<< Предыдущая

стр. 19
(из 47 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

ное влияние на развитие науки и цивилизации, общества и человека
исторически имели мифологическая, космологическая, схоластиче-
ская, механистическая, диалектическая, статистическая, системно-
структурная, синергетическая картина мира. Методологическая и
сциентическая особенности синергетического видения мира в том,
что оно позволяет объединить многие традиции западной и восточ-
ной социокультур, понять сложную нелинейную динамику взаимосвя-
зи порядка и хаоса, выводить глобальные сценарии долговременного
развития и короткосрочные прогнозы. Это обстоятельство мы счита-
ем эвристическим и решающим фактором, стимулирующим понима-
ние мира многомерно, полицентрично, в самоизменении и самопре-
вращении его в новые качественно-количественные состояния. Тео-
ретико-синергетическая картина не отрицает предшествующих картин
и способов познания. В этом аспекте рефлексивно значимо то, что
Г.Галилей, И.Кеплер понимали и видели мир, как шифр, текст, книгу,
что И.Ньютон рассматривал мир как часы, сложную машину, что
Ч.Дарвин объяснял мир, исходя из равнодействующих случайностей,
где природе присущ естественный отбор, а В.И.Вернадский объяснял

120
мир как особый организм. Очевидно, что исследование синергитече-
ских проблем общества должно происходить мыслительными конст-
рукциями, идеальными объектами – идеализациями. Социальная
синергетика дает особые, незнакомые естественным наукам схемы и
формы продуктивного мышления, направленных на формирование и
реализацию общечеловеческого («абсолютного») идеала. Эвристиче-
ский и социально-технологический аспекты синергетики усилились
широким распространением разнообразных направлений, парадигм,
модусов продуктивного мышления (социального, математического,
экологического и др.).
Любое знание о мире как в обыденном сознании, так и в науке,
включает в себя различные мыслительные идеализированные конст-
рукции, смыслообразы, синтез и обощение, специфичные для соот-
ветствующего уровня организации и структурирования мысли. В этой
связи процитируем характерное замечание А.Шюца о том, что соци-
альная реальность «имеет специфическое значение и конкретную
структуру для людей, живущих, действующих и думающих в ее идеа-
лах. Серией конструкций обыденного сознания они заранее выбирают
и интерпретируют этот мир, который они воспринимают как реаль-
ность их повседневной жизни. Это и есть те идеальные объекты, ко-
торые определяют их поведение, мотивируя его. Идеальные объекты,
сконструированные обществоведом для познания этой социальной
реальности, должны извлекаться из идеальных объектов, сконструи-
рованных обыденным сознанием…» (3, с.491). Идеальные объекты
организуют социальный опыт, отражают смыслы социального идеала.
Эволюция социального знания происходит по пути формирования все
новых уровней системно-теоретической концептуализации, програм-
мирования и организации. Появление каждого нового уровня знаме-
нует перестройку всей системы знания, мышления и миропонимания.
Эволюционный процесс познания есть нелинейный, он выстраивает-
ся нелинейными подходами, формами, методами мышления. Эволю-
ция познания и нелинейность мышления предваряет научные рево-
люции, фундаментальные теории, самоперестройку оснований науки.
Степин В.С., излагая черты нового (постнеклассического) облика на-
учных знаний с точки зрения принципов самоорганизации, пишет:
«Эпохи научных революций, связанные с перестройкой основной нау-
ки, можно рассматривать в качестве своеобразных точек бифуркации
в развитии научного знания. Система знания, проходя через эти точ-
ки, характеризуется максимальной открытостью и суперпозицией всех
трех выделенных выше типов нелинейности его роста» (4, с.24).


