ОГЛАВЛЕНИЕ

КОНФЛИКТЫ В ПРЕСТУПНЫХ ГРУППАХ
Криминалистическая характеристика преступных групп была бы неполной без объяснения особенностей межличностных отношений и конфликтов в преступных группах.
Выше уже отмечалось, что в соответствии со страто-метрической концепцией групповой активности отношения в преступной группе могут быть представлены в виде многоуровневых страт (слоев). Первый, глубинный слой отношений «ответственной зависимости» является основой для всех социально-психологических отношений в преступной группе. Другие слои межличностных отношений варьируются от непосредственных личных эмоциональных отношений до отношений, основанных на совместном совершении преступлений.
Следует иметь в виду, что межличностные отношения в преступной группе развиваются в обстановке противоборства двух видов сил. Одни направлены на интеграцию, объединение, вследствие чего и образуется собственно преступная группа и обеспечивается ее сплоченность и организованность, а другие — па дифференциацию единичных сил, на
49
разъединение, специализацию членов преступной группы. В результате действия всех этих сил появляется функциональная и психологическая структуры преступной группы.
В криминалистической характеристике преступной группы особенно интересны те межличностные отношения, которые приобретают конфликтный характер, что имеет большое значение для расследования групповых преступлений.
С точки зрения социальной психологии конфликт — это острое противоречивое взаимодействие сторон, обладающих несовместимыми целями, интересами или способами их достижения^.
Изучение уголовных дел о групповых преступлениях показывает, что в преступной группе нередко отмечаются конфликты, противоречия и напряженность в отношениях ее членов. Так как всякая преступная группа в процессе функционирования развивается и видоизменяется, то и конфликты в ней не остаются неизменными: они то затухают, сглаживаются, то обостряются и переходят в острые столкновения. Чаще всего конфликты возникают между: — лидером и всей группой; — лидером и оппозиционером; — старыми и новыми членами группы; — членами группы, решившими прекратить преступную деятельность, и всей группой;
— членами преступной группы, выполняющими разные функциональные роли при совершении преступлений;
— членами группы, стремящимися занять более высокое иерархическое положение в ее структуре;
— группой в целом и одним из ее членов, чем-либо скомпрометировавшим себя;
— отдельными членами группы на почве личных неприязненных отношений.
^ См.: Лефевр В. А., С мол ь я н Г. Л. Алгебра конфликта. М., 1968, с. 61: Артамонов И. И. Психологический анализ возможностей теории игр в следственной практике. — В сб.: Вопросы судебной психологии. Вып. 2. Минск, 1972, с. 19; Дулов А. В. Судебная психология. Минск, 1975, с. 100; Берг А. И., Бирюков Б. В. О кибернетических аспектах научно-технического прогресса. — В кн.'. Управление, информация, интеллект. М., 1976, с. 12: Баев О. Я. Конфликты в деятельности следователя. Воронеж, 1981, с. 29; Китов А. И. Психология управления. М, 1979, с. 177—198; и др.
Конфликты между лидером и всей группой, ее второстепенными членами возникают вследствие того, что «обычно в преступных группах нет равенства между членами. Преобладают эгоистические стремления одного или нескольких опытных лиц добиться определенного преимущества за счет других, царит атмосфера скрытого соперничества, психоли' гического подчинения, приспособленчества, нездоровой зависимости»^.
Поводом для конфликта может явиться недовольство рядовых членов группы малым размером выделяемой им доли преступной добычи по сравнению с тем риском, которому они, в отличне от лидера, себя подвергают при совершении преступлений, тогда как лидер забирает большую ее часть. Рядовые члены могут тяготиться своей постоянной зависимостью от лидера, не считающегося с их мнением при решении важных для деятельности группы вопросов. Зачастую лидер и приближенные к нему лица унижают, оскорбляют рядовых членов или угрожают им физической расправой в случае неподчинения.
Однако и над лидером постоянно тяготеет страх, что соучастники могут сообщить о его преступной деятельности в следственные органы и в случае разоблачения группы улучшить на следствии свое положение, смягчить возможное наказание, возложив всю вину за преступную деятельность группы на него, лидера.
