<< Предыдущая

стр. 8
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

В случаях, прямо поименованных в законе или указанных в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (п. 2 ст. 162 ГК РФ).
В остальных случаях сделка, форма которой не соответствует требованиям, предъявляемым к ней законом (соглашением), сохраняет значение юридического факта, порождающего гражданские права и обязанности. Но по правилам ст. 162 ГК РФ, определяющей последствия несоблюдения простой письменной формы сделки, указанное несоблюдение требований к форме сделки усложняет положение сторон в случае спора между ними: участники этой сделки не вправе ссылаться на свидетелей, но вправе использовать письменные и иные виды доказательств. Запрет использования свидетельских показаний распространяется только на случаи, когда оспариваются само совершение или условия сделки; если спор возник в отношении исполнения (неисполнения) сделки, то свидетельские показания здесь не исключены <*>.
--------------------------------
<*> Нельзя согласиться с утверждением И. Матвеева о том, что государство в случае несоблюдения простой письменной формы сделки отказывается защищать права участника сделки, который фактически нарушил предписания гражданского закона о необходимости соблюдения соответствующей формы сделки (см.: Матвеев И. Юридическое значение формы сделки и ответственность за ее нарушение // Хозяйство и право. 2001. N 12. С. 93). Государство не отказывает в защите прав участникам сделки в случае несоблюдения ими соответствующей формы сделки, но усложняет процедуру доказывания (в случае спора между сторонами такой сделки). Эта норма не только имеет дисциплинирующее значение для субъектов гражданского права, но и направлена на установление истинного положения вещей в случае спора между сторонами сделки.

Из смысла ст. ст. 432, 434 ГК РФ вытекает, что договор признается заключенным только после придания ему надлежащей формы, что означает презумпцию: при указании закона на обязательность письменной формы ее отсутствие есть отсутствие договора (договора-правоотношения). Следовательно, в случае несоблюдения формы сделки (вне зависимости от того, предусмотрена ли такая форма законом или соглашением сторон) договор признается незаключенным.
Вышесказанное нуждается в иллюстрации. Предположим, что двумя юридическими лицами была совершена сделка купли-продажи малоценного инвентаря. Она не получила надлежащего письменного оформления: договор не был скреплен печатью одного из контрагентов, несмотря на установленную соглашением сторон обязательность соблюдения такого требования.
Одной стороной были исполнены условия сделки (объект договора был передан), другая сторона уклонилась от ее исполнения (не произвела оплату).
Учитывая, что стороны не заключили договор в надлежащей форме, говорить о возникновении между ними договорного обязательства нет оснований (договор не заключен). Вместе с тем, руководствуясь положениями п. 1 ст. 162 ГК РФ, пострадавшая сторона вправе представить в суд письменные доказательства совершения сделки и ее исполнения. Учитывая, что договор не является заключенным, требовать принуждения противной стороны к исполнению договора у пострадавшей стороны нет оснований, но она вправе заявить требование о применении последствий неосновательного обогащения.
Иным будет решение вопроса в том случае, если объектом такой сделки является недвижимое имущество.
В силу ст. 550 ГК РФ несоблюдение письменной формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность. Следовательно, в соответствии с положениями п. 2 ст. 162 ГК РФ данная сделка будет ничтожной, и пострадавшая сторона вправе заявить требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Говорить о незаключенном договоре в таких условиях нет оснований.
Применительно к мировой сделке, в силу которой изменяются, прекращаются, а в некоторых случаях возникают гражданские права и обязанности, большое значение имеют положения ст. 452 ГК РФ. Согласно п. 1 данной статьи соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное. Иначе говоря, по общему правилу преобразование договорного обязательства допустимо в той же форме, в которой была совершена сделка, повлекшая возникновение самого договорного правоотношения.
Так, в случае если стороны заключили договор аренды здания, удостоверив его нотариально, то изменения, вносимые в данный договор, также должны быть нотариально удостоверены.
Обобщая вышесказанное, можно сделать следующие выводы.
Во-первых, мировая сделка, совершаемая юридическими лицами, по общему правилу требует простой письменной формы <*>, если нет прямого указания закона на то, что такого рода сделка нуждается в нотариальной форме либо стороны своим соглашением не признали нотариальную форму обязательной <**>.
--------------------------------
<*> В объяснениях к проекту Гражданского уложения указывалось, что не должны допускаться "словесные" мировые сделки (Гражданское Уложение. Книга V. Обязательства. Проект Высочайше учрежденной редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения. Том пятый. С объяснениями. СПб.: Государственная типография, 1899. С. 307). На обязательность письменной формы мировой сделки указывалось в большинстве цивилистических работ дореволюционного периода (см., например: Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 446; Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В трех томах. Том 3 / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало (Русское юридическое наследие), 2003. С. 183; Гуляев А.М. Русское гражданское право. СПб., 1912. С. 291; Парамонов А.С. Мировая сделка // Вестник права. 1900. N 3. С. 137). Гражданский кодекс Италии предусматривает письменную форму мировой сделки (ст. 1967).
<**> Такую точку зрения высказывает, в частности, В. Рясенцев, указывая, что "внесудебная мировая сделка может быть заключена в нотариальной форме, когда она не обязательна по закону, но стороны желают придать ей большую силу" (Рясенцев В. Мировые сделки (соглашения) // Социалистическая законность. 1984. N 12. С. 27).

Например, совершая мировую сделку, стороны в обеспечение исполнения принятых обязательств заключили договор об ипотеке, который в силу п. 2 ст. 339 ГК РФ подлежит нотариальному удостоверению. Следствием этого будет необходимость нотариального удостоверения мировой сделки, включающей в себя договор об ипотеке.
Во-вторых, если законом, иными правовыми актами или соглашением сторон были предусмотрены дополнительные требования к форме мировой сделки (удостоверение печатью, составление договора на специальном бланке, скрепление каждой страницы подписями сторон и т.п.), то договор, опосредующий мировую сделку, который не соответствует этим требованиям, не может рассматриваться как заключенный в надлежащей форме.
В частности, если стороны предусмотрели, что заключаемый ими договор, опосредующий мировую сделку, должен быть удостоверен печатями обеих сторон, то при наличии лишь одной печати на тексте такой договор будет рассматриваться как несостоявшийся (незаключенный).
В-третьих, несоблюдение требований к форме мировой сделки влечет ее недействительность в тех случаях, когда это прямо предусмотрено законом для такого рода сделок или стороны своим соглашением установили это правило.
По всей вероятности, стороны гражданско-правовой сделки вряд ли будут предусматривать недействительность этой сделки в качестве последствия несоблюдения формы ее совершения. Вместе с тем несоблюдение требования о письменной форме сделки (когда в качестве последствия этого закон прямо называет недействительность сделки) будет влечь за собой недействительность мировой сделки. Так, если стороны внешнеэкономической сделки совершат мировую сделку вопреки требованиям о письменной форме, последняя сделка будет недействительной в силу п. 3 ст. 162 ГК РФ.
Это умозаключение можно подтвердить следующим примером из практики.
При рассмотрении Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате РФ (далее - МКАС) спора между российской организацией и бельгийской фирмой, возникшего из бартерного контракта, стороны соглашались с тем, что к их спору подлежит применению бельгийское право. Ссылаясь на положения бельгийского права, допускающего заключение мировой сделки в устной форме и доказывание факта существования коммерческих сделок всеми средствами, ответчик (бельгийская фирма) настаивал на том, чтобы МКАС вынес решение с учетом этой мировой сделки.
Арбитры, основываясь на ст. 165 действовавших в спорный период Основ гражданского законодательства 1991 г., отметили, что вопрос о форме внешнеэкономической сделки, совершаемой российскими юридическими лицами, урегулирован императивной нормой, отступление от которой невозможно по соглашению сторон. Эта норма имеет приоритет и перед нормами применимого права других стран. Исходя из требований российского законодательства, предусматривающего обязательность письменной формы внешнеэкономической сделки, а при несоблюдении этого требования - недействительность такой сделки, МКАС пришел к выводу о том, что упомянутая мировая сделка не может рассматриваться как действительная и арбитраж не может опираться на нее при рассмотрении данного спора <*>.
--------------------------------
<*> Решение МКАС от 17.03.1999 г. по делу N 272/1997 (см.: Розенберг М.Г. Международный договор и иностранное право в практике Международного коммерческого арбитражного суда. М.: Статут, 2000. С. 142). В решении отмечалось, что мировая сделка, заключенная сторонами внешнеэкономической сделки (контракта) относительно ее исполнения, в свою очередь, является внешнеэкономической сделкой.

