<< Предыдущая

стр. 3
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.01.2001 N Ф08-1201/2001.

Представляется необоснованным объявлять исполнение строго личного обязательства третьим лицом автоматически ненадлежащим, не оставляя для сторон никакой другой возможности, кроме отказа кредитора от принятия такого исполнения. Думается, что необходимо констатировать наличие у кредитора в этих случаях еще одного права - права на одобрение исполнения третьим лицом строго личного обязательства должника. При этом в тех случаях, когда волеизъявление кредитора, свидетельствующее о его согласии на исполнение строго личного обязательства должника третьим лицом, проявлено до начала такового исполнения, очевидно, следует говорить об утрате у данного конкретного обязательства строго личного характера.
Следовательно, кредитор имеет право посредством своего волеизъявления либо лишить строго личное обязательство этого качества, либо одобрить произведенное третьим лицом исполнение, несмотря на наличие у соответствующего обязательства строго личного характера.
Поскольку закон не устанавливает какой-либо специальной формы для волеизъявления в этих случаях, следует, видимо, допустить возможность его проявления в любой форме (письменной, устной, посредством конклюдентных действий - принятие исполнения).
Здесь же следует отметить, что в каких-то случаях принятие кредитором исполнения от третьего лица будет выступать не фактом одобрения исполнения таким лицом строго личного обязательства должника, а свидетельством отсутствия в данном случае у исполнения строго личного характера.
Анализ правоотношений по исполнению обязательств третьими лицами показывает, что кредитора следует наделить и еще одним правом.
Как уже указывалось выше, и с теоретической точки зрения, и de lege lata (п. 2 ст. 313 ГК РФ) допускаются случаи исполнения обязательства третьим лицом без согласия должника. При наличии на то соответствующего законного интереса у третьего лица такое его правомочие следует признать вполне оправданным. Однако такое право третьего лица не может не усложнить и не придать особенностей соответствующим правам участвующих в данных отношениях лиц.
Особое правовое положение лиц при исполнении обязательства третьим лицом без согласия должника (без акта возложения с его стороны) уже отмечалось в литературе. Анализируя ранее действующее законодательство, В.С. Толстой приводил на этот счет следующие соображения <1>. Третье лицо может предложить исполнение за должника, даже не будучи связанным с ним каким-либо правовым отношением. Например, родственник должника, желая выручить последнего, предлагает кредитору исполнение обязательства по займу (без согласия или даже вопреки возражениям должника). Кредитор обязан принять долг, поскольку ему не дано право отказаться <2>. Однако, если спустя некоторое время выяснится, что переданная вещь ненадлежащего качества (например, испорченный картофель), кредитор не сможет защитить свои интересы, в частности потребовать применения к должнику санкций, поскольку последний не возлагал исполнения на своего родственника и отвечать за него не может <3>. Сам родственник не может нести ответственности за свои действия, поскольку у него не было обязанностей, за нарушение которых нужно отвечать. Таким образом, указывает В.С. Толстой, налицо факт нарушения субъективного права, для защиты которого нет средств. Поскольку охрана интересов управомоченного лица в таких случаях не предусмотрена государством, нельзя лишить его права на самозащиту, в частности путем отказа принимать исполнение от третьих лиц, которые заведомо для него не состоят с должником ни в каких правовых отношениях и которым должник не поручает исполнение своей обязанности. Мысль о том, что нельзя обязывать кредитора к принятию исполнения от всякого третьего лица, кроме случаев, когда передаются деньги, высказывалась и ранее <4>.
--------------------------------
<1> См.: Толстой В.С. Исполнение обязательств. С. 76 - 77.
<2> Заметим, что некоторые западные законодательства на случай возражения должника предоставляют кредитору право отказаться от принятия исполнения.
<3> В соответствии со ст. 403 действующего ГК РФ должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, НА КОТОРЫХ БЫЛО ВОЗЛОЖЕНО (выделено мною. - С.С.) исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.
<4> См.: Рясенцев В. Некоторые вопросы общей части обязательственного права в судебной практике // Социалистическая законность. 1951. N 10. С. 29.

