<< Предыдущая

стр. 2
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Однако чаще в трудах по римскому праву фрагментарные сведения о transactio содержатся в разделе, посвященном безымянным контрактам (Ч. Санфилиппо, И. Пухан и М. Поленак-Акимовская) <*>, либо они вовсе отсутствуют (И.Б. Новицкий, И.А. Покровский, И.С. Перетерский).
--------------------------------
<*> См.: Санфилиппо Ч. Курс римского частного права: Учебник / Под ред. Дождева Д.В. М.: БЕК, 2000. С. 256 - 257; Пухан И., Поленак-Акимовская М. Римское право (базовый учебник). Перевод с македонского В.А. Томсинова и Ю.В. Филиппова / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало, 2003. С. 253.

Анализ сущности мировой сделки и ее отличительных признаков позволил российским правоведам XIX - начала XX вв. сформулировать общие положения о гражданской мировой сделке. Однако исследование ее правовой природы не дало ощутимых результатов в отношении проблемы определения места мировой сделки в системе гражданско-правовых институтов - отечественная цивилистическая наука так и не дала однозначного ответа на этот вопрос <*>.
--------------------------------
<*> Г. Дернбург подчеркивал, что положение мировой сделки в системе гражданского права столь же неопределенно, как и дарение. Сам Г. Дернбург соглашался с предложением поместить ее в общую часть, рядом с учением о судебном решении. Обычно, придерживаясь такого порядка, он отступал от него в Пандектах, как сам указывал, "по чисто дидактическим соображениям" (Дернбург Г. Пандекты. Том второй. Обязательственное право. М., 1911. С. 285, примеч.).

На это обстоятельство обращалось внимание, например, в объяснениях к проекту Гражданского уложения, где говорилось о том, что вопрос о месте, которое мировая сделка должна занимать в системе права, представляется спорным в цивилистике. При этом подчеркивается, что Прусское земское право и проект Баварского гражданского уложения говорят о мировой сделке в общей части обязательственного права, а прочие уложения и проекты, включая Германское гражданское уложение, помещают мировую сделку в особенной части обязательств в ряду отдельных договоров. При разработке российского проекта Гражданского уложения был воспринят последний подход, и положениям о мировой сделке отводилось место в числе договоров в конце раздела второго "Обязательства по договорам в особенности" (гл. XXV) <*>.
--------------------------------
<*> См.: Гражданское Уложение. Книга V. Обязательства. Проект Высочайше учрежденной редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения. Том пятый. С объяснениями. СПб.: Государственная типография, 1899. С. 303 - 304.

В.И. Синайский также указывал на то обстоятельство, что место изложения мировой сделки не установлено, в силу чего ее излагают в общей части гражданского права, в связи с осуществлением гражданских прав <*>. Сам он поместил учение о мировой сделке в раздел обязательственного права, в гл. II "Обязательства по договорам" (§ 32 "Классификация договоров в отдельности. Дарение. Мировая сделка").
--------------------------------
<*> См.: Синайский В.И. Русское гражданское право. М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2002. С. 365, примеч.

В первом систематическом изложении русского гражданского права - труде Д.И. Мейера "Русское гражданское право" - мировой сделке было уделено незначительное внимание. В параграфе "Защита прав", рассматривая вопросы самозащиты и судебной защиты прав и, в частности, касаясь вопросов о гражданских правах в их судебном осуществлении, о влиянии процессуального права на материальное право, обозначая последствия различных "судебно-гражданских действий", Д.И. Мейер дал краткую характеристику мировой сделки <*>. В названном параграфе рассматривались также и последствия иных "судебно-гражданских действий": предъявления иска, извещения ответчика, возражения, доказывания, судебного решения и исполнения решения.
--------------------------------
<*> См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право (в 2-х частях). М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2003. С. 303 - 307.

Е.В. Васьковский, по традиции рассматривавший мировую сделку как один из "суррогатов судебного решения" <*>, в "Учебнике гражданского права" поместил краткую справку о ней в раздел, посвященный осуществлению, нарушению и защите прав (§ 20 "Судебная защита прав") <**>.
--------------------------------
<*> Древнее римское право рассматривало мировую сделку как на суррогат судебного решения (Барон Ю. Система римского гражданского права / Пер. с нем. Л.Н. Петражицкого. СПб., 1910).
<**> См.: Васьковский Е.В. Учебник гражданского права. М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2003. С. 191.

Фундаментальный "Курс гражданского права" К.П. Победоносцева содержит весьма обстоятельное учение о мировой сделке в § 25, посвященном вопросам прекращения обязательств (гл. 7 "Прекращение и погашение обязательств"). К.П. Победоносцев в своем труде не только дал определение общегражданской мировой сделки, но и уделил определенное внимание мировой сделке "несостоятельного с кредиторами" <*>.
--------------------------------
<*> Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В трех томах. Том 3 / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало (Русское юридическое наследие), 2003. С. 182 - 188.

Отличия мировой сделки от конкурсной мировой сделки обозначил и Г.Ф. Шершеневич. В частности, в труде "Курс гражданского права" он подчеркнул отличительные черты конкурсной мировой сделки, которая (в отличие от договорной мировой сделки) не признавалась им основанной на договоре, поскольку: 1) меньшинство кредиторов подчиняется большинству, 2) отсутствует неопределенность, или сомнительность, прав, 3) отсутствует взаимность уступок. Параграф 47 "Мировая сделка" размещен в названном труде в отделе III "Обязательственное право" среди различных видов обязательств <*>.
--------------------------------
<*> См.: Шершеневич Г. Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 446 - 448.

А.М. Гуляев, напротив, не разграничивал общегражданские мировые сделки и конкурсные мировые сделки <*>. Считая мировые сделки особым основанием прекращения обязательств, он поместил параграф о мировых сделках в раздел "Прекращение обязательства".
--------------------------------
<*> См.: Гуляев А.М. Русское гражданское право. СПб., 1912. С. 291.

Как уже было сказано, в проекте Гражданского уложения положения о мировой сделке были помещены в раздел особенной части как отдельный договор в ряду прочих договоров (глава XXV). Критикуя положения указанного проекта, А.С. Парамонов утверждал, что необходимо отнести мировую сделку "к договору дарения на условиях и поместить не в XXV главе, а в главе IV-й проекта улож. о дарении, после 271 статьи, озаглавив так: V - Дарение на условиях или мировая сделка" <*>.
--------------------------------
<*> Парамонов А.С. Мировая сделка // Вестник права. 1900. N 3. С. 136.

