<< Предыдущая

стр. 4
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

О таких, на первый взгляд казусах, говорят все, кто прошел через открытие в себе ясновидения или телекинеза. Особенно интересно видеть человека, которому впервые в жизни вдруг удается нечто, что он до этого считал сказками.
Так, всеми уважаемый и материалистически настроенный ученый, изучающий трансперсоналии, оказавшись в Англии, принял участие в погружении по методу Грофа. В трансе он увидел квартиру и очень подробно ее обстановку, в которой никогда не был. Каково же было его удивление, когда он, вернувшись в Москву, через некоторое время действительно впервые оказался в этой квартире, где буквально все мельчайшие подробности совпали с теми, что он увидел в погружении будучи в Англии.
С подобных казусов у некоторых начинают вдруг показывать по телевизору не то, что видят все остальные, а свое, например войну в Персидском заливе и технику, которая там участвует, а потом, только через полгода, эта война начинается. Не стоит говорить, что кадры, которые этот человек увидел потом, через полгода, по телевизору, совпадали с кадрами, показанными ему за полгода кем-то или чем-то.
Говоря об этих казусах, хочу привлечь внимание тех, кто не очень склонен верить “сказкам”. Опыты, проведенные в академическом институте радиоэлектроники, результаты которых стали уже достоянием гласности, так как опубликованы в солидных академических изданиях, бесспорно доказали объективную реальность подобного, о чем я говорю тут.
Сила человеческого сознания настолько велика, что ошеломленные ученые пока совершенно серьезно воздерживаются от комментариев. “Фокусы”, которые показывает Ури Геллер, когда меж его пальцами просто “тает” – утончается, изгибается или “течет” – ложка или вилка, тоже пока не могут найти у физиков объяснения.
7.3. Поединок в тонких мирах
Вот характерный отрывок из рассказа человека, который совершенно сознательно использовал свои небычные способности, когда был арестован по ложному обвинению:
“Я много занимался раньше парапсихологией, был посвящен в некоторые тайны этой науки. Мой поединок со следователем начался еще до моего с ним знакомства, когда меня предварительно пытались “потрошить” члены следственной бригады и бригады по задержанию меня как особо опасного преступника.
Я не буду вдаваться в подробности своего дела, остановлюсь лишь на том, что имеет отношение к проявлению особых способностей.
Совершенно отчетливо я прочитал мысль следователя о том, что как бы ни повернулись события, а меня он задержит и составит обвинение против меня в совершении особо тяжкого преступления, взвалив всю вину на меня одного. Я понял так же отчетливо, что не все члены следственной бригады разделяли его мнение.
В КПЗ – камере предварительного заключения – я был один семь дней. Напряжение, которое я испытывал, облегчило мою задачу: я смог вспомнить почти все документы, удостоверяющие мою непричастность и мое алиби. Я смог увидеть в своем воображении даже те документы, которые раньше не держал в руках. Тогда же я понял, что командировочное удостоверение, выданное мне в Ленинград, будет уничтожено как подтверждающее мое алиби именно по этой причине. Я увидел там, как будет рассыпаться выдвинутое мне обвинение, и в результате от него ничего не останется. Так в конце концов и случилось.
Сидя в камере, я узрел, естественно, не знакомые мне, а будущие, то есть еще не существующие, страницы протоколов допросов проходящих по делу причастных лиц и свидетелей. Они представились мне некоторыми совершенно отчетливыми местами, как оказалось потом, самыми главными для меня.
Более шести месяцев шло активное следствие, в результате которого постепенно настраиваемый мною молодой следователь терял свою задорность и пыл, а вместе с тем обвинение, предъявленное мне, теряло один пункт за другим. Я применил знания, которыми располагал, к изменению всей ситуации.
В так называемой резулятивной части обвинительного заключения, где подытоживается обвинение, мое алиби было принято, а против меня выдвинуто то, что я был директором, а значит, как бы за все ответственным, и что я якобы дал устное указание по телефону из другого города.
В то же время следствием была бесспорно и документально доказана причастность к хищению других лиц, моих подчиненных, отсутствие у бухгалтера официального разрешения на получение наличных денег из банка, что, однако, не помешало ей договориться с банковскими служащими о получении ею значительной суммы наличными с расчетного счета нашей организации по чеку, подписанному ею и моим заместителем.
Организацию преступления, если его можно было так назвать, под давлением неопровержимых улик вынужден был взять на себя мой заместитель.
То есть фактически все стало на свои места, кроме того, что я уже около года до суда сидел в тюрьме, а они все гуляли на свободе.
Однако судья, нарушив более двадцати статей законов, все же вынес мне обвинительный приговор.”
Так заканчивается первая часть рассказа бывшего заключенного о том, как ему удалось доказать свою невиновность вместе с тем, что вину за совершенное взяли на себя другие лица.
Казалось бы, автора этого рассказа можно публично обвинить в том, что он, обладая такими способностями, не смог ничего сделать, чтобы освободиться до суда или в процессе суда. Или же обвинить в том, что он просто оказался неспособным предвидеть ситуацию на суде. Но это не совсем так.
В свое оправдание автор продолжает свой рассказ.
“Первое: конечная стадия этой ситуации мне была ясна в довольно четких тонах заранее, еще до моего увольнения из той организации, состоявшегося именно по причине моих разногласий с моими подчиненными. Себя винить я могу лишь за легкомысленное отношение к тому, что уволился без требуемой мною ревизии, проведение которой, как я был уверен, обязательно вскрыло бы явные финансовые нарушения со стороны моих подчиненных.
И все-таки я, будучи абсолютно уверенным в этом, допустил вот такой ляп и позволил обвести себя вокруг пальца. Хотя я несколько раз убеждал генерального директора прислать ревизионную комиссию и проверить финансово-бухгалтерскую деятельность, но в конце все же согласился уйти так, без проведения ее.
Второе: существует ощущение предопределенности в жизни некоторых моментов, исполнения которых избежать не удастся, как бы человек ни выкручивался.
Мое ощущение, идущее из глубины моей души, подсказывало мне еще за восемь лет до описываемых событий мою явную или неявную смерть или же настоящее мое перерождение, несущее такую необыкновенную новизну, что противиться этому грядущему было нельзя. Я даже описал в одном из стихотворений, которое так и называлось “Восемь зим”, за восемь лет до моего ареста эту свою настоящую или ненастоящую смерть. Вот оно, это стихотворение:
Восемь зим
У поэтов есть один зарок,
Нарушать который бы не сметь:
Ты – поэт и, значит, ты – пророк! –
Не играй же в собственную смерть!