Таким образом, по существу предлагается воспринять подход, закрепленный уже в некоторых западных законодательствах (абз. 2 § 267 Германского гражданского уложения), согласно которому кредитор вправе не принимать исполнение от третьего лица, если должник против этого возражает. Такое же правило предполагалось закрепить в Гражданском уложении Российской империи (ст. 1614 проекта Гражданского уложения).
Это решение возможно; оно способно отчасти удовлетворить потребности в практическом урегулировании данных ситуаций, однако все же представляется нам не лишенным недостатков.
Во-первых, реализация кредитором прав на отказ от исполнения не всегда соответствует интересу кредитора. В момент исполнения кредитор может и не знать, что исполнение ненадлежащее по качеству. Из приведенного В.С. Толстым примера видно, что некачественность картофеля, переданного третьим лицом, открылась лишь впоследствии.
Во-вторых, применение в таких случаях института самозащиты также не является бесспорным, ибо для применения самозащиты требуется наличие нападения (неправомерности) со стороны третьего лица либо должника. Однако в исполнении третьим лицом обязательства должника нет признаков неправомерности, что не отрицается самим В.С. Толстым.
В-третьих, на момент принятия исполнения кредитор может не знать или добросовестно заблуждаться по вопросу отношения должника к исполнению обязательства третьим лицом.
И наконец, в-четвертых, отказ кредитора принять исполнение в этих случаях привел бы к нейтрализации тех правил, которые в интересах третьего лица предусматривают исполнение им за должника обязательства без согласия последнего.
Представляется, что изложенные соображения достаточно обосновывают необходимость отыскания иных подходов для разрешения данных ситуаций.
Исполнение третьим лицом обязательства без согласия или вопреки согласию должника является риском самого третьего лица. В тех случаях, когда такое исполнение оказывается ненадлежащим и наносит вред кредитору <*>, возложить возмещение вреда на должника было бы неоправданным, ибо он совершенно не причастен к действиям третьего лица, совершаемым без его согласия или даже вопреки его воле. Оставить без средств защиты кредитора, который обязан принять предложенное третьим лицом исполнение, означало бы проигнорировать общие подходы гражданского права к защите нарушенных прав.
--------------------------------
<*> Заметим, что ненадлежащее исполнение третьего лица может нанести еще больший вред, чем просто неисполнение. Например, поставленный третьим лицом картофель оказывается зараженным вредителями, в результате чего, будучи смешанным с собственным картофелем покупателя, происходит гибель всего картофеля кредитора.

В связи с изложенным представляется целесообразной разработка таких гражданско-правовых норм, которые позволили бы в случае нанесения убытков кредитору ненадлежащим исполнением третьего лица, произведенным без согласия или вопреки воле должника, привлечь такое третье лицо к ответственности на основании положений закона. При этом следует учитывать, что совокупное возмещение убытков третьим лицом и должником за собственные нарушения договора не должно приводить к необоснованному обогащению кредитора.
Такой подход обусловил бы дополнительное право кредитора требовать возмещения соответствующих убытков от третьего лица, осуществившего ненадлежащее исполнение, которым нанесен вред кредитору.
Возложение исполнения обязательства на третье лицо не лишает должника возможности самостоятельно исполнить обязательство. При этом взаимоотношения должника с третьим лицом в связи с исполнением обязательства самим должником регулируются в соответствии с имеющимся между ними соглашением. Кредитор, уведомленный о состоявшемся акте возложения исполнения или осведомленный об этом акте, не имеет права отказаться от принятия надлежащего исполнения, предлагаемого должником. Это обстоятельство подтверждается практикой некоторых арбитражных судов <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 07.03.2001 N КГ-А41/822-01.

Возложение исполнения на третье лицо не является основанием для привлечения этого лица к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. Применительно к случаям возложения исполнения денежного обязательства на третье лицо высшими судебными инстанциями России было разъяснено следующее. Судам необходимо учитывать, что согласно ст. 403 ГК РФ в случае нарушения денежного обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение этого обязательства, проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, взыскиваются не с этих лиц, а с должника на тех же основаниях, что и за его собственные нарушения, если законом не установлено, что такую ответственность несет третье лицо, являющееся непосредственным исполнителем <*>.
--------------------------------
<*> Пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами" // Вестник ВАС РФ. 1998. N 11. С. 9.

При возложении исполнения на третье лицо ответственным продолжает оставаться должник по обязательству. Поэтому у кредитора отсутствует право требования к третьему лицу <*>. Однако в практике некоторых арбитражных судов встречаются случаи удовлетворения требований кредиторов к третьим лицам со ссылкой на п. 1 ст. 313 ГК РФ <**>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 01.07.1999 N А 72-473/99-К37.
<**> См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 06.02.2001 N Ф03-А73/01-1/187.

