<< Предыдущая

стр. 2
(из 6 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Основателем этого подхода являлся К. Маркс, полагавший, что социальный конфликт закономерно воспроизводится обществами, разделенными на классы имущих и не имущих, в которых неимущие, чтобы заработать на жизнь, вынуждены наниматься к имущим. Экономические интересы этих классов противоположны и непримиримы, поэтому такие общества обречены на конфликты. Разрешение этого противоречия (отнять и уничтожить частную собственность) марксизм видел и видит только через насилие, которое, с его точки зрения, оправдано целями созидания грядущего бесконфликтного и гармоничного общества.
С позиции энергетического подхода картина видится уже иной:
- простая и понятная массам неимущих мыслеформа идеологов марксизма быстро нашла последователей. Эгрегор2 поначалу небольшой кучки революционеров быстро превратился в мощнейшую энергоинформационную структуру, способную уже самостоятельно подключать к себе массы других людей с созвучными вибрациями;
- поскольку мыслеформа марксизма содержала в себе призыв к насилию, она (несмотря на то, что одновременно была насыщенна и позитивными призывами к свободе, равенству и братству и пр.) не могла не материализовать взрыв этого насилия и создать дисбаланс энергий в сторону страха, гнева и пр.;
- кроме того, по видимому, мощная активизация как земных, так и космических процессов, создающих пассионарное давление со стороны людей, не развитых духовно, то есть, не осознающих своей космической сущности и предназначения и “зацикленных” на производственно-преобразовательной (разрушающей природное и превращающей в искусственное) земной деятельности, неизбежно будет толкать их на разрушительно-преобразовательные действия, поскольку других паттернов в их умах нет или они не проявлены.
С этих позиций еще более возрастает актуальность понимания:
- содержания мыслеформ, а именно, недопущения негативных (допускающих возможность насилия, генерирующих чувства страха, гнева и пр.) формулировок, для достижения каких бы то ни было благих целей,
- степени духовности людей, к которым обращены эти мыслеформы. При нынешнем состоянии духовности постсоветских граждан, возможно, вообще нельзя “работать” на большие количества людей.
Не менее важной, видится необходимость целенаправленной работы, направленной на создание условий для духовности и самореализации людей.
3. Структурно-функциональная парадигма
Здесь конфликт понимается как "бедствие", напряжение, деформация, дисфункциональный процесс в социальных системах. Идея этого подхода в том, что за счет тотальной организации можно снять проблему агрессии, конфликтности, насилия вообще.
В конфликтологии данный подход представляется бесперспективным, ибо рассмотрение конфликта как беспорядка отрывает конфликтный функционализм от повседневной практики. Такой подход оправдан в известной мере для периодов стабильного состояния социальных систем. В период же трансформации такие сбои вполне естественны.
Энергия, согласно функционалисткой парадигме, должна идти равномерно. Но невозможно человека “упорядочить” до такой степени, чтобы его энергетика была бы регулируема извне.
4. Диалектико-созидательная парадигма
С точки зрения этого подхода, конфликт функционален для социальных систем, он неизбежен и совсем не обязательно разрушителен. Он созидателен, насилие же есть следствие неумения конфликтом управлять. Конфликт есть форма изменений и его вклад в развитие организаций может быть просто неизмеримым, особенно при стимулировании продуктивного соревнования. А отрицание конфликта - отрицание развития общества и его отдельных структур и ячеек. Ненормальным является не наличие, а отсутствие конфликта в организации. Социальный конфликт присущ всем уровням жизни и структурам социальных систем, не может рассматриваться как девиантное поведение, патология или слабость поведения, выступает великой созидательной силой, что ведет к изменениям в обществе.
Диалектическая теория социального конфликта предполагает динамическое объяснение процесса изменения. И одно из наиболее существенных преимуществ подобного подхода в том, что он фокусирует внимание на динамических элементах социальных взаимоотношений. Не "бесконфликтность", а искусство преодоления внутренних и внешних противоречий и использование их в интересах организованного целого является одним из признаков действенной организации.
Таким образом, сторонники диалектико-созидательного подхода в изучении и разрешении конфликтов, не отрицая определенных негативных сторон, выделяют позитивную роль конфликта в жизни общества и его основных ячеек. Группы, которым не брошен вызов, более не способны к творческой реакции; конфликты помогают членам организации понять кто они есть как люди, что заставляет их быть сердитыми, что пугает их, что важно для них и как они пытаются управиться с конфликтом - все это высвечивается во время конфликта с другими.
Вместе с тем нетрудно заметить, что люди в своей основной массе обычно не чувствуют позитивности конфликтов.
Как выглядит диалектическая парадигма с точки зрения энергетики? Здесь можно утверждать следующее. Эта теория признает реальность как таковую со всеми вариантами перетоков энергий и самыми различными формами конфликтирования. Вместе с тем энергетические корни конфликтного взаимодействия практически не рассматриваются, все основные разработки и технологии связаны с достижением того или иного решения. Нет предупреждающего согласования энергий в целях избежания их столкновения и система не приращивает объем вовлеченных в нее энергий. В лучшем случае удерживает, чаще всего уменьшает.
Оптимальное же согласование достигается тогда, когда возникает эффект увеличения энергий у всех сторон конфликта, у всех действующих сил.
Здесь можно отметить особенности, позволяющие лучше понять сущность конкретного социального конфликта:
- любой социальный конфликт начинается с дисбаланса энергий социальных групп;
- этот дисбаланс (недостаток энергий у одной или всех сторон конфликта) может быть “организован” и третьей силой, как социальной, так и эгрегориальной;
- организованное таким образом мышление (что конфликт есть нормальное явление) не может не воспроизводить социальный конфликт (подобное притягивает подобное);
- конфликтолог с таким образом мышления уже своими мыслями может усилить или даже “организовать” социальный конфликт.
Для нашей темы крайне важным является одна из ключевых идей этой парадигмы – о позитивном влиянии конфликта. Далее это позволит нам разделить социальную напряженность среди прочих на созидательную и деструктивную составляющие.
5. Парадигма ненасилия
Основное в этом подходе сводится к переориентировке фокуса борьбы от личностей к принципам: не избегай конфронтации, будь открыт к общению и самокритике, ищи решение и быстро двигайся к нему, будь взвешенным в своих действиях и т.п.
Практически ненасильственная борьба представляет собой политическую технику, использующую социальные, психологические, экономические и политические методы воздействия на оппонента, исходя из ключевой посылки: относись к оппоненту, не как к врагу, а как к потенциальному союзнику, выражая готовность к взаимопониманию, диалогу и сотрудничеству.
С энергетической позиции ненасилие выглядит как результат силы человека или социальной группы, набравших энергию и спокойно разместившихся в пространстве социума, обладающих адекватным мировосприятием и самоопределением.
6. Социально-психологическая парадигма
Эта теория - основная для нашего исследования - объясняет конфликт именно посредством роста социальной напряженности и посвящена рассмотрению механизмов накапливания групповой агрессивности за счет действия ряда общественных факторов.
Данная теория утверждает, что типичные черты современного урбанизированного индустриального общества (чаще всего подразумевается перенаселенность и скученность людей, особенно в городах, сложность социальных организаций, обезличенность отношений, динамизм социальных изменений и нестабильность) влекут за собой возникновение напряжений у значительного числа людей.
Степень интенсивности напряженности увеличивается с уменьшением дистанции между группами с соответствующим увеличением объемов энергии в их взаимодействии. Влияют на напряженность негативный опыт социализации и фрустрации, порождаемые обучением в школе и трудовой деятельностью. Человеку постоянно навязывают задания, сроки и пр., и он постоянно находится под угрозой наказания за их невыполнение.
Напряжения и фрустрации накапливаются до тех пор, пока не переливаются в групповые взрывы насилия различных типов и уровней интенсивности как методах высвобождения накопившейся энергии или, если не смогли разрядиться на социум, “по-тихому” разрушают и убивают человека.