Таким образом, при отсутствии в дореволюционном гражданском законодательстве общих положений о мировой сделке учение о мировой сделке продолжало разрабатываться в российской цивилистической науке. Вместе с тем отсутствие единого взгляда на положение мировой сделки в системе гражданского права не могло не сказаться отрицательно на развитии учения о мировой сделке, препятствовало созданию целостной концепции мировой сделки.
Плановая социалистическая экономика коренным образом изменила весь гражданский оборот, существовавший в дореволюционный период. Ревизии подверглись и положения гражданского права: если в проекте Гражданского уложения должны были найти свое место несколько статей, регулирующих мировую сделку, то Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. вовсе не содержит в себе положений о мировой сделке. Аналогичная ситуация имела место и в Гражданском кодексе РСФСР 1964 г., повторяется она и в действующем ГК РФ.
Отсутствие названных норм в гражданском законодательстве привело к тому, что советская цивилистика вовсе не занималась вопросами мировой сделки. Иногда встречаемые в цивилистических работах суждения в отношении каких-либо аспектов мировой сделки высказываются попутно и не ведут к разработке учения о мировой сделке. Изучение современного состояния правовых разработок в области мировой сделки показало, что отдельные ее аспекты рассматриваются в трудах отечественных правоведов, однако единая и логически обоснованная цивилистическая концепция мировой сделки в России отсутствует.

§ 1.3. Мировая сделка как категория защиты
гражданских прав

Для формирования общей концепции мировой сделки необходимо прежде всего обозначить ее место среди иных гражданско-правовых институтов. Точное его (места) определение необходимо для понимания содержания мировой сделки, анализа ее формы, выявления сущностных характеристик.
Для гражданского права наиболее существенным является отнесение мировой сделки к категории защиты гражданских прав (В.М. Хвостов, Е.В. Васьковский). С учетом этого и опираясь на современные теоретические исследования в области защиты гражданских прав, можно установить место мировой сделки в системе институтов гражданского права.
Формирование научной концепции защиты гражданских прав началось в отечественной цивилистике сравнительно недавно. Еще в 1972 году В.П. Грибанов отмечал, что "в цивилистической науке вопрос о защите гражданских прав с точки зрения принадлежащего управомоченному лицу права на защиту вообще не исследовался" <*>. И именно ему принадлежит целостная концепция сложнейшего направления цивилистики - осуществления и защиты гражданских прав <**>.
--------------------------------
<*> Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2000. С. 105.
<**> Концепция данного направления была создана В.П. Грибановым на базе анализа таких теоретических проблем, как: а) учение о субъективных правах; б) понятие, принципы и способы осуществления гражданских прав; в) сроки осуществления гражданских прав; г) пределы осуществления гражданских прав; д) осуществление управомоченным лицом права на защиту (см.: Грибанов В.П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав: Автореф. дисс. ... докт. юрид. наук. М., 1970. С. 3.).

Теория защиты гражданских прав, которая в настоящее время продолжает свое развитие <*>, не является предметом настоящего исследования. В силу этого обращение к теоретическим основам защиты гражданских прав будет проводиться только в той мере, в которой это представляется необходимым для целей настоящей работы.
--------------------------------
<*> Я.Н. Шевченко подчеркивает, что категория защиты права получила освещение в литературе, однако само понятие защиты, мер и способов, в которых она выражается, различные авторы трактуют по-разному (см.: Шевченко Я.Н. Средства защиты в гражданском праве // Советское государство и право. 1977. N 7. С. 55 - 62). А.Н. Кожухарь выделяет пять направлений трактовок понятия защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов (см.: Кожухарь А.Н. Проблемы теории и практики права на судебную защиту в исковом производстве: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Киев, 1991. С. 9 - 10).

Право граждан и юридических лиц по своему усмотрению осуществлять принадлежащие им субъективные права, а также приобретать их и распоряжаться ими (ст. 9 ГК РФ) составляет содержание гражданско-правовой диспозитивности, под которой принято понимать способность субъектов гражданского права принимать собственные свободные правовые решения, наличие правовой свободы, возможность выбора <*>.
--------------------------------
<*> См.: Яковлев В.Ф. Россия: экономика, гражданское право (вопросы теории и практики). М.: РИЦ ИСПИ РАН, 2000. С. 56 - 57.

Нельзя не согласиться с позицией В.В. Витрянского, определяющего право на защиту как один из элементов содержания субъективного гражданского права, который проявляет себя лишь в условиях, когда кто-либо оспаривает или нарушает это право либо посягает на него <*>. Следовательно, как в процессе реализации права, так и в процессе его защиты управомоченное лицо свободно в выборе: оно вправе защищать свое право или отказаться от его защиты; защищая, избрать любую форму защиты (юрисдикционную или неюрисдикционную), любые из предусмотренных законом средств и способов правовой защиты.
--------------------------------
<*> См.: Витрянский В.В. Проблемы арбитражно-судебной защиты гражданских прав участников имущественного оборота: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1996. С. 8.

Защита субъективных гражданских прав и законных интересов осуществляется в предусмотренном законом порядке, то есть посредством использования надлежащей формы, способов и средств защиты. Рассматривая вопрос о формах, способах и средствах защиты прав, Д.М. Чечот делает вывод об их самостоятельном характере и специальном содержании, при том, что они находятся в теснейшей взаимосвязи и взаимозависимости <*>.
--------------------------------
<*> См.: Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 72.

В литературе высказывается множество суждений в отношении понятия и квалификации форм защиты прав. Довольно широкий разброс мнений по данному вопросу обусловлен прежде всего тем, что в основе разграничения лежат неодинаковые критерии <*>.
--------------------------------
<*> Обзор мнений по данному вопросу см., например: Свердлык Г.А., Страунинг Э.Л. Защита и самозащита гражданских прав: Учебное пособие. М.: Лекс-книга, 2002. С. 35 - 37; Богданова Е.Е. Формы и способы защиты гражданских прав и интересов // Журнал российского права. 2003. N 6.

