стр. 1
(из 6 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

СОЦИАЛЬНЫЙ КОНФЛИКТ
НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
2 (14)
1997

Издается с марта 1994 г.
Выходит 4 раза в год

Главный редактор
А.К.Зайцев
Редакционная коллегия:
А.Г.Здравомыслов (г.Москва)
И.Вюстенберг (Бельгия)
В.Мастенбрук (Нидерланды)
Э.Ван де Флирт (Нидерланды)
В.А.Авксентьев (г.Ставрополь)
А.Я.Клементьева (г.Калуга)
Е.Г.Дементьева (г.Калуга)
Ответственный секретарь
Ю.В.Карпенков
Адрес редакции:
248600, г.Калуга,
ул.Ленина,83,
Калужский институт
социологии (КаИС),
редакция журнала “Социальный конфликт”
тел. (0842) 57-00-21
факс (0842) 57-13-76
e-mail: krokus@insoc.postdep.kaluga.su
Журнал издается при поддержке Национального Фонда подготовки финансовых и управленческих кадров (НФПК), Ассоциации консультантов по управлению Нидерландов и Калужского педагогического университета им.К.Э.Циолковского.
Учредитель: Калужский институт социологии. Издание зарегистрировано Комитетом Российской Федерации по печати. Регистрационный № 012923.
Страницы журнала открыты для дискуссионных материалов, поэтому
его содержание не всегда отражает точку зрения учредителя и редакции.
Отпечатано в ГП “Полиграфист”
г.Калуга, пл.Старый Торг, 5.
Подписано в печать 10.07.97
Объем 6 п.л.
Формат 60x84 /16
Тираж 1000 экз.
Офсетная печать
Гарнитура Таймс
Обложка П.К.Зайцев, литературный корректор И.В.Карпенкова
компьютерный дизайн и верстка С.В. Карнаухов. Ю.В.Карпенков
© Калужский институт социологии, “Социальный конфликт”, 1997
СОДЕРЖАНИЕ

КОНФЛИКТОЛОГИЯ ЗА РУБЕЖОМ

Э. Ван де Флирт, О.Янссен
ВНУТРИГРУППОВОЕ КОНФЛИКТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ: ОПИСЫВАЮЩИЙ, ОБЪЯСНЯЮЩИЙ И РЕКОМЕНДАТЕЛЬНЫЙ ПОДХОДЫ 3


Д.Джонсон, Р.Джонсон
ПРОГРАММЫ ПО РАЗРЕШЕНИЮ КОНФЛИКТОВ И ПОСРЕДНИЧЕСТВУ РАВНЫМИ ПО СТАТУСУ ЛИЦАМИ В НАЧАЛЬНОЙ И СРЕДНЕЙ ШКОЛАХ: ОБЗОР ИССЛЕДОВАНИЙ 42


С РАБОЧЕГО СТОЛА КОНФЛИКТОЛОГА
А.Я.Клементьева
ТРЕНИНГ “ПОВЕДЕНИЕ В УСЛОВИЯХ КОНФЛИКТА” 74

SUMMARY

ОБЪЯВЛЕНИЯ
КОНФЛИКТОЛОГИЯ ЗА РУБЕЖОМ
ВНУТРИГРУППОВОЕ КОНФЛИКТНОЕ
ПОВЕДЕНИЕ: ОПИСЫВАЮЩИЙ,
ОБЪЯСНЯЮЩИЙ И РЕКОМЕНДАТЕЛЬНЫЙ ПОДХОДЫ


Эверт Ван де Флирт,
Онне Янссен

Ключевые слова: описывающий подход, объясняющий подход, рекомендательный подход, конфликтное поведение, сложное конфликтное поведение, согласие, активность, двойная целевая ориентация, ориентация на собственные цели, ориентация на цели противника, кооперативность, соревновательность, теория целевой зависимости, положительная целевая зависимость, отрицательная целевая зависимость, метод максимального напора, метод спонтанных действий, комплексный метод, отстаивание результата, отстаивание цели, прямое сопротивление, непрямое сопротивление, решение проблемы, желание контролировать ситуацию, ориентация на переговоры, уход от конфронтации.

