ОГЛАВЛЕНИЕ

Международная школа политологов в Лохусалу
№ 3
07.05.1990
Архангельский В.И., Пешков А.Б.
С 20 по 22 сентября 1989г. под Таллинном, в местечке Лохусалу впервые в нашей стране работала международная школа политологии. Ее организаторы — Государственный Комитет Эстонской ССР по народному образованию, кафедра политологии Таллиннского технического университета, отдел политологии Института философии, социологии и права Академии наук ЭССР, ЦК Компартии Эстонии.
В работе школы приняли участие политологи США, Канады, Ирландии, ФРГ, Швеции, Австралии, Венгрии, Польши и СССР. Общее число ее участников — около 100 чел. С докладами выступили 28 чел., в том числе 12 зарубежных ученых. Их тематика весьма обширна — от истории возникновения политических наук в тех или иных странах и их преподавания как учебных дисциплин до актуальных политических проблем современного мира.
Условно можно выделить три блока обсуждаемых проблем. Первый из них касался предмета политологии как науки. Выступившие делали акцент на том, что политология — прежде всего гуманитарная наука, что обусловливает методы исследования, ею используемые. Отмечалось далее, что в качестве гуманитарной науки политология должна изучать не только динамику политических структур и процессов, но прежде всего исследовать место человека в системе политических отношений, я также политическую культуру. Одновременно ставилась проблема преодоления излишней идеологизированности политологии. Это, подчеркнули, в частности, американский политолог Г. Лапидус и австралийский исследователь Г. Ригбей, в свое время привело большинство западных советологов к выводу о невозможности в СССР процессов, которые сейчас именуются перестройкой. С другой стороны, подобная заидеологизированность мешала многим советским ученым использовать позитивный научный потенциал, накопленный западной политологией. Ряд советских участников школы высказались за необходимость становления единой политологической науки, отражающей общечеловеческие ценности и в то же время учитывающей региональные (национальные) особенности развития политической мысли. И западные и советские политологи пришли к заключению, что такие проблемы, как консенсус и конфликтность в политической деятельности, большинство и меньшинство, понятие воли народа, политический плюрализм и контрастность, одинаково важны и интересны для всех политологов (Ю. Вишневский, К. Крылов, Б. Курашвили— СССР; А. Спарринг — Швеция; Ф. Айдлин— Канада).
В то же время были выявлены и серьезные расхождения в данном вопросе политологов различных стран и школ. Так, польский ученый Р. Брожиняк указал, что в Польше, например, есть по крайней мере три подхода к определению предмета политологии и соответственно круга ее проблем. А. Спарринг вообще отрицал возможность становления единой политологической науки, поскольку социальные системы подвержены постоянным изменениям, которые, в свою очередь, обусловлены отсутствием, с его точки зрения, каких-то общих закономерностей развития, в том числе и в области политики. По мнению исследователя из ФРГ Э. Шульца, политическая наука имеет прежде всего прагматическое значение, она вырабатывает теории, конкретную программу действий для различных политических сил, группировок (которые и оплачивают деятельность ученых). С этой мыслью перекликаются высказывания советского политолога Б. Орлова относительно судьбы социологии в СССР. Наблюдавшаяся в свое время своеобразная социологическая эйфория, использование социологии в прагматических политических целях завершились превращением ее па определенном этапе в придаток административно-командной системы. Не исключено, что подобная ситуация может повториться и с политологией.
В процессе работы школы поднимался также вопрос о соотношении политологии со смежными общественными науками, прежде всего с политической социологией. Этому был целиком посвящен доклад американского политолога Н. Тюмы. Если политология изучает то, что должно быть в политике, т. е. перспективы и направления политического развития и формальные политические структуры, подчеркнула она, то сфера приложения сил политической социологии — неформальное политическое поведение и действующие политические субъекты. Иначе говоря, политическая социология только описывает политические явления.