Согласно Берковицу, общая схема развития событий представляется следующей:
· Фрустрация (включающая и относительную депривацию, т.е. разочарование, обусловленное неосуществленными ожиданиями).


· Возникновение чувства гнева


· Открытая агрессия (но только в том случае, когда наличествует объект, в отношении которого и направлена агрессивная реакция) (см. 36).
В основе парадигмы социальной напряженности лежит теория относительной депривации, утверждающая, что, во-первых, человеку присуще стремление к удовлетворению базовых потребностей и у индивидов есть определенные ожидания в части их удовлетворения. Разрыв между ожидаемым и действительным их удовлетворением создает напряжение. Индивид становится фрустрированным. Это создает гневную реакцию или готовность к агрессии. Агрессия, как и в выше приведенных теориях, рассматривается как прирожденно обусловленная реакция в состоянии гнева. И если наличествуют определенные условия, то индивид разразится действиями против общества. При этом спусковым крючком, поводом может оказаться буквально любое событие.
Коллективная природа этого феномена исходит из числа людей, чувствующих депривацию в одно и то же время. Высвобождение эмоциональной энергии социальной напряженности здесь можно представить в виде разряда молнии, как быстротекущее проявление разности потенциалов.
Поскольку сама социальная напряженность проявляется, прежде всего, на социально-психологическом уровне, в групповых эмоциях и фактах поведения, ее довольно легко фиксировать и замерять, как изменения настроения недовольства, неудовлетворенности, роста пессимизма, а так же легко фиксировать изменения в характере поведения людей - ажиотажный спрос, участие в митингах, рост числа мелких стычек в городском транспорте и дома и пр. Однако, как показывает практика, удобная в плане измерения социальная напряженность, оказывается неприменимой в плане прогнозирования ситуаций, когда напряженность трансформируется в конфликтные действия. В 90-е годы в России провалилась масса прогнозов социальных взрывов, хотя показатели уровня социальной напряженности “зашкаливали” все возможные пределы.
Вероятно здесь срабатывают особенности субкультуры, которую можно образно представить вязкостью социальной среды, внутренней толерантностью населения. Понятие вязкости социальной среды коррелирует с определением толерантности, приводимом А.Асмоловым: «приобретенная устойчивость; устойчивость к неопределенности; этническая устойчивость; предел устойчивости (выносливости) человека; устойчивость к стрессу; устойчивость к конфликту; устойчивость к поведенческим отклонениям» (23, 6). И нас в данном исследовании интересует толерантность «уже не столько как терпимость к чужим мнениям, верованиям, нравам, привычкам …, сколько как способность переносить неблагоприятные воздействия и как признак уверенности в собственных духовных ценностях, не опасающихся духовной конкуренции» (И.А.Латыпов в 52, 79). Тогда можно выделить пять зон социальной вязкости: 1) Высоко тягучая среда, не способная ни к каким эмоциональным взрывам. Ее можно наблюдать в сообществах, проживающих в самом тесном контакте с природой (люди автономно проживающие вдали от крупных городов, в различных “медвежьих углах” России: северные народы и пр.). 2) Средне тягучая среда - немногочисленные группы экологически ориентированных людей в городах. 3) Текучая среда - активно реагирует на любой подъем напряженности, но не деятельностной активностью, а трансформируя ее в мыслеформы страха и гнева. Это те люди, что постоянно находятся в суете бытия, которая не дает им свободы для активной реализации своих чувств. 4) Быстротекучие - группы людей очень сильно реагирующих на внешние возмущения. Они всегда готовы к формам внешнего действия: от демонстраций до бунтов и восстаний. 5) Сверхтекучие - в отличие от четвертой группы, они специально ищут и создают поводы для возмущений и взрывов энергий в социуме. Это потенциальные революционеры всех мастей, идеологи и лидеры таких движений.
