<< Предыдущая

стр. 13
(из 14 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Клиентка: Да.
Эриксон: Хорошо. Просто и легко проснитесь. То, что происходило сегодня вечером, – секрет для Вас… Ну, как это лучше назвать?

Росси: Вы приводите в движение ту ассоциативную сетку, которая уже создана Вами (разд. 3.11). Пачка «Lucky Strike», на которой Вы многозначительно написали «Выкурить позже», служит для усиления постгипнотического внушения: клиентка получит удовольствие от сигарет только после того, как получит удовольствие от плавания. Курение – награда за удовольствие. Приятные ощущения, связанные с курением, теперь прочно ассоциируются с требуемым поведением во время купания. Вы внушаете клиентке, чтобы она «четко продумала, как прячет эту пачку сигарет и бережет ее». Тем самым Вы вызываете активный подсознательный процесс, с помощью которого и совершается эта работа. Заканчивается же она выполнением постгипнотического внушения о победе над страхом плавания. Так как это держится в тайне от сознания («этот секрет будет известен только Вашему подсознанию»… и «то, что происходило сегодня вечером, – секрет для Вас»), подсознательная терапевтическая деятельность защищена от какой бы то ни было критики и любых затверженных ограничений со стороны сознания.
Это вообще характерно для Вашего подхода к постгипнотическому внушению. Вы вовсе не рассчитываете на то, что клиентка последует Вашему внушению только благодаря трансу. Вы создаете такую сеть ассоциаций, которая вытекает из собственных мотивационных процессов клиентки, а затем Вы предлагаете ей совершить цепочку действий, которые неуклонно, шаг за шагом, приближают ее к требуемому терапевтическому результату. Вы согласны с этим?
Эриксон: Да. Там, где в тексте говорится, что я опустил руку клиентки, я на самом деле незаметно вложил ей в руку пачку сигарет, а потом направил руку так, чтобы спрятать сигареты в складках юбки. Эти мои действия как бы указали клиентке, как незаметно для самой себя спрятать пачку в купальнике.
Росси: Вы считаете, что с помощью Вашего молчаливого внушения клиентка спрячет сигареты в купальнике? Почему бы прямо не сказать ей об этом?
Эриксон: Чтобы избежать вмешательства сознания и тем самым возложить ответственность на подсознание.
Росси: То есть, Ваши невербальные внушения «загоняют» предполагаемое действие в правое полушарие, и тем самым сознание остается в полном неведении относительно него.
Эриксон: Когда Вы вкушаете роскошный обед под легкий аккомпанемент оркестра, Вы ведь не слишком обращаете внимание на музыку, не правда ли?


