<< Предыдущая

стр. 20
(из 42 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

творчески-продуктивно структурировать новые знания. В чем же состоит
конструктивность чистого веритативного синтеза? Ответ на этот вопрос:
«обретение понимания того, в какой мере онтологическое познание может
быть условием возможности онтологического» [2, с.21-22]. Природа его
такова, что если конструктивное мышление опирается на него как на форму
и метод представления, то оно проникает в сущность проблемы познания.
Следует полагать, что когда мы пытаемся ответить на поставленный
вопрос, то проникаем и во внутренний смысл кантовской проблематики и в
содержание «Проекта внутренней возможности онтологии: стадии
существования» М.Хайдеггера. Таким образом, проблема возможности
онтологии является вопросом прояснения продуктивно-конструктивной
сущности чистого созерцания и чистого мышления как в аспекте
возможности априорного синтеза, так и выявления конструктивно-
мыслительных и теоретических способностей чистого веритативного
синтеза. Ведь высшая способность этого синтеза в том, что он касается
исключительно онтических функций мышления, созерцания и в целом
познания – функций верификации. Актуальность прояснения проблемы
онтологической и гносеологической сущности этого типа синтеза дает выход
на раскрытие проблемы «сущности человеческого существования»
(М.Хайдеггер) в аспекте научно-теоретического и научно-технического
созидания, сценариев и проектов постнеклассической научной
рациональности и форм активной преобразующей экспериментальной
практики.
Свою философию Кант называет трансцендентальной в том смысле,
что она изучает переход (transcendo – по-латыни «переходить»,
«переступать») в конструирующую систему знаний, в процессе
конструирования познавательной способностью условий, форм опыта.
«Я называю трансцендентальным всякое познание, занимающееся
не столько предметами, сколько видами нашего познания предметов,
поскольку это познание должно быть возможным a priori» [1, с.121].
Трансцендентальное мышление и познание не может применяться ко
всякому виду познания, оно имеет отношение к тому виду познания, которое
возможно a priori. Под априорным познанием и мыслительным процессом
получения новых знаний Кант понимает процесс познания чистым разумом,
независымым отвсякого опыта. В узком смысле всякое настоящее познание
априорно, получено из форм чистого созерцания (пространство и время) и
форм чистого рассудка (категорий), а также понятий (идей). Они не
следствие опыта, но обладают способностями опытного познания, делают
возможным настоящий опыт, конституируя его в аспекте необходимости и
всеобщности. В чем особенность чистого познания a priori? Познанию a
110
priori “присуща совершенная аподиктическая достоверность”, оно не
выстраивается, “следовательно, ни на каких основах опыта”, является,
“таким образом, чистым продуктом разума, но вдобавок полностью
синтетическим” [1, с.142].
Чистое созерцание. Хайдеггер в “Бытии и времени” пишет, что
создать теорию онтологии есть важнейшая философская проблема,
которая стояла и перед И. Кантом. Онтологический вопрос в учении Канта –
это вопрос о возможности априорного синтеза, трансцендентального
познания, согласно которому познание имеет обязательным своим
условием не только созерцание, но и мышление (суждение), способностью
чистого разума к постижению сущего. Прояснение сущности чистого разума,
определение его сущностных границ и есть раскрытие возможности
онтологического познания.
Делать проблемой возможность онтологии – это значит
философствовать трансцендентально ( metaphysica generalis – ontologia).
На первое место, как считает Хайдеггер, Кант ставит не онтическое
познание, а онтологическое. Познающее онтологическое представление
есть и созерцание, и понятийное мышление (intuitus vel conceptus). В этой
связи у Канта имеется следующий тезис: «Всякое мышление, однако,
должно в конце концов прямо (directe) или косвенно (inderecte) через те или
иные признаки иметь отношение к созерцаниям…» [1, с.127]. Хайдеггер,
отмечая заслуги Канта в обосновании сущности созерцания в познании,
формулирует важнейшее положение понимания онтологии мыслительного
процесса. Суть его в том, что согласно «Критики чистого разума» «познание
есть мыслящее созерцание» [2, с.13]. Созерцание – это не только акт,
момент позволяющий познающему мышлению рационально и спонтанно
выходить за пределы имеющихся представлений (образов, понятий) и
конституировать порождение новых понятийных структур познания. Это
есть и концептуально-когитальное вхождение в образ, понятие
онтологической структуры познания. У Канта это называется «fictio
heuristica, hypothesis» – эвристическими функциями, гипотезами. Войдя в
определенный концептуальный образ, понятие, мы имеем познающее
сознание, или знание того, что понятия не являются наглядными и
эмпирическими. Они уже не предположены, не имплицитны, а есть
реальная аналитическая экспликация структуры нового знания.
