ОГЛАВЛЕНИЕ







Курсовая работа

по конституционному праву России

на тему:

«Избирательная система в Российской Федерации и ее законодательное регулирование»















Москва 1998 г.




Содержание:

1. Введение 3
2. Система специальных гарантий 4
3. Государственный, общественный и международный контроль за ходом проведения выборов 11
4. Организационные гарантии избирательных прав граждан Российской Федерации 14
5. Материальные и правовые гарантии свободы выборов 15
6. Правовые основы предвыборной агитации и роль Третейского информационного суда в обеспечении гарантий свободных выборов. 18
7. Заключение 32
БИБЛИОГРАФИЯ 34



















1. Введение

Актуальность, цели и задачи курсовой работы по данной теме определены следующими положениями. В настоящий момент в отечественной и зарубежной юридической литературе нет единой точки зрения о понятии "избирательная система". Многие ученые под избирательной системой понимают совокупность фактических общественных отношений, возникающих в процессе организации и проведения выборов, а также осуществления взаимоотношений избирателей с депутатами. Вместе с тем никто не возражает против того, что избирательная система является государственно-правовым институтом. Но из приведенного понимания "выпали" сами нормы права, что ставит под сомнение его строгую научность. В большинстве зарубежных стран под избирательной системой понимают порядок определения результатов выборов. В этом случае важнейший политико-правовой институт сведен к технико-процедурным нормам, которые лишь опосредованно, в той или иной мере являются отражением политики и права.
В зависимости от порядка определения результатов выборов избирательные системы принято подразделять на два вида: мажоритарную и пропорциональную. Известны три разновидности методов в подсчете голосов по мажоритарной системе: относительного, абсолютного и квалифицированного большинства. Пропорциональных приемов подсчета голосов намного больше: метод Т. Хэра, "метод наибольшей средней" В. Д'0ндта, правило "связанных списков", правило "свободных списков" и т.д. Однако в нашей курсовой работе не представляется возможным рассмотреть все разновидности определений, методов и способов определения гарантированности результатов выборов.
Избирательная система представляет собой совокупность юридических норм, закрепляющих принципы, на основе которых осуществляются выборы, права граждан избирать и быть избранными, устанавливающих ответственность депутатов и других выборных лиц за свою деятельность перед избирателями, определяющих порядок организации и проведения выборов и регулирующих отношения, возникающие в процессе формирования органов государственной власти, осуществления взаимоотношений избирателей с депутатами и иными избираемыми ими лицами.
Избирательное право есть совокупность юридических норм, закрепляющих права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти, а также право отзыва избирателями избранных лиц, не оправдавших их доверия. Избирательное право и порядок определения результатов выборов (мажоритарная и пропорциональная избирательные системы) являются составныыиычаыыямы ыыбыыаыылыыоы сыытыыы. С легкой подачи зарубежных государствоведов и политиков многие отечественные ученые механически и некритически признали деление избирательных систем на мажоритарную и пропорциональную. Такой упрощенный подход к понятию избирательной системы едва ли научно оправдан. Избирательная система потому и называется системой, что она состоит из упорядоченной совокупности институтов, элементов, компонентов, предполагает включение в нее и норм права, и отношений, и порядок определения результатов выборов и т.д. Такой подход, думается, является более правильным, здесь все элементы в определении слиты воедино.
Важными показателями демократизма любой избирательной системы являются гарантии свободы выборов и совершенство их механизма. Под гарантиями свободы выборов мыыыыыиыыым ыыыывыы ы ыыыдыыыыы ыыеспечивающие избирателям реальную осознанную и ответственную свободу волеизъявления. Условия — это политический режим, в котором осуществляются выборы. Средства — это механизм и материальные источники, обеспечивающие свободу волеизъявления избирателей. Существуют общие и специальные гарантии свободы выборов. Основное внимание в курсовой работе мы уделим специальным гарантиям и возникающим при этом проблемам.


