<< Предыдущая

стр. 14
(из 18 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

По правилам ст. 1095-1098 ГК возмещению подлежит только вред, возникший либо вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, либо вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге). При отсутствии причинно-следственной связи между указанными обстоятельствами и возникшим вредом вред возмещается на общих основаниях.
В качестве ответственных лиц выступают в случае причинения вреда вследствие недостатков товара либо непредставления полной или достоверной информации о нем продавец или изготовитель товара. Если же вред причинен вследствие недостатков работы или услуги либо из-за непредставления полной или достоверной информации о них, ответственным является лицо, выполнившее работу или оказавшее услугу, т.е. исполнитель.
Закон формально не ограничивает круг потерпевших лиц, указывая на то, что возмещению подлежит вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица. Таким образом, в отличие от Закона о защите прав потребителей ГК распространил действие рассматриваемых правил не только на граждан, но и на юридических лиц. Однако нормы _ 3 гл. 59 ГК могут применяться только в случаях приобретения товара, выполнения работы или оказания услуги в потребительских целях, но не для использования в предпринимательской деятельности (ст. 1095 ГК). В связи с этим если изготовитель, продавец или исполнитель докажут, что они соответственно не производили и не реализовывали товары, а также не выполняли работы и не оказывали услуги для потребительских целей либо что потерпевшее лицо приобрело их для целей предпринимательской деятельности, то их ответственность за причиненный вред должна наступать на общих основаниях.
Требовать возмещения вреда вправе любой потерпевший независимо от того, состоял ли он в договорных отношениях с продавцом товара или исполнителем работы (услуги) или нет. Однако право на возмещение вреда согласно ст. 1097 ГК ограничено сроком службы или сроком годности, установленным нормативно-технической документацией, а при его отсутствии вред подлежит возмещению в случае его причинения в течение десяти лет со дня передачи товара (работы) потребителю, а если день передачи установить невозможно - с даты изготовления товара (окончания выполнения работы).
В тех же случаях, когда на товар (работу) в соответствии со ст. 472 ГК, п. 2, 4 и 5 ст. 5 Закона о защите прав потребителей изготовителем (исполнителем) должен быть определен срок службы или срок годности, но он в нарушение требований закона не установлен либо потребитель, которому был продан товар (выполнена работа), не был проинформирован о необходимых действиях по истечении срока службы или срока годности*(451) и возможных последствиях при невыполнении указанных действий, вред подлежит возмещению независимо от времени его причинения.
Потребитель может предъявить требования о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков товара, как к продавцу, так и к изготовителю товара. Таким образом, закон допускает конкуренцию договорного и деликтного исков, оставляя право выбора за потребителем. Вред, причиненный товаром ненадлежащего качества по истечении гарантийного срока, должен возмещаться изготовителем. Если же вред был причинен вследствие недостатков в работе или услуге, то он всегда возмещается исполнителем.
Наряду с ГК правило об имущественной ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара (работы, услуги), содержится в ст. 14 Закона о защите прав потребителей. Следует подчеркнуть, что содержание п. 1-3 и 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей полностью соответствует ст. 1095-1098 ГК, посвященным возмещению вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ или услуг.
Вместе с тем в соответствии с п. 4 ст. 14 Закона о защите прав потребителей изготовитель или исполнитель несет ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью и имуществу потребителя в связи с использованием ими различного рода материалов, оборудования, инструментов и иных средств, необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, независимо от того, позволял ли уровень научных и технических знаний выявить их особые свойства. Следовательно, в данном случае законом устанавливается, по существу, абсолютная ответственность, т.е. ответственность, от которой изготовитель или исполнитель не может быть освобожден ни при каких условиях.
Если потерпевшим является потребитель, то в соответствии со ст. 15 Закона о защите прав потребителей он наряду с возмещением имущественного вреда также вправе требовать компенсации морального вреда. При этом моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, его прав, предусмотренных законодательством о защите прав потребителей, возмещается причинителем вреда только при наличии вины*(452).

Дополнительная литература

Антимонов Б.С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. М., 1952;
Белякова А.М. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. Теория и практика. М., 1986;
Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1996. С. 266-298;
Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966;
Левшина Т.Л. Основы законодательства о защите прав потребителей. Курс лекций. М., 1994. С. 53-68;
Маковский А.Л. Гражданская ответственность государства за акты власти//Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. Сборник памяти С.А.Хохлова/Отв. ред. А.Л.Маковский. М., 1998. С. 67-112;
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. Л., 1983;
Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда: анализ и комментарий законодательства и судебной практики. М., 1999.

Глава 56. Обязательства вследствие неосновательного обогащения

_ 1. Понятие и основания возникновения обязательства
из неосновательного обогащения
_ 2. Формы неосновательного приобретения или сбережения имущества
_ 3. Содержание и исполнение обязательств из неосновательного
обогащения
_ 4. Субсидиарное применение обязательств из неосновательного
обогащения

_ 1. Понятие и основания возникновения обязательства из неосновательного обогащения

1. Понятие обязательства из неосновательного обогащения

Обязательство из неосновательного обогащения, в настоящее время в том или ином виде известное практически всем развитым правопорядкам континентальной Европы, является результатом заимствования из римского права института condictio (лат. condictio - получение)*(453). В результате развития взглядов римских юристов на condictio sine causa*(454) к этой категории стали относиться ошибочный платеж долга, в действительности не существующего (condictio indebiti); передача истцом ответчику определенной суммы денег или движимой вещи для достижения какой-либо цели, невозможность достижения которой существовала изначально или возникла впоследствии (например, передача денег в качестве приданого при несостоявшейся впоследствии женитьбе, получение наследства по подложному завещанию). Во всех приведенных случаях получатель имущества не мог возражать против изъятия у него приобретенного имущества ввиду отсутствия основания (sine causa) по иску condictio. Различные типы и виды condictio, классифицированные в Дигестах Юстиниана*(455), а также конструкция общей condictio sine causa*(456) послужили основой для создания норм об обязательствах из неосновательного обогащения.
Российское дореволюционное законодательство не содержало норм, посвященных неосновательному обогащению как специальному обязательству, хотя судебной практике и правовой теории того времени они были хорошо известны. При разрешении споров о неосновательном обогащении применялось общее правило т. Х Свода законов Российской империи о праве на вознаграждение за понесенные вред и убытки, согласно которому "как по общему закону никто не может быть без суда лишен прав, ему принадлежащих, то всякий ущерб в имуществе и причиненные кому-либо вред и убытки, с одной стороны, налагают обязанность доставлять, а с другой - производить право требовать вознаграждение"*(457).
Впервые легальные установления об обязательствах вследствие неосновательного обогащения появились в России в ГК РСФСР 1922 г. (ст. 399-402). В ст. 399 этого Кодекса давалось следующее определение: "Обогатившийся за счет другого без достаточно установленного законом или договором основания обязан возвратить неосновательно полученное. Обязанность возврата наступает и тогда, когда основание обогащения отпадает впоследствии". Близкое к приведенному определение содержалось в ГК РСФСР 1964 г. (ч. 1-2 ст. 473).
Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК (п. 1. ст. 1102 ГК).
Как вытекает из определения, в обязательстве из неосновательного обогащения кредитором является потерпевший, а должником-приобретатель - лицо, неосновательно приобретшее или сберегшее имущество. Субъектами рассматриваемого обязательства могут быть как граждане, так и юридические лица.
Функциональное назначение обязательств, возникающих из неосновательного обогащения, состоит как в восстановлении имущественной сферы потерпевшего приобретателем, получившим необоснованные имущественные выгоды, так и в присуждении потерпевшему имущества, являющегося неосновательным сбережением для приобретателя. В основе возникновения обязательств из неосновательного обогащения лежат разнообразные юридические факты. Несмотря на это, обязательства из неосновательного обогащения представляют собой самостоятельный внедоговорный институт, служащий защите права собственности и иных прав субъектов.