Конфликты между лидером и так называемым «оппозиционером» возникают в результате того, что оппозиционер противопоставляет себя лидеру группы, другим ее членам, а в некоторых случаях — всей группе. Причины такой оппозиции могут быть различные: борьба за власть, стремление захватить лидерство, зависть, ревность, недовольство методами преступной деятельности других соучастников, неудовлетворенность собственным статусом в группе, а также выделяемой долей похищенного, наконец, несогласие с общей преступной «доктриной» группы^. Открытая или скрытая
65 Ратинов A. P., Лукашевич В. Г., Ратинов В. А. Личность в преступной группе, с. 138.
66 Васильев В. Л. Психологические и криминалистические аспекты расследования групповых хищений социалистической собственности. — В сб.: Вопросы совершенствования предварительного следствия. Вып. 3. Расследование хищений социалистического имущества. Л„ 1974, с. 38.
51
i
борьба между лидером и оппозиционером, if) затихая, то разгораясь с новой силой, может продолжаться в течение всего времени существования преступной группы.
Конфликты и противоречия^ в отношениях между старыми и новыми членами группы возникают вследствие недоверия старых членов к недавно вошедшим в преступную группу и еще не проверенным в деле. Недовольство старых членов могут вызывать взгляды новичков, какие-то особенности их поведения. Если преступная группа сформировалась по признаку прошлых преступных связей, то «ветераны» могут протестовать против отхода новых членов от прежних традиций и правил. Иногда они существенно расходятся во взглядах на методы преступной деятельности, принципы раздела похищенного (молодые обычно претендуют на раздел в равных долях, а старые члены пытаются ограничить их часть весьма скромными размерами) и др.
Когда новые члены вовлекались в преступную группу против своей воли, при этом такими методами, .как компрометация, шантаж, обман, насилие, создание трудностей в работе, запугивание, подкуп или служебная зависимость, то возникновение конфликтов в будущем неизбежно. Эти члены группы могут затаить чувство мести, желание при удобном случае отделаться от соучастников, найти пути выхода из группы, возможности сообщить о ее деятельности следственным органам и т. д.
Наиболее острые конфликты возникают между членами группы, решившими прекратить преступную деятельность, и всей группой. К таким людям члены преступной группы обычно относятся нетерпимо. В следственной практике известны случаи физических расправ над членами преступной группы, вышедшими из нее.
Конфликты могут быть между членами преступной группы, которые выполняют разные функциональные роли при совершении группового преступления. Имеются в виду, например, конфликты между непосредственными исполнителями преступления и сбытчиками похищенного. Причинами неприязни и трений являются различные проявления «нечестности» со стороны соучастников, реализующих, похищенное, несоразмерность риска, которому подвергают себя исполнители преступления, с получаемой долей преступного дохода. В любой социальной группе каждый член стремится утвердить себя и занять наиболее высокое иерархическое поло-52
жение. Поэтому между рядовыми членами преступной группы все время происходит борьба за то, чтобы приблизиться к лидеру группы, к ее руководящему ядру, активно участвовать в решении вопросов, касающихся преступной деятельности всей группы, в развлечениях, которые лидер устраивает для себя и приближенных.
Известны также конфликты между всей преступной группой и одним из ее членов, чем-либо скомпрометировавшим себя в глазах группы. В подобное положение может попасть даже лидер. Например, главный бухгалтер, организатор преступной группы, занимавшейся хищениями в одном из автохозяйств, раздавал своим соучастникам — директору автохозяйства, главному инженеру и заведующему мастерской — меньшие суммы похищенных денег, чем называл при разделе. Все соучастники были за это «обижены» и поэтому в период расследования преступной деятельности группы дали правдивые и изобличающие организатора преступлений показания.
Если себя компрометирует рядовой член группы, то он нередко попадает в положение изоляции, подвергается унижениям, издевательствам, побоям и даже порой изгоняется из группы.