Бесконфликтных групп не бывает. Зачатки конфликта можно обнаружить во многих ситуациях, возникающих в ходе работы группы: в случаях, когда члены группы стараются избежать упреков; когда они согласовывают детали плохо разработанного плана; когда договариваются о ценах или решают какую-то проблему; когда не соглашаются с точкой зрения оппонента и так далее. Задача психологов - описать поведение членов группы в подобных ситуациях, дать конфликту соответствующее объяснение и, изучив возможные последствия, представить членам группы рекомендации по его устранению. В соответствии с этим подход к изучению конфликтов может быть описывающим, объясняющим или рекомендательным. Возможен также и комплексный подход, включающий в себя различные комбинации трех основных вариантов. Предложенная нами систематизация позволяет более свободно ориентироваться в обширном потоке соответствующей научной литературы и, в частности, в работах, непосредственно связанных с разрешением конфликтов.
Так, описывающий подход позволяет выделить различные типы конфликтного поведения, дать им подходящее название, перечислить их основные характеристики и установить существующие между ними связи. Объясняющий подход дает возможность выявить закономерности между определенным конфликтным поведением и результатом конфликта. Рекомендательный подход предполагает разработку (на основе упомянутых закономерностей) определенной линии поведения для участников конфликта. К сожалению, очень часто эти качественно различные подходы объединяются в один, внося путаницу как в теорию, так и в практику изучения конфликтного поведения. Для того, чтобы облегчить работу исследователей, занимающихся этим вопросом, мы хотели бы более подробно разобрать каждый из подходов. Сначала мы остановимся на описывающем подходе. Мы постараемся выделить его особенности, перечислить основные характеристики, а затем сравнить описывающий подход с двумя другими: объясняющим и рекомендательным.
Описывающий подход
Конфликтной обычно называется такая ситуация, в которой одни члены группы мешают или противодействуют другим, при этом реакция первых может быть как полезной для всей группы в целом, так и вредной (Van de Vliert, готовится к печати - a, b). Существует масса поведенческих моделей, способствующих разрешению конфликта. Roloff (1976), например, зарегистрировал 44 такие модели, а Wall (1985) перечислил и систематизировал 169 поведенческих тактик. При таком обилии моделей весьма существенным является вопрос о принципах их классификации (см., например, Daves & Holland, 1989; Psenicka & Rahim, 1989; Sternberg & Dobson, 1987; Van de Vliert, 1990; Van de Vliert & Euwema, 1994). Несмотря на то, что этот вопрос достаточно подробно освещается во многих работах, единого мнения относительно принципов подобной классификации пока не существует.
В данной главе мы попытаемся проанализировать три парных параметра, используемых при описании и сравнении различных конфликтных поведенческих моделей: а) "ориентацию на собственные цели" и "ориентацию на цели других участников конфликта"; б) "интеграцию" и "распределение"; в) "ослабление - усиление" и "пассивность - активность". Именно эти параметры обычно применяют для причинно-следственного описания поведенческих моделей. Недостаток подобной методики заключается в смешивании зависимых и независимых факторов, что, безусловно, мешает проводить четкое и объективное исследование. Более приемлемой, на наш взгляд, является методика, предложенная в работах других авторов (Van de Vliert & Euwema, 1994) и заключающаяся в использовании таких параметров, как "согласие" и "активность". Мы считаем, что эти параметры можно с успехом применять не только для анализа конфликтных поведенческих моделей, но и для разработки приемов и способов разрешения конфликта. Преимущество этой методики заключается в том, что каждая поведенческая модель рассматривается не как единое целое, а как набор отдельных, взаимозависимых составляющих.
"Ориентация на собственные цели" и "ориентация
на цели других участников конфликта"
В 1964 году Blake и Mouton (1964, 1970) предложили использовать для описания и объяснения конфликтного поведения два параметра: а) "ориентацию на цель" и б) "ориентацию на личность". При этом они рассматривали только один тип конфликтного поведения, а именно, поведение, нацеленное на улаживание конфликта. Однако в 1970 году эти же авторы высказали утверждение, что упомянутые параметры могут быть использованы для анализа поведения всех участников конфликта, причем в понятие конфликта они включили также и социальный конфликт. Таким образом, согласно теории Blake и Mouton, реакция участников конфликта (уклонение, подлаживание, поиск компромисса, решение проблемы, сопротивление) зависит от их ориентации на собственные цели или на цели других участников конфликта (Van de Vliert, готовится к печати - b).
Thomas (1976, 1988) предложил назвать первый параметр "соревнова-тельностью", а второй "кооперативностью". При этом та или иная ориентация участников рассматривается им не как причинный фактор, а как разновидность конфликтного поведения. "Предложенная мною модель... является исключительно описывающей... Она может служить только для описания различных типов конфликтного поведения" (Thomas, 1988, стр. 432-433, аналогичную точку зрения можно найти также у Shokley-Zalabak, 1988). Rubin, Pruitt и Kim (1994) считают различную ориентацию участников конфликта основной внутренней детерминантой конфликтного поведения. Так, в соответствии с их моделью, участники конфликта, ориентированные не только на собственные цели, но и на цели других участников, действуют, как правило, по модели "решение проблемы", а участники, учитывающие только собственные цели, выбирают модель "сопротивление".