Еще два важных положения теории социальной напряженности. Во-первых, учитывая выше сказанное, социальную напряженность нельзя ликвидировать вообще, а, во-вторых, ее и не нужно ликвидировать, лучше удерживать в определенных оптимальных пределах, ибо тогда она есть не что иное, как тонус общества или социальной группы. Важно, чтобы эта напряженность порождала не чувства страха и подавленности, а побуждала к позитивной созидательной деятельности. «Толерантность призвана направлять напряжение между свободой индивидов и сплоченностью групп, напряжение между повседневным поведением и самоосмыслением, поиском абсолютного основания, смысла своей жизни, напряжение между своими и иным, которое может быть чужим, чужеродным, злым, напряжение своей перспективы и перспективы другого, где гарантом толерантности, т.е. равенства позиций, мирного сосуществования может быть только общий горизонт». (А.В.Меньшиков в 52,166).
Как выглядит теория социальной напряженности с энергетической точки зрения? Во-первых, становится совершенно ясным, что в крупных городах, в принципе не может быть создана позитивная оптимальная энергетическая ситуация для индивидов или групп. Здесь всегда сосредоточена масса конкурирующих между собой эгрегоров, число которых будет во много раз больше числа жителей. Каждый горожанин одновременно входит в несколько относительно постоянных структур (семья, работа, компания друзей, общественные организации, толпы в транспорте, в местах развлечений и пр.), каждая из которых имеет свой эгрегор, претендующий на энергию этого горожанина. Кроме того, в городе всегда имеется бесчисленное множество сиюминутных энергетических контактов с другими людьми, в ходе которых идет постоянный бессознательный хаотический энергообмен - энергетически ослабленные люди постоянно подпитываются от сильных.
Кроме того, как показывают люди обладающие экстрасенситивными способностями и умеющие “просто видеть” эти перетоки энергии и действие эгрегоров, и что подтверждается аппаратурно, практически все здания, и прочие искусственные сооружения в городе (в отличие от “живых” природных объектов - дающих энергию людям), или отнимают у человека энергию, или подпитывают его негативной энергией. Потому в деревне люди, как правило, спокойны и неторопливы. В крупном городе - суетливы и легко возбудимы.
Выход здесь видится только один - рассредоточение людей по относительно небольшим экопоселениям. Имеется в виду не организация “спальных районов” в больших городах - это может быть принято лишь как полумера, а создание информационно-аграрных поселений.
Во-вторых, о социальной напряженности, как социально-психологическом состоянии человека в социуме или группы, можно говорить как о континууме рассогласования между ожидаемым и действительным удовлетворением потребностей, которое создает некое эмоциональное напряжение (коллективная эмоция - как потенциальная энергия), в котором можно выделить три зоны. Оптимальная зона - в которой социальная напряженность выступает как тонус, побуждающий людей к активной сознательно управляемой созидательной деятельности, направленной на удовлетворение своих истинных потребностей, не насильственной по отношению к людям и не разрушительной по отношению к природе. Зона анемии, когда нет тонуса (желания подавлены, базовые потребности не удовлетворяются) - действий не происходит. Это не естественное состояние для групп людей и может иметь место только когда энергия отдана или отобрана чуждым для них коллективным эгрегором. Зона фрустрации - когда люди не могут удовлетворить свои базовые (или внушенные социумом - коллективным эгрегором) потребности (или не знают как, или видят непреодолимые препятствия, или не имеют средств для достижения целей), энергия не находит выхода и копится в людях. Далее она или агрессивно выбрасывается, или “сжигает изнутри” самих людей.
Если следовать в русле такого понимания, то социальная напряженность (СН) выступает как устойчивая интегральная эмоция той или иной общности людей: социальной группы или общности людей, компактно проживающих на какой-либо территории. СН также может носить позитивный или негативный характер.
Причинами позитивных или негативных коллективных эмоций будут выступать соответствующие коллективные мыслеформы (эгрегоры) созидательные (соответствующие предназначению) или разрушительные деструктивные элементы и/или направляющие людей на неверный (не соответствующий их предназначению) путь. При этом подчеркнем, что оценка СН возможна только по последствиям ее разрешения, на исследовательской стадии возможно лишь прогнозирование характера СН.