В-четвертых, в случае если стороны заключили договор, придав ему нотариальную форму, которая не требовалась для данного вида договора, то мировая сделка сторон такого договора должна иметь ту же нотариальную форму (если из закона, договора сторон или обычаев делового оборота не вытекает иное <*>).
--------------------------------
<*> Г.Ф. Шершеневич указывал, что для внесудебной мировой сделки законом предписана не только письменная форма, но и нотариальное засвидетельствование. Однако, как подчеркивал он, ссылаясь на кассационное решение Правительствующего Сената 1875 г. N 687, практика "старается отнять у этой формальности какое бы то ни было значение" (Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 446). И.Е. Энгельман считал, что внесудебная мировая сделка заключается письменно, без всяких формальностей и в усложнении ее совершения нет надобности, вследствие чего делал вывод об отсутствии необходимости свидетельствования внесудебной мировой сделки у нотариуса или у мирового судьи (см.: Энгельман И.Е. Курс русского гражданского судопроизводства. Юрьев, 1912. С. 450).

Так, стороны заключили договор мены товара, удостоверив его у нотариуса. Впоследствии по причине неисполнения договора одной из сторон они договорились об отступном - о предоставлении взамен обусловленного договором товара иного имущества (ст. 409 ГК РФ). Подобные мировые сделки требуют нотариального удостоверения, за исключением случаев, когда иное прямо предусмотрено в договоре сторон или следует из обычаев делового оборота.
В-пятых, договор, опосредующий мировую сделку, подлежит государственной регистрации в силу требований закона <*>.
--------------------------------
<*> В объяснениях к проекту Гражданского уложения имелось указание на то, что мировые сделки, переносящие вещные права на недвижимость, требуют соблюдения формы, предписанной для них законом (см.: Гражданское Уложение. Книга V. Обязательства. Проект Высочайше учрежденной редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения. Том пятый. С объяснениями. СПб.: Государственная типография, 1899. С. 307).

Например, в том случае, если мировая сделка предусматривает аренду недвижимого имущества на срок больше года (п. 2 ст. 651 ГК РФ).
Таковы требования, относящиеся к форме мировой сделки.
Существуют дополнительные требования, предъявляемые к форме судебных мировых сделок (мировых соглашений), которые не относятся вовсе к форме внесудебных мировых сделок.
Основное требование состоит, бесспорно, в том, что мировое соглашение по общему правилу подлежит утверждению судом (п. 4 ст. 139 АПК, п. 4 ст. 150 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", ст. 38 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", п. 2 ст. 23 ФЗ "Об исполнительном производстве"), то есть закон предусмотрел для мировых соглашений специальную форму: мировое соглашение есть мировая сделка, нуждающаяся в судебной форме.
Следовательно, мировое соглашение, в утверждении которого суд отказал, нельзя рассматривать как заключенное - это несостоявшийся договор. Данное положение, в частности, прямо закреплено в п. 1 ст. 161 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому в случае вынесения арбитражным судом определения об отказе в утверждении мирового соглашения мировое соглашение считается незаключенным.
Судьба мирового соглашения, которое не было представлено на утверждение суда, неоднозначно решалась правоведами дореволюционного периода. Так, Е.А. Нефедьев считал, что мировая сделка, совершенная без соблюдения формальностей, указанных в законе, недействительна, но может служить средством доказывания <1>. По мнению Д. Азаревича, мировое соглашение, совершенное не в форме, указанной в ст. 1361 Устава гражданского судопроизводства, не являясь недействительным, должно рассматриваться в качестве внесудебной сделки <2>. Эту точку зрения поддерживал и И.М. Тютрюмов <3>. В развитие указанной позиции К. Анненков писал, что такая мировая сделка не влечет за собой прекращение дела, но может иметь значение доказательства по нему <4>.
--------------------------------
<1> См.: Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства (для студентов). М., 1909. С. 339.
<2> См.: Азаревич Д. Судоустройство и судопроизводство по гражданским делам. Университетский курс. Том 3. Судопроизводство. Варшава: Типография Варшавского учебного округа, 1900. С. 99.
<3> См.: Тютрюмов И.М. Устав гражданского судопроизводства с законодательными мотивами, разъяснениями правительствующего Сената и комментариями русских юристов. В 2-х томах. Петроград: Законоведение, 1916. С. 2033.
<4> См.: Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Том VI. СПб., 1887. С. 232.

Говорить о недействительности мировой сделки, которая заключена по спору, рассматриваемому в суде, но не представлялась на утверждение суда, вероятно, оснований не имеется. Вместе с тем нормы действующего гражданского законодательства не позволяют причислять такую мировую сделку к состоявшимся договорам - такая позиция будет противоречить положениям ст. ст. 432, 434 ГК РФ о несоответствии формы договора предъявляемым требованиям. Таким образом, мировое соглашение, не представленное в суд для утверждения либо представленное, но в утверждении которого суд отказал, будет представлять собой незаключенный договор. Это положение требует закрепления в законе.
Вторая особенность, отличающая мировое соглашение от внесудебной мировой сделки, на которой необходимо остановиться, - это обязательное оформление мирового соглашения единым документом <*>.
--------------------------------
<*> О необходимости оформления мирового соглашения общим документом, не вызывающим между сторонами возражений, пишет В. Рясенцев (см.: Рясенцев В. Мировые сделки (соглашения) // Социалистическая законность. 1984. N 12. С. 28).

Мировая сделка, в том числе и судебная, заключаемая гражданами в процессе урегулирования ими бытового спора или при разрешении спора в суде общей юрисдикции, может быть оформлена путем составления единого письменного документа, заявлений обеих сторон либо вовсе объявлена устно <*>.
--------------------------------
<*> См. об этом: Фишман Л.И. Движение гражданского процесса. Харьков: Юридическое издательство НКЮ УССР, 1926. С. 143 - 144; Елисейкин П. Судебные мировые соглашения // Советская юстиция. 1968. N 7. С. 18.