Опираясь на понятие защиты гражданских прав как деятельности по применению охранительных норм гражданского законодательства, можно сделать вывод, что под формой защиты гражданских прав следует понимать механизм реализации охранительных норм гражданского права.
Следует различать два типа реализации охранительной нормы:
- реализация нормы права непосредственно лицом, право которого нарушено или оспаривается;
- принудительная реализация нормы права уполномоченным органом (правоприменение).
Данный вывод всецело подтверждает распространенное мнение о том, что форма защиты прав определяется субъектом применения охранительных норм права. В зависимости от субъектного состава лиц, осуществляющих защиту прав, различают две основные формы - неюрисдикционную и юрисдикционную.
Абсолютно справедливо утверждение Г.Ф. Шершеневича о том, что инициатива защиты в гражданско-правовом порядке всегда принадлежит частному лицу - субъекту защиты <*>. В силу этого в целях защиты своих нарушенных (оспоренных) прав это лицо, реализуя предоставленные ему возможности, может действовать самостоятельно, без обращения к государственным или иным компетентным органам (неюрисдикционная форма защиты прав).
--------------------------------
<*> См.: Шершеневич Г.Ф. Наука гражданского права. М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2003. С. 217.

В том случае, если управомоченное лицо не вправе (бессильно) реализовать охранительную норму права, либо в случае исчерпания собственных возможностей по защите прав оно обращается к уполномоченным государством органам - суду, арбитражному суду, третейскому суду, в вышестоящую инстанцию, в административный орган и др., то есть прибегает к юрисдикционной форме защиты прав. Обращение за защитой нарушенных (оспоренных) прав к государственным или иным уполномоченным органам допускается в предусмотренном законом порядке.
В рамках юрисдикционной формы принято различать судебный (общий) порядок и административный (специальный) порядок.
Судебная защита нарушенных или оспоренных гражданских прав в силу п. 1 ст. 11 ГК РФ осуществляется в соответствии с установленной процессуальным законодательством подведомственностью дел судом общей юрисдикции, арбитражным судом или третейским судом.
Законодательное решение об отнесении третейских судов к органам, уполномоченным осуществлять защиту нарушенных и оспоренных гражданских прав, породило дискуссию относительно проблемы соотношения компетенции государственных судов и третейских судов в Российской Федерации. Обозначились две позиции, которые можно рассматривать как диаметрально противоположные.
Согласно первой из них третейские суды занимаются деятельностью, в определенной мере сходной с оказанием платных юридических услуг, которая должна "эффективно контролироваться" государственными судами. Сторонники данной точки зрения признавали, что в случае, когда одна из сторон третейского соглашения (при действительности этого соглашения) возражает против рассмотрения спора в третейском суде, последний "автоматически теряет компетенцию по рассмотрению спора" <*>. Если при наличии действительного третейского соглашения государственный суд отказывается рассматривать спор, то тем самым нарушает права истца на правосудие. Данная позиция имела определенное влияние на судебно-арбитражную практику: в частности, в арбитражных судах допускался односторонний отказ от третейского соглашения.
--------------------------------
<*> Нешатаева Т.Н., Старженецкий В.В. Третейские и государственные суды. Проблема прав на правосудие // Вестник ВАС РФ. 2000. N 10. С. 85.

Названная позиция критиковалась в литературе <*>. Несогласие с рассматриваемой точкой зрения высказал и Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ (далее - Президиум ВАС РФ).
--------------------------------
<*> См. об этом, например: Комаров А.С. Основополагающие принципы третейского суда // Вестник ВАС РФ. 2001. N 4. С. 87 - 94; Муранов А.И. Действительное третейское соглашение и проблема прекращения производства по делу в российском государственном суде // Законодательство. 2002. N 10. С. 65; Карабельников Б.Р. Признание и приведение в исполнение иностранных арбитражных решений // Научно-практический комментарий к Нью-Йоркской конвенции 1958 года. М.: Юстицинформ, 2001. С. 35; Суханов Е.А. Об одном решении арбитражного суда // Третейский суд. 2000. N 5. С. 45.

В частности, в Постановлении по конкретному делу Президиум ВАС РФ указал на ошибочность позиции, согласно которой в случае возражений одной из сторон против рассмотрения спора в третейском суде, несмотря на действительное третейское соглашение, третейский суд автоматически теряет компетенцию на рассмотрение спора <*>. Такая позиция была признана Президиумом ВАС РФ противоречащей ст. 23 действовавшего в тот период Арбитражного процессуального кодекса РФ (1995) и ст. ст. 2, 3, 8 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров.
--------------------------------
<*> Постановление Президиума ВАС РФ от 27.11.2001 г. N 1293/01 // Вестник ВАС РФ. 2002. N 5.

Вторая позиция в отношении соотношения компетенции государственных и третейских судов отличается другой "крайностью": признается, что третейский суд, как и государственный суд, осуществляет правосудие, а не оказывает сторонам юридические услуги <*>. При этом подчеркивается, что третейские суды не являются государственными судами, не входят в государственную судебную систему (и, более того, по своей природе не могут составлять какой-либо единой системы), не имеют вышестоящих судебных инстанций.
--------------------------------
<*> Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации" / Отв. ред. А.Л. Маковский и Е.А. Суханов. М.: Статут, 2003. С. 7.

Справедливости ради надо отметить, что сегодня сторонники второй концепции не склонны рассматривать суды как некий аналог государственного правосудия <*>. Иными словами, признается, что третейские суды по роду своей деятельности осуществляют нечто вроде "негосударственного правосудия".
--------------------------------
<*> Исследуя теорию об осуществлении правосудия не только государственным судом, но и иными юрисдикционными органами (в том числе третейскими судами), О.Ю. Скворцов пишет, что она восходит еще к советским работам по процессуальному праву и основывается на отождествлении правосудия и формы, в которой правосудие осуществляется. Далее он обоснованно отмечает, что роль третейского суда при всей ее значимости несопоставима с ролью государственного суда, принципы и основания деятельности третейского суда не вписываются в систему правосудия, которое осуществляется исключительно государственными судами (см.: Скворцов О.Ю. Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации": научно-практический. М.: Омега-Л, 2003. С. 19).

