стр. 1
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

АКАДЕМИЯ МВД СССР
И. М. ГУТКИН
АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАДЕРЖАНИЯ
Учебное пособие
Москва • 1980
ПРЕДИСЛОВИЕ
Конституционные положения о социалистической законности как одном из основополагающих начал политической системы развитого социализма требуют, в частности, дальнейшего улучшения работы правоохранительных органов. Важная роль в решении этой задачи принадлежит советской науке права. Она призвана изучать практику правоохранительных органов, исследовать пути совер-шенствования их деятельности и повышения ее эффективности, содействовать развитию законодательства в соответствии с потребностями общества, опыта деятельности Советского государства.
В настоящей работе речь пойдет об актуальных вопросах уголовно-шроцессуального задержания. В советской юридической литературе этот институт подвергся обстоятельному рассмотрению. Но после принятия Конституции СССР 1977 г. возникла потребность вновь вернуться к проблемам теории и практики задержания. Объясняется это следующими обстоятельствами.
Задержание, являясь важным средством достижения задач уголовного судопроизводства, в то же время существенно затрагивает конституционное право гражданина на неприкосновенность личности. Поэтому возникает необходимость осмыслить в свете Конституции развитого социализма, насколько существующая система гарантий законности .и обоснованности Т1рименения задержания является достаточной и существуют ли возможности для ее совершенствования.
Кроме того, в 1976 г. было издано Положение о порядке кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления". Оно существенно развило правовое регулирование дан-
' Си. «Ведомости Верховного Совета СССР», 1976, №29, ст. 426. В дальнейшем этот законодательный акт будет именоваться кратко — Положение.
3
ного института и вызвало необходимость пересмотра некоторых положений о задержании, получивших распространение в литературе. Но до настоящего времени этот законодательный акт не привлек внимания исследователей.
В соответствии с требованиями Конституции СССР в стране осуществляется большая программа дальнейшего обновления советского законодательства. Одним из пунктов этой программы является внесение изменений и дополнений в уголов-но^процессуальное законодательство ^ Соответственно возникает шеобходимость в рассмотрении возможностей совершенствования законодательного регулирования отдельных институтов, в частности задержания.
По замыслу автора, настоящее пособие должно быть проблемным, В нем рассматриваются, главным образом, вопросы, на которые нет ответа в законе, которые по-разному решаются в УПК союзных республик или я'вляются дискуссионными среди научных и практических работников. Некоторые из этих вопросов рассматривались в литературе. Освещение их в пособии обусловлено развитием законодательства и наличием у автора своего понимания этих вопросов.
Цель пособия: дать читателю представление о проблемах, существующих в теории задержания и практике его применения, рассмотреть возможные пути их разрешения, побудить его к самостоятельному их осмыслению.
Указанные соображения предопределили содержание работы. При определении круга исследуемых в пособии вопросов мы стремились ограничить их теми, которые в свете Конституции СССР и Положения требуют иного освещения, чем это имело место до сих пор.
* См. «Ведомости Верховного Совета СССР», 1977, № 51, ст. 764.
Глава 1
СУЩНОСТЬ ЗАДЕРЖАНИЯ В СОВЕТСКОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ
1. Понятие и значение уголовно-процессуального задержания '
«...Понятие,—учит В. И, Ленин,—есть сущность предмета...»^. Выяснение 'понятия рассматриваемого предмета дает возможность раскрыть наиболее характерные, устойчивые признали этого предмета, отграничить его от других явлений, определить направление исследования. Поэтому «настоящую работу мы начинаем с анализа понятия «задержание», тем более, что в литературе оно формулируется по-разному и без учета развития законодательства о задержании «в 'последние годы.
Закон не содержит определения задержания. Однако 'на основе анализа уголов'но-процессуальных HQipiM, регулирующих производство данного действия, можно выделить основные признали задержания, дать его понятие, 0'но, по нашему мнению. должно включать в себя указание на процессуальную природу, содержание и цель, неотложный и кратковременный характер, отсутствие необходимости в санкции 'прокурора, органы, уполномоченные 'производить задержание, и законодательное регулирование его применения.
По своей юридической природе задержание — следственное действие^, предусмотренное уголовно-процессуальным за'коном. Оно осуществляется в процессуальной форме и подчинено достижению зада'ч советского уголовного судопроизводства.
Задержание в уголовном процессе представляет 'собой лишение задержанного овободы, содержание его под стражей. Это вытекает из ст. 32 Основ уголовного 'судопроизводства Союза
' Термин «задержание» употребляется в различных отраслях законодательства, отсюда и существующие виды задержания, отличающиеся по своей юридической природе, содержанию и другим признакам. Задержание, предусмотренное нормами административного права, Законом СССР <0 прокурорском надзоре в СССР», именуется административным; задержание, применяемое в уголовном процессе, является уголовно-процессуальным. В последующем оно будет именоваться кратко — задержание. * В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, с. 253.
" Понятию «следственные действия» мы придаем широкое значение. К ним мы относим не только те, посредством которых происходит собирание доказательств, но и другие, совершаемые во йремя предварительного расследования, в том числе задержание.
ССР и союзных республик* (ст. 122 УПК РСФСР) ^ где указывается, что прокурор 'по 'получении извещения о произведенном задержании обязан дать санкцию на заключение под стражу либо освободить задержанного. Вопрос об освобождении задержанного возникает в данном случае потому, что задержание представляет собой разновидность лишения свободы. Режим содержания задержанных под стражей в предназначенных для этого местах определяется Положением ^
Одной из особенностей задержания лица, подозреваемого в преступлении, как указывалось в литературе, являетсяято, что оно осуществляется без санкции прокурора. Это исключение из ст. 54 Конституции СССР, согласно которой, «никто не может быть подвергнут аресту иначе как на основании судебного решения или с санкции прокурора». Указанное исключение объясняется тем, что задержание по своей природе относится к действиям неотложного характера, их совершение не может заранее планироваться. Из текста ст. 32 Основ следует, что задержание должно производиться 'в тех случаях, когда потребность в нем возникает внезапно: лицо застигнуто на месте совершения преступления, очевидцы пря'мо указывают на лицо, совершившее преступление, и т. д.
Неотложный характер задержания не позволяет заранее получить 'санкцию на лишение свободы лица, подозреваемого в преступлении. Иначе говоря, задержание 'не может быть подчинено требованиям ст. 54 Конституции СССР о санкционировании ареста прокурором. TaiKoe исключение является объективно необходимым, продиктовано интересами борьбы с преступлениями.
Однако если 'необходимость заключения под стражу лица, подозреваемого в преступлении, возникает не внезапно, а вытекает из хода расследования, у органов дознания и предварительного следствия имеется возможность заранее получить у прокурора 'санкцию, то применение в подобных случаях задержания будет незаконным. Здесь заключение под стражу должно применяться в 'порядке избрания 'меры пресечения на основании санкционированного 'прокурором постановления.
* В дальнейшем — Основы.
' Здесь и далее имеются в виду соответствующие статьи УПК других союзных республик, если иное специально не оговорено.
* См. «Ведомости Верховного Совета СССР», 1976, № 29, ст.. 426. Понимание задержания как разновидности лишения свободы позволяет правильно разрешить ряд вопросов уголовно-процессуального характера. Так, согласно ст. 34 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик содержание под стражей при расследовании преступления не может продолжаться более двух месяцев. Поэтому при исчислении срока содержания под стражей следует учитывать не только время содержания под стражей в связи с применением к лицу меры пресечения, но и время, в течение которого это лицо подвергалось задержанию.
Задержание, так же ка'к и арест, подчинено действию 'конституционного института неприкосновенности личности, призванного оградить граждан от 'произвольных арестов.
Закон, предусматривая применение в уголовном процессе задержания, устанавливает ряд гарантий, которые призваны предотвратить необоснованное задержание, своевременно исправить ошибку (если она была допущена), обеспечить охрану прав и законных интересов задержанного. К ним следует отнести законодательное определение оснований и порядка задержания, правовое урегулирование режима содержания задержанных в предназначенных для этого местах и порядка освобождения их из-под стражи, наделение задержанного 'необходимыми процессуальными и 'другими правами, наличие ведомственного контроля и 'прокурорского надзора за законностью задержания и др.
Подробная правовая регламентация задержания в советском праве предназначена ограничить его применение пределами необходимости, обеспечить законность и обоснованность даиного следственного действия и тем самым создать надлежащие гарантии охраны в уголовном процессе конституционного права гражданина на неприкосновенность личности.
С учетом изложенного необходимо в общих положениях уго-ловно-'процессуального законодательства отразить связь между гарантиями законности задержания и действием конституционного института неприкосновенности личности. Желательно дополнить ст. 6 Основ, а также соответствующие статьи УПК РСФСР и других союзных республик, .посвященные неприкосновенности личности, частью второй следующего содержания: «В неотложных случаях кратковременное задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления, допускается не иначе ка'к на осно-• ваниях и в порядке, предусмотренных законом».
