<< Предыдущая

стр. 12
(из 14 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Клиентка: О, да! Вода была такая прохладная!
Эриксон: А о чем Вы думали, когда плыли?
Клиентка: Только о том, как это прекрасно, и еще о том, как бы посильнее обрызгать Анну.
Эриксон: А Вы помнили что-нибудь о своем прежнем страхе?
Клиентка: Да.
Эриксон: И как это подействовало на Вас?
Клиентка: Это было забавно. Я хочу сказать, что это было просто смешно.
Эриксон: Вам действительно понравилось плавать?
Клиентка: Гм.
Эриксон: Сколько раз Вы купались?
Клиентка: Не знаю. Просто какая-то тупость. Ничего не могу вспомнить. У меня ведь такая хорошая память.
Эриксон: Почему Вы все время смотрите в окно?
Клиентка: Такое впечатление, что на улице прохладно, хотя на самом деле это не так. Я вспоминаю Лизину усадьбу. Долину, где стоит ее дом, пересекает река, и в голову всегда лезут мысли о «Диком Западе» и о прекрасном незнакомце, смело бросающимся в бурлящую воду прямо на лошади. Очень красивая река.
Эриксон: А раньше Вам когда-нибудь приходило в голову, как она красива?
Клиентка: Да. Но вот чего мне никогда не хотелось – так это того, чтобы искупаться в ней. Я боялась заразиться какой-нибудь гадостью – ведь в речной воде можно подцепить все что угодно. Невооруженном глазом, конечно, ничего не видно, но я всегда была уверена, что вода очень грязная.
Эриксон: А сколько раз Вы купались в реке?
Клиентка: Только один.
Эриксон: И когда это было?
Клиентка: В конце июля – я как раз должна была идти к зубному. Д-р Финк, по-моему, Вам не мешает заснуть покрепче.

Росси: Следует ли обращать внимание на все лишние замечания, которые есть в тексте? Ну, например, на последнюю ремарку клиентки относительно д-ра Финка?
Эриксон: Но эти замечания вовсе нелишние! Они служат для непосредственного контроля над переживаниями клиентки и выяснения того, что же вызывает у нее неприятные ассоциации. Именно пытаясь избежать таких неприятных ассоциаций, она и советует д-ру Финку «заснуть покрепче».
Росси: То есть она хочет избежать воспоминания о посещении зубного врача?
Эриксон: Да.
Росси: Вероятно, из-за того, что подсознание еще не достаточно адаптировалось к переориентации на будущее, клиентка находится между двух огней: замешательством и амнезией.


