<< Предыдущая

стр. 36
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

– 1985. – №1 . – С . 73-81.


202
УДК 7.03
Е.А. Капичина

ПРОБЛЕМА ПОНИМАНИЯ В КОНТЕКСТЕ
ЭСТЕТИКО-ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

Статья посвящена проблеме понимания, ее герменевтическому обоснованию
и эстетическим формам существования. Анализируется проблема музыкаль­
ного понимания как пример эстетико-герменевтического подхода к проблеме
понимания и общения в целом. Ист. 6.

Проблема понимания является центральной проблемой осмысления
Философской герменевтики. Традиционно герменевтика означает искусство
интерпретации текстов, наука о понимании смысла. Слово "герменевтика" –
греческого происхождения и дословно обозначает объяснение, изложение,
толкование (есть и другое значение: дар слова, речь). Исторические корни
этого понятия уходят в древнегреческую мифологию, где Гермес играл роль
посредника между богами и людьми, т.е. выполнял работу истолкования,
перевода и взаимопонимания. Существуют давние связи герменевтики с ло­
гикой, риторикой, поэтикой и это оказалось определяющим для ее дальней­
шего развития как науки об истолковании в эпоху Ренессанса и Реформации,
когда остро возникла проблема перевода и понимания старого культурного
наследия, будь-то Библия или римское право. В ходе конфронтации теологи­
ческой, юридической и филологической герменевтики, выявилась их зависи­
мость от догматических предпосылок, а попытка освобождения привела к ро­
мантическому проекту Шлейермахера, которого называют основоположни­
ком философской герменевтики. Именно Шлейермахер впервые определяет
герменевтику как искусство понимания чужой индивидуальности, а основной
целью понимательных процедур герменевтики философ считает постижение,
через анализ произведения, самого автора. Т.е. пониманию подлежит не
только дословный смысл сказанного или написанного тем или иным авто­
ром, понимание должно понять и самого творца-художника. Всякий текст,
всякая речь может быть осмыслена и преобразована в акт понимания. Мож­
но сказать, что в философии Ф. Шлейермахера поднимается онтологический
статус герменевтики, ибо проблема понимания и истолкования захватывает
не только само художественное произведение, но оказывается и способом
постижения человека, его бытия.
Дальнейшее развитие герменевтики проходило по пути "насыщения"
ее проблемного поля историческим измерением. Особый вклад в этот про­
цесс был внесен В. Дильтеем, который представлял историю, как большую
непонятную книгу, подлежащую расшифровке и истолкованию. Именно ис­
торическая преемственность образует культуру как форму человеческого
существования. А жизнь человека, которая осмысливается как Фундамен­
тальный Факт истории, приобретает онтологический статус. Поэтому исто­

203
рическое познание есть, согласно Дильтею, способ самопознания, когда
дух постигает себя и завершает себя не в спекулятивном познании, а в ис­
торическом постижении. Следовательно, герменевтика, осмысленная как
постижение историчности оказывается основой наук о духе, ибо историче­
ский процесс мыслится, как подлежащий расшифровке текст. При этом
важным шагом вперед можно считать соединение герменевтики с аксиоло­
гией, психологией и феноменологией.
В. Гумбольдт, немецкий философ, языковед и основоположник Фило­
софии языка, по-своему объясняет проблему понимания. Гумбольдт один
из первых определил язык как видение мира, он утверждал, что именно на
языке основано и в нем выражается то, что для человека вообще есть мир.
Философ онтологизирует категорию языка, он утверждает, что мир являет­
ся миром лишь постольку, поскольку он получает языковое выражение, –
но подлинное бытие языка в том только и состоит, что в нем выражается
мир [1, с.319-322]. "Исконная человечность языка означает вместе с тем и
языковой характер человеческого бытия-в-мире" [2, с.513]. Понимание, со­
гласно концепции Гумбольдта, может осуществляться посредством духов­
ной деятельности, и в соответствии с этим речь и понимание есть различ­
ные действия одной и той же языковой силы Процесс речи нельзя сравни­
вать с простой передачей информации. Слушающий так же, как и говоря­
щий, должен воссоздать ее посредством своей внутренней силы, и все, что
он воспринимает, сводится лишь к стимулу, вызывающему тождественные
явления. Поэтому для человека, по Гумбольдту, естественным является
воспроизведение понятого им в речи. Эту способность к восприятию новых
языков Философ называл "ключом к пониманию всех языков" [1, с.78]. Та­
ким образом, философия Гумбольдта отражает стремление философа в
единой картине представить совокупность духовно-исторического развития
человечества в его цельности. "Гумбольдтский путь к языку, говорил
М. Хайдеггер, – берет курс на человека, ведет через и сквозь него к иному:
к вскрытию и изображению духовного развития человеческого рода" [3,
с.263].
Феноменология Гуссерля опирается на дильтеевское понимание наук о
духе, и это объясняет необычность ее обращения от свойственного филосо­
фии анализа понятийных функций к эйдетическим процедурам. Вместе с тем,
Гуссерль сохранил трансцендентальную установку и условием понимания
мира как универсального горизонта, считал радикальное самосознание и от­
ветственность субъекта. Поворот Хайдеггера к фундаментальной онтологии
состоял в отказе от трансцендентализма и в обращении к забытым основани­
ям бытия. При этом он опирался на искусство исторического понимания
Дильтея, согласно которому жизнь может быть понята только жизнью, онто­
логизацию Языка Гумбольдта, а также на учение Гуссерля о жизненном мире
как анонимном фундаменте смыслополагания. Но его поворот отличается
значительной радикальностью и представляет собой отказ от приоритета
"духа" в пользу "почвы":понимание является способом бытия человека.
Хайдеггер определяет понимание как изначальную бытийственную ха­
рактеристику человеческой жизни. Фундаментальный экзистенциал "понима­