Задержание представляет собой кратковременное ли.шение свободы. На этот признак прямо указывается в Положении, которое называет задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления, .кратковременным. Последнее обстоятельство подчеркивается и тем, что срок задержания исчисляется часами: оно не может превышать 72 часов.
Кратковременный характер задержания обусловлен применением этой меры без санкции прокурора. Но как только задержание произошло, на него распространяется общее требование закона. Орган, задержавший лицо, подозреваемое !b преступлении, обязан обратиться к прокурору за санкцией, если имеется необходимость в дальнейшем содержании задержанного под стражей. Поэтому задержание не может длиться более того времени, которое необходимо для извещения прокурора о задержании и разрешении им вопроса о даче санкции на арест подозреваемого.
Задержание применяется исключительно к лицам, подозреваемым в преступлении^. Для применения задержания недостаточно голословного предположения о причастности лица к совершению преступления. Подозрение должно быть основано на фактических данных, указанных в затоне. При этом имеется в виду не вообще подозрение в преступлении, а подозрение в конкретном преступлении. К другим лицам, в частности к обвиняемому, задержание, предусмотренное ст. 32 Основ (ст. 122 УПК РСФСР), применяться не может.
Долгое 'время в действующем законодательстве и в ряде специальных работ .при определении задержания не указывалась его цель^ Между тем ее уяснение имеет важное значение для раскрытия сущности и определения пределов применения задержания.
В настоящее время этот пробел в законодательстве восполнен. Согласно ст. 1 Положения задержание допускается «в целях выяснения причастности задержанного к преступлению и разрешения вопроса о 'применении к задержанному меры пресечения в виде заключения под стражу». Эти цели взаимосвязаны. Выяснение причастности задержанного "к преступлению — не самоцель, а предпосылка разрешения вопроса о применении указанной меры пресечения.
В принципе, не обязательно, чтобы решению такого вопроса всегда предшествовало задержание. Потребность в нем возникает тогда, когда имеется необходимость в 'предварительном заключении заподозренного под стражу, а немедленное применение этой меры пресечения по тем или иным причинам невозможно. Поэтому приходится прибегнуть к другой форме изоляции подозреваемого — к его задержанию, с тем чтобы решить вопрос о мере пресечения. Это — конечная цель задержания.
Вместе с тем можно выделить и 'непосредственные цели задержания, хотя о них в законе прямо не говорится.
Закон исходит из того, что до разрешения 'вопроса о применении предварительного заключения в качестве меры пресечения задержание как бы заменяет его, обеспечивает временное достижение целей этой меры пресечения в стадии предваритель-
" Правильно указывает В. М Савицкий: «Из того, что задержанию может быть подвергнуто только то лицо, которое подозревается в совершении преступления, вытекает принципиальный взгляд на задержание как на процессуальную меру принудительного характера. Именно поэтому условна, порядок и надзор за задержанием граждан нашли свою регламентацию в уголовно-процессуальном законе» (и. М. Савицкий. Прокурорский надзор за дознанием и предварительным следствием. М., 1959, с. 221).
" См. К. Д- Шатало. Уголовно-процессуальный характер задержания как неотложного следственного действия.—«Правоведение», 1963, № 4, с. 118; уголовный процесс. Учебник. Под ред. М. А. Чельцова. М., 1&69, с. 195; Советский уголовный процесс. Учебник. Под ред. М. И. Баранова и Ю. М. Гро-шевого. Киев, 1978, с. 203.
него расследования. В данной стадии их цели совпадают. Подозреваемый лишается возможности скрыться от дознания и следствия, воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу и заниматься преступной деятельностью. Это и есть непосредственные цели задержания^.
Разграничение конечной и непосредственной целей задержания имеет практическое значение. Возможны ситуации, когда достижение непосредственной цели задержания делает ненужным применение к задержанному предварительного заключения, поскольку в результате задержания отпали обстоятельства, вызывающие потребность в этой 'мере пресечения.
Непосредственная цель задержания достигается путем помещения подозреваемого в места содержания задержанных и поддержания там необходимого режима, влияет на содержание режима. Конечная цель требует большего. Ее достижение нередко связано с принятием мер к выяснению фактических данных, без которых невозможно разрешение вопроса о применении к задержанному меры пресечения.
В юридической литературе задержание связывается и с другими целями: «а) создать условия для быстрейшего расследования дела; б) собрать необходимые доказательства по делу;
ц) обеспечить возмещение материального ущерба, причиненного в результате совершенного преступления,
г) обеспечить установление объективной истины по делу» ^. Такое определение целей задержания сопряжено с неоправданно широким применением этой меры на практике и поэтому является неприемлемым. Так, если признать, что целью задержания является создание условий для быстрейшего расследования дела или обеспечения установления объективной истины, то это даст возможность применить задержание к любому лицу, по-* дозренаемому в совершении иреоупленин. Да и по существу неправильно усматривать непосредственную цель задержания в обеспечении установления
^ Мнение о том, что задержание применяется <в целях пресечения . попыток скрыться от следствия или воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу» (Уголовный процесс. Учебник. Под ред. Н. С. Алексеева, В. 3. Лукашевича, П. С. Элькинд. М„ 1972, с. 282), не совсем точно. Здесь применение задержания ограничивается случаями, когда лицо, подозреваемое в преступлении, пыталось совершить действия, пресечение которых достигается с помощью задержания. Между тем согласно ст. 33 Основ мера пресечения, а следовательно и задержание, может применяться не только тогда, когда указанное лицо предпринимает попытки скрыться или воспрепятствовать установлению истины, но и тогда, когда еще таких попыток нет, но есть основание полагать, что оно может их предпринять. Иначе говоря, задержание применяется не только для пресечения, но и для предупреждения совершения лицом, подозреваемым в преступлении, действий, затрудняющих расследование преступления. Так, если лицо застигнуто на месте совершения тяжкого преступления, то это само по себе, даже если оно не пыталось скрыться с места совершения преступления, может быть досчаточным для его задержания, ибо тяжесть грозящею наказания за совершенное им преступление может побудить его уклониться от дознания или предварительного следствия
В УПК РСФСР 1923 г. прямо указывалось, что задержание — «мера предупреждения уклонения подозреваемого от следствия...» (ст. 100).
^ К. Д. Шатало. Уголовно-процессуальный характер задержания как неотложного следственного действия.—-«Правоведение», 1963, № 4, с. 118.
объективной истины Цель выражает специфику данного института. Между тем на обеспечение установления объективной истины направлен любой процессуальный институт и уголовный процесс в целом Поэтому нет оснований рассматривать обеспечение установления объективной истины как непосредственную цель задержания
Задержание лица, подозреваемого в преступлении, может содействовать ускорению уголовного процесса Но лицо, подозреваемое в совершении преступления, задерживается не для ускорения производства по делу, а потому. что подозреваемый может скрыться, помешать собиранию доказательств, продолжить преступную деятельность
Вызывает возражение и определение цели задержания как воспрепят-ствование уклонению лица, подозреваемого в преступлении, от суда ", обеспечение личной безопасности подозреваемого от возможной расправы со стороны потерпевших и их родственников или иных лиц, удовлетворение чувства общественной справедливости потерпевших и других советских граждан ^ Суду предастся не лицо, подозреваемое в преступлении, а обвиняемый. Станет ли подозреваемый обвиняемым и будет ли он предан суду, не всегда известно к моменту задержания. Поэтому нет оснований связывать его задержание с воспрепятствованием ему возможности уклониться от суда.
Не может применяться задержание и для обеспечения личной безопасности подозреваемого, ибо для этого не требуется подвергать его тем право-ограничениям, которые присущи задержанию Что же касается такой цели, как удовлетворение чувства общественной справедливости, то она не отличается достаточной определенностью и неизбежно привела бы к неоправданно широкому лишению свободы граждан, подозреваемых в преступлении Да и сама формулировка цели процессуального действия неприемлема. Каждое процессуальное действие носит служебный характер, подчинено достижению задач советского уголовного судопроизводства Поэтому целью процессуального действия всегда должно быть достижение конкретного процессуального результата, обусловленного потребностями судопроизводства
Задержание как процессуальное действие присуще только одной стадии уголовного процесса — предварительному расследованию Соответственно правом задержания в уголовном процессе пользуются органы дознания и следователь т. е. те, кто* осуществляет предварительное расследование.
Право задержания принадлежит начальнику следственного отдела, когда он производит предварительное следствие, и прокурору при осуществлении надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия.
Непременным признаком задержания является правовая регламентация. Закон определяет сущность, основания и порядок задержания лица, подозреваемого в преступлении, порядок его содержания под стражей, а также основания и порядок освобождения задержанного Нормы, регулирующие задержание, содержатся в Основах, Положении и УПК союзных республик.