121
Неклассическое философствование, феноменологическое ви-
дение и интерпретации будущего идеала, картины социальной ре-
альности обусловили новые процессы рациональной теоретизации,
систематизации и конструктивизации. «Совокупность конструктивных
следствий нелинейного анализа и синергетики может служить в каче-
стве некой методологии, адекватной для анализа современного по-
сткапиталистического, или постиндустриального общества. Синерге-
тическая методология по своему содержанию близка к основным
идеям постмодернизма или постструктурализма» (4, с.93). Нелиней-
ность продуктивного мышления и рациональная конструктивность
стали знаменен современного социального и научно-технического
прогресса. Это позитивное явление, оно существенно повлияло на
глобализацию конструктивных процессов. Способность интеллекта
конструировать деятельность и устранять деструктивные последст-
вия жизненного мира составило основу концепции рациональности.
Современная цивилизация определяется как рационально-
конструктивная культура. Рациональность наших дней включает про-
блему человека, систему ценностно-ориентационных установок его
сознания – идей целерациональности. Концептуальные механизмы
рационального мышления социальных идеалов всегда содержат сис-
тематизацию когнитивных и нормативных легитимаций – понятийно-
образных структур «объяснения» и рационального оправдания (авто-
номное существование легитимации – у Маркса – «идеология», а у
Парето – «деривации»). Легитимации выходят за пределы практиче-
ского разума, становятся «чистой теорией» (П.Бергер и Т.Лукман).
Теоретическое исследование жизненных процессов социальной ре-
альности – феномена социально-гуманитарного знания – стратегия и
теоретический синтез антропологии и системно-структурного соци-
ального анализа. Познание институциональных характеристик соци-
альной реальности, «проблемных узлов» жизненных феноменов
осуществляется путем нормативных конструктов, отражающих при-
чинно-следственные отношения взаимодействий социального бытия.
Социальный анализ предстает как эффективный метод рефлексив-
ной антропологии и концептуально-теоретической социологии (на-
пример, у П.Бурдье – модели социальной политики и социального
пространства). Критически анализируются не только социальная ре-
альность, но и представления, теоретические концепции о её само-
развития и структурно-функционального изменения. Если антрополо-
гический подход основное внимание сосредотачивает на сущности
жизненного мира и его имманентных форм (деструктивных и пред-
сознательных), то социальный анализ исследует модели, картины

122
внешне выраженных и институционально обусловленных структур
социальной реальности – феномены видимого, поверхностного уров-
ня. Философско-феноменологическое постижение и проективное кон-
струирование социального бытия может осуществляться с целью
прагматического описания, смыслового технологического проектиро-
вания, конструктивного объяснения, рационально-концептуального
преобразования. Следует выделить такие концептуальные модели
социальной реальности: а) «объясняющая» - Э.Дюркгейм, М.Мосс;
б) «понимающая» - М.Вебер, А.Шюц; в) «изменяющая» и «рацио-
нально-критическая» - К.Поппер, А.Гоулднер, г) «пост-экономическая»
(Г.Кан), «пост-цивилизованная» (К.Боулдинг) и «пост-
индустриального» общества (Дж. Белл, А.Турен), «общества знания»
(П.Дракер) и «общества класса служащих» (Р.Дорендорф), «техно-
тронная эра» (З.Бжезинский) и «компьютопия» Ионезы Масуды. Эти
модели аргументированы формообразующими принципами социаль-
ной рациональности, свидетельствующих о том, что не только струк-
тура познающей субстанции, а и структура познающего субъекта-
конструктора определяет целеполагающий характер познания и
предмет знания. Поэтому теоретически созидающий разум творчески
продуцирует смыслообразы, полагает структуры понятий, т.е. конст-
руирует особой продуктивной трансцендентальной мыследеятельно-
стью идеальные модели, проекты и картины будущего – «языковые,
изобразительные, и в то же время – конструктивные, ибо они конст-
руируют, а не изображают смысл, не обозначают, а впервые рожда-
ют, создают; какая-то движущая конструкция» (5, с.273-274). Дея-
тельностная и конструктивная направленность теоретических моде-
лей и проектов отражают не только представления, принципы, пути
преодоления отчуждения людей к событиям социального бытия, но и
содержат методы и формы, идеи и принципы социальных рациональ-
ных, гуманистических проектов социального бытия.
Рационально мыслить о более прогрессивном, строить мыс-
ленные модели о будущем - исходный процесс конституирования
творческой очевидности «Я». Понятия, идеалы, принципы и пред-
ставления – структурные элементы такого продуктивного мышления –
априорные, они порождения трансцендентального сознания, транс-
цендентального Я, продуктивно-эмпирическим мышлением Я. Этот
активно-понятийный процесс представляет опосредование между
настоящим, прошлым и возможным будущим. Комбинации творческих
рассуждений становятся связующим мостом моделей о прошлом и
будущем. Будущее проективно моделируется как конструкция систе-
мы смыслов, выражающих общую рациональную идею, идеал, прин-