Отношения в сфере коммерческого оборота, как правило, строятся с помощью документов, вследствие чего требование о письменной форме мировой сделки является общим и распространяется как на внесудебную мировую сделку, так и на мировое соглашение.
Договор, опосредующий внесудебную мировую сделку, в силу п. 2 ст. 434 ГК РФ может быть заключен не только путем составления единого документа (договора-документа), но и путем обмена документами, посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.
В отличие от внесудебной мировой сделки, договор, опосредующий судебную мировую сделку, в любом случае должен представлять единый документ, подписанный сторонами <*>. Это прежде всего связано с тем, что мировое соглашение нуждается в специально предусмотренной законом судебной форме (утверждении судом). Оформление мирового соглашения единым документом не только упрощает проверку мирового соглашения на предмет свободы волеизъявления сторон, его законности, отсутствия нарушений прав третьих лиц и т.д., не только облегчает возможность принудительного исполнения мирового соглашения, но и в определенной мере защищает интересы его сторон от действий недобросовестных лиц.
--------------------------------
<*> Рассматривая проблемы мирового соглашения по делам о несостоятельности, подобное мнение высказывает А. Дубинчин (см.: Дубинчин А. Мировое соглашение в деле о банкротстве: проблемы теории и практики // Хозяйство и право. 2000. N 7. С. 21).

ГК РФ в отдельных случаях предписывает сторонам обязательное заключение договора в форме единого документа (например, в ст. ст. 550, 560, 1017 ГК РФ). Процессуальное законодательство подобной нормы, к сожалению, не содержит. Думается, что в законе необходимо прямо закрепить такое требование к форме мирового соглашения, заключаемого в сфере коммерческого оборота, как оформление его в виде единого документа.

§ 5.4. Особенности мировой сделки в третейском
разбирательстве

Как уже неоднократно подчеркивалось, особенностью мирового соглашения как мировой сделки, имеющей судебную форму, является то, что по общему правилу оно подлежит принудительному исполнению на основании исполнительного листа, выдаваемого арбитражным судом <*>.
--------------------------------
<*> О дискуссии в отношении возможности принудительного исполнения судебной мировой сделки см. § 3.1 настоящей работы.

Вместе с тем в некоторых случаях закон не предусматривает возможности принудительного исполнения мировых соглашений. Во-первых, это касается мировых соглашений по делам о несостоятельности (подробнее о них см. гл. 12 настоящей работы), во-вторых, мировых соглашений в третейском разбирательстве, на них хотелось бы остановиться подробнее.
В ст. 38 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" установлено, что третейский суд, если им утверждено письменное мировое соглашение, выносит определение о прекращении третейского разбирательства. В силу ст. 37 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", предусматривающей вынесение определения третейского суда по вопросам, не затрагивающим существо спора, определение является тем актом третейского суда, который принимается в случаях, когда не выносится решение по существу спора.
До принятия ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" деятельность третейских судов определялась Временным положением о третейском суде для разрешения экономических споров, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации 24 июня 1992 г., Положением о третейском суде (приложение N 3 к ГПК РСФСР 1964 г.).
Названные акты не содержали термина "мировое соглашение", но, в частности, ст. 19 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров предусматривала, что в случае, если сторонами было достигнуто соглашение об урегулировании спора (по сути - мировое соглашение), решение принималось третейским судом с учетом этого соглашения, то есть достигнутое сторонами соглашение становилось фундаментом (основанием) для вынесения решения <*>.
--------------------------------
<*> Статья 25 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров предусматривала, что в случае неисполнения ответчиком решения в установленный срок приказ на его исполнение выдается арбитражным судом, на территории которого находится третейский суд, то есть при отсутствии добровольного исполнения условий соглашения одна из его сторон, а именно ответчик, могла быть принуждена к исполнению. Последствия неисполнения обязанностей истцом (в случае достижения сторонами урегулирования спора) Временное положение не регулировало.

Несколько иные правила закрепляет Закон РФ "О международном коммерческом арбитраже". В ст. 30 названного Закона установлено, что в случае урегулирования сторонами спора международный арбитраж прекращает разбирательство и по просьбе сторон и при отсутствии возражений с его стороны фиксирует это урегулирование в виде арбитражного решения на согласованных условиях <*>. При этом в соответствии с п. 2 упомянутой статьи арбитражное решение на согласованных условиях должно содержать указание на то, что оно является арбитражным решением.
--------------------------------
<*> Эта норма воспроизводит ст. 30 Типового закона ЮНСИТРАЛ "О международном коммерческом арбитраже", устанавливающую, что, если в ходе арбитражного разбирательства стороны урегулировали спор, арбитражный суд прекращает разбирательство и по просьбе сторон и при отсутствии возражений с его стороны фиксирует это урегулирование в виде арбитражного решения на согласованных условиях. Аналогичная норма воспроизведена и в ст. 51 английского Закона об арбитраже 1996 г.

В МКАС при ТПП РФ рассматривалось дело по иску юридического лица, имеющего местонахождение на территории Украины, к юридическому лицу, имеющему местонахождение на территории России, о взыскании денежной суммы <*>. От истца и ответчика поступило ходатайство о вынесении решения МКАС по настоящему делу на согласованных сторонами условиях, изложенных в указанном ходатайстве.
--------------------------------
<*> Решение МКАС при ТПП РФ от 03.11.2003 г. по делу N 44/2003.

