<< Предыдущая

стр. 12
(из 16 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Мы много говорим о Боге. Употребляем Его имя всуе, и чаще всего называем Его энергией духа. Древние религиозные источники как бы подтверждают это.
Однако, приведу несколько высказываний по этому поводу, чтобы разделить эти понятия или же, наоборот, их объединить.
«Не переводите слово “энергия” как “Бог”. Ваше ужасное понятие о боге не имеет ничего общего с тем, о чём я говорю. Существует энергия по своей сущности творческая и вечная (выделено в ред.): если вы не поймёте этого, если вы не соприкоснётесь сами с этой энергией, не окунётесь в её океан, не узнаете её красоты, – то всё, что вы думаете о Боге не имеет никакой ценности» (с. 41).
«Есть ли путь к изменению без мотива, к изменению, не основанному на ограничении и сравнении, к изменению, не основанному на реакции на ваше теперешнее состояние? В этом вопросе необходима большая ясность, потому что мы всегда мыслим полярными противоположностями: добро и зло (выделено в ред.), богатство и бедность, рай и ад и т. п.» (Там же с. 38).
«Мы должны знать, каким образом ум превратился в раба» (с. 1).
«Если нет любви, поведение человека опустошается, превращается в простой механический продукт данного общества, данной культуры» ( с. 8). «Вы не можете привести в порядок вещи округ вас, не имея внутреннего порядка» (с. 10).
Вот высказывание из другого источника: «Меня часто спрашивали: “Почему вы употребляете это устарелое обозначение: Бог?” – Потому, что оно лучше всего подходит дя нашей цели. Потому, что в нём сосредоточены все надежды и стремления человечества. Ныне стало уже невозможно изменить это слово. Вначале оно было выковано великими душами, ощущавшими его силу и понимавшими его значения. Затем, по мере того как оно обращалось в человеческом обществе, им овладели невежды и уничтожили его дух… Слово “Бог” с незапамятных времён употреблялось для выражения идеи Космического Разума и всего, что с ним связывали великого и святого… Если бы мы его отбросили, всякий предложил бы своё особое слово… и получилось бы смешение языков, новая Вавилонская Башня… Будем пользоваться прежним словом, в его истинном духе, очистим его от всякого суеверия и осуществим полностью его содержание… Нужно помнить, что оно было связано с бесчисленным множеством величественных и могучих идей, что миллионы человеческих душ отождествляли его со всем, что есть самого высокого и лучшего, со всем, что разумно, со всем, что достойно любви, со всем, что есть героического в человеческой природе…» (с. 64).
«Этот “Космический Разум” молчаливо подразумевается во всех рассуждениях науки. Главная разница – в том, что там он остаётся механизмом, а Вивекананда вдыхает в него жизнь. Статуя Пигмалиона оживает… Одна из прекраснейших грёз Вивекананды, которой он посвящает главы своей Джнана-йоги, – его мечта о “Всемирной Религии”» (Там же с. 65).
«Всемирная Религия», о которой мечтал Вивекананда, – это Духовная Этика, которая строится не на мистике и суггестии, а на научных принципах объединения всего человеческого знания в едином поле Критериев Природы и Человека.
Но сегодня нужно громко кричать и бить во все колокола, ибо общественная суггестивность нас утопила уже в своём море-океане. Мы не можем отличить элементарные истины от жульничества. В этом смысле мне хотелось бы выделить трёх достаточно известных авторов. Их много, тех, кто, казалось бы, невинными книгами закладывает людям программы, тормозящие их развитие ещё больше.
Это, кроме Дж. Сороса, прежде всего, А. Менегетти и Э. Мулдашев. Конечно, можно этот список продолжить такими именами, как В.П. Гоч, С.Н. Лазарев, Д.С. Верещагин.
По какому же принципу я их объединил? Принцип прост: ярко выраженное контактёрство, то есть сильнейшая привязанность к своей, достаточно мощно проявляемой, сущности общеклеточного сознания.
Все они считаются талантливыми, все они сделали в своей области открытия и все они навязывают человечеству свои теории Жизни, основанные, якобы, на непризнании негативизма жизни.
Вот это последнее и является положительной программной основой их метода зомбирования, который они распространяют на всё человечество, не отдавая себе отчёта в том, что они творят. Они совершенно искренне уводят человечество в дебри общеклеточного сознания с его антидуховной основой, бравируя своей суперчеловечностью.
Это страшный обман промежуточного слоя Сознания Природы, и применяется он для того, чтобы отсечь от истинного пути развития слабые и мало защищённые натуры.
Основан это обман на навязывании людям в качестве главных их критериев жизни критериев промежуточного уровня сознания – общеклеточного.
ПРАКТИКА ДУХА
«Что делать?» – вечный и бесконечный вопрос человечества к самому себе, ибо с позиций Божиих, что делать нам для Будущего, уже давно определено.

Когда человек задаёт себе вопрос «Зачем?», он только становится на путь познания. Если он всё время созерцает потолок и стены, которые достались ему от предшественников и которые защищают его от стихийных бедствий и страха, и если при этом думает мучительно, как бы что такое не сделать, неугодное стенам и потолку, даже некогда ему будет укреплять их, не говоря уже о построении Здания Будущего. Стены и потолок сами собой постареют и развалятся. Если в них состояла вера человека, то и вера рухнет вместе с ними.
К духовной практике обычно относят религиозное почитание принятых для этого правил. Некоторые религиозные обряды насчитывают тысячи лет, некоторые – десятки.
Религии относятся к Будущему просто: оно заменяется прошлым религиозным идеалом. Бытует расхожее мнение, что именно идеал прошлого, витающий над людьми, и есть наше славное Будущее. Нет ничего более ошибочного, чем это.
Будущее лежит в познании и открытии нового, в синтезе нового со старым, в преодолении косности и мракобесия, в достижении вершин счастья.
Религиозный идеал прошлого – это заставить человека жить растительной жизнью. Для этого религии поддерживают свою мистичность и пользуются всеми доступными для этого суггестивными методами.
Можно ли заменить счастье познания тайн лишь бесконечным преклонением перед ними? Любовь – тайна, которая легко познаваема, если человек устремляется в своей любви к Богу. Её отринуть, превратить истину «Бог есть Любовь» в «умерщвление плоти ради Бога» не согласуется с воссоединением человека и Бога. Религиозные церковные правила во многом противоречат Духовным Учениям, из которых они вышли. Катехизис православной церкви не содержит заповеди Христа «возлюби врага своего».
Религии и их служители и апологеты всегда стояли против познания. Идея соединить религии и науку исходила и исходит от тех, кто желает познавать и познаёт мир, насыщая его духовными силами. Поэтому не нужно преувеличивать сговорчивость старого и устоявшегося – оно не пойдёт на примирение, если оно пережило времена взлёта и царствования.
И если говорить о духовной практике современного человека, то необходимо иметь в виду, прежде всего, его общественную значимость как Божественного создания, под которую он строит всю свою индивидуальную практику, получая при этом счастье.
И хотя религии воспитывали в человеке крайний индивидуализм, жизнь общества раз от разу поправляла нас, заставляя защищать общественное спокойствие на поле брани, жертвуя личным и индивидуальным. Бог ведёт нас к Игре с Выигрышем для Всех.
Духовная Этика исходит из Будущего, которое неконфликтно, хотя и по-прежнему противоречиво, а, значит, и трудно достижимо. Но это не значит, что оно совсем недостижимо.
Часто становится понятным, что звучит в человеческом «Зачем?». Действительно, зачем человеку напрягаться над познанием духовных истин, если ему можно жить, как животному или растению, без Бога или же считать за Бога всего лишь хорошее настроение, неважно от чего пришедшее?