Сеанс IV

АКТИВНАЯ ТЕРАПЕВТИЧЕСКАЯ «ТРАНСОВАЯ» РАБОТА

4.0. Оценка предыдущей гипнотерапевтическойработы: вопросы, вызывающие чувства неопределенности, сомнения, удивления, любопытства и ожидания
Финк: К слову об интересных конфликтных ситуациях: сегодня утром мы слегка пофилософствовали с одним нашим пожилым психиатром, и он рассказал мне один весьма необычный случай. Он считает, что именно из-за этого у него столько проблем с религией. Его мать умерла, когда ей было 44 года, после же смерти отца, согласно его посмертной воле, нужно было эксгумировать тело матери и перезахоронить в соседней с ним могиле. И этот психиатр присутствовал при том, как останки переносили из одной могилы в другую. Только представьте – его собственной матери!
Клиентка: Зачем вообще ему нужно было при этом присутствовать?
Финк: Он не объяснил. Все это проходило через высшие судебные инстанции и визировалось в Департаменте Здравоохранения. Вообще, они преодолели безумное количество всяческих препятствий, прежде чем получили разрешение. Это просто вызывает изумление. Эриксон: И где Вы провели свой отпуск?
Клиентка: Да поблизости. Съездила к сестре и немного там погостила. Вот, собственно, и все. Конечно же, родители не хотели, чтобы я уехала в какое-нибудь длительное путешествие. Эриксон: Когда Вы вернулись?
Клиентка: Восемнадцатого. Точнее, ночью семнадцатого.
Эриксон: Помните, что Вы сказали мне по телефону?
Клиентка: Да.
Эриксон: И что?
Клиентка: Сейчас вспомню. Я сказала, что прекрасно провела время. Что я хотела бы вернуться и повторить все сначала. Кстати, на следующий день я действительно была готова вернуться. Я спросила Вас, почему Вы никогда никуда не уезжаете в отпуск.
Эриксон: Да. А что еще?
Клиентка: Вы все время спрашиваете меня о том, что я Вам сказала. Это так важно?
Эриксон: Да.
Клиентка: Не может быть, чтобы я забыла что-то важное. Такие вещи я обычно запоминаю. Вы произнесли: «Привет», и я Вам ответила тем же.
Эриксон: Вы в этом уверены?
Клиентка: Я назвала себя, и Вы спросили, удачный ли у меня был отпуск. Я сказала, что все было замечательно и почему Вы сами никуда не уезжаете. Вы ответили, что вообще никогда не уезжаете в отпуск, а я возразила, что это необходимо. Потом Вы добавили, что хотя Вы сами не берете отпуска – зато слушаете других, когда они рассказывают о своем отдыхе. Я заметила, что все было замечательно, но что все-таки Вам следует отдохнуть. Наверное, Вы спросили меня, где я была – нет, вроде нет – да, Вы спросили! И я Вам рассказала. Видимо, потом я захотела узнать, когда мы сможем встретиться, и Вы объяснили, что сейчас у Вас гостит брат и Вы были заняты всю неделю. Здесь Вы уточнили, что вечером в Детройте будет д-р Финк, который сможет подвезти нас до места. Я ответила, что это было бы чудесно. На том мы договорились и распрощались. Я что-нибудь пропустила? Эриксон: Да нет. Вы перечислили почти все.
Клиентка: Не смотрите на меня с таким умным видом – я обращаюсь к вам, господа! И к Вам тоже!
Эриксон: Вы тогда пожалели меня.
Клиентка: Да, я сказала, что мне жаль Вас, потому что у Вас никогда не бывает каникул.
Эриксон: Нет, Вы выразились не так.
Клиентка: Что, была еще какая-нибудь причина для жалости?
Эриксон: Да.
Клиентка: И с чего бы это я стала Вас жалеть?
Эриксон: Потому что я должен сидеть и выслушивать, как какие-то чужие мне люди чудесно проводят свой отпуск. Припоминаете? Клиентка: Да. Ведь на самом деле Вы не получаете никакого удовольствия от этих разговоров. Вы знаете, каково это – вот, например, как в нашем общежитии, когда все возвращаются с каникул: вам рассказывают о всяческих красотах, а вы сидите и повторяете, как баран:"Ну, и как Вам понравилось?" Только и задаете один этот идиотский вопрос.
Эриксон: Вы на самом деле думаете, что это так?
Клиентка: У Вас, наверное, не так. Но у всех обычных людей – так.
Эриксон: Изменились ли Вы со времени нашей последней встречи?
Клиентка: Нет… Изменилась… Даже лучшие друзья не смогут ответить… Д-р Финк, Вам надоело?
Финк: Нет.
Мисс Дей: Какая жалость.
Клиентка: Нет, не думаю, что я изменилась. Не больше, чем кто-либо другой за такой промежуток времени… Я не пронырлива. Я всего лишь любопытна.
Финк: Вы не против, если я передам эти записи д-ру Эриксону? Клиентка: Не против. Как будто я могу Вас остановить. Вы ведь знаете, что я в состоянии вынести все, кроме неудовлетворенного любопытства. Финк: Ну, так Вы разрешаете?
Клиентка: Да-а. Вы пытаетесь разозлить меня.
Эриксон: Вы сильно загорели?
Клиентка: Совсем немного; загар сошел почти сразу – он смылся на следующий день.
Мисс Дей: Со мной все то же самое.
Эриксон: Вы хотели сюда прийти?
Клиентка: Очень хотела. Я очень волновалась.
Эриксон: Почему?
Клиентка: Да все мое любопытство.
Эриксон: Почему Вы так любопытны?
Клиентка: Большинству людей интересно то, чего они не знают. Я всего лишь одна из десятков тысяч.
Эриксон: А чего же Вы сейчас не знаете?
Клиентка: Вас. Именно так. Все мыслящие люди меня интригуют. Вы мыслите – стало быть, интригуете меня.