2. Условия возникновения обязательств из неосновательного обогащения

Фактический состав, порождающий обязательства из неосновательного обогащения или сбережения имущества, состоит из следующих элементов:
а) одно лицо приобретает или сберегает имущество за счет другого;
б) имущество приобретается или сберегается без предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.
Приобретение имущества одним лицом за счет другого означает увеличение объема имущества у одного лица и одновременное уменьшение его объема у другого. Приобретение предполагает количественные приращения имущества, повышение его стоимости без произведения соответствующих затрат приобретателем, например, когда гражданин, действуя по поручению другого, ошибочно передает долг доверителя не заимодавцу, а другому лицу; когда организация повторно оплачивает полученные на ее имя товары и т.п.
Сбережение имущества означает, что лицо должно было израсходовать свои средства, но не израсходовало их либо благодаря затратам другого лица, либо в результате невыплаты другому лицу положенного вознаграждения. Например, если по платежному поручению товарищества банк ошибочно списывает деньги со счета другого товарищества, то налицо сбережение имущества у одного товарищества и соответствующее его уменьшение у другого. Если лицо без согласия собственника фактически пользуется вещью, не выплачивая собственнику положенного вознаграждения, то налицо сбережение имущества за счет невыплаты вознаграждения, причитающегося собственнику вещи.
Неосновательное приобретение или сбережение могут возникнуть вследствие действий и событий.
Действия, приводящие к неосновательному приобретению (сбережению) имущества, разнообразны. Это могут быть действия самого потерпевшего (уплата чужого долга, повторная оплата уже оплаченного товара и т.п.); действия третьих лиц (ошибочная выдача груза железной дорогой не получателю, указанному в накладной, а другому лицу и т.п.); действия самого приобретателя имущества (получение почтового перевода, пришедшего на имя однофамильца, и т.п.). Сами действия, порождающие обязательства из неосновательного обогащения, могут быть как правомерными, так и неправомерными. Если, выполняя поручение, поверенный, не изучив должным образом указаний доверителя, вручит долг последнего не кредитору доверителя, а другому лицу, то налицо неправомерное действие. Но если сам доверитель ошибочно указал в договоре поручения не то лицо, то действия поверенного правомерны. Неосновательное обогащение может возникнуть вследствие действий в чужом интересе. Согласно ст. 987 ГК если действия, непосредственно направленные на обеспечение интересов другого лица, в том числе в случае, когда совершившее их лицо ошибочно предполагало, что действует в собственном интересе, привели к неосновательному обогащению другого лица, то применяются правила, предусмотренные гл. 60 ГК. Например, если лицо, полагая, что находящийся в больнице сосед должен третьему лицу некую сумму, выплачивает этому лицу предполагаемый долг, то эта сумма впоследствии может быть истребована в качестве неосновательного обогащения.
События, приводящие к возникновению обязательств из неосновательного обогащения, также многообразны. Таковыми могут быть буран, разразившийся в горах и заставивший принадлежащее одному хозяйству стадо овец смешаться со стадом другого хозяйства; наводнение, в результате которого урожай овощей был смыт с участка собственника на соседний участок, и т.д.
Разнохарактерность и разнообразие юридических фактов, способных породить обязательства из неосновательного обогащения, послужили причиной создания нормы п. 2 ст. 1102 ГК, согласно которой правила об обязательствах из неосновательного обогащения, предусмотренные гл. 60 ГК, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо также, чтобы имущество было приобретено или сбережено неосновательно.
Неосновательным считается приобретение или сбережение, не основанное на законе, ином правовом акте либо сделке. Иными словами, о неосновательности приобретения (сбережения) можно говорить, если оно лишено законного (его иногда именуют правовым) основания: нет соответствующей нормы права, административного акта или сделки.
Например, если нанятые крестьянским хозяйством рабочие по ошибке уберут часть урожая картофеля соседнего хозяйства и смешают эту часть с урожаем нанявшего их хозяйства, то имеет место неосновательное приобретение. Если же крестьянское хозяйство, нанявшее рабочих, арендует земельный участок, принадлежащий соседнему хозяйству, присвоение урожая картофеля, убранного с этого участка, является основательным, так как опирается на сделку - договор аренды. Если субъект пользуется государственным имуществом, переданным ему неуполномоченным государственным органом, то налицо неосновательное использование имущества. Если же субъект пользуется государственным имуществом на основании акта уполномоченного государственного органа, то пользование будет юридически обоснованным.
Различие юридически основательного и неосновательного приобретений особенно наглядно видно при сопоставлении норм о неосновательном обогащении и правил о спецификации вещи. В соответствии с п. 2 ст. 220 ГК, если иное не предусмотрено договором, собственник материалов, приобретший право собственности на изготовленную из них вещь, обязан возместить стоимость переработки осуществившему ее лицу. В случае же приобретения права собственности на новую вещь изготовившим ее лицом последнее обязано возместить собственнику материалов их стоимость. Как видно, во втором случае лицо, осуществившее переработку, обоснованно (в силу предписания закона) приобретает право собственности на новую вещь, но оно должно возместить собственнику материала его стоимость, ибо в противном случае это лицо неосновательно обогатилось бы за счет собственника материала.
Приобретение (сбережение) имущества признается неосновательным, если его правовое основание отпало впоследствии. Отпадение правового основания означает исчезновение обстоятельств, позволяющих говорить о юридической основательности приобретения (сбережения) имущества. Оно, например, наступает в случае издания новой правовой нормы с обратной силой действия, что приводит к устранению основания уже совершенного исполнения. Другим случаем отпадения основания приобретения (сбережения) может стать отмена вышестоящей инстанцией вступившего в законную силу решения суда или признание судом недействительной исполнительной надписи нотариуса, на основании которых было осуществлено взыскание имущества. В п. 1 ст. 208 АПК указано, что, если приведенный в исполнение судебный акт изменен или отменен и принят новый судебный акт о полном или частичном отказе в иске, либо производство по делу прекращено, либо иск оставлен без рассмотрения, ответчику возвращается все то, что было взыскано с него в пользу истца по отмененному или измененному в соответствующей части судебному акту. Если в постановлении об отмене или изменении судебного акта нет указаний о повороте исполнения, ответчик вправе подать соответствующее заявление в арбитражный суд первой инстанции. По результатам рассмотрения заявления ответчика о повороте исполнения судебного акта выносится определение. Арбитражный суд выдает исполнительный лист на возврат взысканных денежных средств, имущества или его стоимости (ст. 209 АПК). Однако следует иметь в виду, что поворот исполнения не допускается в случаях, предусмотренных законом (ч. 3 ст. 432 ГПК РСФСР)*(458).
Отпадение основания приобретения (сбережения) имущества может возникнуть при отпадении юридической цели исполнения действий по передаче имущества. Так, если арендатор возместит арендодателю стоимость украденной у него арендованной вещи, а впоследствии вещь будет найдена и возвращена арендодателем, то основание произведенного арендатором платежа считается отпавшим. Отпадает правовое основание передачи имущества и в случае признания сделки недействительной. Так, наследник по завещанию, истративший деньги или использовавший имущество, полученное им в порядке наследования, в случае признания впоследствии завещания недействительным с восстановлением прав законных наследников будет признан неосновательным приобретателем, поскольку неосновательно извлек выгоду за счет законных наследников, а первоначально существовавшее основание (завещание) отпало.
В соответствии с действующим законодательством отпадение правового основания наступает также при расторжении договора, поскольку в этом случае обязательства сторон прекращаются (п. 2 ст. 453 ГК). Следовательно, если расторгнут договор, по которому должник не исполнил обязательство по уплате определенной денежной суммы за фактически полученный им во исполнение обязательства товар, то эта неуплаченная сумма будет неосновательным сбережением должника. Таким образом, в нашем примере в силу отпадения правового основания (договора, который расторгнут) неисполненная договорная обязанность по уплате денег за полученное встречное исполнение трансформируется в обязанность вернуть их как неосновательное сбережение.
К случаям отпадения правового основания для получения имущества относится и признание недействительным (незаконным) решения о выплате годовых дивидендов, принятого общим собранием акционеров по представлению совета директоров акционерного общества, если такое решение состоялось после выплаты указанных средств. К отпадению правового основания можно отнести и явку гражданина, объявленного умершим. Например, согласно норме п. 3 ст. 46 ГК лица, к которым имущество гражданина, объявленного умершим, перешло по возмездным сделкам, обязаны возвратить ему это имущество, если доказано, что, приобретая имущество, они знали, что гражданин, объявленный умершим, находится в живых. При невозможности возврата такого имущества в натуре возмещается его стоимость.
Таким образом, о возникновении обязательств из неосновательного приобретения или сбережения имущества можно говорить в тех случаях, когда действие людей или события приводят к противоправному результату - ничем юридически не обоснованному возникновению имущественных выгод на стороне одного лица за счет другого. Именно этот противоправный результат в виде юридически неосновательных имущественных выгод, перешедших к приобретателю за счет потерпевшего, является фактическим основанием для возникновения обязательств из неосновательного обогащения.