Думается, что как первая, так и вторая трактовки природы третейского разбирательства являются юридически некорректными в силу следующего.
Наряду с законодательной и исполнительной властью судебная власть рассматривается как самостоятельная сфера публичной (государственной) власти. Судебная власть представляет собой совокупность полномочий по осуществлению правосудия, то есть полномочий по рассмотрению конституционных, гражданских, административных и уголовных дел в порядке, установленном законодательством о судопроизводстве (ст. 118 Конституции РФ). Таким образом, правосудие является формой государственной деятельности; осуществлять такую деятельность могут только специально созданные государственные учреждения - государственные суды, составляющие в совокупности судебную систему. Более того, это положение прямо следует из ч. 1 ст. 1, ч. 1 ст. 4 Федерального конституционного закона "О судебной системе", согласно которым правосудие осуществляется только судами, учрежденными в соответствии с Конституцией Российской Федерации и названным Федеральным конституционным законом; никакие другие органы и лица не вправе принимать на себя функцию осуществления правосудия.
Третейские суды, как известно, в государственную судебную систему не включаются. Следовательно, третейские суды не могут осуществлять правосудие, являющееся, как было сказано выше, прерогативой государственных судов.
Статьей 6 (1) Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Практика контрольных органов Европейской Конвенции (Европейской комиссии по правам человека и Европейского Суда по правам человека) свидетельствует о том, что право на доступ к суду понимается как возможность добиться рассмотрения своего дела в суде и отсутствие чрезмерных правовых или практических препятствий. При этом понятие "суд" толкуется очень широко: в это понятие включены не только органы, интегрированные в государственную судебную систему, но и органы, которые созданы на основании закона, независимы от исполнительной власти и сторон, обладают сроком полномочий и разрешают дела в соответствии с процедурой полномочий, которая дает гарантию законности в каждом конкретном случае <*>.
--------------------------------
<*> В частности, Европейский суд по правам человека подводил под понятие "суд" некоторые квазисудебные органы, например, корпоративные дисциплинарные органы, квалификационную коллегию судей, органы, утверждающие договоры купли-продажи земли, квалификационную коллегию адвокатского сообщества.

Контрольными органами Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод признавалось, что право на доступ к правосудию не является абсолютным и в большинстве участвующих в Европейской Конвенции государств это право ограниченно или зависит от специальных условий (в отношении несовершеннолетних, сутяжников, невменяемых, банкротов, связанных арбитражным соглашением лиц) <*>. Таким образом, не противоречат ст. 6 Европейской Конвенции положения национального закона, допускающие добровольный отказ от права на рассмотрение дела государственным судом.
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации" / Отв. ред. А.Л. Маковский и Е.А. Суханов. М.: Статут, 2003. С. 77.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (ст. 46), предоставляя право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45).
Третейский суд (арбитраж) наравне с государственными судами уполномочен рассматривать (за некоторыми изъятиями) споры, возникающие из гражданских правоотношений, осуществляя защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав (п. 1 ст. 11 ГК РФ, п. 2 ст. 1 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже", п. 2 ст. 1 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации").
Таким образом, обращение к третейскому суду (арбитражу) за защитой нарушенных или оспоренных прав не может рассматриваться как противоречащее Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод или Конституции Российской Федерации <*>. И напротив, ограничение возможности частных лиц по использованию указанного вида судебной защиты (при юридической действительности третейского соглашения) не будет соответствовать конвенционному и конституционному положениям о праве на судебную защиту гражданских прав.
--------------------------------
<*> См.: Комаров А.С. Основополагающие принципы третейского суда // Вестник ВАС РФ. 2001. N 4. С. 92.

Согласно п. 2 ст. 11 ГК РФ защита гражданских прав в административном порядке может осуществляться лишь в случаях, предусмотренных законом, а кроме того, решение, принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суд, то есть применение административного порядка допускается в виде исключения из общего правила и только в прямо предусмотренных в законе случаях <*>. При этом административный порядок рассматривается как отличающийся большей простотой и дающий возможность административным органам быстро восстановить нарушенные права и интересы управомоченных лиц <**>.
--------------------------------
<*> В отдельных случаях закон предусматривает обязательное обращение к административному органу, предшествующее обращению в суд, то есть лицо, полагающее свои права нарушенными (оспоренными), должно вначале использовать административный порядок защиты прав и лишь затем - судебный. Такой порядок рассматривается отдельными учеными как административно-судебный; он применяется для рассмотрения патентных споров, некоторых дел, возникающих из правоотношений в сфере управления (см.: Гражданское право. Том 1 / Под редакцией А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М: ПБОЮЛ Л.В. Рожников, 2001. С. 294).
<**> См.: Кожевников С.Н. Меры защиты в советском праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1968, С. 19.

Предусмотренные законом способы защиты прав зачастую именуют мерами защиты <*>. В целом с таким подходом следует согласиться: под способами защиты гражданских прав следует понимать правоохранительные меры, прямо предусмотренные законом в целях пресечения нарушения субъективных гражданских прав и (или) устранения последствий такого нарушения.
--------------------------------
<*> См., например: Хохлов В.А. Ответственность за нарушение договора по гражданскому праву. Тольятти, 1997. С. 93 - 98; Абова Т.Е. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С. 32; Кожевников С.Н. Меры защиты в советском праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1968. Определяя понятие способа защиты прав, большинство исследователей рассматривает их в качестве правоохранительных мер. Например, В.С. Ем понимает способы защиты прав как закрепленные или санкционированные законом правоохранительные меры, посредством которых производится устранение нарушения права и воздействие на нарушителя (см.: Гражданское право: В 2 т. Том 1 / Отв. ред. Суханов Е.А. М.: БЕК, 1998. С. 410). А.П. Сергеев обозначает указанным термином закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производятся восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав и воздействие на правонарушителя (Гражданское право. Том 1 / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. М.: ПБОЮЛ Л.В. Рожников, 2001. С. 295). Иные авторы трактуют способы защиты прав как меры реакции управомоченных лиц на нарушения гражданских прав (Гражданское право. Учебник для вузов. Часть первая / Под ред. Илларионовой Т.И., Гонгало Б.М., Плетнева В.А. М.: НОРМА, 2001. С. 54).

Способы защиты прав, являясь правоохранительными мерами, должны быть поименованы в законе. Например, в ст. 12 ГК РФ перечислено 11 способов защиты нарушенных гражданских прав и закреплено, что установленный перечень не является исчерпывающим, но использование и иных способов защиты допускается только при наличии прямого указания на то закона <*>.
--------------------------------
<*> Т.Е. Абова пишет, что непосредственно в ГК РФ перечислены способы, наиболее часто встречающиеся в судебной и хозяйственной практике, но этот перечень не исчерпывающий (Абова Т.Е. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С. 32 - 33).