Росси: Для того, чтобы оценить предыдущую гипнотическую работу, Вы начинаете сеанс с весьма типичных «ори-ентационных» вопросов. Спрашивая клиентку: «Помните, что Вы сказали мне по телефону?» – Вы сразу же завладеваете ее вниманием и вызываете у нее чувства неопределенности и сомнения. Вы так формулируете свои вопросы, что клиентка пытается припомнить абсолютно все детали, хотя, конечно же, многое забыла. Она обращает свой протест против такой нелепости всем находящимся в комнате и говорит: "Не смотрите на меня с таким умным видом – я к вам обращаюсь, господа!" Это означает, что она ощущает всю шаткость и неуверенность своей позиции. Клиентка лишилась опоры на свои обычные установки и теперь отчаянно пытается отыскать те нужные критерии, которые удовлетворили бы Вас и всех присутствующих. Таким образом, поддерживая с Вами вроде бы светскую беседу, клиентка в действительности проходит через первые три стадии наведения транса: сначала Вы (1) фиксируете на себе ее внимание, затем (2) ослабляете ее привычные критерии и (3) инициируете подсознательный поиск. Вы согласны с тем, что все Ваши вопросы преследуют именно эту цель? Вы вызываете исследовательскую установку?
Эриксон: Да.
Росси: И естественным следствием этого является увеличение степени любопытства и ожидания. Правильно?
Эриксон: Да.
Росси: И это обостряется тайным сговором между Вами и всеми остальными, что убедительно демонстрирует д-р Финк, передающий Вам записи. Вы продуманно вызываете любопытство, удивление, ожидание – эти три элемента терапевтического процесса, да? Вы сознательно интригуете Вашу клиентку?
Эриксон: Да. (Эриксон обменивается понимающими взглядами с д-ром Сандрой Сильвестр, которая прошла через такую заинтересованность при занятиях гипнотерапией с Эриксоном.)
Сильвестр: Это подобно опыту de' ja vu (аспекты припоминания ее недавней работы с Эриксоном).