Рассмотрев материалы дела и выслушав объяснения представителей истца (ответчик ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие), МКАС вынес арбитражное решение на согласованных условиях, в котором содержались следующие выводы.
Во-первых, МКАС признал себя компетентным рассматривать данный конкретный спор (§ 1 Регламента МКАС). Во-вторых, применимым правом по вопросам, не урегулированным сторонами в контракте, определено действующее законодательство Российской Федерации. В-третьих, рассмотрев ходатайство сторон относительно условий урегулирования возникшего между ними спора, признал, что оно не противоречит применимому праву, указанному в контракте, и может быть положено в основу решения по настоящему делу.
На основании изложенного и руководствуясь § 39 и § 43 Регламента МКАС, МКАС утвердил согласованные сторонами условия урегулирования спора по данному конкретному делу в качестве мирового соглашения. Решением на согласованных условиях МКАС обязал ответчика уплатить истцу в конкретный срок сумму основного долга, а также денежную сумму в возмещение расходов истца по уплате арбитражного сбора (обязанность, принятая ответчиком по условиям мирового соглашения). Требование истца в части взыскания остальной суммы долга МКАС оставил без удовлетворения в связи с уменьшением истцом суммы иска (уменьшение суммы иска произведено истцом по условиям мирового соглашения).
Таким образом, международный коммерческий арбитраж не разрешает спор по существу, а выносит решение, которым по сути оформляет состоявшееся дружественное урегулирование спора. Такое арбитражное решение имеет ту же силу и подлежит исполнению так же, как и любое другое арбитражное решение по существу спора.
Упомянутая ст. 38 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" предусматривает, что третейский суд, если им принято решение об утверждении письменного мирового соглашения, выносит определение о прекращении третейского разбирательства.
Сказанное свидетельствует о том, что законодателем избран совершенно иной подход, обусловленный, вероятно, прежде всего тем, что законопроект, регламентирующий порядок деятельности третейских судов, подготавливался и обсуждался параллельно с законодательством, определяющим судопроизводство в государственных судах, - АПК РФ и ГПК РФ.
Одновременная разработка и принятие новых актов законодательства о третейском разбирательстве и названных процессуальных Кодексов повлекли единообразное решение вопросов мирового соглашения, которые требовали различных подходов, диктуемых особенностями регулируемых областей.
Прежде чем перейти к рассмотрению последствий упомянутой законодательной новеллы, думается, следует вернуться к понятию "решение" (о нем говорилось в § 3.2 настоящей работы).
Как было сказано ранее, термином "решение" обозначают в том числе действие суда, завершающее рассмотрение текущего вопроса (решение по текущему вопросу) или рассмотрение дела в целом (итоговое решение).
При возникновении в процессе рассмотрения спора текущих вопросов третейский суд выносит решение по каждому из них: удовлетворяет заявление об увеличении исковых требований либо о вызове свидетеля, отказывает в принятии обеспечительных мер либо о проведении экспертизы и т.п. Такого рода решения третейского суда оформляются судебным актом - определением. В том случае, если процесс рассмотрения дела завершен, третейский суд подводит итог всему разбирательству и выносит решение по существу спора, которое оформляется иным документом - решением.
Обращаясь к проблематике мирового соглашения, нельзя не отметить, что отечественное законодательство предусматривает обязательное правило, в силу которого в случае заключения сторонами мирового соглашения суд обязан проверить его на предмет соответствия установленным законом требованиям. Требования, предъявляемые к мировому соглашению, заключаемому в процессе третейского разбирательства, законодатель сформулировал в п. 3 ст. 32 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации": мировое соглашение не должно нарушать права и законные интересы других лиц и не может противоречить законам и иным нормативным правовым актам.
В том случае, если третейский суд не нашел препятствий к утверждению мирового соглашения, он принимает решение об утверждении мирового соглашения (текущее решение).
Статья 37 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" предусматривает вынесение определения по вопросам, не затрагивающим существо спора, то есть определение является тем актом третейского суда, который оформляет все решения суда, постановленные не по существу спора, а в иных случаях. Как подчеркивает О.Ю. Скворцов, комментируя положения указанного Закона о мировом соглашении, "поскольку, утверждая мировое соглашение, третейский суд не затрагивает существо спора, то в соответствии со ст. 37 Закона о третейских судах должно быть вынесено определение об утверждении мирового соглашения... Такой формой в данном случае может быть только определение как процессуальный акт, принимаемый третейским судом" <*>.
--------------------------------
<*> Скворцов О.Ю. Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации": научно-практический. М.: Омега-Л, 2003. С. 229.

После принятия решения об утверждении мирового соглашения (решения по текущему вопросу), третейский суд по правилам ст. 38 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" прекращает производство по делу - выносит итоговое решение об окончании дела (без вынесения решения по существу). Причем по аналогии со сложившейся судебно-арбитражной практикой признается целесообразным оформлять единым определением и решение об утверждении мирового соглашения, и решение о прекращении производства по делу. Третейские суды единым определением утверждают мировое соглашение и прекращают производство по делу <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Определения Третейского суда при РАО "ЕЭС России" от 27.06.2002 г., Третейского суда Брянской торгово-промышленной палаты по делу N 4-ТС-2003.

Прекращение производства по делу традиционно рассматривается в отечественной доктрине процессуального права как окончание разбирательства по делу без вынесения решения по существу, то есть процедура рассмотрения спора заканчивается без постановления суда по существу спора.
В силу сказанного определение третейского суда об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу не может отождествляться с решением по существу спора <*>. Не может указанное определение рассматриваться и в качестве решения на согласованных условиях, поскольку это самостоятельная разновидность формы судебного акта-документа <**>.
--------------------------------
<*> Такой точки зрения придерживается, в частности, В.В. Ярков (см.: Ярков В.В. Обзор практики третейских судов ПАУФОР и НАУФОР (1995 - 1998 гг.) // Юридическая практика. 1999. N 3).
<**> В силу сказанного некоторое недоумение вызывает содержащийся в комментарии к Закону о третейских судах вывод о том, что мировое соглашение рассматривается как решение на согласованных условиях, который тут же опровергается указанием на то, что мировое соглашение есть часть выносимого определения третейского суда (Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации" / Отв. ред. А.Л. Маковский, Е.А.Суханов. М.: Статут, 2003. С. 140).

Таким образом, заключение сторонами мирового соглашения и утверждение его третейским судом влечет за собой прекращение процедуры третейского разбирательства и невозможность принудительного исполнения мирового соглашения, заключенного сторонами третейского разбирательства. Последнее утверждение основано на том, что ст. 236 АПК РФ предусматривает выдачу исполнительного листа лишь на решение третейского суда, то есть итоговое решение третейского суда, вынесенное по существу спора. В равной степени возможность по оспариванию предоставлена сторонам только в отношении решений третейского суда.
Следовательно, норма ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", предусматривающая в случае заключения сторонами мирового соглашения утверждение его определением, лишает стороны возможности требовать принудительного исполнения мирового соглашения. Предвидя возражения по этому выводу со ссылкой на то обстоятельство, что по правилам АПК РФ мировое соглашение, заключаемое в арбитражном суде, утверждается определением, что не препятствует его принудительному исполнению, хотелось бы отметить следующее.
Как уже говорилось, понятие "мировое соглашение" достаточно часто подменяется понятием "определение об утверждении мирового соглашения". Между тем исполнению подлежит не определение об утверждении мирового соглашения, а собственно мировое соглашение, заключенное в арбитражном суде. Такой вывод позволяет сделать, в частности, анализ положений ст. 142 АПК РФ (подробнее об этом см. § 3.4 настоящей работы). Но ни одна статья АПК РФ не дает повода для утверждения о том, что законодатель намеревался обеспечить принудительной силой мировые соглашения, заключаемые в третейском суде. Принудительной силой обеспечиваются только решения третейских судов (решения по существу спора) при соответствии их требованиям, изложенным в процессуальном законодательстве.
Вследствие изложенного заключение сторонами третейского разбирательства мирового соглашения и его утверждение третейским судом влечет за собой прекращение процедуры третейского разбирательства, но не допускает принудительное исполнение такого соглашения.
На сегодняшний день рассмотренные правила ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" в случае отсутствия добровольного исполнения обязанностей из мирового соглашения дозволяют заинтересованной стороне обратиться с новым иском о принуждении противной стороны к исполнению мирового соглашения. Таким образом, принуждение к исполнению мирового соглашения, заключенного во "внутреннем" третейском суде, возможно только посредством возбуждения нового дела <*>.
--------------------------------
<*> Такой путь исполнения мирового соглашения критиковался в дореволюционной литературе. В частности, А.С. Парамонов писал, что невозможность принудительного исполнения приводит к тому, что "надо начинать и вести новое дело, так же, как и по неисполненному договору, надо разыскивать ответчика, место его жительства, а он в продолжение этого времени принимает свои меры, - он уже успел перевести все свое имущество на чужое имя и сам выбыл..." (Парамонов А.С. Мировая сделка // Вестник права. 1900. N 3. С. 132).