Но человек обязан быть готовым к любому ходу событий. Даже к самому худшему для него. Худший – это когда он остаётся один, когда его любимый, наконец-то, вымолит у Ангела Хранителя и Бога свою свободу от любви, от первого и уйдёт из их общего поля Любви. Так бывает, когда любовь-привязанность ограничивает свободу одного из них, а он не может с этим смириться.
Кто-то хотел бы быть готовым к такому повороту событий, но не может и представить себе, как жить потом. Часто любящие люди годами так много согласовывают друг с другом, желая не вредить ничем другому, любимому, что увидеть затем, ради кого бы жить из ближних, самых родных, сложно. Дети? – конечно, что-то оправдано ради них, но у них свои интересы и идеалы, свои задачи. На путь они, как правило, ещё не стали, а станут ли?
Вот и сталкиваются наши интересы, меняясь ролями: раньше один из любящих не желал оторваться от другого, а теперь не хочет другой. Раньше тот, другой, смирялся, страдал и преодолевал страдания и первого понуждал преодолевать, а теперь первый, преодолев своё болезненное состояние, не хочешь смириться с их таким единением, ибо оно в любви приносит ему страдания закрепощения и подчинения непрерывному восхождению в духе. Он слишком любит свободу своего тела.
Я в таком случае, если только подобное коснётся меня, заранее согласен с любым решением и с любым исходом, ибо они происходят не на нашем уровне. Как решат Ангелы Хранители, так и будет. Если я обижал тебя, любимый человек, прости! Хорошо, если ты выбираешь веру, заповеди и им следование, и потому прости всё же меня, за то, что у меня не крайний взгляд. Я не люблю крайности жизни за их обман.
Что может быть для меня выше живого зеркала любви! Лишь оно поднимает человека до Бога, ибо Бог требует от нас общественной значимости, а не одиночества. Обоюдная любовь – лучшее общество. Это моё убеждение.
Сам я применяю крайние методы, лишь когда наступают крайние обстоятельства. Потом отхожу от края. Жить в вечном надрыве крайности – это значит добровольно стать фанатиком, параноиком.
Крайность оправдана лишь при лечении крайних состояний, да и то лишь тогда, когда метод однозначно и ясно показывает близкий путь движения к Вершине.
Православие удерживает людей в их постоянном напряжении комплекса неполноценности, греховности и страха в крайнем положении психики. Я не могу принять такое, хотя я православный. Ибо я понимаю всю губительность этого метода для психики людей. Нет отдыха, нет уважения к телу, к своей душе, всюду насилие над собой, как над самым злостным врагом. Это культ насилия и постоянного страха неверного шага, но не примирения. Так человек становится рабом служителей Церкви, но не Божьим рабом.
От насилия необходимо уходить в Любовь, а не в покой, где нет никакой любви у людей, а лишь осознание выполненного долга по отношению принятых моральных норм крайности. Как это примитивно с точки зрения развития личности! Она теряет свою волю, свою любовь в угоду «умершвлению плоти» и, как это ни кощунственно звучит, в угоду умерщвлению души.
Если кто-то выбирается из тяжелейшей, даже смертельной ситуации, предельным напряжением сил, зачем же это предельное напряжение специально поддерживать дальше, кидаясь по доброй воле из одной болезни в другую, ещё более тяжёлую?
Многие из нас благодарны Церкви за то, что она помогла обрести веру и здоровье, но нельзя выше Бога ставить соблюдение правил Церкви, за которыми не видно самого Бога. Это оправданно лишь для тех людей, для кого общество церковное является их обществом, где они находят успокоение моральное и не понуждают себя к познанию мира.
Духовная практика – это совсем другое, это восхождение своею духовною душою к Вершине Любви, но восхождение и самому, и обществу, в котором живём. Это познание тайн Вселенной, что совсем не противоречит Богу, а, наоборот, поддерживается им и провозглашено в Духовных Учениях. Стоит лишь их внимательно прочитать.
Человека спасает вера в Бога, а не в правила Церкви, как бы они ни были приятны.
ТЕОРИЯ ЛЮБВИ И АГРЕССИИ И ОСНОВНОЙ ЗАКОН ЛЮБВИ
Мы – рабы Любви. И потому, сознавая это своё рабство, рвёмся получить свободу. Но – Бог есть Любовь. Освободившись от него, кому мы начинаем служить?

Теорию Любви я начал создавать давно. Существующие же теории агрессии не выдерживают никакой критики с позиций критериологии, ибо они затрагивают крайности проявления агрессии, не ища причин её возникновения.
Крайность ли любовь людей друг к другу? Я задался этим вопросом, ибо именно как крайность представляют себе любовь некоторые люди и именно как крайность человеческих отношений они нам навязывают своё мнение о ней.
Эти люди исходят из того, что стихийная любовь, которая возникает у человека в отношении к другому, как правило, мешает и тому, и другому реализовывать свои личностные цели, мешает свободе личности.
Однако они забывают, что свобода не сама по себе важна для человека, а лишь в служении обществу. Лишь подобный принцип Жизни оправдан Будущим.
Правда, эти люди обосновывают свою точку зрения таким негативным явлением, как распад семей, не говоря уже о грехе прелюбодеяния.
Однако, хочется возразить им по существу, с позиций Будущего, которое строится Природой, Богом независимо от нашей сегодняшней морали. Ибо мораль всегда временна. Она может выделывать зигзаги или же проходить временные этапы закабаления человека. Таким этапом является и наша сегодняшняя жизнь согласно юридически оформленным бракам.
Любовь требует подчинения не принципам свободы тела, а принципам свободы духовной души. Но действует она через душу чувственную. Как любовь требует предательства нелюбви, точно так же и брак требует от человека, в него вступающего, предательства по отношению к возможной любви, возникающей на стороне.
Любовь своими основными проявлениями будет характеризовать ещё одну тайну Природы, сокрытую от нашего сознания, если мы будем относиться к ней, как мешающему жизненному фактору.
Повторим ещё раз: явление пассионарности наиболее резко высветило именно существование Критериев Природы и через них колоссальной силы общественную и личностную работу Сознания Природы.
Как любовь людей, так и их агрессивность есть следствие и принципа Жизненного Потока – принципа экспансии, неограниченного расширения.
И если положительная пассионарность – это проявление Любви для общества с целью объединения, осуществляемого через любовь людей друг к другу, то отрицательная пассионарность – это агрессия, основной положительной, как это ни парадоксально, чертой которой является всё-таки регулирование численности человечества, отбор по принципу пассионарности.
И это последнее происходит лишь потому, что человечество оказалось не готовым к сознательному регулированию своей численности через положительные критерии. В свою очередь, причиной такого положения явилось непонимание значения Любви в нашей Жизни: объединительная роль любви людей, в конце концов, восторжествует.
Однако, до этих пор человечество и каждый человек должны пройти последовательность этапов Этики, в которых им придётся отрабатывать весьма щекотливые требования Бога по своему смирению перед любовью даже самых любимых ими людей к другим людям. Такого рода проблемы мы уже решаем, но происходит это трудно, без должного понимания значения Любви.
Ни долг, ни ответственность, ни печать в паспорте, ни интерес никогда не заменят Вершину Любви. Поэтому людям предстоит выработать в себе смирение к проявлению человеческой любви к кому бы то ни было. Ибо любовь усиливает общество, а агрессия разрушает. Даже защитная.
Любовь можно оправдать, агрессию нет. Ибо и любовь, и агрессию можно подавить волевыми усилиями. Только оправдание Любви идёт сверху, от Бога, а оправдание агрессии – снизу, от дьявола.
Агрессия – это любовь наоборот. Она выступает как борьба за эгоистическую любовь – за лучшее место, за лучшую пищу, за лучшие земли, за богатство и другое.
Апатия и депрессия характеризуют отказ от борьбы и любви.
