ОГЛАВЛЕНИЕ

О правовом положении женщин в Афинском полисе (Женщины в «идеальном» государстве и в реальной жизни)
№ 2
01.04.1996
Волкова С.В.
Расцвет афинской демократии принято связывать с именем Перикла (495-429 гг. до н.э.), и с законодательством его эпохи. Какие же демократические принципы были закреплены в этих законах, какое положение в полисе занимали женщины?
Суть афинской демократии состояла в том, что каждый гражданин имел право участвовать в деятельности публичных учреждений. По закону Перикла 451-450 гг. до н.э. гражданином признавался лишь тот, чьи родители - полноправные граждане. Гражданин в Афинах, по определению Дидро, являлся членом свободного сообщества многих семейств, имел его права и пользовался его привилегиями. Афиняне были очень осторожны в предоставлении чужеземцам права гражданства и они придавали ему гораздо большее значение, чем римляне. Звание гражданина в Афинах никогда не роняло цены, но «они не извлекали из него высокой роли, вероятно, самого важного преимущества, а именно: роста за счет всех тех, кто этого звания добивался».1
Характерное явление в истории греческой демократии - борьба за ограничение круга лиц, имевших право считаться гражданами. В древнейшее время, отмечал С.Я. Лурье, получение гражданства сопровождалось принятием нового гражданина в свою среду членами рода и фратрии и предоставлением ему земельного участка. Обычно афинские граждане были детьми отцов-афинян, но это правило нарушалось тем, что в списки граждан не вносились лица, которые не имели земельных участков, и лица, лишенные гражданской чести, зато заносились усыновленные иностранцы.2 Но уже Солон предпринял попытки ограничить предоставление гражданства указанным лицам.
До достижения 30-летнего возраста мужчины не были полноправными с юридической точки зрения, точно так же как и женщины, поскольку они не могли обращаться в суд3 и обладать земельным участком.4 Таким образом, складывалась весьма интересная ситуация: с одной стороны, гражданином считался только человек, рожденный от полноправных родителей, но - с другой, женщина таковой не признавалась. Вероятно, в указанном законе подразумевалось не то, что женщина является носителем тех или иных полномочий, а имелось в виду, чтобы ее родители тоже считались полноправными гражданами.
Для занятия той или иной должности мужчинам необходимо было пройти докимасию - официальное испытание,5 включающее в себя проверку наличия полных гражданских прав, фамильного склепа, исполнения воинской обязанности, уплаты налогов и, что особенно важно, проявления почтения к родителям. Тех, кто не почитает родителей, пишет Ксенофонт, государство подвергает наказанию и не допускает к занятию государственных должностей. «Такой же участи достойны и те, кто не украшает могил умерших родителей. Об этом государство произведет расследование при испытании должностных лиц» (Ксенофонт. Меморабилии. II. 2, 12). С.Я. Лурье подчеркивает, что жизнь мужчины проходила на глазах у общины, и его могли подвергать критике, а иногда и привлекать к суду, за малейшее отсутствие традиционной респектабельности по отношению к родителям можно было лишить его политических прав. 6
Платон в «идеальном» государстве предусматривает тяжелые наказания за преступления против родителей и богов: за оскорбление богов, родителей и государства одной смерти даже мало, а нужны «какие-то вечные муки, вроде тех, что в Аиде» (Платон. Законы. IХ. 854, 881а-е). За неуважение к родителям возможны всякие другие наказания, например избиение (Законы. ХI. 932а-d). Правда, рабы и чужестранцы, т.е. неполноправные, с которых нечего взять, по мнению Платона, «подлежали за святотатство меньшему наказанию: на их лицо и руки накладывается клеймо, а их самих избивают и нагими выгоняют за пределы государства» (Законы. IХ. 854 а-d).
Следующим по тяжести преступлением Платон считает отцеубийство и матереубийство. Справедливость требует, пишет он, чтобы за такое преступление преступника подвергали многократной смертной казни (Законы. IХ. 869 в-d). Правда, Платон не уточняет, кто именно является преступником - мужчина или женщина.