Представляется неверным отказ от закрепления в ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" правил, аналогичных правилам Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" о фиксации урегулирования спора (мирового соглашения) в решении на согласованных условиях и допустимости его принудительного исполнения как обычного арбитражного решения по существу спора. В подтверждение данного вывода можно сослаться на мнение Р.Е. Гукасяна, который отмечал, что единственной формой разрешения спора в третейском суде должно быть вынесение решения; мировое соглашение в третейском суде не может утверждаться определением, а должно включаться в содержание решения третейского суда <*>.
--------------------------------
<*> См.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов: Приволжское книжное издательство, 1970. С. 180.

Нормы ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", определяющие оформление мирового соглашения, заключенного в третейском суде, бесспорно существенно снижают для сторон ценность заключаемого в третейском суде мирового соглашения. Мировое соглашение - вполне реальный и взаимовыгодный для сторон результат урегулирования частноправового спора - в современных условиях третейского разбирательства становится "неинтересным" для сторон. Кроме того, такое решение законодателя лишает какого-либо смысла утверждение заключенного сторонами мирового соглашения определением третейского суда - оно не обеспечивает его принудительной силой; принудительное исполнение утвержденного определением мирового соглашения в любом случае невозможно. Точно так же не обеспечивается принудительной силой мировая сделка сторон, заключенная вне судебного процесса.
На сегодняшний день нельзя также признать решенным вопрос о том, имеется ли необходимость в дополнительной проверке мирового соглашения в том случае, если после утверждения его судом оно передано для удостоверения в нотариальные органы либо нотариус вправе удостоверить его без соответствующей проверки. По этому вопросу правоведы дореволюционного периода высказывались неоднозначно.
Так, А.Н. Бутовский считал необходимым, чтобы утвержденное судом мировое соглашение, по которому переходит недвижимость, проверялось и утверждалось в нотариальном порядке; при этом он подчеркивал, что нотариусы проверяют и стороны, и саму сделку более основательно <*>. Е.А. Нефедьев, напротив, признавал, что в том случае, если такая мировая сделка утверждена судом, она представляется в нотариат лишь для "отметки в реестре крепостных дел" <**>. К. Анненков писал, что на удостоверение нотариусом мировых соглашений "следует скорее смотреть как на обряд последующий, т.е. как на обряд, который должен иметь место по принятии уже судом мировой сделки, а не предшествовать ее принятию, так как очевидно, что обряд этот уже ни в каком случае не может иметь места прежде предъявления суду мировой сделки" <***>.
--------------------------------
<*> См.: Бутовский А.Н. Переход недвижимой собственности по мировым сделкам // Журнал Министерства юстиции. 1907. N 8. С. 130 - 140.
<**> Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства (для студентов). М., 1909. С. 339.
<***> Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Том VI. СПб., 1887. С. 232.

Думается, что в случае, если нотариальное утверждение предусмотрено законом для договора, которым опосредуется мировое соглашение, либо стороны своим соглашением предусмотрели нотариальное оформление заключаемого договора, ничто не препятствует им после утверждения судом дополнительно удостоверить его в нотариате <*>. В том случае, если при удостоверении сделки нотариус выявит несоответствие совершенной сделки закону и откажет в ее удостоверении, данный факт будет иметь доказательственное значение при оспаривании данной сделки в суде.
--------------------------------
<*> Противоположной точки зрения придерживается А. Штейнберг. Соглашаясь с тем, что внесудебная мировая сделка должна в соответствующих случаях иметь нотариальное удостоверение и подлежать регистрации, он считает необязательным удостоверение сделки у нотариуса, если суд ее проверил и утвердил (см.: Штейнберг А. Мировые сделки // Советская юстиция. 1940. N 10. С. 10).

Исследуя проблему государственной регистрации мировых соглашений, по которым от одного лица к другому переходит недвижимое имущество, Ф.А. Демьяненко делает вывод о необходимости государственной регистрации утвержденных судом мировых соглашений, если по такой сделке переходит право собственности на недвижимость <*>.
--------------------------------
<*> См.: Демьяненко Ф. Мировое соглашение в российском праве (середина XIX - начало ХХ веков) // Законодательство и экономика. 2002. N 5. С. 69 - 70.

Думается, такой вывод нуждается в уточнении: мировая сделка (как судебная, так и внесудебная) подлежит государственной регистрации только в том случае, если обязательность такой регистрации установлена для данной категории сделок (данного вида договора).

§ 5.5. Момент заключения договора, опосредующего
мировую сделку

Весьма важное значение имеет момент заключения договора, опосредующего мировую сделку, поскольку именно с ним законодатель связывает вступление договора в действие.
Согласно п. 2 ст. 432 ГК РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.
Традиционным для цивилистической доктрины является выделение двух случаев заключения гражданско-правового договора: между "присутствующими" и между "отсутствующими". Оба они допустимы при заключении договора, опосредующего мировую сделку, как внесудебную, так и судебную.
В первом случае условия вырабатываются в ходе непосредственного контакта сторон (например, при проведении переговоров, а в случае заключения судебной мировой сделки - в судебном заседании), результатом которого является подписанный сторонами текст (договор-документ). Во втором случае речь идет о том варианте, когда стороны разъединяет не пространственное удаление друг от друга, а разрыв во времени между волеизъявлениями сторон (например, условия мировой сделки согласовываются сторонами путем переписки, обмена телефонограммами и т.д.).
Момент заключения договора, опосредующего внесудебную мировую сделку, определяется по общим правилам, содержащимся в главе 28 ГК РФ.
В отличие от внесудебной мировой сделки, момент заключения мирового соглашения зависит от даты вынесения судом определения об утверждении мирового соглашения. Таким образом:
во-первых, стороны, достигнув консенсуса, подписывают текст договора-документа (мировое соглашение) <*>;
--------------------------------
<*> Подписанию мирового соглашения зачастую предшествуют иные юридические факты. Например, для мирового соглашения по делу о банкротстве обязательным со стороны кредиторов является одобрение его собранием кредиторов (п. 2 ст. 150 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"), со стороны должника - решение органов управления должника или соответствующее согласование (одобрение), если для должника мировое соглашение является сделкой, которая в силу федерального закона и (или) учредительных документов должна совершаться на основании решения органов управления должника или подлежит согласованию (одобрению) с органами управления должника (п. 2 ст. 151, п. 2 ст. 152, п. 2 ст. 153, п. 1 ст. 154 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

во-вторых, представляют его в суд, сопровождая ходатайством об утверждении мирового соглашения <*>;
--------------------------------
<*> АПК РФ не регламентирует порядок представления в арбитражный суд мирового соглашения, что на практике, как отмечается отдельными авторами, вызывает определенные трудности (см., например: Пилехина Е.В. Мировое соглашение в арбитражном суде. Проблемы практики // Арбитражные споры. 2001. N 1 (13)). В частности, по-разному решается вопрос о необходимости подачи ходатайства (заявления) об утверждении мирового соглашения одновременно с самим мировым соглашением. Обязательное сопровождение мирового соглашения ходатайством (заявлением) об утверждении данного мирового соглашения законом прямо не предусмотрено. Однако нельзя не учитывать, что мировое соглашение регулирует материальные правоотношения сторон, но не процессуальные отношения (отношения каждой из сторон с арбитражным судом). Ходатайство (заявление) об утверждении мирового соглашения есть, по определению А.И. Зинченко, специфическое процессуальное действие сторон (см.: Зинченко А.И. Мировые соглашения в гражданском судопроизводстве: Диссер. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1981. С. 25). При отсутствии ходатайства (заявления) об утверждении мирового соглашения суд, по сути, должен осуществить названное действие по собственной инициативе. С учетом этого, думается, недостаточно представить на утверждение суда только мировое соглашение, подписанное его участниками, - необходимо "сопроводить" его ходатайством об утверждении мирового соглашения.