С учетом изложенного можно дать следующее определение рассматриваемого понятия: задержание — регламентируемое
" См, например, В. Г. Кочетков. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Автореферат кандидатской диссертации М, 1965, с. 7, Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Казахской ССР. Алма-Ата 1969, с 225.
" См Е. М. Клюков. Мера процессуального принуждения Казань, 1974, с. 22.
10
законом неотложное следственное действие, которое заключается в кратковременном (исчисляемом часами) лишении свободы и применяется органами дознания и предварительного следствия без санкции прокурора к лицу, подозреваемому в преступлении, в целях выяснения причастности задержанного к преступлению и разрешения вопроса о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу.
Значение задержания лица, подозреваемого в преступлении, в уголовном судопроизводстве заключается в том, что оно, с одной стороны, обеспечивает возможность привлечения этого лица к уголовной ответственности, если будет доказана его виновность, а с другой — содействует установлению и закреплению доказательств по горячим следам преступления.
Закон требует, чтобы лицо, совершившее преступление, было обнаружено, привлечено к уголовной ответственности и понесло справедливое наказание. Если же это лицо скроется от следствия и суда, то производство по уголовному делу не может быть закончено, выполнение задач уголовного судопроизводства по конкретному делу станет невозможным.
Задержание, лишая подозреваемого возможности скрыться, создает необходимый резерв времени для разрешения вопроса о применении к нему меры пресечения, обеспечивает условия для последующего привлечения его к уголовной ответственности, если для этого будут собраны достаточные доказательства.
Значение задержания определяется и его опосредствованным влиянием на процесс доказывания. С задержанием связан ряд неотложных следственных действий, посредством которых происходит собирание доказательств. Так, при задержании лица, подозреваемого в преступлении, появляется возможность произвести личный обыск этого лица в целях обнаружения и изъятия предметов и документов, могущих иметь доказательственное значение (похищенные предметы, орудия совершения преступления и т. д.), произвести осмотр одежды для обнаружения следов преступления, подвергнуть задержанного освидетельствованию и т. д Задержание лица, подозреваемого в преступлении) позволяет произвести очную ставку между ним и потерпевшим, свидетелем или другим подозреваемым, произвести предъявление подозреваемого для опознания Разумеется, если подозреваемый скроется или, оставаясь на свободе, получит возможность уничтожить следы преступления, то совершение указанных действий фактически станет невозможным или окажется безрезультатным.
Задержание лица, подозреваемого в преступлении, имеет важное значение и для установления его личности, особенно тогда, когда подозреваемый не имеет документов, постоянного местожительства и определенных занятий.
Отмечая связь, существующую между задержанием и совершением ряда следственных действий, следует подчеркнуть, что
^ ' II
задержание производится не потому, что нужно допросить подозреваемого, произвести с его участием очную стайку или иные действия по собиранию доказательств, ибо для производства этих действий не требуется обязателыного задержания подозреваемого. Последнее, как уже отмечалось ранее, предпринимается исключительно в случаях, когда есть основания полагать, что лицо, подозреваемое в преступлении, может скрыться, продолжать совершение престунных действий или воспрепятствовать установлению истины, и нужно лишить его возможности совершить эти действия.
Наконец, значение задержания определяется и тем, что оно, лишая подозреваемого возможности продолжать совершение преступных действий, тем самым служит предупреждению новых преступлений. Все это овидетельствует о важности своевременного задержания лиц, подозреваемых в преступлении, в случаях, когда для этого есть основания.
2. Юридическая природа уголовно-процессуального задержания и смежные правовые институты
Выяснение сущности задержания предполагает раскрытие его юридической природы, т. е. предусмотренного законом назначения этого действия в уголовном судопроизводстве.
По своей юридической природе задержание — это следственное действие стадии предварительного расследования. Его специфика заключается в том, что оно является процессуальным средством предупреждения совершения лицом, подозреваемым в преступлении, действий, препятствующих достижению задач уголовного судопроизводства, если есть достаточные основания опасаться таких действий ^.
В связи с рассматриваемой проблемой следует остановиться на возможности применения задержания в качестве одного из способов собирания доказательств
В ст. 29 Основ задержание отнесено к группе неотложных следственных действий (осмотр, обыск, выемка и др.), которые совершаются для установления и закрепления следов преступления. Это дало основание некоторым а-вторам рассматривать его ка'к разновидность способов собирания доказательств ^.
Действительно, задержание, как отмечалось ранее, оказывает положительное влияние, содействует установлению и закреплению доказательств по горячим следам преступлений. Однако из этого не следует, что оно представляет собой самостоятельный способ собирания доказательств.
" См Е. М. Клюков. Мера процессуального принуждения Казань, 1974. " См., например, С. А. Шейфер. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессу М„ 1972, с. 44.
Доказательства, получаемые при производстве следственного действия, являются результатом этого действия, его «продукцией» ^ Задержание как кратковременное лишение свободы не обладает какой-либо системой познавательных приемов и операций, предназначенных и приспособленных для выявления и закрепления в деле доказательств Из этого следует, что задержание не может быть использовано для непосредственного собирания доказательств и не может относиться к следственным действиям этого рода ^.
Следовательно, задержание не обладает свойствами тех следственных действий, которые используются в уголовном процессе для собирания доказательств. Поэтому выявление и закрепление следов преступления не может быть непосредственной целью задержания.
Было бы желательным внести в ст. 29 Основ изменения, призванные более правильно отразить в законе роль задержания в деятельности органа дознания на первоначальном этапе расследования преступлений, по которым обязательно предварительное следствие.
В качестве одного из вариантов такого изменения можно рекомендовать исключить из общего перечня неотложных следственных действий, перечисленных в ч. 1 ст. 29 Осной, задержание и допрос подозреваемого, закончить перечень точкой с запятой и затем дополнить указанием- «При необходимости — задержание и допрос подозреваемого»
" См Теория доказательств в советском уголовном процессе, гл VI, § 1, 2 Отв ред Н В Жогин, изд 2-е М, 1973
^ С А Шейфер обосновывает доказательственное значение задержания, его познавательную роль тем, что оно выступает »не только как мера, направленная на ограничение свободы подозреваемого, ко и как средство установления тех обстоятельств, которые служат основанием для лишения свободы, т е факта поиздки лица на месте преступления, прямых указаний очевидцев на подозреваемого как на лицо, совершившее преступление, наличия на подозреваемом явных следов преступления и т д » (Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе М, 1972, с 44). Представляется, что эти рассуждения являются результатом смешения задержания с поимкой и доставлением лица, подозреваемого в преступлении, в органы милиции Поимка, доставление — это еще не уголовно-процессуальное задержание Те обстоятельства, которые выявляются при поимке лица, застигнутого на месте преступления, при его доставлении в милицию, устанавливаются путем получения информации из письменных или запротоколированных объяснений очевидцев преступления, тех, кто его доставлял в дежурную часть органа внутренних дел, и т д Только после получения информации об обстоятельствах, образующих основания подочревять лицо в совершении преступления, возникает вопрос о его задержании Значит, указанные обстоятельства устанавливаются до задержания и потому оно не может быть средством их установления Ссылка на них в протоколе задержания имеет своим назначением не удостоверить их существование, а обосновать необходимость задержания, показать, что для этого имеются основания Подробнее о различии задержания н доставления будет сказано далее,
Следующий вопрос, который не привлекал внимания исследователей, связан с выяснением влияния деятельности по исполнению задержания на его юридическую природу.
В процессуальной литературе задержание рассматривается как однородное действие, производство которого исчерпывается уголовно-шроцессуальной деятельностью и уголовно-процес-суальвыми правоотношениями. В действительности это не так. Задержание складывается из двух видов деятельности: уголов-но^процессуальной и административно-правовой.
Уголовно-процессуальная часть задержания включает в себя составление протокола задержания и объявление его задержанному, обращение протокола задержания к исполнению, сообщение прокурору о задержании, уведомление семьи о задержании.
Однако уголовно-процессуальпая деятельность не исчерпывается указанными действиями. Исполнение ряда правил режима в местах содержания задержанных зависиг от усмотрения следователя или лица, производящего дознание, в производстве которого находятся материалы о задержании. Так, требуется их разрешение на свидание задержанного с родственниками, их указание о раздельном содержании лиц, задержанных по подозрению в совершении одного и того же преступления, и по некоторым другим вопросам. Эта деятельность следователя (лица, производящего дрзнание) осуществляется в рамках расследования преступления, подчинена достижению задач уголовного судопроизводства по конкретному делу и потому носит процессуально-правовой характер. Здесь процессуальная и административная деятельность переплетаются между собой.
Процессуальный характер присущ вынесению лицом, произ' водящим дознание, следователем или прокурором постановления об освобождении задержанного из-под стражи и некоторым другим действиям, совершаемым при задержании.