_ 2. Формы неосновательного приобретения или сбережения имущества

1. Получение недолжного

Наиболее распространенной формой неосновательного обогащения является получение приобретателем недолжного. Основная разновидность этой формы - исполнение недолжного, т.е. передача потерпевшим приобретателю имущественной выгоды, которая не должна была передаваться, потому что лежащие в основе передачи сделка или иное правовое основание изначально отсутствовали, или были недействительны, или отпали впоследствии*(459).
Получение недолжного имущества охватывает различные случаи неосновательного приобретения, возникшие по ряду причин:
- исполнение несуществующей обязанности в результате фактической ошибки (наследник платит мнимый долг наследодателя; гражданин оплачивает в результате получения неверной информации несуществующие долги сына и т.п.);
- исполнение обязательства с превышением подлежащей уплате суммы либо количества подлежащего передаче имущества (платежное требование (поручение) акцептуется полностью, в то время как поставленная продукция составляет лишь часть от подлежащего поставке; передача покупателю вследствие ошибки в цене излишних товаров и т.п.);
- исполнение уже прекратившегося обязательства (повторная уплата долга, передача однородного имущества приобретателю после получения им такового и т.п.).
К получению приобретателем недолжного имущества относятся также случаи приобретения имущественных выгод в результате ошибочных действий третьих лиц (например, когда наемный работник смешивает урожай зерновых, принадлежащий потерпевшему, с урожаем приобретателя). Разновидностью приобретения недолжного имущества являются случаи приращения имущества приобретателя за счет имущества потерпевшего в результате каких-либо событий (приращение к стаду овец, произошедшее в результате того, что принадлежащие потерпевшему овцы по причине бурана были смешаны с чужим стадом).
В качестве недолжного получения имущественной выгоды лицо может приобрести вещи, определяемые родовыми признаками, деньги в наличной и безналичной форме, ценные бумаги на предъявителя, не индивидуализированные каким-либо образом*(460), бездокументарные ценные бумаги и имущественные права. Получение недолжного исполнения может заключаться в получении приобретателем услуг за счет потерпевшего (например, при ошибочном предоставлении потерпевшим приобретателю туристических услуг, включая проживание в гостинице).
В процессе и в результате получения приобретателем имущественных выгод в виде определяемых родовыми признаками вещей, наличных денег или ценных бумаг на предъявителя происходит обезличивание указанных видов имущества, потеря приданной им индивидуализации (ошибочно убранный с чужого земельного участка урожай картофеля смешивается с картофелем собственного урожая; деньги, полученные в оплату несуществующего долга, смешиваются с деньгами приобретателя; облигации на предъявителя смешиваются с облигациями приобретателя и т.п.). В таком обезличенном или по-новому индивидуализированном состоянии они становятся объектами права собственности (иного вещного права) приобретателя, а прежний собственник утрачивает права на них*(461). Поэтому между потерпевшим и приобретателем определяемых родовыми признаками вещей, наличных денег, ценных бумаг на предъявителя возникает не вещно-правовое, а обязательственно-правовое отношение, исходя из которого потерпевший вправе предъявить обязательственно-правовое требование о возврате имущества того же рода в натуре или в денежном выражении.
Из изложенного следует, что индивидуально-определенные вещи не могут быть объектом недолжно полученного (неосновательного обогащения), так как при их выбытии из владения собственника последний сохраняет свой правовой титул. Вследствие этого приобретатель индивидуально-определенной вещи с юридической точки зрения не обогащается за ее счет. Обогащение может возникнуть по ее поводу или в связи с ней.
При получении приобретателем в качестве недолжного тех или иных имущественных прав, безналичных денег и бездокументарных ценных бумаг они в силу своей природы и правил их учета не обезличиваются, не смешиваются с иным имуществом приобретателя, но потерпевший теряет юридический титул на них, а обогатившийся - приобретает его*(462). Вследствие этого потерпевший может возвратить утерянный юридический титул (т.е. вернуть себе неосновательно переданные имущественные права) только в результате обязательственно-правового иска. Поэтому в ст. 1106 ГК закреплено, что лицо, передавшее путем уступки требования или иным образом принадлежащее ему право другому лицу на основании несуществующего или недействительного обязательства, вправе требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения ему документов, удостоверяющих переданное право.
При получении приобретателем недолжной услуги потерпевший, оказавший ее, может лишь требовать от приобретателя совершения действия по передаче имущества, адекватного объему неосновательного сбережения. То есть между приобретателем неосновательной услуги и потерпевшим возникают обязательственные отношения, в силу которых лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (п. 2 ст. 1105 ГК).
Таким образом, получение приобретателем недолжных имущественных выгод за счет потерпевшего влечет последствия, определяющие обязательственно-правовую природу отношений между приобретателем и потерпевшим.