Замели дороги восемь зим,
И вестей о лете что-то нет.
Я уже давно сообразил:
Мучиться осталось восемь лет.

Сколько пролилось ненужных слез –
Равнодушно выносил красу!
Сколько я несчастия принес
И еще немало принесу!

С чьей-то шеи я сниму хомут,
Разожму кулак свой небольшой,
Предоставлю волю кой-кому –
Что хотите, делайте с душой!

Мягкость девичью почувствуют уста.
Незадача – время только не вернуть.
И за то, что жизнь разбита и пуста,
Проклянете наш совместный путь.

Не хотели, ну а делали – во зло.
И, боюсь, друг другу не простим.
Нам не просто с вами не везло –
С жизнью наш союз несовместим.

Восемь весен раны будут петь, –
Раненный смертельно, дикий зверь.
Мне бы восемь зим перетерпеть,
А потом закрыть легонько дверь.

Начинал я жизнь свою в грязи,
Поклонялся призрачным концам.
Мучиться осталось восемь зим,
А потом уйду я к праотцам.

Я приду к ним, выгнанный за блажь,
Голову под ливнем остужу,
На весы – греховный свой багаж,
На распятье – душу положу.

Мне пред ними лучше промолчать –
Мне ведь с ними вечно жить и жить.
Было просто мою жизнь зачать,
Так же просто будет завершить.

На восьмой зиме прерву полет,
На мольбы пожить не отзовусь.
Птицу бьют не как-нибудь, а влет, –
На восьмой – в полете разорвусь.

Я нарушу связь пустых времен,
Будущее с прошлым – разрублю,
Симбиоз повенчанных имен,
Даже – что без памяти люблю.

У таланта есть один зарок,
Нарушать который бы не сметь:
Ты – поэт и, значит, ты – пророк! –
Не играй же в собственную смерть!