Хотя женщина и не занимала никаких собственно государственных должностей, не принимала участия в государственных делах,7 ее роль, не очень заметная на первый взгляд, оказывалась весьма важной: судьба мужчины полностью зависела от нее.
В диалоге «Государство» Платон рисует проект идеального государства, в котором затрагивает и вопросы взаимоотношений мужчин и женщин. Он признает важным решение вопроса, способна ли женская часть рода человеческого принимать участие во всех делах наряду с мужчинами, или же женщины не могут участвовать ни в одном из них, или к чему-то они способна, а к чему-то - нет.
При различной природе, считает Платон,8 должны быть различны и занятия (Государство, 453е). Однако по природе и мужчины, и женщины могут принимать участие во всех делах.9 Несмотря на то,что женщины во всем немощнее мужчин (Государство, 455е), все же жены стражей должны принимать участие в войне и в прочей защите государства, причем ни на что более не отвлекаясь, но из-за слабости женщинам необходимо давать более легкие поручения (Государство, 457а).
Стражи, как женщины, так и мужчины, должны выполнять все сообща (Государство, 457с), все жены должны быть общими,10 а отдельно ни одна ни с кем не должна сожительствовать (Государство, 457d). Дети тоже признаются общими; таким образом, родители не знают своих детей, а дети - родителей (Государство, 457d). Несмотря на это, Платон полагал, что необходимо учреждение священных браков (Государство, 458е),11 т.е. тех, которые наиболее полезны для полиса в целом.12 Лучшие мужчины должны соединяться с лучшими женщинами, а худшие - с худшими (Государство, 459d), потомство же лучших необходимо воспитывать.13
В идеальном государстве, полагал Платон, свободный человек, гражданин должен трудиться на благо своего государства даже ночью. Такое сугубо личное дело, как брак, является, по его мнению, прерогативой государства. Новобрачные прежде всего должны были подумать о том, чтобы дать государству по мере сил самых прекрасных и наилучших детей. Это считается «работой». Все люди, указывает Платон, в какой бы работе они ни участвовали, делают все хорошо и прекрасно, пока они внимательны к своей работе, а также к самим себе. Супруг обязан обращать внимание на жену и на деторождение. «Чтобы никто из них не обращал своих взоров на то, что не было установлено свадебными священными приношениями, необходимо избрать женщину-блюстительницу».
Существует определенный срок для рождения детей и охраны лиц, их рождающих, - 10 лет. Женщины-наблюдательницы увещевают и прибегают к угрозам для прекращения невежества и нарушений брачных обычаев, а иногда прибегают и к помощи стражей законов. Если же стражи объявляют себя бессильными исправить положение, дело передается в суд. В том случае, когда обвиняемый не убедит обвинителей в своей невиновности, он лишается гражданских прав (Законы, VI, 783-784а-е).
Каждый гражданин до достижения 35 лет должен был обзавестись семьей и ребенком. В противном случае, по мнению Платона, он ведет себя «как чужеземец, непричастный данному государству», и должен ежегодно платить пеню, причем ее размер зависит от того, к какому классу он принадлежит (Законы, 774а).14
Афинское право осуждало сожительство,15 но допускало браки между единокровными братьями и сестрами. Заключение законного брака считалось обязательным. Осуждение вызывало и совращение замужних женщин. Но совратить замужнюю женщину было совсем не просто, так как жены-афинянки не имели большой свободы: они находились в определенной части дома,16 а выходили в город только в сопровождении домашних. К тому же муж даже мог убить любовника жены, схваченного на месте преступления при свидетелях.17
Нам трудно представить себе теперь, пишет С.Я. Лурье, насколько в античном государстве старого типа человек был связан в личной жизни. Регламентировалось, как должно производиться воспитание ребенка, когда женщина может и должна появляться в обществе, как она должна одеваться, и т. д.18 Так, в Афинах V и IV вв. до н. э. существовал обычай при общественных похоронах граждан, погибших на войне, произносить в их честь надгробное слово, «эпитафий». В процессии могли участвовать все желающие, горожане и иноземцы, у могилы присутствовали и женщины, родственницы покойников.19
Тем не менее, отмечает Г.В. Блаватская, браки с инополитянками - обычное явление в полисной практике союзов граждан различных полисов. Некоторые греческие государства даже заключали специальные соглашения с дружественными полисами о полноправности браков своих граждан. В реальной жизни браки афинян со свободными инополитянками считались действительными, а дети от таких браков получали особое название - «метроксены». В доперикловы времена они признавались полноправными гражданами Аттики.20
В «идеальном» государстве Платона правители должны определять количество браков, чтобы сохранять постоянное число мужчин, принимая в расчет войны, болезни и т.д. В любом случае нельзя допустить увеличение населения государства. «Отличившихся на войне необходимо удостаивать почестями и свободнее разрешать сходиться с женщинами, чтобы рождалось больше младенцев» (подразумевается, конечно же, хороших) (Государство, 460а).