Поскольку целевая ориентация участников конфликта является личностным параметром и не подлежит контролю со стороны других участников, она не может быть единственным и безусловным критерием предполагаемого или реального поведения участников. Этот параметр гораздо больше подходит для регулирования конфликта и для разработки его стратегии, чем для описания (Nicotera, 1993). "Однако, выбирая стратегию, нельзя опираться только на целевую ориентацию. Если выбранная стратегия не дает ощутимых результатов, лучше разработать другую, пусть даже не столь прочно связанную с конкретной целевой ориентацией участников " (Rubin и др., 1994, с.37). Иными словами, такой параметр, как ориентация участников конфликта на ту или иную цель, не может служить объективным критерием для описания конфликтных поведенческих моделей. Сомнение вызывает также и использование в этих целях таких параметров, как "интеграция" и "распределение".
"Интеграция" и "распределение"
В 1976 году, основываясь на работе Walton и McKersie (1965), посвященной трудовым переговорам, Thomas (1976, см. также Putnam, 1990) выдвинул предположение, что конфликтные стратегии могут быть описаны с помощью таких параметров, как "интеграция" и "распределение". Согласно его теории, интегрирующий тип поведения характеризуется тем, что участник конфликта стремится к максимальному совместному итогу, то есть конфликт рассматривается им как общая проблема. Поиск решения идет на уровне создания общих ценностей (Lax & Sebenius, 1986). Распределительный тип поведения, напротив, направлен на усиление противоречий между целевыми ориентациями сторон; решения принимаются по каждому из спорных вопросов на уровне предъявления требований (Lax & Sebenius, 1986). Эмпирическое подтверждение этой теории и качественный анализ интегрирующего и распределительного типов поведения можно найти в работах Prein (1976) и Van de Vliert (1990).
Поскольку интеграция и распределение почти всегда проявляются в ситуациях, связанных с достижением какого-то результата, сфера их приложения оказывается намного шире, нежели один какой-то тип конфликтного поведения. Один и тот же тип конфликтного поведения может использоваться для достижения самых разных результатов. Конфликтное поведение вообще весьма опосредовано связано с конечным результатом. В зависимости от условий разные модели конфликтного поведения могут приводить к одним и тем же последствиям, а одна и та же модель конфликтного поведения может давать как выгодный, так и невыгодный результат. До тех пор, пока результаты конфликтного поведения неясны, его нельзя рассматривать как интегрирующее или распределительное. То есть эти параметры не могут выступать в качестве единственных критериев для описания конфликтного поведения. То же самое, если не в большей степени, можно сказать и о следующих двух парных параметрах.
"Ослабление - усиление" и "пассивность - активность"
В работах Sternberg и его соавторов (Sternberg & Soriano, 1984; Sternberg & Dobson, 1987) приводятся результаты исследования, проведенного со студентами и касающегося реакций на различные конфликтные ситуации. Студентам было предложено 16 поведенческих моделей, с помощью которых они должны были описать различные конфликтные ситуации, разбирая их как с точки зрения собственных реакций, так и с точки зрения реакций остальных участников конфликта. После этого был проведен факторный анализ, позволивший выделить два самостоятельных парных параметра: "замедление - ускорение" и "пассивность - активность". Термин "ослабление", выведенный не столько эмпирически, сколько теоретически, был предложен для того, чтобы описать такие смягчающие виды конфликтного поведения, как "снятие напряжения", "заключение соглашения", "поиск компромисса", "совместное обсуждение" и т.д. Соответственно, такие виды поведения, как "устранение", "манипулирование" и "словесное давление" были ошибочно расценены как реакции, обостряющие конфликт и обозначены термином "усиление". Термин "пассивность" включал в себя такие реакции, как "уклонение", "выжидание" и "уступки", а термин "активность" - такие реакции, как "обсуждение", "противодействие" и "давление".
Характеризуя предложенные параметры как ослабляющие или обостряющие конфликт, исследователи, тем самым, соотнесли их не столько с поведенческими моделями, сколько с результатом реализации этих моделей, выражающимся в исходе конфликта. Однако исход конфликта, как мы уже отмечали, далеко не всегда имеет прямую связь с поведением участников. Например, как подтверждают многочисленные исследования, соревнование, нацеленное на усовершенствование какого-то процесса или на достижение какой-то цели и происходящее в дружном, бесконфликтном коллективе, в большинстве случаев приводит к положительным результатам (например, Bartunek, Kolb & Lewicki, 1992; Robbins, 1974; Turner & Pratkanis, 1994 - готовится к печати). Однако, если это соревнование угрожает личным интересам членов коллектива, оно, как правило, дает негативные результаты (например, Amason, 1996; Amason & Schweiger, 1994; Van de Vleirt & De Dreu, 1994; Jehn, 1994).