Написано это стихотворение 7 декабря 1984 года, арестовали меня 24 ноября 1992 года. И началась моя новая жизнь.
Надо ли говорить о том, что дамоклов меч грядущего, предсказанного самому себе, висел все эти годы над моей головой, и когда оно случилось, то я даже испытал облегчение потому, что это была не сама физическая смерть, а всего лишь внутреннее перерождение.
Правда, как оказалось потом, настоящая физическая смерть еще не раз подстерегала меня в тюрьме и в колонии, когда вдруг обвалом стала развиваться моя старая болезнь, от которой даже в условиях свободы умерли все, с кем мне приходилось лежать в больницах раньше.
Но я уже был уверен, что все, случившееся со мною, есть не просто событие, - нет, это закономерность, с помощью которой мне подсказано и с помощью которой я изменен, чтобы выполнить свою настоящую задачу в этой своей жизни.”
На этом закончим вторую часть рассказа.
Вот это, третье, - закономерность, ощущение предначертанности будущего - наверное, и есть самое важное, что необходимо подчеркнуть. Именно оно и дает окончательное понимание того, что человек есть природный преобразователь смыслов, что информация для нас – это смыслы - и что смыслы, познанные человеком за всю его жизнь, не должны умереть с ним вместе, а их необходимо оставить после себя, но оставить не только в виде материального и разрушающегося, а в основном на неразрушающихся от длительного времени носителях, хотя бы на бумаге, в книгах.
Приведу третью часть рассказа моего знакомого.
“Я понял, зачем я когда-то занимался литературой – меня готовили к тому, чтобы я начал писать книгу, чтобы я передал свои знания другим.
Меня поразила одна фраза, сказанная в “этапке” одним двадцатилетним, но уже битым жизнью и преступлениями парнем после того, как мы с ним беседовали о самой жизни ночью часа три или четыре. Он сказал по поводу моего взгляда на жизнь следующее: “Посмотри, какие остолопы лезут управлять нами, а ты, зная такое и умея многое делать, что другим не под силу, сидишь, молчишь и ничего не делаешь!” И так от души, с горечью это было сказано в мой адрес, что я это запомнил на всю оставшуюся жизнь.”
И наверное, эта встреча помогла и мне окончательно понять, почему когда-то, на том самом зачете, когда передо мной сам собой открывался справочник и я читал в нем ответы на вопросы преподавателя, почему тогда этот преподаватель так горячо переживал за мою будущую судьбу, что, несмотря на свою болезнь и немощь, позволил себе то, чего вообще никогда в жизни не допускал: он после моих непонятно как полученных ответов кричал на меня в гневе и бессилии, видимо, давая этим понять, что и он тоже обладал каким-то необычным даром, и передавая мне крохи понимания о моей необычной будущей жизни.
7.4. Ясновидение в экстремальных ситуациях
Мой знакомый, прошедший издевательства закона нал собой, рассказывал:
“В поединке с беззаконием было несколько моментов, когда напряжение и возрастало до еле сдерживаемого предела и спадало до неощущения жизни.
Один из таких переломных эпизодов касается поведения подсаженных в камеру спецблока тюрьмы, рассчитанную на четверых, в которой находился я, двух специально подготовленных заключенных.
Что они заключенные, а не вольные, я сделал вывод по тому, что им не приносили передачи, и они, оба молодые, жадно набрасывались на еду и курево, когда кому-нибудь из нас двоих приносили передачи: мне или Жене.
Однажды эти двое обострили обстановку в камере настолько, что чуть было не возникла драка. Когда четвертого – Женю – вызвали на свидание, а я сидел и писал на своем месте на втором этаже нар, эти двое, подступив ко мне, стали требовать, чтобы я отдал им только что полученные мною из дома спортивные брюки.
Я и сам думал перед этим, что мог бы одному из них отдать эти брюки, тем более что у меня они были запасными, а у моих соседей была одна рвань, но не таким же способом: ведь они мне заявили, что сделают из меня котлету, если не отдам.
Конечно, я против каждого из них не смотрелся физически, а мой возраст равнялся их возрастам в сумме. Но они каждое утро и каждый вечер в течение вот уже двух месяцев были свидетелями того, как я занимался по часу-полтора общефизическими упражнениями и отрабатывал удары по стене.
И когда я на их атаку вдруг удивленно и спокойно протянул: “Что-о-о?”, они опешили. Я же, сидя в позе полулотоса вверху, тут же пригласил: “Ну, кто самый смелый? Подходи!” Я выпростал из-под себя одну ногу и пошевелил пальцами, как бы разминая ее. Как-то сразу пропал пыл у моих сокамерников.
После этого, поняв, что безоблачная жизнь в камере кончилась, я решил взять обстановку под свой контроль и затеял ничего не значащий разговор с одним из них, с паханом Владимиром.
Затягивая его в диалог, я ощутил, что его угнетает какая-то проблема со здоровьем, и намекнул ему на это. После того, как он напрямую спросил меня о перспективе в отношении болезни легких, я сказал ему, что вся проблема его легких связана не с тюрьмой и не с туберкулезом, которого он опасается, а с той давней ситуацией, когда его в числе других парашютистов выбросили в смрадный горный район, а он, неудачно приземляясь, повис на дереве с проткнутым боком, напоровшись на острый сук. Сказал, что он тогда еще еле выжил. Он все это выслушал молча и так же молча несколько часов после этого лежал на шконке и не разговаривал ни с кем.