204
ние" раскрывается Хайдеггером в "Бытии и времени" как основной модус Da­
sein, сводимый к познавательному акту и не выводимый из объяснения. "По­
нимание, – объяснял философ, – есть экзистенциальное бытие можествова­
ния, присущего самому здесь бытию, а именно так, что это бытие в нем рас­
крывает, "как обстоит дело" с бытием вместе с ним" [4, с.5]. В этом определе­
нии философ перечисляет основные элементы сложной структуры понима­
ния: "бытие-возможность (Sein-konnet), –предполагающая озабоченное
устроение мира и заботливое опекание других; план, набросок (Entwurf) – эк­
зистенциальная устроенность, не имеющая ничего общего с обдуманным во­
площением замысла, а характеризующая именно возможность возможности
бытия; раскрытие, просвет (Sicht), проникновение в фундаментальную
устроенность бытия [4, с.5]. Связь понимания с раскрытием возможности
фиксируется в обыденном языке: "понять – значит, постичь, – говорит
Хайдеггер, – суметь, смочь, дорасти, суметь сделать, стать способным к
чему-то". "Здесь бытие, – как писал Хайдеггер, – не есть нечто наличное, что
в придачу еще что-то может, чем-то способно быть, но оно первично есть бы­
тие-возможность" [4, с.4]. Dasein – это поистине брошенная возможность,
препорученная самой себе и, тем самым, свободная для выбора различных
возможностей. Хайдеггер утверждает, что связь с возможностью и брошенно­
стью обнаруживает "разнонаправленные способы понимания: собственные и
несобственные, подлинные и не подлинные, и это перенаправление основ­
ных возможностей понимания есть одна из экзистенциальных модификаций
"набрасывания" [5, с.198]. Следовательно, понимание, согласно концепции
Хайдеггера, в модусе набрасывания выводит к "смотрению" здесь бытия, ко­
торое философ определяет еще, как "проглядываемость", "прозрачность".
Этот термин философ выбирает "для обозначения "самопознания", понято­
го должным образом, а именно: дело не в прослеживании, наблюдении и
оглядывании какой-то точки самости, "Я", но в понимающем схватывании
полной раскрытости бытия в мире сквозь сущностные моменты его
устроенности. Само понимание, по Хайдеггеру, осуществляется благодаря
проникновению в мир и, наоборот, непрозрачность, непонимание "Я" связа­
ны не с эгоизмом субъекта, а с незнанием мира.
Согласно теории Хайдеггера, понимание развертывается в форме, ис­
толкования, состоящем в усвоении понятого. Истолкование мира осуще­
ствляется в ходе деятельно-озабоченного отношения к нему как к сподручному.
Будучи старательно просматриваемым, оно расценивается с точки зрения при­
годности, совершенствования и улучшения. Раскрытое в понимании выделено
таким образом, как нечто, о чем идет речь, которое конституирует понимание.
По мнению Хайдеггера, именно в акте озабоченного отношения к миру задает­
ся установка, которая в дальнейшем уже всегда присутствует в формах теоре­
тического понимания. Практически-озабоченное истолкование не есть простое
"означивание" непосредственного наличного. Как ожидание "встречи" с ситуа­
цией оно является некоей предусмотрительностью и предвосхищением. Иначе
говоря, предпонимание как предвосхищение возможности, и истолкование как
раскрытие "чтойности". По мнению философа эти установки связаны понятием
"смысл". "Смысл есть "в направлении чего" – наброска как таковое структури­