Правители должны устанавливать и возраст вступления в брак. По мнению Платона, для женщин наиболее подходящим для этого является возраст с 20 до 40 лет, для мужчин - с 30 до 55 (Государство, 460е).21 Но если мужчина и женщина вступят в брак без разрешения правителя, а, стало быть, это пройдет незамеченным для государства, «ребенок будет зачат не под знаком жертвоприношений и молитв, когда молятся жрицы и жрецы, а также все государство, чтобы потомство было лучше и полезнее, - такой ребенок считается незаконным» (Государство, 461в). Незаконным признается и ребенок, рожденный от родителей, которые вышли из указанного возраста, хотя мужчина и женщина могут соединяться в любом возрасте, но с условием, чтобы у них не было детей (Государство, 461с). Граждане - и мужчины и женщины - должны сообща выполнять свой воинский долг, а на войну они могут взять с собой только тех детей, которые для этого «созрели», пишет Платон (Государство, 466е), но конкретного возраста не указывает. Таким образом, жизнь афинских граждан (даже интимная) подлежит полисной (государственной) регламентации.
Платон выделяет три начала человеческой души: разумное, яростное, вожделеющее, которым соответствуют три начала в государстве: совещательное, защитное, деловое, а им - три сословия: правители (философы), воины и производители (ремесленники, земледельцы). При очень жестком сословном делении все же возможен перевод из одного сословия в другое, когда от золотого родится серебряное потомство, а от серебряного - золотое. Для первых двух сословий семьи не существует: детей воспитывает государство, половая связь строго регламентируется в целях деторождения и носит сословно ограниченный характер.
Платон отрицает семью у стражей, надеется превратить их в членов единой правящей семьи, где все - родственники. Но именно из числа стражей в результате испытаний выделяются философы-правители, владеющие политическим искусством и потому стоящие во главе государства. Платон в «Государстве» подробно описывает роль жен стражей и совсем не упоминает о женщинах, когда говорит о первом и третьем сословиях.
Такая позиция, на наш взгляд, понятна: с одной стороны, жены стражей не могут занимать никаких должностей, не имеют земельной собственности (как, впрочем, нет собственности и у их мужей), а с другой - только это сословие может выдвинуть правителя. Значит, по мнению Платона, необходимо все предусмотреть с тем, чтобы только полноправные могли избрать правителя, и не дай Бог, к власти придет человек, не достойный такой чести. Что же касается третьего сословия, то здесь тоже все ясно: никакого отношения к управлению государством оно не имеет и иметь не может, так как иногда Платон относит его чуть ли не к рабам. Данное сословие должно подчиняться первым двум; и никакого перевода (а не перехода), даже единичного, в число стражей не предусмотрено.
В «Законах» Платоном признается индивидуальная семья, дело воспитания регламентировано законами и находится в руках многочисленных должностных лиц. Женщины равноправны с мужчинами, хотя и не входят в число высших правителей; их не допускают на высшие государственные должности; им уготованы особые отрасли управления: воспитание и обучение детей, наблюдение за браками и т. д.22 Политическими правами опять-таки, обладают только граждане; их основное дело - поддержание и соблюдение общегосударственного устройства.
