<< Предыдущая

стр. 4
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Законодательство в информационной сфере. При издании Свода законов СССР в 1970-х годах насчитывалось 29 тысяч действующих законов, подлежащих систематизации, и более одного миллиона подзаконных нормативно-правовых актов, при этом 120 союзных министерств и ведомств ежегодно издавали до 300 таких актов. За последние 10 лет в России принято более 1000 законов, что намного превосходит прежние темпы законотворчества. За последние годы российское законодательство существенно обновилось. Особенно это коснулось тех сфер правового регулирования, где приняты кодифицированные акты, в том числе Гражданский (вторая часть), Налоговый (Общая часть), Бюджетный, Семейный, Уголовный, Водный и Лесной кодексы. Близится к завершению подготовка третьей части ГК, Земельного, Трудового, Гражданского процессуального и Уголовно-процессуального кодексов, Кодекса об административных правонарушениях. С их принятием появятся реальные условия для проведения полноценной систематизации законодательства и издания Свода законов России.
В то же время, по оценке Ю.А. Тихомирова, действующее законодательство России не является системным, оно хаотично. Здесь не всегда согласованно действуют акты бывшего СССР, Российской Федерации и международно-правовые. По-прежнему "сталкиваются" акты разного уровня - законы, акты Президента РФ, Правительства РФ, субъектов РФ. Велико число ведомственных актов. В то же время имеются законы, регулирующие мелкие, незначительные вопросы, которые целесообразно решать подзаконными актами. Много коллизий возникает между законами Федерации и ее субъектов. Не обеспечивается строгое соблюдение принципов построения системы права, что ведет к нарушению "внутренней логики" отраслей законодательства. Большое число противоречий, несогласованностей внутри единой системы российского законодательства даже при регулировании однородных вопросов снижает его эффективность и авторитет.
Исходя из двух основных функций информации в любой системе (степень организованности и средство организации), следует отметить, что внутрисистемные отношения и зависимости в российском законодательстве выражаются как в установлении связей между нормами одной отрасли или разных отраслей (путем отбора нормативных актов (и (или) их составных частей) и их объединения по определенным критериям (функции, цели, структура социального управления и система его органов) в соответствующие группы, классы, массивы, подотрасли, отрасли), так и предполагают сочетание отраслей, подотраслей и институтов, а также общих и специальных методов регулирования (соотношение методов публично-правового и частно-правового регулирования, диспозитивных и императивных, объединение по источникам права и т.п.). Кроме того, в обязательном и систематическом осмыслении в интересах эффективности законодательства, чтобы оно не было «хранилищем законов», нуждается обратная связь между правоотношением и нормой права, то, что ранее называли «критикой законодательства».
Применяя изложенное к особенностям информационного права и их отражению в законодательстве, можно, на наш взгляд, придти к выводу, что информационное право не находит своего отражения в какой- то одной отрасли законодательства, а закреплено в нормах различных отраслей российского законодательства, что предопределяет известные трудности объединения этих норм в рамках одной отрасли – информационного законодательства.
На это указывали еще А.Б.Венгеров, Ю.М. Батурин и некоторые другие ученые. Так А.Б. Венгеров писал: «Появление сейчас таких новых отраслей законодательства, как космического, экологического, информационного (в том числе права информации), биоэтического (в том числе генетического), и некоторых других, вызывает не менее острые споры, чем это было в прошлом вокруг проблем, порожденных социализмом. Так, идут дискуссии по поводу информационного права. И некоторые ученые утверждают, что это право как новая отрасль права имеет подотрасли компьютерного права, информационных прав граждан, права массовой информации, правовой институт свободы массовой информации и т. д.».
По мнению В.А. Копылова, которое во многом разделяют И.Л. Бачило, М. М Рассолов и некоторые другие ученые, законодательство в информационной сфере включает в себя: информационно- правовые нормы Конституции РФ; законодательство об интеллектуальной собственности; законодательство о средствах массовой информации; законодательство о связи и телекоммуникациях; законодательство о формировании информационных ресурсов, подготовке информационных продуктов, предоставления информационных услуг; законодательство о реализации права на поиск, получение и передачу информации; законодательство о создании и применении информационных систем, их сетей, информационных технологий и средств их обеспечения; законодательство в сфере обеспечения информационной безопасности.