Административно-правовая часть задержания складывается из деятельности администрации по обеспечению режима в местах содержания задержанных. Она включает в себя: прием в изолятор для временного содержания задержанных и заключенных под стражу лиц (И В С) и раздельное размещение их по камерам, осуществление надлежащей охраны ИВС, производство личного обыска, а при необходимости дактилоскопирование я фотографирование задержанных, досмотр их вещей и другие действия, предусмотренные Положением.
Применение задержания опосредствуется не только уголов-но-лроцессуальными, но и административными правоотношениями, а также некоторыми другими видами правоотношений, которые возникают при реализации задержанным своих прав.
Обе части задержания неразрывно связаны между собой. Если процессу альная деятельность и процессуально-правовые отношения при задержании обеспечивают заключение задер-
14
жанного под стражу, то административно-правовая деятельность и соответствующие ей правоотношения — содержание задержанного под стражей в условиях режима, необходимого для достижения целей рассматриваемого действия, т. е. исполнение задержания. Без исполнения задержания нет задержания как уголовно-процессуального института. Поэтому исполнение задержания является неотрывной частью данного института.
Сказанное означает, что задержание является выражением единства двух видов деятельности — уголовно-шроцессуальной и административночправовой. Это положение имеет принципиальное значение для правового регулирования задержания, для определения системы гарантий неприкосновенности личности при производстве данного действия, для организации внутриведомственного контроля за законностью задержания. Единство уголовночпроцеосуальной и административно-правовой сторон задержания требует, чтобы законодательное регулирование обеих частей этого института осуществлялось в раюках единого законодательного акта.
Задержание существенно затрагивает конституционное право гражданина на неприкосновенность личности. В этой связи важное значение приобретает система гарантий законности и обоснованности задержания. В процессуальной литературе речь идет о процессуальных гарантиях неприкосновенности личности, призванных оградить гражданина от незаконного лишения свободы. Но если задержание включает в себя и исполнительную часть, то его правовое регулирование должно предусматривать гарантии охраны прав задержанного применительно и к этой части рассматриваемого действия.
Кроме того, при рассмотрении правового положения задержанного следует различать его процессуальные права и обязанности как подозреваемого, а также его права и обязанности, которые он приобретает в связи с пребыванием под стражей.
Двуединая структура задержания требует, чтобы упра'влен-ческая деятельность по обеспечению законности этого действия касалась не только процессуальной, но и исполнительной его части.
Возникает вопрос, в каком соотношении находятся уголовно-процеосуальная и административно-правовая виды деятельности при задержании и как оно влияет на юридическую природу анализируемого института.
Задержание как одно из cpeдc^в расследования преступлений обусловлено потребностями уголовного судопроизводства и имеет процессуальные цели. Оно предусмотрено уголовно-про-цессуальным законодательством, которое определяет его сущ-
16
ность, условия, порядок и пределы применения. Все это указывает на уголонно-прсщессуальную природу данного института ^.
Деятельность по исполнению задержания, которая по преимуществу носит административно-правовой характер, является составной частью задержания, подчинена его процессуальному назначению. Она возникает и прекращается на основании процессуального решения, ограничена процессуальными требова* ниями, предъявляемыми законом к применению этого института, преследует процессуальные цели.
Сущность задержания как процессуального средства заключается в кратковременном лишении свободы лица, подозреваемого в преступлении. Во время исполнения задержания происходит реализация его процессуальной сущности, обеспечивается достижение процессуальных целей. Поэтому исполнительная часть задержания не меняет процессуальной природы этого института.
Выяснение соотношений между процессуальной и административно-правовой частями института задержания имеет и практическое значение. То обстоятельство, чти исполнительная часть задержания обусловлена процессуальным назначением данного института, позволяет сделать вывод, что в местах содержания задержанных могут устанавливаться лишь такие ограничения, которые вытекают из необходимости достижения процессуальных целей задержания и обеспечения порядка в этих местах.
Специально следует остановиться на отграничении кратковременного задержания от смежных правовых институтов.
В литературе доставление в милицию лица, подозреваемого в преступлении, иногда рассматривается как составная часть задержания '*. Но такая позиция не основана на законе и не отражает юридической сущности этих действий.
Доставление правонарушителя в милицию во многих случаях осуществляется лицами младшего начальствующего и рядового состава милиции, ко-
^ Нельзя согласиться с утверждением, что задержание «вытекает из опе ративно-розыскных функций органов дознания...» (/7. Af. Дады^ое^ /7. П. Якм Аоа. Применение мер процессуального принуждения по Основам уголовного су^опроизнидства Союза ССР н союзных республик. Свердловск, 196!, с. 58).
Подобное утверждение означает, что эадержание может применяться только тем органом, который занимается оперативно-розыскной деятельностью, что необходимость задержания диктуется применением оперативно-розыскных мер для обнаружения лица, совершившего преступления, а обнаружение последнего должно повлечь обязательное его эадержание. В действительности это не так. Задержание, являясь процессуальным действием, со' вершается как органом дознания, так и следователем', оно применяется как по делам, где использовались оперативно-розыскные меры, так и по делам, где они не применялись. Задержание лица, подозреваемого в преступлении, вовсе не обязательно связано с розыском этого лица. Например, для задержания лица, застигнутого при совершении преступления, не требуется производить розыскных мер. Применение задержания вызывается не фактом обнаружения лица, совершившего преступление, а возможностью совершения им действий, затрудняющих производство по уголовному делу.
" См., например, С. П. Декешко, f. Л. Мдмыбмжо. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Минск, 1969, с. 95.
16
торые не пользуются правом производства следственных действий. Значит, 'доставление ими этого лица не может носить уголовно-процессуального характера, являться следственным действием. Равным образом такое доставление нс может рассматриваться как процессуальное действие и тогда, когда оно осуществляется лицами среднего и старшего начальствующего состава милиции при выполнении обязанностей по охране общественного порядка. В обоих случаях, несмотря на то, что в милицию доставляются лица, подозреваемые в преступлении, задержание носит адмянистративно-правовоА харак' тер. Данное обстоятельство объясняется тем, что доставление в этих случаях вытекает из функции охраны общественного порядка, возложенной на милицию, связано с обязанностью работников милиции пресечь в процессе несения службы любое посягательство на общественный порядок, независимо от того, имело ли место административное или уголовное правонарушение.
Кроме того, здесь еще нет уголовно-процессуальной деятельности и по* этому доставление правонарушителя в милицию не может отождествляться с задержанием — следственным действием.
Доставление в милицию лица, подозреваемого в преступлешщ создает предпосылки для разрешения вопроса о его задержании в соответствии со
ст. 122 УПК РСФСР.
В Уставе патрульно-постовой службы советской милиции предусматривается, что при наличии одного из указанных в ст. 122 УПК РСФСР оснований наряды вправе доставлять в милицию лиц, подозреваемых в совершении преступлений. Вопрос о применении к ним задержания как процессуального действия решается уполномоченными на то лицами после доставлеидя этих лиц в милицию.
Правовой основой разграничения Доставления и кратковременного задер* жания служат ст. 7 Указа Президиума Верховного Совета СССР от & июня 1973 г. «Об основных обязанностях и правах советской милиции по охране общественного порядка и борьбе с преступностью» " и ст. 3 Положения. Из текста этих статей следует: а) доставление — одно из средств пресечения правонарушений: б) оно предшествует задержанию, которое начинается после того, как лицо доставлено в милицию; в) оно не включается в срок задержания.
Таким образом, доставление в милицию правонарушителя, осуществляемое работниками милиции при несении службы, носит административно-правовой характер независимо от того, что совершил доставленный: административное правонарушение или преступление *.
Доставлевие приобретает процессуальный характер, является составной частью процессуального задержания, когда оно осуществляется следователем или лицом, производящим дознание, в связи с находящимися в их производстве уголовными делами. Здесь доставление является проявлением их процессуальных полномочий.
Доставление может рассматриваться как начало задержания, предусмотренного ст. 122 У ПК РСФСР, и тогда, когда оно осуществляется органом дознания в соответствии с поручением следователя о задержании, которое оя дает по находящемуся в его производстде уголовному делу.
Доставление преступника в милицию может производиться дружинниками, потерпевшими я иными гражданами. Оно также не образует процессуального задержания, предусмотренного ст. 32 Основ уголовного судопроизводства (ст. 122 У ПК РСФСР). Правомерность этих действий определена не процессуальным законодательством, а Указом Президиума Верховного Сове-
" «Ведомости Верховного Совета СССР*. 1973, № 24, ст. 309. * См. об этом В. Л. Лодслю^мым. Задержание по советскому уголовно-процессуальному законодательству.—«Советское государство и право*, 1968, № 12: Л. Л4. ДааылЭоб, Л. Л. Якылоа. Применение дер процессуального принуждения по Основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Свердловск, 1961, с. 58', Л. Л. У^аылеа. Институт подозреваемого в советском уголовном законодательстве. Автореферат каядщдатской диссертации. М., 1968, с. 10.