Гражданин, по мнению Аристотеля, должен быть свободен от забот о предметах первой необходимости (Политика. 1274 в. 40), избавлен от работ, связанных с получением пропитания (Там же. 1278 а. 6-13). Аристотель исключает из числа полноправных граждан ремесленников и торговцев, так как их образ жизни не способствует развитию добродетели, а счастливая жизнь может быть только в соответствии с добродетелью. Полноправными гражданами являются те, кто в молодости - воины, а в старшем возрасте - правители, судьи, жрецы.23 Они не должны заниматься ни ремеслом, ни торговлей, ни земледелием. Дети, не достигшие совершеннолетия и не внесенные в гражданские списки (в списки вносились юноши, достигшие 18 лет), а также старцы, освобожденные от исполнения гражданских обязанностей, - граждане лишь в относительном смысле, а не безусловно (Политика, 1275 а, 15).
Гражданин признается таковым не потому, что он живет в том или ином месте: «метеки и рабы имеют такое же местожительство, какое и граждане; и не те граждане, кто имеет право быть истцом или ответчиком: иноземцы пользуются данным правом на основании заключенных с ними соглашений» (Политика, 1275а, 10).
Само понятие «гражданин» Аристотель определяет по-разному: то через участие в суде и власти (Политика, 1275а, 20), то считает гражданином того, кто участвует в суде и народном собрании (Политика, 1275а, 30). Такая дефиниция, полагает он, подходит ко всем, кто именуется гражданином. На практике же гражданином признается тот, у кого отец и мать (а не кто-нибудь один) - граждане; «некоторые требуют, - пишет философ, - чтобы и второе, и третье поколение также были гражданами» (Политика, 1275в, 20). Следовательно, главенствующую роль в признании либо непризнании того или иного человека гражданином играла женщина-мать.
Гражданское право греков лишало женщину возможности быть наследницей имущества. Наследовали только сыновья. Но закон обязывал братьев прилично содержать сестер до замужества, а при вступлении в брак давать соответствующее их состоянию приданое.24 Таких девушек называли «дочерьми-наследницами». 25 Женщина могла лишь беречь имущество (при отсутствии братьев) покойного отца и должна была передать его своим детям от брака с ближайшим родственником, чтобы оно не перешло в чужие руки. При равных степенях родства из числа претендентов на ее руку предпочтение отдавалось старшему. Дела о правах претендентов разбирались под председательством первого архонта.
По мнению Аристотеля, воспитание детей и женщин необходимо поставить в соответствующее отношение к государственному строю; если «это не безразлично для государства, стремящегося к достойному устроению, надо иметь достойных детей и достойных женщин, ибо женщины составляют половину всего свободного населения, а из детей вырастают участники политической жизни» (Политика. 1260 в. 13-20).
Аристотель соглашается с Платоном в том, что мужчина по своей природе выше женщины, а женщина находится в подчинении. Такой же «принцип должен быть во всем человечестве» (Политика, 1254в, 14-15). Согласно Аристотелю, верна и мысль Платона о том, что от хороших родителей рождаются хорошие дети (Политика, 1255в, 1-2). Мужчина, считает Аристотель, более призван к «руководству», чем женщина, а старший и зрелый - лучше, чем молодой и незрелый. Поэтому только с 20 лет гражданин и заносится в особый «список народного собрания» и с этого момента пользуется всеми гражданскими правами, за исключением доступа к должностям и участия в работе Совета. Избираться на должности и в Совет можно только с 30 лет.
В античной демократии существовали должностные лица (гинекономы), обязанные наблюдать за поведением женщин, особенно во время религиозных и общественных праздников. За воспитанием детей наблюдали педономы, которые председательствовали при занятиях детей гимнастическими упражнениями. Таким образом, и воспитание детей, и воспитание женщин признавались обязанностью государства. Античная классическая правовая теория и практика строились на этатистских началах, в том числе и в вопросе о положении в государстве женщин.