Смысловое ядро всех наших положительных знаний до сегодняшнего века состояло из суггестии и любви-привязанности. Что не укладывалось в эту схему, вызывало агрессию. Теперь мы переходим к новому сознательному этапу эволюции нашего сознания – этапу, при котором смысловое ядро знаний пополняется полем критериальности и сознательной Любви.
А пока что мы наблюдаем страшный для Жизни парадокс: Любовь даётся нам, в основном, на уровне суггестии, потому что иначе бы мы, в силу своего величайшего эгоизма, на захотели бы её для себя.
Произошло величайшее по своим последствиям заблуждение человечества. В результате люди оказались больны антилюбовью – некоей страстью к освобождению от Любви. И следствием её оказались всякого рода планетарные катастрофы, устраиваемые людьми по вполне осознанным в своих последствиях мотивам.
Любовь – это наше спасение. Ибо наша высокая чувствительность настроена на опасности, которые нас окружают, и потому наше сознание искажает реальную картину мира, значительно преувеличивая влияние дьявола. Любовь спасает от дьявола в любом его виде. Дьявол – это несовершенство, – говорится в восточных учениях. Это оправдывается, если исходить из того, что Любовь – Вершина Природы и Жизни.
Совершенствование без любви – это стремление к завоеванию безраздельной единоличной власти, стремление к порабощению.
Если нет любви, то формальным, временным спасением будет всё, что подвернётся под руку, и даже её противоположность – сам дьявол, который будет нас спасать от самой Любви. К сожалению, мы видим этот процесс повсюду как процесс освобождения из-под ига любви-привязанности.
Явление пассионарности, не оцененное реально, замечательно иллюстрирует этот последний вывод, ибо вожди-пассионарии несут человечеству войны и катастрофы во всё увеличивающихся со временем масштабах. Неспособное к саморегулированию с помощью Любви человечество находит выход в подчинении сумасшедшим.
Ибо сумасшествие – это следствие пассионарности Природы, когда она даёт отдельному человеку силу суггестии, не соответствующую уровню его главного критерия.
На фоне разгула агрессии человечества Любовь кажется нам слабой, а агрессия сильной. Мы не можем поверить в то, что Любовь – это окно в иной мир отношений – в самый прекрасный мир, который всегда с нами, в мир Будущего, которое непременно придёт. Мы можем лишь затормозить его приход своими неразумными действиями.
Пассионарность как планетарное явление однозначно показывает нам, что покой страшен любви, ибо он её уничтожает. Поэтому Природа изобрела либидо личности и общества в виде пассионарности и привязанности, которые постоянно будоражат нас, не дают отдохнуть.
Пассионарность, как неоднократно показывала нам история человечества, может стать и становится даже добровольным сумасшествием, если она направлена на снижение или искоренение любви.
Основным законом Любви является закон совершенствования:
1. Любовь является высшим средством самосовершенствования личности, ибо личность в любви максимально уходит от проявления агрессии и приближается к максимальной степени творца.
2. Обоюдная любовь людей – это обоюдное самосовершенствование. Любовь – это средство, ресурс и среда для четырёхстороннего совершенствования в отношении двоих людей, ибо в любви каждый человек совершенствует себя и другого человека.
3. Любовью мы лечим друг друга от антилюбви. Привязанность в любви часто становится невыносимой для обоих, и тогда кто-то первый решает порвать связь. Но привязанность – это канал спасения не одного за счёт другого, а спасения их обоих от низкой этики и морали. Это – приближение к тому Будущему, которое уже зародилось в нас, но ещё не проявилось в своей силе.
Ибо привязанность одного к другому – это приказ Высших Сил для них, который свидетельствует о необходимости лечения одного или же их обоих независимо от их желаний.
И если Будущее таким образом проявляется в нас – болезненно, мучительно, – то это говорит лишь о том, что мы пока что ему не соответствуем и что нам ещё долго идти к нему. Мы больны несовершенством души и разума.
Мы лечим друг друга любовью, но почему же пассионарность так страшна в некоторых из своих реализаций? Почему вдруг становится сумасшедшим человек в своей ревности?
Ответ может быть парадоксальным: ревность как ненависть есть отношение чувственной души ревнующего человека к болезни третьего человека или общества. Ненависть, как и ревность одного, который любит второго, – это проявление нашей агрессии по отношению к третьему человеку как к больному несовершенством.
Ревнивец таким путём ограждает своего любимого от погружения того в больное поле третьего, который в силу своего несовершенства болен, по мнению Высших, сильнее, чем ревнивец, часто – неизлечимо. Ревность – это зависть к более удачливому больному, удачливому в отношении врача.
Так, с позиций Ангелов Хранителей, в человеческой любви происходит присваивание врача больным. Проявляется упрощенно это явление в нашем мире ревностью.
4. Любовь может всё – она Бог. Агрессия не может. Некоторым даётся очень много Любви по закону избыточности, и потому они способны её распространить на многих. Но мы удивляемся этому, ибо не привыкли видеть любовь-способность, которая со временем растёт неограниченно. Подобные люди – явные положительные пассионарии, распространяющие вокруг себя очень сильное по физическому притяжению к ним поле.
Другим людям Природа даёт меньше любви, и они собираются вокруг пассионариев в их поле, чтобы ощутить взлёт любви за счёт канала, который им предоставляет пассионарий.
5. Любовь общества к человеку – это любовь Бога в миниатюре. Пока что наше общество вообще как бы не включает в себя людей, оно самоизолируется от них. Этот парадокс объясним: обществу необходимо развиваться самому, но отдельные его члены ему мешают это делать. В данном случае любовь мешает и несовершенному обществу.
В жизни любовь людей пополняется из Бесконечного Источника Любви Природы. Но если она пропала в людях, то пропадает и Вершина Духа. В таком случае вершиной этики поведения может стать любой критерий из более низких, чем Любовь. И тогда вероятна ситуация, когда интерес выведет на арену Жизни критерий крайности, и человек или общество ещё раз испытают себя в катастрофических ситуациях.
На пустом месте, не засеянном семенами Любви, появляются во всём её многообразии всходы агрессии, семена которой, как семена чертополоха, разносятся потом ветром Жизни по пространству нашего существования.
ПРАВИЛО «БОЛЬШОЙ КУЧИ» И ФЕНОМЕНЫ СОЗНАНИЯ ПРИРОДЫ
Нас пока лишь коснулось дыхание Бога. Будем же терпеливы и внимательны, умны и трудолюбивы.

Мы почему-то не удивляемся феномену спонтанной любви и феномену суггестии, хотя и то, и другое далеко не всегда помогает нам. чаще мешает жить.
Мы проще простого лишаем разумности Природу, хотя она создала нас, умников. Логика подсказывает нам, что Природа ещё более умна, чем мы, но принять это до конца не можем, ибо не видим открытых проявлений её разума в материальном мире. Он кажется для нас чужим.
Мы мало удивляемся тому, что люди и государства такие разные – одни переживают эпоху варварства, то есть необузданного и немотивированного разрушения, а другие, даже в своей агрессии, тянутся к прекрасному и сохраняют, как когда-то готы, произведения искусства в своих войнах.
Больше всего нам следовало бы удивляться своему нелогичному поведению, слепой подчинённости традициям там, где разум кричит о другом, часто о противоположном.
Чаще всего мы спасаем того, кто в будущем не станет спасать спасителя и вообще никого – так ему удобно и выгодно жить. Это удобство предоставили ему мы сами. Человек не умел или перестал добиваться задуманного в преодолении, он растренировался, обленился и потому попал в сложную ситуацию.
Тот, кого нужно спасать, делает это сам. Он или обучен этому, или у него могучая воля к жизни, или же его ведёт по жизни его эгрегор, Ангел Хранитель.