3. 7. Как сформировать псевдовоспоминания о победе над страхом плавания: как мотивировать гипнотическую работу, используя «сцепление» противоположностей
Эриксон: Расскажите мне, как Вы купались.
Клиентка: Мой отпуск начался 28-го. Я уехала 28-го, в пятницу, и вернулась 30-го. Д-р Мак-Нолли знает.
Эриксон: 28-го какого месяца?
Клиентка: Июля.
Эриксон: 28-го июля?
Клиентка: Да.
Эриксон: А когда Вы поехали к мисс Дей?
Клиентка: Вы же знаете, у нее отпуск начался раньше.
Эриксон: И это был конец недели?
Клиентка: Я должна была найти себе замену, иначе меня никто не отпустил бы на неделю. Вот Анна, например, могла вернуться и выручить меня.
Эриксон: А Вас не волновало, как Вы будете дышать под водой?
Клиентка: А Вам когда-нибудь случалось набрать полный рот воды?
Эриксон: Да.
Клиентка: Не очень-то удобно дышать, правда?
Эриксон: А Вы долго себя уговаривали пойти купаться?
Клиентка: Нет.
Эриксон: А Вы не могли бы рассказать немного подробней о том, что Вы делали в июле? Как случилось, что Вы поехали в гости к Лизе?
Клиентка: Как случилось? Да ведь в этом нет ничего необычного, а потом там было так весело – я люблю бывать у Лизы.
Эриксон: А почему Вы вдруг решили искупаться?
Клиентка: Я гуляла вдоль реки – она была так красива.
Эриксон: Вы были в купальнике?
Клиентка: Нет.
Эриксон: А где Вы переоделись?
Клиентка: Я вернулась домой. Лиза не была в восторге от моей идеи – еще бы, грязная речная вода! Лиза очень хорошеет, когда сердится.
Эриксон: А ей известно о Вашем страхе плавания?
Клиентка: Нет. Я рассказывала ей только то, что могло рассмешить ее.
Эриксон: Скажите мне, а июнь Вы помните лучше, чем июль?
Клиентка: Конечно. В июне еще были занятия, а потом нас распустили на лето. В июне как раз было очень много событий. Если Вы меня спросите об июне…
Эриксон: Скажите мне, вопрос о плавании очень волновал Вас в июне?
Клиентка: Мне кажется, я вовсе не волновалась на это счет.
Эриксон: А Вы не боялись предстоящего купания?
Клиентка: Я очень нервничала. Мне хотелось оценить все объективно: боюсь я плавать или нет.
Эриксон: Когда Вы купались в июне, Вы вспоминали наши беседы?
Клиентка:: О да! И была безумно Вам благодарна.
Эриксон: Это правда?
Клиентка: Гм.
Эриксон: Скажите, а что Вы курите – Luckies?
Клиентка: Нет.
Эриксон: Вы их не курите?
Клиентка: Интересно, откуда Вы их достаете.
Эриксон: А Вам Luckies нравятся?
Клиентка: Какая разница, что курить. Только бы не Philip Morris.
Эриксон: А собственно, почему?
Клиентка: Трудно даже назвать эту гадость сигаретами. И Chelseas и Roleighs тоже.
Эриксон: Вы так не любите Chelseas?
Клиентка: А Вы их пробовали?
Эриксон: Да.
Клиентка: Взгляните на д-ра Финка.
Финк: Когда закончится эта неделя, я буду самым счастливым человеком на свете.
Клиентка: Конечно. Если Вы – резидент, то не надо так расходовать свои силы, согласны?
Эриксон: Это все, что Вы можете рассказать мне о лете?
Клиентка: Я на неделю ездила к бабушке, но там я не купалась. Бабушка постоянно боится неизвестно чего: пневмонии и кучи других болезней. Она всегда беспокоится, когда я ухожу, и такое впечатление, что она думает: «А она действительно идет туда, куда сказала?» Так что проще вообще не купаться.
Эриксон: И как Вам это понравилось?
Клиентка: Что? То, что я не купалась? Вот если бы была жара мне бы, конечно, захотелось поплавать. Но поскольку это так расстраивает бабушку, проще отказаться от этой мысли.
Эриксон: Помните нашу встречу в конце июня?
Клиентка: Да.
Эриксон: А как Вы тогда относились к плаванию? Как Вам кажет ся, что Вы тогда ощущали? Вы можете припомнить свои чувства?
Клиентка: Мне было важно узнать, всегда ли я буду бояться плавать и притворяться, что не боюсь, или все-таки пересилю свой страх.
Эриксон: А что вы думаете сейчас?
Клиентка: Теперь я все знаю.
Эриксон: Может быть, Вы хотите сказать мне что-нибудь еще о плавании?

Росси: Сначала клиентка всеми силами сопротивляется своей псев до ориентации на будущее, когда она, наконец, достигает успеха в своих «плавательных» попытках. В ее поведении можно увидеть и замешательство, и непоследовательность, и амнезию, и фантазирование (например, о прохладной усадьбе сестры Лизы). Но Вы методично продолжаете задавать свои «ориентационные» вопросы, на которые можно ответить только при наличии псевдовоспоминания об удачном купании. Я прав?
Эриксон: Да.
Росси: Итак, все Ваши вопросы и замечания наталкивают клиентку на предположение, что она уже все пережила, и теперь нужно только рассказать Вам об этом. Получается, что такое непрекращающееся суфлирование – ключевой момент Вашего успешного использования псевдоориентации во времени?
Эриксон: Если упорно врать, то этому поверят.
Росси: Видимо, поэтому у меня здесь ничего и не выходило. Я не задаю таких «ориентационных» вопросов (предполагающих, что пациент находится в будущем), пока он сам во всем не разберется и не включится в игру.
Эриксон: (Эриксон приводит примеры некоторых переориентирующих процедур, которые нуждаются в подсказках и намеках.)
Росси: А почему Вы в середине разговора спрашиваете клиентку о том, курит ли она Luckies («Скажите мне, Вы курите Luckies?»)? Вы проверяете, подействовало ли Ваше постгипнотическое внушение о том, что после пробуждения она будет предпочитать всем остальным сигаретам Lucky Strike (разд. 2.23), верно?
Эриксон: Видимо, в тексте что-то пропущено. Я интересовался ее вкусами.