2. Сбережение имущества за счет посягательства на чужие права

Самостоятельной формой неосновательного обогащения является сбережение имущества за счет покушения (посягательства) на чужие права*(463). Сюда относятся, например, выпас скота на чужом земельном участке, использование чужих подъездных железнодорожных путей без ведома собственников участка и подъездных путей, иные формы пользования чужим имуществом без намерения приобрести его в собственность (п. 2 ст. 1105 ГК). Под неосновательное обогащение за счет покушения на чужие права подпадает и имущественная выгода, полученная похитителем имущества в результате его присвоения или отчуждения третьему лицу. В данном случае обогащение происходит вследствие покушения на право собственности.
В условиях развитого товарного оборота часто происходят посягательства на авторские, патентные и другие исключительные права в результате их незаконного использования без согласия обладателя данных прав, а также посягательства на чужую служебную и коммерческую информацию. При совершении подобных нарушений у незаконного пользователя возникает как неосновательное сбережение в результате неуплаты лицензионных платежей за использование изобретений, полезных моделей, промышленных образцов, товарных знаков, чужой служебной и коммерческой информации, неуплаты вознаграждения за использование авторских и смежных прав*(464), так и неосновательное обогащение в результате использования перечисленных объектов.
В действующем законодательстве факт обогащения лица, неосновательно использующего исключительные права, признан в ст. 49 Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах". Согласно нормам пп. 3-5 п. 1 ст. 49 данного Закона обладатели исключительных авторских и смежных прав вправе требовать от нарушителя возмещения убытков (включая упущенную выгоду); взыскания дохода, полученного нарушителем вследствие нарушения авторских и смежных прав (вместо возмещения убытков).
В отличие от этого, п. 2 ст. 14 Патентного закона, п. 2 ст. 46 Закона РФ "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров", а также ч. 2 п. 2 ст. 139 ГК предусматривают только возможность взыскания убытков, которые может понести лицо, чьи права нарушены. Однако у лиц, нарушающих исключительные права, незаконно использующих чужую служебную и коммерческую информацию, во всех случаях возникает сбережение имущества в результате неуплаты лицензионных платежей, и, кроме того, возможно имущественное приращение - доход, полученный в результате незаконного использования объектов исключительных прав, служебной и коммерческой информации. Поэтому имущество, полученное нарушителями исключительных прав, прав на служебную и коммерческую информацию, должно быть взыскано по правилам об обязательствах из неосновательного обогащения в пользу потерпевшего.
Лицензионные платежи, не выплаченные лицом, незаконно использовавшим чужое исключительное право, чужую служебную и коммерческую информацию, являются сбережением такого лица, а доход, полученный в результате этого, является неосновательным приобретением. Иначе говоря, они представляют собой формы реального неосновательного обогащения правонарушителя за счет законного обладателя исключительного права, служебной и коммерческой информации. Вследствие этого в подобных случаях цель иска из неосновательного обогащения состоит в присуждении законному обладателю права реального имущественного сбережения и доходов, неосновательно возникших у нарушителя исключительного права, права на служебную и коммерческую тайну.
Неосновательное обогащение в результате покушения на чужие права может возникнуть как при виновном, так и при невиновном поведении лица, незаконно использующего чужое право. Это согласуется с п. 4 ст. 1103 ГК, в соответствии с которым нормы гл. 60 ГК о неосновательном обогащении судбсидиарно применяются к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

_ 3. Содержание и исполнение обязательств из неосновательного обогащения

1. Содержание обязательства из неосновательного обогащения

Неосновательное обогащение одного лица за счет другого независимо от того, в какой форме оно произошло, порождает между приобретателем и потерпевшим обязательство по возмещению потерпевшему имущества, неосновательно утраченного им или сбереженного за его счет. Предметом требования потерпевшего (кредитора) по данному обязательству могут быть только вещи, определяемые родовыми признаками; имущественные права; деньги - как наличные, так и безналичные; не индивидуализированные каким-либо образом ценные бумаги на предъявителя и бездокументарные ценные бумаги.
Если обязательство возникло вследствие неосновательного приобретения лицом вещей, определяемых родовыми признаками, наличных денег, ценных бумаг на предъявителя, не индивидуализированных каким-либо образом, то главным элементом содержания обязательства является требование потерпевшего о возврате имущества того же рода в натуре или в денежном выражении. В соответствии со ст. 1104 имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре. Причем приобретатель отвечает перед потерпевшим за любую (в том числе допущенную случайно) недостачу (или ухудшение) неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, если повлекшее недостачу событие произошло после того, как приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность. Помимо указанного приобретатель должен возместить потерпевшему расходы по возврату неосновательного обогащения в натуре.
Если невозможно возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество, приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (п. 1 ст. 1105 ГК).
Если обязательство из неосновательного обогащения возникло вследствие передачи потерпевшим приобретателю имущественных прав, включая безналичные деньги и бездокументарные ценные бумаги, то потерпевший вправе требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения ему документов, удостоверяющих переданное право (ст. 1106 ГК). Восстановление прежнего положения принимает различные формы: сделка по уступке прав может быть признана недействительной, запись на счет депо по бездокументарным ценным бумагам - восстановлена, безналичные деньги - зачислены на счет потерпевшего.
Следует особо отметить, что ст. 1106 ГК, согласно которой требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения документов, удостоверяющих переданное право, может только лицо, передавшее путем уступки требования или иным образом принадлежащее ему право другому лицу на основании несуществующего или недействительного обязательства, должна толковаться расширительно. При буквальном толковании создается впечатление, что закон защищает потерпевшего только в случаях, когда он лишился своих прав в результате собственных действий по уступке права. Это далеко не так. Имущественные права, безналичные деньги и бездокументарные ценные бумаги могут быть переведены с потерпевшего на приобретателя в результате действий третьих лиц (банка, реестродержателя и т.п.) В таких ситуациях потерпевший, несомненно, вправе в силу общих предписаний ст. 1102 и 1106 ГК требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения ему документов, удостоверяющих права, непосредственно и от указанных третьих лиц.
Если обязательство из неосновательного обогащения возникло в связи с предоставлением приобретателю необоснованных услуг или неосновательным пользованием чужим имуществом без намерения его приобрести (включая случаи неосновательного сбережения за счет покушения на чужие права), то приобретатель должен возместить потерпевшему то, что он сберег вследствие такого пользования по цене, существовавшей в то время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (п. 2 ст. 1105 ГК). При этом при определении цены за неосновательное пользование чужим имуществом или услугами можно воспользоваться правилом п. 3 ст. 424 ГК о применении цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы и услуги.
В процессе исполнения обязательств из неосновательного обогащения часто возникает вопрос о возмещении потерпевшему неполученных доходов. Он должен решаться в соответствии с п. 1 ст. 1107 ГК, согласно которому лицо, неосновательно получившее или сберегшее имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.
В тех случаях, когда денежные средства передаются приобретателю в безналичной форме (путем зачисления на его банковский счет), следует исходить из того, что приобретатель должен узнать о неосновательном получении средств при представлении ему банком выписки о проведенных по счету операциях или иной информации о движении средств по счету в порядке, предусмотренном банковскими правилами и договором банковского счета. При представлении приобретателем доказательств, свидетельствующих о невозможности установления им факта ошибочного зачисления по переданным ему данным, обязанность уплаты процентов возлагается на него с момента, когда он мог получить сведения об ошибочном получении средств*(465).
Приобретатель в процессе исполнения обязательств из неосновательного обогащения вправе требовать возмещения затрат на имущество, подлежащее возврату. В соответствии со ст. 1108 ГК при возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества или возмещении его стоимости приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы с зачетом полученных им выгод. Право на возмещение затрат утрачивается в случае, когда приобретатель умышленно удерживал имущество, подлежащее возврату.