Более подходящее название для поведенческих моделей, описанных Sternberg и соавторами, было предложено Bales (1950). Вместо термина "ослабление" он ввел термин " согласие", характеризующий такие модели поведения, как "одобрение", "понимание" и "отклик" (модели, помогающие участникам объединиться и снять напряжение), а вместо термина "усиление" - термин "несогласие", характеризующий такие модели поведения, как "отказ от помощи", "формальный подход" и "отрицание" (модели, приводящие к усилению противодействия и напряженности между участниками конфликта). В отличие от пары "ослабление - усиление", предложенной Sternberg и Dobson, второй парный параметр имеет прямое отношение к описанию поведенческих моделей. Этот параметр вполне может выступать как четкий и объективный критерий конфликтного поведения.
Подводя итог, можно сказать, что при описании конфликтного поведения следует по возможности избегать причинно-следственных параметров, приводящих к путанице между зависимыми и независимыми факторами. Наиболее приемлемыми для объективной характеристики конфликтного поведения являются, как нам кажется, параметры "согласие - несогласие" и "пассивность - активность". Основываясь на результатах факторного анализа Sternberg и Dobson (1987), можно сказать, что "согласие" и "активность" выступают как ортогональные параметры, выявляющие черты, общие для всех моделей конфликтного поведения.
"Согласие" и "активность"
как общие описывающие параметры
Термином "согласие" мы обозначаем такое конфликтное поведение, которое направлено на улучшение ситуации и снятие напряжения в группе, в противовес поведению, направленному на обострение ситуации и усиление напряжения; термин "активность" применяется для обозначения поведения, характеризующегося действенностью и прямотой, в противовес поведению, характеризующемуся бездейственностью и уклончивостью. Использование этих параметров позволяет найти общие черты в моделях, на первый взгляд, не связанных друг с другом, то есть объединить разрозненные поведенческие модели в одну группу. Пример подобного объединения можно продемонстрировать, используя введенные нами параметры для анализа двойной поведенческой модели "кооперативность - соревновательность", предложенной Deutsch (1949, 1973); тройной модели "бездействие - содействие - противодействие", предложенной Horney (1945), и пятисторонней модели "устранение - подлаживание - поиск компромисса - решение проблемы - сопротивление", предложенной группой авторов (Hall, 1969; Rubin и др., 1994; Rahim, 1992; Thomas, 1988, 1992 - все перечисленные работы развивают идеи, первоначально предложенные Blake и Mouton, 1964, 1970). Поскольку в последней модели ощущается явная нехватка агрессивных типов конфликтного поведения, мы выдвигаем вместо нее восьмистороннюю модель, включающую в себя четыре вида противодействующего поведения. При этом для разработки новой модели мы используем параметры "согласие - несогласие" и "пассивность - активность".
"Кооперативность - соревновательность"
Под "кооперативностью" обычно понимается поведение, направленное на достижение соглашения, под "соревновательностью" - поведение, ориентированное на отсутствие такого соглашения (см., например, Axelrod, 1984; Johnson & Johnson, 1989; Thomas, 1976, 1988). Противопоставление подобных моделей в рамках изучения конфликтного поведения представляется нам довольно спорным, поскольку в каждой из моделей прослеживается как активный, так и пассивный тип поведения. Кооперативный тип поведения может включать в себя множество вариантов: от пассивного неучастия, зачастую весьма далекого от "согласия", до активного, деятельного улаживания спорного вопроса, имеющего явные признаки "согласия" (Van de Vliert - готовится к печати, b). Таким образом, под "кооперативностью" в данном случае понимается поведение, характеризующееся отсутствием соревновательности и имеющее как активную, так и пассивную форму.
"Бездействие - содействие - противодействие"
Схема, выдвинутая Horney (1945), включала в себя три типа конфликтного поведения: пассивное "бездействие" (уход от общения и боязнь конфронтации), активное "содействие" (поддерживание контакта с другими участниками конфликта) и агрессивное "противодействие" (противопоставление себя остальным участникам конфликта). В принципе, все три типа поведения могут рассматриваться как три варианта "кооперативности", отслеженной на уровне "активности - пассивности". При изучении конфликтов в деловых коллективах, Lawrence и Lorsch (1967) эмпирическим путем установили наличие предложенных Horney (1945) типов конфликтного поведения. Аналогичные результаты были получены и в процессе других исследований (см., например, Weider-Hatfield, 1988; Wilson & Waltman, 1988). Putnam и Wilson (1982) обозначили типы поведения, выявленные ими в результате факторного анализа, как "уход от конфронтации" ("бездействие"), "ориентацию на принятие решения" ("содействие") и "желание контролировать ситуацию" ("противодействие"). В ряде работ (см., например, Gulliver, 1979; Pruitt, 1981; Wall, 1985) "активная кооперативность" и "ориентация на принятие решения", направленные на выгодный для обеих сторон исход конфликта, объединяются в одну модель поведения, получившую название "ориентация на переговоры".
Пятисторонняя модель
Модель, включающая в себя такие типы поведения, как "устранение - подлаживание - поиск компромисса - решение проблемы - сопротивление" (Blake и Mouton, 1964, 1970; Hall, 1969; Rahim, 1992; Thomas, 1988, 1992), может рассматриваться как более дробная трехсторонняя модель, описанная выше. По сути дела, "устранение" и "подлаживание" - это две разновидности одного и того же типа поведения, направленного на уход от общения, то есть "бездействие" (Rubin и др., 1994). При этом "уход от конфронтации" будет проявляться или в виде отсутствия всякой реакции (как "согласия", так и "несогласия") - "устранение", или в виде открыто выраженного "согласия" - "подлаживание". Иными словами, и "устранение", тяготеющее к "несогласию", и "подлаживание", тяготеющее к "согласию", вполне могут быть объединены в одну группу, озаглавленную "пассивный уход от конфронтации".