Следовательно, формы созерцания, формы мышления возникают не из
причинного действия вещей на чувственность. Мысль Канта фиксирует ту
особенность когитальности, что если совершается акт мышления или акт
созерцания, то они взаимодействуют и обуславливают друг друга. Они
координируют друг друга и предваряют акт понимания. А если совершается
акт понимания, то он есть свидетельством образования мысленного,
творческого синтеза, синтеза априорного характера.
Вся сила мысли Канта, все философско-методологические построения
его сложнейшей системы понятий и рассуждений направлены на выявление
и обоснование гносеологических функций трансцендентального аппарата
описания и определения онтологии познания. Необходимой составной
частью механизма трансцендентального познания Кант, как «абсолютный
111
эмпирик (Мамардашвили), считал, что созерцание входит в эмпирическое
как необходимое условие, закономерность познания. Поэтому продуктивно-
рациональное кантовское философствование теоретически выстраивается
в развитии этой идеи в аспекте онтологической сущности чистого
созерцания как фундаментального феномена, способствующего
порождению идеальных абстрактных объектов. Кант выделяет такие формы
созерцания: 1) эмпирическое и априорное (чистое); 2) внешнее
(пространственных отношений) и (время); 3) непосредственное –
чувственное и опосредованное (интеллектуальное); 4) созерцание
единичности и созерцание многообразного; 5) спонтанные и рациональные;
6) формальное и содержательное.
Под чистым созерцанием Кант понимает то созерцание
(интеллектуальное, априорное, пространства, времени), которое свободно
от содержания ощущений и восприятий, от эмпирических данных познания.
Познание вещей не есть непосредственным процессом, субъект познания
воспринимает и постигает их посредством созерцательных форм
пространства и времени. И поскольку познание порождается теоретическим
синтезом – складыванием, единством, в котором соединяются рассудок и
созерцание, то рассудок производит соединение их между собой и
созерцанием. У Канта есть ключевое теоретическое положение. Он считает,
что мы «познаем предмет, когда достигаем единства в многообразии его
созерцания». Эта мысль выражает императив креативного мышления,
продуцирующего синтез атомов впечатления, восприятия, чистых
рассудочных понятий, аналитических и синтетических суждений,
соединенных в одно целое в аспекте концептуальной предметности
познания. Теоретический синтез рождается процессом многообразных
созерцаний, вариативности интенциональных актов предметного
мышления, «зацыкленного» на смыслополагании идеи, образа,
теоретического проекта и структуры программы. Когда речь идет об
априорном знании, то, следовательно, о произведенном, субъективном,
которое накладывается на познаваемый объект. Мамардашвили
утверждает, что Кант ищет и находит феномен интеллектуальной
деятельности, обладающий признаком «вечного и неизменного». В горизонт
рассуждений Мамардашвили попадает вывод о сущности созерцания как
чистого сознания деятельности: «Формы созерцания – это низ чистого
сознания, его минимум. Кант определяет чистые формы созерцания как
чистое сознание деятельности, например, деятельности расположения
собственных пространственно-временных действий в пространстве и
времени» [3, с.213].