3.8. Как активизировать возможности человека с помощью внутренних репетиций; интеграция когнитивного и поведенческого; «сцепление» противоположностей
Клиентка: В операционной было безумно жарко. – Как на сковородке. Все врачи получили «ледяные воротнички». И я бы получила, если бы была врачом. Анны не было, и хотя я не могу сказать, что очень по ней скучала – мне было одиноко.
Мисс Дей: Спасибо.
Клиентка: Не с кем было поговорить, никто не заходил ко мне и не будил, чтобы поболтать до часу ночи. Эриксон: А когда Вы плыли – вода освежала Вас? Клиентка: Да – она была такая прохладная. Я качалась на волнах – вверх-вниз, и на гребне у меня перехватывало дыхание.
Эриксон: Вы хотите сказать мне что-то еще?
Клиентка: Я прекрасно знаю, что этим летом я все время была занята, потому что так всегда бывает летом. Но я совершенно не помню, что же я делала все это время.
Эриксон: Но Вы много успели?
Клиентка: Да.
Эриксон: К Вашему полному удовлетворению?
Клиентка: Нет. Мне никогда не удается сделать все, что я наметила.
Не хватает ни дня, ни ночи.
Эриксон: А когда Вы в следующий раз пойдете купаться?
Клиентка: Когда захочу. Правда, везде полно народа. Недалеко от больницы расположен только Вебстер-Холл.
Эриксон: Вы говорите это без напряжения?
Клиентка: Да.
Эриксон: И Вы так легко это произносите. В прошлом мае у Вас бы так не получилось.
Клиентка: Нет.
Эриксон: Когда Вы опять пойдете купаться?
Клиентка: В любое время. Мама любит Кристальный берег. Но я не нахожу в нем ничего особенного.

Росси: Сначала клиентка с совершенно явной «кривой логикой» жалуется на жару в операционной и разлуку с мисс Дей. Она несомненно сопротивляется Вашим попыткам вызвать более подробные псевдовоспоминания о купании. Вы остроумно используете замечание клиентки о жаре в операционной для того, чтобы вернуть ее обратно к главной теме Вашего обсуждения: «Когда Вы плыли – вода освежала Вас?» Этот вопрос выдает Вашу любовь к «сцеплению» противоположностей: Вы используете дискомфорт, вызванный жарой в операционной, чтобы проанализировать приятное ощущение прохлады, ассоциативно связанное с плаванием. Для того, чтобы клиентка как можно более живо и непосредственно представила себе, какое удовольствие она получает от плавания, Вы привлекаете «ориентационные» вопросы: мотивационные, эмоциональные и сенсорные. Следовательно, в работу включаются не только воображение; в целях активизации всех «плавательных» возможностей Вы помогаете провести мысленную интеграцию различных позитивных составляющих процесса купания, а именно когнитивного, сенсорного, эмоционального и поведенческого.


3.9. Зрелость как критерий значимости гипнотерапевтическойработы; социальное подкрепление психологического развития
Эриксон: Вы узнали о плавании что-то новое, верно?
Клиентка: Новое?
Эриксон: Да. Почему Вы раньше боялись купаться?
Клиентка: Наверное, этот страх у меня с детства, когда я делала неизвестно что – видимо, мне надо было заменить чем-то страх перед людьми.
Эриксон: А сейчас – по сравнению с прошлым маем – Вы чувствуете себя повзрослевшей?
Клиентка: Да не особенно.
Эриксон: Но Вы чувствуете себя более уверенно?
Клиентка: Да.
Эриксон: Во всех отношениях?
Клиентка: Да.