Что касается такого типа поведения, как "активная кооперативность", то его можно разделить на два подтипа: "поиск компромисса", выражающийся во взаимных уступках и тяготеющий скорее к "несогласию", и "решение проблемы", выражающееся в достижении выгодного для всех сторон соглашения и тяготеющее к "согласию" (Putnam & Wilson, 1989; Van de Vliert & Hodijk, 1989; Walton & McKersie, 1965). Таким образом, мы получили пятистороннюю модель, правильность которой подтверждена многочисленными исследованиями конфликтов в различных группах (см., например, Prein, 1976; Rahim, 1983; Van de Vliert & Prein, 1989; Van de Vliert & Kabanoff, 1990).
Восьмисторонняя модель
Несмотря на то, что полученный результат подтверждается эмпирически, мы считаем необходимым провести дальнейшее деление предложенной модели. На наш взгляд, в таком типе поведения, как "соревновательность", можно выделить два разнородных процесса: "непрямое сопротивление", в свою очередь подразделяющееся на "желание контролировать ситуацию" и "нежелание идти на уступки", и "прямое сопротивление", подразделяющееся на "отстаивание идеи" и "отстаивание результата".
Чтобы доказать необходимость предложенного дополнительного деления, мы хотели бы подчеркнуть, что с точки зрения "активности - пассивности" "соревновательность" безусловно является изменяющимся фактором. Мы считаем также, что термин "сопротивление" является более удачным, чем термин "соревновательность", поскольку в "соревновательности" присутствуют такие, в данном случае совершенно неуместные оттенки, как спортивный азарт, командный дух и подчинение единым правилам игры (Filley, 1975). Хотя "сопротивление" гораздо менее пассивно, чем "уход от конфронтации" (выраженный или как "устранение", или как "подлаживание"), "непрямое сопротивление" также имеет определенный оттенок пассивности. Причем этот оттенок присутствует в обоих вариантах "непрямого сопротивления" - как в первом, тяготеющем к "согласию", так и во втором, тяготеющем к "несогласию".
"Желание контролировать ситуацию", нацеленное на подавление противника, выражается, как правило, в регулировании групповых процессов в свою пользу (Putnam & Wilson, 1982; Sheppard, 1984) и тяготеет скорее к "согласию", чем к "несогласию". При этом порядок действий и правила игры могут так ловко перекраиваться в пользу носителя подобного типа поведения, что в целом весь процесс воспринимается как законный и справедливый (Lax & Sebenius, 1986; Lind & Tyler, 1988; Sheppard, Lewicki & Minton, 1992). Противная сторона в таких случаях занимает позицию " пассивного утаивания" или "пассивного отказа". Оба варианта имеют характер несогласия и могут быть объединены под общим названием "нежелание идти на уступки" (Bisno, 1988; Glasl, 1980). В большинстве случаев обе стороны при этом стараются избегать прямых контактов, предпочитая действовать за спиной друг у друга, тайно ломая планы противника и заключая союз с нейтральной стороной.
По сравнению с "непрямым сопротивлением" "прямое сопротивление" является гораздо более активной, явной и прямой формой борьбы за исход конфликта. В качестве противоборствующих сторон могут выступать не только отдельные члены коллектива, но и отдельные группы (Sheppard, 1984; Volkema & Bergmann, 1989). Борьба может быть нацелена на "отстаивание идеи" и в этом случае иметь скорее оттенок "согласия", чем "несогласия", или на "отстаивание результата" с явным оттенком "несогла-сия". "Отстаивание идеи", иногда обозначаемое как "конфронтация" (Prein, 1976), выражается в том, что одна из сторон старается привлечь внимание противника к своим нуждам, требует обсудить предложенную ею идею или вернуться на исходные позиции. "Отстаивание результата" состоит в желании одной из сторон полностью одолеть противника и решить конфликт в свою пользу.
На схеме № 1 представлены восемь типов поведения, систематизированные с помощью параметров "согласие - несогласие" и "пассивность - активность". Сходство и различие между перечисленными типами поведения можно установить на основании двух выдвинутых нами гипотез.
Гипотеза 1. Предложенные типы поведения можно выстроить на линии "согласие - несогласие" (от слабо выраженного "согласия" к отчетливо выраженному "несогласию") в следующем порядке: а) "подлаживание", "решение проблемы"; б) "устранение", "поиск компромисса"; в) "непрямое сопротивление", "отстаивание идеи", "отстаивание результата".
Гипотеза 2. Предложенные типы поведения можно выстроить на линии "пассивность - активность" (от большей "активности" к большей "пассивности") в следующем порядке:
а) "отстаивание идеи", "отстаивание результата", "поиск компромисса", "решение проблемы";
б) "непрямое сопротивление";
в) "устранение", "приспособление".
Полученные данные подтверждаются результатами анализа двух смоделированных конфликтных ситуаций, в которых участвовали 82 сержанта полиции, выступавшие то в роли начальников, то в роли подчиненных (анализ проводился по видеозаписи) (Van de Vliert & Euwema, 1994). Характерно, что для каждого из участников последовательность смены типов поведения по отношению к "согласию - несогласию" и "активности - пассивности" сохранялась даже при смене ролей. Мы с полным основанием можем утверждать, что с помощью двух парных параметров нам удалось объединить несколько самостоятельных моделей конфликтного поведения.
Схема № 1.
Восемь типов поведения, систематизированных с помощью
параметров "согласие - несогласие" и "активность - пассивность"