Помогая человеку вообще сложно сказать, что выйдет из этого. Я иногда задаю вопрос тем, кто ко мне приходит: «Что такое воля к жизни, и определяет ли она поведение человека?». Как правило, люди не понимают, о чём идёт речь.
Мало кто из нас осознаёт, что воля и вкус к жизни становятся определяющими в поисках человеком своего смысла и своей жизненной задачи.
Мы недооцениваем мощь Сознания Природы, мыслим о нём примитивно и удивляемся проявлениям, которые не вписываются в наши клеточки логики: паранормальные явления, сны, результаты трансперсональных погружений и многое другое.
Например, почти всем известно так называемое правило большой кучи:
события и явления не ходят в одиночку;
люди часто притягивают то, о чём думают – книги, людей, события;
иногда совершенно беспричинно повторяются одни и те же имена и события, вопреки ускользающе малой вероятности их повторения;
и многое другое, что появляется, проявляется, встречается или донимает нас не единичным актом, а серией подобного.
Всё это говорит о том, что мир Вселенной не является вероятностным, он, по всей видимости, подчиняется совсем не случайным закономерностям. Иначе бы феноменов повторяемости не было в соответствии с теорией вероятности.
Вспомним некоторые явления, которые хорошо известны многим из нас.
Существуют пассионарные области и линии, которые проявляются пассионарным взрывом. Об этом поведал миру Л.Н. Гумилёв. Например, практически одновременно появились великие греческие философы, Конфуций, Будда. Человечество начало духовно зреть в разных местах одновременно.
Зеркально через некоторое время отражаются, казалось бы, случайные события: кораблекрушения, падения, встречи с людьми, в которых повторяются имена, фамилии, даты, места.
Предсказания, предчувствия, знание того, кто встретится в ближайшее время, характерны для многих людей как во сне, так и наяву.
Появления знаков в разнообразном виде, не соответствующим реальному состоянию дел: запахи, видения, вкус и так далее.
Диагностические феномены человека, когда он может по своим внутренним ощущениям безошибочно указать, что болит у его собеседника не только очно, при встрече, но и по телефону, по фотографии, по фантому.
Феномены исцеления и самоисцеления от многих болезней, когда, казалось бы, никаких возможностей причин для этого не существует.
Можно набрать множество парадоксальных и паранормальных сведений, не укладывающихся ни в какую науку, ни в какую логику объяснений, можно их бесконечно изучать любыми известными классической науке способами, но не продвинуться ни на миллиметр, если не перейти на точку зрения существования Сознания Природы, могучего, творческого, вседеятельного, всеведущего.
В своих книгах я предлагаю искать возможность контакта с высшими уровнями Сознания Природы испытанным старым методом – с помощью чистой души и веры в Бога. Мною описано множество случаев уникального проявления смысловой информации из собственной жизни и жизни мне близких людей.
Я постарался их объяснить по-своему, с помощью методов критериологии. Ярко выраженная пассионарность людей, обладающих подобными возможностями, – это единственный принимаемый с большой натяжкой официальной наукой факт.
Почему бы нам не принять гипотезу, что пассионарное напряжение – это, как и напряжение спонтанно возникающей любви людей, предназначено в Жизни для преодоления максимального сопротивления среды, которое другим путём человек или человечество не сможет преодолеть?
Пассионарность приводит к естественному и стихийному взрыву деятельности человечества с тем, чтобы, устремившись во все стороны, её волны прорвали бы с какой-нибудь стороны кольцо уничтожения общества силами, противоборствующими в нашей эволюции.
Этнос и люди в своём пассионарном взрыве ярко высвечивают негативные стороны своей жизни, которые до взрыва были практически незаметны из-за суггестивности общества и людей и которые в живом зеркале отражения усиливаются и озадачивают человечество.
Природная суггестия – это тоже средство для одурманивания людей с тем, чтобы они значительно преуменьшали опасность и отсекали страхи. Это такая природная психотерапия.
Пассионарность, как мы уже начали понимать, – это средство для снижения страха и боли и отдельного человека и общества. Человек пока что есть существо, в большой степени живущее за счёт высокой и сверхвысокой чувствительности, а потому и подверженное неадекватным страхам перед возможной и гипотетической опасностью.
То есть пассионарность и суггестия – это универсальные природные средства для ухода человека от сумасшествия, от болевого шока или от шока страха в, казалось бы, подобные состояния, но только зеркально отражающие и усиливающие как добро, так и зло.
Значит, человек, в силу своих особых резонансных свойств, привыкает видеть и чувствовать реальность искажённо относительно того, как она есть на самом деле.
А мы-то думаем, что пассионарность вводит человека в сумасшествие, паранойю. А она, оказывается, призвана Природой выполнять очистительную роль. Разве с точки зрения критериологии это не так? Неразумный на сегодня Человек пока что не может самостоятельно регулировать даже свою численность! Что уж тут говорить о другом, более глубоком понимании!
Оказывается, сознание людей и сознание общества нужно специально возбуждать, не давать ему спать, чтобы люди не обленились. И Природа прекрасно это делает, не надеясь на сознательность людей. Она воздействует на целую гамму уровней – от низких до высоких, включая в действие то один критерий, то другой.
Накопление возбуждения взрывает напряжение и заставляет сознание людей работать в новых направлениях, приводящих его к более высокой устойчивости, к новым знаниям.
Уже можно говорить об эгрегорном пространстве Сознания Природы, которые находятся на значительно более высокой ступени развития, чем общеклеточное сознание.
Пассионарность проявляет действие эгрегора на людей как через личностную форму отношений, так и через общественную. И если связь между людьми непосредственно на их уровне сознания ещё как-то можно объяснить физическим законом сохранения энергии, то при замыкании связи через эгрегор – через любовь, суггестию другого рода – происходит явное нарушение этого закона сохранения энергии, и человек может получить и смыслов, и жизненной энергии, и любви значительно больше, чем без эгрегора.
Эгрегорные пространства, а по-другому пространства Ангелов Хранителей, охватывают своим влиянием все основные уровни существования человека – животный, разумный, душевный и духовный.
Пассионарно возбуждённое поле общественного сознания – это поле плодородия, вспаханное и удобренное Природой для возделывания его Человеком в соответствии с законами и Критериями Природы.
Семена – это и есть Критерии, из которых вырастают творения Человека – и критерии, им синтезированные, и формы, и знания.
Перевод возбуждённой пассионарности из природного состояния в положительное для всего человечества – это одна из главных задач Духовной Этики. Именно таким путём лечатся болезни времени человечества, личности, общества.
Болезни выжигаются Огнём сверхстрастности там, где они не могли быть излечены никакими другими методами, как это делает либидо, страсть, повышая не просто температуру тела, но и общий обмен веществ.
Способности, как мы уже говорили, в отличие от потребностей имеют дивергентное, расходящееся развитие. Они не ограничиваются ничем. Пассионарность открывает сразу несколько новых способностей, которые имеют внутренний напор воли. Именно этот напор и призвана регулировать Этика.
Способности – это обобщённые инстинкты Сознания Природы, проявляющиеся через Человека.
Большинство людей способны ощутить, как пассионарность напрягает жизненное пространство. В самом материальном мире при этом, как правило, происходят те самые чудеса парапсихологии, о которых так много говорилось и писалось без проявления их причин: перемещения предметов, обрывы нитей, возникновение трещин, телепатия, прогноз и так далее.
Напряжение жизненного пространства действует и на окружающих людей – передаётся состояние пассионария, заражение психическими отклонениями, усиливаются жизненные вибрации в теле другого челвоека.
У многих людей наступают такие периоды в их жизни, когда им не хочется жить. Это очень опасные моменты. Лучшее лекарство при этом – любовь. Она способна изменить даже психику больного человека.
Иногда же телесные болезни укладывают в постель даже очень сильного духом человека. И один дух оказывается бессилен. Многие люди такого склада характера вновь обретали здоровье через страстное желание жить и опять же через одновременную любовь к другому человеку.