* Ассистент Санкт-Петербургского государственного университета.
1История в энциклопедии Дидро и Д'Аламбера / Под ред. А.Д. Люблинской. М., 1978. С. 84.-Об этом же пишет и современная исследовательница классической Греции В.И. Исаева (Исаева В.И. Античная Греция в зеркале риторики. Исократ. М., 1994. С. 103).
2Лурье С.Я. История Греции. СПб., 1993. С. 359.
3Правда, Лисий в «Речи против Панклеона о том, что он не платеец», приводит пример, обратный тому, о чем говорилось выше. Пришла одна женщина, пишет он, и стала утверждать, что некий человек (Панклеон) - ее раб, оспаривая право собственности другого человека на этого раба (Лисий. Речь против Панклеона о том, что он не платеец // Лисий. Речи. М., 1994. С. 230). В другой речи Лисия («Речь против Алкивиада по поводу его дезертирства») обращается внимание на то, что при разборе дела стороны прибегали к различным средствам, способным склонить судей в их пользу: подсудимые обращались с трогательными просьбами, приводили стариков-родителей, жен и детей, которые старались на них действовать мольбами и рыданиями (Там же. С.173).
4Аристотель в «Политике», обсуждая государственный строй Спарты и Крита, находит в Спарте много недостатков, и в том числе свободное положение женщины и несоразмерность владения собственностью.
5О докимасии для женщин, хотя они и занимали определенные должности, не сохранилось никаких свидетельств.
6Лурье С.Я. История Греции. С. 321.
7 «В своей собственной стране изгнанники не могут стоять у власти; этого не могут делать и женщины, которые сидят дома, и дети, и мальчики, и старики» (Телет. III. Об изгнании // Антология кинизма. Фрагменты сочинений кинических мыслителей. М., 1996. С. 159).
8Киники, в отличие от него, полагали, что природа не создала женщин более слабыми, чем мужчин. Так, амазонки, совершив множество подвигов, ни в чем не уступали мужчинам. От природы женщина ничуть не хуже мужчин, подобно тому как суки не слабее кобелей (Кратет. Гиппархии // Там же. С. 223).
9У мужчин и женщин, отмечает Диоген Лаэртский, добродетель одна и та же (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Кн. VI. Антисфен, 12 // Там же. С. 49).
10Аналогичной точки зрения придерживался и Диоген, который считал, что женщины должны быть общими; брак он не ставил ни во что, кроме союза, основанного на взаимном согласии, поэтому и дети, по его мнению, должны быть общими (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Кн. VI. Диоген, 72 // Там же. С. 67).
11В «Законах» Платон еще раз возвращается к этому вопросу и именует священным тот брак, который одобрен законом и совершен по закону. Нарушивший такой брак лишается «всех почетных гражданских отличий как действительно чуждый государству» (Законы. VIII. 841).
12Например, Антисфен считал, что сходиться нужно только с такими женщинами, которые будут за это признательны мужчинам (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Книга VI. Антисфен, 3 // Антология кинизма. С. 46). Диоген Лаэртский признавал брачный союз Гиппархии и Кратета священным: она влюбилась в его речи и образ жизни. Кратет был для нее всем (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Книга VI. Жизнеописания знаменитых философов. Гиппархия, 96 // Там же. С. 76). Кратет же говорил, что брак, который влечет за собой разврат и прелюбодеяние, трагичен, ибо его следствием являются изгнание и убийства, а браки тех, кто вступает в связь с гетерами, дают сюжет для комедий, так как распутство и пьянство приводят к безумию (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Книга VI. Кратет, 89 // Там же. С. 73). И.М.Нахов отмечает в предисловии к «Антологии кинизма», что киники стояли также за «эмансипацию женщин, за их равенство с мужчинами». Брак Кратета и Гиппархии - равноправный, добровольный брак по любви, брак единомышленников, который по форме и содержанию был протестом против семейных устоев рабовладельческого общества (Нахов И.М. Очерк истории кинической философии // Там же. С. 23).