2 3м. 163 . &7
та СССР от 20 мая 1974 г. «Об основных обязанностях и правах добровольных народных дружин по охране общественного порядка*" и вытекает из права граждан на необходимую оборону от преступных посягательств.
При исполнении своих обязанностей дружинник вправе в случае необхо* димости доставлять в штаб дружины, милицию, в ближайший сельский или поселковый Совет граждан, нарушающих общественный порядок.
Действия граждан по доставлению преступников в милицию являются одной из форм участия общественности в предотвращении и пресечении преступлений. Но эти действия также не носят уголовно-процессуального характера.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. «Об усилении ответственности за хулиганство» ^ предусмотрено, что «действия граждан, направленные на пресечение преступных посягательств и задержание преступника, являются в соответствии с законодательством Союза ССР и союзных республик правомерными и нс влекут уголовной или иной ответственности, даже если этими действиями вынужденно был причинен вред преступнику*.
Разъясняя это положение, Верховный Суд СССР обратил внимание на то, что «действия граждан по задержанию преступника, в целях пресечения его преступного посягательства или предпринятые непосредственно после посягательства для доставления преступника в соответствующие органы власти, должны рассматриваться судами как совершенные в состоянии необходимой обороны* ^.
Очевидно, что о задержании и доставлении преступника дружинниками и гражданами говорится нс в смысле краткосрочного ареста — следственного действия, предусмотренного ст. 122 У ПК РСФСР, а в смысле поимки преступника и передачи ею органам власти как мере пресечения правонарушения и обеспечения условий для привлечения правонарушителя к ответственности.
От задержания как следственного действия следует отличать задержание административно-правового характера. Закон подразделяет задержание административно-правового характера на следующие виды:
1. Задержание граждан, совершивших мелкое хулиганство, для рассмотрения в установленные законом сроки материалов на них начальником милиции или народным судьей.
Согласно ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 г. материалы о мелком хулиганстве рассматриваются начальником милиции в течение суток: народным судьей — в течение суток по поступлении их в суд.
2. Задержание в милиции на срок до трех часов лиц, совершивших административные правонарушения, в целях пресечения нарушений, когда исчер' паны другие меры воздействия, а также для установления личности нарушителя и составления протокола о правонарушении.
3. Содержание с санкции прокурора в приемниках-распределителях лиц, задержанных за бродяжничество и попрошайничество, в течение срока, необ* ходимого для установления личности, решения вопроса об их трудоустройстве, определения в дома-интернаты для престарелых и инвалидов или установления над ними опеки, либо для привлечения их к ответственности согласно закону, но не свыше 30 суток; при отсутствии приемников-распределн-
" См. «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1974, № 22, ст. 326. " «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1966, № 30, ст. 595. " Постановление Пленума Верховного Суда СССР № II от 4 декабря 1969 г. «О практике применения судами законодательства о необходимой обо-роне*.—«Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924_ 1977*, ч. 2. М.. 1978, С. 74. ' '
телей в городе или районе такие липа с санкции прокурора содержатся в ИВС не свыше 10 суток ^.
Кроме того, административное задержание предусмотрено Положением об охране Государственной границы СССР, где указывается, что в пределах пограничной зоны (полосы) или административных районов, прилегающих к государственной границе, пограничные войска имеют право «задерживать и передавать соответствующим органам для привлечения к ответственности лиц, нарушающих правила пограничного режима. Задержание указанных лиц для выяснения обстоятельств совершенных ими правонарушений может производиться на срок до трех суток с сообщением прокурору, а если они не имеют документов, удостоверяющих личность,—на срок до 10 суток с санкции прокурора (п. «г* ст. 31)^.
В данном случае речь идет об административном задержании, производимом пограничными войсками по поводу нарушении правил пограничного режима, которое может быть как административным правонарушением, так и преступлением (ст. 197 У К РСФСР). Здесь задержание является не только мерой пресечения правонарушения, но и мерой, необходимой для выяснения обстоятельств правом рушения и передачи задержанного соответствующим органам в целях привлечения его к административной или уголовной ответственности.
Самостоятельный вид задержания предусмотрен Основами исправительно-трудового законодательства Союза ССР и союзных республик. Согласно ч. 4 ст. 39' указанных Основ при уклонении осужденного от получения предписания и выезде к месту работы, невыезде в установленный срок или неявке к месту работы он задерживается органом внутренних дел с санкции прокурора на срок не более чем на 30 суток для установления причин нарушения порядка самостоятельного следования к месту работы. Орган внутренних дел направляет задержанного к месту работы в порядке, установленном для лиц, осужденных к лишению свободы, либо при наличии данных об уклонении от исполнения приговора передает материалы в суд по месту задержания осужденного для решения вопроса о направлении его в места лишения свободы в соответствии с приговором ^.
Кроме того, в ч. 6 ст. 39^ Основ исправительно-трудового законодательства предусмотрено, что условно осужденный или условно освобожденный, самовольно выехавший за пределы административного района по месту его работы, задерживается органом внутренних дел с санкции прокурора на срок не более чем на 30 суток для установления причин самовольного выезда. Орган внутренних дел направляет задержанного к месту работы в порядке, установленном для лиц, осужденных к лишению свободы, либо при наличии данных об уклонении от исполнения приговора передает материалы в суд по месту задержания осужденного для решения вопроса о направлении его в места лишения свободы в соответствии с приговором ".
Различие между указанными случаями задержания ааключается в том. что в (-г. 39* Основ исправительно-трудового законодательства речь идет об
" Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июня 1973 г. «Об основных обязанностях и правах советской милиции по охране общественного порядка и борьбе с преступностью*. «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1973, № 24, ст. 309.
" «Ведомости Верховного Совета СССР», 1972, №6, ст. 52. * См. «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1977, № 7, ст. 118. Впервые эта норма была установлена постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1972 г. «О внесении изменений и дополнений в постановление Президиума Верховного Совета СССР «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 12 июня 1970 года «Об условном осуждении к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду» («Ведомости Верховного Совета СССР*, 1972, № 22, ст. 177). " Си. «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1977, № 7, ст. 118.
условно осужденных, которые уклоняются от прибытия к месту обязательной работы, а в ст. 39' этих Основ речь идет об условно осужденных, а также условно освобожденных, которые прибыли к месту обязательной работы, но затем самовольно выехали за пределы административного района их местр работы.
Отиосительно юридической природы этого вида задержания в литерату ре существуют различные мнения "
Представляется, что здесь мы имеем дело с разновидностью административно-правового задержания
Целью данного вида задержания является установление причин уклонения условно осужденного и условно освобожденного от обязательных рабог и обеспечение направления их к месту отбытия наказания Задержание в пс* добных случаях является средством достижения указанных целей
3. Законодательство о задержании
Задержание как мера процессуального принуждения существенно затрагивает права лица, на которое оно распространяется, ограничивает его свободу. Поэтому очень важно, чтобы во' просы, овязанные с применением задержания при расследовании преступлений, были правильно и единообразно разрешены на всей территории СССР, во всех УПК союзных республик.
Основы 1958 г., сформулировав гласные положения, определяющие порядок задержания в советском уголовном процессе, тем самым создали предпосылки для единообразного решения этих вопросов на всей территории СССР
Нормы, регламентирующие задержание, содержатся в ст. 32 Основ, согласно которой «орган дознания или следователь вправе задержать лицо, подозреваемое в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, только при наличии одного из следующих оснований:
1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения;
2) когда очевидцы, в том числе и потерпевшие, прямо укажут на данное лицо, как на совершившее преступление:
3) когда на подозреваемом или на его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.
При наличии иных данных, дающих основания подозревать лицо в совершении преступления, оно может быть задержано лишь в том случае, если это лицо покушалось на побег или когда оно не имеет постоянного места жительства, или когда не установлена личность подозреваемого.
Лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, имеет право обжаловать действия лица, производящего дознание, следователя или прокурора, давать объяснения и заявлять ходатайства.
О всяком случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, орган дознания или следователь обязаны
м См. Л. Сергею. Уголовно-продессуальное задержание.— «Социалистжче-сня законность*, 1975, №11, с. 64', Д.М. ^орнуков. Меры процессуального прикуждеядя в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978, с. 87.
20
составить протокол с указанием оснований и мотивов задержания и в течение двадцати четырех часов сделать об этом сооб' щение прокурору. В течение сорока восьми часов с момента получения извещения о произведенном задержании прокурор обязан дать санкцию на заключение под стражу либо освободить задержанного* ^.