В этих случаях человек притягивал к себе из жизненного пространства существующую там саму по себе пассионарность, открываясь душою Любви Природы.
Автор настоящей книги сам несколько раз в жизни должен был умереть, но изменил свою судьбу лишь потому, что Ангелы Хранители давали возможность воспользоваться и тем, и другим. При этом, конечно, было понимание того, чего от меня хотят мои Покровители – и в моменты болезни, и далее. В подобных состояниях человеку, как правило, даются знания о его собственной жизненной задаче. И нужно воспользоваться предоставленной прекрасной возможностью жить и осуществлять контакт с уровнями Сознания, намного превосходящего сознания отдельного человека.
Природа сотворила «большую кучу» явлений, чтобы помогать нам выкарабкиваться из тех состояний, в которые мы сами себя загоняем по незнанию или которые оказываются нам необходимы по ходу нашей истории, чтобы процессы эволюции не затухли.
И вся эта «куча» управляется Природой с помощью действия на нас её Критериев, имеющих поле воздействия шире или эже, на одного человека или на общество, локально или вдоль некоторой воображаемой линии на поверхности Земли. Всё зависит от обстоятельств, нам пока не подвластных знать.
СОСТОЯНИЯ СОЗНАНИЯ И ТЕОРИЯ ЭВОЛЮЦИИ
Странно не то, что человек мыслит и благодаря этому продолжает жить, а то, что даже тогда, когда он теряет разум, с ним ничего катастрофического не случается.

Конечно, говорить о целостности медицины и общества можно после того, как поймём, что есть человеческое общество и что есть Человек. Пока что мы наблюдаем такую картину, что наиболее близкой моделью Человека является оргазмическая. Тем более, что любое действие критериев в Природе представляет собой в той или иной степени продолжительный во времени акт самоудовлетворения.
Половой оргазм – это природная способность Жизни добираться до животной вершины любви.
Вообще способность Жизни достигать состояния счастья на разных уровнях сознания и организма и за счёт разных средств наиболее полно и резко отражает генеральное свойство самоудовлетворения доминирующего при этом критерия, положение которого среди других критериев является в данный период времени основным.
Можно спорить о том, необходим ли оргазм для выживания вида. Но ощущение счастья всегда приподнимает человека над реальность, в которой нужно напрягать свою волю, совершать усилия над собой, во многом переходящие в настоящее насилие над собственной личностью.
Если же прибавить к этому ещё и сопротивление, иногда с болями и страданиями, напору воздействий извне, то для восстановления равновесия состояний организма оргазм как экстаз играет преобладающую роль в ряду любых других самостоятельно проводимых актов, несущих радость.
Работа сильного и доминирующего критерия в организме человека почти всегда приводит к изменению его состояния сознания. Точно так же можно говорить об изменённых состояниях сознания общества, когда оно вдруг начинает резко уходить от подчинения одному главному для себя критерию и переходить на подчинение другому критерию.
Состояние сознание человека всегда соответствует доминирующему в его организме на данный период времени критерию.
Уход личности или общества вниз по лестнице состояний, в сторону агрессии или апатии, проявляет работу в них невысокого по уровню критерия. Наоборот, подъём в состояниях характеризует работу в них критерия более высокого, чем был до этого.
И поскольку критерии воздействуют на личность или общество через их душу, то, как правило, можно понять, какая часть души при этом задействована: чувственная или духовная.
Ибо чувственность рано или поздно снизит общее состояние организма и настроение, в том числе, не найдя высокой Вершины и нарушая при этом мораль, а духовная часть души поднимет состояние, сориентировав разум на сознательный идеал, а душу на соответствие высокому духу.
Сильно изменённые состояния сознания по сравнению с состояниями, адекватными опасностям материального мира, прекрасно определяются силой и качеством функционирующего критерия в целостной системе человеческого или общественного организма, критерия, уводящего организм из поля соблюдения принятых норм.
Оргазмическая модель поведения организма показывает, что накопление внутреннего пассионарного напряжения сознания возможно как в состояние любви, так и в состояние агрессии, что и в том, и в другом случае однозначно характеризует изменение состояния сознания. После снятия пассионарного напряжения или после его разрядки состояние сознания приобретает бульшую адекватность материальному миру.
Не обязательно разрядка пассионарного напряжения происходит во взрывах агрессии, властолюбия, тщеславия. Любой вид творчества делает это более безопасно и более продуктивно. Ибо творчество привлекает и обостряет мысль и поэтому открывает новые смыслы, но не только это. То, что положительного делает зеркало Жизни в агрессивном сталкивании людей и обществ, безо всякой агрессии и более эффективно создаёт творчество.
Психология общества или личности изучает скорее изменение состояний их сознания, чем психику. Ибо что есть психика до сих пор учёные не определили. Детерминировано понять многие случайные компоненты поля психики человека или общества невозможно, не разрушив саму случайность. Этнопсихология, которую предложил Л.Н. Гумилёв, наиболее ярко высветила именно этот вывод.
Пассионарные толчки, взрыв пассионарного напряжения в этносах и следующие за этим фазы расслабления наиболее близко моделируют соответствующую для человека оргазмическую систему функционирования общества.
Однако, было бы большой ошибкой считать, что такая модель поведения характерна лишь для процесса оргазма в чистом виде, то есть в половом акте. Подобного типа процессы происходят при любом приступообразном заболевании, когда взрыв внутреннего напряжения приводит резкому облегчению состояния.
Поэтому возбуждение, которое сопровождает подобные процессы, не обязательно имеет причиной Поток Любви. Это может быть просто напор воли – Энергии Жизни, – когда существование системы оказывается под угрозой разрушения.
Пассионарность имеет одно довольно-таки странное свойство: больных людей она делает здоровыми, хотя бы на какое-то время, необходимое для существенных преобразований в обществе. Ей не нужны больные, и потому она их не отбрасывает, а лечит избытком Энергии Жизни, которая сопровождает явление пассионарности.
Критерий пассионарности при этом производит переключение режимов работы организма людей и их сознания в такую сторону, что в организме сама собой происходит нормализация режимов работы и настройка на оптимум.
То, что производит Природа с каждым человеком только во сне, то есть в условиях функционирования специального режима, тут происходит без отрыва от основного режима. Природа сэкономила на времени настройки организма людей, совместив два несовместимых до этого режима.
Вот почему любовь, охватывающая людей, улучшает их функциональные возможности – она имеет те же свойства пассионарного толчка, но только исключительно положительного по своему внутреннему качеству.
Если в обществе со стёртой этикой поведения пассионарный толчок приводит к доминированию главного критерия негативного качества и, следовательно, к негативным процессам реализации пассионарного напряжения, то в в обществе, придерживающегося Духовной Этики Жизни, пассионарный толчок приводит к доминированию главного критерия позитивного качества и, следовательно, к позитивным процессам реализации пассионарного напряжения – к восхождению по Смыслам Жизни.
В первом случае вектора реализации напряжения разными людьми и группами в обществе направлены в разные стороны и потому в большей своей части нейтрализуются в противоборстве. Эффект бывает кратковременным и быстро заканчивается депрессией.
Во втором случае, наоборот, эффект от усилий чрезвычайно сильно резонирует. Поэтому эволюционное движение соответственно имеет значительно более высокие параметры по отношению к Любви, только мы этого почти не замечаем.
Как ни странно, разрыв в темпах развития людей даже в сильно ускоренном процессе эволюции, который наблюдается во втором случае, оказывается намного ниже, чем во втором, когда темпы эволюции во много раз ниже.
Это объясняется эффектом притяжения ясно сформулированной Высшей Идеи Любви как Духовной Идеи во втором случае по сравнению со случаем, когда единая идея общества формулируется негативно или вообще не формулируется.