в-третьих, суд, установив соответствие мирового соглашения предусмотренным законом требованиям, утверждает его.
Моментом заключения мирового соглашения признается утверждение его судом, оформляемое определением. Такое положение прямо закреплено, в частности, в п. 5 ст. 150 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", где установлено, что мировое соглашение вступает в силу для должника, конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, а также третьих лиц, участвующих в мировом соглашении, с даты утверждения арбитражным судом и является обязательным для должника, конкурсных кредиторов, уполномоченных органов и третьих лиц, участвующих в мировом соглашении.
До момента утверждения мирового соглашения судом любая из сторон вправе заявить отказ от заключения мирового соглашения, и суд в этом случае обязан отказать в утверждении мирового соглашения. После утверждения мирового соглашения арбитражным судом названное право сторонами утрачивается <*>.
--------------------------------
<*> Очень интересными в этой связи представляются исследования М.Д. Матиевского относительно спора о праве. В частности, им подчеркивалось, что сами действия сторон, направленные на заключение мирового соглашения, еще не устраняют правовую возможность спора, а потому не устраняют необходимость вынесения судом решения. Пока не вступило в законную силу определение суда, эти действия могут быть еще пересмотрены самими сторонами, поскольку еще существует свобода спора. С момента вступления определения в законную силу не только прекращается спор о праве, но и стороны лишаются права спорить о том же предмете и по тем же основаниям, поскольку ликвидируется возможность повторного возникновения прекращенного спора (см.: Матиевский М.Д. Спор о праве в советском гражданском процессе: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1978. С. 24).

По конкретному делу арбитражный суд отказал в утверждении мирового соглашения и рассмотрел спор по существу <*>. Суд апелляционной инстанции согласился с решением суда первой инстанции, признав, что представленное мировое соглашение было неисполнимым, в силу чего отказ суда в его утверждении правомерен. Кроме того, как указал суд апелляционной инстанции, право утверждения мирового соглашения принадлежит суду, и лишь с этого момента мировое соглашение считается заключенным. До принятия же судом решения об утверждении мирового соглашения каждая из сторон сохраняет право представлять свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам и возражать против ходатайств и доводов других лиц.
--------------------------------
<*> Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.02.1999 г. по делу N А56-4060/98.

По другому делу арбитражный суд отказал в утверждении мирового соглашения на стадии исполнения судебного акта по причине отказа одной из сторон от заключения мирового соглашения <*>. Суд кассационной инстанции, поддерживая позицию суда первой инстанции, обоснованно указывал, что заключение мирового соглашения является правом сторон, ни одна из них не может быть понуждена к заключению мирового соглашения.
--------------------------------
<*> Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 13.07.2000 г. по делу N А10-337/00-19-Ф02-1288/00-С2. Аналогичный вывод следует из Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 07.12.1998 г. N КГ-А40/2967-98.

Таковы правила, относящиеся к заключению договоров, опосредующих мировую сделку.

Глава 6. УСЛОВИЯ ДОГОВОРА, ОПОСРЕДУЮЩЕГО МИРОВУЮ СДЕЛКУ

§ 6.1. Конфиденциальность несостоявшейся мировой сделки

Дореволюционное российское законодательство, регламентирующее мировую сделку, позволяло разрешать или исключать отдельные проблемы, с которыми потенциальные субъекты мирового соглашения сталкивались в процессе примирения. Так, действующее в тот период процессуальное законодательство предусматривало, что стороны вправе просить суд рассматривать их мировую сделку в закрытом заседании (ст. 1363 Устава гражданского судопроизводства). Такое правило объяснялось тем, что при проведении переговоров сторонам должна была быть предоставлена возможность объективно и открыто обсудить обстоятельства, на которых они основывали свои действия, и предоставления, на которые они готовы были пойти при заключении мировой сделки. Признавалось, что публичность заседания может иногда стеснить свободу предложений и тем самым помешать самому примирению <*>.
--------------------------------
<*> См.: Азаревич Д. Судоустройство и судопроизводство по гражданским делам. Университетский курс. Том 3. Судопроизводство. Варшава: Типография Варшавского учебного округа, 1900. С. 99; Тютрюмов И.М. Устав гражданского судопроизводства с законодательными мотивами, разъяснениями правительствующего Сената и комментариями русских юристов. В 2-х томах. Т. 2. Петроград: Законоведение, 1916. С. 2034.

Правоведы по-разному оценивали названное законоположение. Например, К.И. Малышев считал, что норма ст. 1363 Устава гражданского судопроизводства не дает никакого особого права сторонам, если суд не признает их просьбы уважительными <*>. В.Л. Исаченко утверждал, что не имеется оснований для разрешения этого вопроса в отрицательном смысле, так как удовлетворением такой просьбы ни права, ни интересы чьи-либо нарушены быть не могут <**>; похожую позицию занимал и К. Анненков <***>.
--------------------------------
<*> К.И. Малышев подчеркивал при этом, что, по толкованию Сената, ст. 1363 Устава гражданского судопроизводства неприменима к делам, которые рассматриваются у мировых судей (см.: Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства. Санкт-Петербург, 1876. С. 402).
<**> Ссылка на работу В.Л. Исаченко "Особые производства" (цит. по кн.: Тютрюмов И.М. Устав гражданского судопроизводства с законодательными мотивами, разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями русских юристов. В 2-х томах. Т. 2. Петроград: Законоведение, 1916. С. 2035).
<***> См.: Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Том VI. СПб., 1887. С. 240.

Весьма значимым представляется положение, содержащееся в ст. 1365 Устава гражданского судопроизводства: уступки сторон, сделанные в процессе их примирения, не имеют для них обязательной силы, если примирение по какой-либо причине не состоялось. Комментируя эту статью, К. Анненков отмечал, что сделанные друг другу уступки не должны приниматься и судом при последующем разрешении дела. Однако далее им указывалось, что из этой статьи не может выводиться то заключение, что "не должно было считаться обязательным для стороны и сделанное ею во время переговоров о мировом соглашении и признание каких-либо фактов спора на том основании, что признание есть только один из видов доказательств, которое нередко и по существу его может и не заключать в себе никаких уступок по предмету спора, вследствие чего и принятие судом этого доказательства в основание решения по делу никак не должно считаться за действие, противное правилу ст. 1365" <*>.
--------------------------------
<*> Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Том VI. СПб., 1887. С. 240.