Чистое созерцание позволяет схватывать «вещь» в сущностном
содержании. Вещь дается созерцанием как rez temporalis, в аспекте
необходимой “формы” времени. Продуктивной формой схватывания является
интуитивная «идеация». Гуссерль специально обращает внимание чистого
созерцания как на интуитивную «идеацию». Он пишет: «В чистом
созерцании» (ибо такая идеация – это феноменологически проясненное
понятие Кантова чистого созерцания) мы схватываем «идею» временности и
всех заключенных в ней сущностных моментов» [4, с.322]. Я признаюсь, что
112
вижу в выделении и в обосновании великим философом познавательной
сущности чистого созерцания в единстве с чистым мышлением великое
предвидение, которое содержит в себе значимость всеобщего и
необходимого чистого познания для конституирования совершенно новых
теоретических и методологических горизонтов в развитии философии и
естествознания, конструктивности чистого теоретического и практического
разума. Кант считал, что в развитии трансцендентального мышления,
трансцендентальной философии находится тайна познавательно-
онтологической сущности чистого разума и способности суждения.
Прояснение сущностных элементов чистого мышления. Каковы
особенности продуктивно-конструктивного процесса чистого познания?
Чтобы кратко определить этот вид познания, мы должны прежде всего
согласиться с тем, что конструктивное познание есть абстрактно-
теоретическое. Оно по форме и содержанию многообразно и бесконечно,
системно и вариативно, является мыслительным – понятийным и образным
рассмотрением проблем бытия – конституирующий способ механизма
интеллектуальной деятельности. Мысля предметы, их свойства, отношения
и взаимодействия, мы тем самым превращаем их в нечто всеобщее и
субъективное, произведенное нашим проективно-познавательным
пониманием и смыслополаганием. Мышление целенаправленно и свободно
в своем конструировании. Кант дает глубокий содержательный анализ
творческих возможностей: а) чистого рассудка; б) чистого разума; в) чистых
рассудочных понятий; г) дедукции чистых рассудочных понятий;
д) аналитики основоположений и антиномий чистого разума.
Чистое мышление «работает» с сущностями, сущностными
структурами, «чистыми возможностями», выделяемые искусственно
конституирующим образом. Разве не в такой ситуации оказываются
современные исследователи (математик, физик, генетик, биотехнолог,
специалист генной инженерии, разработчик научно-технических и иных
типов проектов), проективно-теоретически «работающие» с различными
видами идеальных объектов как особыми предметностями новой
конституирующей реальности. Речь идет не только о профессионально-
теоретической деятельности, но любая мыслительная деятельность
заключает в себе ориентацию на сущностные структуры, идеальные
понятия, образы, картины «царства идеальной или чистой возможности …
царства априорного мышления» (Э. Гуссерль). Специфика чистого –
абстрактно-теоретического познания как результата конструктивности
чистого мышления в единстве с чистым созерцанием в том, что оно имеет
особые модели своего конституирования. А в целом чистое мышление
универсально, поскольку оно тематически конституирует, обособляет и
объединяет в «особый мир» альтернативные меры знаний, связанны с
различными сферами человеческой деятельности. Если для Канта в
«Критике чистого разума» это а) проблема логико-гносеологической и
онтологической связи априорных всеобщих структур мышления и опыта и
б) проблема связи структур чистого рассудка и познавательной способности
трансцендентального воображения со структурами чувственного отражения,
то для Гуссерля это а) выявление и определение структур чистого сознания,
113
способных «усмаривать и схватывать всеобщее – априорное в аспекте
феноменологии интенционального анализа и созерцательности особого
типа «очевидности», исскуственным образом сконструированного
идеального объекта анализа – проект «чистой, трансцендентальной
феноменологии» и б) тема сущности «жизненного мира» и «
«интерсубъективности». У Гуссерля мы читаем: «Если нет чистого
сознания, то нет и мира»; «Если мы вычеркиваем чистое сознание, то
мы вычеркиваем мир»; «Любая реальность суща через «наделение
смыслом». «Отнюдь не субъективный идеализм»; «Слои
трансцендентального конструирования вещи».
Рассуждения Э.Гуссерля о «сущностном априоризме» – основе и
содержании трансцендентального принципа мышления, имеют место в
философских исследованиях в контексте абстрактного
феноменологического анализа. К сожалению, до сих пор нет специального
системного исследования в полном объеме не только этой проблемы и
сравнительного анализа результатов, достигнутых Э.Гуссерлем и
М.Хайдеггером, с богатейшим содержанием «Критики чистого разума» и
других работ И.Канта.