205
ровано посредством преднамерения-предусмотрительности и предвосхище­
ния-предухватывания, из какового нечто становится понятным как нечто" [4,
с.13]. Таким образом, "смысл", по Хайдеггеру, есть не идеальное свойство,
диспозитив, набрасываемый на отсутствующее, а экзистенциал, свидетель­
ствующий о заполненности мира сущим. Понимание как раскрытие "здешно­
сти" опирается на целое, ибо выступает в модусе предвосхищения. Так возни­
кает круг: часть предполагает целое, а последнее само постигается как связь
частей. Но этот круг (герменевтический круг) нельзя расценивать как "пороч­
ный", ибо он раскрывает не некую произвольную процедуру интерпретации, а
выражает экзистенциальную структуру Dasein. На этом выводе и основывается
известное выражение Хайдеггера: "Самое главное не в том, чтобы выйти за
пределы круга, а в том, чтобы правильно войти в него" [4, с.15].
В более поздних сочинениях Хайдеггер постоянно обращался к теме,
которая в своем истоке опирается на идею Гумбольдта: онтологизация
Слова и Языка. Хайдеггер определяет язык как "дом бытия", он стремится
именно в нем услышать "тихий голос бытия" и наделить его онтологически­
ми характеристиками. Он говорит: "язык есть просветляюще-утаивающее
явление самого Бытия" [3, с.199]. Поэтому тот, кто творит язык, выступает
одновременно первичным строителем мира. "Язык – есть дом бытия, живя
в котором, человек экзистирует, поскольку, оберегая истину бытия, принад­
лежит ей" [4, с.203], – гооворит философ. Явление языка, по Хайдеггеру,
впервые дает имя сущему, и благодаря такому именованию, впервые изво­
дит сущее слово и явление. Таким образом, Язык в философии Хайдеггера
является домом Бытия, дающим имя всего сущего, "набрасывающим свет­
лоту" на все сущее, домом, в котором живет и сам человек, ведь именно
через человека язык "говорит", и мы его слышим. А понимание выступает
как раскрытие, истолкование, проникновение в саму истину бытия, т.е.
схватывание полной раскрытости бытия в мире сквозь сущностные момен­
ты его устроенности. Поэтому человек должен научиться не только слы­
шать Язык, но и понимать его, а следовательно слышать и понимать Бы­
тие. "Язык оказывается историческим горизонтом понимания, а само пони­
мание (герменевтика) становится свершением бытия" [4, с.103].
Совершенно особое значение герменевтика приобрела благодаря рабо­
там Х.-Г. Гадамера. Он сумел развить достижения своих предшественников.
В своей концепции герменевтики он старается "удержать" и интенции Шлей­
ермахеровской герменевтики и историзм Дильтея, и онтологическое измере­
ние Хайдеггера, осуществляя своеобразный и довольно действенный синтез.
Прежде всего, проблемное поле герменевтики понимается Гадамером до­
вольно широко. Речь идет об особой области, которая имеет своей задачей
"раскрыть опыт постижения истины, превышающей область, контролируемую
научной методикой, везде, где мы с ним сталкиваемся, и поставить вопрос о
его собственном обосновании" [2, с.39]. Следовательно, в теории Гадамера,
герменевтика имеет отношение к истине и может раскрыть ее следуя своему
собственному методу, который сопротивляется научному подходу, поскольку
методология естественных наук не может быть применена в областях гумани­
тарного знания. Поэтому герменевтика как понимание пытается осмыслить