Права и обязанности должника. В соответствии с п. 1 ст. 307 ГК РФ должник обязан совершить в пользу кредитора определенное действие. Как уже было обосновано ранее, должник вправе возложить исполнение любого своего обязательства на третье лицо. Даже в тех случаях, когда его обязательство имеет строго личный характер, должник может на законных основаниях вступить в известные гражданско-правовые отношения с третьим лицом, которое согласится исполнить обязательство должника. Это право должника, по нашему мнению, не должно затрагиваться интересом кредитора по личному исполнению обязательства должником, поскольку интерес кредитора в достаточной степени защищен законом и прежде всего возможностью не принимать исполнения от третьего лица. Возлагая строго личное исполнение обязательства на третье лицо, должник может исходить из последующего получения от кредитора согласия на такое исполнение или рассчитывать на последующее одобрение (принятие) кредитором предложенного третьим лицом исполнения. Следовательно, право по возложению любого исполнения на третье лицо всегда имеется у должника, за исключением, пожалуй, тех случаев, когда по природе своей исполнение технически (в силу фактических обстоятельств) не может быть возложенным на кого бы то ни было (например, по особого рода отрицательному обязательству).
В литературе обосновывается вывод о том, что должник может возложить исполнение своей обязанности на третье лицо, с которым он состоит в обязательственных отношениях, лишь при условии, что обязанность третьего лица по отношению к должнику и обязанность должника по отношению к своему кредитору однородны, т.е. в соответствии с содержанием этих обязанностей каждый из названных субъектов должен передать вещи, определяемые индивидуальными либо одними и теми же родовыми признаками <*>.
--------------------------------
<*> См.: Толстой В.С. Исполнение обязательств. С. 75 - 76.

В связи с этим следует отметить, что на практике именно такое положение вещей чаще всего и имеет место. Однако нельзя не сказать, что такого требования к возложению исполнения на третье лицо закон не выдвигает. Не вызывается это ограничение прав должника и теоретическими соображениями, а также практической необходимостью. Напротив, по нашему мнению, ничто не препятствует должнику заключить с третьим лицом, имеющим перед ним тот или иной долг, соглашение о том, что вместо определенного исполнения в пользу должника третье лицо произведет исполнение другим предметом или другим способом кредитору. В данном случае одновременно с актом возложения исполнения мы будем иметь дело с новацией обязательства (ст. 414 ГК РФ).
Тот же автор полагает, что возлагать исполнение на третье лицо должник может тогда, когда срок исполнения обязанности третьего лица по отношению к должнику наступает одновременно или даже раньше срока исполнения обязанности, которую несет должник по отношению к своему кредитору <*>.
--------------------------------
<*> См.: Толстой В.С. Исполнение обязательств. С. 75 - 76.