Росси: Мне кажется, что Вы относитесь к субъективному ощущению возникающей зрелости как к критерию значимости проделанной гипнотерапевтической работы. Указывает ли тот факт, что клиентка пока не чувствует себя повзрослевшей, на необходимость проведения дальнейших психодинамических исследований?
Эриксон: Нет. (Д-ру Сандре Сильвестр, присоединившейся к нам.) Как Вы думаете, Вы повзрослели с Рождества? (Теперь март.)
Сильвестр: Нет – но зато я повзрослела после того, как научилась «окантовывать» свою картину мира. (Она звонко смеется, потому что «окантовка»являлась ключевым процессом в ее недавней, проведенной под руководством Эриксона гипнотерапевтической работе «на зрелость».)
Эриксон: Я задал мисс С. вопрос: "А сейчас – по сравнению с прошлым летом – Вы чувствуете себя повзрослевшей?"  для того, чтобы отвлечь ее от переживаний. Для Санди итогом ее жизненного опыта была именно «окантовка», которая позволила ей почувствовать себя более зрелой.
Росси: Когда Вы оказываетесь в состоянии подвести итог своему прошлому опыту, Вы чувствуете себя взрослым.
Эриксон: Да.
(Доктор Сильвестр так и лучится счастьем, и Эриксон смотрит на меня многозначительно. Я понимаю, что Эриксон хочет воспользоваться случаем, чтобы незаметно подкрепить недавний «опыт зрелости» д-ра Сильвестр и заставить ее публично признаться в этом. И вот, под видом вопроса, который якобы помогает внести ясность в обсуждаемую проблему, Эриксон в действительности незаметно просит Сандру поделиться своим недавно приоб ретенным опытом развития в присутствии коллеги (меня). Такое публичное утверждение своих взглядов усиливает ощущение зрелости и развития на интерперсоналъном уровне (разд. 2.20).)


3.10. Пациенту можно позволить выиграть, только если это принесет ему пользу
Эриксон: Вы помните, как в прошлом июне Вам очень хотелось выяснить, кто из нас прав: Эстабрукс или я?
Клиентка: Я хотела посмотреть на Вашу реакцию.
Эриксон: Ну, и как она Вам понравилась?
Клиентка: Вы совершенно спокойны. Так, будто этого и ждали. Отвратительно!
Эриксон: Я Вас огорчил?
Клиентка: Мне бы хотелось другого.
Эриксон: Чего?
Клиентка: Я рассчитывала, что Вам будет неприятно, но Вы вообще никак не отреагировали.
Росси: Здесь Вы незаметно придаете законченный вид той враждебности, которая направлена на Вас. И отныне, если Вы почувствуете, что клиентка что-то затаила внутри себя и это может свести «на нет» всю проделанную работу, нужно будет воспользоваться именем Эстабрукса, которое «разрядит» возникшие негативные импульсы.
Эриксон: Это не совсем так. Я просто доказываю, что Эстабрукс во многом солидарен со мной – и это моя победа. Клиентка пытается воздвигнуть барьер между мной и Эста-бруксом, но я ее уверяю, что барьера-то нет.
Росси: То есть Вы не позволяете ей вывести Вас из равновесия. А почему бы просто не дать ей одержать эту небольшую победу и позволить проявить свое отвращение к Вам, раз ей так этого хочется?
Эриксон: Пациенту только тогда можно дать выиграть, если это принесет ему ощутимую пользу. А в данном случае это не так.