Уголовно-шроцессуальные кодексы союзных республик, воспроизводя ст. 32 Основ, вместе с тем дополняют и конкретизируют ряд имеющихся в ней норм. Так, УПК Литовской ССР (ст. 137) и УПК Узбекской ССР (ст. 103) содержат категорическое указание, что срок задержания не может превышать 72 часов; УПК Азербайджанской (ст. 121), Туркменской (ст. 132) и Литовской (ст. 137) союзных республик конкретизируют данные, которые должны быть в протоколе задержания, и т. д.
Основы 1958 г. и изданные в соответствии с ний1И УП^ союзных республик значительно усовершенствовали правовую регламентацию задержания лиц, подозреваемых в преступлении, и по сравнению с ранее действовавшим законодательством содержат ряд новых положений. Это нашло свое выражение в:
а) выделении уголовно-процессуальными кодексами всех союзных республик задержания как самостоятельного уголовно-процессуального института; б) уточнении оснований задержания; в) требовании наличия мотивов задержания; г) ограничении применения задержания только случаями, когда лицо подозревается в преступлении, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы;
д) наделении правом задержания не толыко органов дознания, но и следователей;
е) требовании составления протокола задержания; ж) усилении 'правовых гарантий законности и обоснованности задержания.
13 июля 1976 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР было утверждено Положение о порядке кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, которое вступило в силу с 1 января 1977 г. ^
Издание Положения вызвано тем, что Основы и УПК союзных республик предусматривали лишь условия правомерности задержания (кто полномочен задерживать, к кому оно может применяться, продолжительность и процеосуальное оформление задержания и т. д.). Что же касается самого порядка содержания задержанного под стражей (места содержания задержанных, режим содержания в этих местах, npaiBOBOe положение задержанных и т. д.), то он законодательно не был определен.
" «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1959, № 1, ст 15 " «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1976, № 29, ст. 426.
Недостаточно был урегулирован в законодательстве и ряд других вопросов, таких, например, как начальный момент исчисления срока задержания, основания и порядок освобождения задержанных. Это отрицательно сказывалось на единообразном применении рассматриваемого института, правовом положении задержанных, порождало на практике ошибки.
Положение развило предуомотренные Основами нормы о задержании и восполнило пробелы, имевшиеся в правовом регулировании рассматриваемого института. Впервые в законодательном порядке были определены цели задержания и порядок содержания задержанных под стражей, а также порядок содержания лиц, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, в местах для задержанных.
Положение установило ряд новых процессуальных норм, направленных на усиление гарантий охраны прав граждан. Оно предусматривает: право задержанного требовать проверки прокурором правомерности задержания; уведомление семьи о за-держаищи; предоставление свидания задержанным; порядок направления жалоб и заявлений задержанных и др.
Законодательно определено правовое положение задержанных, их права и обязанности, усилены гарантии осуществления этих прав.
Вместе с тем Положение развивает отдельные нормы о задержании, содержавшиеся в общесоюзном и республиканском уголовно-шроцессуальном законодательстве. Оно детализирует содержание протокола задержания, определяет момент, с которого должно исчисляться задержание, разграничивает основания задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, и основания помещения этого лица в места содержания задержанных и т. д. Проводится различие между доставлением и задержанием.
Положение призвано обеспечивать соблюдение прав граждан и способствовать укреплению законности при осуществлении кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления. На основе Положения внесены некоторые дополнения и изменения в УПК союзных республик
Так, УПК РСФСР дополнен ст. 122^ предусматривающей, что порядок кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, определяется упомянутым Положением.
Сделано дополнение к ст. 96' УПК РСФСР: если в места содержания задержанных на срок до трех суток помещаются лица, к которым применена мера пресечения в виде заключе* ния под стражу, то на них распространяются правила, установ' ленные данным Положением.

Уточнены также требования, предъявляемые к протоколу задержания ^.
Какова же юридическая природа Положения, может ли оно быть отнесено к уголовночпроцеосуальному законодательству?
Положение — это законодательный акт. Однако относительно его юридической природы существуют различные мнения, что нашло свое отражение и в законодательной практике союзных республик. В одних реопу бликах воспроизвели Положение в виде самостоятельной главы уголовно-процессуального кодекса (см., например, гл. 37 УПК. Литовской ССР), тем самым признав, что все нормы Положения носят уголовночпроцеосуальный характер, являются составной частью уголовно-ироцессуального права, имеют овоим предметом регулирование порядка произ" водст^ва по уголовным делам.
В других союзных республиках, например в РСФСР, Положение не включено в УПК. Последний дополнен нормой, указывающей, что порядок кратковременного задержания лид, подозреваемых в совершении преступления, определяется Положением (ст. 122').
Вместе с тем в ст. 122 УП^ Р^СФСР внесены изменения, связанные с воспроизведением ч. 1 ст. 3 Положения, регулирующей составление протокола задержания.
Для понимания своеобразия рассматриваемого законодательного акта следует обратить внимание на специфику уголовно-процессуального задержания.
Применение задержания в отличие от производства многих других процессуальных действий не исчерпывается процеосу-альной деятельностью следователя (лица, производящего дознание). При задержании, ка'к отмечалось ранее, она перерастает в исполнительно-распорядительную деятельность администрации места содержания задержанных по обеспечению режима содержания их под стражей, а иногда эти два вида деятель' ности переплетаются. Последнее обстоятельство обусловлено, с одной стороны, интересами обеспечения порядка в этих местах, предотвращения отрицательного влияния особо опасных рецидивистов на других задержанных и т. д., с другой — процессуальными интересами (воспрепятствовать оговору лиц, задержанных в связи с совершением одного и того же преступления, не дать им возможности помешать установлению истины).
Или, например, подозреваемый как участник процесса наделен процессуальными правами, но он содержится под стражей. Соответственно их осуществление в ряде случаев опосредство-ванно организационной деятельностью администрации мест содержания задержанных. Так, согласно ст. 10 Положения задержанный вправе требовать проверки прокурором правомерности задержания. Реализация этого права связана с обязанностью
м Сы. «Вддомости Верховвого Совета РСФСР*, 1977, f& 1, ст. 3.
администрации места содержания задержанных немедленно сообщить прокурору о заявленном ходатайстве.
Тесная связь уголоано-лроцессуальной и административной деятельности при применении задержания получила отражение в Положении. Данный законодательный акт носит комплексный характер, в нем Содержатся нормы разных отраслей права". Та.к, ст. 2 (Основания задержания), ст. 3 (Протокол задержания), ст. 4 (Сообщение прокурору о задержании), ст. 5 (Уведомление семьи о задержании) и другие имеют уголовночпро-цессуальное содержание; ст. 11 (Материально-бытовое обеспечение и медицинское обслуживание задержанных), ст. 14 (Материальная ответственность задержанных), ст. 15 (Обеспечение порядка в местах содержания задержанных. Меры безопасности) и другие — административно-правовое содержание. Статьяя9 (Режим в местах содержания задержанных), ст. 10 (Права и обязанности задержанных), ст. 12 (Предоставление свиданий задержанныы) и другие по своему содержанию являются смешанными; ст. 7 (Правовое положение задержанных) носит государственно-правовой характер.
С учетом изложенного мы полагаем, что Положение следует помещать в приложении к угол ов но ^процессуальному кодексу, а в самом кодексе наряду с изложением процессуальных норм о задержании указать, что порядок кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, опреде* ляется Положением.
Заслуживает внимания вопрос о месте норм, регулирующих задержание, в системе уголовно-лроцессуального законодательства.
В УПК союзныы республик указанные нормы находятся в главе, посвященной дознанию. Аналогичное положение имело место и в ранее действовавших УПК. РСФСР, Белорусской ССР и Азербайджанской ССР. Тогда это можно было объяснить тем, что в законодательстве применение задержания связывалось только с деятельностью органа дознания. Основы 1958 г. наделили правом задержания лица, подозреваемого в преступлении, и следователя. Поэтому в настоящее время нет оснований включать нормы, регулирующие задержание и допрос подозреваемого, в главу о дознании.
Куда, к какой группе процессуальных действий следует отнести задержание?
" Согласдо п. «ж*, ст. 7 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8 июня 1973 г. «Об основных обязанностях и правах советскоА милиции по охране общественного поряяка я борьбе с преступностью* («Ведомости Верховного Совета СССР*, 1973, № 24, ст. 309) милиция вправе задерживать и содержать под стражей в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством лиц, подозреваемых в совершении преступлений. Но после издания Положения эта норма нуждается в уточнении, ибо регулирование задерЭканна не исчерпывается нормами уголоано-процессуального законодательства.
Наиболее близко оно примыкает к предварительному заключению рак ' мере пресечения. В литературе, главным образом, внимание фиксируется на отличии задержания от названной меры пресечения. В этой связи указыыается на следующие рг?" личия: ^жМ*
1. Задержание предшествует избранию меры пресеччния, но не применяется вместо нее.