Сегодня признается, что действующее гражданское законодательство предусматривает как универсальные, так и специальные способы защиты, предназначенные для обслуживания отдельных видов гражданских прав <*>. С учетом сказанного представляется бесспорной позиция, в силу которой гражданские права могут быть защищены только теми способами, которые прямо предусмотрены в законе <**>.
--------------------------------
<*> См.: Витрянский В.В. Проблемы арбитражно-судебной защиты гражданских прав участников имущественного оборота: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1996. С. 8.
<**> В связи с этим вызывает серьезные возражения утверждение о возможности рассмотрения в суде общей юрисдикции (арбитражном суде) дел о признании недействительной ничтожной сделки со ссылкой на то, что ГК РФ не исключает возможности предъявления такого рода исков (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (Вестник ВАС РФ. 1996. N 9)). В отличие, например, от факта недействительности акта государственного органа или органа местного самоуправления, который требует обязательного судебного подтверждения (ст. 13 ГК РФ), ничтожность сделки не поставлена в зависимость от признания ее таковой судом (ч. 1 ст. 166 ГК РФ).

Наиболее удачной классификацией способов защиты прав следует признать классификацию, предложенную Н.И. Клейн <*>. Способы защиты прав она подразделяет на:
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. Садикова О.Н. М.: Контракт, Инфра-М, 1997. С. 42.

- способы, осуществление которых возможно только в юрисдикционной форме (например, признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки; присуждение к исполнению обязанности в натуре);
- способы, осуществление которых возможно как в юрисдикционной, так и в неюрисдикционной форме (признание права; возмещение убытков; взыскание неустойки; прекращение или изменение правоотношения);
- способы, осуществление которых возможно только в неюрисдикционной форме (самозащита прав).
В отношении последнего способа защиты прав - самозащиты гражданских прав - в литературе высказывается мнение, согласно которому самозащита является не способом, а формой защиты прав, допускаемой тогда, когда потерпевший располагает возможностями правомерного воздействия на нарушителя, не прибегая к помощи судебных или иных правоохранительных органов <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Гражданское право. Том 1 / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. М.: ПБОЮЛ Л.В. Рожников, 2001. С. 294.

С такой точкой зрения нельзя согласиться. Неюрисдикционная форма защиты прав представляет собой самозащиту права в широком смысле - при использовании данной формы лицо самостоятельно ("само") защищает принадлежащее ему право <*>.
--------------------------------
<*> Неюрисдикционную форму защиты иногда обозначают термином "самопомощь".

Термин "самозащита прав", употребляемый в ст. ст. 12, 14 ГК РФ, имеет гораздо более узкое значение. Им обозначают такой способ защиты прав, который допустимо осуществить посредством совершения управомоченным субъектом действия фактического порядка, направленного на предупреждение или пресечение нарушений прав, в тех случаях, когда исключена возможность обращения к уполномоченному органу <*>. При этом закон предусматривает, что самозащита должна быть соразмерна нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для пресечения правонарушения (ст. 14 ГК РФ) <**>.
--------------------------------
<*> О.С. Иоффе пишет, что в чрезвычайной ситуации, когда в силу особых условий, при которых совершается посягательство на гражданские права, обеспечить их защиту в судебном или административном порядке не представляется возможным, используется исключительный порядок, при котором разрешено прибегнуть к необходимой обороне и крайней необходимости (см.: Иоффе О.С. Советское гражданское право. Курс лекций. Издательство Ленинградского университета, 1958. С. 248). В.В. Витрянский относит самозащиту права к способам защиты, причем к тем, которые позволяют предупредить или пресечь нарушения права (см.: Витрянский В.В. Проблемы арбитражно-судебной защиты гражданских прав участников имущественного оборота: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1996. С. 14 - 17). Г.Я. Стоякин определяет меры самозащиты как "предусмотренные законом односторонние действия юридического или юридико-фактического характера, применяемые управомоченным на их реализацию субъектом и направленные на пресечение действий третьих лиц, нарушающих его имущественные или неимущественные права" (см.: Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. С. 7). Вслед за О.С. Иоффе на невозможность обращения за защитой к государственным и общественным органам указывает, в частности, В.В. Долинская, характеризуя самозащиту права (см.: Долинская В.В. Защита гражданских прав // Гражданское право. Часть 1. Учебник / Под ред. А.Г. Калпина и А.И. Масляева. М., 2000. С. 254).
<**> Характеризуя самозащиту, можно указать следующие ее характерные черты: (1) она всегда осуществляется действиями фактического порядка, то есть действиями, которые не нацелены на достижение конкретного правового результата; (2) самозащита может осуществляться путем использования превентивных мер, то есть мер, направленных на предупреждение нарушения гражданских прав, и пресекательных мер, то есть мер, производимых тогда, когда нарушение произошло или продолжается; (3) самозащита осуществляется обычно силами самого пострадавшего лица (субъект, чье право нарушено), что не исключает содействия (участия) со стороны других лиц.

К самозащите прав в смысле ст. ст. 12, 14 ГК РФ относятся фактические действия, совершенные в состоянии необходимой обороны или в условиях крайней необходимости; фактические действия собственника или иного законного владельца, направленные на сохранение имущества, и т.д. Например, арбитражный суд по конкретному делу признал самозащитой прав опечатывание помещений <*>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 25.12.1995 г. по делу N 264/95 (здесь и далее используется база судебной практики правовой системы "КонсультантПлюс").

Наличие в ГК РФ наряду с институтом самозащиты гражданских прав института права удержания породило в цивилистической литературе дискуссию об их соотношении. Ряд авторов рассматривает удержание в качестве одного из проявлений самозащиты прав, другие придерживаются иной точки зрения, рассматривая право удержания в качестве самостоятельного гражданско-правового явления <*>.
--------------------------------
<*> Подробнее о дискуссии см.: Новак Д. Соотношение самозащиты гражданских прав и права удержания // Хозяйство и право. 2002. N 6. С. 102 - 103.

Анализ положений ГК РФ, регулирующих удержание, позволил сделать вывод, что удержание не является ни формой защиты прав, ни правоохранительной мерой (способом защиты). Реализация права удержания не имеет конечной целью собственно удерживать имущество, удержание направлено на достижение цели защиты прав: например, кредитор добивается пресечения действий, нарушающих его право или создающих такую угрозу, воздействует на должника, добиваясь получения задолженности, и т.д. Следовательно, удержание есть средство защиты прав, посредством которого кредитор реализует один из способов защиты прав.
Ошибка отнесения удержания к формам защиты прав либо к способам защиты прав имеет основанием отсутствие детальных разработок правовой категории "средства защиты прав", а также допускаемое в литературе отождествление таких правовых категорий защиты прав, как "форма защиты", "способ защиты", "средство защиты" <*>.
--------------------------------
<*> Д.М. Чечот подчеркивает встречающееся в литературе смешение, указывая, что "форма защиты именуется способом защиты, средством защиты, мерой защиты и т.д." (Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 72).

