ОГЛАВЛЕНИЕ



практика правоприменения
КТО ЯВЛЯЕТСЯ ДОЛЖНОСТНЫМ ЛИЦОМ
Возможно ли привлечь к ответственности директора акционерного общества закрытого типа или кооператива?
В течение нескольких последних лет стали возникать серьезные проблемы в уголовном праве с определением должностного лица. Если раньше, в советский период, было ясно, что такое должностное лицо, и обоснованно оказывался на скамье подсудимых руководитель государственного предприятия, бравший взятки, то теперь, когда появилось большое количество коммерческих организаций, налицо путаница в этом вопросе. Возникает вопрос: являются ли субъектами должностного преступления руководители негосударственных предприятий ? И хотя в примечании к статье 170 Уголовного кодекса Российской Федерации четко сказано, что должностным является то лицо, которое осуществляет функции представителя власти либо занимает определенное положение в государственной (муниципальной) или общественной структуре, все же некая неопределенность по данному вопросу существует. Именно поэтому в судебной практике встречаются дела, в которых, например, директор товарищества с ограниченной ответственностью приговаривается к нескольким годам лишения свободы за должностной подлог (ст.173 УК), хотя это лицо не является субъектом должностного преступления.
Итак, вернемся к определению должностного лица. Согласно примечанию к статье 170 Уголовного кодекса должностным является лицо, постоянно или временно осуществляющее функции представителя власти, а также занимающее постоянно или временно в государственных или общественных учреждениях, организациях или на предприятиях должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей, или выполняющее также обязанности по специальному полномочию в указанных учреждениях, организациях и на предприятиях.
Как видно из этого определения, должностные лица бывают трех категорий. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 года N 4 разъясняет: во-первых, это представители власти, т.е. те лица, которые наделены правом в пределах своей компетенции предъявлять требования, а также принимать решения, обязательные для исполнения гражданами или предпринимателями, учреждениями, организациями независимо от их ведомственной принадлежности и подчиненности (народные депутаты, руководители исполнительной власти и их заместители, судьи, прокуроры, следователи, работники милиции, государственные инспекторы и контролеры и другие).
Вторую категорию должностных лиц составляют лица, наделенные организационно-распорядительными обязанностями на государственных (муниципальных) или в общественных учреждениях, предприятиях, организациях. Их можно охарактеризовать как лица, осуществляющие руководство трудовым коллективом, участком работы, производственной деятельностью отдельного работника. К этой категории относятся руководители министерств и ведомств, их заместители, руководители структурных подразделений государственных (муниципальных) или общественных предприятий, учреждений, организаций (начальники цехов, заведующие кафедрами и др.), руководители участков работ (мастера, прорабы, бригадиры).
Третью категорию должностных лиц представляют лица, наделенные административно-хозяйственными функциями на государственных (муниципальных) или в общественных учреждениях, предприятиях, организациях. Эта группа лиц имеет определенные правомочия по управлению и распоряжению имуществом государственных (муниципальных) или общественных предприятий, учреждений, организаций. К ней относятся начальники планово-хозяйственных отделов, начальники снабженческих структур, начальники финансовых структур, финансовых отделов, их заместители, заведующие складами, материалами, мастерскими, ателье и т.п., ведомственные ревизоры и контролеры и некоторые другие.
Итак, мы установили три категории должностных лиц и выяснили, что к ним относятся работники только государственных (муниципальных) или общественных структур.
