<< Предыдущая

стр. 24
(из 55 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

или рассуждение, имеющее целью доказать, что, вероятно, может
существовать другой обитаемый мир на планете" с подзаголовком
"Рассуждение, касающееся возможности путешествия в другие миры" [8].

131
Флаг на Луне, естественно, будет развеваться английский. Итак, флаги,
завоевания, колонизация... Впрочем, разве можно было ожидать чего-либо
иного от буржуа эпохи колониальных завоеваний, от буржуазной идеологии,
с самого своего возникновения проповедующей войну всех против всех,
беспощадную борьбу за существование?
Однако уже и в те времена были люди, которые, борясь против
феодально-абсолютистской идеологии, начинали понимать и
неразрешимость противоречий буржуазной цивилизации. Такая позиция
приводила их к совершенно иным представлениям о межцивилизационных
контактах. Будучи утопическими, они в целом представляли собой
прогрессивное явление своей эпохи. Наиболее ярко подобные
представления были выражены у одного из идеологов немецкого
Просвещения, ученика И. Канта "докритического периода" – И. Гердера, в
философском творчестве которого преобладали материалистические
тенденции. Уже в 1774 году он утверждал, что встреча с разумными
инопланетянами станет закономерным, естественным результатом про-
грессивного развития землян и выразится в форме дружественного общения
и сотрудничества. Мыслитель верил в то, что и на других планетах, как и на
Земле, происходит непрерывный прогресс, что человек имеет "цель,
одинаковую с обитателями других планет, дабы наконец не только
проложить путь к многим звездам, но, быть может, вступить в общение со
зрелыми существами многих различных, но родственных нашей Земле
миров" [3, с. 40].
Выражая уверенность в возможности непосредственных контактов с
внеземными разумными существами, ученые, однако, вплоть до конца XIX
века не видели реальных путей для их установления. И как на всякой не
решенной наукой проблеме, на идее межцивилизационных связей начали
паразитировать мистика и идеализм. Шведский философ-мистик
Эм. Сведенборг решает эту проблему с помощью... душ умерших. Для них,
по его утверждению, преодолеть пространства, разделяющие Землю и
другие планеты, весьма несложно. Этот "духовидец" в форме своих снов –
"божественных откровений" – с молчаливого поощрения церкви начинает
пропагандировать повсеместность разумной жизни с откровенно
теистических позиций.
Более утонченно, но, по сути, так же представляет себе
межпланетные путешествия и сэр Гемфри Дэви, известный химик и физик,
президент Лондонского королевского общества. В книге "Последние дни
философа", изданной в 1827 году, Гемфри Дэви высказывает мысль о том,
что для космического путешествия должна быть разорвана триада "тело-
мозг-дух". Только последний может вопреки известным законам мира вещей
перелетать с планеты на планету, приобретая на ней новую телесную
форму. Как ни странно, но нечто подобное допускает и современный
американский ученый и писатель-фантаст А. Кларк, автор нашумевшей книги
"Черты будущего". Впрочем, общность мировоззренческих позиций
сказывается и через столетия.