Представляется, что такое ограничение прав должника по возложению исполнения на третье лицо не основано на законе, ибо нет никаких препятствий возложения исполнения просроченного обязательства на третье лицо. Если обязательство третьего лица по отношению к должнику наступает позже, то, во-первых, у должника нет препятствий договориться с третьим лицом о досрочном исполнении обязательства кредитору, тем самым совершив акт возложения и в этом случае. Во-вторых, должник, не имея возможности произвести исполнение кредитору в срок, вправе договориться с третьим лицом, чтобы оно исполнило за него его просроченное обязательство, ибо последнее с истечением срока на исполнение по общему правилу не прекращается. Другое дело, что исполнение третьим лицом обязательства должника, совершенное с нарушением сроков, предусмотренных договором кредитора с должником, не освобождает должника от соответствующей ответственности за просрочку и не снимает с него риска отказа кредитора от принятия исполнения, произведенного с просрочкой, когда такой отказ допускается законом или договором.
В тех случаях, когда закон не предусматривает возможность исполнения обязательства третьим лицом без согласия должника (п. 2 ст. 313 ГК РФ), должник имеет право на личное исполнение своего обязательства. В случае исполнения третьим лицом обязательства должника при отсутствии на то законного интереса и вопреки его воле, по нашему мнению, должник вправе взыскать с такого третьего лица, вторгшегося в его частную сферу, понесенный им вред. Причем речь здесь должна идти о возмещении не только имущественного вреда, но и морального, а также умаления деловой репутации, когда к тому есть законные основания. Естественно, что такие права подлежат защите при наличии доказательств нанесения соответствующего вреда.
Должник, и только он, вправе требовать исполнения кредитором его кредиторской обязанности по принятию надлежащего исполнения. Третье лицо таковым правом не обладает, поскольку в обязательстве в качестве его стороны не участвует. Всякие действия третьего лица по осуществлению права требования принятия исполнения кредитором следует рассматривать как действия в интересах должника.
Рассматривая права должника при исполнении его обязательства третьим лицом, следует упомянуть, что надлежащее исполнение третьим лицом освобождает должника от обязательства перед кредитором.
Обязанности должника перед третьим лицом определяются тем правоотношением, которое складывается между ними. Как уже указывалось, основания таких правоотношений могут быть самыми различными, в том числе и такими, которые вовсе не порождают каких-либо обязанностей у должника (например, при дарении).
Права и обязанности третьего лица. При наличии у третьего лица законного интереса оно может исполнить обязательство должника без согласия последнего. Частный случай наличия такого интереса предусмотрен в п. 2 ст. 313 ГК РФ. Как уже указывалось, представляется обоснованным установление более широких рамок для констатации наличия интереса третьего лица, дающего право на исполнение обязательства должника без его согласия. Неудовлетворительность ограничения интересов третьего лица только случаями возникновения угрозы утраты прав на имущество должника в связи с обращением на него взыскания кредитором (п. 2 ст. 313 ГК РФ) достаточно очевидна. Так, например, поднаниматель не вправе, сославшись на п. 2 ст. 313 ГК РФ, исполнить просроченное обязательство нанимателя по уплате наемной платы для избежания расторжения договора найма и, следовательно, поднайма. Его законный интерес остается незащищенным. Поэтому представляется целесообразным дополнить п. 2 ст. 313 ГК РФ указанием на то, что третье лицо вправе исполнить обязательство должника без его согласия при наличии на то законного интереса, а перечисленные в данном пункте и иные диктуемые практикой случаи поместить здесь лишь в качестве примера, оставив перечень таких случаев открытым.
Поскольку в таких случаях предусматривается переход прав кредитора к третьему лицу в силу закона, последнее обладает всеми перешедшими к нему правами кредитора.
При возложении обязательства на третье лицо его права и обязанности определяются исходя из содержания прав и обязанностей, возникших из юридического факта, послужившего основанием для упомянутого возложения.
На практике третье лицо во многих случаях принимает обязательство перед должником по исполнению обязательства последнего перед кредитором. В результате такое третье лицо становится обязанным перед должником, т.е. в отношениях между ними третье лицо является должником, а должник в обязательстве, по которому проводится исполнение, - кредитором. Поскольку третье лицо, приняв на себя такое обязательство по исполнению, является должником, его действия подпадают под регулирование норм гражданского законодательства о надлежащем исполнении обязательства и ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение. Арбитражные суды при рассмотрении подобных дел исходят из того, что ненадлежащее исполнение обязательства третьим лицом может приводить к его ответственности перед возложившим на него исполнение контрагентом, в частности за поставку некачественной продукции <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20.02.2002 N КГ-А40/533-02.

Рассматривая возложение должником исполнения обязательства на третье лицо, важно понимать, что такое возложение возможно лишь с согласия третьего лица. Последнее свободно в принятии предложения должника по исполнению обязательства кредитору или в отказе от такого принятия.
Третье лицо, на которое возложено исполнение или которое производит исполнение по собственному побуждению, для достижения цели исполнения обязательства - прекращения последнего должно соблюдать требования ст. 309 ГК РФ, устанавливающей общий принцип исполнения обязательств - принцип надлежащего исполнения. Для прекращения обязательства исполнение должно соответствовать условиям обязательства, требованиям закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - обычаям делового оборота или иным обычно предъявляемым требованиям.
Третье лицо, не уполномоченное кредитором на изменение договора, не вправе при исполнении изменять какие-либо условия договора или иного обязательства. При рассмотрении одного из дел арбитражный суд обоснованно указал, что третье лицо, выполняя обязательства по поставке рыбной муки в порядке ст. ст. 312, 313 ГК РФ, не вправе изменять ее цену как условие договора между сторонами <*>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20.02.2002 N КГ-А40/533-02.