2. Задержание применяется только при производстве дознания и предварительного следствия и носит кратковременный характер.
Мера пресечения может избираться не только во время дознания и предварительного следствия, но и в суде. Будучи избрана в стадии предварительного расследования, она сохраняет свою силу, продолжает действовать и в период нахождения дела в суде, до вступления приговора в законную силу.
3. Задержание может применяться только к лицу, подозреваемому в совершении престулления, в то времяякак меры пресечения, по общему правилу, применяются к обвиняемому и лишь в виде исключения к подозреваемому.
4. Процессуальный порядок задержания иной, чем избрания мер пресечения.
5. Меры пресечения могут применяться и для обеспечения исполнения приговора. Задержание, поскольку оно распространяется на лиц, подозреваемых в совершении преступления, таких целей преследовать не может.
Отмеченные различия носят видовой характер и не устраняют родственности рассматриваемых институтов. По своей сущности эти действия однородны. Задержание и предварительное заключение как мера пресечения призваны предупредить в стадии предварительного расследования совершение лицами, к которым они применены, одних и тех же действий: уклониться от дознания и следствия, помешать установлению истины, продолжать преступную деятельность. Видимо, поэтому в Основах 1958 г. статьяяо задержании (ст. 32) привязала не к дознанию, а расположена ряяом со статьями, предусматривающими применение мер пресечения.
В УПК большинства союзных республик выделена глава, целиком посвяяенная мерам пресечения. Представляется, что с учетом тесной связи и однородного характера задержания и предварительного заключения, как меры пресечения, было бы правильно включить нормы о задержании в эту главу и озаглавить ее — «Меры предупреждения уклонения обвиняемого (подозреваемого) от следствия и суда*.
В обоснование сделанного вывода следует сослаться еще на одно обстоятельство — цель задержания. Согласно ст. 1 Положения она заключается в выяснении причастности задержанного к преступлению и разрешения вопроса о применении к задер-
Глава II
жавному меры пресечения в виде заключенияяпод стражу. Цель задержания указывает на тесную связь этих институтов.
Правовое регулирование задержания включает в себя осуществление прокурорского надзора за законностью задержания. По этому вопросу в Положении имеется ряя норм, предусматривающих- необходимость реагирования прокурора на сообщение органа дознания или следователя о произведенном ими задержании (ст. 4); дачу санкции на содержание в исключительных случаях в камерах, где находятся несовершеннолетние, взрослых (ст. 9); проверку прокурором по требованию задержанного правомерности задержания (ст. 10); обязанность прокурора при установлении незаконности задержания немедленно освободить задержанного (ст. 16) и общее указание об осуществлении прокурорского надзора за соблюдением законности в местах содержания задержанных (ст. 18).
Закон СССР «О Прокуратуре СССР* повышает значение прокурорского надзора за законностью задержания. Впервые в нем прямо связываются задачи прокурорского надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия с требованием обеспечить, чтобы задержание граждан по подозрению в совершении преступлений производилось не иначе, как в порядке и по основаниям, установленным законом (ст. 28).
Предусмотрено пра'во прокурора поручать органам дознания исполнение постановлений о задержании (ст. 29).
В упомянутом законе также впервые определяются задачи прокурорского надзора за соблюдением законов в местах содержания задержанных и полномочия прокурора при осуществлении данного вида надзора (гл. IV) ^.
Развитие института задержания отражает процесс расширения и углубления начал социалистического демократизма в сфере уголовного судопроизводства. Главным направлением развития правового регулирования задержания являются усиление и совершенствование процессуальных гарантий законности и обоснованности его применения, расширение гарантий неприкосновенности личности.
" *Ведомостж Верховного Совета СССР*, 1979, № 49, ст. 843.
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ЗАДЕРЖАНИЯ
Гарантируя неприкосновенность личности, закон ограничивает применение задержания рядом правовых условий, призванных обеспечить его законность и обоснованность. Законность задержания — понятие широкое. Оно заключается в требовании соблюдения всех норм, регулирующих как процессуальную, так и иопол мител ьную часть данного следственного действия, а также обеспечение правового положения задержанного. Обоснованность задержания означает, что решение о задержании должно опираться на такие фактические обстоятельства дела, которые образуют предусмотренные законом основания задержания и вызывают возникновение мотивов для его совершения. Законность и обоснованность задержания — понятия, тесно между собой связанные. Нельзя говорить о законности задержания, если оно будет необоснованным, и, наоборот, нельзя признать обоснованным задержание, если заключение под стражу было незаконным.
В настоящей работе рассмотрены процессуальные условия правомерности задержания, т. е. предусмотренные уголовно-процессуальными нормами требования, соблюдение которых призвано гарантировать правильность решения о производстве данного следственного действия, законность и обоснованность лишения свободы задержанного, обеспечен не охраны его прАв.
Исходя из действующего законодательства, нам представляется, что для признания задержания правомерным необходи' ма совокупность следующих процессуальных условий: 1) наличие возбужденного уголовного дела, 2) основания задержания, 3) мотивы задержания, 4) осуществление задержания полномочным должностным лицом, 5) основания для помещения в места содержания задержанных, 6) соблюдение срока задержания, 7) отсутствие обстоятельств, исключающих задержание, 8) сообщение прокурору о задержании.
1, Наличие возбужденного уголовного дела
Настоящее условие призвано не допустить применения рассматриваемой меры уголовно-шроцессуального принуждения вне уголовного судопроизводства, предотвратить незаконное ограничение права неприкосновенности личности.
По вопросу о возможности задержания до возбуждения уголовного дела в литературе высказаны две противоположные точки зрения. Одни полагают, что задержание возможно ка'к до, так и после возбуждения уголовного дела ', другие же считают, что задержание может производиться только после возбуждения уголовного дела ^
Нет единого мнения по этому вопросу и среди практических работников. Из 720 опрошенных следственных и оперативных работников 70% допускали такую возможность, а 30% считали недопустимым.
При рассмотрении данлого вопроса прежде всего следует исходить из юридической природы задержания, предусмотренного ст. 122 УПК РСФСР, которое является процессуальным, следственным действием.
Б соответствии со ст. 115 УПК РСФСР производство дознания н предварительного следствия начинается после вынесения постановления о возбуждении уголовного дела. Согласно ст. 129 УПК РСФСР (предварительное следствие производится только после возбуждения уголовного дела...». Равным образом и производство дознания закон связывает с возбуждением уголовного дела (ст. ст. П9и 120 УПК РСФСР).
В ст. 109 УПК РСФСР указано, что до возбуждения уголовного дела «могут быть истребованы необходимые материалы и получены объяснения, однако без производства следственных действий...». Поскольку задержание является следственным дей-сттвием, оно может совершаться только после возбуждения уголовного дела. Этот вывод находит свое подтверждение и в нормах, где прямо речь идет о задержании. В ст. 29 Основ (ст. Н9 УПК РСФСР) при определении полномочий органа дознания по делам, по которым обязательно предварительное следствие, указывается, что при наличии признаков преступления орган дознания возбуждает уголовное дело, а затем совершает задержание и другие неотложные следственные действия. Несмотря на
* Си. jB. Д. Стеддноб. Предварительная проверка первичных материалов о преступлениях. Саратов, 1972, с. 68, 69: Я.Д. Д{огым, Ф. Я. Фдткуллцм. Возбуждение уголовного дела^ М„ 1961, с. 175; Ю. Д. Лыашыд. Меры пресечения в советском уголовном продеосе. М„ ,1964, с. 33: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Молдавской ССР. Кишинев, 1966, с. 111; Комментарий к Уголовно-продеосуальноМу кодексу Казахской ССР. Алма-Ата, t969, о. 225^-226; Л. Р. Мм^оДлемко. О совершенствованни прокурорского надзора в стадии возбуждения уголовного дела.—В кн.: Вопросы теории я практики прокурорского надзора. Саратов, 1974, с. 27, и др.
' Советский уголовный процесс. Возбуждение уголовного дела и предварительное расследование. Под ред. С. В. Бородина я И. Д. Перлова. М„ 1968, с. 142: Уголовный процесс. Учебник. Под ред. .Н. С. Алексеева, В. 3. Лукашевича, П. С. Элькинд. М., 1972, с. 284: Л. Е. Гояоль. Некоторые аспекты яястдтута задержания подозреваемого в советском уголовном процессе.— В кн.: Развитие гражданского, уголовного н процессуального законодательства в советонв республиках Прибалтики (1940-1975). Тезисы докладов республиканской научной кодференции (23-25 апреля 1975 г.). Рига^ 1975, с. 82.
то, что здесь речь идет о неотложных следственных действиях, которые должны совершаться вслед за обнаружением преступления, закон допускает их совершение не иначе, как после возбуждения уголовного дела.
