<< Предыдущая

стр. 19
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

вых структур онтологии. С точки зрения современной постнеклассической ра­
циональности такой тип субъективности есть основа современных моделей
научно-технического, социального, естественнонаучного конструктивизма.
Гегель полагал, что диалектическое мышление есть такая система
мышления, которое имеет своей целью преодолеть недостатки науки нового
времени. Мышление – это конструирующий способ овладения сущностью
бытия. По мнению Гегеля, не достигнутая наукой нового времени цель овла­
дения вещами может быть достигнута дискурсивными формами его фило­
софской науки, а теоретической критикой метафизики теоретико-познава­
тельных установок дуализма мышления нового времени, где субъект и
объект противостоят друг другу как не опосредованные миры. Важно обра­
тить внимание на то, что критика Гегелем метафизики мышления нового вре­
мени, традиционной онтологии развертывается конституированием новой
онтологии, построением новой модели метафизики. Гегелевскую абсолютную
идею необходимо интерпретировать как рационально продуктивно-конструк­
тивное мышление, которое развивается как деятельность. "Мышление как
деятельность есть, следовательно, деятельное всеобщее – деятельность,
105
производящая именно себя, так как деяние, то, что произведено, есть всеоб­
щее» [3, с.112].
Мышление относится к виду духовной деятельности наряду с чув­
ственным восприятием, созерцанием, фантазией. Результатом мышления
как деятельности есть форма мысли, «размышление о чем-либо». Мысли­
тельная и практическая деятельность развиваются как целеполагающая
деятельность, которая есть, прежде всего, по Гегелю, умственная, мысли­
тельная деятельность. Что такое феноменология духа и какова связь духа
и сознания? Четкое и ясное изложение определения сущности познающего
сознания и соответствующей феноменологии духа мы находим в гегелев­
ской «Философской пропедевтике»: «Субъект, мыслимый более опреде­
ленно есть дух. Дух проявляет себе, существенно соотносясь с каким-либо
существующим предметом, в этом смысле он и есть сознание. Учение о со­
знании есть поэтому феноменология духа» [4,с.80]. Более глубокое содер­
жательное определение сознания имеется в философии духа, но истол­
ковывается как философия сознания духа. Поэтому познающее сознание
предстает в значении продуктивного процесса развития духа как «явления
«Я» – бесконечного содержательного отношения духа к себе как субъектив­
ное, чисто идеальное. Дух как сознание понимается как только явление ду­
ха. Гегель указывает, что «субъективная достоверность не должна иметь
никакого предела в объекте, она должна приобрести истинную объектив­
ность; и наоборот, предмет со своей стороны должен не только абстракт­
ным образом, но и со всех сторон своей конкретной природы сделаться
моим» [5, с.223]. Такой характер развития феноменологии обнаруживает
способность этой науки теоретически выходить за пределы понимания, за
пределы имеющегося знания. Это и есть феномен развивающегося продук­
тивно-конструктивного мышления, конституирующего новые структуры ис­
тинного знания как определенные формы теоретического духа. Субъектив­
ный дух проявляется как "чувствующий". Теоретический дух имеет такие сту­
пени развития: а) созерцания; б) представления; в) припонимания; г) вообра­
жения. Познавательная сила воображения – это 1) воспроизводящее вообра­
жение; 2) ассоциирующее воображение.
Гегель в «Феноменологии духа» различает и дает теоретическое
определение трем главным стадиям развития духа. Стадия абсолютного
знания представлена как конечная стадия развертывания, осуществления
философского знания как такового. Особенность ее в том, что развитие
духа, его мыслительных форм составляет определенную конструктивную
систему знания. На этой стадии познающее мышление достигает опреде­
ленного уровня развития понятия как формы духа. Конструктивное развер­
тывание духа в форме понятия есть предмет анализа – «теоретической
схемы движения «Науки логики» (второй части общей системы духа). Ге­
гель пишет, что стадии теоретического процесса развития духа есть «чи­
стые мысли, мыслящий свою сущность дух. Их… движение есть их духов­
ная жизнь…философия конструирует себя, и философия есть изображе­
ние этого движения». Философия предстает как система развития духа, ка­
тегории которой основаны содержанием стадий развития и определения

106
феноменологии. Гегель конструирует раздельно схему развития категорий
чистого мышления и эмпирические аспекты духа. Философия постигает
себя как система чистых конструктивных сущностей.