Третье лицо, на которое возложено исполнение должником, как указывалось, вступает, как правило, в договорные отношения с таким должником. На практике возникает вопрос, имеет ли третье лицо, осуществившее исполнение кредитору, какие-либо притязания к кредитору в связи с отпадением оснований возложения, например в связи с расторжением договора, на основании которого произведен акт возложения исполнения обязательства должником? В арбитражной практике обнаруживается отрицательный ответ на этот вопрос. Президиум ВАС РФ приводит следующий пример. Контрагенты договорились о том, что одна сторона оплатит за другую третьему лицу (банку) услуги по выдаче банковской гарантии, а эта другая сторона поставит на сумму такой оплаты товар. Товар поставлен не был, в связи с чем по требованию покупателя упомянутый договор был расторгнут, а покупатель посчитал неосновательно обогатившимся банк, который выдал банковскую гарантию продавцу товара, приняв оплату за банковскую гарантию от покупателя товара как от третьего лица в соответствии со ст. 313 ГК РФ. Покупатель товара в договорных отношениях с банком не состоял. По мнению Президиума ВАС РФ, банк в этом случае не может рассматриваться как неосновательно обогатившийся, поскольку основанием получения денег от третьего лица является его договоренность с принципалом, за которого уплатило третье лицо (покупатель товара). Неосновательно сберегшим денежные средства был назван принципал (продавец товара) <*>.
--------------------------------
<*> См.: п. 13 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении: информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 N 49 // Вестник ВАС РФ. 2000. N 3. С. 23.

10. ОТЛИЧИЕ ИНСТИТУТА ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ТРЕТЬИМ
ЛИЦОМ ОТ ДРУГИХ ИНСТИТУТОВ ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕННОГО ПРАВА

Перевод долга. В литературе единодушно признается, что возложение исполнения обязательства не представляет собой случая перевода долга <*>. Тем более нет никаких оснований для усмотрения перевода долга в случае исполнения обязательства должника третьим лицом без акта возложения, т.е. по собственной инициативе.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - М.: Издательство "Статут", 2001 (издание 3-е, стереотипное).

<*> См., например: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. С. 378 (автор главы М.И. Брагинский); Гражданское право: Учебник для вузов. Часть первая / Под общ. ред. Т.И. Илларионовой, Б.М. Гонгало, В.А. Плетнева. С. 367 (автор главы Г.И. Стрельникова).

Такой же позиции придерживается и судебная практика <*>. Современная судебно-арбитражная практика использует следующий подход: "...возложение исполнения обязательства не представляет собой случая перемены лица в обязательстве, ибо не является переводом долга" <**>. Эта оценка правоотношений разделяется и в практике Международного коммерческого арбитражного суда <***>.
--------------------------------
<*> Интересен случай, рассмотренный еще Правительствующим Сенатом Российской империи. Кассационный департамент при рассмотрении одного из дел указал: "Уплата за должника части долга третьим лицом не служит доказательством принятия на себя последним уплатить и остальное" // Исаченко В.В. Законы гражданские. Пг., 1916. С. 582.
<**> Пункт 12 Обзора практики рассмотрения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований: информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 N 65 // Вестник ВАС РФ. 2002. N 3. С. 11 - 12.

КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий М.Г. Розенберга "Контракт международной купли-продажи. Современная практика заключения. Разрешение споров" включен в информационный банк согласно публикации - М.: Издательство "Книжный мир", 2003 (издание четвертое, переработанное и дополненное).

<***> См., например: Розенберг М.Г. Контракт международной купли-продажи. Современная практика заключения. Разрешение споров. М., 1996. С. 84 - 85.

Несмотря на устоявшееся представление о том, что возложение исполнения обязательства на третье лицо не представляет собой случая перевода долга, а также не влечет возможности для кредитора предъявлять требования об исполнении обязательства третьему лицу, в практике арбитражных судов встречается не вполне обоснованная мотивировка отдельных решений. Так, по делам о взыскании долгов учреждений с субсидиарного должника - собственника имущества учреждений (п. 2 ст. 120 ГК РФ) в решении в качестве мотива к отказу в иске указывается, что исполнение обязательств по оплате стоимости услуг в соответствии со ст. 313 ГК РФ непосредственно на федеральный бюджет, в том числе на соответствующее министерство, не возлагалось <*>. Даже если и было бы исполнение обязательств учреждения возложено на собственника, то взыскание долга с собственника имущества учреждения вступило бы в противоречие со ст. 313 ГК РФ, поскольку третье лицо, на которое возложено исполнение обязательства должника, перед кредитором не отвечает.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 15.06.2000 N А55-201-204/98-20; см. также: Постановление того же суда от 17.08.2000 N 2405/2000-1.