И только с этого эпизода открытая агрессия в отношении меня и четвертого заключенного, Жени, прекратилась. Поняв, что схватка ими оказалась проигранной, законники вскоре нас двоих раскидали по общим камерам.
Это произошло в самые первые месяцы заключения. Потом уже никогда не возникало ситуаций, даже отдаленно похожих на эту. Может быть, молва об этом шла впереди.”
7.5. Что можно сделать в экстремальных условиях
Приведу далее рассказ моего знакомого, чтобы показать, что именно можно сделать в условиях жизни, отличающихся экстремальными негативными параметрами.
“Может быть, в отношениях ко мне заключенных сыграла свою роль и история выздоровления самого Жени. Его с острым гепатитом взяли прямо из больницы, где он лечился в стационаре.
Через несколько дней после нашего с ним знакомства в камере, у него утром начался приступ, за несколько минут перешедший практически в кому и бессознательное состояние.
Положив его на пол, я провел манипуляции с его спиной, сначала вернув ему сознание, а потом и силу, и снял болевой синдром. Через несколько часов он уже чувствовал себя хорошо.
За время нашего совместного пребывания в камере он пять раз падал в болевые обмороки, но, по мере того, как я его раз от разу выводил из них, каждый раз то, что происходило с ним, теряло былую остроту.
Как я узнал позже, после нашей вынужденной разлуки, он всего лишь однажды ощутил неглубокий приступ и, заранее обученный мною, попросил тех, с кем в то время находился, чтобы они по определенной схеме воздействовали на его спину.
Все это происходило на глазах наших сокамерников-оборотней, и даже у них, как я понял, вызвало уважение, потому что они и я сам были абсолютно не уверены, остался бы жив Женя без моей помощи, ведь медсестра, которая, кстати, совершенно ничего не предприняла в связи с этим, пришла к нам только по истечении двух часов после нашего вызова. Мне же ощущение подсказывало, что положение с ним очень серьезно.
После этого было несколько интересных случаев в общей камере, куда меня перевели, особенно интересующих меня приступов, когда я вынужден был помогать людям, которым другой помощи от кого-либо ждать было неоткуда.
Когда же я только появился в колонии, начальник отряда тут же подбросил мне завхоза другого отряда, тоже, естественно, зека, Николая К.
Мне говорили, что он совсем недавно был полным и сильным, потому что получал из дому регулярно хорошие передачи, да и завхозу часто просто от своих перепадают подарки, почти никогда не болел, что подтвердил и сам Николай.
Передо мной же он предстал высохшим, костлявым, с потухшими глазами. Он уже несколько недель перед этим практически ничего не мог есть, его рвало, проходимость кишечника было нарушена.
Сканирование его организма, предпринятое мною с помощью внутривидения, подтвердило мою первую мысль о том, что у него уже практически развивается онкологический процесс, и жить ему в лучшем случае, если ничего не изменить, осталось от силы месяц. Медицинского лечения с ним практически никакого не велось, лекарств просто не было, операцию ему уже не предлагали, да он ее и не хотел, боялся.
Я с ним занимался три раза по сорок минут, прямо в бараке, в отряде, насчитывающем более ста человек, без применения каких-либо специальных методов внушения, потому что он от одного звука моего голоса входил в нужное, именно такое, какое было необходимо, состояние внутренней сосредоточенности и легкого транса.
Уверен, Бог помогал нам, если вот так из ничего, через неделю он, нарушая мои предписания по поводу еды, уже начал есть масло и тушенку. Через два месяца он поправился уже настолько, что к нему вернулась полнота, живот стал откровенно выдаваться вперед, окреп голос. Оказалось, что это был очень властный человек. Может быть, именно это и облегчило его выздоровление.
Потом, в условиях неволи, у меня было полтора десятка сложных случаев, таких, что я бы нисколько не покривил душой, если бы назвал их не просто случаями между жизнью и смертью.
Практически передо мной появлялись завтрашние покойники, но этот случай с Николаем К. быстро стал предметом обсуждения других заключенных и работников администрации. Ведь я только что попал в колонию, и большинство из них меня как бы не знали, хотя тут уже находились и те, с кем я до этого встречался в тюрьме.
Очень многие стали ко мне относиться с уважением, и лишь иногда, очень редко, в знак этого уважения, беспокоили меня, подходя с вопросами об очень серьезных заболеваниях их самих или их родственников.
Я старался помочь всем, кто приходил ко мне, своим советом, за что чуть было не поплатился тем, что офицеры-медики прямо заявили, чтобы я им не мешал работать, иначе они попросят администрацию отправить меня по этапу куда-нибудь в тьмутаракань. На что я пообещал, что пересекаться с их работой не буду, и с тех пор подробно инструктировал всех, кто ко мне приходил со своими болями, как вести себя перед другими. Отказать кому-нибудь было все равно невозможно.”
Остается только признаться, что я, то есть автор этой книги, и мой знакомый, написавший эти строки, - одно и то же лицо. Однако, состояние сознания, мое сегодняшнее, кардинально отличается от состояния моего сознания, в котором я находился тогда, в прошлом. Это были как бы два разных человека.