В преступных группах, как и любых других объединениях людей для совместной деятельности, могут существовать конфликты, основанные на личных неприязненных отношениях. Степень эмоциональной близости членов преступных групп в значительной степени определяется криминалистическим типом группы. Вместе с развитием преступной группы эволюционируют и межличностные отношения. Поскольку преступные группы низкого типа организуются на основе взаимных симпатий и интересов, то между их участниками сохраняется определенная эмоциональная близость. В группах же высокого психологического развития эмоциональной близости между членами может и не быть, а отношения между ними основаны исключительно на совместной преступной деятельности.
Преступные группы низшего развития существуют, как правило, сравнительно короткое время; нормы группового поведения здесь еще только складываются. Поэтому в преступных объединениях этого типа конфликты возникают ча-
ще, другими словами, в формирующихся группах можно ожидать повышенной конфликтности^.
Как известно, большинство преступников объединяются в группы добровольно, и они воспринимают групповые нормы поведения как само собой разумеющееся, «В случаях, когда тот или иной соучастник преступления отклоняется от групповых стандартов и норм поведения, к нему принимаются меры воздействия. Ими могут быть порицание, осмеяние, изоляция от группы, те или иные ущемления при раздаче добытого преступным путем, а иногда и физическое наказание»^.
Таким образом, в межличностных отношениях членов преступных групп могут существовать определенные конфликты, что следует учитывать при расследовании групповых преступлений. Вместе с тем следует иметь в виду, что в обычной преступной группе открытый конфликт встречается сравнительно редко, и группа, как правило, действует достаточно сплоченно и организованно. Однако рассмотренные нами конфликты могут все же существовать в скрытом виде.
Здесь надо учитывать, что в социальной психологии различаются понятия «конфликтная ситуация» и «конфликт». Конфликтная ситуация может существовать длительное время, но пока нет открытых столкновений, пока разногласия не осознаются, то отсутствует и конфликт. Он появляется тогда, когда к существующей конфликтной ситуации добавляются активные действия одной из конфликтующих сторон — инцидент. Только при наличии конфликтной ситуации и инцидента можно вести речь о возникновении конфликта ^. Поэтому правильнее говорить о существовании в преступных группах конфликтных ситуаций, которые могут перерасти в конфликт между членами групп. Термин «конфликт в преступной группе» используется нами условно, только в учебных целях, чтобы раскрыть особенности взаимоотношений в группе, привлечь внимание к явлениям, разрушающим сплоченность и организованность преступной группы.
67 См.: Бородкин Ф. М., Коряк Н.М. ликт! Новосибирск, 1983, с. 96.
68 Джекебаев У. С.. В айсберг Л. нова Р. Н. Соучастие в преступлении, с. 54.
69 См.: Бородкин Ф. М., Коряк Н.М. ликт!, с. 18.
Внимание: конф-М., Суда-Внимание: конф-
Говоря о видах конфликтов в преступных группах, можно отметить, что внутри большинства преступных объединений существуют конфликтные ситуации, но они не всегда перерастают в конфликт, так как разногласия между членами группы какое-то время могут не осознаваться ими как конфликтные. Нередко преступная группа, развиваясь, преодолевает эту конфликтную ситуацию, происходит сближение норм поведения лиц, входящих в преступную группу, в результате конфликтная ситуация разрешается, а группа становится более сплоченной и организованной. Перерастание конфликтной ситуации в конфликт может привести к разрыву отношений между членами группы, к выходу отдельных членов из группы и даже ее расколу.
Возникший конфликт, как правило, имеет тенденцию к расширению, поскольку все члены преступной группы вынуждены определить свою позицию относительно конфликтующих сторон. После раскола или выхода отдельных членов из группы оставшиеся сплачиваются, отношения между ними укрепляются, и группа превращается в еще более организованное формирование.
Разоблачение группы и привлечение к ответственности ее членов резко усиливает силы, направленные на разъединение участников группы; конфликтная ситуация часто обостряется и переходит в конфликт. Этому способствует вся обстановка предварительного следствия, в процессе которого тщательно выясняется роль каждого соучастника в преступлении и ставится вопрос об индивидуальной ответственности. По данным Н. Г. Угрехелидзе, 75°/о осужденных за групповые преступления «разочаровались» в своих сообщниках (не переписываются, считают, что между ними нет ничего общего и т.д.). Соучастники, по их мнению, оказались «не на высоте» при выполнении «товарищеского долга», «подвели» в критический момент, «выдали» с целью облегчения своей участи и т. п."°
В связи с этим возникает важная в практическом отношении и сложная в теоретическом плане проблема использования противоречий и конфликтов между соучастниками при расследовании групповых преступлений. В криминалистической литературе по данной проблеме высказаны различные,
"о См.: Угрехелидзе Н. Г. Криминологическая характеристика соучастия в преступлении, с. 44.