3.1.3.2. Неконфликтные методы согласования интересов
Наши взгляды на неконфликтные методы согласования интересов отражены в монографии «Малтилог», изданной в 2001 г. (см. 10). Потребность в этом типе общения обусловлена в том числе новым этапом жизнедеятельности этого гигантского космического организма под названием Земля. Стоит обозначить систему действующих разрушительных факторов как следствие многовековой антропоцентристской позиции Человечества (по крайней мере той его части, которую часто называют «золотым миллиардом»):
· резкое возрастание угроз массовых эпидемий типа лихорадки Эбола, СПИДа, гепатита, цикла болезней на базе прионовых белков и прочего, что может еще выплыть из небытия под воздействием разрушительного «развивающего» движения людей по так называемому пути прогресса;
· экологическая ситуация (экологический императив), все более достигающая предельной критичности своих параметров (разрушение океанов, нарастающий дефицит питьевой воды, озоновые дыры, критическое состояние воздушной среды, непрерывное разрушение земельных ресурсов, геометрическое увеличение слабоуничтожимых и просто неуничтожимых отходов, химизация и непрерывное ухудшение на этой основе качества продуктов питания и пр.);
· не стоит сбрасывать со счетов и глобальное потепление, о котором все больше сообщают специалисты. Становится возможной массовая миграция населения в связи с нарастающими изменениями климата планеты и возможным затоплением обширных территорий планеты.
В этих условиях любые коммуникации с конфликтными составляющими только усугубляют ситуацию. Возникает необходимость все более решительного ухода от негативно протекающих взаимодействий состязательного типа и поиска, более того, создания зон неконфликтного позитивного развития.
Решение такой задачи требует, на наш взгляд, выхода на три основных методологических ориентира:
· онтологизации этики и представления посредством этого человека как космического явления со всеми вытекающими отсюда последствиями;
· развитие систем самообучающихся и просветленных организаций;
· все большего распространения внеконфликтных методов общения типа поисковых конференций (search conference - США), технологий открытого пространства (open space technology - США) и малтилога (за рубежом мы иногда называем его «русской открытой игрой»).
Самообучающиеся и просветленные организации и особенно малтилог будут основными методами нашего исследования и технологического поиска.
Будущее, входя в реальность мира, все более подталкивает к поиску новых решений и новых энергий для их реализации. Глобализация усложняет для каждого человека ситуацию в совершенно невероятной степени. И ответом становится все возрастающий спрос на целостное видение сложившегося, на комплексное восприятие, на сжатие реальности «точно-во-время». Турбулентность ситуации все более обесценивает прошлый опыт, на котором сегодня силами уходящей цивилизации уже ничего нельзя создать кроме все нарастающей массы вещей.
Проникновение в многогранность истины требует не только многих наук, но и умений согласовывать данные этих наук. Дробление и слияние – две стороны одного процесса. То же самое и об образовании, где нужно учить не только азы и буки различных наук, но и согласовывать их между собой.
Многообразие ныне таково, что согласование позиций нужно повсеместно и ежедневно. Разрывы диалогового общения стали столь несомненны, что уже очевидны, не говоря уже о монологовом общении. В таком окружении, с практически непредсказуемым обычными методами будущим, адаптация организации, ее приспособление к реальности становится невозможным. Об этом пишет Вейсборд, указывая необходимость развития организациями принципов активной адаптации (см. табл. № 1) (12, 74).
Таблица № 1
Характеристики турбулентного окружения
Принципы активной адаптации
Внезапные изменения
Неопределенность
Ненамеренные обстоятельства
Сложность
Гибкость
Инновации/Креативность
Социальная ответственность
Участие/Сотрудничество