4.1. Исчезновение симптома: освобождение от главной фобии и от всех побочных страхов, связанных с водой; «теория домино» в психологии; объективность приходит в зрелости; вопросы с двойным связыванием
Эриксон: Ну, хорошо. Продолжить ли задавать Вам вопросы, пока Вы не спите, или погрузить Вас в транс?
Клиентка: Мне кажется, я вполне могу отвечать Вам и без транса.
Эриксон: Тогда продолжим.
Клиентка: Но мне нечего сказать.
Эриксон: Нечего?
Клиентка: Я все запомнила.
Эриксон: Так.
Клиентка: Я запомнила все, что со мной было. А что касается экстраполяции на будущее – то еще полтора месяца на зад я считала, что это нереально. Абсолютно нереально!
Эриксон: Что это за экстраполяция?
Клиентка: А когда Вы спросили меня, купалась ли я во время отпуска. Но на тот момент я еще не была в отпуске! Я рассказала Вам, что собираюсь к Анне, но и у нее я тоже ведь не была! И потом – сигареты. Просто невероятно!
Эриксон: Расскажите мне об этом поподробнее.
Клиентка: Я появилась около восьми вечера. Мы сели в лодку. Анна смотрела на меня выжидающе. Ничего не произошло, и мы вернулись домой. На следующее утро мы пошли купаться на местный пляж: мы искупались, затем вылезли на плот и вдруг меня осенило – сигареты! Как гром среди ясного неба! Это было так замечательно!
Эриксон: Мне все еще хочется побольше узнать об этом.
Клиентка: Об отпуске?
Эриксон: О купании и о сигаретах.
Клиентка: Сигареты были изумительные.
Эриксон: А Вас волновало то, как сохранить эту пачку сигарет?
Клиентка: Нисколько. Я спрятала их от себя – чтобы не соблазниться. Я убрала их с глаз долой – вначале в коробку, а коробку под полотенце, а полотенце в ящик для одежды.
Эриксон: Вы нервничали, когда прятали сигареты?
Клиентка: Не очень. Сначала я думала, что будет достаточно просто положить их на одежду сверху, но кто-нибудь мог войти и сказать: «А, сигареты?!» Мне было нетрудно их спрятать.
Эриксон: Какова была Ваша реакция, когда Вы обнаружили сигареты?
Клиентка: (Мисс Дей) Я была в машине, да? Во-первых, я совершенно не помнила, откуда они у меня взялись. Я подумала, что купила пачку Luckies, но не заметила ее. Можете себе представить, как Вы покупаете то, что не замечаете? И я подумала:"Ладно, я их просто где-то раздобыла", – а это очень важно. На пачке было написано: «Выкурить позже», и я узнала Ваш почерк, потому что видела его раньше. Затем я спросила о сигаретах это создание (показывает на мисс Дей). Она ответила: «Не знаю, где ты их взяла. Не спрашивай, откуда у тебя что берется». Так я узнала, что это Ваших рук дело. И что на это у Вас, видимо, были свои причины. И я решила: «Все равно я когда-нибудь все узнаю, даже если я превращусь в старую очкастую каргу». И я отложила пачку в сторону.
Эриксон: Итак, Вы плавали на лодке, а на следующий день Вы пошли купаться и на плоту вспомнили про сигареты. О чем Вы думали еще?
Клиентка: Я была озабочена возвращением домой.
Эриксон: Как Вы добрались назад?
Клиентка: На лодке гребли. Анна пообещала, что руки болеть не будут. Они действительно не заболели – ни в этот день, ни в следующий.
Мисс Дей: Я не даю обещаний понапрасну. У меня же они не заболели.
Эриксон: Сколько раз Вы еще после этого купались?
Клиентка: Мы плавали утром – в основном, именно в это утро, и потом еще раз перед моим возвращением.
Эриксон: Вам понравилось плавать?
Клиентка: Очень.
Эриксон: Почему?
Клиентка: Я больше ничего не боялась. Я призналась Анне, что это не так страшно, как прыгать с 20-футового трамплина: на это у меня храбрости не хватит. Раньше каждый раз, когда мне нужно было переезжать через реку, я ужасно волновалась. А теперь это прошло. Правда, я до сих пор не люблю, когда у меня мокрое лицо – но это пройдет со временем.
Эриксон: Вам действительно понравилось?
Клиентка: Да, очень.
Эриксон: Помните, что Вы обычно ощущали при этом?
Клиентка: Да. Я всегда нервничала. Меня беспокоило, придется ли мне искупаться или удастся найти правдоподобный предлог, чтобы избежать этого.
Росси: Мне кажется, что сначала Вы слегка пугаете клиентку своим вопросом с двойным связыванием ("Продолжать ли задавать Вам вопросы, пока Вы не спите, или погрузить  Вас в транс?"), который определяет терапевтическую направленность. При этом у нее есть выбор – либо продолжать отвечать на вопросы, находясь в бодрствующем состоянии, либо погрузиться в транс: но вне зависимости от решения клиентка будет двигаться терапевтическим курсом. После этого она весело рассказывает Вам о невероятном осуществлении Вашего постгипнотического внушения, благодаря которому ей так понравилось плавать и которое помогло ей избавиться от страха. Кажется, что она должна быть полностью счастлива и кричать во весь голос о своем невероятном исцелении! Тем не менее ее спокойствие просто обескураживает. В действительности Вам приходится все из нее вытягивать.
Эриксон: Теперь это часть ее самой.
Росси: То есть, благополучное разрешение фобии настолько стало частью самой клиентки, что она чувствует пресыщение?
Эриксон: Да. Она знает, что получила то, что отныне является ее – и только ее достоянием.
Росси: Теперь это черта ее личности? Если бы она кричала и прыгала от радости, то психологическое развитие клиентки вызывало бы сомнение; получалось бы, что все действия направлены лишь на то, чтобы произвести на Вас впечатление. Это сродни тому, что обсуждалось в предыдущем разделе: мы только тогда можем быть точными и объективными в оценке своих прошлых эмоциональных переживаний, когда совершили эволюционный скачок в развитии и созревании.
Когда клиентка признается: "Раньше каждый раз, когда мне нужно было переезжать через реку, я ужасно волновалась. А теперь это прошло", – я вижу, что она освободилась еще от одного страха, тоже связанного с водой. Это указывает на спокойное разрешение другой не менее важной, ранней травматической ситуации, когда брат по проволоке переносил клиентку через реку (см. таблицу1). Это иллюстрирует Вашу «теорию домино», относящуюся к психологическому развитию: если пациент успешно справляется с одной проблемой, все остальные, связанные с ней, выстраиваются «по росту» – в порядке важности – и поочередно вылечивают друг друга.

4.2. Терапевтический гипноз как активный процесс внутренней работы
Эриксон: Что Вы думали о проекции будущего?
Клиентка: Это было потрясающе. Я сообщила Вам, что хочу приобрести желтый купальник. Я видела, как одна девушка из нашего общежития примеряла желтый купальник, и подумала, что он великолепно выглядит. Потом я сказала Вам, что ходила купаться на реку. Не знаю, за чем я это сказала – думаю, что не сделала бы это даже под страхом смерти. Вода в реке очень мутная, да и вообще там очень мелко. Плавать там, по-моему, просто невозможно.
Эриксон: Продолжайте.
Клиентка: Я не знаю, зачем я Вам это сказала. Ведь проекция будущего – это Ваши планы на завтрашний день. С ее помощью будущее описывается так, как Вы его себе представляете.
Эриксон: Нет.
Клиентка: Нет? Ну, давайте послушаем Вас.
Эриксон: Ваша проекция будущего фактически была констатацией Ваших желаний, надежд, страхов и волнений, но только в исправленном виде. Вот сейчас Вам не хочется даже войти в эту реку и Вы объясняете это вполне убедительно. Помните свои слова?
Клиентка: По поводу купания в реке?
Эриксон: Почему Вы передумали купаться?
Клиентка: Потому что вода была грязная? Вы хотите сказать: из-за того, что река была недостаточно глубокая?
Эриксон: Да.