Второй блок активно обсуждавшихся проблем — преподавание политологии с высших учебных заведениях. Многие участники школы коснулись истории преподавания политических наук в своих странах. Так, советский ученый А. Ковлер охарактеризовал традиции преподавания курса политических наук в России в XIX — начале XX в. Польский политолог Р. Брожиняк рассказал о преподавании политических дисциплин в Польше начиная с XV—XVI вв. А. Юсуповский (СССР) в этой связи поставил вопрос о расширении исследований в области «ретроспективной» политологии. Преподаванию курса политологии в современных условиях были посвящены выступления Т. Терека (Венгрия), Э. Багдонаса, Г. Белова, А. Дегтярева, К. Крылова, Ю. Лившица, А. Щегорцова (СССР), Г. Лапидус (США), Э. Шульца, В. Эйхведе (ФРГ),
В первый день работы школы кафедра политологии Таллиннского технического университета предоставила в распоряжение се участников разработанные ею проект учебной программы по политологии и методические материалы для студентов (планы семинарских занятий, темы рефератов и перечень литературы по каждой теме в отдельности). В методических рекомендациях выделено 11 тем: 1) основные этапы развития политической мысли; 2) социальные группы и социальная политика; 3) национальная политика; 4) демографические процессы и политика; 5) человек и политика; 6) демократические основы политической жизни общества; 7) государство в политической системе; 8) политические партии; 9) общественно-политические организации и движения; 10) единство и разнообразие современного мира; 11) современные доктрины мирового развития.
Участники школы говорили о возможности различных вариантов учебных программ курсов политологии. По мнению К. Крылова, политология может и должна в перспективе преподаваться не только в высших, но и средних специальных учебных заведениях, что требует различных типовых учебных программ. А. Дегтярев предложил следующую систему учебного курса политологии для вузов: 1) предмет, структура и методы политологии, история политической мысли; 2) субстанции политики — политическая власть, политическая жизнь, субъекты и объекты политики, человек и политика; 3) политические институты—политическая система (государство, политические партии, общественно-политические организации и движения), международные политические институты, теневые структуры власти; 4) политическое сознание (политическая идеология и политическая психология); 5) политические процессы (в том числе вопросы стратегии и тактики политических партий, политическое поведение общественных организаций, политическая активность граждан и политических лидеров, международные политические процессы); 6) политическая культура; 7) вопросы футурологии. Фундаментальные проблемы предполагается освещать в лекционном курсе, а прикладные — на практических занятиях с использованием активных методов обучения (политических игр, метода экспертных оценок, мозгового штурма и др.).
Большой интерес вызвало сообщение А. Щегорцова об открытии 1 ноября 1989 г. при Высшей комсомольской школе при ЦК ВЛКСМ (Москва) факультета молодежной политики, который предполагает готовить лидеров различных молодежных организаций. Первоначально он будет работать по 2-месячной программе факультета повышения квалификации.
Г. Лапидус поделилась опытом преподавания политологии и подготовки специалистов-политологов, в том числе через аспирантуру, в американских колледжах и университетах. Учебная программа в американских вузах рассчитана на 4 года. Студенты изучают широкий круг политических дисциплин (до 50% объема всей учебной нагрузки). Интересно, что политологи, окончившие аспирантуру, в основном (75%) приглашаются на преподавательскую работу, остальные (25%) —на службу в правительственные учреждения.
Поднималась также проблема приобретения студентами в процессе изучения курса политологии практических навыков политической деятельности. Так, Т. Терек отметил, что в Будапештском техническом университете большая часть учебной па-грузки по политологии падает па практические занятия, Э. Шильц (Боннский университет) строит преподавание политологии следующим образом. Он описывает студентам определенные политические ситуации, взятые из реальной жизни, и совместно с ними организует поиск детерминирующих факторов, определяющих исход тех или иных политических событий. Причем делается это без предварительной подготовки, в ходе непосредственной дискуссии.
Третий блок проблем—отдельные теоретические аспекты политологии, представляющие в настоящее время исключительное значение для ее преподавания. Прежде всего это политический плюрализм и национальная политика. Вызвал, в частности, интерес доклад Б. Курашвили, посвященный социалистическому плюрализму и многопартийности. По мнению докладчика, многопартийность в СССР фактически уже складывается, и в этом плане возникает вопрос, каков же критерий партийности? Только ли классовые интересы представляют политические партии? Наверное, главное здесь, считает он, — различные общественные ориентации, различные социальные интересы, которые обусловливаются прежде всего социальным выбором в сложившейся политической ситуации. Исходя из этого он считает возможным подразделять такие интересы на социалистические и неокапиталистические. Неокапитализм докладчик рассматривает как общественный строй, реализующий некоторые социалистические идеалы, причем в материальной сфере даже успешнее, чем реальный социализм. Поэтому силы, на него ориентирующиеся, могут объединиться в свою партию (либерально-демократическую). В рамках социалистической ориентации возможны, по крайней мере, три течения: 1) умеренно-левое; 2) левоцентристское как оптимальное; 3) правоцентристское. Эти три течения имеются ныне и в обществе, и в КПСС. Они могут привести к возникновению соответствующих политических партий: 1) традиционной коммунистической партии; 2) партии демократического социализма; 3) партии многоукладного социализма, а также социал-демократической партии, которая, скорее всего, примкнет к партии многоукладного социализма. Кроме того, различные общественные ориентации существуют и в сфере национальных отношений, что может обусловить формирование региональных партий.