2. Система специальных гарантий

Система специальных гарантий состоит из:
политических;
организационных;
материальных;
правовых санкций.
Все гарантии находятся во взаимной зависимости, дополняют друг друга и действуют как единый механизм, обеспечивающий реальную свободу выборов. При этом один и тот же фактор может одновременно быть элементом различных видов гарантий.
К политическим гарантиям относятся:
а) демократизм выдвижения кандидатов в депутаты;
б) равноправие избирателей на выборах;
в) свобода предвыборной агитации;
г) гарантии деятельности кандидата в депутаты;
д) право избирателей на отмену ранее принятого решения о выдвижении кандидата в депутаты;
е) добровольность принятия депутатского мандата:
ж) обязанность кандидатов в депутаты составлять и делать достоянием гласности программу своей деятельности;
з) ответственность депутатов за свою деятельность перед избирателями;
и) участие в выборах — гражданский долг каждого избирателя;
к) контроль за ходом проведения выборов.
Действующие к настоящему времени Положения о выборах в Федеральное собрание и представительные органы государственной власти субъектов федерации предусматривают петиционныы ыыыядоыыыыывыыыниыыкыыыыдаыыы в депутаты, который сам по себе демократичен, но осложнен необходимостью сбора весьма значительного количества подписей избирателей. Так, на выборах 1995 г. в Федеральное собрание по одномандатным и двухмандатным округам требовалось собрать 1% подписей от общего числа избирателей округа; по партийным спискам — 100 тыс. подписей. Положение о выборах в Городское собрание Санкт-Петербурга по одномандатным округам требует собрать 2 тыс. подписей избирателей, а по партийным спискам — 35 тыс. Получение такого количества подписей превращается в скачку с препятствиями, и далекою не всем удалось "доскакать" до финиша. Жесткий временной и количественный порядок сбора подписей часто вынуждал их сборщиков прибегать к нарушению такого порядка. В Санкт-Петербурге, например, даже была установлена такса за каждую подпись в зависимости от представительного органа, кандидата и избирательного блока. Впервые в нашей практике появились избиратели-вымогатели. Учитывая сложившиеся реалии, следует в законодательном порядке установить ответственность кандидатов в депутаты и их доверенных лиц за подкуп избирателей. В большинстве зарубежных стран действует более щадящий порядок сбора подписей. Так, например, во Франции, Индии, Японии заявление о выдвижении кандидата в депутаты должно быть подписано одним избирателем; в Канаде — не менее чем двумя; в Великобритании, Ирландии, Австрии — 10-ю; в Швейцарии— 15-ю; в Нидерландах — 25-ю избирателями.
Нельзя обойти молчанием 1% подписей от различного, неравного количества избирателей, что заведомо ставит кандидатов в депутаты в неравные условия. Так, например, Псковский одномандатный избирательный округ в 1993 г. насчитывал 653,5 тыс. избирателей, а эвенкийский одномандатный избирательный округ— 13,8 тыс.; Санкт-Петербургский двухмандатный избирательный округ — 3740,8 тыс., а двухмандатный округ Республики Хакасия — 7,6 тыс. избирателей. Не надо быть великим математиком или политиком, чтобы убедиться в том, что это Положение о выборах в Федеральное собрание сформулировано очень "гибкими" юристами. Они сами были вынуждены признать, что это нашло отражение в сокращении подписей от двухмандатных округов до уровня 25 и 35 тыс. в зависимости от количества избирателей, но не коснулось одномандатных округов. Причем данное изменение было внесено в Положение о выборах за неделю до окончания сбора подписей. Очевидно, что количество подписей надо определять не в процентах, а в равном числе избирателей. С учетом политических реалий и вида представительного органа это число может быть установлено от 50 до 300.
Положение о выборах в Государственную думу допускает отклонение одного округа от другого до 15% избирателей, а Положение о выборах в Санкт-Петербургское Городское собрание — до 20%. При переводе в абсолютные цифры это может составлять десятки тысяч избирателей, что едва ли допустимо. На выборах в Псковский областной Совет в 1990 г. разница в округах №40 и 68 достигала 600%. О каких равных выборах можно тогда вести речь! Невольно возникает подозрение в заинтересованности определенных политических сил в таком "выкраивании" избирательных округов. Вместе с тем избавиться от этого недостатка весьма просто — ввести постоянные списки избирателей в форме картотеки, которые позволят сократить отклонения избирательных округов до 2—3%.
Выборы в Государственную думу по партийным спискам ставят в привилегированное положение мало кому известные партии, заранее гарантируя им половину депутатских мест. Эти льготы нарушают не только принцип равных выборов, но и политическое равноправие граждан, а также социальную справедливость, тем более что в бюллетене для голосования называются имена не всех кандидатов от конкретной партии или блока, а лишь первых трех, которые могут отказаться потом от депутатских мандатов в пользу следующих в списке претендентов, о которых избиратели не имеют ни малейшего представления. Выбирают "кота в мешке". При такой системе избиратели по существу голосуют за партию, а она уже избирает депутатов. Поэтому логично было бы в бюллетенях для голосования назвать только партию. Любопытную, язвительную характеристику "выборам от партий" дал несколько лет назад О. Митчелл, когда его избрали в палату Общин парламента Великобритании: "Избирателям зачастую все равно, кто их кандидат, — ведь голосуют за партию, а не за какого-то конкретного депутата... Поэтому партия может выдвинуть кого угодно, даже свинья пройдет".
Думается, демократичнее было бы вести преференциальные партийные списки, предоставив право избирателям самим решать вопрос, кому конкретно из этих списков они отдают предпочтение. Кроме того, едва ли разумно объединять в один округ такую огромную страну, как Россия. Целесообразнее было бы поделить ее на 45 9-мандатных округов. Вместе с тем партийные списки, не являясь 100%-ным гарантом успеха на выборах, подменяются списками лиц из эфемерных блоков, которые даже назвать партийными невозможно, так как состоят из организаций и лиц, не имеющих никакого отношения к партиям.
Блоки — это российское недемократическое изобретение. В цивилизованных странах создаются блоки, но действительно из партий, а не из амбициозных, зачастую несовместимых, политических лидеров. Преждевременный переход к выборам по партийным спискам и блокам только ввел в заблуждение многих избирателей, исказил их волю и результаты выборов, породил массу никому не нужных проблем и коллизий. В Государственную думу оказались избранными подчас некомпетентные и даже случайные люди. Вне всякого сомнения: если бы выборы проводились по одномандатным округам, шансы многих кандидатов от ЛДПР и ряда других партий были бы равны нулю. На переходный период, до появления цивилизованной многопартийной системы, России следует отказаться от выборов от элитно-номенклатурных партий и блоков. По числу партий и блоков мы впереди планеты всей. На 25 мая 1994 г. только в Министерстве юстиции РФ была зарегистрирована 51 партия.
При выборах, например, в Государственную думу необходимо ввести определение результатов выборов по мажоритарному методу абсолютного большинства, для чего включать в бюллетени для голосования не менее трех кандидатов. Учитывая, что Государственная дума должна выражать волю и интересы большинства россиян, следует считать выборы состоявшимися, если в них приняло участие не менее 50% избирателей.
Применительно к представительным органам государственной власти субъектов федерации желательно установить определение результатов выборов по мажоритарному методу относительного большинства и считать выборы состоявшимися, если в них приняло участие не менее 25% зарегистрированных избирателей. В случае выдвижения одного кандидата в депутаты считать его избранным, если за него проголосовало не менее 12,5% зарегистрированных избирателей, или считать такого кандидата избранным без голосования.
В ходе проведения избирательной кампании по выборам в Федеральное собрание достаточно четко проявилось фактическое неравенство прав кандидатов в депутаты. Как правило, кандидаты, занимающие высокое должностное положение, и современные нувориши располагают большими возможностями в использовании средств массовой информации, наглядной агитации, технических средств и т.д. Партии и блоки часто обвиняли друг друга в нарушении Положений о выборах. Так, блок "Выбор России" обращался в Центризбирком с жалобой на глав администраций районов Ленинградской области, которые использовали для сбора подписей избирателей подчиненный аппарат, технику и автотранспорт. В свою очередь, ряд блоков протестовал против "Выбора России", лидеры которого, занимая высокое должностное положение и возглавляя многие средства массовой информации, широко использовали их для предвыборной агитации. Выдвигавшиеся обвинения не были лишены оснований, каждый телезритель и читатель невооруженным глазом и невооруженным ухом мог убеждаться в этом почти ежедневно. Учитывая негативный опыт в использовании средств массовой информации в процессе проведения выборов в Федеральное собрание, Центральная избирательная комиссия РФ 7 февраля 1994 г. приняла постановление "О порядке использования средств массовой информации кандидатами в. депутаты при проведении агитации в ходе выборов в представительные органы государственной власти краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов", которое содержит комплекс рекомендаций, призванных реально обеспечивать принцип равных условий в использовании средств массовой информации. А городская избирательная комиссия Санкт-Петербурга и руководители городского телевидения и радио пошли еще дальше — отказались от платной политической рекламы.
Статья 6 Положения о выборах в Государственную думу закрепляет материальное неравенство кандидатов в депутаты. "Для финансирования предвыборной кампании кандидаты в депутаты и избирательные объединения вправе использовать собственные средства и добровольные пожертвования". Кроме того, партии и блоки на выборах в Федеральное собрание имели значительные преимущества по сравнению с кандидатами в одномандатных и двухмандатных округах. Так, каждой партии и каждому блоку на избирательную кампанию было выделено более 100 млн руб.
Гарантии деятельности кандидата в депутаты призваны позволить каждому из них эффективно и беспрепятственно реализовать свое право быть избранным. В то же время такие гарантии предоставляют реальную возможность избирателям и их объединениям выдвигать своих кандидатов и быть уверенными в том. что это право также гарантировано и что их кандидаты находятся в равноправном положении с другими кандидатами, баллотирующимися в однопорядковые представительные органы власти,
В п, 6 ст. 20 Положения о выборах в Совет федерации записано: "Не может быть выдвинут кандидатом в депутаты Совета федерации гражданин, зарегистрированный кандидатом в Государственную думу", и наоборот. Несмотря на этот запрет, имеются факты, когда одно и то же лицо выдвигалось сразу в обе палаты Федерального собрания. Например, Ю.Ю. Болдырев был зарегистрирован кандидатом в депутаты Государственной думы и выдвигался в качестве независимого кандидата в Совет федерации. В беседе с корреспондентом Ю.Ю. Болдырев сказал: "В Петербурге инициативная группа начала сбор подписей в мою поддержку самостоятельно. Я официального согласия баллотироваться в верхнюю палату не давал. В то же время это уже не мой личный вопрос, а моего избирательного блока". А в итоге Ю.Ю. Болдырев был избран в верхнюю палату парламента.
Исследуя проблемы участия граждан в выборах, стоит обратить внимание на два элемента их осознанности и два фактора ответственности. Во-первых, избирателям нужно знать биографические данные кандидатов в депутаты. У нас этот фактор явно недооценивается. В большинстве зарубежных стран такие данные доводятся до сведения избирателей с мельчайшими подробностями, что позволяет иметь достаточно ясное представление о личных качествах кандидата. Во-вторых, избирателям необходимо понять программу деятельности кандидата в депутаты, оценить умение ее сформулировать и довести до сведения граждан, последовательно и убежденно отстаивать. Прошлые выборы высветили ряд серьезных недостатков и программах кандидатов в депутаты. В этих программах отсутствовало разумное сочетание общих проблем государства и общества с конкретными проблемами избирательного округа, содержалось много явно недостаточно аргументированных предложений. Сейчас уже мало знать, что делать, необходимо еще знать, как делать.
Ответственность в процессе выборов имеет непосредственное отношение как к кандидатам в депутаты, так и к избирателям. Она в период глубокого общего кризиса и радикальных реформ нужна как никогда. Каждый гражданин, желающий стать депутатом, должен прежде всего сам заранее побеспокоиться о своей компетентности, адекватно оценить свои возможности, ответственно подойти к выдвижению своей кандидатуры. Избирателям же надлежит ответственно подходить к выборам, предъявлять высокие, жесткие требования к кандидатам в депутаты. К сожалению, выборы порой напоминают лотерею, а избранными в представительные органы государственной власти иногда оказываются политические авантюристы или просто случайные люди, которым чужды интересы избирателей и государства. Поэтому кандидаты в депутаты должны соответствовать как минимум следующим требованиям: отличаться высокими моральными и политическими качествами, компетентностью и инициативностью, повышенной ответственностью. Депутат призван выполнять волю избирателей и нести перед ними ответственность, крайним проявлением которой является отзыв. Многие наши ученые и политики выдвигают сейчас идею "свободного мандата", предлагают освободить депутатов от ответственности перед избирателями, утверждая, что право отзыва становится средством давления населения на инакомыслящего депутата. Если следовать идее отказа от императивного мандата, тогда надо отказаться от выборов вообще, так как в процессе выборов на кандидатов в депутаты избиратели также оказывают "давление". Видимо, суть проблемы заключается не в этом, а в адекватности демократизма выборов и отзыва. Порядок отзыва ничем не должен отличаться от порядка выборов. Только при этом условии все аргументы против отзыва, кроме явно надуманных, утратят свой смысл. При этом нельзя не заметить, что новая Конституция РФ и закон о статусе депутатов Федерального собрания ни словом не обмолвились об императивности депутатского мандата. Случайно ли это? А как быть с депутатом, который добился мандата в результате обмана избирателей, пообещав им "золотые горы", взяв на себя заведомо нереальные обязательства. Его тоже надо признавать представителем всей нации и народа? У нас никогда ни одна власть не желала и не желает нести ответственности за свою деятельность. Безответственность стала мощным катализатором повсеместной некомпетентности. Возможнее, и не следовало так остро ставить вопрос об ответственности и компетентности, но именно они предопределяют эффективность деятельности депутатов и органов государства, которая находится на обидно низком уровне.