Модели конфликтного поведения









Согласие


Несогласие






Кооперативность


Соревновательность











Неактивность
Активность
Неактивность

Активность







Уход
от конфронтации
Ориентация
на переговоры
Непрямое
сопротивление
Прямое
сопротивление








Отсутствие согласия
Согласие
Отсутствие согласия
Согласие
Отсутствие несогласия
Несогласие
Отсутствие несогласия
Несогласие
















Устранение
Подлаживание
Поиск
компромисса
Решение
проблемы
Желание контролировать
ситуацию
Желание
идти на
уступки
Отстаивание идей
Отстаивание результата

Сложное конфликтное поведение
Очевидно, что с помощью предложенных нами парных параметров можно устанавливать связь не только между поведенческими моделями, но и между отдельными типами поведения. Так, в соответствии с нашей схемой, "подлаживание" выступает как противоположность "отстаиванию результата", в то время как "поиск компромисса", "отстаивание идеи" и " решение проблемы" частично совпадают друг с другом. На основании эксперимента, проведенного с работниками полиции, мы установили, что теоретически выявленные зависимости между восемью типами поведения существуют на самом деле (Van de Vliert & Euwema, 1994). Было выяснено, что стандартное конфликтное поведение включает в себя целый комплекс различных типов поведения (более подробно см. Van de Vliert & Hordijk, 1989; Van de Vliert & Kabanoff, 1990; Van de Vleirt & Prein, 1989).
Типы сложного конфликтного поведения различаются по степени участия в нем той или иной поведенческой модели (Van de Vliert - готовится к печати, b; Van de Vliert, Euwema & Huismans, 1995). Компоненты такого поведения могут накладываться друг на друга или выстраиваться в определенной последовательности. Например, такой тип сложного конфликтного поведения, как "скрытый торг", включает в себя массу поведенческих моделей и реакций от утаивания информации до откровенных угроз, которые могут скрываться за внешней уступчивостью и заинтересованностью (Pruitt & Carnevale, 1993; Putnam, 1990). Blake и Mouton в своей работе (1964) описывают еще один тип сложного поведения, который они называют "отеческая забота". Он состоит в невербальном давлении на противника с целью склонения его в свою сторону, взамен чего на вербальном уровне противнику предлагается обеспечение безопасности и получение выгоды. Применительно к нашей схеме "отеческую заботу" можно представить как сочетание "сопротивления", "решения проблемы" и даже "подлаживания", следующих друг за другом с определенным наложением (другие примеры можно найти в Van de Vliert & Hordijk, 1989; Van de Vliert & Kabanoff, 1990; Van de Vliert & Prein, 1989).
Для описания различных типов сложного поведения можно использовать такие параметры, как "частота употребления компонента" и "сочетаемость компонентов". В зависимости от величины этих параметров типы сложного поведения можно различать по степени их насыщенности различными поведенческими моделями (компонентами) и по тем сочетаниям, которые эти модели (компоненты) образуют. Так, например, непрямое сопротивление членов оперативной группы, выражающееся в форме открытого несогласия, можно представить как тип сложного конфликтного поведения, состоящего на 20% из "уклонения", на 15% из "поиска компромисса", на 40% из "желания контролировать ситуацию" и на 25% из "нежелания идти на уступки". При этом между компонентами устанавливаются следующие соотношения: "уклонение" - "поиск компромисса" - 0,05; "уклонение" - "желание контролировать ситуацию" - 0,35; "уклонение" - "нежелание идти на уступки" - 0,15; "поиск компромисса" - "желание контролировать ситуацию" - 0,45; "поиск компромисса" -"нежелание идти на уступки" - 0,25; "желание контролировать ситуацию" - "нежелание идти на уступки" - 0,25. Сопоставив две эти системы характеристик, мы приходим к выводу, что "желание контролировать ситуацию", чаще других возникавшее в данном конфликте, вступает в противоречие с "уклонением" и почти полностью совпадает с "поиском компромисса".
На первый взгляд, предложенная нами описывающая парадигма может показаться слишком сложной и разветвленной. Однако очевидно, что если мы рассматриваем конфликтное поведение не как единое целое, а как сложный, комплексный процесс, то и парадигма для его описания должна быть сложной и многосторонней. Кроме того, несмотря на свою сложность, наша парадигма обладает целым рядом преимуществ. Во-первых, использование таких параметров, как "частота употребления компонентов" и "сочетаемость компонентов" дает возможность более полно и объективно отразить сложное конфликтное поведение личности. Эти параметры позволяют учесть не только основные, доминирующие, но и второстепенные типы поведения. Во-вторых, практическое применение данной парадигмы в исследованиях не представляет никакой трудности, поскольку каждый из параметров состоит из простого и логичного набора характеристик. В-третьих, параметр "сочетаемость компонентов" предполагает наличие взаимозависимости взаимовлияния компонентов сложного поведения. Учитывая, что некоторые исследователи (например, Hall, 1969; Lawrence & Lorsch, 1967; Putnam & Wilson, 1982; Rahim, 1983; Thomas & Kilmann, 1974) пытались подойти к описанию сложного поведения с точки зрения характеристики отдельных типов поведения, создавая для этого самостоятельные независимые схемы, вариант, предложенный нами, представляется гораздо более полным и объективным. И наконец, в-четвертых, методика многостороннего описания сложного поведения позволяет ясно и детально представить себе всю картину сочетаемости компонентов во всей их полноте и разнообразии (см., например, Van de Vliert, 1990 - готовится к печати, b; Van de Vliert & Hordijk, 1989; Van de Vliert & Kabanoff, 1990).