Росси: Здесь Вы очень осторожно, но тем не менее; твердо формулируете то, что подразумевается под мысленной проекцией будущего. Эга проекция вовсе не оценивает будущее так, как оно представляется клиентке; скорее, она является "констатацией желаний, надежд, страхов и волнений, но только в исправленном виде." Такая псевдоориенгация переводит мисс С. с позиции пассивного отношения к своим затаенным мечтам на позиции активного внутреннего изменения и корректировки своих желаний, ожиданий и паттернов поведения. Это ведь так? Иными словами, Ваш терапевтический подход заключается не в пассивном фантазировании, но в активном процессе изменения психодинамики пациента. Правильно? Эриксон: (Утвердительно кивает.)
Росси: В своих первых работах, посвященных псевдоориентации во времени как гелиотерапевтической процедуре, Вы приводили многочисленные пртмцш проявления усилий со стороны пациента, его возбуждения и вообще всех признаков нелегкой «трансовой» работы. Вы говорили о том изнеможении, в котором пациент' пребывает сразу после периода такой псевдоориентации. Когда Вы «мучалм» мисс С. вопросами, ориентируя ее на выполнение терапевтической задачи, она в полной степени демонстрировала сопротивление, смятение и затруднение, сопутствующие главной фазе псевдоориентации. Здесь нет места счастливым и «идеальным» фантазиям – пациент должен активно включиться в тяжкий процесс «трансового» труда. Правильно?
Эриксон: Да.
Росси: Это принципиально отличается от позиции, к примеру, Т.Бабера, который считает, что во время гипноза пациент «мыслит и мечтает совместно с терапевтом». Вы уделяете вовлечению пациента в активную внутреннюю работу значительно больше внимания, чем пассивному переживанию им своих желаний. В ходе псевдо ориентации на будущее пациент должен действовать именно таким образом. Все мои неудачи в прошлом, видимо, объясняются моим неправильным подходом к этому вопросу. Я требовал от своих пациентов пассивного изложения того, чего им хотелось бы. «Трансовая» работа не может проходить в вялом и сонном состоянии – это активный личностный процесс.
Эриксон: (Эриксон приводит пример аналогичной ситуации, когда городской девушке показывают, как доить корову. Наблюдая за тем, что ей демонстрируют, она совершает активные, хотя, вероятно, наполовину осознанные движения пальцами, как будто примериваясь к тому, как она будет ими действовать, когда начнет сама доить корову.)
Росси: Гм. Получается, что еще до того, как девушка начнет работать сама, она активно внутренне репетирует и – шаг за шагом – учится. Подобно этому, гипноз служит не для пассивных раздумий, а для преодоления и изменения внутреннего опыта пациента в целях активизации всех его возможностей.


4.3. Отказ от ошибочной терапевтической гипотезы
Клиентка: Так все-таки, что было написано на том листке, который передал Вам д-р Финк?
Эриксон: Очередная затея Джерома. (Передает листок мисс С.)
Клиентка: Это реклама к мылу «Спасательный круг». Круг на воде.
Финк: Интересовали ли Вас в воде молодые люди?
Клиентка: Это совершенно не относится к делу.

Росси: Мисс С. без всяких колебаний относит специфический интерес д-ра Финка к ошибочным терапевтическим гипотезам: он, видимо, считает, что ее страх плавания каким-то образом соотносится со страхом общения с молодыми людьми. Она отбрасывает омонимы «a buoy – a boy» как не имеющие для нее никакого психодинамического смысла. А как думаете Вы?
Эриксон: Я считаю, что часть страхов клиентки может быть связана с трудностями общения с мужчинами.
Росси: Итак, перед нами хороший пример того, как пациент отказывается от ошибочной или слишком односторонней терапевтической гипотезы. Вы просто не можете заставить пациента принять ее.