3. Государственный, общественный и международный контроль за ходом проведения выборов

Участие в выборах является гражданским долгом каждого избирателя. Но за неучастие в выборах не наступает какой-либо ответственности. Далеко не во всех зарубежных странах участие в выборах считается только гражданским долгом (Австрия, Бельгия, Италия, Нидерланды и др.). Там устанавливается ответственность за уклонение от участия в выборах. Например, в Австрии лицо, уклонившееся от участия в выборах, подвергается штрафу в размере 1 тыс. шиллингов, а в Пакистане наступает уголовная ответственность в виде каторжных работ до 5 лет и штрафа в размере 5 тыс. рупий. Вместе с тем нельзя не видеть, что и у нас заметно снижается активность избирателей, растет абсентеизм, т.е. уклонение от участия в голосовании, что следует рассматривать как результат усталости от нескончаемой политической борьбы и как кризис доверия к нынешним властным структурам.
За ходом проведения выборов осуществляется государственный и общественный, а иногда и международный контроль. Так, в 1993 г. был создан третейский информационный суд, который разрешал споры о нарушениях Положений о выборах, о соблюдении равных правовых возможностей в использовании средств массовой информации. Но для соответствующего обобщения опыта деятельности третейского информационного суда пока нет необходимых данных, а механизм осуществления им контроля недостаточно отработан и неэффективен. Международный контроль имеет как позитивные, так и негативные черты. Первые заключаются в том. что он все-таки является определенным гарантом свободы выборов, служит преградой на пути возможных злоупотреблений в процессе выборов. Однако международный контроль не делает чести данному государству, так как свидетельствует о том, что у международного сообщества имеются сомнения в демократизме и честности проводимых выборов.
Некоторые Положения о выборах стали предоставлять партиям и блокам право иметь своих представителей в окружных и участковых комиссиях с правом совещательного голоса", что можно только приветствовать, так как оно, с одной стороны, является контрольным, а с другой — выполняет функцию организационных гарантий свободы выборов, обеспечивая ее организационными средствами, исключающими искажение воли избирателей. Такие гарантии слагаются из:
а) правила, согласно которому никто не может быть включчнччоччеччеччвччдчч ччиччкччзччрателей;
б) правила, что кандидаты в депутаты не должны состоять членами окружных и участковых комиссий того округа, в котором они выдвинуты кандидатами в депутаты;
в) правила, по которому кандидаты в депутаты освобождаются от производственных или служебных обязанностей для участия в предвыборных мероприятиях;
г) нормы о том, что государственные и общественные органы, руководители предприятий, учреждений и организаций, расположенных на территории избирательного округа, обязаны оказывать кандидату в депутаты содействие в организации встреч с избирателями, проведении предвыборных собраний, получении необходимых справочных и информационных материалов;
д) правила, согласно которому избирателю в случае выбытия за 15 дней до выборов предоставляется право проголосовать досрочно;
е) личного и тайного голосования;
ж) публичччччччччччччччччччч вскрытия избирательных урн, гласного подсчета голосов;
з) несовместимости депутатского мандата с занятием определенных должностей.
Необходимо отметить, что Положения о выборах палат Федерального собрания и Положение о выборах Городского собрания Санкт-Петербурга не содержат запрета для кандидатов в депутаты состоять членами окружных и участковых комиссий того округа, в котором они выдвинуты кандидатами в депутаты. Думаетсяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя так как состав избирательных комиссий в таком случае бывает слишком политизирован. Даже Центральная избирательная комиссия не лишена этого недостатка. Так, политолог А. Собянин, член Центризбиркома от "Выбора России", давая интервью накануне выборов в Федеральное собрание, сказал что его блок может получить 92 депутатских мандата по общефедеральному округу и 70 мандатов в одномандатных округах. Данное интервью было распространено Интерфаксом. Куда девалась в данном случае объективность А. Собянина, как чччнччЦччтччзччрччмчч
чч.ччрччнччационные гарантии избирательных прав граждан Российской Федерации

Исследуя вопрос об организационных гарантиях, нельзя не обратить внимание на одно принципиальное противоречие. Так, если ст. 22 Положения о выборах в Государственную думу устанавливает несовместимость депутатского мандата с занятием определенных должностей, то п. 9 заключительной части Конституции РФ гласит: "Депутат Государственной думы первого созыва может одновременно являться членом Правительства Российской Федерации". Во-первых, такая практика разрушает одну из главных идей принципа разделения властей, суть которой заключается в том, чтобы каждая власть была сильной, осуществлялась эффективно, не вторгаясь в пределы иных властей и не позволяя им вторгаться в своп полномочия и злоупотребять властью. Во-вторых, если не лукавить и говорить серьезно, то невозможно качественно, на профессиональной основе работать в Государственной думе и в Правительстве одновременно, заседать там и там, даже просто обеспечивать кворум. В-третьих, B.C. Черномырдин в период выборов вынужден был в гордом одиночестве "управлять страной", так как его основная команда была занята предвыборной борьбой.
День проведения выборов следует определять более целесообразно. Учитывая, что основной базой пунктов голосования яяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяявремя для голосования — школьные зимние и весенние каникулы. Именно в это время можно без спешки подготовить помещения для выборов, а после их проведения убрать и продезинфицировать помещения. Например, какими высокими мотивами датой выборов в Городское собрание Санкт-Петербурга было определено 20 марта 1994 г.? Продление выборов еще на один день вынудило отменить почти во всех школах города занятия в понедельник. Почему нельзя было назначить выборы на середину школьных каникул, т.е. на 27 марта? Явно нецелесообразно проводить выборы летом. Это — страдная пора для всех, кто занимается сельским хозяйством: лето — это и время отпусков, выездов на дачи или просто на природу многих горожан. Результат — слишком велика вероятность неявки многих избирателей на выборы.