3.11. Подготовка постгипнотического внушения; сооружение ассоциативной сетки: «Как насчет Luckies?»
Эриксон: Помните, как Вы закурили, а потом стали тянуть время?
Клиентка: Боюсь, что я все время только этим и занималась.
Эриксон: Помните, что я тогда сделал?
Клиентка: Да. Вы просто сказали: «Можете продолжать курить это неважно» – или что-то в этом роде.
Эриксон: И к чему это привело?
Клиентка: Ни к чему. Сигареты были очень приятные.
Эриксон: А Вы помните, как курили в состоянии транса (разд. 3.2)?
Клиентка: Да. Вы спросили, люблю ли я курить или хочу избавиться от этой привычки, а я ответила «нет», потому что если бы я хотела бросить -то уж, конечно, бросила.
Эриксон: Ладно. Как Вы считаете, следует наградить Вас пачкой сигарет за Ваши успехи в плавании?
Клиентка: Не надо мне никакой награды. Я сама себя уже наградила.
Эриксон: Сколько времени хранится пачка сигарет?
Клиентка: Сколько времени?
Эриксон: Да.
Клиентка: Открытая или закрытая?
Эриксон: Закрытая.
Клиентка: Давайте посмотрим. Правда, у меня они никогда не залеживались долгое время; я не знаю, как быстро они портятся. Camels пакуют так, чтобы их можно было доставить в любую точку земного шара – поэтому, наверное, они никогда не высыхают.
Эриксон: A Luckies?
Клиентка: Сомневаюсь, что они как-то «старятся.» Они ведь в целлофане.
Эриксон: А эта пачка – нет.
Клиентка: Очень странно. Я считала, что они все в целлофане.
Эриксон: Но не этим летом.
Клиентка: А почему?
Эриксон: Их прекратили запаковывать в целлофан с июня.
Клиентка: Тогда мне трудно представить, что они хорошо сохраняются длительное время.

Росси: Непосвященному может показаться, что здесь Эриксон ведет с клиенткой ничего не значащий разговор о сигаретах. На самом же деле Вы пытаетесь соорудить ассоциативную сетку, связывающую воедино Luckies, «трансо-вое» курение, прошлый июнь и сохранность сигарет. Все это прозвучит в важном постгипнотическом внушении о плавании, которое Вы вскоре проведете. Так?
Эриксон: Да.


3.12. «Транс в трансе»: как структурированная амнезия и полное замешательство ослабляют действие сознательных установок и затверженных ограничений
Эриксон: Скажите, Вы сегодня в состоянии погрузиться в транс?
Клиентка: Наверное. Но не знаю, зачем мне это нужно.
Эриксон: А Вам хочется погрузиться в транс? Можете мне ответить, какой сейчас день?
Клиентка: Я считала, что сейчас 20 августа, но я ошиблась.
Эриксон: Правильно, это не так.
Клиентка: А кто-нибудь знает, какой сейчас день?
Эриксон: Да – я знаю. А Вы – нет.
Клиентка: А почему Вы мне этого не скажете?
Эриксон: Пусть это будет причиной для погружения в транс.
Клиентка: А что, по-другому это никак нельзя выяснить? Мне кажется, можно. Я даже уверена в этом. Ведь когда я просыпаюсь утром, не бегу же я к д-ру Эриксону и не прошу погрузить меня в транс, дабы сориентироваться во времени. Я просто спрашиваю об этом кого-нибудь. Анна всегда мне говорит – а вот сейчас молчит.
Мисс Дей: Не спрашивай у д-ра Финка – он спит.
Эриксон: Ну, так как Вы решили насчет транса?
Клиентка: Но зачем?
Эриксон: Мне бы так хотелось.
Клиентка: У Вас, должно быть, есть причины для этого. У меня их нет.

Росси: В самом начале клиентка пребывает в сомнамбулическом трансе – разговаривает она при этом с открытыми глазами и, вообще, ведет себя так, словно она проснулась. (Этот сомнамбулический транс инициирован несколько раньше – см.разд.3.3.) Теперь первым же своим вопросом – в состоянии ли она погрузиться в транс – Вы явно переориентируете клиентку на начало сеанса и тем самым структурируете амнезию.
Эриксон: Да.
Росси: Клиентка всеми силами сопротивляется Вашему намерению, хотя уже находится в состоянии транса. Совершенно неожиданно Вы подсказываете причину, по которой ей необходимо погрузиться в транс: она вдруг осознает, что не может ответить на Ваш простой вопрос о дате сеанса. Но зачем так долго мотивировать погружение в транс, если клиентка уже и без того благополучно пребывает в сомнамбулическом состоянии? Что Вы хотите сделать? Получить «транс в трансе»? Или это просто способ усиления транса?
Эриксон: Я увеличиваю степень дезориентации.
Росси: Мы действительно сталкиваемся здесь с «трансом в трансе» или это Ваша манера разговора?
Эриксон: Это манера разговора.
Росси: Клиентка находится в состоянии транса, но Вы делаете вид, что это не так, и призываете ее к дальнейшему погружению. Вы в полном смысле слова продираетесь через ее мысленные установки. Вы усиливаете общее замешательство и ослабляете влияние сознательных оценок и затверженных ограничений.
Эриксон: (Кивает головой.)