132
Нельзя не отметить, что церковь не только не возражала против
подобных измышлений, но и стала поддерживать их. Когда стало
очевидным, что учение о множественности разумной жизни во Вселенной
уже невозможно искоренить из сознания людей, она попыталась превратить
его из силы, направленной против религии, в силу, укрепляющую ее. Устами
богословов она заявила, что множественность обитаемых миров лишь
подтверждает разумное, целесообразное и преднамеренное устройство
Вселенной, существование творца. Уже в XVII веке аббат А. Кирхер пытается
согласовать научную картину мира того времени с библейским текстом,
утверждая, что небесные тела населены мыслящими существами,
способными познавать, почитать и любить своего творца. В своем
"Экстатическом путешествии по небу", совершенном неким мистическим
способом, он говорит о жителях Венеры, Юпитера и других планет.
Добрейший аббат при этом обеспокоен только одним вопросом: годна ли
вода на Венере для крещения младенцев и может ли вино этой "небесной
земли" употребляться для "совершения таинства приобщения"? [9, с. 36].
Небезынтересно отметить, что М.В. Ломоносов, очень много сделавший для
развития и обоснования учения о множественности обитаемых миров,
иронически советовал православным богословам для выяснения подобных,
волновавших их вопросов лично отправиться на Венеру, чтобы узнать
достоверно, какой веры "тамошние люди" [5, с. 374]. Способы межпланетных
путешествий, предлагаемые церковниками и идеалистически мыслящими
учеными, конечно же, не устраивали людей, воспринимающих мир
материалистически. Но ничего реального взамен они предложить не могли,
поэтому мысль о космическом полете первоначально не связывалась ими с
определенным техническим устройством, которое, в сущности, выступало
как абсолютно условный элемент идеи. По аналогии с мореплаванием речь
шла о "воздушной навигации", но это понятие было еще совершенно
отвлеченным. Поэтому когда в 1783 году воздушные шары наконец-то
проложили человеку дорогу в небо, на этот нехитрый прибор начали
возлагать довольно большие надежды и в деле межцивилизационных
контактов. Нельзя забывать, что за кажущейся простотой идеи шара с
нагретым воздухом стояли длительные поиски, не раз заходившие в тупик.
Шар казался чудом, решающим все проблемы "воздушной навигации". Так,
например, в Петербурге в первые десятилетия XIX века широко обсуждалось
грядущее воздухоплавания, в том числе и в плане установления контактов с
инопланетянами. С.П. Жихарев в "Дневнике студента" еще в 1805 году
писал: "Воздушные путешествия входят у нас в моду" [5, с. 96]. Живя в
Петербурге, А. Мицкевич в 1829-1830 годах работает над незавершенной
повестью "История будущего", в которой рисует перспективы технического
прогресса. Многие предсказания поэта просто поразительны (радио,
магнитофон и т. п.), но грядущее завоевание воздушного океана и космоса
ему видится только с помощью "крылатых шаров". Повесть заканчивается,
по свидетельству одного из друзей А. Мицкевича – А. Одынца,
"установлением связи между землей и планетами с помощью воздушных
шаров, которые в те времена будут летать по' воздуху так же, как ныне пла-

133
вают корабли по морю" [Цит. по: 1, с. 60]. В.Ф. Одоевский считает возможным
достичь Луны с помощью особого летающего прибора – "гальваностата"
("воздушного шара, приводимого в движение гальванизмом") [Цит. по: 1,
с. 67]. В общем идея межпланетных контактов в первой половине XIX века
многим казалась осуществимой с помощью воздушных шаров.
Однако скоро стало ясно, что в космосе, где нет воздуха, ни обычный
шар, ни даже "гальваностат" плавать не смогут. Даже страстный поклонник
воздушных шаров К. Фламмарион, бывший и известным воздухоплавателем,
в своей "Живописной астрономии" квалифицирует мысль о полете на Луну с
помощью этого прибора, как достойную осмеяния. Позже и система
артиллерийский выстрел – снаряд (предложенная известным прогнозистом
развития техники Жюль Верном) под углом зрения точного расчета
оказалась нереальной. Казалось, идея межпланетных контактов в
техническом отношении прочно зашла в тупик.
Тем не менее убежденность в существовании разумных обитателей
планет Солнечной системы (и особенно Марса) в конце XIX-начале XX века
была столь глубокой, а мысль о скором установлении межцивилизационных
связей оказалась настолько прочной, что их возможные последствия
обсуждались весьма широко. В полном соответствии с основными
принципами буржуазной идеологии эти последствия оценивались как
непримиримая борьба за существование, как истребительная война.
Наиболее ярко подобные тенденции выразил в известном романе "Борьба
миров" Г. Уэллс, перу которого, уже как биолога, принадлежало немало
статей о возможности разумной жизни на Марсе "на иной основе". Правда,
К. Фламмарион резко выступил против мысли о доступности путешествия с
Марса на Землю или наоборот. Марс, утверждал он,— "это новый мир,
которого никогда не достигнет никакой Колумб" [9, с. 403]. Но он допускал
возможность контакта с густо населенной, по его мнению, Луной и в полном
соответствии с антигуманной сущностью буржуазной идеологии изображал
взаимоотношения землян и селенитов как артиллерийскую дуэль.
Рассматривая войну как атрибут всякой разумной жизни, этот ученый считал
неизбежным выход ее за пределы Земли.
И все же способ осуществления полета в космос – использование
реактивного движения – был открыт задолго до того, как созрели условия
для его технического осуществления. Уже в 1881 году замечательный
русский революционер Н.И. Кибальчич в тюремном каземате буквально
накануне казни создает проект аппарата для полета в космос.
Подобная идея несколько позже, как известно, была высказана,
математически обоснована и развита в работах убежденного материалиста и
стихийного диалектика К.Э. Циолковского. Этот скромный русский учитель и
гениальнейший ученый с мировым именем в буквальном смысле слова
указал людям путь к звездам. Он решительно перенес мысль о возможности
общения между обитаемыми мирами из области мечтаний в сферу науки.
Придя к выводу, что ньютоновский закон тяготения "не ставит преград
для безграничных путешествий разумных существ", и разработав теорию
реактивного движения, К.Э. Циолковский впервые с позиций науки