Но на практике почему-то картина иная. Вот реальный случай из жизни (приводится в Бюллетене постановлений Верховного Суда Российской Федерации N 9, 1995). Некий гражданин Ч. был осужден по статье 175 Уголовного кодекса (должностной подлог). Он занимал должность директора товарищества с ограниченной ответственностью. В целях личного обогащения единолично принял решение о поставке по бартеру минеральных удобрений в КНР. Во исполнение своих планов Ч. с целью получения экспертной лицензии совершил подлог официального документа. В чистый фирменный бланк внес заведомо ложные сведения. Изготовил и другие подложные документы, на основании которых ему была выдана лицензия. Однако его преступные действия пресекли таможенные органы. Судебная коллегия по уголовным дела Томского областного суда приговор оставила без изменений. Заместитель председателя Верховного Суда Российской Федерации в протесте поставил вопрос о переквалификации действий Ч. со статьи 175 на статью 196 Уголовного кодекса (подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, штампов, печатей, бланков). Протест был удовлетворен Президиумом Томского областного суда, поскольку товарищество с ограниченной ответственностью общественным объединением не является и поэтому Ч. не может быть признан должностным лицом, отвечающим требованиям, содержащимся в примечании к статье 170 Уголовного кодекса. Вывод: директор товарищества с ограниченной ответственностью в силу примечания к статье 170 Уголовного кодекса не признан должностным лицом.
Довольно долго руководители негосударственных предприятий привлекались к ответственности за должностные преступления, поскольку следователи, прокуроры, судьи стояли на позиции, что негосударственные предприятия (арендные, акционерные общества и др.) являются общественными (как это было в вышеприведенном примере). Такой вывод обосновывался тем, что участниками такого предприятия являются отдельные люди, коллектив, а это и указывает на признак общественности. Но такая практика была совершенно неправильна, поскольку общественной организацией не может быть та, которая преследует цель извлечения прибыли. Наконец, эту практику удалось изменить. Вот еще один пример (приводится в Бюллетене постановлений Верховного Суда Российской Федерации N 4, 1995).
Краснодарским краевым судом некий гражданин К. был осужден по части 1 статьи 170 Уголовного кодекса (злоупотребление властью или служебным положением). Он был признан виновным в том, что, работая в должности директора арендного предприятия Крымский завод и являясь должностным лицом, из корыстной заинтересованности использовал свое служебное положение вопреки интересам службы, что причинило существенный вред охраняемым законом правам и интересам членов арендного предприятия.
В кассационном протесте прокурор поставил вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение, считая, что действия гражданина К. необходимо квалифицировать как взятку.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор отменила, а дело прекратила за отсутствием в действиях К. состава преступления. Как видно из материалов дела и устава предприятия, Крымский завод - арендное предприятие, является организацией граждан, добровольно объединившихся на основе коллективного труда и самоуправления в целях совместного выполнения работ по производству продукции. Руководитель арендного предприятия руководит повседневной деятельностью предприятия и осуществляет иные правомочия. Из этого следует, что К. не был работником государственной или общественной организации, не был он и представителем власти. Выполняемые им должностные обязанности как руководителя арендного предприятия, преследующего цели получения доходов коллективом, не давали основания для признания его субъектом должностного преступления. Таким образом, суд ошибочно признал К. должностным лицом, в связи с чем приговор отменяется, а дело прекращается. Вывод: руководитель арендного предприятия не является субъектом должностного преступления.
Как видим, правильное определение субъекта должностного преступления имеет важное значение. Если в первом приведенном примере стоял вопрос лишь о переквалификации действий с одной статьи на другую, то во втором случае человек вообще освобождается от уголовной ответственности, поскольку не является должностным лицом.
Хотя все настолько очевидно и понятно и судебная практика встала на правильный путь, все-таки и сейчас можно встретить абсолютно неверные представления о субъекте должностного преступления. Существует мнение (и даже среди адвокатов), что если руководитель негосударственного предприятия наделен правом распоряжения имуществом, правом издавать приказы, распоряжения, инструкции и другие акты, обязательные для работников, принимать на работу и увольнять сотрудников, наделен правом подписи документов и иными организационно-распорядительными функциями, то он является должностным лицом. Понятно, что эта позиция абсолютно неправильна. Это подтверждает еще один пример из практики Верховного Суда Российской Федерации (приводится в Бюллетене постановлений Верховного Суда Российской Федерации N 6, 1995).