Самоисцеление

Что делать с самим собой?
Тайны медитативного бега.
Бег как особое состояние и самая великая из асан.
Секретный тест Г.Шелтона.
Голодание для безвольных.
Исцеление от гриппа за три дня.
Чакры - центры имаго-чувств.
Настройка состояний на Духовность.
Вне и внутри себя.











8. РЕЗЕРВЫ ЖИЗНИ, КОТОРЫЕ НИЧЕГО НЕ СТОЯТ
8.1. Духовны ли занятия телом
Когда слышишь, что выполнение физической работы или любых других занятий не являются духовными, понимаешь, что говорит об этом человек, который разделил свою деятельность на четкие виды: “Вот сейчас я служу Богу, а через час буду служить?“ Для такого человека духовность состоит в отправлении некоторых ритуалов с обращением к тому Богу, который находится далеко от него.
Было сказано: “Тело есть Храм”. Уважая наших Духовных Учителей, нельзя нам забывать о чистоте тела, так же, как и ограничиваться только телесной чистотой мало, если служишь Великим Истинам.
Но что бы ни делал, какую бы работу ни выполнял, в каком бы состоянии ни находился, всегда нужно быть проникнутым Духом. Это означает, что любое состояние, как самое общее для всего определение, необходимо рассматривать сверху - от Бога, от Жизненного Потока, от Эгрегора, от тех, кто ждет от тебя помощи.
И если на Востоке говорят, что не упражнения лечат, а концентрация сознания, то я бы хотел, чтобы мы все поняли, что во многих случаях действительно лечат не бег или плавание, а настроение, состояние, обращение души к помощи Неба, к нашему желанию.
Обращение нашей души к Духу, ее устремленность, ее просьба - это внутренняя наша мольба или молитва. Нам идти с нашей просьбой о здоровье некуда, кроме как к себе самому. Потому что: “Бог внутри нас.”
Помнить бы только, что когда-то Бога славили, а надеялись на себя. Сейчас же славить перестали, зато надеемся в основном на него, даже неверующие, и мало что для себя делаем.
8.2. Бег как особое состояние
“Самая великая из асан, – сказал когда-то Свами Шивананда, – это медленный бег.” Йоги считают медленный бег особым, выделяющимся из известных, видом состояний, которое объединяет в себе и элементы хатха-йоги, и динамичность, и медитацию.
Я практикую медитативный бег или, как это еще называют, динамическую медитацию с бегом.
Когда я рассказываю об этом в подробностях, то многие мои слушатели изъявляют желание начать бегать. Они тоже хотят ощутить особое состояние и этим внести в свою жизнь чудо.
Под особым состоянием организма я понимаю не только особое состояние сознания, но и такое состояние тела, психики, желаний, которое находит прямое выражение в понятии фазы полета. Ощущение человеком полета достаточно специфично, сложно описать его словами, но замечательно о нем поведал в своем рассказе Ричард Бах “Чайка по имени Джонатан Лингвистон”.
Конечно, я не теряю связи с землей, тем более что я бегу по ней, но я преодолеваю каждый метр земли, ощущая упругое сопротивление среды внешней. И одновременно с этим я начинаю ощущать помощь земли – она начинает отвечать мне так, что я чувствую родное существо вокруг меня.
Конечно, я создаю вокруг себя среду погружения, которая приподнимает и подпитывает меня. Иногда тем, кто со мною бегает, я демонстрирую эту среду как вязкую субстанцию, которую они могут ощутить очень сильно по тому, как она приподнимает их, словно вода, в которую они погружены.
Эта среда как бы сама расслабляет все в теле, что не нужно напрягать, чтобы бежать. Она соединяет всю группу, если мы бежим группой. И она же объединяет.
Человек, пришедший всего лишь раз на пробежку, потом никогда не забудет это ощущение полета или плавания. Подъемная сила, возникающая при этом, позволяет даже тому, кто не мог самостоятельно пробежать и пяти минут, бегать со мною сорок минут или даже больше.
Иногда я задумываюсь над тем, что такое наша любовь к Природе и что такое ее любовь к нам. В беге открываешь ее во всей силе. Сливаешься с Природой настолько, что, увлекшись, теряешь ощущение времени и забываешь обо всем на свете. Эмоциональный подъем от новых положительных ощущений так силен, что бывает по-хорошему жалко, что это состояние необычности когда-нибудь тоже заканчивается. Но для меня нет проблем с воссозданием его вновь и вновь на следующий день или же тогда, когда я захочу.
Думаю, что я во многом, если не во всем, обязан именно обоюдной любви, которую я испытываю и которую проявляет мой эгрегор по отношению ко мне во время моих пробежек. Это очень необычное состояние позволяет мне жить уже несколько раз сверх отпущенного Природой, а ощущение жизни, подаренной неоднократно, – это очень сильное ощущение.
На этом подарке жизни я строю, например, прием снижения негативного влияния стресса, случившегося со мною. Или же когда переработаю и мозг уже не может просто так переключиться на другое, то есть происходит зацикливание на проблеме, бег до изнеможения приносит то, что необходимо, – в нем происходит переключение или вообще расслабление сознания, уход его в спасительную пустоту от мыслей.
Смысл такого активного действия состоит в том, что в структурах мозга за время бега создаются изменения, которые не только гасят негативное возбуждение и перевозбуждение, а выводят его на новый, успокоенный режим.
Конечно, есть опасность перенапряжения от бега, если до этого человек уже испытал нервную усталость, потому что нервное напряжение как от физической, так и умственной или другой какой работы включает в действие и истощает одни и те же нервные запасы в организме. Чтобы этого не произошло, необходимо постоянно контролировать свое состояние по особым критериям.
Хорошее самочувствие может при этом сыграть плохую шутку вследствие того, что часто при физических упражнениях, выполняемых с удовольствием, возникает состояние эйфории, эмоционального острого подъема, которое может погасить любые сигналы организма о перенапряжении, даже очень сильные.
Нужно учитывать еще и то обстоятельство, что нервные импульсы от работающих в активном режиме мышц могут и, как правило, забивают любые другие, в том числе и болевые, импульсы. Поэтому многие спортсмены проявляют “героизм” по преодолению боли от сломанных пальцев или ребер, когда продолжают схватку или игру, несмотря на обстоятельства травмы.