Анализ норм гражданского законодательства позволил сделать вывод о том, что средства защиты права - это приемы, допускаемые законом для правомерного воздействия на нарушителя субъективных гражданских прав с целью принудить его к определенному поведению.
Соответствующие субъективному гражданскому праву обязанности могут нормально исполняться обязанным лицом (реализация права); при отсутствии такого исполнения обязанное лицо принуждается к той модели поведения, которая установлена законом или договором (защита прав). В случае необходимости принуждения обязанного лица к осуществлению гражданско-правовых обязанностей допустимо использовать только средства, предусмотренные законом.
Средства защиты прав (в литературе их иногда называют средства правовой защиты) весьма разнообразны, их можно классифицировать по различным основаниям. Возможность использования того или иного средства защиты прав зависит прежде всего от субъектного состава лиц, использующих каждое конкретное средство защиты прав, то есть в конечном счете зависит от формы защиты прав.
Прежде всего средства правовой защиты следует разделять на действия и бездействие.
Управомоченное лицо вправе использовать оба вида названных средств правовой защиты. Так, защита прав может осуществляться уполномоченным лицом, например, посредством обращения к должнику с претензией, либо внесения денег в депозит нотариуса (действия), либо неисполнения не основанных на законе и договоре требований контрагента, либо отказа от выполнения недействительного договора (бездействие).
Уполномоченные органы (судебные или административные), в отличие от управомоченных лиц, вправе использовать только одну разновидность средств правовой защиты. Они правомочны осуществлять защиту прав только посредством действий, которые предусмотрены для них законом, - выносить акты (соответственно судебные или административные). И напротив, неисполнение указанными органами их полномочий - бездействие - рассматривается обычно как нарушение закона.
Средства защиты гражданских прав допустимо осуществлять только посредством правомерных действий (бездействия).
Неправомерные действия (бездействие), даже совершаемые в целях защиты прав, в любом случае не могут рассматриваться в качестве средств защиты прав. Например, не будет рассматриваться в качестве средства защиты прав приостановление кредитором исполнения одновременно по нескольким договорам в случае ненадлежащего исполнения должником лишь одного из них.
Правомерные действия как юридические факты традиционно подразделяют на юридические акты и юридические поступки. Следовательно, нет никаких препятствий для разграничения средств защиты прав, являющихся правомерными действиями, на юридические акты и юридические поступки.
Основываясь на доктринальных положениях о том, что к юридическим актам отнесены в том числе сделки, судебные акты и административные акты, а к юридическим поступкам - правомерные действия, с которыми закон связывает определенные юридические последствия, независимо от того, была ли у субъекта цель достижения того или иного результата, можно сделать следующий вывод.
Если реализация права на защиту осуществляется непосредственно самим управомоченным лицом, то к средствам защиты прав относятся такие приемы, использование которых допускается законом для субъектов гражданского права. И прежде всего к средствам правовой защиты следует отнести сделки.
Причем это могут быть как односторонние (для совершения которых достаточно воли одной стороны), так и двух(много)сторонние сделки (для совершения которых требуется согласование воли двух и более лиц). К последним относятся, в частности, арбитражное соглашение и мировая сделка.

§ 1.4. Мировая сделка - разновидность сделок,
направленных на защиту прав

Анализ доктринальных положений теории гражданского права позволил сделать вывод о наличии объективной необходимости теоретического исследования категории гражданско-правовых сделок, которые выступают средством защиты прав.
Но, прежде чем приступить к исследованию обозначенной проблематики, необходимо сделать несколько замечаний терминологического свойства.
В.В. Витрянский отмечает многоаспектность гражданско-правовой категории "договор", подчеркивая, что и в законодательстве, и в гражданско-правовой доктрине этот термин используется для обозначения:
- основания возникновения гражданского правоотношения (договор-сделка);
- самого правоотношения, возникшего по этим основаниям (договор-правоотношение);
- формы существования правоотношения (договор-документ) <*>.
--------------------------------
<*> См.: Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М.: Спарк, Хозяйство и право, 1999. С. 561.

Далее В.В. Витрянский говорит о том, что договор-сделка, представляя собой юридический факт, в принципе не может иметь собственное содержание, договор-документ не может служить источником всех условий, вследствие чего исследование условий договора предполагает анализ договора-правоотношения.
По определению О.А. Красавчикова, условие договора - "это ВОЛЕВАЯ (выделено автором. - М.Р.) модель (фрагмент общей договорной программы) поведения сторон после того, как данный договор вступит в силу" <*>. В своей совокупности условия договора образуют содержание договора (договора-правоотношения).
--------------------------------
<*> Красавчиков О.А. Гражданско-правовой договор: понятие, содержание и функции // Антология уральской цивилистики. 1925 - 1989: Сборник статей. М.: Статут, 2001. С. 174.

Положения российского гражданского законодательства допускают включение в любой гражданско-правовой договор условий, которые можно обозначить как условия, определяющие модель защиты прав.
В качестве классификационного критерия для разграничения обычных условий (условий, определяющих поведение сторон правоотношения) и условий, определяющих модель защиты прав, выступает цель, к которой они направлены. В первом случае этой целью будет реализация субъективного гражданского права, во втором - защита субъективного гражданского права.
Так, при заключении гражданско-правового договора его участники обычно оговаривают последствия нарушения каждым из них принятых обязательств. Чаще всего результатом такого обсуждения является включение в договор условий, определяющих меры ответственности.
Меры ответственности и способы защиты прав есть не различные, а соотносительные категории <*>, поэтому в число способов защиты, названных в ст. 12 ГК РФ, входит в том числе взыскание неустойки как мера ответственности. Устанавливая определенный размер неустойки, стороны тем самым конкретизируют способ защиты прав, который будет использоваться в случае нарушения условий договора.
--------------------------------
<*> На это, в частности, указывал С.Н. Братусь (см.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность (очерк теории). М.: Городец-издат, 2001. С. 115).