Октябрьским районным судом г.Ставрополя гражданин Б. был осужден по части 2 статьи 173 Уголовного кодекса (получение взятки). Он был признан виновным в том, что, являясь председателем производственно-потребительского кооператива Астрос, а затем генеральным директором АОЗТ Астрос и используя свое положение должностного лица, путем вымогательства (угрожая увольнением с работы) неоднократно получал взятки от подчиненных ему продавцов пива.
Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда приговор оставила без изменений. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в протесте поставил вопрос об отмене приговора и прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, считая, что Б. не является субъектом должностного преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации протест удовлетворила, указав следующее. Народный суд, кассационная и надзорная инстанция признали Б. должностным лицом, поскольку он согласно уставу АО Астрос выполнял организационно-распорядительные функции по изданию приказов, распоряжений, принимал на работу и увольнял сотрудников. Однако согласно уставу Астрос это акционерное общество не является государственной или общественной организацией. А следовательно, Б. не является должностным лицом. При таких данных приговор суда и все последующие решения подлежат отмене с прекращением дела за отсутствием в действиях Б. состава преступления. Вывод: председатель производственно-потребительского кооператива, а затем генеральный директор акционерного общества закрытого типа не является субъектом должностного преступления.
Государство, устанавливая ответственность за должностные преступления, преследует одну цель: защиту государственного интереса, дабы не допустить взяточничества, коррупции, преступных махинаций в государственной сфере. Что же до частного сектора, то в принципе государство не должно вмешиваться в его деятельность, поскольку вред, причиненный какому-нибудь коммерческому предприятию из-за злоупотреблений его директора, - внутреннее дело самого предприятия. Государственные интересы здесь не затрагиваются.
Свердловским районным судом г.Москвы гражданин П. был осужден по части 1 статьи 170 Уголовного кодекса. Он был признан виновным в злоупотреблении служебным положением, причинившем существенный вред общественным интересам. П. был председателем кооператива объединения Промстрой и был наделен организационно-распорядительными функциями. Затем П. учредил частную фирму Полан. После этого, корыстно используя свое служебное положение в кооперативе, он издал приказ подчиненным работникам оформить продажу 9 самосвалов, находившихся в собственности кооператива, по цене 21.175 рублей за каждый самосвал фирме Полан, в то время как цена каждого из них была уже 247.703 рублей. Самосвалы были проданы, чем был нанесен значительный ущерб кооперативу объединения Промстрой в виде упущенной выгоды на сумму более 2 миллионов рублей.
Дело дошло до Верховного Суда Российской Федерации. Он отменил приговор и прекратил дело за отсутствием в действиях П. состава преступления. Верховный Суд руководствовался следующим: поскольку П. не является работником государственной или общественной организации, он не может рассматриваться как должностное лицо, а его действия по продаже девяти самосвалов не образуют состава должностного преступления. Вывод: председатель кооперативной организации не относится к субъектам должностного преступления (решение приводится в Бюллетене постановлений Верховного Суда Российской Федерации N 6, 1995).
Таким образом, на сегодня по закону руководители негосударственных структур, какие бы они махинации не проворачивали, однозначно не могут быть субъектами должностного преступления и не могут нести ответственность за злоупотребление властью или служебным положением (статья 170 УК), превышение власти или служебных полномочий (статья 171 УК), халатность (статья 172 УК), получение взятки (статья 173 УК), должностной подлог (статья 175 УК) и нарушение антимонопольного законодательства (статья 175-1 УК). В этом случае они могут привлекаться по другим статьям Уголовного кодекса, сходным по объективной стороне с должностными преступлениями (как в первом случае: вместо должностного подлога - подделка документов, штампов, печатей, бланков), поскольку главный признак должностного преступления - нахождение в государственной (муниципальной) или общественной структуре.



ОГЛАВЛЕНИЕ