В окружении турбулентного и кажущегося непредсказуемым изменения, быть адаптивным явно непродуктивно. Жизнь становится непрерывным и бесконечным разрешением конфликтов, базирующихся своими корнями в прошлое и мало чего дающими будущему. Слишком уж реальность изменчива. А кругами, через повторяющееся, двигаться не удается. Опыт говорит только о прошлом, которое в этих условиях слабо связано с будущим.
Правила всемирной игры меняются непрерывно и сделать стратегический выбор в позиции приспособления становится совершенно невозможным. Стратегические решения, основанные на данных о прошлом, сразу же воспроизводят отставание организации от реально развивающихся процессов, ибо победители работают на других технологиях. Нельзя сегодня идти вперед и строить какие-либо цели непрерывно оглядываясь в прошлое, на уже пройденный путь. Слишком многих «ям» из будущего можно не заметить и попасть в одну или несколько из них. «Мир движется от ситуации разрешения проблем экспертами для людей к совместному, включая экспертов, совместному изменению целостных систем» (там же, XI). Толерантность решений все более достигается договором, соглашением и принятием ключевых мыслеформ.
Проблемный подход как таковой абсолютно неприемлем для развития России. Жесткая реальность требует совершенно иных решений. Что было оправдано для машинно-конвеерного типа производства, вряд ли будет распространенным при научно-информационном типе производства, а тем более в обществе единого сознания. Требуются иные модели организаций, иная культура взаимодействия людей в них.
В мире разработано несколько основных методов неконфликтного согласования интересов.
Технология открытого пространства (США, open space technology) специфична своей слабой структурированностью и ориентированностью на самоорганизацию. Фасилитации процесса не проводится. Группы формируются сугубо добровольно и по предложениям самих участников, которые собираются или составом социальной организации, или тематически. Самым большим плюсом такого подхода является возможность охвата достаточно больших групп участников – многих сотен людей. Максимальна мотивация участников, так как никто никого ничего не заставляет делать. По сравнению с малтилогом меньше плотность общения, так как игра не проектируется и обучение участников базируется только на обмене уже имеющейся информации.
В играх – поисковых конференциях будущего (США, future search conference) есть фасилитаторы, есть общая тема обсуждения, ориентированная на определение вариантов будущего развития социальной организации. Работа проходит в группах, что порождает последующие эффекты группового сплочения. Но группы построены по принципу контактности, а не спроектированы как в малтилоге по специально выбранным позициям, что порождает в последнем особую плотность общения.
Принципиальное отличие малтилога от других игр («открытого пространства», «поисковых конференций», ОДИ и др.) в том, что этика общения принята как основное. Все элементы могут меняться, но принципиальная и нерушимая свобода человека соблюдается, как незыблемый принцип. Человек понимает и принимает свободу своего выбора, размещает себя в поле тотального творчества.
То же самое и в «открытом пространстве», и в «поисковых конференциях». Однако есть еще одно отличие – степень концентрации экспертного опыта, который в малтилоге за счет позиционности всех участников усиливается многократно, обеспечивая куда более плотные по энергетике итоговые мыслеформы. При этом мы исходим из самостоятельности существования смыслов.
Разработанная нами концепция малтилога включает несколько основных моментов:
во-первых, эффективное и быстрое позитивное изменение структур сознания больших групп людей;
во-вторых, технологии подготовки, проведения/управления и рефлексии игрового события;
в-третьих, эффективные методы достижения согласия сотрудничающими технологиями, не опирающимися на привычные способы разрешения социальных конфликтов;
в-четвертых, интеграцию в игровой процесс психоэнергетических методов, позволяющих решительно развить интуицию участников и обучить персонал сознательно использовать ее для принятия более обоснованных решений;
в-пятых, реализацию во временном режиме многих идей самообучающейся и просветленной моделей организаций;
в-шестых, использование принципов системного подхода и анализа, так как во время игровых ситуаций приходится иметь дело со всеми типами и взаимоотношениями различных объемов систематизированной информации с учетом проблемы незнания;
в-седьмых, организацию экспертно-ориентированного обмена знаниями. Все участники малтилога принципиально рассматриваются, как и члены игровой команды, и общаются как эксперты в той или иной области жизнедеятельности, а игра выступает полем их самореализации;
в-восьмых, осуществление принципа активности (проактивности).
Мы используем малтилог как эффективный социологический метод сбора и обобщения экспертами значительных массивов социологической информации, в нашем случае в связи с тематикой устойчивого развития и социальной напряженности в России.

3.2. Системный анализ понятий и
исследовательские гипотезы

3.2.1. Проблема исследования

На основе сравнительного анализа зон (областей, краев и республик) позитивного развития, зон повышенной социальной напряженности, зон анемичного действования и зон деструктивного развития предложить администрации Президента, органам исполнительной и законодательной власти Российской Федерации удобный инструмент мониторинга социальной ситуации и метод разработки позитивных мыслеформ для управления страной и федеральными округами в период трансформации и необходимости обеспечения реализации идей толерантности как основы позитивного развития.

3.2.2. Цели исследования

1. Создание эффективной созидательной исследовательской программы получения информации о социальной стабильности и социальной напряженности в России для выяснения социальных узлов эффективности и противоречий и актуализации федеральной программы относительно этих точек. Разработка методов, позволяющих безболезненно, не увеличивая негативного общественного напряжения, изучить точки воздействия на общественное сознание для создания сбалансированной экономически и социально стабильной ситуации в стране.
2. Поиск и разработка ключевых критериев, характеризующих социальную стабильность и напряженность в обществе, качественных и количественных методов их диагностики. Разработка наиболее эффективных методов, при помощи которых можно точно диагностировать точки социальной стабильности и точки социальной напряженности в обществе и конструировать позитивные мыслеформы.
3. Разработка программы и методики крупномасштабных исследований, направленных на диагностику социальной стабильности и социальной напряженности в стране.

3.2.3. Объект исследования

Общность людей на территории России (Россия, федеральные округа, крупные города – более 300 тыс. населения), областные, краевые, республиканские центры.

3.2.4. Предмет исследования

В качестве предмета исследования выступают ключевые мыслеформы, обеспечивающие той или иной территории (области, крае, республике) социальную стабильность, социальную напряженность, социальную анемию или социальную деструкцию.

3.2.5. Системный анализ предмета исследования

3.2.5.1. Состояния социальной ситуации
Мы вычленяем четыре таких состояния (см. схему №1) в период трансформации общества.
На основании экспертного опроса, собственной работы исследователей определяются точки социальной напряженности в той или иной социальной группе, которые затем идентифицируются с описаниями состояний социальной напряженности в различных зонах.
1. Зона социального развития, которая характеризуется созидательной социальной напряженностью (социальной стабильностью) на основе позитивных мыслеформ. В результате развития возникает новое качественное состояние объекта - его состава или структуры. Как пишет Акулич, «норма и правила не устанавливаются быстро и единовременно. Они формируются постепенно в процессе совместных действий людей. Правильным (нормальным) начинает признаваться поведение, которое ведет к эффективным действиям и способствует устойчивости, стабильности в развитии общества» (38, 8).
2. Зона социальной анемии, характеризующаяся стагнацией в экономике, застоем в культурной и духовной жизни общества. Отсутствие организующих мыслеформ. Спящая социальная среда, неспособная ни к каким эмоциональным взрывам.
3. Зона деструктивной социальной напряженности – разрушение структуры общества в форме распада на фоне полного духовного кризиса, разрушенных мыслеформ.
4. Зона социального насилия – разрушение структуры общества в форме революционного развития, характеризующееся качественными изменениями в структуре объекта. Насильственный поиск эффективных мыслеформ.