134
доказывает реальность общения с "братьями". Это уже были не фантазии, а
точное знание, основанное на законах природы. И если вначале он не
решается говорить вообще о сроках реализации космических путешествий,
то впоследствии определяет их уже как несколько сотен лет. А в 1935 году
К.Э. Циолковский писал: "До последнего времени я предполагал, что нужны
сотни лет для осуществления полетов с астрономической скоростью (8-17
км. в секунду) Это подтверждалось теми слабыми результатами, которые по-
лучены у нас и за границей. Но непрерывная работа в последнее, время
поколебала эти мои пессимистические взгляды: найдены приемы, которые
дадут изумительные результаты уже через десятки лет" [12, с. 351]. И не-
смотря на то что очень многие маститые ученые даже в 30-е годы XX века
все еще позволяли себе потешаться над "этими полоумными ракетчиками" и
"доказывали невозможность" космического полета, уже через два десятка
лет его предсказание воплотилось в жизнь.
Менее известны взгляды К.Э. Циолковского на последствия контактов
цивилизаций космоса. Они проникнуты высочайшим гуманизмом и
принципиально чужды человеконенавистнической сущности буржуазной
идеологии. С позиций стихийной диалектики К.Э. Циолковский развивает
идею постоянного развития и совершенствования разумной жизни. Этот
процесс, по его мнению, в силу бесчисленности обитаемых миров и
постоянно происходящего многообразования, не может быть одно-
временным. Поэтому "все фазы развития живых существ можно видеть на
разных планетах. Чем было человечество несколько тысяч лет тому назад и
чем оно будет по истечении нескольких миллионов лет – все это можно
отыскать в планетном мире..." [Цит. по: 13, с. 9]. Утверждение— удивительно
созвучное новейшим представлениям! Прогрессивное, восходящее развитие
однажды возникшей разумной жизни, по К.Э. Циолковскому, – закономер-
ность всеобщего, всекосмического характера. Результатом ее воздействия
являются цивилизации высокой степени совершенства, полностью
контролирующие стихийные силы и природы, и общества. "Каждая планета,
с течением времени, объединяется, устраняет все несовершенное,
достигает высшего могущества и прекрасного общественного устройства, –
писал К.Э. Циолковский, – …Представители этих общественных единиц
восходят все выше и выше по степени совершенства" [12, с. 307].
Переводя взгляд на Землю, К.Э. Циолковский, однако, не мог не
видеть разобщенности землян, жестоких войн, шагающей по трупам наживы,
бессмысленного уничтожения величайших культурных ценностей. И эта
картина заставляла ученого сомневаться в благополучном исходе контакта
современных ему землян с более развитыми цивилизациями космоса. "Мы –
братья, убиваем друг друга, затеваем войны, – писал К.Э. Циолковский, – Как
же мы отнесемся к совершенно чуждым нам существам? Не сочтем ли их за
соперников по обладанию Землей и не погубим ли самих себя в неравной
борьбе? Человечество так же далеко по своему развитию от более
совершенных планетных существ, как низшие животные от людей..." [11].
Поэтому непременным условием контакта с инопланетянами ученый считал
и социальное и биологическое совершенствование рода человеческого. В