3.13. Как вызвать и использовать психодинамические процессы; множественные уровни запоминания и забывания при "сцеплении " противоположностей; незнание, смятение, любопытство и неожиданность
Эриксон: У меня есть веские причины.
Клиентка: Это кроме выяснения даты?
Эриксон: Помните, как в прошлом июне Вы сомневались, смогу ли я погрузить Вас в транс?
Клиентка: Да.
Эриксон: Вы получили ответ на свой вопрос?
Клиентка: Только в какой-то иносказательной форме. Я задала Вам другой вопрос, а Вы на него не ответили. Я считаю, что Вы смеетесь надо мной. Что это такое – «отношение гипнотизера»? Я думала над этим после возвращения домой и рассказала обо всем Анне.
Эриксон: Это просто один из терминов Эстабрукса.
Клиентка: Который, я считаю, относится и к Вам.
Эриксон: Он изобрел этот термин для того, чтобы с его помощью объяснить, почему мне удается проделать с пациентом определенные действия, а ему – нет.
Клиентка: Тогда это нехорошо.
Эриксон: Я полагаю, что мы с Эстабруксом находимся в одинаковых ситуациях. Это хороший термин, да только от него никакого толку. Засыпайте. Спокойно, глубоко, крепко спите. Спокойно, глубоко, крепко спите. Спокойно, глубоко, крепко спите. Спокойно, глубоко, крепко спите. Засыпайте все крепче и глубже. Погружайтесь в глубокий сон. Засыпайте глубоко, спокойно и безмятежно.
И пока Вы глубоко и спокойно спите, я хочу, чтобы до Вас постепенно дошел смысл происходящего. Я хочу, чтобы Вы осознали, как глубок Ваш сон. Я хочу, чтобы Вы ощутили – я изменил время для Вас. Я хочу, чтобы Вы поверили в то, что сказали нам, и отнеслись бы к этому очень серьезно. Я хочу, чтобы Вы поняли: Ваши слова реально отражают Ваши мысли. Я хочу, что бы Вы знали – сейчас июнь, а не август. Я хочу, что бы Вам казалось, что Вы уже отгуляли свой отпуск; для того, чтобы Вы уяснили, что тогда – в июне где-то в глубине души Вы с нетерпением ждали наступления каникул – я хочу, чтобы Вы вспомнили все, что мне говорили. Вы понимаете, что я имею в виду? Вам вовсе не нужно будет идти купаться для выяснения своего отношения к плаванию. Где-то в глубине души Вы уже это знаете. Точно? И знаете не только о купании в озере, но предвкушаете удовольствие от купания в реке. Согласны? Вы с нетерпением ждете, когда же пойдете плавать в Вебстер-Холл. Итак, Вы узнали о своем истинном отношении к плаванию.
Когда Вы вошли сюда, Вы уже все знали, хотя не догадывались об этом. Я прав? Сохраните это в своем подсознании. Понимаете?
Я хочу, чтобы Вы сохранили это в своем подсознании до конца лета и до того времени никак бы это не проявили.
Понимаете? Точно так же, как Вы подавили и отбросили все неприятные для Вас воспоминания, подавите в себе это до той поры, пока в один прекрасный момент Вас не осенит, что у Вас уже есть нужный опыт и Вы отлично представляете, как войти в воду и получить от этого удовольствие. Понимаете? Я хочу, чтобы все это обернулось для Вас полной неожиданностью. Поэтому Вы поймаете себя на удивлении, когда пойдете на озеро, и будете поражаться себе, входя в воду, и погружаясь все глубже и глубже – Вы все еще будете изумлены. Вы внезапно обнаружите, что Вам нравится плавать – и это будет для Вас потрясающе приятным сюрпризом! Вам нравится мое предложение? Будете со мной сотрудничать? В полном согласии? Итак – Вы ни чего не будете знать вплоть до того момента, как все произойдет, хорошо? А это значит, что Вы совершенно забудете то, что происходит с Вами сейчас, и Вы не возражаете против этого. У Вас полная амнезия. Конечно, можете спокойно думать об Эстабруксе и вообще обо всем, что не относится к делу.