5. Материальные и правовые гарантии свободы выборов

Материальные гарантии свободы выборов тоже имеют существенное значение. Основные расходы по выборам государство берет на себя. В то же время гл. 6 Положения о выборах в Государственную думу даже формально не гарантирует фактического материального равенства кандидатов в депутаты, что является серьезным минусом в аспекте демократизма выборов. Данная проблема нуждается в серьезной доработке. Формальный контроль, предусмотренный Положениями о выборах, не способен ее решить. Очевидно, значительная разница в расходах на выборы между кандидатами и блоками тоже должна быть сведена к минимуму. Кандидаты в депутаты пользуются правом бесплатного проезда на всех видах пассажирского транспорта (в установленных пределах), а также правом на одно бесплатное выступление по государственному телевидению и одно выступление по государственному радио.
Правовые гарантии, или санкции как вид гарантий, свободы выборов называются так потому, что свобода выборов обеспечивается исключительно юридическими способами. К ним относятся:
а) право граждан на обжалование неправильностей в списке избирателей;
б) закрепление Положениями о выборах неприкосновенности. кандидатов в депутаты;
в) запрещение выборной агитации за или против кандидата в депутаты в день выборов;
г) признание недействительными выборов, проведенных с нарушением положений о выборах;
д) право окружных комиссий аннулировать выдвижения кандидата в депутаты, если он ведет предвыборную кампанию, грубо нарушая Положение о выборах и этические нормы;
е) право кандидатов в депутаты обжаловать в суд результаты выборов;
ж) привлечение к уголовной ответственности лиц, виновных в грубом нарушении избирательных прав граждан и Положений о выборах. Так, ст. 46 и 47 Положения о выборах депутатов в Государственную думу ; специально посвящены ответственности за эти нарушения. А в Уголовном кодексе РФ ст. 132 и 133 предусматривают уголовную ответственность за воспрепятствование осуществлению избирательного права и за подлог избирательных документов или неправильный подсчет голосов. В 1990 г. в России шести гражданам были вынесены обвинительные приговоры по ст. 133 УК РФ.
Следует отметить, что Положения о выборах не предоставляют права окружным комиссиям аннулировать выдвижение кандидата в депутаты, если он ведет избирательную кампанию с нарушением Положения о выборах и этики. Это право закреплялось в законах о выборах 1989 г. В Положения или законы о выборах следует включить статью, обязывающую кандидатов в депутаты представлять в центральную или окружную избирательные комиссии декларацию о своих доходах, сведения об имущественном состоянии. Копии таких документов надо направлять в соответствующую налоговую инспекцию, которую следует обязать в месячный срок дать ответ о достоверности сведений, представленных кандидатом в депутаты. В случае непредставления данных документов или дачу заведомо ложных сведений, названные комиссии должны иметь право аннулировать выдвижение таких кандидатов в депутаты.
Нельзя не обратить внимания и на легитимность избрания представительных органов государственной власти субъектов федерации, за исключением республик. Если конституционность Федерального собрания была обеспечена синхронностью выборов и принятия Основного Закона, то выборы законодательных органов субъектов федерации проводятся в иных условиях, когда уже принята новая Конституция, избран и работает новый парламент.
Не включать их в регулирование избирательного процесса едва ли правомерно. Поэтому снять проблему законности не могут Основные положения о выборах в представительные органы государственной власти края, области, города федерального значения, автономной области, автономного округа, утвержденные Указом Президента РФ от 27 октября 1993 г. Где это видано, чтобы органы исполнительной власти присваивали себе право определять порядок формирования законодательных органов и даже названия их? Такая практика вступает в противоречие с п. 3 ст. 5, и. "а" ст. 72, и. 1 ст. 77 Конституции РФ и принципом разделения властей, который закреплен ст. 10 Конституции России. Сомневаясь в легитнмности выборов, Государственная дума 11 февраля 1994 г. приняла постановление "О правовой основе выборов органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления и обеспечении избирательных прав граждан". Государственная дума ставит перед исполнительными органами власти скромные, но невыполнимые с точки зрения права задачи, так как выборы субъектов федерации должны состояться на основе положений, принятых исполнительными органами власти. Очевидно, что только Государственная дума может ввести выборы в легитимное русло. Она просто обязана устранить правовой вакуум и принять постановление, коим утвердить Временное положение о выборах представительных органов государственной власти субъектов федерации (за исключением республик) и рекомендовать, как лучше их назвать. Здравый смысл подсказывает необходимость иметь, по крайней мере в краях и областях, единые по названию, структуре и полномочиям, представительные органы государственной власти, что будет соответствовать требованиям ст. 5 Конституции РФ.
Возможные возражения и ссылки на Конституцию, которая текстуально не предусматривает эти полномочия Государственной думы, лишены оснований, так как она призвана устранять пробелы далеко не идеального нашего законодательства. Можно подумать, что у мэрии Москвы больше прав, чем у Государственной думы! Какими соображениями можно объяснить разночтения п названии представительных органов государственной власти субъектов федерации: в Москве законодательный орган называется Городской думой, в Санкт-Петербурге — Городским собранием, в Ульяновской области — областным Законодательным собранием (состоящим к тому же из двух палат).
В Совет федерации согласно ст. 95 Конституции входят "по два представителя от каждого субъекта Российской Федерации: по одному от представительного и исполнительного органов государственной власти". Стало быть, в эту палату могут войти никем не избранные представители субъектов федерации. Борьба за власть зачастую выходит за разумные пределы. Сейчас достаточно много кандидатов в депутаты с номенклатурным мышлением претендуют на избрание не в один представительный орган государственной власти, а сразу в несколько. Поэтому по Временном положении обязательно следует особо оговорить, что одно и то же лицо не может являться депутатом двух или более представительных органов государственной власти, за исключением лиц, которые по должности будут входить в Совет федерации. В ближайшей перспективе Государственной думе, видимо, предстоит внести в Конституцию поправку в виде самостоятельной главы под названием "Избирательная система" либо принять конституционный закон "Избирательная система Российской Федерации". Из текста проекта Конституции почему-то "выпала" глава об избирательной системе. Видимо, у составителей проекта явно не хватило времени для качественной ее проработки.
Вне всякого сомнения гарантии подлинной свободы выборов должны создавать необходимые условия для беспрепятственного и эффективного использования гражданами своих избирательных прав, реализация которых в период радикальных реформ должна превратить выборы в подлинный акт народного суверенитета.


6. Правовые основы предвыборной агитации и роль Третейского информационного суда в обеспечении гарантий свободных выборов.