нередко противоположные точки ' зрения, в то время как следственной практике нужны ясные и четкие рекомендации об использовании противоречий и конфликтов между соучастниками в целях эфффективного расследования групповых преступлений.
А. Р. Ратинов рекомендует при расследовании групповых преступлений применять тактику «разжигания конфликта» между соучастниками^'. Однако тактические приемы расследования, основанные на «разжигании конфликтов» или использовании противоречий в интересах соучастников, по-разному понимаются учеными в плане их законности и допустимости. Одни авторы полагают, что такие тактические приемы расследования допустимы, если конфликт между соучастниками существовал до начала расследования, но искусственно «разжигать конфликт» аморально^. Другие считают что неудачен сам термин «разжигание конфликта», который дает повод для критики, и предлагают говорить об использовании противоречий, конфликтных интересов соучастников". Существует и третье мнение, что «разжигание конфликта» между соучастниками преступлений является незаконным методом и не должно использоваться в следственной практике "*. Более того, С. Г. Любичев полагает, что следователь, применяющий подобные тактические приемы, «тем самым допускает воздействие на низменные чувства, использование отрицательных свойств личности и отрицательных эмоций для получения показаний во что бы то ни стало»^.
71 См.: Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. М., 1967, с. 161.
72 cm.: Криминалистика. Под ред. А. Н. Васильева. М., 1980, с, 310; Якушин С. Ю. Тактические приемы при расследовании преступлений. Казань, 1983, с. 66.
73 cm.: Горский Г. Ф., Кокарев Л. Д., Котов Д.П. Судебная этика. Воронеж, 1973, с. 106: Б елкин Р. С. Курс советской криминалистики. Т. III. Криминалистические средства, приемы и рекомендации. М., 1979, с.' 150; Карнеева Л. М. Пределы использования тактических приемов допроса, — В сб.: Тактические приемы допроса и пределы их использования. М., 1980, с. 5.
"* См.: Пантелеев И. Ошибочные рекомендации в теории уголовного процесса и криминалистике. — Соц. законность, 1974, № 7, с. 54—56; Селиванов Н. А. Этико-тактические вопросы расследования. — В сб.: Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 38. М.. 1983, с. 49—58.
75 Любичев С. Г. Этические основы следственной тактики. М.. 1980, с. 35. 56

Чтобы выяснить, какая же из указанных позиций является обоснованной, следует принять во внимание следующее. Как было показано выше, существующие в преступной группе конфликты носят объективный характер и не могут быть привнесены извне. В преступную группу извне может поступать только информация, которая воспринимается членами группы как инцидент. Для возбуждения конфликта в преступной группе в любом случае должна существовать конфликтная ситуация, возникающая вследствие определенных закономерностей развития преступных групп.
В период расследования группового преступления члены преступной группы могут обнаружить и осознать конфликт. Это возможно как с участием следователя, так и помимо его желания. Следователь, изучив преступную деятельность и структуру преступной группы, вникнув в особенности взаимоотношений ее членов, может получить объективную информацию, которая при передаче одному из соучастников будет восприниматься им как основание для пересмотра своих прежних отношений к другим членам преступной группы. В итоге конфликтная ситуация, возникшая в преступной группе еще до начала расследования, может перерасти в конфликт.
