именно с данного момента правовой статус правонарушителя трансформируется в правовой статус обвиняемого и он должен получить весь комплекс его процессуальных прав.
Данные разъяснения Конституционного Суда РФ логичны и общим положениям норм УПК РСФСР не противоречат. Однако при разъяснении ст. 415 УПК РСФСР, устанавливающей процессуальную форму протокола досудебной подготовки материалов и его утверждения и санкционирования соответственно начальником органа дознания и прокурором, Конституционный Суд РФ вышел за пределы своих полномочий, так как вопреки ст. 125 Конституции РФ осуществил толкование не с позиций Конститу-
-462-
ции Российской Федерации, а с позиций действующего уголовно-процессуального законодательства, что в компетенцию Конституционного суда РФ не входит. В этой связи большинство руководителей органов дознания, прокуроров и судей не рассматривают в качестве обязательного для них разъяснение Конституционного Суда РФ о применении процессуальной аналогии при реализации положений ст. 415 УПК РСФСР. Признание неконституционным право и обязанность судьи возбуждать уголовное дело по материалам протокольного производства и излагать формулировку обвинения с указанием статьи уголовного закона расценивается указанными выше руководителями органов дознания, прокурорами и судьями как запрет на применение протокольной формы в борьбе с преступностью.
С учетом возникшей ситуации проблема протокольной формы может быть разрешена лишь законодательным путем. В этой связи Президентом Российской федерации 3 апреля 1997 г. внесен проект федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР". Законопроект предусматривает следующие изменения и дополнения.
Часть четвертую ст. 415 УПК РСФСР изложить в следующей редакции: "Начальник органа дознания, изучив протокол и приложенные материалы, при наличии достаточных оснований принимает решение о возбуждении уголовного дела и формулирует в протоколе обвинение с указанием статьи уголовного закона, по признакам которой возбуждено уголовное дело, после чего уголовное дело направляется прокурору. Копия протокола вручается лицу, в отношении которого возбуждено уголовное дело. Лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, вправе знать, в чем оно обвиняется) знакомиться со всеми материалами, приложенными к протоколу, иметь защитника, заявлять ходатайства и обжаловать действия органа дознания".
Дополнить ст. 415 УПК РСФСР частью пятой следующего содержания: "Прокурор в срок, не превышающий трех суток, принимает одно из следующих решений:
-463-
1) о направлении дела в суд;
2) о направлении дела для производства дознания или предварительного следствия;
3) об отмене решения о возбуждении уголовного дела". Статью 418 УПК РСФСР данным законопроектом предлагается из УПК исключить.
Данный законопроект актуален, ибо его принятие законодателем устранит пробел в УПК РСФСР, возникший в связи с признанием Конституционным Судом РФ неконституционной ст. 418 УПК РСФСР. Ежегодно по протокольной форме ведется производство более чем по 350 тысячам материалов. Учитывая это, становится ясным, подчеркивается в пояснительной записке к законопроекту Президента РФ, что принятие проекта федерального закона позволит избежать необоснованного увеличения нагрузки на следователей и лиц, производящих дознание, по очевидным преступлениям и освободит судей от несвойственных им функций возбуждения уголовных дел и формулирования обвинений по подготовленным в протокольной форме материалам о преступлениях.
Проблема мер пресечения по делам частного обвинения
К категории уголовных дел частного обвинения относятся дела) возбуждаемые по жалобе потерпевшего (это дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью), ст. 116 (побои), ч. 1 ст. 129 (клевета) и ст. 130 (оскорбление) Уголовного кодекса РФ). До возбуждения дела об указанных преступлениях судья принимает меры к примирению потерпевшего с лицом, на которого подана жалоба. Если примирение не состоялось, судья при наличии достаточных данных выносит постановление о возбуждении дела и предании суду лица, на которого подана жалоба. Встречные жалобы могут быть объединены судьей в одном производстве с жалобой потерпевшего (ч. 5 ст. 109 УПК РСФСР). Закон не устанавливает, каков механизм рассмотрения судьей вопроса о мере пресечения по делам частно-
-464-го обвинения. Логика института возбуждения уголовных дел частного обвинения и предания суду подсказывает, что при вынесении постановления о возбуждении уголовного дела и предании суду лица, на которого подана жалоба, судья одновременно принимает решение и о применении меры пресечения, когда для этого имеются основания.
Поскольку за совершение преступлений, предусмотренных ст. 115, 116, 130 и ч. 1 ст. 129 УК РФ, законом определено наказание, не связанное с лишением свободы, постольку по делам о таких преступлениях возможна любая мера пресечения, кроме заключения под стражу. Решение о мере пресечения судья оформляет в постановлении о возбуждении уголовного дела и предании суду лица, на которого подана жалоба. Возможно вынесение о мере пресечения и отдельного постановления. Внесение залога протоколируется, когда в качестве меры пресечения избран залог. При отсутствии оснований для применения меры пресечения судья отбирает у подсудимого обязательство являться в суд по вызовам и сообщать о перемене места жительства (ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР). В последующих стадиях уголовного судопроизводства вопрос о мерах пресечения разрешается судом (судьей) на общих основаниях.
Поскольку не исключено объединение встречной жалобы в одном производстве с жалобой потерпевшего, появляется ситуация, когда в уголовном деле оба конфликтующих субъекта оказываются в сложном процессуальном положении, будучи наделенными процессуальным статусом и потерпевшего, и подсудимого. При наличии к тому оснований судья обязан избрать каждому из подсудимых меру пресечения. Возможны и иные варианты. При отсутствии оснований для избрания меры пресечения у обоих подсудимых отбирается обязательство являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства.
По основаниям, указанным в ч. 2 ст. 27 УПК РСФСР, уголовные дела частного обвинения могут быть возбуждены прокурором и без жалобы потерпевшего. Дело, возбужденное прокуро-
-465-
ром, направляется для производства дознания или предварительного следствия. В соответствии с ч. 1 ст. 126 УПК РСФСР такие дела могут быть возбуждены и по ним проведено предварительное следствие, если это признают необходимым суд или прокурор. Подследственность в этих случаях определяется прокурором, а проблема мер пресечения решается в обычном порядке в процессе производства дознания либо предварительного следствия.



ОГЛАВЛЕНИЕ