Во всех своих книгах я обращаю внимание читателя на то, что процесс Жизни имеет две ярко выраженные причины: снизу – напор Потоков из Бесконечных Источников, сверху – притяжение Духовностью Природы, как это ни странно.
Первая причина проявлена мощно и зримо, ибо любые её колебания опасны для жизни людей. Это Огонь Энергий разного рода.
Вторая причина открыто не проявлена, ибо её действия в любом количестве абсолютно безопасны для живых существ. Это – Бог есть Любовь.
Когда в сознании человека проявляется первая причина, то она, воздействуя на чувствительные центры, вызывает ощущение опасности и страх.
Если же через органы чувств проявляется вторая причина, то она вызывает эйфорию, экстаз, оргазм.
Поэтому страх как особое состояние сознания можно разделить на два вида – тот, который происходит от чувства опасности, и тот, который берёт своё начало в нежелании остаться без любви, эйфории, оргазма и экстаза.
Как тот, так и другой вид страха толкают человека на какие-либо действия, активность или пассивность, направленность и качество которых полностью определяется доминирующим критерием в сознании этого человека.
После смерти сознание людей уходит в ничто – оно растворяется в Сознании Природы в виде тех критериальных форм, которыми руководствовался человек при жизни и которые вели его. Поэтому от поколения к поколению критериев в критериальном поле Природы становится всё больше.
КАК ИСЦЕЛЯЕТ ЛЮБОВЬ
Ради Любви живут все, даже наркоманы и маргиналы. Только она у них такая, какую описывает Ф.М. Достоевский – страдальческая, сладостная и мучительная. Боль и любовь – часто обозначают одно и то же, потому что так устроен человек – он может совместить в своём мозге центры страданий и удовольствия. И тогда удовольствие, получаемое от страданий, нам заменяет любовь.

Надеюсь, что вы, мой дорогой читатель, не забыли историю, случившуюся в вагоне электрички (раздел «Лечение Любовью» в самом начале книги), когда совсем за короткое время два потерявшихся внутри себя человека, каждый в своей душе, вместо естественного разрушающего психику состояния отчаяния обрели, наоборот, небывалый, чудесный подъём духа, который, будто ластик с бумаги, стёр в их организмах болезненные и негативные проявления и причины.
Да, я вынужден повторять, что Любовь открывает все замочки и творит чудеса. О какой же Любви идёт речь? Ведь после таких встреч, происходивших с проявлением небывалой страсти с двух сторон, некоторые пары остаются вместе навсегда, забывая свои клятвы в любви тем, с кем жили до этого и кого, как им казалось, любили.
Предательство старой любви оборачивается новой, более сильной любовью, не только вдохновляющей человека на преодоление трудностей, но и приводящей к омоложению тела.
Верность старой любви становится моральным долгом, который чаще всего ускоряет разрушающие процессы в организме человека, настроенного на долг и на отречение от новой любви, то есть на предательство новой любви.
Можно ли предавать любовь вообще, старую или новую? Не означает ли это дикость нашего сознания? Может быть, предавая старую любовь, мы на самом деле своим поведением подчёркиваем, что этой любви уже и не осталось? А, может быть, она осталась, но превратилась во что-то, что не так сильно обжигает, не так сильно будоражит, но всё же что-то и гарантирует?
А, может быть, в любви и нужно сохранить некое душевное восхождение, чувственное равновесие, а отношение к нему – именно оно и показывает место, где лежит истина? Ибо жить без любви для многих равносильно самоубийству.
Теперь, насмотревшись за свои долгие годы на разных людей, я вспоминаю чаще всего те случаи из жизни семейных пар, когда неоднажды ещё молодая, красивая и сильная жена умоляла меня помочь её престарелому и очень больному мужу. При этом ощущалось её искреннее волнение, переживание за него, такое, что можно было бы его назвать и любовью, и страстью по отношению к нему. И теперь, задумываясь над проявлением в подобных случаях высоких чувств людей, я вижу, что долг по отношению к супругу и любовь тут оказываются слиты воедино.
Но, может быть, самым главным в этих ярких отношениях было то, что некоторые из этих жён имели страстную любовь к другим, более молодым мужчинам. Но что заставляло их прикладывать такие гигантские усилия в отношении лечения своих престарелых мужей? Смирение? Да. Долг? Да.
Но мне кажется, что их старое чувство к мужу как к любовнику не умерло. Оно стёрлось не совсем, не забылось, оно осталось навсегда как чувство благодарности за любовь к ним. Благодарность обоюдная за проявления любви в прошлом является как раз тем секретом, который позволяет сохранять тёплые отношения людям в настоящем, когда они продолжают жить вместе.
Даже тогда, когда человек изменяет другому в любви, не очень часто, но бывает, что этот другой всё равно благодарен за любовь к нему, ибо он так воспитан, таким рождён, что относится к любви как к подарку, которого могло бы у него и не быть.
Как воспитать в людях подобное отношение к любви как к подарку, которое не позволяет ревности развиться и подчинить сознание человека? Что должно измениться в обществе и как оно должно повлиять на своего рядового и нерядового члена, я пытаюсь понять и объяснить, привлекая внимание к личностным оценкам и критериям, по которым живёт личность.
Ибо ревность и зависть как проявления инстинкта самосохранения требуют своей оправы со стороны Этики, которая подчиняет их высшим Критериям Жизни.
Попробуем провести небольшой критериологический анализ случившегося с Натальей Николаевной, может быть, лишь слегка дополняя рассказанное ею.
1. Зеркало сознания, скрытое от прямого проявления, сыграло с нею шутку: её собственное желание найти замену своему любимому, чтобы освободиться от тяготившей её привязанности к нему, приписывало это ему самому: она слишком часто, как она говорила, в своих мыслях видела его с другой женщиной.
Вот почему всплеск её страсти в отношении молодого человека, испытавшего то же самое, так преобразил её: между ними возник удивительный и чудесный резонанс Любви как средства спасения душ обоих. Но как длителен бывает это резонанс?
2. Когда женщина начинает страшится с любимым человеком греха прелюбодеяния, о котором раньше множество раз не было речи, значит, у неё ушла острая любовь, ради которой она до этого шла на всё, не думая ни о чём – ни о морали, ни о грехе, ни о наказании. Значит, к ней вернулось осознание этичности своих поступков. Другое дело, какой моралью она будет себя оценивать – религиозной или светской.
3. Таким, как она, высокочувствительным людям, прежде чем ехать в места паломничества, необходимо достичь в своей душе высот Любви, при которой они будут неуязвимы в окружении больших скоплений больных людей. Иначе малейшее раздражение в душе, как было с Натальей Николаевной, раздует на ветру негатива этого общества неудержимый пожар боли и страданий.
4. Наталья Николаевна внутренне, при подготовке к поездке, в своей душе добровольно ушла от своей любви к другу и предпочла настроиться на выполнение обрядов, правил и множества дел, которые, якобы, необходимо было выполнить, чтобы получить от Бога прощение за свои грехи и помощь.
Фактически она перешла на позиции суеверия и язычества.
5. Боли и страдания Натальи Николаевны, проявляющиеся у неё как знак её этической ошибки, она проигнорировала, вместо того, чтобы измениться в сознании и душе, подняться своими критериями над обыденностью и суеверием.
Нередко именно так даёт нам знать Сознание Природы о том, что мы делаем неправильные шаги в отношении себя, поступки в отношении людей и допускаем неверные мысли при выборе неверных критериев поведения.
6. Если восхождение в духе и в смыслах затормаживается, то человек поневоле начнёт ощущать сначала неотчётливое недовольство собою, потом это перейдёт в агрессию по отношению к другим людям и к себе. И если он сузит свои интересы до применения критериев религии, то подобное торможение в его развитии неминуемо приводит к возникновению психических отклонений.