Эриксон: Я ее связываю по рукам и ногам!
Росси: Вы лишаете ее опоры на сознательные установки. Это обескураживает! Сначала Вы говорите, что клиентка все поймет и все запомнит, потом – что этого не произойдет. В своем важном постгипнотическом внушении насчет купания Вы мастерски сочетаете запоминание и забывание, и такое сочетание удовлетворяет двум необходимым уровням понимания: с одной стороны, клиентке остро необходимо знать, что же будет дальше, а с другой – ей требуется сознательная амнезия, которая освободила бы ее подсознание для углубления актуального «плавательного» опыта. Это яркий пример на «сцепление» двух противоположных ментальных процессов для более глубокого переживания гипнотического опыта.
Эриксон: (Согласно кивает.)
Росси: Подчеркивая незнание клиентки о том, как именно все произойдет, Вы ослабляете ее сознательные установки. Изумление же приводит к ожиданию. Правильно?
Эриксон: Да.
Росси: Когда подсознание совершает свой драматический эволюционный рывок, Вы отмечаете, что клиентка "вне запно обнаружит, что ей нравится плавать – и это будет для нее потрясающе приятным сюрпризом". Все Ваши внушения сплелись в ассоциативную сетку, которая сформировала определенный уровень ожидания и напряжения, и разрядить их можно только с помощью реального акта купания. Проводя псевдоориентацию на будущее, Вы даете клиентке понять ее «истинное отношение к плаванию», а структура Вашего постгипнотического внушения помогает ей «обойти» все еще присутствующее «сознательное» сопротивление.
Эриксон: Клиентка боится плавать, но знает, что обязана этому научиться и поэтому боится учиться. А я даю ей установку на любопытство, которое всегда связано с чем-то приятным.
Росси: Любопытство ассоциируется с удовольствием. Замена страха любопытством – шаг вперед к позитивному развитию. Такой подход принципиально отличается от традиционных методов прямого постгипнотического внушения для изменения поведения пациента. Вы без устали «толкаете вперед» внутреннюю психодинамику клиентки, чтобы желаемое поведение сформировалось как естественный результат от спровоцированного Вами напряжения. Вы не только анализируете и комментируете, Вы вызываете и активно используете психодинамические процессы. Как по-Вашему, это адекватное описание Вашей методики?
Эриксон: Да.
Росси: Вам мало простого анализа психодинамических механизмов, Вы их запускаете и актуализируете. В двух своих ранних работах 1938 года Вы показали, как вызвать и использовать изолированные ментальные процессы, но только после опубликования Ваших работ в 1948 году в сборнике «Гипнотическая психотерапия» стало ясно, что именно Вы впервые применили и описали метод активизации собственной психодинамики пациента. Это Ваше изобретение?
Эриксон: Насколько я знаю – да.


3.14. Постгипнотическое внушение, связанное с плаванием; обещание награды для закрепления терапевтического результата: "Выкурить позже "
Эриксон: Я бы хотел попросить Вас вот о чем – для Вас это будет сюрпризом. (Эриксон пишет что-то на пачке из-под сигарет.) Откройте глаза и взгляните сюда. Здесь написано: "Выкурить позже." Я даю Вам эту пачку сигарет и хочу, чтобы Вы подсознательно стремились сохранить ее. Чтобы Вам было любопытно, какие там сигареты, но чтобы до поры до времени Вы не открывали пачку. А после купания, пока Вас не оставило чувство радости, я хочу, чтобы Вы вспомнили об этой пачке – и о сигаретах, которые я разрешил Вам выкурить только после того, как Вы выйдете из воды. Вы понимаете меня?