Схема № 1. Состояния общества в период трансформации






ТОЛЕРАНТНОСТЬ









ИНТОЛЕРАНТНОСТЬ

ЗОНА
ДЕСТРУКЦИИИ


Если рассматривать вышеприведенную схему, то можно сказать, что развитие общества идет в рамках усиления социальной напряженности от анемии к созидательному развитию общества посредством разрешения накапливающегося напряжения в актах эволюционного и революционного преобразования. При этом основным аттрактором социального созидательного развития выступает присвоение духовных ценностей, движение к просветлению посредством позитивных мыслеформ. Просветленность общества мы рассматриваем как социальную политику, которая строится на основе принятия научно-обоснованных идей Мира, устроенного Сознанием. Духовное развитие, направленное к просветлению, вызывает сдвиги в общественной системе скорее посредством изменения ключевых мыслеформ, чем посредством силы. Следствия этой политики – перевод значительными группами людей причинности своего собственного бытия из внешне-детерминированных во внутренне-детерминированные схемы. Движение к просветлению может затрагивать все стороны функционирования группы и территории – от состояния людей, ее составляющих, и до всех остальных структур, обеспечивающих ее функционирование и развитие.
Обозначив четыре зоны, мы можем в них разместить типы ситуаций в динамике: социальная напряженность – просветленность (социальная стабильность) (см. схему № 2).
Схема № 2. Типы ситуаций

1.Катастрофическая социальная напряженность
2. Очень сильное социальное напряжение
3.Предельное социальное напряжение духовного переустройства
4. Сильная позитивная социальная напряженность
5.Позитивная социальная напряженность
6.Сильная просветленная позитивная напряженность
7.Анемичная социальная ситуация
8.Спокойно-созидательная ситуация
9. Ситуация высокой просветленности
П Р О С В Е Т Л Е Н Н О С Т Ь
1. Катастрофическая социальная напряженность – зона насилия. Сигналы – бунты, революции, погромы и прочее.
2. Очень сильное напряжение, страхи перед грядущими изменениями – зона насилия. Может сопровождаться массовыми уличными беспорядками без ясно выраженных намерений.
3. Предельное напряжение переустройства под новую духовную модель – зона деструкции старой модели сознания. Высокая пассионарность людей во имя духовного обновления. Массовые стихийные молебны, исходы в «народ» и прочее.
4. Сильная позитивная напряженность при минимальной ориентации на духовные законы бытия - зона деструкции существующей модели экономического развития.
5. Позитивная напряженность пронизана первичными искрами просветления. Обычно это связано с оживлением религиозных движений - зона деструкции атеизма, начало духовного развития.
6. Сильная позитивная напряженность - высокая просветленность - зона духовного развития. Можно утверждать, что общность интересов превосходит индивидуалистические устремления. Соборность восходит на первый план. В мировоззрении начинает преобладать идея Божественной первопричинности.
7. Низкая социальная напряженность, низкая духовность (просветленность) – зона социальной анемии.
8. Низкая социальная напряженность, средний уровень просветленности (духовности) – зона эволюционного выхода из анемии. Спокойно-созидательная ситуация.
9. Ситуация высокой просветленности, когда люди творчески напряженно решают любые задачи. Ограничений у них нет. Они в точке Великого Сейчас. Они в точке бифуркации.
Ситуация может развиваться быстро (революционная ситуация) и медленно (эволюционная ситуация). К особенностям всех ситуаций следует отнести то, что они возникли как результат работы сознания социальных групп. Ситуации создаются не сами по себе. Любая социальная группа создает свою ситуацию. Именно поэтому так важны любые формы согласования мнений в группе, ибо как мы думаем в группе, такую реальность мы и формируем вокруг нее, притягивая по закону Подобия соответствующие силы энергии, проходя через причинности, - последствия своего же собственного мышления и поступков - всей системой собственной жизни.
Таким образом, источниками позитивной напряженности, испытываемой территориальной социальной общностью, группой или индивидом, в конечном счете являются мыслеформы, определяющие вектор и цели их деятельности. Мыслеформы не содержащие негативных, разрушительных элементов и организующие деятельность человека в русле его предназначения (удовлетворения его истинных потребностей как космобиосоциального существа), сами будучи порождением позитивных эмоций, усиливают эти позитивно окрашенные эмоции (энергии), которые по принципу «подобное к подобному» притягивают или организовывают вокруг них такие же позитивно окрашенные события.
Мыслеформы, содержащие негативно окрашенные элементы и/или организующие деятельность социальных групп не в русле их предназначения, соответственно, вызывают и усиливают негативно окрашенные эмоции (энергии), которые притягивают и организовывают вокруг них так же негативно окрашенные события.
Если следовать в русле такого понимания, то социальная напряженность (СН) выступает как устойчивая интегральная эмоция той или иной общности людей (социального организма) - социальной группы индивидов, сознающих (идентифицирующих) себя как "мы" – общность по какому-либо важному для них признаку, который является кодовой мыслеформой, выступающей основой для формирования коллективного эгрегора.
СН также может носить позитивный или негативный характер.
Исходными причинами позитивных или негативных коллективных эмоций будут выступать соответствующие коллективные мыслеформы (эгрегоры), направляющие людей на верный (соответствующий их предназначению) или неверный путь, а также содержащие или не содержащие в себе элементы насилия, разрушения, нетерпимости и т.п.