Этот вывод является очень важным для современных людей, ибо стремление многих из них найти духовную истину в Высшей Идее очень часто приводит их в различные религиозные объединения.
7. Резонанс любви, который почувствовали Наталья Николаевна и Алексей, стал для людей Земли мерилом свободы, когда рушатся любые соединяющие их связи с теми, кто так или иначе ограничивал их жизнь. Особенно это важно для людей высокочувствительных, которых ни в коем случае нельзя загонять в их любви ни в какие рамки. Иначе агрессия, возникающая в их душах, может очень быстро реализоваться в суицидальный порыв.
Высокочувствительные люди – это нежный цветок среди бури грубых чувств. И он не выносит любого порыва ветра пространств Любви.
Таких людей, как Наталья Николаевна, спасает их природная способность к неограниченной любви. Более того, такие люди оказываются способными и наполнять любовью другого человека, ибо им от рождения дано любви значительно больше, чем обычному человеку. Так возникает и действует обратная связь Природы.
8. Оставить пространство души пустым от Любви и позволить себе раздражение, как произошло это с нашей Натальей Николаевной, означает притянуть в освободившееся поле соответствующие негативные сущности общеклеточного сознания. Они заменяют собою любые, даже не очень высокие, критерии и, прежде всего, вызывают в человеке суету, ещё более снижающую кондиции организма.
Возможности исцеления Любовью безграничны. Я всего лишь на одном примере попытался показать это, когда у людей произошли события, которые могли повлечь за собой их психический срыв.
«НЕТ РЕЛИГИИ ВЫШЕ ИСТИНЫ»?
Выше всех религий – Духовная Этика, она человечна. Религии, прежде всего, массовы и уже в этом бесчеловечны, ибо безличностны. Истины – относительны. Абсолютна только Любовь.

Большинство из нас живёт, не веря ни во что, что находится вне желудка и логики. Это такой чистый рационализм – философский экзистенционализм. Реально люди живут интересом, который, как нам известно, заменяет Бога, Любовь, истину.
Интерес предоставляет человеку любой критерий из бесконечной стохастичности, случайности Жизни. Наше внимание готово в любой момент времени клюнуть на предоставленную услугу изучением интереса.
Религии крадут у людей их личности, подчиняя их массовому психозу. Они не становятся тем, что называется у Иисуса Христа «Бог внутри нас».
Религии ломают судьбы людей, обещая жизненные блага в смирении перед рабством за обмен вечного спасения после смерти. Из-за расхождения точек зрения на это положение Церковь предала Л.Н. Толстого анафеме.
Массовые религии – это психоз, подчиняющий человека рабским правилам. Вместо «Бог есть Любовь» они навязывают «Бог есть Правила и страх перед их невыполнением».
Религия – это так просто: идёшь вместе со всеми, стадом, и думать не нужно нисколечко. Всё уже давно выдумано, остановлено и установлено другими, умными, расписано и выверено ими же – что делать, чего не делать. Но, главное, нужно всегда бояться смертного греха, к которому отнесено практически всё, даже то, что человек обязан делать.
Вера у большинства людей стала не прославлением Бога в их душах, а атрибутом их твёрдости, стойкости, мужественности, но самое печальное – бесчеловечности и агрессии. Вера религиозная вдруг стала питать агрессию, как не питала до этого, – даже светскими знаниями.
Вера перестаёт спасать в храмах при массовых служениях. Храмы становятся скопищами нечистоты, забиваются больными людьми, которые не только ничего не делают, они не хотят ничего знать о том, как жить чисто. И вспоминают об этом лишь в храме на массовом молебне.
Мы думаем, что наша вера – это лишь продукт нашей мысли. Как мы ошибаемся! Ибо вера – это ещё и наша целостность, и наша защита. Как напрягается поле ауры человека, когда он контактирует с тем, кто на него оказывает негативное давление или через кого давят негативные обстоятельства!
Много раз я, сидя на каких-нибудь концертах или собраниях рядом с человеком сверхвысокочувствительным, ощущал, как он концентрировал свою защиту, усиливая её, чтобы снизить негатив зала, идущий на него. Он защищал себя проявлением своего внутреннего негатива в отношении негативно настроенного зала. Даже если зал положительно реагировал, всё равно высокочувствительный человек считывал колоссальное поле человеческих болезней – телесных, душевных, сознательных, которые донимали окружающих его людей.
И производилась эта защита за счёт уплотнения окружающего поля, в том числе и за счёт меня, ибо я тоже для него был в числе окружающих его людей. И у меня начинался внутренний тремор – я не находил себе места, ибо напряжённость поля была велика. Иногда мне от этого становилось дурно.
Люди, у которых имеются способности к подобной концентрации и которые оказываются рядом в условиях напряжённости окружающих их полей, слишком часто в своих взаимоотношениях попадают в зависимость от обстоятельств, продолжение которых во времени рассматривается ими по-разному.
Одному из них хочется одного, другому – другого, причём, вектора направленности их желаний часто вообще противоположны друг другу. И тогда пространство вокруг них напрягается и происходят как бы по непонятным причинам материальные изменения, чаще негативного плана, – останавливаются вполне исправные часы, рвутся цепочки и верёвочки, падают предметы со стен, со столов, что-то бесследно теряется, лопается посуда и так далее.
И если только они проявят любовь – сильно, страстно, – восстанавливается положительное течение ситуаций.
Но лопается, ломается и рушится не только лишь то, что мы наблюдаем визуально. Что в это время происходит с нашими органами, клетками нашего организма, с сознанием, душой, мы можем догадываться по аналогии увиденному. Мы не можем показать эти изменения, как показываем чашку, разбитую ни с того, ни с сего. Но они тоже есть.
Понять причинность подобного массового явления без перехода к исследованию жизненных пространств, пространств сознания и пространств души невозможно. Без того, чтобы признать за Любовью Природы критериальную основу мира, нельзя приблизиться к разгадке его единства. Так Этика соединила в себе даже основы естественности.
Мы говорим, что ревность уничтожает любовь своим оскорблением личности. Ревность негативно перенапрягает жизненное окружающее пространство двух людей, от которых нити перенапряжения и потоки сознания тянутся и к третьему, ослабляя, казалось бы, этим хоть немного их полевую напряжённость.
Но третий человек тоже может оказаться со способностями, выходящими за рамки нормальных. И тогда негативная концентрация поля вокруг этой троицы ещё более усиливается.
Если же на самом деле третьего человека не существует, а есть лишь мысль ревнивца о возможном его существовании, то это лишь прибавляет проблем, ибо доказать, как и опровергнуть, что-либо становится невозможным. Возникает процесс бесконечного и безысходного падения в пропасть ненависти людей любого возраста.
Ненависть концентрирует значительные поля разрушения, и они делают свою работу. Ненависть обладает своими особенностями потому, что проявлять её заставляет соответствующий критерий, который выбирается человеком из многих подсказанных ему сущностями общеклеточного сознания критериев.
Как правило, люди предпочитают низкие критерии, потому что так проще жить и таковы традиции, то есть стереотипы, автоматизм общества. Переход на принципы Духовной Этики труден, и нужно обладать большой волей и мужеством, чтобы демонстрировать их окружающим людям.
Если бы мы с вами знали, сколько человек убила ненависть чисто материально, разрывая ткани сердца и других органов! «От любви до ненависти один шаг», – говорит народная мудрость. Приблизительно мы можем оценить объём ненависти всего лишь не намного отличающийся от объёма любви, циркулирующей в человеческом обществе, ибо Духовная Этика пока что лишь начинает входить в нашу жизнь. Нашей жизненной задачей является осуществление плана Природы в реализации не просто спокойствия или срединного пути бесстрастия, а организация жизненной среды, наполненной в значительной степени Любовью.