Росси: Совершенно очевидно, что в стенограмму вошла неполная инструкция клиентке. Вы начинаете то же постгипнотическое внушение, что уже встречалось раньше (разд. 3.11).
Эриксон: Я заставил клиентку выбраться из воды на плот. Она должна была, сидя на нем, смотреть на воду и вдруг вспомнить про небольшой водонепроницаемый сверток в своем купальнике…
Россм:…где находится пачка сигарет с Вашей отметкой «Выкурить позже»…
Эриксон:… и спички! Мне кажется, клиентке будет по душе курение после купания.
Росси: То есть удовольствие от курения прямо пропорционально удовольствию, полученному от плавания – и когда клиентка видит слова «Выкурить позже», она понимает, на что они намекают.
Эриксон: И этот намек на награду нужен для подкрепления терапевтической победы над страхом плавания.
Росси: А откуда Вы знали, что во время отпуска клиентке представится случай поплавать на плоту?
Эриксон: Анна – ее подруга – упомянула о плоте, когда рассказывала мне об их предполагаемом совместном отпуске.


3.15. Как с помощью постгипнотической ассоциативной сетки, связывающей удивление, амнезию и незнание (секрет) вызвать осознание – активную терапевтическую реакцию; как скрыть внушение от сознания, прибегая к невербальным "правополутарным " указаниям
Эриксон: Вы совершенно уверены в том, что это сделаете и что в течение всего оставшегося месяца, а также в июле до того момента, как Вы пойдете купаться – Вы будете хранить эту пачку сигарет, весьма смутно понимая, зачем Вы это делаете. Вы ведь будете ее беречь? Вы в этом уверены? Я положу ее в Вашу сумочку. И Вы ведь не допустите, чтобы с ней что-нибудь случилось, правда? А если все же что-то произойдет и Вы потеряете эту пачку сигарет, Вы должны будете понести ответственность за это. Ну, теперь Вам стало ясно, что Вы сами об этом думаете? Не хотите ли опустить другую руку? (Эриксон опускает вниз руку клиентки.) Вы ничего не хотите мне сказать? Пока Вы так глубоко спите, Вы понимаете, с каким нетерпением Вы ожидаете лета. Но пока Вы не проснулись, Вы не знаете, почему, и не узнаете этого даже по пробуждении. Другими словами, у Вас есть секрет от самой себя, верно? И такой секрет Вы храните впервые, так ведь? Обдумывайте это до тех пор, пока все не станет Вам абсолютно ясно. Четко продумайте, как Вы прячете эту пачку сигарет и бережете ее, а также убедитесь, что не забыли взять ее с собой. А если, паче чаяния, Вы ее потеряете, что Вы станете делать?
Клиентка: Я не потеряю ее.
Эриксон: Нет, конечно. Но я Вам скажу, что делать, если вдруг в нее ударит молния. Вы вполне можете достать другую пачку сигарет, и удивиться, почему на ней написано «Выкурить позже». Все, что я Вам разрешаю – это удивляться. Вас не будет волновать, что произошло – ведь пачка сигарет у Вас с собой, не так ли? И пока Вы так крепко спали, у Вас исчезла большая часть Вашего страха воды, так? Очень удобно, согласны? Можете сказать мне, какой сейчас день?
Клиентка: Июнь.
Эриксон: Да, июнь. А какое число?
Клиентка: Двадцать седьмое.
Эриксон: А завтра будет двадцать восьмое, и Ваше подсознание ни о чем не беспокоится, да? Кстати, вспомните, у Вас назначено свидание со мной в августе. Правильно? Или раньше, если Вы сгораете от нетерпения рассказать мне, как гладко все у Вас получилось. И если мисс Дей когда-нибудь начнет Вас убеждать, что это не так, пошлите ее подальше, ладно?
Клиентка: (Мисс Дей) Я задушу тебя!
Эриксон: Я с нетерпением и с огромным интересом жду от Вас завершения этого сложного процесса. А Вы? Хотите ли Вы обсудить что-нибудь еще?
Клиентка: Нет.
Эриксон: Вы помните, о чем мы тут беседовали, пока были одни? Я хочу, чтобы Вы придерживались той же линии. Вы ведь выполните это, не правда ли? А теперь я Вас быстро разбужу, и Вы покинете меня, недоумевая о це ли своего прихода, но этот секрет будет известен только Вашему подсознанию. Вы готовы проснуться?

<< Предыдущая

стр. 12
(из 14 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>