123
цип развития бытия общества. Такое описание осмысления, возмож-
ного, есть пространственная проекция, «восполнение реальности»
как возможный скачок во времени. Действительное переходит в мо-
дусы возможного путем процессуальности. Возможное мыслится,
воображается, представляется как обусловленое. Объективно воз-
можным является лишь та рациональная модель, проект, картина
пологаемого бытия, наступление чего научно-технологически осуще-
ствимо, доказуемо социальным и научным опытом. «Я» предстает
конструктором нового бытия, экзистенциально и конструктивно откры-
тым по отношению к «фундаментальной конституции вот-бытия как
бытие-в-мире» (М.Хайдеггер). Современный мир, например, техники
– это конструктивно созданный мир человеком, требующий радикаль-
ного изменения. Классическое понимание не может быть моделью
для преобразования «объективной» деятельности и эпистемологиче-
ской репрезентации принципиально новых сценариев развития техни-
ки. Поэтому философская тема «истины» как причастности к вечному
и абсолютному сменяется темой «смысла», «идеала» новой онтоло-
гии. Трасцендентальная метафизика конструирования идеалов и мо-
делей будущего – это «метафизика смыслов». Содержание метафи-
зики трансформируется как имманентное теоретическое движение и
экспликация новых смыслов (например, смыслов техногенной циви-
лизации) – нового отношения к миру. Смена идеалов, логико-
смысловых и социально-ценностных акцентов, «поворот», как назы-
вался доклад (М.Хайдеггера), от вопросов бытия – «в-себе», от наме-
рений познать, раскрыть тайны этого бытия, «естественного» конст-
руктивно и системно движется и все усложняется к бытию «противо-
естественному» – искусственному, «антиприродному» бытию – к
культуре, технике, искусству. Конструктивный «поворот» – это мыс-
ленно-теоретическая интеграция различных творческо-продуктивных
процессов, сконцентрированная в конституции человека. «Если чело-
век в обществе – конструктор мира, то это возможно благодаря его
конституционно данной открытости миру, которая уже содержит кон-
фликт между порядком и хаосом. Человеческое существование ab
inito – непрерывная экстернализация. По мере того как человек про-
являет себя в деятельности, он конструирует мир, в котором экстер-
нализирует себя. В процессе экстернализации он проецирует свои
собственные значения на реальность» (6, с.170).
Современное феноменологическое конструирование соци-
альной реальности не только «усматривает», добывает истину, но
связывает её с целями конструктивной и деструктивной деятельно-
сти. Результатом метафизических размышлений явились концепции