Предвыборная агитация — это деятельность граждан Российской Федерации, общественных объединений по созданию и распространению информации, имеющая целью побудить избирателей принять участие в голосовании за или против того или иного кандидата либо списка кандидатов.
Избирательная кампания 1993 г., к примеру, ярко продемонстрировала, насколько важен агитационный период, насколько тесно связаны результаты выборов с правовым регулированием этого процесса, а также с тактикой приведения агитационной кампании. Примечательной чертой прошедших выборов, организации предвыборной агитации было необыыныыакыиыыоыыпрывыывыы ыыгыыирывание деятельности средств массовой информации, кандидатов в депутаты, других участников избирательного процесса, связанной с предвыборной борьбой кандидатов за депутатские мандаты. В сущности, впервые предвыборная агитация была поставлена в рамки подробных правил, установленных государством. И это понятно. Если прежде при выборах в Советы, в том числе в Верховный Совет СССР и Верховный Совет РСФСР, все проблемы предвыборной агитации решались путем указаний ЦК КПСС и территориальных партийных комитетов, то ныне в условиях идеологического плюрализма их должен заменить правовой порядок, основанный на обязательной для всех системе юридических норм. Потребность в этом дала о себе знать уже на выборах Верховного Совета РСФСР 1990 г., еще сильнее она стала ощущаться после упразднения властных структур КПСС, а теперь существенно обострилась.
Разумеется, нормативно-правовое регулирование предвыборной агитации — не единственное средство, обеспечивающее эффективную организацию предвыборных идеологических боев. Многое зависит и от социальных, политических, нравственных факторов. Однако без правового регулирования не обойтись, оно является первичным условием нормально организованной агитационной кампании.
Некоторые основные правила предвыборной агитации были закреплены уже в Положениях о выборах. Здесь, в частности, устанавливалось, что граждане Российской Федерации, общественные объединения вправе беспрепятственно вести агитацию за или против кандидатов в депутаты. В этой агитации не допускается участие государственных органов и органов местного самоуправления. В Положениях определялся порядок проведения предвыборной агитации через средства массовой информации, а также путем выпуска агитационных печатных материалов.
Но эти правила далеко не исчерпывали всех правовых вопросов, связанных с предвыборной агитацией. Поэтому в целях обеспечения беспрепятственной агитации за и против кандидатов в депутаты Государственной Думы и Совета Федерации Президент Российской Федерации издал Указ «Об информационных гарантиях для участников избирательной кампании 1993 года». Утвержденное Указом Положение об информационных гарантиях предвыборной агитации детальным образом определило механизм и процедуру проведения предвыборной агитации через средства массовой информации, установило необходимые ограничения (недопустимость совмещения функций журналиста и кандидата в депутаты, верхние пределы времени вещания и т. д), закрепило принципы объективности и непредвзятости СМИ и журналистов при освещении избирательной кампании и основания для определения размера платы за предоставление эфирного времени вещания по договорам, наконец, учредило Третейский информационный суд.
В целях обеспечения избирательным объединениям и кандидатам в депутаты равных возможностей при проведении предвыборной агитации Центральная избирательная комиссия утвердила Положение о порядке использования средств массовой информации избирательными объединениями и кандидатами в депутаты при проведении агитации в ходе выборов в Федеральное Собрание Российской Федерации. Устанавливалось право каждого кандидата в депутаты на одно выступление по государственному телевидению и одно выступление по государственному радиовещанию, а также соответствующие обязанности телерадиокомпаний. Определялись порядок выделения эфирного времени, ответственность руководителей телерадиокомпаний за нарушение правил, устанавливаемых Положением. Кроме того, соответствующим периодическим изданиям вменялось в обязанность публиковать предвыборные агитационные материалы.
Все эти правовые акты действовали наряду с Законом РФ «О средствах массовой информации» от 27 декабря 1991 г. Это единственный закон, регулирующий информационные отношения, возникающие между кандидатом в депутаты, избирательным объединением, избирательными комиссиями и средствами массовой информации, на который ориентировались все субъекты избирательного процесса во время подготовки к выборам 1993 г. Но одного его было явно недостаточно. Представляя собой крупный и социально полезный акт, он все же не охватывает своим регулятивным воздействием многие новые отношения, возникающие в сфере деятельности средств массовой информации, особенно в период избирательной кампании. Он не был ориентирован на плюралистические выборы, на появление в избирательной кампании 1993 г. таких новых субъектов, как избирательные объединения, на специфические требования этой кампании (установить порядок распределения бесплатного и платного эфирного времени, порядок организации предвыборных дебатов, «круглых столов», определить права ведущих и тому подобное).
Других законов, регламентирующих сферу массовой информации, пока не существует. У нас, как известно, немало пробелов в законодательном регулировании этой сферы — нет, например, закона о телевидении. Выходом из этой ситуации и было принятие Указа Президента «Об информационных гарантиях для участников избирательной кампании 1993 года». Как показывает опыт, он послужил верным ориентиром для организации предвыборной агитации. Сегодня задача состоит в том, чтобы на основе обобщения этого нового правового опыта подготовить предложения о совершенствовании законодательства о предвыборной агитации, исходя из базового принципа последовательного обеспечения равных правовых условий и возможностей кандидатов на пользование средствами массовой информации в агитационной кампании. В Послании Президента Российской Федерации Федеральному Собранию «Об укреплении российской государственности (основные направления внутренней и внешней политики)» 1994 г. было прямо указано: «Важное направление законотворчества — порядок использования средств массовой информации как в ходе избирательных кампаний, так и в период между выборами. Здесь не обойтись без законодательного регулирования времени, отводимого телевидением и радиовещанием для ведения избирательных кампаний. В этом случае бесплатное предоставление эфира государственными средствами массовой информации должно стать одной из форм государственной поддержки многопартийности». Такая работа по подготовке соответствующих законодательных предложений ведется при участии Судебной палаты по информационным спорам при Президенте Российской Федерации.
Безусловно, правила участия средств массовой информации в избирательной кампании должны быть закреплены именно законом, не позволяющим ни финансовым, ни властным структурам диктовать свою волю, монополизировать информационное пространство и гарантирующим соблюдение прав и свобод граждан.
Учитывая опыт избирательной кампании 1993 г., можно предположить, что закон закрепит недопустимость злоупотребления свободой массовой информации, ущемления чеччичч ччччоччсччаччрччдчч,ччрччинения вреда нравственности населения, особенно молодого поколения, национальной безопасности, общественному порядку и стабильности в обществе; запретит скрытую политическую рекламу, недобросовестную политическую агитацию. Следует также законодательно обеспечить равное количество эфирного времени, бесплатно предоставляемого государственными телерадиокомпаниями каждому кандидату; установить более четкие ограничения на занятие профессиональной деятельностью для журналистов, являющихся кандидатами в депутаты; закрепить принципы объективности, непредвзятости и беспристрастности государственных телерадиокомпаний, других государственных средств массовой информации.
Кроме того, следует реализовать для негосударственных средств массовой информации следующий принцип: если они предоставили эфирное время (место на полосе) одному кандидату в депутаты, они обязаны предоставить его и другим кандидатам. В законе должны быть отражены: конкретные условия предоставления государственными телерадиокомпаниями эфирного времени за плату; контроль за соблюдением законодательства со стороны государственных структур; ответственность за несоблюдение законодательства (уголовную, административную, дисциплинарную); возможность отмены регистрации кандидатов и. признания выборов недействительными в случаях нарушения со стороны кандидатов правил предвыборной агитации. В системе организационных и правовых институтов, связанных с предвыборной агитацией, особое место занял Третейский информационный суд — совершенно новая для практики наших избирательных кампаний структура. Смысл его создания заключался в том, чтобы обеспечить на деле реальный доступ к средствам массовой информации (СМИ) участников избирательного процесса, организационно гарантировать равные возможности использования избирательными объединениями и кандидатами в депутаты радио, телевидения, периодических изданий.
В государствах с устоявшимися политическими традициями, стабильной и достаточно развитой правовой системой одни информационные споры решает суд, другие — различные советы с арбитражными функциями, комиссии по этике и тому подобные органы и общественные организации. У нас же и политические традиции не сложились, поскольку реформа политиччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччччче приспособлены к решению информационных споров. Споры эти особые, и поручать их обычным судам, учитывая недостаточную компетентность судей в этих вопросах, отсутствие опыта оперативного реагирования на проблемы, возникающие в ходе предвыборной агитации,— значило погубить дело.
Необходим был орган, способный рассматривать информационные споры оперативно, компетентно, независимо, занимать позицию примирения, умиротворения, не доводить дело до конфликта. Он был призван стать своеобразным арбитром в тех информационных спорах, которые могли бы увести с правильного пути избирательный марафон, явиться препятствием нормальному течению предвыборной агитации.
Предполагалось также, что Третейский информационный суд станет своеобразной отдушиной для Центральной избирательной комиссии, поскольку многие жалобы и заявления кандидатов в депутаты, касающиеся их прав на предвыборную агитацию, их непростых взаимоотношений со СМИ, должен рассматривать именно он.
За неполных два месяца Третейским информационным судом было рассмотрено 157 жалоб и обращений. Мы принимали к своему производству жалобы на деятельность телерадиокомпаний, редакций периодических печатных изданий, журналистов по их освещению избирательной кампании. Суд удовлетворил 41 жалобу. Можно выделить следующие группы обращений: жалобы и заявления о нарушении прав кандидатов в депутаты, избирательных объединений на бесплатныыыыыыыыыыныы ыыыыыплыыыыыыы ыылевидению и радио; жалобы на материалы, где имелись высказывания, наносившие ущерб чести и достоинству кандидатов в депутаты; жалобы от работников СМИ на попытки препятствовать их деятельности в связи с освещением избирательной кампании, на необоснованные претензии к ним местных властей. Кроме того, были случаи предпочтения и поддержки кандидатов в депутаты и избирательных объединений со стороны СМИ, государственных органов и некоторых должностных лиц, что не допускалось. Рассматривались дела о нарушении некоторыми СМИ запрета на публикацию результатов опросов общественного мнения, связанных с выборами, о допущенных СМИ накануне и в день проведения референдума нарушениях порядка его проведения. Были вынесены положительные решения и по многим другим обращениям в суд. Отсутствие специального органа для рассмотрения информационных споров могло бы основательно затруднить, если не сделать вообще невозможной, работу Центральной избирательной комиссии, существенно снизить демократичность выборов.
Основой и правовой базой тесного сотрудничества Центризбиркома и Третейского информационного суда явилось совпадение важнейших функций обоих этих органов: обеспечение соблюдения равных правовых условий предвыборной деятельности, предвыборной агитации через СМИ для всех избирательных объединений и кандидатов в депутаты.
В ряду оснований для образования Третейского информационного суда есть одно, быть может, самое глубинное, связанное с новым отношением государственных органов России к СМИ, к их роли в политической жизни страны вообще и в период избирательных кампаний в частности. Речь идет вот о чем. Общество все больше осознает, что СМИ являются реальной, а не метафорической четвертой властью (наряду с законодательной, исполнительной, судебной). Они могут использоваться — притом весьма успешно — не только для формирования общественного мнения, но и для манипулирования им, и в этом своем качестве оказывать решающее воздействие на политическую жизнь России.
Но если это так, то четвертая власть — как и три других — должна функционировать согласно закону, иметь специфические институты для решения возникающих в сфере информационной деятельности споров, структуры контроля, поддержки и тому подобное. И все это с учетом самой главной особенности четвертой власти — гласности, свободы. Ибо без свободы массовой информации граждане России не смогут реализовать свои информационные права, предусмотренные ст. 29 Конституции РФ, Без этой свободы не смогут эффективно действовать институты уосударственности России, не осуществится и возрождение демократического цивилизованного общества.
Обеспечить разумный баланс между свободой СМИ и их деятельностью в правовом и этическом русле — эта социальная проблема стала в настоящее время жизненно важной, и она, естественно, весьма обострилась в период избирательной кампании 1996 г. С одной стороны, необходимо способствовать открытости российского общества, его всесторонней информированности и в конечном счете подлинной демократизации, а с другой — не превращать свободу слова в информационную анархию, не допускать умаления нравственных и правовых начал жизни общества, не шельмовать огульно новые, порой выстраданные институты российской государственности. Вот те социальные ориентиры, в соответствии с которыми и должен сегодня плыть корабль .российских СМИ.