2. Неосновательное обогащение, не подлежащее возврату

Из общего правила о том, что неосновательное обогащение подлежит возврату потерпевшему, закон в определенных случаях делает исключения. Данные исключения оформляются в законодательстве через понятие "неосновательное обогащение, не подлежащее возврату". В соответствии со ст. 1109 ГК не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:
а) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;
б) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;
в) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;
г) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Содержащийся в ст. 1109 ГК перечень случаев, когда неосновательное обогащение не подлежит возврату, является закрытым и расширительному толкованию не подлежит.
Положение п. 1 ст. 1109 ГК о том, что имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное, не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения, вытекает из нормы ст. 315 ГК. Из системного толкования указанных норм вытекает, что имущество, переданное досрочно во исполнение обязательства, подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения только тогда, когда самим досрочно исполненным обязательством предусмотрена обязанность такого возврата. Помимо этого, имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, может подлежать возврату в качестве неосновательного обогащения, если сделка или иное основание возникновения исполненного обязательства будут признаны после передачи имущества недействительными по основаниям, предусмотренным законом.
Имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности, не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения (п. 2 ст. 1109 ГК). Это положение вытекает из нормы ст. 206 ГК, согласно которой должник или иное обязанное лицо, исполнившее обязанность по истечении срока исковой давности, не вправе требовать исполненное обратно, хотя бы в момент исполнения указанное лицо и не знало об истечении давности. Вместе с тем имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности, может подлежать возврату в качестве неосновательного обогащения, если сделка, лежащая в основе возникновения исполненного обязательства, будет признана ничтожной после подобной передачи имущества. Последнее возможно в силу того, что срок исковой давности о применении последствий недействительности ничтожной сделки равен десяти годам (п. 1 ст. 181 ГК), а срок исковой давности по требованиям, вытекающим из исполнения обязательства, равен трем годам.
Запрет на истребование в качестве неосновательного обогащения заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, пособий, стипендий, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию, действует при условии добросовестности гражданина-получателя. Если будет доказана недобросовестность гражданина-получателя или наличие счетной ошибки, указанные денежные суммы подлежат возврату. Бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего такие денежные суммы, или наличия счетной ошибки лежит на потерпевшем, требующем возврата выплаченных денежных сумм.
Норма п. 4 ст. 1109 ГК содержит указание на два безусловных основания для отказа потерпевшему в возврате неосновательного обогащения:
а) правовая ошибка - предоставление имущества потерпевшим, заведомо знающим об отсутствии обязательства по предоставлению имущества;
б) предоставление имущества в целях благотворительности.
Типичную правовую ошибку можно видеть в следующем примере.
Потерпевший вступил в переговоры с коммерческой организацией о заключении договора купли-продажи. Только начав переговоры, не подписав никаких документов, потерпевший по просьбе коммерческой организации перечислил на расчетный счет третьей организации, состоявшей в договоре с коммерческой организацией, деньги, которые фигурировали при переговорах о заключении договора купли-продажи в качестве предоплаты за покупаемый товар. Впоследствии договор купли-продажи так и не был заключен. При описанных обстоятельствах потерпевший не сможет истребовать свои деньги от третьего лица, так как третье лицо не может считаться неосновательно обогатившимся, ибо оно получило деньги на основании договора с коммерческой организацией. От коммерческой организации, которая неосновательно сберегла деньги в результате платежа, осуществленного потерпевшим, последний не может истребовать неосновательное обогащение потому, что коммерческая организация легко докажет, что потерпевший выплатил деньги, заведомо зная об отсутствии какого бы то ни было обязательства по оплате*(466).
Правовую ошибку необходимо отличать от фактической ошибки, которая не может служить основанием для отказа в истребовании неосновательного обогащения. Примером фактической ошибки являются следующие действия субъектов.
Покупатель в соответствии с условиями договора был обязан перечислить деньги за товар третьему лицу, указанному продавцом. Покупатель перечислил деньги, но по ошибочным реквизитам (не лицу, указанному продавцом). Вследствие этого покупатель не может считаться лицом, надлежащим образом исполнившим свое обязательство по договору купли-продажи, но как лицо, совершившее фактическую ошибку, может истребовать в качестве потерпевшего неосновательное обогащение от третьего лица - фактического получателя денег. Фактический характер ошибки потерпевшего состоит в том, что в основе его действий лежало обязательство по оплате, но оно было ошибочно исполнено ненадлежащему лицу.
Фактические ошибки весьма разнообразны. Это и повторный платеж за отгруженный товар, и оплата мнимых долгов сына отцом, введенным в заблуждение лицом, получающим средства, и т.д. Проведение разграничения между правовой и фактической ошибкой весьма важно при применении нормы ст. 1106 ГК, так как в соответствии с ней лицо, передавшее путем уступки требования или иным образом принадлежащее ему право другому лицу на основании несуществующего обязательства, вправе требовать восстановления прежнего положения, в том числе возвращения ему документов, удостоверяющих переданное право. Несомненно, что в приведенной норме речь идет о передаче права, совершенной в форме фактической ошибки, вследствие чего права потерпевшего подлежат восстановлению.
При разграничении правовой и фактической ошибки следует учитывать различное понимание правовой ошибки в континентальной и общей системах права. Пункт ст. 1109 ГК отражает подход континентального права, в соответствии с которым иск из неосновательного обогащения не удовлетворяется лишь в том случае, если истец определенно знал об отсутствии у него обязательств по погашению долга или если исполнение ему предписывалось не правом, а общепринятыми морально-этическими нормами и принципами порядочности*(467).
В общем праве действует принцип, согласно которому не подлежат возврату даже деньги, уплаченные в пользу ответчика, который, добросовестно заблуждаясь, потребовал у истца вернуть не существовавший в действительности долг, а истец, признав обстоятельства уплаты этого долга справедливыми, неверно оценил их с правовой точки зрения и поэтому ошибочно посчитал себя связанным обязательствами по его погашению*(468).
При сопоставлении понятий правовой ошибки, закрепленных в п. 4 ст. 109 ГК и в общем праве, становится очевидным, что, например, такие действия, как платеж денег в условиях добросовестного заблуждения плательщика в наличии обязательства платить, являются с точки зрения общего права правовой ошибкой, а с точки зрения действующего российского права - фактической ошибкой.
Введение в институт неосновательного обогащения понятия правовой ошибки основано на принципе: "Незнание закона не освобождает от ответственности". Вместе с тем правовая ошибка как основание в отказе возврата неосновательного обогащения призвана служить обеспечению стабильности гражданского оборота и препятствовать различным формам злоупотреблений посредством использования кондикционных исков.
Помимо случаев, предусмотренных в ст. 1109 ГК, обязанность возврата имущества не может быть возложена на приобретателей, которые получили его вследствие исполнения лицом, передавшим имущество, морального долга. Например, несмотря на то что закон не предусматривает возможности взыскания алиментов с племянника в пользу дяди, предоставление племянником содержания дяде не расценивается как неосновательное приобретение.

_ 4. Субсидиарное применение обязательств из неосновательного обогащения

1. Случаи субсидиарного применения обязательств из неосновательного
обогащения
2. Кондикционное требование и требование о возврате исполненного
по недействительной сделке
3. Кондикционный и виндикационный иск
4. Кондикционное требование и требование стороны в обязательстве
к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством
5. Кондикционный иск и требование о возмещении вреда

1. Случаи субсидиарного применения обязательств из неосновательного обогащения

В ст. 1103 ГК закреплено, что, поскольку иное не установлено ГК, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные гл. 60 ГК, также применяются к требованиям:
а) о возврате исполненного по недействительной сделке;
б) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;
в) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;
г) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.
Для определения форм, содержания, пределов субсидиарного применения норм об обязательствах из неосновательного обогащения к перечисленным способам защиты гражданских прав потребуется определить соотношение каждого из них с обязательством из неосновательного обогащения. Следует учитывать, что в законе речь идет о субсидиарном (дополнительном) применении норм об обязательствах из неосновательного обогащения к перечисленным выше отношениям.