В других случаях, ссылаясь на ст. 313 ГК РФ, необоснованно связывают отношения по исполнению обязательства третьим лицом с договором перевода долга <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 31.01.2000 N Ф04/264-7/А45-2000.

Арбитражная практика свидетельствует, что участники гражданского оборота нередко таким образом формулируют те или иные условия соглашения, что впоследствии затруднительно однозначно решить, является ли документ соглашением о переводе долга или актом возложения исполнения на третье лицо (соглашением об исполнении обязательств третьим лицом). При рассмотрении таких споров из-за неясности условий соответствующего соглашения арбитражные суды прибегают к толкованию договора по правилам ст. 431 ГК РФ <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.09.2001 N А05-6691/00-273/23.

Следует отметить, что при возложении исполнения на третье лицо соответствующее соглашение необходимо формулировать таким образом, чтобы волеизъявление сторон на возложение исполнения буквально следовало из содержания соответствующего договора. Одной ссылки в соглашении на ст. 313 ГК РФ согласно позиции некоторых судей арбитражных судов недостаточно. Так, при рассмотрении одного из дел арбитражный суд указал, что сама по себе ссылка в соглашении на эту статью, без анализа других его условий, не является основанием, чтобы расценивать соглашение как возложение исполнения обязательства на третье лицо <*>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.08.2001 N А42-7543/00-9-1372/01.

Договор в пользу третьего лица. В соответствии с п. 1 ст. 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. Основным отличием от института исполнения обязательства третьим лицом является наличие у выгодоприобретателя права требовать от должника исполнения в свою пользу, равно как и отказаться от получения исполнения по договору, заключенному в его пользу (договору в пользу третьего лица). Как известно, при надлежащем возложении исполнения соответствующего обязательства на третье лицо кредитор не имеет права требовать исполнения от непосредственного исполнителя, равно как и отказаться от принятия исполнения.
Переадресовка исполнения. Так называемая переадресовка исполнения, как правило, представляет собой по существу другую сторону возложения исполнения обязательства. Однако смешение этих двух сторон едва ли оправданно. Думается, что допускаемое иногда в литературе смешение терминов "исполнение третьим лицом" и "исполнение третьему лицу (в адрес третьего лица)" <*> может привести к некоторой путанице. Исполнение третьему лицу (переадресовка исполнения) и исполнение третьим лицом отвечают на разные вопросы: в первом случае - кому исполнять, во втором - кто исполняет.
--------------------------------
<*> Толстой В.С. Исполнение обязательств. С. 81.

В общем виде переадресовка исполнения выражается в том, что кредитор договаривается с должником произвести исполнение не самому кредитору, а третьему лицу. Соответствующие правоотношения здесь складываются между кредитором и должником, при этом получатель исполнения, как правило, является кредитором лица, которое переадресует исполнение. В качестве примера можно привести договор купли-продажи, согласно которому покупатель вещи договаривается с продавцом о том, что вещь должна быть передана не покупателю, а иному третьему лицу. В литературе подчеркивается, что по указанию кредитора допускается переадресование исполнения обязательства - вместо кредитора третьему лицу <*>. К этому необходимо добавить, что упомянутое указание кредитора должнику не следует воспринимать как возможность одностороннего изменения условий договора о месте поставки. Если закон или договор не предоставляет кредитору право дать такое указание должнику, то переадресование изначально определенного в договоре исполнения возможно лишь с согласия на такое изменение должника.
--------------------------------
<*> См.: Гражданское право: Учебник. В 2-х т. Т. II. Полутом 1 / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. С. 45 (автор главы Е.А. Суханов).

Как верно отмечает Е.А. Суханов, при переадресовании исполнения третье лицо не приобретает никаких прав требования в отношении должника <*>.
--------------------------------
<*> См.: Там же.