4.4. Оценка терапевтических изменений: распределение фобических страхов
Эриксон: Можете ли Вы сказать хотя бы приблизительно, сколько раз Вы купались?
Клиентка: Это когда я была у Анны? Вроде, четыре.
Мисс Дей: Три.
Эриксон: В последний раз почти перед отправлением Вашего автобуса?
Клиентка: Да, мы вскочили в него на ходу.
Эриксон: А после этого Вы плавали?
Клиентка: Да, я ходила на Красную реку.
Эриксон: А как Вам понравились сигареты?
Клиентка: Очень понравились. С тех пор я обожаю Luckies.
Эриксон: Так что же в Вас изменилось? Изменились ли Вы с момента нашей последней встречи?
Клиентка: Да нет, не очень. Но мне кажется, что с тех пор меня меньше пугает вода.
Эриксон: А еще какие-нибудь Ваши страхи исчезли? Ну, скажем, страх переправы через реку.
Клиентка: Да, исчез.
Эриксон: Но Вы прежде не упоминали о нем. Почему?
Клиентка: Такого со мной еще не бывало.
Эриксон: А еще от чего Вы освободились?
Клиентка: Я не думаю, что у меня были еще какие-то страхи.
Эриксон: Ну, ладно, давно ли Вы обнаружили у себя страх перед мостами?
Клиентка: Не знаю. Очень давно.
Эриксон: Но этот страх был более-менее завуалирован страхом воды?
Клиентка: Вероятно.
Эриксон: Может быть, Вы отыскали в себе что-то еще?
Клиентка: Посмотрите на д-ра Финка – он до того сжевал свою сигарету, что не может ее докурить.
Эриксон: А Ваши привычки как-нибудь изменились?
Клиентка: Вот теперь-то я и начинаю их менять.
Эриксон: Мисс Дей, а Вы можете назвать хотя бы одну? Миссией: Мне кажется, я кое-что заметила.
Клиентка: Ну-ка, ну-ка…
Мисс Дей: Джейн всегда говорила, что держит сигарету левой рукой, а только что взяла ее правой.
Клиентка: Я тоже обратила на это внимание, но все же не думаю, что это имеет отношение к делу.
Эриксон: Можем ли мы это установить?
Клиентка: Давайте подумаем. А вдруг я была левшой?
Эриксон: А еще что?
Клиентка: Помогите мне, пожалуйста! Просветите меня!
Эриксон: Допускается подсказка из зала.
Клиентка: Мне так нужна поддержка. После всего, что я испытала, мне кажется, что все присутствующие знают обо мне больше меня самой.
Финк: Можете ли Вы припомнить изменение Вашего отношения к замужеству?
Клиентка: К замужеству?! Я не помню, чтобы вообще имела к этому хоть какое-то отношение. Брак – просто необходимое зло. Подумайте только – изменение отношения к замужеству!

Росси: Хотя отношение к замужеству явно меняется, клиентка не хочет этого признавать.
Эриксон: Помните, как Вы возмущались, принимая ванну?
Росси:Я1 Возмущался, принимая ванну? Может быть. (Хохот)
Эриксон: Почему только «может быть»? Почему теперь Вы так спокойны на этот счет?
Росси: Кажется, я Вас понял. Это моя вечная проблема. Меня всегда бесит, когда я слышу, что мои волосы выглядят значительно лучше, если их модно подстричь. Я думаю – неужели сейчас они выглядят так: плохо? Я не решил для себя этот вопрос и не могу говорить спокойно на эту тему. Следовательно, спокойствие равнозначно полному разрешению проблемы.
Сильвестр: Кроме того, теперь это Ваша неотъемлемая часть.
Росси: Правильно. Очень хорошо сказано.