2. Кондикционное требование и требование о возврате исполненного по недействительной сделке

Как взаимодействуют нормы о неосновательном обогащении с нормами о признании сделок (договоров) недействительными? В ст. 1102 ГК заложена конструкция универсального общего иска condictio sine causa. Поэтому право на реституцию неосновательного обогащения предоставляется потерпевшему вне зависимости от того, была ли сделка изначально недействительной или стала такой впоследствии, была ли недействительная сделка ничтожной или оспоримой. Предоставление права на реституцию - это последствие недействительности сделки. Требование о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества - это форма (способ) осуществления права на реституцию. Поэтому нормы гл. 60 ГК об обязательствах из неосновательного обогащения могут быть применены только после того, как в соответствии со специальными нормами будет установлена недействительность сделки. Например, пока в соответствии с общими нормами гл. 9 ГК не будет признана недействительной сделка, совершенная с нарушением правил лицензирования, нельзя ставить вопрос о возврате исполненного по ней, о применении норм ст. 1107 ГК о возмещении потерпевшему неполученных доходов, о взыскании процентов за необоснованное пользование чужими денежными средствами; пока не будет признано недействительным завещание, нельзя ставить вопрос об изъятии наследственного имущества у наследника.
Требование о возврате исполненного по недействительной сделке может быть предъявлено только непосредственно к лицу, в пользу которого совершалась и исполнялась сделка. Поэтому, если в результате исполнения сделки, признанной впоследствии недействительной, выгоду получит не сторона по сделке, а третье лицо, требование о возврате неосновательно полученного может быть адресовано только стороне по сделке. Так, если строительная организация, исполняя заключенный с генеральным подрядчиком субподрядный договор, признанный впоследствии недействительным, понесет существенные затраты, связанные с ремонтом дома, принадлежащего заказчику - третьему лицу, заключившему с генеральным подрядчиком договор подряда, то эта субподрядная организация может адресовать требование о возврате неосновательно исполненного только генеральному подрядчику как лицу, неосновательно сберегшему свое имущество за счет субподрядной организации. Аналогично, если покупатель по требованию продавца направляет платеж третьему лицу, а договор купли-продажи признается недействительным, то лицом, неосновательно сберегшим за счет покупателя, будет продавец.
Требование о возврате исполненного по недействительной сделке, исполненной сторонами, носит взаимный характер. Здесь возможны варианты, при которых одной стороне в качестве неосновательно приобретенного по недействительной сделке должны быть возвращены вещи, определяемые родовыми признаками, деньги, имущественные права, а другой стороне - индивидуально-определенные вещи. В подобных случаях истребование индивидуально-определенной вещи подчиняется нормам о виндикации. В связи с этим может возникнуть, в частности, вопрос об ответственности стороны, получившей такую вещь в качестве предмета исполнения, но допустившей ее порчу, ухудшение качества. Данный вопрос должен решаться в соответствии с предписаниями п. 2 ст. 1104 ГК, в котором закреплено, что приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе и за случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента, как уже было отмечено, он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность.
Правило п. 1 ст. 1103 ГК о субсидиарном применении норм института неосновательного обогащения при возврате исполненного по недействительной сделке имеет особенности применения в тех случаях, когда в качестве последствия недействительности сделки законодатель устанавливает конфискационные санкции. Возможность применения подобной санкции установлена, например, для недействительных сделок, совершенных:
- с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК);
- под влиянием обмана, насилия, угрозы;
- в результате злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также для кабальной сделки (ст. 179 ГК).
В подобных случаях право на возврат (кондикцию) неосновательно исполненного может принадлежать, согласно правилам ст. 169 ГК, лишь лицу, действовавшему при совершении сделки, противной основам правопорядка и нравственности, без умысла, или потерпевшему по сделкам, совершенным под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также по кабальной сделке (п. 2 ст. 179 ГК)*(469).
Субсидиарное применение норм о неосновательном обогащении имеет свои особенности при возврате по правилам реституции недолжного исполнения в денежной форме. Здесь необходимо учитывать положения п. 2 ст. 1107 ГК о том, что на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. В тех случаях, когда одна из сторон по недействительной сделке получила денежные средства, а другая - товары, работы или услуги, но может вернуть только денежные средства, предполагается равенство размера взаимных обязательств сторон. Норма п. 2 ст. 1107 ГК о неосновательном денежном обогащении может быть применена к отношениям сторон лишь при наличии доказательств, подтверждающих, что полученная одной из сторон денежная сумма явно превышает стоимость переданного другой стороне. Проценты, предусмотренные ст. 395 ГК, в соответствии с нормой п. 2 ст. 1107 ГК подлежат начислению на сумму неосновательного денежного обогащения с момента вступления в силу решения суда о признании сделки недействительной, если судом не будет установлено, что приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств ранее признания сделки недействительной*(470).

3. Кондикционный и виндикационный иск

Главное различие между кондикционным и виндикационным исками состоит в том, что виндикационный иск является вещно-правовым, а кондикционный - обязательственно-правовым способом защиты. Предметом виндикационного иска может быть только индивидуально-определенная вещь. Она не может быть истребована по правилам норм об обязательствах из неосновательного обогащения, ибо сама конструкция современного кондикционного обязательства исторически возникла как правовое средство защиты интересов субъектов гражданского оборота, не имевших или лишившихся возможности виндицировать вещь. В связи с этим в конструкцию обязательства из неосновательного обогащения не вводились условия о добросовестности или недобросовестности приобретателя. Важно и другое. Если субъектом виндикационного иска является собственник (иной титульный владелец), утративший владение вещью, то субъектом кондикционного иска является лицо, лишившееся титула собственника. Поэтому в случае удовлетворения кондикционного иска ответчика лишают прав (титула) на изымаемое у него имущество. Напротив, по виндикационному иску изъятию подлежит индивидуально-определенная вещь, которая в состав имущества ответчика не входит. Никаких прав на эту вещь у него нет, а поэтому при ее изъятии ответчика прав на вещь не лишают*(471).
В современной литературе при освещении вопроса о субсидиарном применении норм об обязательствах из неосновательного обогащения к виндикационному иску чаще всего ограничиваются указанием на то, что в случаях истребования имущества собственником из чужого незаконного владения порядок расчетов между сторонами определяется ст. 303 ГК и ее особые правила как специальные нормы должны иметь преимущества перед положениями гл. 60 ГК о неосновательном обогащении*(472). Это, несомненно, верное утверждение, однако оно не отражает многообразия соотношения положений ст. 303 ГК и норм о неосновательном обогащении.
В соответствии с п. 1 ст. 303 ГК при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе потребовать от недобросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь за все время владения. В такой ситуации собственник может ставить вопрос о взыскании с недобросовестного владельца, помимо доходов, неосновательного сбережения, возникшего в результате необоснованного использования индивидуально-определенной вещи. При этом объем неосновательного сбережения должен будет определяться в соответствии с предписаниями норм п. 2 ст. 1105 и п. 1 ст. 1107 ГК. Неосновательное сбережение подлежит взысканию за весь период неосновательного использования виндицированной вещи по ставкам арендной платы, существовавшим во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.
В соответствии с п. 1 ст. 303 ГК при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе потребовать от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества*(473). Поэтому при истребовании вещи у добросовестного владельца период неосновательного использования, за который такой владелец должен возместить собственнику неосновательное сбережение, начинает течь с момента, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества. Именно за этот период подлежит взысканию неосновательное сбережение по ставкам арендной платы, существовавшим во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.
В тех случаях, когда виндикация индивидуально-определенной вещи от добросовестного приобретателя невозможна, собственник вещи может ставить вопрос о неосновательном обогащении продавца вещи. Так как продавец неосновательно распорядился чужой вещью, то и полученное им в качестве оплаты вознаграждение будет не чем иным, как неосновательным обогащением*(474). В этом случае объем неосновательного обогащения продавца вещи равен объему полученного им в качестве оплаты вознаграждения. В соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК на сумму этого вознаграждения как на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК) с того времени, когда продавец узнал или должен был узнать о неосновательности получения денежных средств. В подобных случаях вопрос о неосновательном обогащении продавца можно ставить независимо от того, оказалась ли вещь у него во владении по его вине или без таковой.