206
не только текстовый материал, она "вторгается" в область эстетики и даже
истории. В своей работе "Истина и метод" Гадамер, исходя из весьма широ­
кого определения герменевтики как искусства взаимопонимания между людь­
ми, противопоставил научному опыту, техническому мышлению – этим "локо­
мотивам" современной цивилизации – практические умения и навыки жизни,
здравый смысл, язык, эстетический вкус, игру, сообразительность и др. То
есть "рациональной теории решений", которая претендовала на абсолютную
истинность, Гадамер противопоставил традицию практической философии,
сохранявшуюся от Аристотеля до Канта. Поэтому главную задачу герменев­
тического понимания Философ видит в том, чтобы вступить в диалог, беседу,
разговор. Следовательно, процесс понимания является, прежде всего, и ис­
ключительно событием языка.
Язык у Гадамера, как и у Хайдеггера, есть та среда, то пространство,
где осуществляется диалог, собеседование, истолкование. "Язык, – гово­
рил Гадамер, – это универсальная среда, в которой осуществляется само
понимание. Способом этого осуществления является истолкование" [2,
с.452]. Язык насыщен переживаниями и духовным опытом предшествую­
щих поколений. Согласно Гадамеру, языковый опыт предшествует всему
тому, что мы познаем и высказываем, потому что этот опыт абсолютен, он
возвышается над нашим конкретным бытием и охватывает любые отноше­
ния, любое бытие, в какой бы связи эти сущности не представали перед на­
ми. Следовательно, все, что является предметом познания и высказыва­
ния, всегда уже окружено "мировым горизонтом языка". Не смотря на то,
что язык, в концепции Гадамера, универсальная среда, процесс понимания
сохраняет определенную свободу индивида. Взаимоналожение горизонтов
понимания, которое осуществляется в процессе герменевтического прочте­
ния, осмысливается философом как незамкнутое событие, как продолжаю­
щийся и никогда не могущий быть завершенным разговор. Гадамер иссле­
дует проблему языка и понимания в художественной среде искусства, а
сущностью произведения искусства является игра, сохраняющая свободу
произведения и зрителя. В процессе герменевтического истолкования
произведения искусства рождается собственное понимание, собственный
смысл, который одновременно раскрывает и нас самих, и художественное
произведение, и его автора. Таким образом, у Гадамера герменевтика име­
ет определенный онтологический статус (также, как и у Хайдеггера), кото­
рый позволяет ей выступать своего рода методологией гуманитарного по­
знания. Герменевтика у Гадамера есть не только понимание и интерпрета­
ция того или иного текстового материала, но есть познание человека и че­
ловечества в целом. Это познание и самопознание человека, его места в
мироздании, его истории, его культуры, наиболее значимых для человека
областей его существования.
Итак, проблема понимания в свете философской герменевтики высту­
пает как изначальная бытийственная характеристика человеческого бытия,
а само понимание является основополагающей задачей и целью герменев­
тики как интерпретации. То есть понимание становится неиссекающей про­
цедурой интерпретации, когда Текстом выступает Бытие. Особенностью та­

207
кой интерпретации является, опираясь на теорию Хайдеггера, то, что ин­
тенции понимания, исходят не только от человека, истолковывающего и ин­
терпретирующего мир культуры, культура сама по себе есть интерпрета­
ция, поскольку всякий смысл, рафинирующийся в ней, не сводим к одно­
мерности. Отсюда можно сделать вывод, что культура, или искусство в це­
лом является диалогическим пространством или "местом встречи" Челове­
ка и Бытия. Ведь искусство является особым языком, именно в искусстве,
посредством художественного языка, в созданном художественном произ­
ведении реализуется художественная модель мира. Интерпретируя произ­
ведение искусства, читатель, зритель, слушатель "встречается" не просто с
автором этого произведения, но и с культурой в целом, а следовательно, и
с самим бытием.
Подходом, конкретизирующим ряд операций герменевтики, а также
сближающим основные идеи диалогической философии, герменевтики и
теории эстетики, является рецептивная эстетическая теория. Это совре­
меннее направление, зародившееся в западной критике и литературоведе­
нии, исходящее из идеи, что произведение искусства возникает и реализу­
ется только в процессе встречи-диалога художественного текста и читате­
ля, зрителя. Воспринимающий, в свою очередь, с помощью обратной связи
способен воздействовать на данное произведение. До своим истокам ре­
цептивная эстетика во многом была реакцией на "имманентную эстетику",
т.е. на идею автономности искусства, на понимание произведения искус­
ства как самодовлеющего и самоценного произведения. Авторы и сторон­
ники этого подхода (одним из главных его представителей является немец­
кий ученый Ганс Яусс) исходят из положения, что узко понятый эстетиче­
ский анализ, замыкающийся только рамками художественного текста, недо­
статочен для понимания произведения искусства. Поскольку в акте художе­
ственного восприятия приходят во взаимодействие законы произведения и

<< Предыдущая

стр. 36
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>