На самом деле знание этой особенности помогает любому, кто испытывает чисто физическое неудобство от какой-либо проблемы физического характера. Единственным, может быть, ограничением при этом являются боли острого характера при порыве мышц, замаскировать которые импульсами работающих мышц не удается.
Лечебный фактор преодоления в нашем организме болезни за счет физического волевого напряжения имеет механизм встречного движения, направленного на помощь нашим проявленным желаниям в преодолении своих болевых симптомов. Но это не является простым выключением болевых сигналов.
Боль в организме, который нагружен физически движениями средней интенсивности, но длительное время, исчезает лишь тогда, когда вы подействовали на ее причину.
Активизация процессов в организме, идущая на фоне концентрации сознания, быстротой происходящих в них положительных изменений иногда просто пугает тех, кто не знаком с особенностями действия на организм сознательных манипуляций.
Может быть, кто-то скажет при этом, что это – насилие над природой организма, которое тоже ведет к боли в тех же мышцах, например. Думаю, что не открою секрета, если скажу, что даже при достаточно скованном состоянии мышц или при другой какой проблеме в связках или скелете разогрев с помощью движения тела в хорошем темпе и при большой продолжительности занятия делает чудеса, и боль к следующему дню исчезает.
Особое состояние, возникающее при беге большой продолжительности, я уже упоминал несколько раз.
Человек не способен летать, но он способен представить полет тогда, когда его тело отрывается от земли и когда целостное его восприятие оказывается адекватно состоянию представляемого полета.
Одна из тайн бега состоит в том, что в организме бегуна, в его мозговых структурах, в момент его бегового напряжения резко увеличивается выработка эндорфинов, которые ответственны не только за настроение, но и за присутствие или отсутствие болезненной тяги к чему-нибудь.
Постоянные тренировки в беге приводят к тому, что постепенно средний уровень присутствия эндорфинов в межклеточной среде мозга бегуна увеличивается, что позитивно сказывается на его настроении, на течении многих болезней, особенно тяжелых, хронических, неизлечимых никакими другими способами.
Это приводит и к тому, что человек перестает быть подверженным какой бы то ни было болезненной тяге.
Происходит подобное перерождение клеточного мозгового вещества при условии постоянных, длительное время – до двух лет – проводимых занятий бегом по системе, описанной мною в первой книге “Опыт преодоления кризисов жизни. Духовное самопрограммирование.” в приложении к первой части книги “Мы – за длительный бег”.
Особенностью этой системы бега является сохранение физической формы в течение периода в одну или две недели любым способом, например ненапряженным бегом продолжительностью тридцать или сорок минут ежедневно или через день, но один раз в неделю или в две недели проводится длительная пробежка темпом ниже обычного. Продолжительность ее доходит до четырех – пяти часов и зависит от готовности человека. Начинать же ее надо с продолжительности, в полтора раза превышающей продолжительность обычной пробежки в течение недели.
Тайна бега при воздействии его на тело связана с продолжающимися тренировками и открытием в связи с этим многих старых и уже к этому времени закрытых капилляров и с образованием новых, что происходит не только в мышцах, но и в самих органах. Самый сильный эффект связан с органами, относящимися к главным энергетическим меридианам: легких, сердца, желудка. Подобной силы эффект по образованию новых капилляров не способны дать ни обливание, ни даже любые ванны, в том числе и скипидарные.
Не надо упускать из виду, что все в организме взаимосвязано, и интенсивная работа меридиана легких часто облегчает работу почек, давая им возможность отдохнуть и восстановиться от перенапряжения, что часто характерно для больного организма.
Подробно взаимосвязь работы различных систем, с точки зрения восточного представления о движении энергии в теле человека, по-новому описана Б. К. Собачкиным, который смог по-современному расшифровать особенности, содержащиеся в чжень-цзю терапии и в книге “И-цзин”.
8.3. Особенности восстановительных процедур
Пока же очень кратко хочу остановиться на том, чему не было уделено достаточно внимания, на мой взгляд. Это – работа нашего мозга, сознания в деле целостного восприятия и управления различными системами и органами в организме в режиме восстановления от больших нагрузок.
Открытие Б.К.Собачкиным возможности описания целостности человека и Универсума Природы дало, в первую очередь, в наши руки близкое к математическому понятие об инструменте, через который Природа воздействует на наш организм.
Определенное сочетание “золотых чисел” Собачкина дает нам возможность напрямую настраивать системы нашего мозга и сознания. То, что происходит при напряжениях организма такого характера, как при беге, больше всего соответствует естественной настройке нашего сознания, включая и подсознание, на самые оптимальные режимы работы.
Конечно, все, что тут говорится о беге, включает в себя и такую необходимую и важную фазу, как восстановление организма после бега. Не уделяя сейчас этому много внимания, хочу подчеркнуть, что часто пассивный отдых не является наилучшей восстановительной процедурой. Но нагрузиться сумеет любой, процесс же восстановления при очень больших нагрузках требует искусства самоконтроля своих ощущений.
Значительно лучше для восстановления организма, если, уловив реакцию организма на движения небольшой или слабой интенсивности, на ходьбу, например, поддерживать ею состояние мозга в работе невысокой интенсивности.
Восстановление такого плана иногда приносит неожиданные открытия в том, что наряду с быстрым отдыхом для мышц происходит удивительным образом просветление сознания из-за, может быть, значительного очищения мозгового вещества от тех органических и неорганических веществ, которые все-таки забивают сосуды и меняют межклеточную среду.