4. Кондикционное требование и требование стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством

В п. 3 ст. 1103 ГК говорится о возможности применения норм об обязательствах из неосновательного обогащения к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Как видно, речь идет не о требовании о возврате исполненного по обязательству, а о требовании возврата исполненного, которое возникло в связи с обязательством, но выходит за рамки его содержания. Это может быть отгрузка не заказанного товара, передача в составе арендуемого имущества объектов, не обусловленных договором, двойной платеж за одну услугу или двойная оплата возмещения вреда и т.д. Поэтому без выяснения содержания самого обязательства, в связи с которым возникли передача непредусмотренного имущества, отгрузка или двойной платеж, невозможно установить и отсутствие правовых оснований для этих действий. А ведь именно их отсутствие в содержании обязательства порождает право требовать возврата излишне переданного или переплаченного имущества по правилам о неосновательном обогащении.
Нормы о неосновательном обогащении могут применяться к требованиям одной стороны в обязательстве к другой стороне о возврате исполненного в связи с этим обязательством только при условии, что иные последствия не предусмотрены специальными нормами о данном договорном обязательстве. Так, последствия передачи товара по договору купли-продажи с нарушением условий о количестве и ассортименте определяются нормами ст. 466, 468 ГК и под действие нормы п. 3 ст. 1103 ГК не подпадают. В соответствии с п. 1 ст. 52 Транспортного устава железных дорог РФ сумма, полученная железной дорогой за реализованные грузы, багаж, грузобагаж, за вычетом причитающихся железной дороге платежей и затрат на реализацию грузов, багажа, грузобагажа, подлежит, за исключением случаев, предусмотренных ст. 99 и 112 Устава, перечислению указанному в перевозочных документах грузополучателю (получателю) в случае оплаты им стоимости грузов, багажа, грузобагажа или их грузоотправителю (отправителю) во всех остальных случаях. Подобная обязанность возврата также не подпадает под действие нормы п. 3 ст. 1103 ГК.
Применение норм о неосновательном обогащении к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством необходимо отличать от применения норм о неосновательном обогащении к случаям неосновательного приобретения или сбережения имущества, возникающим в результате расторжения договора. В первом случае исполнение, хотя и возникло по поводу обязательства, изначально не имеет правового основания. В случае расторжения договора в результате прекращения обязательства происходит отпадение правового основания. Поэтому любое сбережение имущества (неуплата денег за полученный товар, выполненные работы, оказанные услуги) и его приобретение (получение предоплаты без встречного имущественного предоставления), возникшие в результате неисполнения встречного, взаимного обязательства, прекращенного расторжением договора, становятся неосновательным обогащением и могут быть истребованы потерпевшим по правилам об обязательствах из неосновательного обогащения.

5. Кондикционный иск и требование о возмещении вреда

Отграничение кондикционных обязательств от деликтных являлось и является самой сложной задачей при выяснении сферы применения кондикционных обязательств. Господствующей в науке гражданского права до недавнего времени оставалась точка зрения, согласно которой разграничение деликтного и кондикционных исков следует проводить по принципу вины:
- если обогащение возникло в результате виновного поведения обогатившегося лица, предъявленный к нему иск следует рассматривать как деликтный;
- если же оно явилось следствием обстоятельств, которые нельзя вменить обогатившемуся в вину, предъявленный к нему иск следует оценить как кондикционный*(475).
Камнем преткновения для отмеченного подхода являлись нормы, закрепленные в ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и в ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. Согласно ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. обогатившийся за счет другого лица вследствие противозаконного или направленного в ущерб государству действия этого лица обязан внести неосновательно полученное в доход государства, а согласно ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. имущество, приобретенное за счет другого лица не по сделке, но в результате других действий, заведомо противных интересам социалистического государства и общества, если оно не подлежит конфискации, взыскивается в доход государства.
Из данных норм как бы вытекало, что неосновательное обогащение могло возникнуть в результате виновных действий обогатившегося лица. Именно нормативные конструкции ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. послужили основой для вывода о парадоксальности положения, при котором общий критерий - принцип вины, положенный в основу разграничения деликтного и кондикционного исков, оказывается начисто опровергнутым при анализе одного из частных случаев неосновательного приобретения имущества*(476). Но в действительности парадоксальность заключается в другом: до настоящего времени не подмечено, что в ст. 402 ГК РСФСР 1922 г. и в ч. 4 ст. 473 ГК РСФСР 1964 г. речь шла не о кондикционных обязательствах (исках), сущность которых заключается в обязанности обогатившегося возвратить потерпевшему по его требованию неосновательное обогащение, а об отказе (запрете) в кондикции имущества, приобретенного в результате действий антисоциальных, противоречащих основам правопорядка и нравственности. При отказе в кондикции нет и не может быть кондикционного обязательства. Уже римские источники давали богатый материал по данному вопросу. Тот, кто стремился подкупить судью или свидетеля, или прелюбодей, уплативший заставшему его с чужой женой за молчание, или, наконец, оплативший неблаговидные поступки других лиц не могли требовать возврата уплаченных денег*(477). Говоря современным языком, взяткодатель не может по суду требовать от взяткополучателя возврата суммы взятки со ссылкой на недействительность сделки, так как подобная кондикция запрещена, а обогащение взяткополучателя подлежит взысканию в доход государства в качестве меры наказания. При этом требования государства как кредитора являются конфискационными, а не кондикционными, поскольку обогащение взяткополучателя произошло не за счет имущества государства, а за счет имущества взяткодателя. Случаи отказа в кондикции присутствуют и в действующем законодательстве при установлении конфискационных санкций в качестве последствия недействительности сделок.
В настоящее время отграничение кондикционного иска от деликтного по принципу вины невозможно. Во-первых, в соответствии с п. 4 ст. 1103 ГК нормы о неосновательном обогащении подлежат субсидиарному применению к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица. Во-вторых, очевидно, что такая форма неосновательного обогащения, как покушение на чужие права (особенно такой ее вид, как незаконное использование чужих прав), может быть использована приобретателем умышленно, в результате виновных действий. В сложившейся законодательной ситуации с теоретической точки зрения наиболее правомерно разграничение деликтного и кондикционного исков в зависимости от того, образуется ли на стороне правонарушителя имущественная выгода*(478).
Как известно, имущественным вредом является любое уничтожение или умаление охраняемого правом имущественного блага*(479). Но сами формы уничтожения и умаления имущественных благ весьма различны. Если указанные действия происходят в форме уничтожения, порчи имущества, причинения вреда жизни или здоровью, то правонарушитель, умаляя имущественные блага потерпевшего, не обогащается за счет него, а причиняет вред. Если же умаление имущественного блага осуществлено в форме похищения, иного неосновательного присвоения имущества правонарушителем, то в результате этого правонарушитель причиняет потерпевшему убытки и одновременно неосновательно обогащается.
Обогащение правонарушителя за счет другого лица (потерпевшего) путем умаления имущественного блага последнего в форме причинения убытков - это пограничный случай для институтов, регламентирующих обязательства из причинения вреда и обязательства из неосновательного обогащения. Но в той мере, в какой законно отнесение к неосновательному обогащению любого случая приобретения без достаточных правовых оснований чужого имущества лицом, действовавшим невиновно, в той же мере возможно и отнесение к неосновательному обогащению случаев виновного обогащения правонарушителя за счет потерпевшего путем причинения ему убытков. Данные явления однородны, ибо в обоих случаях происходит обогащение одного лица за счет другого.
Истребование убытков, причиненных в результате обогащения лица, путем предъявления кондикционного иска оправдано также тем, что данный иск наиболее полно обеспечивает принцип полного возмещения имущественного урона потерпевшего, ибо в обязательствах, возникших из неосновательного обогащения, вина потерпевшего не может служить основанием для уменьшения размера его требований, в то время как в обязательствах из причинения вреда при наличии вины потерпевшего его требования могут быть ограничены.
Важно также иметь в виду, что обязательство из неосновательного обогащения в случае неправомерного присвоения правонарушителем имущества потерпевшего может иметь место лишь тогда, когда объектом присвоения было имущество, обладающее родовыми признаками. Если правонарушителем будет присвоена индивидуально-определенная вещь и она сохранится в натуре, то потерпевший как не потерявший титула собственник может истребовать такую вещь путем предъявления виндикационного иска.
Кондикционный иск не может быть применен вместо деликтного, но это не исключает возможности субсидиарного применения кондикционного иска наряду с деликтным. Нормы гл. 60 ГК об обязательствах из неосновательного обогащения могут субсидиарно применяться к требованиям о возмещении вреда в следующих типичных случаях. Например, делинквент некоторое время незаконно владеет вещью и в процессе использования допускает ее порчу, приводящую к утрате вещью своего хозяйственного назначения (цели), либо уничтожает вещь. Или субъект длительное время незаконно использует чужие железнодорожные пути и при этом допускает их постепенное разрушение. В таких ситуациях делинквент должен будет возместить собственнику вещи не только причиненный ущерб, но и неосновательное сбережение, возникшее в результате неосновательного использования чужой вещи. Субсидиарное применение норм об обязательствах из неосновательного обогащения возможно при незаконном использовании субъектом чужих исключительных прав в ситуации, когда такое использование вызывает у правообладателя имущественный ущерб (например, падение объемов продаж в связи с появлением на рынке товаров, произведенных с незаконным использованием изобретения), а у пользователя чужих прав - сбережение имущества в результате неуплаты лицензионных платежей.
Выявление сферы применения норм об обязательствах из неосновательного обогащения, определение границ их субсидиарного применения к требованиям, вытекающим из иных способов защиты гражданских прав, дают основание для утверждения о том, что конкуренция между основными видами исков (виндикационным, договорным, деликтным и кондикционным) невозможна. Каждый из указанных способов защиты гражданских прав имеет собственное основание применения.