«Абсолютный дух», «Объективный дух» – это феномены – конструкции
рационального мышления Гегеля. Они обладают способностями саморазви­
ваться, самоизменяться и превращаться в иное качественное состояние. На
каждом этапе своего изменения и структурного определения эти феномены по­
лагают различные рациональные формы теоретической конструктивности
мышления. «Абсолютный дух» подобен «третьему миру» К. Поппера. Но «Аб­
солютный дух» Гегеля есть конституирующее самосознание Универсума, опре­
деляющее особые творческие сущности познающего сознания «Я». Дух в сво­
ей творчески-преобразующей сущности является неким рационально-теорети­
ческим субъектом, трансцендентальным «я». Гегель персонализирует «Абсо­
лютный дух» в значении конструктивного феномена божественного сознания.
Дух есть теоретическая деятельность, которая абстрактно-идеально полагает
объект и его сущности (как чуждые) как «всеобщие, необходимые и разумные».
Платоновская идея, Абсолютный дух Гегеля, художественный гений
Шеллинга – идеальные конструкты абстрактно-теоретических систем
знания и мысленного созерцания. Философия онтологии рациональных идей
эксплецитно была сформулирована и понималась в истории философии, гно­
сеологии и феноменологии на протяжении многих веков. Она представала как
фундаментальная философско-методологическая проблема познавательных
способностей субъекта. Исследование этих – способностей привело к образо­
ванию рационалистов и эмпиристов, считавших источником получения истин­
ного знания о мире соответственно или разум, идею, мышление, дух или чув­
ственно-эмпирический опыт, ощущения. Коецептуально-рационалистическая
модель наиболее отчетливо обозначилась в классическом рационализме (Пла­
тон, Декарт, Спиноза, Лейбниц) и немецкой философии XVIII века, представи­
тели которых полагали, что познание бытия в его независимости от сознания
возможно и достигается логико-рефлексивным, теоретическим сознанием, вы­
делением рациональных сущностей, которыми мыслящий субъект усматрива­
ет, полагает, приписывает фундаментальные характеристики реальности
«как она есть». Разум, Идея, Мышление рассматривались как феномены, про­
дуцирующие формы чистой конструктивной рациональности. Философские по­
иски целесообразных общезначимых, доказательных и очевидных оснований
онтологической и гносеологической значимости этих феноменов приводят к
концепции двух миров – неизменном, вечном, идеальном мире, постигаемом
«с помощью рассудка и разума» (Платон Тимей, 29в) и телесно-чувственном,
меняющемся мире, о котором субъект познания не может иметь истинного зна­
ния, но только – мнение, предположение и «неразумное ощущение» (Платон.
Тимей, 28а). Мир идей Платона – это мир истинной конструктивной чистой ра­
циональности. Выделив мир идей и обосновав Идею как высший способ бытия
и его особый идеально-теоретический конструкт, Платон, в сущности,
сконструировал особый, самостоятельный мир, в основе которого идеальные
сущности, наделенные творческими (интуитивными и логическими) рациональ­
ными характеристиками. Чувственно-эмпирический мир есть результат синтеза
107
рационального. Подлинным и высшим миром считается рациональный сверх­
чувственный, умопостигаемый мир – «то, что видит душа, – умопостигаемо и
безвидно» (Платон. Федон, 83в). Фундаментальная особенность этого мира в
том, что он истинный – конструктивно-рациональный и целенаправленный,
постигаемый только с помощью разума. Истина, рациональное, разум, мыш­
ление концептуально определяются как основополагающее, ведущее начало
всего – бытия, человека, познающего сознания. Деление Платоном мира на
чувственный и сверхчувственный и обоснование творчески-рациональной
способности сверхчувственного, ноуменального мира было теоретически
осмыслено и продолжено развитию в средние века. Решающим и определяю­
щим для средневековых мыслителей явилась догма о сотворении, рациональ­
ном конструировании богом мира из ничего. Оценка ими сущности сверхчув­
ственного мира – единственно истинного мира совпадала с положениями Пла­
тона, но теоретико-познавательная проблема в средние века, процесс мыслен­
ного постижения человеком феноменов этого мира рассматривалась противо­
положным образом платоновскому пониманию. Если высший мир идей пости­
гаем в платоновском понимании только разумом, рациональным познанием, то
сверхчувственный божественный мир является совершенно непроницаемый
для теоретического мышления.