Избирательная кампания 1996 г. с особой остротой высветила эту проблему, важнейшую в ряду тех, что и породили Третейский информационный суд. Возникнув на принципиально новой правовой основе, Третейский информационный суд стаб особым институциональным гарантом соблюдения норм предвыборной агитации. Но почему он так назывался? Что мог сделать подобный орган, какова была его способность воздействовать на общественныыыотыоыеныы?ыТрыыейыкый ыыфыымыыионный суд возник на общественных началах. В его состав были включены девять человек, которые не участвовали ни в какой политической деятельности, были по роду своей деятельности независимы и профессионально компетентны. В отличие от обычных судов, в состав Третейского информационного суда входили творческие работники средств массовой информации, не связанные непосредственно с государственной службой, и юристы, также не имеющие к ней отношения.
Эта специфическая структура, образованная Президентом Российской Федерации, по многим характеристикам не являлась собственно третейским судом: судьи, хотя и выполняли свои обязанности «на общественных началах», были все же назначены Президентом, а не избирались сторонами для рассмотрения их споров. По своей природе этот орган был ближе к арбитражу. Но все же субъекты избирательной кампании могли добровольно переносить в Третейский информационный суд информационные споры, пользоваться профессиональными знаниями членов Суда. А главное — Третейский информационный суд был общественно-государственным образованием, опирался в своей деятельности не только на правовые, но и на этические нормы, стремился к примирению сторон, достижению решений, которые выполнялись бы добровольно.
И в самом деле, решения, разъяснения и рекомендации Третейского информационного суда, как правило, исполнялись. Трудно сказать, действовал ли тут авторитет самого Суда или оказывала влияние своеобразная информационная санкция (публичное оглашение неблаговидных поступков субъектов избирательной кампании), но акты Суда не оставались только на бумаге. В печати появлялись соответствующие сообщения, к решениям и рекомендациям Суда внимательно прислушивались те, к кому они были обращены.
Реальная возможность Третейского информационного суда оперативно отслеживать и устранять пробелы в законодательстве, которые неизбежно должны были возникать из-за того, что проведение предвыборной агитации с использованием средств массовой информации впервые регулировалось в законодательном порядке, реализовывалась не только путем разрешения конкретных споров, созданием своеобразных прецедентов, но также и путем дачи разъяснений. Ведь согласно Положению об информационных гарантиях предвыборной агитации Третейский информационный суд был вправе давать разъяснения по применению положений о выборах Государственной Думы и Совета Федерации (в части, касающейся осуществления предвыборной агитации с использованием СМИ), самого Положения об информационных гарантиях, а также издаваемых в соответствии с ними актах Центральной избирательной комиссии, министерств и ведомств.
Так, в процессе работы Третейского информационного суда возник вопрос об условиях применения ст. 5 Положения об информационных гарантиях предвыборной агитации, согласно которой кандидат, избирательное объединение не вправе приобретать для политической рекламы более 10% времени вещания, получаемого за плату. Суд определил, что применение этой нормы возможно лишь в том случае, если кандидату, избирательному объединению были предоставлены все возможности для приобретения времени вещанияяядяягяя яядяя яяеяявяяояяояяаяятации.
Положение об информационных гарантиях предвыборной агитации исходило из того, что помимо бесплатного времени вещания кандидат и избирательное объединение имеют право приобрести дополнительное время вещания за плату. Причем приобретение платного времени ограничивалось определенными рамками, установленными в ст. 5 Положения. Такое ограничение преследовало цель предупредить возможное неравенство в распределении времени вещания между участниками избирательной кампании, так как не все имели финансовые возможности для оплаты эфирного времени, хотя плата не должна была превышать фактически понесенных телерадиокомпанией затрат.
Другая проблема, которую пришлось решать Суду в ходе его работы, была связана с правом кандидата, участвовавшего в предвыборной агитации избирательного объединения, получить время вещания дляяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяельного объединения не может служить основанием для лишения кандидата права получить эфирное время для проведения собственной агитационной кампании.
Положение об информационных гарантиях предвыборной агитации впервые дало определение видов предвыборной агитации, в том числе и определение политической рекламы. Положение содержало также некоторые требования к политической рекламе. В этой связи перед Третейским информационным судом возник вопрос: что же следует понимать под скрытой политической рекламой? В своем решении Суд указал, что под этим следует понимать сообщения и материалы, являющиеся в соответствии с Положением политической рекламой, однако не обозначенные в качестве таковой либо распространяемые как информационный, редакционный или авторский материал.
Положение исходило из того, что Третейский информационный суд должен разрешать лишь наиболее сложные и принципиальныыыыпоыыыыыыыыиыыыыиыыы ыыыыыыыыыедения избирательной кампании. Для оперативного разрешения споров, носящих локальный характер, предусматривалась организация региональных советов по средствам массовой информации. Однако в большинстве регионов советы так и не были созданы (как по причине недостатка времени, так и в связи с непониманием важности задач данных органов), что, конечно же, сказалось на работе Суда, которому приходилось уделять немало времени решению местных конфликтов.
Третейский информационный суд за период своей двухмесячной деятельности получил ряд жалоб от журналистов на самоуправные, зачастую даже противоправные действия местных властей. Выяснилось, что местные власти зачастую грубо попирают или просто игнорируют нормы далекого пока от полноты и совершенства российского законодательства о средствах массовой информации. Чего стоит, например, закрытие Владивостокского предприятия Приморского коммерческого телевидения (ПКТВ) администрацией Приморского края? Накануне выборов в Федеральное Собрание в эфир ПКТВ вышли острые материалы об администрации края, что вызвало довольно болезненную реакцию с ее стороны. В итоге политическая «целесообразность», амбиции, активное неприятие критики возобладали над законностью.
На долю Третейского информационного суда выпало также решение вопросов о содержании предвыборной агитации, о границах допустимого в ней, о праве оценивать содержание речей и публикаций кандидатов в депутаты. Члены Суда были единогласны в том, что нельзя безучастно взирать, как раскручивается спираль взаимных оскорблений. Суд, обращаясь к избирательному праву и этике предвыборной агитации, старался поставить заслон негативной практике.
Специальное разъяснение Суд был вынужден дать по вопросам, связанным с обсуждением проекта новой российской Конституции. Толчок к такому разъяснению дал В. Ф. Шумейко, выступивший с известным заявлением, в котором согласие кандидата в депутаты баллотироваться в одну из палат парламента увязывалось с одобрением им положений проекта Конституции. Призывы же кандидатов голосовать против проекта, по мнению автора заявления, означали не больше и не меньше, как публичный отказ от участия в выборах.
Центризбирком, Третейский информационный суд были вынуждены совместно вмешаться, еще раз подтвердив неотъемлемое право кандидата в депутаты на агитацию как за проект Конституции, так и против него. При этом Суд подчеркнул, что «даже отрицание тех или иных положений Конституции должно иметь обоснованный характер и давать представление избирателям о конкретных предложениях кандидатов и избирательных объединений по содержанию проекта Конституции, не должно выходить за рамки предвыборной агитации».
В процессе работы перед Третейским информационным судом вставали вопросы, на которые не было ответов в действующем законодательстве. Вот один из таких вопросов: что следует понимать под СМИ, полностью или частично финансируемыми за счет государственных средств или средств органов местного самоуправления, в отношении которых в ст. 28 Положения о выборах депутатов Государственной Думы в 1993 году была установлена обязанность обеспечить кандидатам и избирательным объединениям равные возможности для ведения предвыборной агитации? Третейский информационный суд определил, что под ними следует понимать СМИ, производство, выпуск или распространение которых полностью или частично финансируется за счет средств соответствующих бюджетов.
Мнение Суда было достаточно авторитетным. Он редко прибегал к «оргмерам», другим средствам воздействия на тех, к кому обращал свои решения, рекомендации и разъяснения. Но если бы они понадобились, он мог воспользоваться достаточно широкими возможностями, которыми обладал в этой сфере. У Суда были такие средства воздействия на нарушителей правил предвыборной агитации как, например, право отстранять от работы журналистов, в том числе ведущих теле- и радиопрограмм, если они допускали грубые нарушения этических и правовых норм предвыборной агитации, избирательной кампании. Он также мог, установив факты злоупотреблений в действиях журналистов, должностных лиц, кандидатов в депутаты, передать материалы об этом в органы прокуратуры для уголовно-правовой оценки. Так, в частности, Суд и поступил, просмотрев телевизионное выступление В.В. Жириновского и некоторых других кандидатов 8 декабря 1993 г. по Санкт-Петербургскому телевидению.
Набор этих средств воздействия оказался вполне достаточен для того, чтобы Суд выполнял свои функции и активно влиял на избирательную кампанию. При этом он ни в коей мере не стремился стать своеобразным грозным информационным трибуналом. Наоборот, смягчать, амортизировать социальное напряжение избирательной кампании — только такую цель он и преследовал.
Во многих случаях удавалось улаживать споры, не доводя их до судебного заседания. И это было не пресловутое «телефонное право», а реализация возможностей, которыми в информационной сфере обладал новый орган. Только он один и мог, используя разные (порой неформальные) средства, оперативно, в два-три дня рассмотреть информационный спор, тогда как обычный суд в лучшем случае смог бы обсудить спорное дело тогда, когда избирательная кампания уже закончилась, а в худшем — вообще не смог бы его рассмотреть, так как сама специфика споров (распределение времени вещания, оценка содержания выступлений кандидатов, статей журналистов) требовала знаний не только юристов, но и журналистов. Правда, судейские функции давались журналистам нелегко. Некоторые из них, рассмотрев тот или иной спор, считали возможным затем опубликовать свой комментарий в газете уже как журналисты.
Разумеется, нельзя считать, что все свои возможности Суд использовал до конца, сделав все, что мог. Вряд ли стоит идеализировать его деятельность, тем более что в предвыборной агитации было немало недостатков, на которые Суд повлиять не смог.
Почти не проводились телерадиокомпаниями предвыборные дебаты и «круглые столы» с участием ведущих. Их заменили выступления одних и тех же кандидатов в депутаты, использующих платное эфирное время, предназначенное для избирательных объединений. Роль журналистов-ведущих, профессионально не подготовленных для участия в многопартийных выборах, оказалась приниженной.
Договоры телерадиокомпаний на предоставление платного эфирного времени не содержали условий проведения теледебатов, «круглых столов», иных условий передачи, не оговаривали роль ведущих, а ограничивались лишь вопросами стоимости платного эфирного времени.
Отдельные кандидаты в депутатыыыыыыыыывыыыупыыыиыыыыгрыыыыыыыыыыыиыыыыыыыыыыыыыыытыыыыыыыыыыыизбирательной кампании, иные правовые и этические нормы. Решения Суда в отношении некоторых кандидатов, чьи речи способствовали разжиганию национальной розни, провоцированию национальных конфликтов, или содержали огульную критику проекта Конституции, не были достаточно действенными. По-видимому, в будущих избирательных кампаниях такие факты должны получать оценку, которая бы затем обязательно учитывалась мандатной комиссией представительного органа, служила одним из оснований для отказа депутату в мандате.
Общий вывод, который следует сделать, опираясь на практику Третейского информационного суда, заключается в том, что природа информационных споров действительно имеет большую специфику и, возможно, вообще нуждается в специальных судебных органах, в специальном информационном судопроизводстве. Не случайно в тех странах, где сложились практика плюралистических выборов, демократический менталитет, имеются аналогичные органы под разными названиями (комиссии по этике, постоянные комитеты по телевидению и т.п.) и широко используются в избирательных кампаниях государственные и негосударственные СМИ.
Появление Третейского информационного суда многим могло показаться преждевременным нововведением. Но придет время, и те новеллы, что воспринимаются ныне как забегание вперед, станут нормой правовой жизни российского общества, войдут в устои демократического правового государства.
Как известно, 31 декабря 1993 г. на базе Третейского информационного суда с учетом, как сказано в соответствующем Указе Президента Российской Федерации, его конструктивной деятельности была образована Судебная палата по информационным спорам при Президенте Российской Федерации. Теперь это уже постоянно действующий федеральный государственный орган, чьи функции и полномочия по сравнению с Третейским информационным судом значительно расширены.
Судебная палата, хотя и не входит в судебную систему России, представляет собой государственный орган при Президенте Российской Федерации. Думаю, что такой ее статус вполне вписывается в новую политико-правовую ситуацию, сложившуюся после принятия новой Конституции.
Если для Третейского информационного суда одной из обязательных характеристик была независимость различных партий, избирательных объединений от государственных структур (что обеспечивалось и составом суда — его члены не принадлежали ни к каким партиям и политическим движениям), то для Судебной палаты одной из основных задач становится содействие Президенту Российской Федерации в обеспечении информационных прав граждан, свободы массовой информации. Но, конечно, при рассмотрении конкретных информационных споров Судебная палата независима, чье-либо вмешательство в ее деятельность не допускается. Эта важнейшая норма содержится в «Положении о Судебной палате».
Вообще надо осознать новую политико-правовую реальность в связи с тем, что Президент Российской Федерации является главой государства и гарантом конституционных прав и свобод, при нем создаются различные органы, складывается администрация в широком смысле слова. Процесс этот объективный: он знаменует собой становление и укрепление президентской власти и характерен именно для президентской (президентско-парламентской) республики.