3.2.5.2. Социальная стабильность, напряженность и толерантность
Если рассматривать толерантность, как терпимость к чужому образу жизни, поведению, обычаям, чувствам, мнениям, идеям, верованиям, то социальная напряженность в группе может, с одной стороны, определяться коридором толерантности, заданным законами духовной жизни, с другой, это социокультурный феномен, определяемый моральными качествами личности в интересах успешности ведения "культурного" диалога и в целях избегания межкультурных конфликтов с различными социальными, культурными группами или их представителями.
При этом именно духовное развитие индивида определяет его истинную толерантность, основанную на выборе нравственных законов Бытия, в отличие от квазитолерантности, основанной на соблюдении правовых норм. Социальная напряженность в группе будет возрастать при смене лидера, изменении условий жизнедеятельности групп, наличии противоречий образа Мира, сконструированного группой, и реальным Миром. Чем терпимее группа к проявлению другой культуры, тем меньше социальная напряженность.
Выход группы из толерантности, ее движение к толерантности может идти по трем основаниям:
1. Борьба за власть (политические конфликты, военные конфликты).
2. Борьба за ресурсы (экономические конфликты).
3. Борьба или отстаивание базовых ценностей, определяющих идентификацию социальных групп в обществе (этнические конфликты, конфессиональные конфликты).
Самая больная точка в изучении и использовании теории социальной напряженности связана с моментами неясности: при каком уровне напряженности в обществе или локальном сообществе может произойти взрыв насилия? То есть, здесь нужно знать ту особенность культуры, которую можно назвать вязкостью социальной среды. Используя замеры социальной напряженности в конкретной социальной группе, следует первоначально диагностировать именно этот аспект конкретной социальной реальности.
Социальная напряженность в трансформирующемся обществе рассматривается в контексте смены парадигм техногенной цивилизации в аграрно-информационную экоцивилизацию. Смена парадигм - это, прежде всего, смена культурных оснований, переход от культуры Войны к культуре Мира, от квазитолерантности сознания, основанного на соблюдении правовых норм, к толерантности на основе выбора духовных ценностей развития.
Социальная напряженность общественного сознания в переходный период от одного типа общества к другому формируется как ответ на:
а) глобальную ломку устоявшихся социальных стереотипов и появлением новых стереотипов и мифов (например, предпринимательство, суверенитет, права человека и др.);
б) изменение системы ценностей;
в) кризис социальной идентичности, в рамках которой строится образ “Я”;
г) модификации в построении образа другого человека.
Здесь важно выйти на позитивные мыслеформы видения будущего, так как сам исследователь конструирует образ социального мира.
Социальные группы. Анализ социальной напряженности в обществе будет рассматриваться через призму различных социальных общностей - социальных групп.
Нами выбраны следующие рамки (социальные группы) исследования социальной напряженности:
1. Естественные группы:
· мужчины/женщины;
· возрастные группы (подростки, молодежь) и т.д;
· национальные группы.
2. Искусственные группы (экономическая классификация):
территориальная общность города;
экономические группы (богатые, средний класс, бедные);
криминальные группы (институты);
силовые структуры (институты);
религиозные группы;
образовательные группы (по уровню образования);
институт медицины;
образование (институты);
группы по занятости.

3.2.6.
Гипотезы исследования. 1

1. Социальная стабильность и социальная напряженность есть производные от типа духовной ориентации, преобладающей на изучаемой территории в жизнеобразующих социальных процессах. При этом:
- социальная стабильность – есть процесс динамического развития, реализация накопленной воли;
- социальная напряженность – сверхэнергичный поиск базовых ценностных оснований (структуры воли);
- социальная анемия – сон поиска воли, замедленный поиск базовых ценностных оснований;
- социальная деструкция – прекращение поиска воли, зачастую безвозвратное разрушение базовых ценностных оснований.
2. Социальная анемия описывает социальные группы или территории (территориальные социальные общности) с временно замедленным режимом функционирования вследствие преобладания у населения настроений и сознания, внешне ориентированных устремлений и организации циклов жизнедеятельности.
3. Социальная деструкция описывает процесс прекращения людьми социальной жизнедеятельности вследствие потери воли к сознательному выстраиванию жизни.
4. Толерантность есть процесс оформления общения между людьми и социальными группами в условиях принятия различных типов энергий, культур, религий и других жизненно важных позиций. Толерантность общественного сознания людей и их общностей определяется их духовными устремлениями и проявляется в явлениях вязкости содержащих позитивные, негативные и нейтральные мыслеформы.

3.4.5. Социогеографический метод
.
Объектом данного исследования определена Российская Федерация, евро-азиатская ойкумена, страна-континент. Обширность объекта ставит перед необходимостью использования более адекватных средств оформления исследовательской информации. Мы согласны с Ю.Л. Качановым, что традиционные средства не позволяют концептуально описать событие «Россия». «В социологии наступает время замены феноменологического мышления – технологическим… Мы в состоянии строить в целях социологического объяснения все более и более детальные, «тонкие» технологии на полной совокупности сущих социального поля «Россия», объединяя то, что казалось далеким, и различать то, что казалось близким и почти идентичным» (40, 117).
Речь идет о цветовом политико-географическом образе, который способен представить «квинтэссенцию» социальной стабильности и социальной напряженности континента «Россия». «Серии геополитических образов могут восприниматься как калейдоскоп, который формирует динамическое поле образов. Это уникальное пространство (производное второй степени от традиционного географического пространства) закладывает внутрь себя скорость и темпы ускорения описанных процессов. Время оказывается растворенным и «переваренным» в рамках пространства, которое осуществляет «мониторинг» самого себя» (41, 18).
В этих целях для обработки данных исследования будут использованы программы Geo Graph и Geo Draw (42, 43), разработанные Центром Геоинформационных исследований института Географии РАН.