Задержание лида, подозреваемого в преступлении, неразрывно связано с таким следственным действием, как допрос по-доэреваемого. Согласно ст. 123 У ПК РСФСР допрос подозреваемого производится немедленно вслед за задержанием. О задержании и допросе как о неразрывных действиях говорится и в ст. ст. 119 и 127 УПК РСФСР.
Допрос подозреваемого — следственное действие и может совершаться только после возбуждения уголовного дела. Статья 123 УПК РСФСР, предусматривая немедленный допрос задержанного, исходит из того, что к моменту задержания вопрос о возбуждении уголовного дела разрешен н соответственно имеются правовые основания для совершения следственных действий, в частности допроса подозреваемого. Если же допустить, что задержание возможно до возбуждения уголовного дела, то становится невозможным немедленный допрос задержанного, ибо без возбуждения дела следственные действия совершаться не могут.
Согласно ст. 52 УПК РСФСР лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, с этого момента ставится в положение участника процесса, именуемого подозреваемым.
Об участнике уголовного процесса можно говорить при условии что началось и ведется судопроизводство по конкретному уголовному делу. Утверждение, что задержание возможно до возбуждения уголовного дела, противоречит нормам закона о процессуальном положении задержанного как участника процесса, ибо вне или до возбуждения уголовного производства не . может быть и его участника.
Наконец, следует иметь в виду, что ст. 32 Основ, регламентирующая производство задержания, помещена в третьем раз' деле Основ, посвященном дознанию и предварительному следствию, т. е. деятельности органов дознания и предварительного следствия, которая осуществляется после . возбуждения дела.
Вопрос о задержании лица, подозреваемого в преступлении, во многих случаях возникает, когда уголовного дела еще нет. Например, в случаях явки с повинной, доставления дружинниками правонарушителя в милицию и т. д. Поэтому вопрос о задержании должен решаться одновременно с вопросом о возбуждении уголовного дела. Любое из оснований для задержания, предусмотренных ст. 32 Основ, исходит из того, что поступление имело место, есть основания к возбуждению уголовного дела. Иначе говоря, еслл по закону можно задержать лицо, подозреваемое в Преступлении, то, значит, имеются основания и для возбуждения уголовного дела. В подобных случаях следует вынести постановление о возбуждении уголовного дела и тут же 99
составить протокол задержания. Если же нет оснований для возбуждения уголовного дела, т. е. нет достаточных данных, указывающих на признаки преступления, то тем более нет оснований для лишения свободы человека, в отношении которого невозможно возбудить уголовное дело.
Сторонники возможности задержания до возбуждения уголовного дела утверждают, что:
а) если лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения, то необходимо прежде всего задержать преступника, а затем в зависимости от наличия предусмотренных законом оснований решать вопрос о возбуждении уголовного дела;
б) задержание в большинстве случаев производится теми работниками милиции, которые не наделены правом возбуждать уголовные дела ^
С этими доводами согласиться нельзя, ибо они основаны на смещении понятий задержания как следственного действия и доставления как административной меры ^
Ряд практических работников органов внутренних дел считают, что в законе следует предусмотреть возможность задержания до возбуждения уголовного дела. Представляется, что такая постановка вопроса неверна в своей основе. Она исходит из посылки, что вопрос о наличии оснований к возбуждению уголовного дела может решаться после задержания, а если окажется, что оснований нет, то в возбуждении уголовного дела должно быть отказано. Рассматриваемое предложение должно привести к узаконению возможности задержания при отсутствии оснований к возбуждению уголовного дела или, иначе говоря, при Ьтсутствии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, к признанию 'подобных задержаний правомерными^. Очевидно, что это неизбежно повлечет необоснованные аресты граждан.
2. Основания задержания
Они предусмотрены чч. 1 и2 ст. 32 Основ. ч. 1 упомянутой статьи основание задержания чию данных подозревать лицо в совершении
* См., например, С. Л. Яекеымо, Я. Л. Моюдемхо. Подозреваемый в со детском уголовном процессе. Минск, 1969, с. 97. * Об этом сы. $ 2 гл. 1 настоящей работы.
' ^го откровенно призвал Е. М. Клюков, который, обосновывая возможность эадериаижя до возбуждедия уголовного дела, утверждает, что «такое решение вопроса имеет большое практическое эначедие, так как дает возможность рассматривать задержание в качестве законного и обоснованного и в тех случаях, когда после производства задержания и проверки его оснований обнаруживается, что последние не подтверждаются и нет оснований к возбуждеиню уголовного дела* (Мера процессуального принуждения. Казань, 1974, с. 34).
30
При этом если в сводится к нали-преступления, то
в ч. 2 оио включает в оебя и наличие фактических данных, свидетельствующих о 'возможности уклонения этого лица от дознания и следствия. Возникает вопрос, чем вызывается это различие и нет ли тут пробела в законе.
В соответствии с ч. 1 ст. 32 Основ орган дознания вправе задержать лицо, подозреваемое в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, только 'при наличии одного из следующих оснований:
1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно 'после его совершения;
2) когда очевидцы, в том 'числе и потерпевшие, прямо укажут на данное лицо, 'как на совершившее преступление:
3) когда на лодозреваемом или на его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.
Содержащийся в ч. 1 ст. 32 О^нов перечень обстоятельств ограничивает применение задержания случаями, когда имеются основания для обоснованного лодоэрения (и тем самым обоснованного задержания), когда предположение об участии лица в совершении преступления носит обоснованный характер. В этой норме основание задержат и я, по существу, отождествлено с 'наличием любого из перечисленных обстоятельств, если оно позволяет подозревать лицо в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы.
Соответственно в юридической литературе получили распространение взгляды, согласно которым основание задержания применительно к ч. 1 ст. 32 Основ сводится исключительно к указанным обстоятельствам, свидетельствующим о совершении лицом преступления, а любое из этих обстоятельств" рассматривается, как безусловное^, самостоятельное^ основание задержания.
Такая трактовка оснований задержания вызывает возражения. Она может шривести к неоправданно широкому ограничению конституционного лрава гражданина на неприкосновенность личности.
Несомненно, что для задержания по ч. 1 ст. 32 Основ необходимо одно из указанных в этой норме обстоятельств, поскольку любое из них является основанием подозревать лицо в совершении преступления. Но сами по себе они не образуют «беэуслов-
* См. Я. Л4. ЛСлюкоа. Мера процессуального принуждения. Каэадь, 1974, с. 52; Уголовный процесс. Учебник. Под ред. Н. С. Алексеева, В. 3. Лукашевича, П. С. Элькиод. М., 1972, с. 282: Уголовный процесс. Учебник. Под ред. М. А. Чельдова. М„ 1969, с. 195.
^ Си. В. Д(. ^о^нукое. Меры процессуального принуждении в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978, с. 88.
* См. Я. С. Голжын, В. Г, ^окегкоэ. Процессуальное положение подозреваемого. М., 1968, с. 18.
него», «самостоятельного» основания задержания, так как из них не вытекает необходимость заключения под стражу лица, подозреваемого в преступлении. Тот факт, что лицо застигнуто при совершении .преступления или непосредственно после его совершения, что очевидцы, в том числе и потерпевшие, 'пря'мо укажут на лицо, совершившее преступление, свидетельствует о возможной причастности его к преступлению, но не требует обязательного задержания.
Иначе говоряя необходимость неотложного заключения под стражу не может быть объяснена лишь наличием данных для подозрения. Такая необходимость возникает только, тогда, когда имеются данные, что это лицо может воспрепятствовать достижению задач уголовного судопроизводства, и единственным средством помешать ему в этом является задержание. При определении характера возможных действий подозреваемого, которые требуют его задержания, следует исходить из той связи, которая существует 'между задержанием и предварительным заключением 'под стражу как мерой пресечения.
Ранее уже отмечалось, что целью задержания является выяснение причастности задержанного к преступлению и разрешение вопроса о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу. Из текста ст. 33 Основ следует, что основанием применения указанной меры пресечения в стадии предварительного расследования является наличие достаточных данных шолагать, что обвиняемый, 'находясь на свободе, скроется от следствия или воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, либо будет заниматься преступной деятельностью. Для 'применения указанной меры пресечении к обвиняемому ('подозреваемому) не требуется, чтобы оно обязательно предварительно задерживалось. Отсюда следует, что необходимость задержания лица, подозреваемого в преступлении, с целью разрешения вопроса о применении к нему меры пресечения возникает тогда, когда еще до избрания меры пре' сечения существуют ситуации, требующие ее применения, но по тем или иным обстоятельствам она немедленно не может быть применена.
Все сказанное позволяет прийти 'к выводу, что основание задержания 'по ч. 1 ст. 32 Основ должно включать в себя два элемента:
а) наличие 'предусмотренных законом фактических данных, которые дают основание подозревать лицо в совершении преступления, наказуемого лишением свободы;

стр. 1
(из 3 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>