К этому также добавляют отдельные информационно – правовые нормы в составе нормативно-правовых актов отраслей российского законодательства, которые, по заключению М.М. Рассолова, «пока остаются» в ГК, КоАП, УК РФ, и «международное информационное право». Считаем, что ссылка данного автора на временный характер нахождения ряда норм об ответственности в Кодексах РФ в сочетании с предложениями подготовки Информационного кодекса, просто провоцирует острую полемику вокруг этого важного, по нашему мнению, вопроса о кодификации, вызывая отторжение идеи в целом. Достаточно часто в этой дискуссии можно слышать ссылки печально известный опыт попыток подготовки Хозяйственного Кодекса.
Многие исследователи истории права указывают на особые проблемы, которые возникают при принятии так называемых комплексных актов, (содержащих нормы разных отраслей права - государственного (конституционного) права, административного права, гражданского права, финансового права и т. д.) и приводят в этой связи примеры существования теоретических представлений о комплексной отрасли хозяйственного права, закреплявшей и развивавшей плановые начала в управлении народным хозяйством, которые так и остались нереализованными. На наш взгляд, из этого исторического опыта должны быть извлечены уроки, чтобы не повторять прежних ошибок при формировании информационного права и его отражения в российском законодательстве.
Может быть, с этим и связано то обстоятельство, что Ю.А. Тихомиров, выступивший в поддержку информационного права как самостоятельной отрасли права (1995), сейчас в Общей концепции развития российского законодательства (1998) обошел этот вопрос молчанием. Так, с одной стороны, он признает, что общественные потребности ставят новые задачи перед правовой наукой, обусловливают необходимость пересмотра и корректировки механизма правового регулирования, особенно в сферах экономики и социального развития (где роль информации и информационных технологий резко возрастает – вставка наша), а устойчивое развитие отраслей законодательства и нормативных комплексов и противоречивые тенденции их специализации и комплексности: со всей остротой выдвигают вопрос об их внутренней структуризации.
В то же время, в своей Концепции развития российского законодательства он вообще оставил без внимания вопросы регулирования отношений в информационной сфере и необходимости структуризации права и законодательства по этим вопросам, ограничившись лишь констатацией при рассмотрении вопроса реализации прав граждан в политической сфере, что остаются неурегулированными вопросы обращений и петиций, прав граждан на информацию. Здесь же этот ученый соглашается с И.Н. Синюковым, что «вряд ли нужно поддерживать тенденцию искусственной дифференциации и специализации отраслей и подотраслей, поскольку далеко не все традиционные отрасли сложились в обновленном виде»; замечает, что «не следует скороспелым законам поспешно присваивать ранг права, а отрасли законодательства механически объявлять отраслями права" и делает вывод: «К предложениям о выделении новых отраслей нужно подходить осторожно, реализуя первоначально эти идеи в виде подотраслей и институтов». В результате, отраслевая структура законодательства, по его оценке, может быть представлена следующим образом: конституционное законодательство как базовая отрасль, далее две опорные отрасли - административное и гражданское законодательство - и отрасли финансового, налогового, трудового, земельного, аграрного, социального, семейного, экологического, горного, уголовного, гражданского процессуального и уголовно-процессуального законодательств, законодательства о судоустройстве.
Разделяя аргументы о необходимости осторожного и взвешенного подхода при выделении новых отраслей права, в то же время, на наш взгляд, трудно согласиться с предложением подождать здесь окончательного оформления традиционных отраслей. Здесь сегодня созрели все условия для выделения информационного права в самостоятельную отрасль права:
наличие общего предмета;
наличие в этой сфере правового регулирования конституционных положений, базовых законов и большого числа норм, содержащихся в других нормативно- правовых актах в различных отраслях права и законодательства (в том числе, норм международного права);
актуальность задач экономического, социального и политического развития, обеспечения прав граждан и других национальных интересов страны, решаемых с помощью и через информационные отношения (в том числе в системе национальной безопасности).



Содержание

От правовой информатики к информационному праву.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ

Доклад профессора Копылова В.А.
Доклад профессора Федотова М.А.

ВЫСТУПЛЕНИЯ В ПРЕНИЯХ
Гаврилов О.А.
Бачило И.Л.
Рубанов В.А.
Анисимов С.А.
Тиновицкая И.Д.
Белов Г.В.
Козырев А.Н.
Москаленко Т.А.
Колчинский М.Л.
Воронцов И.Н.
Заключительное слово профессора Копылова В.А.

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ КОНФЕРЕНЦИИ

Коркин А.М. Потенциал ПК "ЮСИС" в учебном процессе
Потапенко С.В. Судебная защита от диффамации в СМИ
Лопатин В.Н. Теоретико-правовые проблемы защиты единого информационного пространства и их отражение в системах российского права и законодательства

<< Предыдущая

стр. 4
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