Необходимо знать, что быстрый бег очень сильно напрягает нервную систему, и это, особенно после нервных дней, может вызвать повышение давления и ухудшение самочувствия на следующий день.
Самоконтроль позволяет выявить нарушения в темпе и снизить их влияние, если человек способен заставить себя бежать со скоростью меньшей, чем хочется.
Очень трудно бегать медленно, если организм знает, как бегать быстро. Поэтому переучивать заболевшего спортсмена часто намного труднее, чем обучать заново того, кто никогда не занимался спортом до того.
Быстрый бег придает человеку значительную уверенность в своих силах. Происходит это из-за того, что чисто психологически человек испытывает не только напряжения, которые преодолевает, но и от того, что в повторяющихся беговых тренировках он постоянно реализует ощущение успеха.
Успех в данном случае напрямую связывается с самочувствием, которое для многих является самым существенным мерилом жизни.
Успех для человека – это изображение самого себя в зеркале ощущений окружающих, а самочувствие – это то же самое, но только в зеркале внутренних ощущений.
Особым состоянием бег является еще и потому, что на уровне двух или двух с половиной часов бега в организме вдруг происходит переключение режимов его общего функционирования, и часто вместо моего больного и надломленного мне как бы дается новый организм, не чувствующий уже ни болей, ни неудобств. Он начинает работать, как механизм или компьютер – настолько, кажется, ощущается его совершенство.
Эффект, который наблюдается при длительном беге, можно было бы назвать парадоксальным самовосстановлением организма в процессе нагрузки. Он приносит человеку удивление и вместе с тем - открытие наличия в нем самом таких богатых залежей резервов, о которых даже подразумевать человек, который не испробовал это, не в состоянии. Участвует ли при этом духовность человека? Безусловно, да. Потому что в такого рода занятиях наряду с осмыслением происходящего имеет место еще и обращение, и установление контакта с самыми высокими инстанциями иерархии нашего организма.
Конечно, я не говорю, что все выходят в своих тренировках именно на подобное, но что некоторые сильно удивляются, насколько их организм становится непохожим на тот, который им достался от Природы, это могут подтвердить многие безотносительно связи со мной.
8.4. Бег и дыхание
Одним из аспектов духовности является проникновение человека во все большую глубину знаний и тонкостей о деле, которым он занят, и дополнение ими целостной картины взаимодействия организма со средой. Это относится и к занятиям, которые я обсуждаю на страницах данной книги.
Что касается дыхания в беге, то существует несколько особенностей, знание которых иногда позволяет использовать бег чисто с целебными целями.
Значительно более частое дыхание, чем требуется, например по темпу, помогает снять повышенное давление, если бег медленный – сто или сто десять ударов пульса в минуту.
Бег с обратной фазой – с придерживанием дыхания в быстром беге может быть рекомендован только хорошо подготовленным бегунам, если человек достаточно тренирован. Эффект задержки дыхания при этом проявляется парадоксальным образом на фоне дальнейшего восстановления – снижением артериального давления.
Неподготовленным и склонным к повышению давления всегда необходимо контролировать дыхание и приводить его к ритму, когда вдох производится с усилием и ускоренно, а выдох - нейтрально или с небольшим ускорением.
Носовое дыхание всегда настраивает мозг на нормализацию его внутричерепного давления. Это происходит за счет наличия вблизи носовых путей второго канала прохождения воздуха, канала скрытого, очень тонкого по настройке, через который, собственно, и происходит сама настройка. Поэтому носовое дыхание всегда предпочтительнее.
Красота в беге значительно более ощутима, чем при выполнении многих других упражнений. При этом три объекта ощущений заслуживают особого внимания концентрации: внутренние положительные ощущения, самоконтроль за ощущениями тела и внешняя красота, которую ощущаешь.
Чем сильнее воздействие внешней красоты, тем и сильнее эффект. Ощутить это достаточно трудно, но некоторым людям просто необходимо, так как это дает им ощущение надежности жизни, контакт с Высшим.
Перечислю лишь некоторые функции дыхания, которые оказывают громадное влияние на настройку отдельных частей и всего организма в целом, на которые, как мне кажется, нужно обратить особое внимание тому, кто серьезно относится к своему здоровью и не хочет навредить себе неправильными тренировками. Это следующие:
подача кислорода в ткани;
вывод углекислоты, других газов, испарений и летучих образований;
помощь сердцу и мышцам в перемещении и образовании крови;
активизация и очистка органов желудочно-кишечного тракта;
настройка насоса лимфатической системы;
стимулятор ввода в аутотрансовое состояние сознания;
регулятор тонуса и синтезатор капилляров и мышц;
генератор информации чувственного удовольствия.
Мне бы хотелось остановиться подробнее на нескольких особенностях.
Многие занятия физического плана приводят к перерождению тех или иных групп мышц или органов человеческого тела. Но бег среди всего арсенала физических методов занимает особое место хотя бы потому, что он оказывает наибольшее влияние на наиболее важные с точки зрения поддержания высоких кондиций жизни органы и системы.
Трансовое состояние, испытываемое во время бега, позволяет довольно легко одновременно с изменением органического характера освобождать от негативных реактивных комплексов подсознание и психику в целом, синтезируя при этом положительные комплексы.
Бег является стимулятором особого рода, если учесть, что в живом организме, в его текучих средах, молекулы и клетки ведут себя тоже как живые организмы с собственным поведением и сознанием. Открытие такого рода не так давно было зафиксировано в науке.
8.5. О некоторых тайнах дыхания
Наблюдаемый эффект сверхтекучести для некоторых молекул и клеток можно объяснить их сознательным поведением, когда скорость того же кислорода в легких при движении или эритроцитов в потоке плазмы крови намного больше, чем скорость основных потоков их носителей.