Стороны вправе договориться и о другом: например, ограничить использование какого-либо способа защиты прав или предусмотреть использование только одного способа защиты прав, допускаемого законом для данного вида договора. Так, ст. 468 ГК РФ определяет последствия нарушения условия договора купли-продажи об ассортименте товаров. При этом ч. 6 упомянутой статьи ГК РФ устанавливает, что содержащиеся в ней правила применяются, если иное не предусмотрено договором купли-продажи. Таким образом, стороны вправе согласовать правило, по которому при нарушении продавцом условия об ассортименте товара покупатель не вправе отказаться от всех переданных товаров и тем самым ограничить способы защиты прав покупателя.
Условия, определяющие модель защиты прав (как, собственно, и само право на защиту), начинают "работать" лишь в случае нарушения или оспаривания субъективных гражданских прав или законных интересов стороны (сторон). Этим они принципиально отличаются от остальных условий договора, определяющих поведение сторон в нормальной ситуации и начинающих действовать после вступления договора в силу (или с момента, оговоренного самими сторонами).
Обращение к разработкам О.А. Красавчикова о функциях гражданско-правового договора дало основание для вывода о том, что защитная функция является одной из важнейших функций договора и состоит в обеспечении адекватного исполнения обязанностей и осуществлении прав, возникающих на основании сделки <*>. Включение в содержание гражданско-правовых договоров условий, определяющих модель защиты прав в случае их нарушения контрагентом, широко применяется в договорной практике, и выделение таких условий в отдельную группу вряд ли вызовет серьезные возражения.
--------------------------------
<*> См.: Красавчиков О.А. Гражданско-правовой договор: понятие, содержание и функции // Антология уральской цивилистики. 1925 - 1989: Сборник статей. М.: Статут, 2001. С. 181.

Другое дело - выделение самостоятельной категории сделок, направленных на защиту прав: мыслится, что возражения против такого выделения будут основываться на ст. 153 ГК РФ, определяющей сделку как действие, направленное на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей.
Действительно, ст. 153 ГК РФ дает определение сделки, указывая в качестве характерного признака направленность действия на возникновение, изменение и прекращение правоотношения. В связи с этим в литературе оспаривается допустимость сделки, не воздействующей на динамику самого гражданского правоотношения.
Представляется, что сделка, не воздействующая непосредственно на движение правоотношения, имеет право на существование, в подтверждение чего хотелось бы привести следующие аргументы.
М.М. Агарков подчеркивает, что большинство сделок направлено на установление, прекращение или изменение правоотношений, но имеются и другие сделки, которые не устанавливают, не прекращают и не изменяют правоотношений. Он утверждает, что такого рода действия "все же правильно считать сделками, так как на них распространяются те же правила, которые существуют для сделок" <*>.
--------------------------------
<*> Цит. по ст.: Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву (см.: Агарков М.М. Избранные труды по гражданскому праву. В 2-х т. Т. II. М.: Центр ЮрИнфоР, 2002. С. 349).

Рассматривая сделку как действие, направленное на возникновение, изменение и прекращение гражданских правоотношений, М.М. Агарков признает, что не каждая сделка, взятая отдельно, достаточна для произведения такого юридического эффекта. Установление, изменение, прекращение правоотношения, по его мнению, могут быть результатом более сложного фактического состава, чем одна лишь сделка, и, в частности, могут включать две сделки и даже более (далее для целей настоящей работы такой сложный фактический состав будет обозначаться как "сложная сделка"). Отсюда им был сделан следующий вывод: "Направленность действия на установление, изменение или прекращение гражданских правоотношений имеется не только тогда, когда стороны выразили волю непосредственно произвести этот эффект, но и тогда, когда они выразили волю, направленную на определение тех условий, от которых будет зависеть наступление эффекта" <*>.
--------------------------------
<*> Цит. по ст.: Агарков М.М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву (см.: Агарков М.М. Избранные труды по гражданскому праву. В 2-х т. Т. II. М.: Центр ЮрИнфоР, 2002. С. 350).

Предположим, стороны совершили гражданско-правовую сделку, в результате чего между ними возникло обязательственное правоотношение. Учитывая вероятность допущения нарушений с каждой из сторон правоотношения, участники сделки согласовали также модель защиты прав, то есть совершили сделку, (потенциально) направленную на защиту прав. Сделка, направленная на защиту прав, может найти свое отражение в основном договоре, но может быть оформлена как самостоятельный документ. Например, арбитражное соглашение может быть включено в содержание основного контракта (общий договор-документ), но может выступать и в виде третейской записи, заключаемой сторонами после нарушения прав (самостоятельный договор-документ).
Основываясь на вышеизложенном, думается, нет никаких препятствий для признания сделок, направленных на защиту прав и прямо не воздействующих на движение гражданского правоотношения (они не порождают, не изменяют и не прекращают гражданских прав и обязанностей).
Вместе с тем на практике имеют распространение случаи, когда защита прав осуществляется путем прекращения, изменения или установления новых гражданских прав и обязанностей. Так, желая прекратить обязательство из причинения вреда, сторона-правонарушитель может предоставить стороне-потерпевшему отступное (мировая сделка). Следовательно, допустимы сделки, направленные на защиту прав и одновременно влияющие на динамику гражданских прав и обязанностей.
В силу сказанного, думается, сделки, направленные на защиту прав, можно рассматривать в качестве самостоятельной категории сделок вне зависимости от того, воздействуют они или нет на гражданское правоотношение. Такие сделки могут входить в состав сложной сделки (сложный фактический состав), в целом направленной на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, либо самостоятельно порождать указанные последствия. Категория сделок, направленных на защиту прав, нуждается в подробном теоретическом обосновании для целей формирования правильной практики их совершения.
При состоявшемся нарушении либо оспаривании гражданских прав (либо в целях их предотвращения) стороны вправе соглашением определить свое поведение по защите нарушенных (оспоренных) прав. В частности, соглашением они могут конкретизировать форму защиты прав либо ограничить, уточнить или заменить способы защиты прав.
Анализ возможностей управомоченных лиц по защите прав позволяет утверждать, что все сделки, направленные на защиту прав, можно условно разбить на две группы.
Одну из этих групп составят сделки, устанавливающие, изменяющие или конкретизирующие форму защиты прав (арбитражное соглашение, соглашение о подсудности, пророгационное соглашение). Другую группу - сделки, устанавливающие, изменяющие или конкретизирующие способ защиты прав (сделки, которые находят свое отражение в условиях договора-документа в виде санкций за неисполнение договора (то есть имеют вид условий, определяющих модель защиты прав), мировые сделки).
Учитывая, что при нарушении (оспаривании) прав всегда имеется сторона-нарушитель и сторона-пострадавший (противные стороны, противники), сделки, направленные на защиту прав, не могут быть односторонними. Это сделки только двусторонние (например, сверка расчетов, мировая сделка) либо многосторонние (например, мировая сделка с участием третьих лиц, которые приняли на себя обязанности из мировой сделки).
Таким образом, сделки, направленные на защиту гражданских прав, относятся к средствам защиты прав, использование которых допускается законом только для субъектов гражданского права.
В том случае, если, исчерпав собственные возможности по защите своих прав, управомоченное лицо не добилось поставленной цели, оно вправе обратиться к силе уполномоченного (правоприменительного) органа.
Для этого лицо использует средства, направленные на возникновение процедуры публичного принуждения, с соблюдением предусмотренных законом требований. В частности, предъявление искового требования в суд (общий, арбитражный, третейский) по общему правилу оформляется исковым заявлением, для которого процессуальным законодательством предусмотрена специальная форма и содержание. Таким образом, в качестве средства защиты прав надлежит рассматривать такие действия как обращение с иском в суд, заявление возражений на иск.
После возбуждения процедуры (в судебном или административном органе) частное лицо в известной степени ограничивается в возможности использовать собственные средства защиты прав - применение средств правовой защиты становится прерогативой уполномоченного органа (судебного или административного). Уполномоченные органы могут осуществлять защиту нарушенных или оспоренных прав такими средствами защиты, как судебный акт <*> (например, определение об обеспечении иска, решение по существу спора) или административный акт.
--------------------------------
<*> Н.А. Рассахатская подчеркивает важность судебных актов, отмечая, что они выступают и как условие, и как средство применения мер защиты (см.: Рассахатская Н.А. К вопросу о механизме судебной защиты субъективных прав // Проблемы защиты субъективных гражданских прав: Сборник научных трудов. Ярославль, Ярославский государственный университет, 2000. С. 98).