Такая позиция не может не вызывать возражения: отсутствие правила о необходимости сохранения конфиденциальности информации, полученной на переговорах о примирении (относительно признания значимых по делу фактов, предложений о предоставлении, изложения мотивов поведения сторон или причин допущенного правонарушения и т.п.), позволяет использовать ее одной из сторон против другой стороны в последующем судебном разбирательстве в качестве доказательства своей правоты и слабости позиции противника. Но "добывание" доказательств таким образом нельзя признать этичным.
В развитие сказанного надо отметить, что действующее отечественное законодательство вовсе не содержит положений о сохранении конфиденциальности информации, раскрытой в ходе переговоров по мировой сделке, в случае, если примирение сторон не состоялось. Между тем введение в закон правил, гарантирующих конфиденциальность содержания переговоров, направленных на совершение мировой сделки, во многих случаях отвечало бы интересам коммерсантов, способствовало бы сохранению коммерческой тайны и т.п.
С целью избежать использования содержания переговоров (относительно мировой сделки) во вред доводам противной стороны в отечественное законодательство необходимо внести правило, аналогичное правилу, установленному для лиц, участвующих в разбирательстве в Европейском суде по правам человека (п. 2 ст. 62 Регламента Европейского суда по правам человека <*>). Правило, в котором нуждается отечественное законодательство, должно содержать, во-первых, норму, согласно которой содержание переговоров о мировой сделке между сторонами является конфиденциальным, если в результате не была заключена мировая сделка, и утрачивает конфиденциальность, если стороны заключают мировую сделку. Во-вторых, закон должен прямо предусматривать, что при незаключении сторонами мировой сделки сведения, полученные в результате переговоров, не наносят ущерба доводам сторон в судебном процессе; никакие письменные или устные сообщения, никакие предложения или предоставления, сделанные в рамках этих переговоров, не могут быть упомянуты, и недопустима ссылка на них в процессе судебного разбирательства.
--------------------------------
<*> Пункт 2 ст. 62 Регламента Европейского суда по правам человека предусматривает, что переговоры, проведенные с целью достижения дружественного урегулирования, являются конфиденциальными и не наносят ущерба для доводов сторон в процессе судебного разбирательства; никакие письменные или устные сообщения и никакие предложения или предоставления, сделанные в рамках вышеуказанных переговоров, не могут быть упомянуты, и недопустима ссылка на них в процессе судебного разбирательства (см. подробнее: Рожкова М.А., Афанасьев Д.В. Новые правила обращения в Европейский Суд по правам человека. Текст Регламента, новеллы, комментарии. М.: Статут, 2004).

§ 6.2. Условия преобразовательные и подтверждающие

Переговоры сторон оканчиваются в положительном смысле заключением гражданско-правового договора, опосредующего мировую сделку. В § 2.3 настоящей работы был сделан вывод о том, что мировая сделка является гражданско-правовой сделкой, имеющей самостоятельную правовую цель - защиту прав.
Современное российское гражданское законодательство не предусматривает каких-либо положений в отношении мировой сделки, однако это не ограничивает стороны в использовании данного средства защиты прав, поскольку в целом мировая сделка является обычной гражданско-правовой сделкой, содержание которой, по мнению Л.И. Фишмана, "может определяться правилами Гражд. кодекса относительно обязательств из договоров, поскольку установление условий предоставляется соглашению сторон" <*>.
--------------------------------
<*> Фишман Л.И. Движение гражданского процесса. Харьков: Юридическое издательство НКЮ УССР, 1926. С. 145.

С учетом цели мировой сделки стороны при ее совершении должны решить вопрос защиты прав, в отношении которых возник спор либо имеется иная правовая неопределенность.
Е.А. Нефедьев полагал, что мировая сделка допустима только в том случае, если право, о котором спорят стороны, есть действительно спорное (сомнительное); если для одной из сторон право является бесспорным, то для нее сделка недействительна <*>. Далее, со ссылкой на авторитетное мнение Laurent, он отмечал, что если бы право было несомненным, то не было бы юридического повода к заключению мировой сделки, не было бы предмета для этой сделки, а потому она должна была бы считаться несуществующей <**>.
--------------------------------
<*> См.: Нефедьев Е.А. Склонение сторон к миру в гражданском процессе. Казань: Тип. Губернского Правления, 1890. С. 12.
<**> При этом Е.А. Нефедьев сделал весьма важное замечание: "Вопрос о том, какое право должно считаться спорным, не может быть разрешен на основании какого-либо общего правила. Во всяком случае, ошибка сторон относительно спорности права не служит основанием для признания мировой сделки недействительною" (Нефедьев Е.А. Склонение сторон к миру в гражданском процессе. Казань: Тип. Губернского Правления, 1890. С. 12 - 13). Это замечание в любом случае не позволяет согласиться с суждением Д.Л. Давыденко, безапелляционно утверждающего, что если мировое соглашение заключено при отсутствии сомнительности прав, то оно не имеет законной цели и не может быть действительным (см.: Давыденко Д.Л. Некоторые теоретические аспекты мирового соглашения // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 8. С. 31).

Думается, что такая точка зрения грешит излишней категоричностью.
Большинство дореволюционных правоведов указывало на спорность или сомнительность прав как на обязательный признак мировой сделки <*> или ее необходимое условие ("если нет сомнений или неизвестности, то нет места и для мировой сделки" <**>).
--------------------------------
<*> См., например: Гражданское Уложение. Проект Высочайше учрежденной редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения / Под ред. И.М. Тютрюмова. Том второй. СПб., 1910. С. 1196.
<**> Гримм Д.Д. Лекции по догме римского права / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало (Русское юридическое наследие), 2003. С. 361.

В то же время, в частности, Г.Ф. Шершеневич признавал, что сделка относительно бесспорных прав или прав, не возбуждающих никакого сомнения, не теряет своей юридической силы как договор, но утрачивает свое значение мировой сделки <*>.
--------------------------------
<*> См.: Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. С. 446.

Таким образом, при отсутствии правовой неопределенности (спорности или сомнительности прав) сделка, совершенная сторонами, будет независимо от ее наименования обычной сделкой, направленной на реализацию прав. Говорить об отсутствии у такой сделки законной цели и ее недействительности по причине отсутствия между сторонами правовой неопределенности оснований не имеется.
Следствием сказанного будет вывод о том, что мировая сделка должна быть направлена на ликвидацию существующей правовой неопределенности. В противном случае совершенная сделка не может рассматриваться в качестве мировой сделки, поскольку в этом случае сделка не имеет цели защиты прав <*>.
--------------------------------
<*> К.П. Победоносцев, сравнивая свойства мировой сделки и судебного акта, указывал на единство их цели, которая, по его мнению, состоит в прекращении неизвестности о праве (см.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В трех томах. Том 3 / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало (Русское юридическое наследие), 2003. С. 183).