Эффект сверхтекучести в средах организма позволяет нам не только объяснить некоторые непонятные факты, касающиеся практического отсутствия мертвого пространства в легких человека или животного при дыхании, но и прогнозировать как сами заболевания, так и восстановление организма после болезни, принимая во внимание, что кислород в организме играет существенную роль тогда, когда он переносится эритроцитами достаточно быстро.
Восточная концепция оживающей праны при попадании ее в человеческий организм находит современное научное подтверждение.
Применительно к дыханию можно еще сказать, что многие заболевания, считающиеся заболеваниями психосоматического характера, не являются таковыми. В силу нарушения активности коры головного мозга, что, в свою очередь, может не иметь психической причины, в мозговом веществе возникают устойчивые вихревые образования электрической природы, а уже картина этих образований адекватно или же с нарушением адекватности отражается на соматике.
Часто устойчивое электрическое образование в мозгу может существовать очень долго и обусловливать наличие или отсутствие определенного мыслеобраза в структуре сознания. Чем дольше жизнь такого вихря, тем более навязчивые мысли и навязчивые состояния преследуют человека. И тем более болезненно проявляется их отражение на теле.
Управляемым дыханием с повышенной частотой и глубиной удается во многих случаях разрушить эту навязчивость на уровне разрушения мыслевихревых образований электрической среды мозга.
Тренировать интенсивное дыхание нужно вначале в положении лежа, иначе в других позах можно потерять сознание из-за резкого сужения сосудов головного мозга.
Постепенно, по мере повышения возможности сосудов в перестройке и адаптации, можно переходить к такому виду дыхания в нормальном положении тела. При этом основным фактором в регулировании и интенсификации процессов дыхания играет самоконтроль организма по ощущениям снижения или увеличения давления крови.
Ложный нервный спазм в теле можно отличить от хронического спазма органического характера тем, что кратковременная прокачка воздуха через легкие дыханием высокой интенсивности с последующей задержкой дыхания через минуту снимает спазматическую боль. Истинный спазм можно снять только длительным затаиванием дыхания.
Во многих случаях интенсивное дыхание, поддерживаемое всего лишь несколько секунд, снимает давящее ощущение в голове, возникающее от перенапряжения в работе, от нервного стресса или по другой причине как реакция, приводящая к повышению артериального давления крови на продолжительное и нескомпенсированное затаивание дыхания.
Эффект затаивания дыхания несет в себе еще одну тайну, знание которой позволяет человеку излечивать самостоятельно значительные дистрофические изменения в теле в жизненно важных органах, как это было у автора этих строк, когда миокардодистрофия достигла своего критического состояния и деградация сердечной мышцы не оставляла никаких шансов на жизнь. Только особое регулируемое дыхание, производимое практически без задержек, помогло выйти из состояния, из которого никто не выходит.
И если такие больные живут совсем немного, поддерживаемые разрушающими их анаболическими препаратами, то я уже скоро отмечу двадцатилетие своей победы, которая дала мне возможность не просто вернуться к полноценной жизни, но уже после этого я развил в себе кондиции тела, давшие мне радость многих и многих пробежек разной длительности и на разные расстояния: марафонские и сверхмарафонские, даже двухсуточные стокилометровые.
И когда я сегодня время от времени слышу из уст многих уважаемых людей о том, что бег ничего не дает и в бег они не верят, как и вообще в физкультуру, мне становится грустно, но не более, и я понимаю, что эти люди прожили либо очень благополучную жизнь, либо им было Природой подарено могучее здоровье. И то, и другое обеднило их знания о Природе.
Я же, пережив несколько раз, в том числе и в условиях тюрьмы и колонии, состояния на грани жизни и смерти и только благодаря собственным усилиям и собственному разуму выкарабкавшись из них в радость бытия, могу лишь вот так и очно донести всем свое мнение и свое слово о некоторых удивительных особенностях и “тайнах” нашей прекрасной жизни. Передаю знания тем, кто может по своему складу характера впитать их и продолжить их умножать уже своей жизнью.
При бронхиальной астме выход на улучшенные режимы дыхания лежит через тренировки в стесненном и в ускоренном, интенсивном, дыхании попеременно. Начинать нужно с двух-трех резких и глубоких вдохов-выдохов и затаивания на околомаксимальное время. После этого проводить один выдох в режиме очистительного дыхания, то есть малыми резкими порциями.
Если же это будет приводить к срыву нормального дыхания в приступообразное, то начинать необходимо с очистительного дыхания: с нескольких резких и коротких порций при одном выдохе.
На этом я не закончу свое повествование об особенностях дыхания и буду по мере необходимости возвращаться к этому в дальнейшем.
8.6. Бег и повышение температуры тела
Повышение температуры вообще считается совершенно недопустимым явлением, говорящим о неблагополучии в организме.
Эта общепринятая точка зрения только в последнее время стала претерпевать некие изменения под влиянием древнего знания о том, что болезнь не надо загонять вовнутрь искусственным снижением температуры тела, а ее необходимо выгнать или сжечь в огне тела.
При многих заболеваниях простудного характера или, по-другому, связанных с потерей иммунитета активность паразитирующей микрофлоры на теле и в теле возрастает в тысячи и миллионы раз.
Повышение же температуры позволяет при некоторых особых условиях, которые будут обсуждаться чуть ниже, снизить влияние микрофлоры и ее токсинов до приемлемого. Даже раковые клетки проявляют высокую чувствительность к незначительному повышению температуры, на чем основаны некоторые методы торможения развития рака.
Почему же физические упражнения и, в частности, бег, стали так популярны и эффективны?

<< Предыдущая

стр. 4
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>