Говоря о метафизике мышления и познания, И.Кант считает, что
есть двоякого рода предметы: 1) предметы внешних чувств, стало быть,
их совокупность, телесная природа; 2) предметы внутреннего чувства,
душа, и, согласно основным понятиям о ней вообще, мыслящая природа.
Чистое мышление исключает «знания с эмпирическим содержанием» [1,
с.157]. Ставя вопрос о возможности чистого познания (математического
и естественнонаучного), Кант исследует формы и процессы чистого
рассудка и чистого разума. Он искал в познавательных способностях
разума и рассудка формообразующие начала, принципы на основе
которых происходит конституирование идеальных объектов и чистых
структур знания. Кант гносеолог анализировал не только продуктивно-
познавательные способности этих форм и процессов со стороны их
содержания, но ставил вопросы о том, что именно в этих
познавательных способностях выполняет функцию формообразующих
начал, какие виды представлений и понятий наиболее творчески и
конструктивно обеспечивают рациональный процесс познания. Такой
подход к познавательным способностям форм и процессов мышления
позволил выделить принципы, которые выполняют функции
необходимых продуктивных форм рационального постижения объекта.
На этой основе у Канта возникла идея обоснования нового вида логики –
«трансцендентальной», способной исследовать принципы мышления о
предметах определенного рода. П.В. Копнин в работе «Диалектика как
логика» отмечает, что «сфера формальной логики не была строго
определена, и это мешало... ее применения в достижении истины. Кант
создал предпосылки для прогресса самой формальной логики...
формирования новой логики. И в этом деле Кант был одним из
пионеров» [5, с.74].
Центральным вопросом трансцендентальной логики – логики «чистых
возможностей» был вопрос соответствия знаний предмету познания, т.е.
114
проблемный вопрос определения именно тех форм и принципов мышления,
которые наиболее продуктивно обеспечивают креативность и предметную
истинность в сфере мышления (рассудка и разума). Кант исследовал
прежде всего логико-познавательные способности рассудка, формы и
процессы рассуждений, продуцирующих конструкции – схемы чистого
мышления. Выполнение такой задачи дало возможность кенигсбергскому
философу обнаружить а) формообразующую роль категорий,
обеспечивающих синтез эмпирических суждений, понятий и представлений,
и б) что категории способны предварять и обуслаливать возможность
постижения всеобщего и необходимого в пределах опыта. Кант делает
вывод о взаимополагании и относительном различии чувственности и
рассудка в продуктивных процессах чистого мышления. (В ХХ веке наука
открыла асимметрию мозга, что дало возможность экспериментально-
физиологически подтвердить предвидение Канта). Рассудок выполняет
функцию подвидения многообразия чувственного материала с помощью
априорных форм созерцания под единство понятия Кант обоснованно
утверждает: рассудок сам конструирует идеальный объект сообразно
априорным формам мышления – категориям. Мы можем познать то, что
сами создали конструктивно-познавательным способом. Кант поставил
деятельность трансцендентального субъекта на место субстанции в
противоположность рациональному Декарта и Лейбница.
Конструировать понятие означает показать a priori соответствующее
ему созерцание. Чистое мышление Канта одновременно фигурирует с
чистым созерцанием, т.е. с чистым сознанием познавательной
деятельности. Кант утверждает мысль: «Для конструирования понятия
требуется не эмпирическое созерцание, которое, стало быть, как
созерцание, есть единичный объект, но тем не менее, будучи
конструированием понятия (общего представления) должно выразить в
представлении общезначимость для всех возможных созерцаний,
подходящих под одно и то же понятие» [1, с.600]. Мысленное
конструирование треугольника не есть процесс обобщения, заимствования
результатов какого-то опыта, а при помощи воображения в чистом
созерцании, априорно. Чистое мышление, чистое познание имеют такую
логико-гносеологическую особенность, которая позволяет
трансцендентальному субъекту мысленно-вариативно находить,
комбинировать и присоединять (априорно и необходимо) к субъекту
суждения различные предикаты. Именно таккая мыслительная

<< Предыдущая

стр. 20
(из 42 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>