Некоторые договорные конструкции предусматривают возможность изначально указать в договоре получателя исполнения. Например, согласно п. 1 ст. 509 ГК РФ поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя. В случае, когда договором поставки предусмотрено право покупателя давать поставщику указания об отгрузке (передаче) товаров получателям (отгрузочные разнарядки), отгрузка (передача) товаров осуществляется поставщиком получателям, указанным в отгрузочной разнарядке (п. 2 ст. 509 ГК РФ).
Множественность лиц в обязательстве. Обоснование отрицания образования множественности лиц на стороне должника при возложении исполнения его обязанности на третье лицо предпринято в отечественной литературе уже давно <*>. При исполнении обязательства третьим лицом за должника следовало бы говорить о так называемых обязательствах с участием третьих лиц, которые отличны от обязательств с множественностью лиц, предполагающих наличие нескольких должников и (или) кредиторов <**>. Исключение составляют лишь случаи, когда в силу закона на непосредственного исполнителя возлагается ответственность за неисполнение возложенного на него исполнения обязательства должника (ст. 403 ГК РФ). По этому поводу М.И. Брагинский указывает, что при передаче исполнения должником третьему лицу, на которого возлагается непосредственная ответственность перед кредитором, у последнего, выступающего в качестве стороны по договору, появляются два должника: контрагент по договору и исполнитель. И тогда у кредитора возникает право выбора между ними <***>.
--------------------------------
<*> См., например: Толстой В.С. Исполнение обязательств. С. 79 - 80.
<**> См.: Гражданское право: Учебник. В 2-х т. Т. II. Полутом 1 / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. С. 24 - 25 (автор главы Е.А. Суханов).

КонсультантПлюс: примечание.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - М.: Издательство "Статут", 2001 (издание 3-е, стереотипное).

<***> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. С. 378. Необходимо заметить, что толкование ст. 313 ГК РФ совместно со ст. 403 ГК РФ может привести и к обратному выводу - независимо от того, возлагает законодатель на третье лицо непосредственную ответственность за исполнение обязательства должника или нет, обязанности перед кредитором у него не возникает. Сам М.И. Брагинский указывает на случаи, не укладывающиеся в обосновываемую им концепцию (с. 379). Критика возникновения множественности на стороне должника в случае возложения законом непосредственной ответственности третьего лица перед кредитором может быть основана на том, что законодатель говорит лишь об установлении законом в некоторых случаях ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьим лицом, но не о возникновении у него обязательства перед кредитором. Между тем разграничение ответственности и долга в смысле обязательства представляется как с практической, так и с теоретической точки зрения делом необходимым. Подробнее об этом см.: Сарбаш С.В. Возврат уплаченного как последствие неисполнения договорного обязательства // Хозяйство и право. 2002. N 6.

Таким образом, за исключением приведенной особенности по общему правилу при исполнении обязательства третьим лицом множественности лиц на стороне должника не возникает. Однако в литературе обосновывается и иная позиция. Так, В.А. Белов указывает, что при возложении исполнения обязательства на третье лицо должник сообщает кредитору, что исполнение обязательства может быть получено не только у него, должника, но и у третьего лица по выбору кредитора. Этот автор полагает, что в результате возложения должником исполнения обязательства на третье лицо перед кредитором оказываются фактически два должника, от любого из которых, но лишь в части долга, кредитор имеет право потребовать исполнения <*>. Указанная концепция, однако, никак не аргументирована и едва ли может быть принята. Положительное право не дает никаких оснований считать, что с возложением исполнения обязательства на третье лицо образуется множественность лиц в обязательстве на стороне должника. Напротив, и с теоретической точки зрения, и с позиции норм гражданского закона и практики его применения вывод, на наш взгляд, должен быть сделан обратный: третье лицо по общему правилу не имеет обязательств и не несет ответственности перед кредитором.
--------------------------------
<*> См.: Белов В.А. Сингулярное правопреемство в обязательстве. М., 2000. С. 210 - 211.




ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ
(Перечень ссылок подготовлен специалистами
КонсультантПлюс)

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 26.10.2002 N 127-ФЗ
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)"
(принят ГД ФС РФ 27.09.2002)

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 08.01.1998 N 6-ФЗ
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)"
(принят ГД ФС РФ 10.12.1997)

"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ВТОРАЯ)" от 26.01.1996
N 14-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 22.12.1995)

"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)" от 30.11.1994
N 51-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 21.10.1994)

"ОСНОВЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О НОТАРИАТЕ"
(утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1)

ЗАКОН РФ от 19.11.1992 N 3929-1
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ) ПРЕДПРИЯТИЙ"

"ОСНОВЫ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА СОЮЗА ССР И РЕСПУБЛИК"
(утв. ВС СССР 31.05.1991 N 2211-1)