124
«открытого общества» А.Этциони – модель, социальный идеал, кото-
рой аргументирован принципами социальной ответственности и кон-
троля, широкого и всеобщего доступа к информации, и «закрытое
общество», где лишь имитируются доступ к информации и гласность
принятых решений. Дж. Александер, рассматривая примеры сверх-
сильной детерминации теоретических концепций М.Вебера,
Н.Смелзера и Т.Скокпола, делает такой вывод: «Социальная наука
полемична по своей природе: любой эмпирический вывод можно ос-
порить путем ссылки на сверхэмпирические соображения, и всякое
общее утверждение – подвергнуть сомнению на основании «необъ-
яснимых эмпирических данных» (7, с.129). Основаниями их логико-
смыслового конструирования были абстрактные априорные идеи,
метод умозрения, вера и положения-тенденции, а не законы динами-
ки, объясняющие различные качественно-колличественные состоя-
ния и переходы в развитии общества. Поппер, анализируя различие
законов и тенденций, пишет: «Смешение законов с тенденциями за-
ставляет их верить в тенденции, которые якобы безусловны (и потому
общи); или, можно сказать, в «абсолюные тенденции», например, в
общую историческую тенденцию к прогрессу, - «тенденцию к лучшему
и более счастливому состоянию» (8, с.41). Сформулированные тен-
денции выполняют роль основы пророчеств, противоположных при-
чинному объяснению и научно-теоретическому предвидению. Исто-
рицист, как считает Поппер, верит в «излюбленную тенденцию», ко-
торая мешает ему представить изменения «в своих замкнутых мир-
ках», нищета историциста обусловлена нищетою воображения
(8, с.42). Размышляя о специфике онтологии, гносеологии и феноме-
нологии социального познания, следует резюмировать следующее:
гуманитарное продуктивное мышление и логико-гносеологическое
познание весьма специфично. Для него характерна связь: а) мыслен-
ного и эмпирического моделирования и интерпретаций; б) множест-
венность ценностных ориентаций и гуманитарных истин; в) онтологи-
ческие отношения ценностной ориентации на конкретно-практическое
использование социологических знаний и способами построения иде-
альных объектов, неоднородность теорий развития социального бы-
тия.
Конструктивно-проективная функция социального познания
проявляется в опыте и мироориентации человеческой жизнедеятель-
ности. Социальная рациональность выявляет себя как необходимая
ценность культуры. Гуманизм как идеал и как реальность, идеал как
утопия, идея возвышения человека сама по себе имеет огромную
социальную привлекательность, обладает несомненным духовным

125
потенциалом. Но способен ли идеал как утопия утвердить себя в ка-
честве единственного социального идеала постоянной практической
нормативной деятельности или он превращается в иллюзию, стано-
вится феноменом –идолом сознания, неким феноменом мифолого-
идеалистического образования? Прежде всего, необходимо осмыс-
ленно проводить различие между идеалом-утопией и идеалом как
реальностью. Не заложен ли в человеке какой-то неустранимый раз-
рушительный феномен-импульс абсолютной мечты как реальности,
мнимой правомерности ложного идеала? Антропологическое мышле-
ние способно верить в феномен неистребимости идеала, в феномены
неистребимого желания видеть (воображать) идеал осуществленным.
Но, как свидетельствует социальный опыт, вращение идеала-утопии
вокруг «эмпирической оси» саморазвивающегося человеческого бы-
тия позволяет ему остаться лишь в статусе иллюзии, образа-идола
утопического сознания. Идеал-утопия есть такой образ-идеал, родо-
вая специфика которого определяется невозможностью его практиче-
ской реализации. Идеал-утопию можно определить как произвольный
умозрительно-сконструированный образ социального будущего, как
объект-эйдос интеллектуального созерцания, воображения, фанта-
зии. В чем принципиальное отличие идеала-утопии от идеала как ре-
альности? Оба типа идеалов обладают регулятивной функцией, вы-
ступают модусами возможности. Но идеал-утопия в силу своей абсо-
лютизации и недостижимости в преобразовании социальной реаль-
ности не может иметь статус конечного результата конструктивизации
социального бытия, он есть лишь модус абстрактно-идеальной воз-
можности. Рациональное осмысление специфики утопического мыш-
ления и идеала-утопии, научного прогноза и научно-рационального
проекта способно конструктивно-феноменологически обогатить миро-
понимание и мироотношение человека в век информационных техно-
логий и проективных виртуальных сценариев реальности, перестро-
ить постнеклассическое социальное мышление в аспекте нового кон-
цептуального видения, специфики нового типа проблем и идеалов
социальной реальности.
Социальная синергетика предполагает качественно иную кар-
тину мира. Происходит отказ от образа мира как построенного прин-

<< Предыдущая

стр. 19
(из 47 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>