Вызвал также интерес доклад канадского политолога А. Спарринга о демократии и правлении большинства. Политический плюрализм, по его мнению, обязательно предполагает учет прав политического меньшинства. Более того, оно всегда должно иметь потенциальную возможность стать большинством. Да и сама проблема политического большинства весьма неопределенна, поскольку при той же мажоритарной системе выборов может победить даже небольшая политическая партия. В любом случае, считает А. Спарринг, победившая партия вряд ли будет представлять интересы большинства, о чем свидетельствуют опросы общественного мнения.
Вопрос о границах политического плюрализма затронут в докладе Ю. Вишневского и Л. Когана. В реальных условиях, подчеркнули они, политический плюрализм связан с контрастностью политических сил, а следовательно, и с конфликтностью. Однако подлинный плюрализм — это прежде всего диалог. На проблемах, возникающих в связи с отсутствием политического плюрализма, остановился в своем докладе канадский политолог Ф. Айдлин. Он показал бессилие политической силы, насаждающей тоталитарный режим, где властвующие группировки, опираясь на силу государственного решения, централизованные экономику и идеологию, принимают политические решения по всем вопросам с точки зрения не объективных закономерностей общественного развития, а собственных эгоистических интересов. Однако, как свидетельствуют политические события в ряде стран Восточной Европы, тоталитарный режим оказался не в состоянии предотвратить нарастание кризисных явлений в различных сферах государственной и общественной жизни.
О политическом плюрализме, праве на конфликт, без которого невозможен консенсус в системе политического плюрализма, говорили Б. Орлов и К. Крылов. 11. Цыганков отметил значение политического плюрализма в развитии международных отношений, указав на то, что есть различные моделитского развития, подавляющее большинство которых нацелено не на конфронтацию, а на поиск общих интересов, достижение соглашений.
Проблемы национальной политики рассматривались в докладах К. Халлик, Ю. Лившица, Г. Соотла (СССР), Э. Шульца (ФРГ), К. Дайера (Канада), Г. Лапидус (США) и др., а также в прениях, развернувшихся по ним. Так, К. Халлик подчеркнула, что все национальные проблемы по существу уходят корнями в проблемы гражданского общества, и подъем национальных движений связан именно с. его возрождением. Что карается советской национальной политики, отметила докладчица, то в нашей стране, к сожалению, до сих пор пытаются отыскать одну и ту же таблетку от всех болезней. Многовариантность национальных связей — реальная данность, игнорировать которую больше невозможно. Ю. Лившиц высказался за поиск альтернативных политических решений в данной сфере применительно к Эстонии.
Обсуждался участниками международной политологической школы и ряд других проблем. Так, тема доклада Дж. Коукли (Ирландия) — сравнительная политология и малые страны Европы. С. Лучинова (СССР) выступила с докладом о диалектике демократии и авторитаризма в революционно-демократических движениях (на примере стран «третьего мира»). Г. Ригбей (Австралия) ознакомил присутствующих с советологическими исследованиями в Австралии. Ш. Банка (Венгрия) рассказал о правовых аспектах политической перестройки в Венгрии.
Выступая на закрытии школы, профессор Таллиннского технического университета Ю. Лившиц подчеркнул плодотворность состоявшегося обмена мнениями, выразил надежду, что такие международные встречи ученых-политологов в нашей стране станут постоянными. Представители Свердловска, Москвы и Львова выразили готовность организовать следующие политологические школы у себя.
В. И. Архангельский, кандидат исторических наук,
А. Б. Пешков, кандидат юридических наук



ОГЛАВЛЕНИЕ