<< Предыдущая

стр. 27
(из 47 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

воначальной «нейтронной жидкости». Леметр и Хойл поют «торжест-
венно», первый – на мотив псалма «Придите, праведные!», второй –
172
на мотив «Правь, Британия!», в то время как Гамов поет «весело и
пьяно» на мотив… «Из-за острова на стрежень». Не является ли рус-
ский эмигрант неким трикстером, пытающимся десакрализовать Ми-
роздание? На первый взгляд, это так (и сам Гамов, возможно, пола-
гал, что это так), но внимательнее вслушавшись в его арию, мы мо-
жем услышать иную музыку.
Пора подытожить суть вышеизложенного. Могут спросить:
«Что, собственно, хочет сказать автор? Если он хочет сказать, что на
выдвигаемые учеными теории оказывают определенное влияние со-
циальные обстоятельства жизни ученого, то это и так ясно. Если же
он утверждает, что социальные обстоятельства определяют саму
суть концепций, скажем, в теоретической физике, и что, если бы кон-
кретные события в жизни А. Эйнштейна, А.А. Фридмана и Г. Гамова и,
в первую очередь, их детские и юношеские впечатления были иными,
чем в действительности, то мы бы имели иную космологию, то это
совершенно неверно, и вряд ли найдется естествоиспытатель, кото-
рый согласится с таким тезисом. И не случайно А. Пайс, которого ав-
тор спешит зачислить себе в союзники, пишет, что фактор социаль-
ной обусловленности «канонизации» Эйнштейна кажется ему второ-
степенным. Таким образом, первая формулировка банальна, а вто-
рая несущественное и сопутствующее выдает за существенное».
Наша позиция занимает промежуточное положение между
первой и второй формулировками воображаемого оппонента. Мы
могли бы пояснить ее двумя тезисами.
1. Широко известен (и мифологизирован, пожалуй, не менее,
чем ОТО) принцип дополнительности. Сам Н. Бор так формулировал
его суть: в атомной физике нельзя пренебрегать действием измери-
тельного прибора на исследуемый объект; понятие дополнительности
символизирует имеющееся в атомной физике существенное ограни-
чение понятия объективно существующего явления как явления, не
зависимого от способов его наблюдения (9, с.20). Это принцип до-
полнительности в сфере естественнонаучного познания. Назовем
боровскую формулировку «слабой» и дополним ее «сильной» фор-
мулировкой: нельзя пренебрегать действием социально-культурной
среды на познающего субъекта и на познаваемый объект, каким бы
он ни был. Означает ли это, что, скажем, Вселенная не расширялась
до Первой Мировой войны и Октябрьской революции и стала расши-
ряться благодаря этим событиям? Скорее всего не означает. Тогда
что же это означает? Поясним следующим образом.


173
2. В современной космологии широко известен антропный (ан-
тропологический) принцип. Он может быть сформулирован так: фун-
даментальные константы Вселенной таковы, что делают возможным
появление человека. Будь они несколько иными – человек не смог бы
существовать в мироздании, а следовательно, и наблюдать мирозда-
ние. Назовем эту формулировку слабой и дополним ее сильной: су-
ществует взаимообусловленность бытия Вселенной и бытия Челове-
ка. Эта взаимообусловленность проявляется на различных уровнях, в
разных сферах, в том числе – в сфере научного познания.
Барроу и Силк пишут: «Этот принцип преодолевает традицион-
ный барьер между наблюдателем и наблюдаемым, что делает на-
блюдателя необходимым элементом микрофизического мира»
(10, с.58). Но что значит быть «необходимым элементом»? Это зна-
чит: быть тем, без чего система, в которую входит данный элемент,
не может существовать. То есть, в рассматриваемом случае это оз-
начает: без человека (наблюдателя) Вселенная (физический мега-
мир) не могла бы существовать. Но нам укажут на многие миллиарды
лет, когда она существовала без человека. Но тогда мы спросим: не
было ли «чревато» человеком ее дочеловеческое бытие? Если су-
щественные параметры Вселенной, сформировавшиеся при ее воз-
никновении, делали возможным возникновение жизни и человека, то
значит ли это, что они делали необходимым возникновение жизни и
человека? Разумеется, наука не дает пока достаточных оснований
для положительного или отрицательного ответа на этот вопрос. Но
мы будем откровенны в своем эмоциональном предпочтении поло-
жительного ответа.
Теперь относительно гносеологических следствий антропного
принципа В.Тримбл таким образом формулирует антропный принцип:
«Я его мыслю, значит такой мир существует» (11, с.35). Можно ли это
переформулировать таким образом: «мир существует таким, каким я
его мыслю»? В некотором смысле можно. Это верно не в том смысле,
что что бы я ни помыслил, оно будет существовать в реальном «без-
мысленном» бытии. Это означает следующее: я могу помыслить о
мире лишь в тех образах, понятиях, схемах, какие мне позволяют
образовать социальная действительность и культурная традиция,
внутри которых я нахожусь. Главным методологическим вопросом
научного познания является вопрос о том, как задать вопрос и как
интерпретировать ответ.