7. Заключение
Организацию власти в нашей стране характеризует не только соответствующее распределение полномочий между Президентом, парламентом и Правительством, но и структура органов, обеспечивающих реальное осуществление полномочий Президента. Судебная палата — один из таких органов, обеспечивающих полномочия Президента в информационном пространстве России. Будущее покажет, насколько социально полезным окажется этот организационно-правовой опыт, имеющий важную и добрую цель — защищать свободу массовой информации, обеспечивать информационные права граждан, соблюдение этических и правовых норм журналистами.
Способы голосования и порядок определения результатов выборов находятся в пряяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяистемы выборов. В мировой практике известны две основные избирательные системы: мажоритарная и пропорциональная (система пропорционального представительства). При мажоритарной системе победившим на выборах считается кандидат, получивший относительное или абсолютное большинство голосов избирателей. В зависимости от того, как установлено законодательством, различают мажоритарную систему относительного большинства и мажоритарную систему абсолютного большинства. Для мажоритарной системы не принципиально, проводятся выборы по одномандатным или по многомандатным (двухмандатным) округам, пропорциональной же системе свойственны именно многомандатные (полиноминальные) округа (одним многомандатным округом может быть вся страна), где каждая партия (избирательное объединение), участвующая в выборах, получает число депутатских мандатов, пропорциональное числу полученных ею голосов избирателей. В нашей стране после ноября 1917 г. выборы проходили всегда по мажоритарной системе.
Принципиально новым на выборах в законодательный орган государственной власти России в 1993 г., к примеру, было применение смешанной системы: половина депутатов Государственной Думы — 225 человек —- избиралась по мажоритарной системе относительного большинства, другая половина — по пропорциональной системе, по общефедеральным спискам избирательных объединений, каждое из которых, набрав более 5% голосов избирателей, получало число депутатских мест, пропорциональное числу полученных голосов. Нельзя не отметить, что была использована пропорциональная система выборов со «связанными» списками, где избиратели, голосуя за то или иное избирательное объединение, не могли повлиять на сам список, на порядок расположения в нем имен кандидатов, не имели возможности и права вычеркивать в списке отдельных кандидатов.
Состоявшиеся в декабре 1993 г. выборы депутатов Государственной Думы положили начало новому этапу развития российской избирательной системы. Впервые за многие десятилетия выборы общенационального представительного органа России были проведены на многопартийной основе. Несмотря на чрезвычайные политические условия, в которых они проводились, можно утверждать, что это был поиск новых форм свободного волеизъявления населения. В то же время опыт декабрьских выборов при всей его уникальности нельзя идеализировать. Нормативная основа и практика проводившихся выборов требуют самого внимательного изучения и критического осмысления. На основе обобщения имеющегося опыта выборов 1993 г. возможна выработка модели избирательной системы, которая будет применяться в дальнейшем при выборах депутатов Государственной Думы как наиболее адекватная российским условиям. Вопрос об определении конкретных контуров избирательной системы является ключевым при разработке федерального закона о выборах депутатов Государственной Думы.
Проведение свободных выборов в соответствии с общепризнанными демократическими принципами избирательного права требует обеспечения достаточно высокого уровня правового регулирования всех избирательных институтов применительно к различным стадиям избирательного процесса. При проведении выборов в условиях однопартийной системы, как это происходило в дореформенный советский период, либо при выборах народных депутатов РСФСР в 1990 г., когда многопартийность еще находилась в эмбриональном состоянии, избирательное законодательство не было достаточно развитым. Предполагалось, что число правовых конфликтов при проведении выборов будет достаточно небольшим и все их можно будет легко решить в рамках централизованной государственной системы, опираясь на лаконичные нормы законов о выборах.
Выборы в 1993 г. имели принципиально иную нормативную основу. «Положение о выборах депутатов Государственной Думы в 1993 году» создало предпосылки для развития многих новых избирательных институтов и правовых процедур, позволяющих проводить выборы в условиях многопартийности. Однако это был только первый опыт правового регулирования свободных выборов. Многие нормы этого Положения только открыли шлюзы для стихийных потоков политической конкуренции, но ввиду своей декларативности были не в состоянии обеспечить четкий и определенный порядок участия в выборах для всех субъектов избирательного процесса. Задача нового законодательства о выборах заключается в достижении большей упорядоченности избирательного процесса. Естественно, что это новое качество правового регулирования не должно означать произвольное ограничение свободы партий, кандидатов и избирателей. Цель такого регулированияяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяльно обоснованного порядка формирования представительного органа государственной власти.