Вместе с тем закон прямо предусматривает возможность сторон отказаться от судебной процедуры принуждения и урегулировать возникший гражданский спор самостоятельно путем заключения мировой сделки в суде (судебной мировой сделки). Таким образом, мировая сделка является универсальным средством защиты прав, которым стороны вправе воспользоваться во всяком положении спора.
Совершая мировую сделку - сделку, направленную на защиту прав, - лицо может, например, отказаться от требования о возмещении убытков, взамен чего другая сторона предоставит ему конкретное имущество, либо участник правоотношения откажется от своей доли в праве на определенное имущество, получив за это с другой стороны правоотношения денежную компенсацию, либо лицо откажется от предусмотренного договором порядка исчисления неустойки за просрочку исполнения договора, согласившись взамен на получение дополнительных услуг, не предусмотренных договором, и т.п.
Судебная практика подтверждает случаи совершения сторонами внесудебных мировых сделок.
Так, между акционерными обществами был заключен договор об оказании финансовой помощи, во исполнение которого кредитором была выдана ссуда <*>. В договоре было указано, что обеспечением возврата ссуды является недвижимое и иное имущество, принадлежащее заемщику на праве собственности.
--------------------------------
<*> Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 18.05.2000 г. по делу N А12-10621/99-С8.

Кредитор свое обязательство исполнил надлежащим образом, своевременно передав ссуду заемщику, однако последний в установленные договором сроки ссуду не возвратил.
При указанных обстоятельствах стороны сочли правильным заключить сделку, согласно которой связывающее их обязательственное правоотношение было прекращено, и заемщик передал кредитору оговоренное в договоре об оказании финансовой помощи имущество. Данную сделку нельзя рассматривать иначе как мировую сделку.
Обобщая вышесказанное, для целей настоящей работы значимость представляют следующие выводы.
Во-первых, мировая сделка есть сделка, основная цель которой состоит в защите прав. Это сделка, направленная на защиту прав; она допустима только между субъектами, состоящими в гражданском правоотношении.
Во-вторых, мировая сделка допустима, если защита прав может быть осуществлена лицом самостоятельно (в неюрисдикционной форме); мировая сделка становится невозможной в тех случаях, когда защита прав может осуществляться только юрисдикционным органом. Так, стороны гражданского правоотношения не могут путем заключения мировой сделки признать оспоримую сделку недействительной или признать недействительным решение общего собрания акционеров - этот способ защиты прав осуществляется только посредством вынесения судебного акта <*>.
--------------------------------
<*> В частности, недопустимо заключение мировой сделки, когда защита права может быть осуществлена путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; присуждения к исполнению обязанности в натуре и т.д.

В-третьих, основываясь на вышесказанном, необходимо согласиться с классификацией В.М. Хвостова, который относил учение о мировой сделке к разделу о защите гражданских прав. При этом следует иметь в виду, что мировая сделка, как и всякая гражданско-правовая сделка, предполагает применение общих правил гражданского права.

Глава 2. ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ МИРОВОЙ СДЕЛКИ

§ 2.1. Мировая сделка - двух(много)сторонний
гражданско-правовой договор

Обращение к зарубежному законодательству позволяет сделать вывод о том, что ему несвойственно то невнимание к мировой сделке, которое характеризует российское гражданское законодательство, - в праве многих зарубежных стран институт мировой сделки регулируется нормами гражданского права <*>. И более того, в частности, в ст. 2044 Французского гражданского кодекса содержится определение мировой сделки: это договор, в силу которого стороны оканчивают возникший спор или предупреждают возникновение спора в будущем; согласно ст. 1965 Гражданского кодекса Италии под мировой сделкой понимается договор, которым стороны посредством взаимных уступок прекращают уже начавшийся спор или предотвращают спор, который может возникнуть между ними.
--------------------------------
<*> В материальном праве многих зарубежных стран нормы, регулирующие мировую сделку, содержатся в особенной части гражданских кодексов, то есть мировая сделка рассматривается как договор отдельного вида. В частности, в Италии мировой сделке полностью посвящен раздел 25 титула III "Об отдельных видах договоров" книги 4 "Об обязательствах" ГК 1942 г.; во Франции мировая сделка регулируется нормами, содержащимися в титуле 15 книги III "О различных способах, которыми приобретается имущество" ГК 1804 г.

<< Предыдущая

стр. 2
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>