3.5. Список литературы:

1. Зайцев А.К. Социальный конфликт на предприятии. Калуга, Калужский институт социологии, -1993.
2. Зайцев А.К. Парадигмы насилия и ненасилия в конфликтологии // Социальный конфликт, - 1999. –Т. 24 - № 4. – с.3-22.
3. Зайцев А.К. Социальный конфликт - М.: Академия, 2001.
4. Зайцев А.К. Социальный конфликт. Изд. 2, - М.: Академия, 2002.
5. Зайцев А.К. Парадигмы конфликтологии: энергетическая сущность // Социальный конфликт, - 2001. – Т.34. - № 6. - С.3-37.
6. Зайцев А.К. Парадигмы конфликтологии: энергетическая сущность //Социальный конфликт, - 2002.- Т.35. -№ 1.
7. Цой Л.Н. Конфликт как потенциальное пространство разрушающей и созидающей энергии // Социальный конфликт, - 2001. – Т.34. № 6. – С.38-53.
8. Варфоломеев С.А. Дзен в разрешении личностного конфликта консультанта и клиента // Социальный конфликт, - 2001. – Т.34. № 6. -С. 79-95.
9. Зайцев А.К. Философия космического сознания – Калуга: Эйдос, 2001.
10. Зайцев А.К. Малтилог - М.: Академия, 2001.
11. Мамардшвили М. Называть вещи своими именами // Знание – Сила. – 1990.
12. Weisboard W.R.et al. Discovering common ground. San Fransisco: Berrett-Koehler, 1993.
13. The global competitive report 1998. World Economic Forum.
14. Краснова В. Реформ бояться – в бизнес не ходить // Эксперт. – 1998. - № 4.
15. Анисимов О.С. Основы методологического мышления - М.: Внешторгиздат, 1989.
16. Налимов В.В. Вселенная смыслов // Общественные науки и современность. – 1995. - № 3.
17. Краткий словарь по социологии. - М.: 1989.
18. Варфоломеев С.А. К.Э.Циолковский и экологическое образование / 32 научные чтения, посвященный разработке творческого наследия. К.Э.Циолковкого Калуга, 16-19 сент., 1997. Тезисы докладов. - М.: ИН ЕТРАН, 1997. - С. 203.
19. Варфоломеев С.А. Русский космизм и новая образовательная парадигма /Материалы международной конференции «Актуальные проблемы современного естествознания», Калуга, Россия 24-27 июня 1997. Сборник тезисов. – Калуга: 1997.
20. Варфоломеев С.А. «Экология и проблема метаязыка науки» / Материалы международной конференции «Актуальные проблемы современного естествознания», Калуга, Россия 24-27 июня 1997 г. Сборник тезисов, Калуга, 1997.
21. Варфоломеев С.А. Экология – квазитекст культуры / Тезисы докладов сессии научного совета по проблемам экологического образования РАО / под ред. Л.П. Симоновой и С.Т. Глазычева. – М., 1998.
22. Варфоломеев С.А. «Проблемы управления инновационными процессами в образовании» / Инновационные процессы в образовательных учреждениях Калужской области / Под ред. С.А. Варфоломеева, В.А. Мулюкина, Т.В. Королевой: Сборник докладов научно-практической конференции (серия «Инновации в образовании» Вып.1). Калуга: Изд.во Н. Бочкаревой, 2000.
23. Асмолов А.Г. На пути к толерантному сознанию - М.:«Смысл», 2000.
24. Золотухин В.М. Две концепции толерантности – Кузбасс: 1999.
25. Шалин В.В. Толерантность (культурная норма и политическая необходимость) – Ростов-на-Дону: 2000.
26. Магомедова Е.В. Толерантность как принцип культуры: Автореф. дис. канд. филос. наук: 24.00.01, Азово-Черноморская гос. агроинж. академия. - Ростов н/Д:1999.-22 с.
27. Круглова Н.В. Толерантность: генезис и типология: Автореф. дис. канд. филос. наук: 09.00.11, Санкт-Петербургский гос. ун-т.-СПб.,1998. -19 с.
28. Козлов В.Е. Межэтническая толерантность и этническое самосознание в условиях крупного полиэтничного города: на примере г. Казань: Автореф. дис. канд. ист. наук: 07.00.07.-Уфа, 2000.-20 с.
29. Валитова Р.Р. Толерантность как этическая проблема: Автореф. дис. канд. филос. наук 09.00.05, МГУ им. М.В. Ломоносова. - М.,1997. -20 с.
30. Гуц А.К. Глобальная этносоциология Учебное пособие Омск: ОмГУ, 1997. - 212 с.
31. Зиновьев Д.В. Социокультурная толерантность – ее сущностные характеристики.WWW.res.krasu/ru/paradigma/
32. Уланов В.В. Конфликт образования 20-21 века // Социальный конфликт. №4 2000. С. 49-66.
33. Юнг К.Г. Психология бессознательного. М.: Канон. 1994.

<< Предыдущая

стр. 2
(из 6 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>