БИБЛИОГРАФИЯ :

Ст. 80 Конституции РФ. Москва, 1996 г.
Энтин Л.М. Политическая система современного капитализма. М.. 1983.
Постников А. Мажоритарная и пропорциональная избирательные системы: плюсы и минусы. — Народный депутат, 1993, № 12.
Государственное право буржуазных и развивающихся стран. М., 1989.
Советское государственное право. М.. 1985.
Перечень двухмандатных избирательных округов по выборам Совета федерации в 1993 г. — Росс. газ., 1993, 20 окт.
Схема одномандатных избирательных округов по выборам в Государственную Думу в 1993 г. — Росс. газ., 1993, 13 окт.
Залмикян Я. По числу партий мы впереди всей планеты. — Росс. газ., 1994, 25 мая.
Долгопятопа Е. Ю. Болдырев считает необходимым поставить власть под контроль общества. Санкт-Петербургские Ведомости, 1993,13нояб.
Мальцев Г., Экимоя А. Будет ли у нас настоящий парламент? — Народный депутат. 1992, № 7.
Положение о выборах в Санкт-Петербургское Городское собрание. — Санкт-Петербургские Ведомости, 1994,13 янв.
Викторов К. Корректность — не наше ремесло? — Санкт-Петербургские Ведомости, 1993, 17 нояб.
Бюллетень Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. 1993. № 4.
Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1994. П. 2. Ст. 75.



ОГЛАВЛЕНИЕ