Выводы
Наиболее подходящими параметрами для описания внутригруппового конфликтного поведения можно считать такие параметры, как " согласие - несогласие" и "активность - пассивность". Использование этих параметров дает возможность проводить исследования, не смешивая зависимые и независимые факторы, объединять разрозненные многосторонние поведенческие модели, устанавливать внутренние связи между различными компонентами этих моделей ("уклонением", "подлаживанием", "желанием контролировать ситуацию", "нежеланием идти на уступки", "отстаиванием идеи", "отстаиванием результата"). Наличие подобных связей, подтвержденное эмпирически, позволяет утверждать, что конфликтные поведенческие модели представляют собой сложный комплекс взаимозависимых компонентов, а не единый, самостоятельный блок. Каждый из типов сложного конфликтного поведения может быть описан с помощью двух параметров: "частоты употребления компонентов" и "сочетаемости компонентов".
Теперь попробуем разобрать следующий вопрос: почему в определенных ситуациях возникает тот или иной тип конфликтного поведения?
Объясняющий подход
Для выяснения причин возникновения различных типов конфликтного поведения некоторые авторы используют так называемые "структурные модели". Они включают в себя набор устойчивых характеристик, выявляющих склонность участников конфликта к определенной модели поведения: особенности исследуемой организации, особенности исследуемой группы, взаимоотношения между членами группы, предрасположенность членов группы к тому или иному типу поведения, степень взаимной зависимости членов группы, противоборствующие интересы, давление со стороны, внутригрупповые правила и установки и т.д. (Katz & Kahn, 1978; Lewicki, Weiss & Lewin, 1992; Thomas, 1992; Van de Vliert - готовится к печати, a). В качестве примера можно привести сравнительный анализ двух типов конфликтного поведения, сделанный Mintzberg (1979). Первый тип характерен для членов бюрократических организаций с жесткой структурой, второй - для открытых мобильных организаций с более свободной структурой. Особенности бюрократических организаций - централизация, стандартизация трудовых процессов, внешний контроль - приводят к тому, что конфликты здесь не разрешаются, но и не подавляются. Они скорее сдерживаются, причем таким образом, чтобы трудовой процесс не прерывался. При этом используются такие модели поведения, как "устранение", "приспособление", "желание контролировать ситуацию", "нежелание идти на уступки". В организациях с более свободной структурой, характерными особенностями которых являются децентрализация, равноправие членов, контроль специалистов, конфликты не сдерживаются, а, так сказать, переводятся в спокойное русло с тем, чтобы после их окончания специалисты, выступавшие до этого как противники, могли бы сплотиться в одну многофункциональную команду. Типичными моделями поведения для таких организаций являются "поиск компромисса", "решение проблемы", "отстаива-ние идеи" и "отстаивание результата".
Помимо структурной модели для объяснения выбора конфликтного поведения используется также "модель развития", ориентированная на циклические и динамические процессы, предшествующие конфликту. В эту модель входят такие характеристики, как переориентация, разработка идеи, действие, противодействие, возможность повлиять на результат, повторная переориентация и т.д. (De Dreu, Nauta & Van de Vliert, 1995; Filley, 1975; Lewicki и др., 1992; Rahim, 1992; Thomas, 1992; Walton, 1987). Так, согласно теории межличностных отношений, определенное конфликтное поведение одной стороны влечет за собой соответствующее конфликтное поведение другой стороны (Kiesler, 1983; Orford, 186, 1994; Pruitt, 1981; Tracey, 1994). По правилу дополняющих реакций лидерство одной стороны сопровождается подчинением другой, и наоборот. По правилу аналогичных реакций враждебность одной стороны влечет за собой враждебность другой, а дружелюбие одной стороны рождает дружелюбие другой. То есть, согласно общему закону социальных отношений, выведенному Deutsch (1973, с. 365), "процессы и реакции, рождающиеся при определенном типе социальных отношений... приводят к определенному, вполне конкретному типу социальных отношений". Хотя правило аналогичных реакций проявляется гораздо чаще, чем правило дополняющих реакций, оба они, несомненно, влияют на выбор конфликтного поведения.
К сожалению, обе описанные выше модели (модель развития и структурная модель) обладают определенными недостатками. Первая совершенно не учитывает динамику конфликта и его последствия, вторая игнорирует общие, устойчивые характеристики конфликта. Поскольку любая группа, переживающая конфликт, находится под влиянием и динамических (модель развития) и статических (структурная модель) факторов, говорить о причинах выбора того или иного типа поведения можно лишь с учетом обеих моделей. До настоящего времени была разработана только одна достаточно четкая и убедительная теория, включающая в себя как внешние, структурные факторы, так и социально-психологические процессы. Эта теория, получившая название теории целевой зависимости, была предложена Deutsch (1949, 1973). Однако и она не может считаться абсолютно объективной, поскольку объясняет всего два типа поведения: конструктивную кооперативность и деструктивную соревновательность. При этом совершенно не учитывается такой существенный фактор, как степень проявления целевой ориентации (Van de Vliert - в печати, с). Для того, чтобы устранить этот недостаток, мы предлагаем объединить теорию целевой зависимости и теорию двойной целевой ориентации (Blake & Mouton, 1964, 1970), с помощью которой можно объяснить пять типов конфликтного поведения. В следующих разделах мы кратко опишем каждую из теорий, выявим их сходные и отличительные признаки и попытаемся объединить обе теории в одну - теорию зависимости и ориентации.
Теория целевой зависимости
Согласно теории целевой зависимости (Deutsch, 1949, 1973), любая человеческая деятельность направлена на достижение какой-то цели. Конфликт возникает тогда, когда человек обнаруживает, что его деятельность идет вразрез с деятельностью других людей. Ключевым моментом теории является утверждение, что поведение участника конфликта определяется той зависимостью, которая устанавливается между целью этого участника и целями его противников. При этом цели обеих сторон могут зависеть не только от групповых и личных факторов, но и от их комбинации. Цели противников могут находиться в положительной (дополняющей) или в отрицательной (противоборствующей) зависимости друг от друга. Некоторые исследователи называют эти зависимости "кооперативностью" и "соревновательностью" (см., например, Johnson, Maruyama, Johjnson, Nelson & Skon, 1981; Tjosvold, 1991), что, на наш взгляд, является в корне неверным, так как при этом описательный подход смешивается с объясняющим.
Если цели сторон находятся в положительной зависимости друг от друга, каждый из участников конфликта может достичь своей цели только тогда, когда достигнет своей цели его противник, несмотря на то, что деятельность обеих сторон в целом противоречит одна другой. Подобная ситуация может возникать, например, в тех случаях, когда конкурирующие команды выполняют общую работу, за которую обещано вознаграждение, или когда конкурирующие команды оказываются в кризисном положении, выйти из которого они могут только совместными усилиями. Если цели участников конфликта находятся в положительной зависимости друг от друга, участники более охотно соглашаются на то, чтобы часть работы выполнялась противником (сговорчивость), более лояльно относятся друг к другу (позитивный настрой), спокойней воспринимают влияние, оказываемое другой стороной (открытость). Все это создает основу для кооперативного поведения (см. Схему № 2). Многочисленные исследования подтвердили, что при наличии положительной целевой зависимости обе стороны более склонны к кооперативному поведению (Deutsch, 1973; Johnson & Johnson, 1989; Tjosvold, 1989, 1990).
Схема № 2.
Косвенная зависимость конфликтного поведения
от структурных факторов и от целевой ориентации