135
космос, полагал К.Э. Циолковский, могут выйти и распространяться в нем
только представители достаточно зрелых в социальном отношении
цивилизаций, объединенных в общепланетном масштабе и превративших
свои армии в армии труда. Ликвидировав войну как способ разрешения
международных споров еще в планетный период своего существования, эти
цивилизации, встретившись со столь же совершенными инопланетными
братьями по разуму, не только не будут враждовать с ними, но и
объединятся в такое содружество по совместной борьбе со стихийными
силами природы, к которому будут постепенно примыкать представители все
новых, социально зрелых цивилизаций. "Образуется союз ближайших солнц,
союзы союзов и т. д. Где предел этим союзам – трудно сказать, так как
Вселенная бесконечна" [10], – подчеркивал ученый.
Таким образом, для современности основополагающими стали не
только его идеи в области ракетоплавания, но и его прогнозирование
социологических аспектов распространения разума в космосе. С полным
правом К.Э. Циолковского можно считать основателем современной
космической социологии и этики. Постановкой этих проблем он значительно
обогнал свое время. К.Э. Циолковский блестяще завершил длительный этап
поисков путей установления межцивилизационных контактов. Указанный им
путь к звездам привел человечество в наши дни к освоению космоса, подвел
прочный научный фундамент под извечную мечту о возможности встречи с
братьями по разуму, обитающими в глубинах Вселенной.

Литература

Алексеев М.П. Замыслы Historii Przyszlosci Мицкевича и русская утопическая
мысль 20-30-х годов XIX века // Slavia, Т. XXVIII. – Прага, 1959.
Античные философы (Свидетельства, фрагменты и тексты). – К.: Партиздат,
1955.
Гердер И. Письмо И.Канту 1774 г. // Кант И. Сочинения. – Т. 6. – М.: Наука,
1966.
Жихарев С.П. Записки современника. – М.-Л.: Наука, 1955.
Ломоносов М.В. Полное собрание сочинений. – Т. 4. – М.: Наука, 1954.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. – Т. 22. – М.: Политиздат, 1956.
Рассел Б. История западной философии. – М.: Госиздат, 1959.
Салливан У. Мы не одни. – М.: Прогресс, 1967.
Фламмарион К. Множественность обитаемых миров. – СПб.: Изд.
А.Суворина, 1896.
Циолковский К.Э. Космическая философия // Фонд № 555, оп. 1, № 535,
Моск. Отд. Архива АН СССР.
Циолковский К.Э. Планеты заселены живыми существами. 1933 // Фонд №
555, оп. 1, № 505, Моск. Отд. Архива АН СССР.
Циолковский К.Э. Путь к звездам. – М.: Наука, 1960.
Шкловский И.С. Вселенная, жизнь, разум. – М.: Наука, 1973.
Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 20. – М.:
Политиздат, 1956.

136
ФІЛОСОФІЯ І МЕТОДОЛОГІЯ НАУКИ

УДК 167.7
М.О. Булатов

ПРО СТАТУС І СУЧАСНІ ПРОБЛЕМИ МЕТОДОЛОГІЇ НАУКИ

Стаття в тезовій формі формулює питання щодо методологічних засад
післякласичної науки: від гуманітаристики і права до екології та техніки.

Традиційно такі проблеми – складова частина філософії. Вони
являють собою форму зв’язку ( одну з таких форм) філософії і науки взагалі,
поряд з іншими, такими як: наукове знання – основа філософського; наука і
етика; наука і духовні цінності; наука і релігія...
В радянські часи , коли загальною методологією всіх суспільних наук
був марксизм і в цьому напрямі проблем власне не було, були хіба що
„збочення” , відходи від нього, окремі помилки, „методологія науки”
охоплювала природничі науки – від механіки земної і небесної і до біології – і
математику.
Оскільки спеціалістів цієї галузі знання брали переважно із
представників спеціальних наук, методологія науки охоплювала і філософські
проблеми природознавства і математики, і методологічні проблеми самих
цих наук. Грань між філософськими і загально методологічними, але
спеціальними проблемами була розмита, нечітка. Для цього є і об’єктивна
підстава, бо філософія історично формується на наукових чи просто

<< Предыдущая

стр. 24
(из 55 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>