13Антисфен поддерживает данное положение Платона и подчеркивает, что жениться следует для воспроизведения рода, сходясь для этого с самыми прекрасными женщинами. И «любви не должен чуждаться мудрец, ибо только он знает, кто достоин ее» (Диоген Лаэртский. Жизнеописания и мнения знаменитых философов. Книга VI. Антисфен, 11 // Там же. С. 49). Вопросы воспитания волновали как Диогена, Метрокла, Кратета Фиванского (Там же. С. 55, 66; 75-76; 152), так и Исократа (Ареопагитик, 37, 43, 45, 48-50 и др. // Исаева В.И. Античная Греция в зеркале риторики. С. 208-210). О воспитании как одном из терминов, отразивших попытки античных авторов впервые в истории осмыслить понятие культуры, см.: Голубцова Н.И. О понятии «культура» в эпоху античности // Вопросы философии. 1971. № 7. С. 87-88.
14Ликург заботился о том, чтобы все производили потомство. Плутарх описывает интересный случай из жизни. Однажды один юноша не уступил место прославленному полководцу Деркилиду, который не имел детей. Деркилид возмутился поведением юноши, но тот ему возразил: «Но ты же не породил того, кто уступит место мне, когда я буду стар» (Плутарх. Изречения спартанцев, царей и полководцев // Всемирная галерея. Древняя Греция. СПб., 1995. С. 346).
15Правда, сожительство с наложницей признавалось афинскими законами и не преследовалось (Соболевский С.И. Примечания // Лисий. Речи. С. 308). Если во времена Ликурга в Спарте целомудрие было обычным явлением, а прелюбодеяние представлялось всем делом диким и необыкновенным (Плутарх. Ликург // Изречения... С. 347), то в Афинах жизнь с гетерой не наносила вреда репутации мужчины (Кравчук А. Перикл и Аспазия. М., 1991. С. 91, 157).
16В греческих домах было особое женское помещение, правда, только у относительно богатых; в бедных же домах теснота помещения исключала возможность разъединения полов. Если в зажиточных семьях даже с отцом или мужем женщина проводила мало времени, то грубейшим неприличием и тяжким оскорблением супружеских прав считалось проникновение постороннего в женское отделение; даже призываемый на помощь друг или родственник не решался проникнуть туда. Интересный случай приведен в речи Демосфена: хозяина не было дома; остались только женщины, им грозила опасность грабежа. Слуги соседей, слыша крик и видя грабеж дома, увидели шедшего мужчину и попросили его помочь. Он подошел к дому, но не решился войти, так как «считал это незаконным при отсутствии хозяина». И, находясь на участке соседа, смотрел, как грабители выносили вещи (Соболевский И.С. Примечания. С. 311-312).
17Примером может служить ситуация, описанная Лисием в «Защитительной речи по делу об убийстве Эратосфена». Муж убил соблазнителя своей жены, ссылаясь на закон, дозволяющий убить такого соблазнителя. По-видимому, этот закон, хотя и не был отменен, но не применялся: обыкновенно соблазнитель жены отделывался или деньгами, или позором, но не опасным для жизни наказанием со стороны оскорбленного мужа. Жену должно было постичь тяжелое наказание: она подлежала изгнанию из дома мужа и подвергалась разным унижениям. По законам Солона, женщине, которую застигли с любовником, запрещали украшаться и входить в общественные храмы, чтобы не соблазнять непорочных матрон своим обществом. Если такая женщина украсит себя и войдет в храм, то первый встречный по закону мог разорвать на ней платье, снять украшения и бить, но не до смерти, не до увечья. Однако, несмотря на строгость закона, нарушение супружеской неверности было обыденным явлением (Лисий. Речи. С. 47-48).
18Лурье С.Я. История Греции. С. 320.
19Лисий. Надгробное слово в честь афинян, павших при защите Коринфа // Лисий. Речи. C. 55.