И проблемой человеческого общества является не свобода и не свободная любовь, как об этом часто пишут и говорят, а другое. Свободную любовь у нас никто не отбирал. По каким законам любовь вообще находит свою цель, неизвестно, и потому тут сделать что-либо трудно, чтобы перенаправить её в другую сторону.
Проблема человеческого общения состоит в том, чтобы любой человек не только понимал, принимал и прощал измену в любви, а стал бы относиться к ней как действительно к подарку Бога. И это отношение он бы переносил на своего «предателя».
Если вот так изменится наша видимая и невидимая жизнь, то уже можно будет говорить о победе духовности над обыденностью в худшем её исполнении – в скуке и унынии. Если этого не наступит в обществе, которое образовано, страстно, изобретательно и наполнено жизнью, то общество поневоле станет реализовывать программу утраты Любви и в этом преуспеет, насыщая жизненное пространство не Любовью, а ненавистью.
Поэтому проблема в любви людей сводится не к тому человеку, кто любит и кого любят, а к тому, кто начинает ревновать и ненавидеть, как самого любимого, так и того, кого тот предпочёл.
Вера наша всегда стремится к воплощению при жизни Высшей Идеи. И если у одного человека по отношению к другому проявляется недоверие к его словам, то, значит, в сознании и в делах этого второго человека существует слишком большой разрыв, который и вызывает непонимание первого. Недоверие автоматически ведёт к неверию и к ревности первого, если они любили друг друга.
Ведь как и Любовь в отношении людей, так и опека эгрегоров, Ангелов Хранителей людей осуществляется также по законам и с целями, людям непонятным, кажущимися нам нелогичными.
Ангелы Хранители задают нам наши главные идеи, а уж мы можем проявить своё полное неверие к словам, что будто бы кто-то служит идее.
Неверие словам любого человека, что у любящих существует общее пространство любви подрывает основу единства людей – Любовь.
Иногда ревность высокочувствительного человека возникает на, казалось бы, странной основе, когда болезни в теле своего любимого он диагностирует как присутствие в его душе и сознании, в ауре признаков третьего человека. Подсознание ревнивца, улавливая от этого не какие-то нелады со здоровьем, а контакты с соперниками, очень сильно сопротивляется им и выдаёт их за объект ненависти. Об этом мы уже говорили выше.
Конечно, человека можно обучить основам Этики, и он может знать, что он может делать. Но значительно важнее многих знаний знания о том, на что человек не имеет права. Обучается этому каждый, в основном, самостоятельно опытом и полевыми вибрациями, ощущениями, чувствами, пониманием высоких истин.
Первый опыт духовности каждый человек приобретает тогда, когда он осознаёт, что не имеет права требовать от любого другого человека «честного» ответа, с кем он был, что делал, потому что любой его честный ответ зазвучит ложью, если ему нет доверия.
И очень часто поводом недоверия у высокочувствительного человека к своему любимому служит общение того со своим Ангелом Хранителем. Нужно учиться понимать или чувствовать разницу общения в подобном случае и в случае общения человека с человеком.
Конечно, всё обсуждаемое в этом разделе может быть отнесено к так называемым кармическим проблемам. Однако, подобная формулировка не прибавляет понимания там, где ясность уже пробивается своими всходами. Это относится и к лозунгу теософов, вынесенному в заголовок этого раздела.
О НОВЫХ ОТКРЫТИЯХ
В масштабе Вселенной маленький человек так мало значит! Но так много может! И он, упоённый своею иллюзией, решил, что знать ему об ограничениях Природы не обязательно.

Сегодня можно констатировать с большой долей уверенности, что моделей Человека, общества, мира, отвечающих Критериям Природы, пока нет. Модель Человека примитивна до такой степени, что, когда я говорю о критериально-оценочных пространствах логики, опираясь на теории оптимизации, идентификации, управления, то вызываю большое недоумение даже среди профессионалов. В старой модели критериальный ум даже не просматривается, не говоря уже о Сознании Природы.
Модель общества тоже не является работающей, так как неясно, для чего общество вообще необходимо.
Модель мира в науке существует не только отдельно от Человека, но и искажена примитивом уровня, где всё высшее отдано на откуп случайности. Абсурд! Ибо мир самоорганизуем неслучайно. Любой грамотный кибернетик без особого труда выделит в Природе её Глобальный Критерий.
Природа, Мир, Вселенная, Мироздание есть Иерархия Природы и главная форма существования Высшей Идеи, включающей в себя множество форм.
Высшая Идея отражает Глобальный Критерий Природы. Она может быть представлена в виде Иерархии Законов, Принципов, Условий. На вершине пирамиды Иерархии находятся Законы Законов – Высшие Критерии Природы. Природа содержит Бесконечные Источники Энергий Жизни, Любви, Разума и Критериев.
Всё существующее, в зависимости от своей локализации, формы и положения в Иерархии Природы, содержит в себе непрерывно функционирующую программу оптимизации (самоорганизации) как часть формы существования основной Идеи. Сложность, качество этой программы высоки. Форм существования Высшей Идеи, скорее всего, бесконечное множество, что косвенно подтверждается хотя бы безудержным ростом числа религиозных объединений человечества.
Всё существующее как формы и их внутреннее сущее является, с другой стороны, системами, которые изучает и синтезирует кибернетика. Природа в свои формы заложила своё первоначало в Красоте форм, в Красоте отношений и в Красоте содержания. Красота оказалась именно тем ориентиром в жизни людей, который так ярко и однозначно проявил направление эволюции сути.
Природные системы можно рассматривать как системы, наделённые собственной жизнью, а жизнь - как состояние вещества, обладающего тем или иным качеством Сознания Природы.
Генеральным свойством Природы и Жизни, отражаемой в природных системах, является оптимизация или самоорганизация (минимизация или максимизация) их на основе критериев.
Жизнь есть процесс синтеза, то есть необходимого возникновения, формирования первичных и сложных структур, рождения, роста, расцвета, стабилизации, объединения, увядания и смерти в соответствии с Критериями Сознания Природы.
Смерть есть изменение формы существования основной Идеи.
До сих пор Природа, но не Сознание Природы, исследовалась с позиций логики различных научных направлений (причинно-следственный и экспериментальный рационализм), психологии (как главной лженауки о сознании), интуиции (искусство, иррационализм), религии (мистика застывших форм), опыта (житейский рационализм) и, как это ни странно, метафизики, эзотерики и парапсихологии, феномены которой не укладывались ни в одну схему упорядоченных знаний человечества.
Своё название наука критериология получила от понятия «критерий, то есть оценка, мера» как показатель или функционал (целевая функция в теории оптимальных систем), так как только критериальное пространство в силу своей общности и для опыта, и для упорядоченных знаний, и для иррациональных решений даёт более широкое представление о Сознании Природы, чем то, которое существовало до сих пор.
Вообще же необходимо вести разговор о двух генерализованных областях знаний человечества: об области упорядоченных и области неупорядоченных знаний. Тот опыт, который на сегодня приобрело человечество в своём движении, как показывает даже приблизительный анализ с точки зрения критериологии, является далеко неупорядоченным, хотя и очень богатым.
Критериология позволяет придать знаниям Человека более целостный характер, одновременно подводя Человека к большей степени погружения в Сознание Природы. Последнее свойство характеризует и большее понимание Человеком своей роли в Природе как активного и творческого её элемента.
С точки зрения своей активности Человека можно увидеть и в таком крайнем качестве, как возможность мобилизации его ресурсов настолько, что он становится антагонистом самой Природе.
Это очень серьёзный парадокс биологического развития. Ибо он может быть рассмотрен и через призму крайности воздействия – Человек иногда оказывается могильщиком какой-либо локальной части существующей Природы в том виде, в котором она была представлена в ней до нас.

<< Предыдущая

стр. 12
(из 16 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>