"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РСФСР"
(утв. ВС РСФСР 11.06.1964)

<ПИСЬМО> Госналогслужбы РФ от 26.12.1997 N ВК-6-11/913
"О ПОСТАНОВЛЕНИЯХ ПРЕЗИДИУМА ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(вместе с ПОСТАНОВЛЕНИЯМИ Президиума ВАС РФ от 21.10.1997 N 2600/97, от 29.07.1997 N 2353/97)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Волго-Вятского округа от 27.05.2002 N А82-36/02-А/1

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Восточно-Сибирского округа от 22.03.2002 N А33-14511/01-С1/ФО2-651/2002-С2

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 01.03.2002 N КГ-А41/933-02

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 26.02.2002 N КА-А40/677-02

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 20.02.2002 N КГ-А40/533-02

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 N 65
"ОБЗОР ПРАКТИКИ РАЗРЕШЕНИЯ СПОРОВ, СВЯЗАННЫХ С ПРЕКРАЩЕНИЕМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ЗАЧЕТОМ ВСТРЕЧНЫХ ОДНОРОДНЫХ ТРЕБОВАНИЙ"

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 17.12.2001 N КА-А40/7203-01

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 14.12.2001 N КА-А40/7307-01

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Западного округа от 20.09.2001 N А05-6691/00-273/23

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Кавказского округа от 31.08.2001 N Ф08-2320/2001

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 12.08.2001 N 1194/99

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Западного округа от 01.08.2001
N А42-7543/00-9-1372/01

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 21.05.2001 N КГ-А40/2347-01

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Центрального округа от 16.05.2001 N А08-3766/00-2

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 07.03.2001 N КГ-А41/822-01

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Дальневосточного округа от 06.02.2001 N Ф03-А73/01-1/187

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Кавказского округа от 24.01.2001 N Ф08-1201/2001

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Кавказского округа от 08.12.2000 N Ф08-3515/2000

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Восточно-Сибирского округа от 05.09.2000
N А33-4590/00-С1-ФО2-1790/00-С2

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Поволжского округа от 17.08.2000 N 2405/2000-1

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Северо-Кавказского округа от 18.07.2000 N Ф08-1755/2000

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Поволжского округа от 15.06.2000 N А55-201-204/98-20

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО ВАС РФ от 31.05.2000 N 52
"ОБЗОР ПРАКТИКИ РАЗРЕШЕНИЯ АРБИТРАЖНЫМИ СУДАМИ СПОРОВ, СВЯЗАННЫХ С ПРИМЕНЕНИЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ВАЛЮТНОМ РЕГУЛИРОВАНИИ И ВАЛЮТНОМ КОНТРОЛЕ"

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Дальневосточного округа от 11.05.2000 N Ф03-А73/00-2/725

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 31.01.2000 N Ф04/264-7/А45-2000

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 N 49
"ОБЗОР ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ СПОРОВ, СВЯЗАННЫХ С ПРИМЕНЕНИЕМ НОРМ О НЕОСНОВАТЕЛЬНОМ ОБОГАЩЕНИИ"

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Московского округа от 02.12.1999 N КГ-А41/3963-99

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Центрального округа от 05.10.1999 N А64-2095/98-12

ОПРЕДЕЛЕНИЕ Верховного Суда РФ от 17.08.1999
N КАС99-199
<ОБ ОСТАВЛЕНИИ БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ РЕШЕНИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ОТ 01.07.1999>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Поволжского округа от 01.07.1999 N А 72-473/99-К37

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 10.02.1999 N Ф04/274-18/А70-99

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 09.02.1999 N 6164/98

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 28.01.1999 N Ф04/175-4/А03-99

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 13.10.1998 N 3784/97

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ N 13, Пленума ВАС РФ N 14 от 08.10.1998
"О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О ПРОЦЕНТАХ ЗА ПОЛЬЗОВАНИЕ ЧУЖИМИ ДЕНЕЖНЫМИ СРЕДСТВАМИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Восточно-Сибирского округа от 08.09.1998
N А19-1642/98-24-Ф02-1048/98-С1

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 20.01.1998 N Ф09-1097/97-ГК

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 23.12.1997 N 5589/97

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ФАС Уральского округа от 04.12.1997 N Ф09-668/97-АК

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 21.10.1997 N 1007/97

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Президиума ВАС РФ от 28.01.1997 N 3256/96



<< Предыдущая

стр. 3
(из 4 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>