4.5. Вопросы, вызывающие автоматическую идеомоторную реакцию подсознания
Эриксон: Как бы нам установить, что Вы избавились еще и от прочих страхов?
Клиентка: Да не было у меня других страхов.
Эриксон: Можем ли мы определить, освободились ли Вы от них?
Клиентка: В принципе, можем. Но ведь нельзя избавиться от того, чего нет.
Эриксон: Сейчас я Вам все объясню. Эти перчатки лежат пальцами в правую сторону. Если Вы их повернете, то это будет означать, что Вы перестали бояться очень многих вещей.
Клиентка: А Вам не кажется, что это трудно доказать?
Эриксон: Давайте посмотрим: ведь Ваша правая рука свободна.
Клиентка: Это не более, чем сила внушения; вроде того, как убедить меня в том, что в другом кресле мне будет сидеть намного удобнее, чем в этом. Вне зависимости от результата, я должна буду пдэесесть в то кресло.
Эриксон: Хорошо. Если Вы развернете перчатки, то скажете нам, чего же Вы раньше боялись.
Клиентка: Думаю, будет лучше, если я просто немного поразмышляю об этом.
Эриксон: До тех пор, пока перчатки лежат по-старому, Вы не сможете избавиться от страхов и, следовательно, не сможете их осознать.
Клиентка: Если у меня есть какие-то страхи, то я не смогу даже подумать о них, пока не разверну перчатки?
Эриксон: Именно так.
Клиентка: Тогда мне все-таки следует их перевернуть. Так и быть, я последую Вашим указаниям.
Мисс Дей: Прекратите торговаться.
Клиентка: Чего я боюсь? Вспомни, Джейн, подсказка разрешена. Посмотри на нетерпение в глазах этих людей. Если я переверну перчатки, то смогу выяснить причину своих страхов.
(Переворачивает перчатки.)
Эриксон: Сейчас мы во всем разберемся.
Клиентка: В чем? В моих религиозных взглядах?
Эриксон: Так изменились ли как-нибудь Ваши привычки? Никто здесь не понимает, к чему я клоню.
Клиентка: И я?
Эриксон: Я пытаюсь это из Вас вытянуть.
Клиентка: Я стала больше курить.
Эриксон: Вы не будете возражать, если мы с мисс Дей выйдем в холл и немного посекретничаем?
Клиентка: Да нет, пожалуйста. Анна, не забудь, что ты хотела одолжить у меня денег. Вообще, все это очень мило.

Росси: А теперь Вы разговариваете с мисс Дей наедине. Это так?
Эриксон: (Кивает.)
Росси: Почему Вы так настойчиво добиваетесь автоматического подсознательного ответа?
Эриксон: Чтобы удостовериться, что я ничего не упустил из вида.
Росси: А почему Вы не доверяете сознанию? Вы считаете, что на сознательный уровень выведено еще далеко не все, да?
Эриксон: (Кивает.)

4.6. Динамика и разрешение затаенного страха наполняющейся ванны
Эриксон: Долго ли Вы были в отпуске?
Клиентка: Три недели.
Эриксон: Где Вы побывали?
Клиентка: В ___________________ .
Эриксон: И где Вам больше всего понравилось купаться?
Клиентка: В ванне. А что здесь такого?
Эриксон: Почему не в душе?
Клиентка: Понимаете, я люблю понежиться в ванне с журналом и с сигаретой – сидеть часами, пока не забарабанят в дверь.
Эриксон: А до января Вы любили принимать ванну?
Клиентка: Я всегда любила это делать, мне только не нравилось ждать, пока в ванну наберется вода. Вот если бы можно бьио нажать кнопку и ванна наполнилась мгновенно – то это было бы здорово!
Эриксон: А как Вы относитесь к этому сейчас?
Клиентка: Сейчас мне это безразлично – наверное, потому, что я теперь не боюсь воды, хотя собственно ванна с водой меня не пугала никогда.
Эриксон: Сейчас Вам это совсем безразлично?
Клиентка: Да. Я могу даже закурить, пока жду.
Эриксон: Вот Вам и другой страх, от которого Вы теперь избавились – страх наполняющейся ванны.
Клиентка: Это глупо. Не было у меня такого страха. Конечно, я волновалась, но если бы это было то, что Вы называете страхом, то я не смогла бы так долго сидеть и ждать. Эриксон: И это привело бы Вас к вытеснению страха в подсознание. Я хотел узнать про Ваши обычные приготовления к ванне – и в холле спрашивал мисс Дей именно об этом. Клиентка: Замечательно.