Следует отметить, ччо в процессе расследования такая передача информации незбежна, например, при предъявлении следователем доказательств в ходе допроса, ознакомлении соучастников с показаниями ранее допрошенных членов преступной группы, при проведении очных ставок между соучастниками и т. д. Таким образом, обострение конфликта, переход конфликтной ситуации в конфликт между соучастниками в период расследования также носит объективный характер и не зависит от следователя. Это означает, что конфликты между членами преступной группы даже не нужно специально «разжигать», их обострение в период предварительного следствия представляет собой объективную закономерность,
Поэтому, на наш взгляд, использование при расследовании конфликтов и противоречий, имеющихся в преступной группе, нельзя считать незаконным или не соответствующим нравственным требованиям. Если даже какой-то член преступной группы, участвующий в конфликте, на допросе у следователя или в суде из чувства мести станет давать правдивые показания о преступной деятельности группы или отдельных соучастников, то это не может служить причиной
57
для отказа бт тактических приемов расследованияя основанных на конфликтах и противоречиях между членами преступной группы.
Еще более сложная нравственная проблема возникает перед следователем тогда, когда в преступной группе к моменту расследования отсутствует конфликтная ситуация — все члены преступной группы поддерживают друг друга, между ними существует эмоциональная близость и приятельские отношения, а вся группа представляет собой сплоченное и организованное объединение. Сразу же укажем, что вызывать в преступной группе конфликты любой ценой было бы со стороны следователя незаконно и аморально.
Однако во время расследования следователь может узнать новые факты, которые компрометируют какого-либо члена преступной группы в глазах остальных. Следователь, передав компрометирующую информацию, стремится вызвать у соучастников не низменные чувства, а желание про-•извести переоценку ценностей, проанализировать действия и поступки сообщника с позиций нравственности, правосудия и требований закона. В этом случае независимо от следователя в отношениях бывших соучастников может появиться чувство мести. Но это — побочный результат, к которому следователь специально не стремился.
Представляется, что к тактическим приемам, основанным на использовании противоречий и обострении конфликтов между членами преступной группы, должно предъявляться одно непреложное требование — они могут быть основаны лишь на фактах, имевших место в жизни, но почему-то не ставших своевременно известными всей преступной группе.
Конфликты и противоречия между членами преступной группы могут возникать в период расследования на основании новых фактов в поведении соучастников, например, дачи одним из них правдивыы показаний о преступной деятельности группы в целом или ее ^каких-либо членов. И хотя на допросе обвиняемый признает свою вину и сообщает правдивые сведения чаще всего под давлением приводимых следователем веских доказательств, другие члены преступной группы нередко считают его «предателем», особенно если он первым дал правдивые показания по делу. На этой почве между признавшимися членами преступной группы и теми, кто не признает себя виновными и отказывается дать правдивые показания, может возникнуть конфликт.
^
В ходе осознания этого конфликта члены преступной группы вырабатывают к признавшемуся первым новое отношение, которое может быть направлено на приччнение ему вреда по низменным мотивам, например из чувства мести. Поэтому они нередко в свою очередь рассказывают о преступлениях лица, первым признавшимся на следствии, или даже оговаривают его в преступлениях, им не совершенных. В этом случае возникновение низменных мотивов дачи показаний не может быть поставлено в вину следователю, так как его деятельность не преследовала специальной цели — вызвать низменные чувства у обвиняемых. Тем более следователь не вправе отказываться от получения правдивых показаний какого-либо соучастника из-за боязни, что между членами преступной группы возникнут конфликтные отношения. .
Возникший конфликт в дальнейшем может быть разрешен, если члены преступной группы вслед за лицом, первым давшим правдивые показания, произведут переоценку ценностей, примут его позицию и в дальнейшем будут придерживаться новых для преступной группы норм поведения, основанных на признании своей вины, осуждении своего преступного прошлого, стяжательских устремлений и тунеядства, стремлений к легкой нетрудовой жизни и на желании с ним покончить. Если же этого не произойдет, то между признавшим свою вину и давшим правдивые показания членом преступной группы и непризнавшимися произойдет новый, еще более глубокий конфликт. Наличие этого конфликта между членами преступной группы необходимо учитывать при расследовании группового преступления, в частности при решении вопросов о содержании обвиняемых- под стражей, при конвоировании и отбытии наказания бывшими соуччстниками.
Таким образом, использование конфликтов между членами преступной группы для получения правдивых показаний на следствии является одним из условий эффективного расследования групповых преступлений. Более того, это — одна из общих закономерностей расследования названной категории преступлений.




ОГЛАВЛЕНИЕ