20Блаватская Г.В. Послесловие // Кравчук А. Перикл и Аспазия. С. 257. - Вероятно, Перикл никогда бы не принял этот закон, если бы знал, как это отразится на нем самом, на его браке с Аспазией, трудностях с получением прав гражданства для его детей от этого брака (об этом см.: Кравчук А. Перикл и Аспазия).
21В «Законах» Платон несколько иначе определяет границы возрастов: для мужчин от 25 до 30 лет (Законы. VI. 772 d) или с 30 до 35 лет, для женщин с 18 до 20 лет (Законы. 785 в). Правда, здесь идет речь о «втором по достоинству» государственном строе. Аристотель в «Политике» одобряет вступление в брак в «цветущем возрасте», т. е. до 50 лет, так как «потомство незрелых родителей», так же как и потомство слишком молодых и в физическом, и в интеллектуальном отношении, - несовершенно (Политика. VII. 14. 1335 в, 29-31). Когда Диогена спросили, в каком возрасте следует жениться, он ответил, что в юности еще рано, в старости - уже поздно (Диоген Лаэртский. Жизнеописания знаменитых философов. Книга VI. Диоген, 54 // Антология кинизма. С. 62). Интересный пример приводит Плутарх в «Избранных жизнеописаниях». Когда старая мать Дионисия просила Солона выдать ее замуж за одного молодого гражданина, он ответил, что законы государства он ниспровергнул как тиран, но законы природы насиловать не может, устанавливая браки, не соответствующие возрасту. А в свободных государствах такое безобразие нетерпимо: нельзя допускать союзов запоздалых, безрадостных, не выполняющих дела и не достигающих цели брака. Старику, который женится на молодой, разумный правитель сказал бы: «Как раз время тебе жениться, несчастный!» Точно так же найдя юношу в спальне богатой старухи, который от любовных отношений с нею жиреет, как куропатка, он заставит его перейти к девушке, нуждающейся в муже (Плутарх. Избранные жизнеописания. Солон // Всемирная галерея. С. 315).
22Кроме обязанностей взрослых женщин, существовали и обязанности девочек (аррефория - «несение росы»). Архонт-царь ежегодно выбирал двух девочек, которые, видимо, проводили целый год в святилище Афины и служили ей. Это - один из видов литургий, так как родители девочек должны были доставлять золотые украшения, которые на них надевались на церемонии и поступали в сокровищницу храма при оставлении ими должности, а также нести и другие расходы. Церемония состояла в том, что девочки, получив от жрицы Афины ящик с таинственными святынями, относили их на головах в торжественной процессии в подземелье близ храма Афродиты, где святыни оставляли, а взамен получали нечто другое, также закрытое, и относили его в святилище Афины в Акрополе (Соболевский И.С. Примечания. С. 339-340).
23Исократ, говоря о хорошо организованном государственном строе, утверждал следующее. Порядок и устойчивость конституции поддерживались высокой нравственностью граждан и правильным воспитанием. Предки большое внимание уделяли воспитанию будущих граждан. Помимо внушения правил поведения, прививались различные профессиональные навыки. Неравенство в средствах, отмечал он, предопределяло и существование двух групп: одни занимались земледелием и морской торговлей, другие совершенствовались в верховой езде, физических упражнениях, охоте и философии (Ареопагитик, 37, 41, 43, 44-45, 48- 49 // Исаева В.И. Античная Греция в зеркале риторики. С. 84).
24Примером тому может служить речь Лисия (Лисий. В защиту Мантифея // Лисий. Речи. С. 18-184). В Спарте во времена Ликурга был принят закон, по которому разрешалось выдавать девушек замуж без приданого. Мотивировалось это тем, чтобы без мужа не осталась та, которая не имеет приданого, а другой не домогались ради одного богатства. Желающему найти себе пару мужчине следует интересоваться только тем, какой образ жизни ведет девушка (Плутарх. Жизнеописания. С. 346).
25 Соболевский И.С. Примечания // Лисий. Речи. С. 327.



ОГЛАВЛЕНИЕ