Росси: Не могу сказать, что Ваша трактовка страха наполняющейся ванны очень убедительна. Может быть, Вы и правы, но все это не вяжется со словами самой клиентки. Вот если бы она всячески избегала наполнения ванны и предпочитала бы душ, то это и впрямь можно было бы считать доказательством существования страха льющейся воды. Но Вы приводите совершенно противоположный довод: о страхе клиентки якобы свидетельствует то, как она, волнуясь, ждет наполнения ванны. Классический психоанализ объяснил бы это поведение образованием реактивного беспокойства в ответ на первоначальный страх. К сожалению, такая разновидность двойного связывания встроена в структуру психоаналитической теории и поэтому всегда существует вероятность неправильного истолкования действия пациента с точки зрения любой рабочей гипотезы. Это вносит большую путаницу, но в качестве терапевтического парадокса может быть даже полезно.
Эриксон: Каждый раз, когда мы наполняем ванну и моемся, вода в ней уменьшается.
Росси: Вы имеете в виду, что уровень воды понижается.
Эриксон: Но когда младшая сестра клиентки упала в ванну с водой, ее уровень поднялся.
Росси: Верно. Поэтому у клиентки и возник страх перед повышением уровня. Так вот что Вы имели в виду, когда предположили существование страха наполняющейся ванны!
И клиентка на самом деле очень боялась этого, а избавилась от своего страха, даже не осознав, что излечение наступило после Ваших сеансов. Вы действительно думали об этом! Вы предположили, что после того, как сестра мисс С. упала в ванну и уровень воды поднялся, у мисс С. должен был появиться страх перед водой, льющейся в ванну. Вы меня убедили. Надо же, я так внимательно все читал, а инцидент с падением Элен упустил из виду. Как у Вас все складно получается! Теперь все стало по местам.

4.7. Пачфобическая природа большинства страхов; созревание личности; решение проблемы переноса
Эриксон: Вы поняли, по каким признакам я обо всем догадался, так ведь?
Клиентка: Нет. Д-р Финк, да что с Вами случилось? Смотрите, он курит сигару.
Эриксон: Меня навело на мысль то, как Вы произнесли словосочетание «спасательный круг» («lifebuoy»), а затем разбили его на два слова.
Клиентка: Ну и что здесь необыкновенного? Два слова трудно объединить в одно.
Эриксон: Ладно, я очень рад, что теперь Вам нравится плавать. Вы сдержали свое обещание, которое дали по телефону, верно?
Клиентка: Что же я Вам обещала?
Эриксон: Спите. Вы будете спать, не правда ли? Не правда ли, Джейн? Засыпайте глубоко и крепко. Вы уже спите? (Клиентка кивает.) Вы подробно отчитались передо мной за весь свой отпуск. Вы действительно плавали. Вы и в самом деле почти избавились от своей тревоги; больше Вы уже не испытываете страха перед мостами; Вас уже не пугает наполняющаяся ванна, и Вас это очень радует. Вы полностью освободились от всех тех печалей, о которых здесь даже не говорилось, и Вам приятно осознавать, что теперь не нужно ни о чем беспокоиться. У Вас нет никаких поводов для волнения, правда? Это единственно верный путь, и только так – не ломая себя – можно победить свои страхи. Теперь Вы это и сами поняли. Отныне Вы не допустите, чтобы беспокойство овладело Вами, ладно? Могу ли я сделать для Вас что-нибудь еще? (Клиентка отрицательно качает головой.) Вы ведь знаете, что всегда можете позвонить мне, так? И, наверное, мне можно будет воспользоваться своим положением, чтобы – в свою очередь – позвонить Вам, когда мне потребуется помощь, верно? (Клиентка явно соглашается.) Вы в этом уверены? Никогда ведь не знаешь, что тебе может понадобиться. Я бы хотел иметь право обратиться к Вам в любое время. Оглядываясь назад, Вы понимаете, что с момента нашей первой встречи повзрослели всего на полгода, но если вспомнить, как много нового Вы узнали, то окажется, что Вы повзрослели значительно больше, и это сразу бросается в глаза. Хотите сегодня обсудить что-нибудь еще? Может быть, поговорим наедине?
Клиентка: (Долгая пауза) Теперь я курю сигареты лучшей марки. Все действия с автоматическим письмом завершились. «Ручная работа» окончилась.

Росси: Вы разбудили клиентку до того, как она произнесла последнюю фразу?
Эриксон: Здесь в тексте – пауза.
Росси: Что же произошло за это время?
Эриксон: Клиентка проснулась и произнесла свою реплику.
Росси: Очень важную роль играет здесь Ваша твердая уверенность в том, что большинство так называемых простых страхов имеют панфобическую лрироду. Ваш метод характеризуется тем, что наряд}' с главной, всем очевидной фобией Вы отыскиваете другие сопутствующие ей страхи и пытаетесь разрешить их совместно с решением основной проблемы.
Эриксон: Мы ведь живем не в каком-то изолированном мире.
Росси: Главная фобия – лишь одна из многих; изучая ее, Вы сталкиваетесь с другими страхами и стараетесь найти комплексный ответ. Простого страха не существует: это всегда панфобический отклик на множество возбудителей.

<< Предыдущая

стр. 13
(из 14 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>