Главная особенность трактовки гегелевского духа, познающего созна­
ния, чистого разума в том, что согласно их творению получается «все ре­
ально». Детерминация и конструктивизация ее структурных элементов си­
туационна, феноменальна, противоречива. Субъективная и объективная
реальность предстает в виде многомерного, нелинейно конструктивно орга­
низованного единого целого. В его основе целеполагающие рациональные
формы бытия. Но она, в месте с тем, обладает и чувственно-эмпирически­
ми, созерцающими формами. С положением «все реально» сочетается по­
ложение «все идеально». Что выступает в функции идеального? Идеальное
имеет статусы всеобщности и необходимости, рациональности и конструк­
тивности, объективности и субъективности. Идеальное объемлет все, факти­
чески (онтологически) и феноменологически, имеет форму объективной ре­
альности. Можно с полным основанием утверждать, а такой вывод исходит
из анализа «Феноменологии духа», «Энциклопедии философских наук» и
«Науки логики». Реальным есть идеальное, обладающее функциями фено­
менологической всеобщности и тематической актуальности. Лифшиц М.А.
считает, что необходимо «взять… урок у Платона, Аристотеля и Гегеля» –
«признать, что идеальное существует не только в человеке, не только в об­
щественной деятельности, не только в предметных воплощениях обществен­
ного сознания, но и в природе, и в социальных процессах, и в жизни лично­
сти» [6, с.143].
Эти особенности констатируют онтическую и конституитивную сущ­
ность идеального. Ничто, небытие, нереальность, временность – это прин­
цип смены, снятия, деструктуризации и нового становления, конструкции
всякого явления. Чувственное и духовное (рациональное) в онтологической
и логической проекции коррелируют с вещным и идеальным типами реаль­
ности. В классической парадигме философского мышления (Платон, Гегель)
108
идеальный мир и реальный мир взаимодействуют как противоположности:
конструктивна субстанция и акциденция, креативно-первичное и вторичное,
активная сущность и явление.
Становление ноосферы как реальности – конструктивно-рациональное
формирование различных форм бытия искусственной среды обусловило но­
вый тип социального субъекта – демурга искусственного – разум, мысль,
проект. Конституирующим выражением и плотью есть современная конкрет­
ная научно-техническая, экономическая, художественно-эстетическая реаль­
ность. Это творения феноменологии духа, познающего и полагающего Разу­
ма. В этом смысле П.А. Флоренский писал так: «Разум есть потенциальная
техника, техника есть актуальный разум. Другими словами, содержанием ра­
зума должно быть нечто, что воплощаясь, дает орудие. А так как содержание
разума, как выяснено, – термины и их отношения, то можно сказать: орудия
– не что иное как материализованные термины, и потом между законами
мышления и техническими достижениями могут быть усматриваемы постоян­
ные параллели» [7, с.56-59]. Действительно параллели-корреляты не только
имеются, но их число и феноменологическая сущность возрастает. В этом
нас убеждает вариативная виртуальная реальность («композитивные
модели») как форма и способ конституирования свойств абстрактного содер­
жания мышления и свойств целеполагающего субъективно-деятельного "Я" –
«мыслящей субстанции». Абстрактное содержание есть определяющая
часть рационально-продуктивного мышления, содержащая те структурные
составляющие, что мы называем «онтологическими обобщениями», «иде­
альными объектами», «наглядными конструкциями», «предметными допуще­
ниями». По мнению П.А. Флоренского, в технике воплощается логос, проти­
востоящий хаосу. Следовательно, рациональность постнеклассической науки
есть свидетельство экспансии логоса и эйдоса духа не только в технике (а
если и в технике, то в принципиально новых формах технологий и эстетики).
Рационально-теоретический конструкт как необходимый теоретиче­
ский феномен, субстанция – субъект, внутренняя сущность познающего
самосознания, духа. Гегель приписывает «определениям мышления» объек­
тивную значимость вместе с функцией «объективного существования». Мыш­
ление развивается и самоконституируется как объективное в том значении, что
мысли служат для самоосуществления, самополагания духа и его перехода
«из своего понятия в действительности». Понятие «разум» связано с понятием
«мышление», но не тождественно ему. Разум определяет и обозначает процесс
воплощения духовности, понятийного мышления в действительность, т.е. опре­
деляет и вместе с тем есть процессом конструктивизации духовного и матери­
ального. Рациональный конструкт философских размышлений – это нечто
конкретное, как, например, у Пифагора «число», Платона «эйдос» (идея), Геге­
ля «мировой дух» или у Шеллинга «художественный гений», положенное в
основу теоретической системы, которое все объединяет, образуя структуру фи­
лософско-теоретического знания.