174
Литература
1. Аверинцев С.С. Поэтика ранневизантийской литературы.—М.:
Наука,1977. -320с.
2. Гамов Дж. Моя мировая линия.—М.: Наука,1994.-с.304.
3. Грейвс Р. Мифы Древней Греции.—М.: Прогресс,1992.-624с.
4. Иваненко Д.Д. Эпоха Гамова глазами современника.// Гамов Дж.
Моя мировая линия.—М.: Наука,1994. -С.231-291.
5. История СССР.Т.7—М.: Наука,1967. -751с.
6. Пайс А. Научная деятельность и жизнь А.Эйнштейна.—М.: Нау-
ка,1989.-568с.
7. Стеклов В.А., Фридман А.А.(Некролог).// Фридман А.А. Избранные
труды.—М.: Наука,1996. -С.392-394.
8. Татаринов Ю.Б. К дискуссии о космологической картине мира.// Роль
дискуссий в развитии естествознания.—М.: Наука,1986. -С.128-145.
9. Фридман А.А. Избранные труды.—М.: Наука,1966. -462с.
10. Холтон Дж. Тематический анализ науки.—М.: Прогресс,1981.-383с.
11. Тримбл В. Место человека во Вселенной (Космологические аспекты).
// Современные проблемы астрофизики.—М.: Знание,1978.-С.3-37.




175
СОЦІАЛЬНА ФІЛОСОФІЯ



УДК 130.1
Т.А. Мержевицкая

ВРЕМЯ ПОСТМОДЕРНА И МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКОЙ ТРАНСФОР-
МАЦИИ: МЕТОДОЛОГИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО ПОЗНАНИЯ

«Моим покоем и моим триумфом
должна быть уверенность в том,
что понимать нечего»
Умберто Эко

Автор статьи исследует постмодернизм с точки зрения вклада
этого философского направления в современную методологию социальной
науки. Ист. 22.

В ХХ веке «fin de ciecle» (конец столетия) породил в науковед-
ческих исследованиях, да и в общественном сознании убеждение, что
в 70-е годы и научное знание, и общественное сознание подверглись
качественному изменению. В чем его суть? В связи с чем во многих
философских работах на Западе высказывается мнение, что ницше-
анская «смерть бога» повлекла за собой «смерть культуры», «смерть
науки» и даже «смерть человека»? Естественно, эти пессимистиче-
ские настроения не могут не вызвать тревоги за судьбу философии
вообще и социальной философии в частности. Уже в 70-е годы
И.Пригожин и И.Стенгерс в своей работе «Порядок из хаоса» подчер-
кивают, что преобразования захватили по существу всю науку Нового
времени, родившуюся вместе с «коперниковской революцией» и ба-
зирующейся на идеях Декарта, Ньютона, французских просветителей.
Философия Нового времени (moderne) основывалась на таких посту-
латах как: 1) фундаментализм в эпистемологии (т.е. поиск незыбле-
мых, абсолютно истинных оснований знания и стремления свести к
ним (вывести из них) все остальное знание); 2) референциальная
трактовка языка (язык как изображение объектов или фактов, к кото-
рым он относится); 3) индивидуализм (общество понималось как со-
вокупность индивидов, процесс познания как индивидуальный
(8, с.22-23).


176
Современная наука подвергла кардинальному переосмысле-
нию эти основные постулаты науки Нового времени. Пригожин и
Стенгерс утверждают, что «естественное… непременно содержит
элементы случайного и необратимости .. Материя больше не пассив-
ная субстанция, описываемая в рамках механической картины мира,
ей также свойственна спонтанная активность. Отличие нового взгля-
да на мир от традиционного столь глубоко, что … мы можем с пол-
ным основанием говорить о новом диалоге человека с природой»
(9, с.50).
В этот «новый диалог» вступают и общественные науки. Се-
годняшняя социальная философия, подходя критически к традициям
общественной науки Нового времени, сталкивается с проблемами
методологического плана, которые можно свести к следующим на-
правлениям:
1. гетерогенность, а значит, и сложность предмета познания;
2. неразрывность связи субъекта и объекта познания (человек,
познавая общество, не перестает оставаться его частью, т.е.
как сам подвергается его влиянию, так и своей познавательной
деятельностью влияет на него);
3. необходимость учета особенного, единичного и случайного;
4. ценностные субъектно-объектные взаимовлияния.
Перечисленные методологические сложности характерны и
для философии постмодернизма, исходя из теории которого «новый
диалог человека с природой» может стать монологом обезличенного
человека с самим собой.
Если рассматривать термин «post moderne» в его временном
аспекте как философию времени перехода от индустриального к по-
стиндустриальному обществу (это время и его культуру еще называ-
ют «ситуацией постмодерна» (12, с.238)), то к постмодернистам мож-
но отнести всех философов последней трети ХХв: и тех, кто выступа-
ет за пересмотр и дальнейшее использование основных принципов
философии эпохи модернизма, и тех, кто заявляет, что конец века
принес конец науки, конец философии и «смерть культуры» вообще.
Но термин «постмодернизм» чаще применяют именно к последним,
поскольку в их работах ярче всего проявляются качественные осо-
бенности данного философского направления. В качестве виднейших
представителей философии «ситуации постмодерна» мы можем на-
звать Ф.Лиотара, Ж. Делеза, Ж.Дерриду, Р.Рорти, У.Эко.
Для постмодернизма характерны:

177
1. неопределенность, или, скорее, неопределенности, порож-
денные релятивизмом их мировосприятия;
2. фрагментарность, незавершенность;
3. деканонизация, свободное оперирование любыми понятия-
ми, несмотря на их традиционное понимание;
4. отсутствие самости, отсутствие глубины. Постмодернизм
аннулирует эгоизм в традиционном его восприятии;
5. ирреалистичность, «магический реализм», имитация, сим-
волизм;
6. ирония, самоирония, гибридизация, карнавализация.
(5, с.12-13)
Постмодернисты обвиняют науку Нового времени в доведении
обществознания до состояния серьезного методологического кризи-
са, в котором пребывает сегодняшняя социальная философия.
М.А.Чешков выделяет основные методологические постулаты
науки эпохи модерна, которые постмодернисты подвергают критике:
- «противопоставление и отрыв субъекта познания от объек-
та;
- логоцентризм, что приводит к игнорированию иных методов
познания – интуиции, воображения, творчества;
- неадекватное или упрощенное представление об объекте;
- игнорирование особенного, единичного и случайного;
- отсечение от субъекта познания его ценностных ориента-
ций;
- противопоставление науки и религии» (16, с.26-27).

«Можно заключить, что, по существу, подобная критика – с ее
обвинениями по поводу логоцентризма, редукционизма и объекти-
визма направлена не на отдельные исторические разновидности нау-
ки – классической или современной, – но против науки в целом в ее
функциях привилегированного способа познания и ядра определен-
ной социокультурной матрицы» (16, с.27), - делает вывод М.А. Чеш-
ков.
Постмодернисты, критикуя крайности науки, сами впадают в
другие крайности, создавая антинауку, антифилософию, или, попро-
сту, заявляя об их уничтожении. Жан-Француа Лиотар считает, что
«тенденция постмодернисткой науки состоит в проектировании тео-
178
рии научной эволюции как эволюции дисконтинуальной, катастрофи-
ческой и парадоксальной» (17, с.12). Лиотар, однозначно считая себя
мыслителем постмодерна, декларирует, что постомодернисткое зна-
ние отказывается от формы единства знания в пользу плюрализма,
нередуцируемости и автономности языковых игр (17, с.11).
Откуда же возник постмодернизм? Что стало толчком для его
развития, кроме чисто научных причин?
Сегодняшнюю реальность можно назвать поворотным пунк-
том в развитии цивилизации. Уникальность этого поворотного пункта
заключается в изменении отношения к природе; в ускорении динами-
ки мира и усложнении общественных отношений; в преобразовании
процессов, которые происходят в мире, в глобальных, в новых ориен-
тациях во взглядах на мир, на новые ценности, на вопрос «Как жить?»
По мнению Р.Гвардини, выраженному в его «Конце нового времени»
в современном мире «ход вещей принял ложное направление»
(1, с.153), и главный шанс, которые есть у человека с его наивной
«оптимистической верой в культуру» (1, с.153), уверенностью, что
«власть над сущим.., любое увеличение власти есть «прогресс»»
(1, с.153), со своим стремлением к автономии и мятежной свободе
могут привести к «Концу истории» (Ф.Факуяма), когда не будет «ни
искусства, ни философии» (14, с.147), а будет лишь «тщательно обе-
регаемый музей человеческой истории» (15, с.147). Ж.Деррида пи-
шет: «это конец истории, конец классовой борьбы, конец философии,
смерть Бога, конец религий, конец христианства и морали (что пред-
ставляет собой наибольшую наивность), конец субъекта, конец чело-
века, конец Запада, конец Эдипа, конец мира. Апокалипсис сейчас, я
говорю вам, в потопе, огне, напалме, который падает на землю с вер-
толетов вместе с проститутками, и потом – конец литературы, конец
живописи, конец искусства как принадлежности прошлого, конец уни-
верситета, конец фаллогоцентризма, или не знаю чего еще. И кто бы
ни дошел до того, чтобы довести все до предела и провозгласить
нечто самое изысканное, а именно: конец конца, конец конечного, то,
что конец уже всегда начат… то и он, хочет он этого или нет, включа-
ется в общий концерт» (20, с.54).
Западное общество сегодня переживает серьезный духовный
кризис, о котором предупреждал еще Макс Вебер, – стремление к
полному рационализму привело, в конце концов, к росту иррацио-

<< Предыдущая

стр. 27
(из 47 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>