Положительная целевая
зависимость

Сговорчивость
позитивный настрой открытость

Кооперативное поведение
Структурные факторы








Отрицательная целевая
зависимость

Несговорчивость
негативный настрой замкнутость

Соревнова-тельное
поведение

Если же цели участников находятся в отрицательной зависимости друг от друга, каждая из сторон понимает, что достичь своей цели она может только в том случае, если противник потерпит поражение. Подобные ситуации возникают тогда, когда обе стороны претендуют на один источник материальных или нематериальных ресурсов (это могут быть деньги, оборудование, материалы, рабочие площади, деловая информация, влияние, положение и т.д.). При этом участники неохотно соглашаются на то, чтобы их часть работы выполнялась противником (несговорчивость), более нетерпимо относятся друг к другу (негативный настрой), активно сопротивляются любому влиянию, оказываемому другой стороной (замкнутость). Подобные отношения складываются в соревновательный тип конфликтного поведения (см. рис. 2). Многочисленные исследования доказали, что наличие отрицательной целевой зависимости побуждает участников конфликта активно бороться за достижение собственных целей в ущерб целям и интересам противника.
На практике целевая зависимость сторон редко проявляется в чистом виде, чаще всего она существует как переплетение положительной и отрицательной зависимости. Ситуации, в которых возникает такая зависимость, принято называть ситуациями со смешанной мотивацией (см., например, Deutsch, 1973; Lax & Sebenius, 1986). Deutsch (1973, с.22) считает, что перевес той или иной мотивации (то есть крен в сторону отрицательной или положительной зависимости) резко сдвигает выбор участников конфликта в сторону соревновательного или кооперативного типа поведения. Подобный взгляд представляется нам слишком упрощенным. Ниже мы попытаемся доказать, что смешанная целевая зависимость выливается в смешанный, комплексный тип конфликтного поведения.

стр. 1
(из 6 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>