Дополнительная литература

Маковский А.Л. Обязательства вследствие неосновательного обогащения//Гражданский кодекс РФ. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель/Под ред. О.М.Козырь, А.Л.Маковского, С.А.Хохлова. М., 1996. С. 591-603;
Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 856-869;
Толстой Ю.К. Обязательства из неосновательного приобретения или сбережения имущества (юридическая природа и сфера действия)//Вестник ЛГУ. 1973. N 5. С. 135-143;
Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М., 1951. С. 209-236;
Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Т. 2. М., 1998. С. 284-294.

Приложение

Программа курса "Гражданское право"*(480)

Раздел I. Введение в гражданское право
Тема 1. Понятие частного права
Тема 2. Гражданское право как правовая отрасль
Тема 3. Гражданское право как наука и учебная дисциплина
Тема 4. Источники гражданского права
Раздел II. Гражданское правоотношение
Тема 5. Понятие, содержание и виды гражданских правоотношений
Тема 6. Граждане (физические лица) как субъекты гражданских
правоотношений
Тема 7. Юридические лица как субъекты гражданских правоотношений
Тема 8. Публично-правовые образования как субъекты гражданских
правоотношений
Тема 9. Объекты гражданских правоотношений
Тема 10. Основания возникновения, изменения и прекращения
гражданских правоотношений
Раздел III. Осуществление и защита гражданских прав
Тема 11. Осуществление гражданских прав и исполнение гражданских
обязанностей
Тема 12. Право на защиту как субъективное гражданское право
Тема 13. Гражданско-правовая ответственность
Тема 14. Сроки осуществления и защиты гражданских прав и исполнения
гражданских обязанностей
Раздел IV. Право собственности и иные вещные права
Тема 15. Общие положения о праве собственности и иных вещных правах
Тема 16. Право частной собственности. Понятие и содержание права
частной собственности.
Тема 17. Наследование собственности граждан
Тема 18. Право публичной собственности
Тема 19. Право общей собственности
Тема 20. Ограниченные вещные права
Тема 21. Защита права собственности и иных вещных прав
Раздел V. Исключительные права (интеллектуальная собственность)
Тема 22. Общие положения об исключительных правах (интеллектуальной
и промышленной собственности)
Тема 23. Авторское право и смежные права
Тема 24. Патентное право
Тема 25. Исключительные права на средства индивидуализации товаров
и их производителей
Раздел VI. Личные неимущественные права
Тема 26. Понятие и виды гражданско-правовых личных неимущественных
прав
Тема 27. Гражданско-правовая охрана личных неимущественных прав
Раздел VII. Общие положения обязательственного и договорного права
Тема 28. Общие положения об обязательствах
Тема 29. Гражданско-правовой договор
Раздел VIII. Обязательства по передаче имущества в собственность
(в иное вещное право)
Тема 30. Обязательства из договора купли-продажи
Тема 31. Обязательства из договоров мены, дарения и ренты
Раздел IX. Обязательства по передаче имущества в пользование
Тема 32. Обязательства из договоров аренды, лизинга и ссуды
Тема 33. Обязательства из договоров найма жилого помещения и другие
жилищные обязательства
Раздел Х. Обязательства по производству работ
Тема 34. Обязательства из договора подряда
Раздел XI. Обязательства по приобретению и использованию
исключительных прав и ноу-хау
Тема 35. Гражданско-правовые способы приобретения и использования
исключительных прав и ноу-хау
Тема 36. Обязательства из авторских договоров и договоров
о передаче смежных прав
Тема 37. Обязательства из договоров в сфере создания
и использования достижений науки и техники
Тема 38. Обязательства из договора коммерческой концессии
(франчайзинга)
Раздел XII. Обязательства по оказанию услуг
Тема 39. Обязательства из договора возмездного оказания услуг
Тема 40. Транспортные и экспедиционные обязательства
Тема 41. Обязательства из договора хранения

<< Предыдущая

стр. 14
(из 18 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>