В большинстве случаев мировой сделкой стороны полностью ликвидируют существующую правовую неопределенность. Однако возможна ситуация, когда стороны не смогли договориться в отношении всех спорных (сомнительных, неопределенных) моментов в правоотношении. В результате мировая сделка ликвидирует правовую неопределенность лишь в части, оставляя спорными (сомнительными) отдельные права и обязанности сторон.
Например, между сторонами возник спор в отношении суммы долга по оплате стоимости подрядных работ и неустойки за просрочку оплаты. Стороны самостоятельно (без обращения к суду) согласовали окончательную стоимость подрядных работ, и заказчик принял на себя обязанность уплатить эту сумму в конкретный срок (внесудебная мировая сделка). Вместе с тем стороны не смогли прийти к соглашению в отношении уплаты неустойки, что повлекло за собой обращение подрядчика в суд с иском о взыскании с заказчика санкций.
Аналогичная ситуация может иметь место и после возбуждения в суде производства по делу (искового производства). Как писал К. Анненков, поскольку сторонам "принадлежит право распоряжения всем объектом иска, то, конечно, им принадлежит и право распорядиться его частью, если, разумеется, предмет иска делим на части" <*>. Таким образом, если истцом заявлен составной иск, то есть иск, объединяющий несколько предметов, то допустима ситуация, когда стороны урегулировали спор в отношении одного предмета иска, но он сохранился в отношении другого предмета иска <**>. В этом случае суд продолжит рассмотрение дела по существу только в части тех исковых требований, в отношении которых стороны не достигли договоренности.
--------------------------------
<*> Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Том VI. СПб., 1887. С. 231. В поддержку высказанного мнения можно указать, что в проект Устава гражданского судопроизводства предусматривалось внести положение о том, что дело может закончиться примирением не только в целом, но и в части (см.: Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава гражданского судопроизводства. Т. III. СПб., 1900. С. 130). О допустимости мировой сделки в части иска писали также И.Е. Энгельман (Энгельман И.Е. Курс русского гражданского судопроизводства. Юрьев, 1912. С. 447), Д. Азаревич (Азаревич Д. Судоустройство и судопроизводство по гражданским делам. Университетский курс. Том 3. Судопроизводство. Варшава: Типография Варшавского учебного округа, 1900. С. 98).
<**> В случае утверждения мирового соглашения в отношении части иска, исковые требования в оставшейся части должны быть рассмотрены в общем порядке. Подтверждение этому можно найти в ч. 4 ст. 160 АПК РФ, которая, в частности, предусматривает, что в том случае, если в судебном заседании объявлялся перерыв, во время которого стороны урегулировали спор в части требований о применении мер ответственности, арбитражный суд не рассматривает эти требования и прекращает производство по делу в части требований о применении мер ответственности при условии, что стороны заключили мировое соглашение в этой части требований и мировое соглашение утверждено судом, на что указывается в судебном акте арбитражного суда. Процессуалисты всегда придерживались мнения о допустимости заключения мирового соглашения в отношении части иска и сетовали на отсутствие в законодательстве прямой нормы об этом (см.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов: Приволжское книжное издательство, 1970. С. 154). Явно диссонируют этому утверждения отдельных авторов о том, что прекращение производства по делу в части не предусмотрено законодательством (см.: Сердюкова Н.В., Князев Д.В. Мировое соглашение в практике арбитражных судов // Арбитражная практика. 2003. N 4. С. 51).

Такая ситуация, в частности, имела место по одному из дел, рассмотренных Президиумом ВАС РФ: решением по делу в удовлетворении иска в части истребования имущества было отказано, в остальной части дело прекращено по причине утверждения арбитражным судом мирового соглашения <*>.
--------------------------------
<*> Постановление Президиума ВАС РФ от 29.02.2000 г. N 2192/99 // Вестник ВАС РФ. 2000. N 5.

Суд также вправе прекратить производство по делу в целом, причем в отношении одной части требований исходя из наличия заключенного между сторонами мирового соглашения, а в отношении другой - по иным основаниям.
Например, арбитражный суд единым определением прекратил производство по делу по причине отказа истца от иска в части исковых требований и заключения сторонами мирового соглашения - в другой части иска <*>.
--------------------------------
<*> См.: Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 05.07.2001 г. по делу N Ф03-А59/01-1/992.

Следовательно, совершенная мировая сделка может ликвидировать спор или иную правовую неопределенность не в полном объеме, но лишь в части в случае делимости предмета требования <*>. Данное правило не распространяется на мировые соглашения по делам о несостоятельности (банкротстве) и мировое соглашение на стадии принудительного исполнения.
--------------------------------
<*> Г. Дернбург допускал, что судебная мировая сделка может быть сведена к тому, что стороны признают одну часть требования бесспорной и подлежащей немедленному исполнению, а решение спора относительно другой части предоставят суду. При этом "уступка верителя заключается здесь в том, что он соглашается принять частичную уплату по своему, как он утверждает, все же более обширному требованию" (Дернбург Г. Пандекты. Том второй. Обязательственное право. М., 1911. С. 286, примеч.). И сегодня немецкая доктрина допускает заключение мирового соглашения в отношении части предмета спора, по которой стороны пришли к соглашению (см.: Давтян А.Г. Гражданское процессуальное право Германии. М.: Городец-издат, 2000. С. 161).

Итак, костяком договора, опосредующего мировую сделку, должны стать условия, с помощью которых устраняется правовая неопределенность.
По мнению В.И. Синайского, мировая сделка может быть нацелена на устранение спорности правоотношения либо на достижение осуществимости правоотношения, хотя бы и бесспорного. С учетом этого мировые сделки им разделялись на два вида: к первому виду он относил договоры о том, чтобы спорное отношение путем взаимных уступок считать бесспорным; ко второму - договоры о том, чтобы путем взаимных уступок осуществить право, хотя бы и бесспорное, но в осуществимости которого существуют сомнения <*>. С предложенным разграничением мировых сделок трудно не согласиться.
--------------------------------
<*> См.: Синайский В.И. Русское гражданское право. М.: Статут (Классика российской цивилистики), 2002. С. 365 - 366.

В силу ст. 153 ГК РФ мировая сделка как гражданско-правовая сделка порождает, изменяет или прекращает гражданские права и обязанности. Это могут быть отдельные права и обязанности, если стороны лишь изменяют существующее между ними правоотношение, либо новые обязательства, если стороны договорились о прекращении существующего обязательства и возникновении на его месте нового обязательства. Но мировая сделка может и не привносить что-то новое в правоотношение сторон, а лишь подтверждать существующие права и обязанности (см. об этом § 1.4 настоящей работы).
Разграничивая мировые соглашения также на два вида - мировые соглашения, которые преобразуют правоотношение между сторонами, и мировые соглашения, которые непосредственно подтверждают наличие определенного правоотношения между его участниками и вытекающие из него требования, - А.И. Зинченко обозначает их соответственно как преобразовательные и прямые <*>.
--------------------------------
<*> См.: Зинченко А.И. Мировые соглашения в гражданском судопроизводстве: Диссер. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1981. С. 60 - 62.

Думается, такое разграничение охватывает условия договоров, опосредующих как мировые соглашения, так и внесудебные мировые сделки. Но более верным и точнее отражающим их сущность представляется именовать эти группы условий преобразовательными и подтверждающими.
Под преобразовательными условиями следует понимать такие условия договора, опосредующего мировую сделку, которыми оказывается воздействие на связывающее стороны гражданское правоотношение, в результате чего это правоотношение не остается в прежнем виде, а изменяется, прекращается, заменяясь новым обязательством, или только прекращается (об эквивалентности взаимных предоставлений, а также синаллагматической, условной и каузальной правовой зависимости действий сторон см. подробнее § 2.4 настоящей работы).
К преобразовательным условиям можно, например, отнести:
- замену обязательства, существовавшего между сторонами, другим обязательством;
- предоставление взамен отступного - уплату денег, передачу имущества и т.д.;
- изменение способа исполнения;
- отсрочку и рассрочку долга и др.
Договором, опосредующим мировую сделку, допустимо прекратить обязательство путем замены существовавшего обязательства новым обязательством либо только прекратить обязательство. Изменение содержания обязательства осуществляется путем изменения сроков или порядка исполнения, размера санкций по договору или размера основного долга и т.д.
Судебная практика содержит немало примеров мировых соглашений, включающих преобразовательные условия.

<< Предыдущая

стр. 8
(из 21 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>