Конструктивность мышления – процесс обретения новых смыслов
усмотрением, полаганием, приписыванием, комбинированием и прекомби­
нированием их в процессе понятийно – теретического или образно – эмоци­
109
онального творчества. Смысловое конструирование – это нечто иное
самой деконструкции, совершается переход в “нечто истинно иное” – по-ге­
гелевськи совершается новая возможность мышления. Смысл – событие –
это новая концептуальность “чистых”последовательных философских
стратегий, микросюжетов конструктивно – философского мышления. Шел­
линг ввел в философию конструктивный метод. Он писал:”Без введения в
философию метода конструкции во всей его строгости невозможно ни вы­
йти за узкие границы кантовского критицизма, ни продвинуться по указан­
ному Фихте пути к положительной и аподиктической философии. Учение о
философской конструкции составит в будущем одну из важнейших глав на­
учной философии: невозможно отрицать, что отсутствие должного понятия
конструкции препятствует многим участвоватьв развитии философии” [8,
c.4].
Конструирование (от латинского construo – собирать, строить, воздви­
гать). Шеллинг его определяет так: «Конструировать искусство – значит,
определить его место в универсуме. Определение этого места есть
единственная дефениция искусства [9, с.72]. Всякая теоретическая конструк­
ция есть 1) чистое единство абстрактного и конкретного, всеобщего 3) логи­
ческое перебирание, комбинирование понятийных, образных символических
возможностей, т.е. творческое создание такой теоретической схемы, мыслен­
ной модели, которая включала бы в себя содержание целого. Шеллинг пи­
шет специальную работу «О конструкции в философии» (1802), а в «Филосо­
фии искусства» формулирует конструирование как форму мыслительной де­
ятельности и метод, представляющий собой косвенный путь в созерцании и
познании сущностей. Три раздела первой части философских дискурсов ис­
кусства называются «Конструирование искусства вообще и в целом»,
«Конструирование материи искусства», «Конструирование особенного, или
формы искусства». Философия искусства есть такая необходимая конструк­
тивно-теоретическая цель и форма интеллектуальной деятельности, с помо­
щью которой философ созерцает «внутреннюю сущность своей науки…
она… подобная, например, натурфилософии, важна как конструирование
мира, столь же замкнутого и завершенного в себе, как природа» [9, с.50].
Идеально-теоретический конструкт* философских дискурсов вы­
полняет роль универсального ключа для объяснения и одновременно для
построения системы или систем знания как это у Платона, Гегеля и Шел­
линга. Причем, онтологическая, феноменологическая и рационально-гносе­

*
О сущности конструирования пишет Энштейн М.: «Конструкт, в отличие от творе­
ния, не может быть живым существом и органической частью Божьего мира – это химера,
знающая о своей химерности (без оценочных коннотаций этого слова)…, конструирование
есть акт бого-человеческий». Эйнштейн М. Философия возможного. – СПб.: Алтейя, 2001,
с.201. Интеллектуальное конструирование в художественной деятельности (близкое к пози­
ции Шеллинга) рассматривает Поль Валери. Он употребляет выражения «к радостям
конструирования», «акт конструирования», связывает их с выражениями «гипотетические
конструкции», «правильные комбинации» и считает, что «конструирование» располагается
между замыслом или четким образом и отобранными материалами». Валери П. Об искус­
стве. – М.: Искусство, 1993, –С. 41-43.
110
ологическая значимость конструкта как феномена философского знания
такова, что если вынуть его из конкретной философской системы, напри­
мер, учения Платона, Гегеля или Шеллинга, то вся философская теорети­
ческая конструкция распадется, и образуется куча различных понятий, об­
разов, рассуждений, которые предстанут логически и теоретически совер­
шенно не связанными. Конструкт философской системы – это как бы ме­
тодологический стержень, который имманентно связывает части целого.
Без конструкта нет системы. На основе его философско-теоретической ин­
терпретации различные части целого связываются и на основе их теорети­
ческого синтеза и категориального созерцания конституируется концеп­
туально-смысловое миропонимание, мирообъяснение и мирополагание в
форме рациональной понятийной структуры знания. Эта структура есть ме­
тодологический и онтологический стержень гегелевской эпистемологии и
феноменологии. Гегель развивает понятие о сущности надиндивидуально­

<< Предыдущая

стр. 19
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>