ОГЛАВЛЕНИЕ

Раздел VI. ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА
Глава 15. ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА
Статья 97. Основания применения принудительных мер медицинского характера
1. Принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам:
а) совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части настоящего Кодекса, в состоянии невменяемости;
б) у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания;
в) совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости;
г) совершившим преступление и признанным нуждающимися в лечении от алкоголизма или наркомании.
2. Лицам, указанным в части первой настоящей статьи, принудительные меры медицинского характера назначаются только в случаях, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц.
3. Порядок исполнения принудительных мер медицинского характера определяется уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации и иными федеральными законами.
4. В отношении лиц, указанных в части первой настоящей статьи и не представляющих опасности по своему психическому состоянию, суд может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о лечении этих лиц или направлении их в психоневрологические учреждения социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.
1. Применение принудительных мер медицинского характера в связи с совершением общественно опасных деяний к лицам) которые в силу своего психического состояния (невменяемость) не являются субъектами уголовной ответственности, установлено ст. 21. Применение этих мер, в дополнение к наказанию лиц, имеющих психические аномалии в рамках вменяемости, установлено ст. 22. По буквальной
формулировке данной нормы к такой категории субъектов уголовной ответственности применение принудительных мер медицинского характера возможно и в случаях освобождения их от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям или от наказания.
Настоящий раздел УК, исходя из этих базовых норм, детально регулирует основания, цели, виды принудительных мер медицинского характера, основания их продления* изменения, прекращения и уголовно-правовое значение соответствующих решений. При этом понятия «невменяемость» (см. комментарий кет. 21) и «ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключащими вменяемость» (см. комментарий к ст. 22) используются в точном соответствии с содержанием этих понятий в главе 4 «Лица, подлежащие уголовной ответственности». Использование в настоящем разделе обобщенного понятия «психические расстройства» не противоречит детализированному перечню видов болезненных состояний психики в ст. 21.
2. Статья 97 не содержит дефиниции принудительных мер медицинского характера, однако существенные признаки указанных мер вытекают из самого их названия и описания в последующих статьях. Это меры лечебно-реабилитационного характера, основания применения которых предусмотрены уголовным законом, процедура применения — уголовно-процессуальным законом, а порядок исполнения — уголовно-исполнитсльным законом, поскольку они применяются только при совершении лицом деяния, объективные признаки которого соответствуют описанию в Особенной части УК одного из составов преступлений, или при совершении преступления. Содержание принудительных мер медицинского характера ориентировано на то, чтобы излечить лиц, к которым они применены или улучшить их психическое состояние так, чтобы превратить их в безопасных членов общества или по крайней мере свести к минимуму угрозу совершения новых общественно опасных деяний. Поэтому указанные меры: а) включают в свое содержание и условия, обеспечивающие безопасность больного для окружающих и его самого в период лечения; б) осуществляются в порядке правового принуждения, т.е. на основании законного и обоснованного решения суда и независимо от желания или нежелания, согласия или несогласия лиц, к которым они применяются, и их законных представителей или даже вопреки нежеланию, несогласию. Конечно, принудительный характер указанных мер в пределах возможного сочетается с тактом и бережным отношением к личности при их назначении и исполнении.
3. Выбору продолжение, изменение, прекращение принудительных мер медицинского характера основывается на судебно-психиатрическом диагнозе и прогнозе развития психического расстройства в сочетании с судебно-психологической оценкой способности осознавать характер и значение своих действий и (или) руководить ими на
основе этого осознания, удерживаясь, в частности, от общественно опасных деяний.
4. Принудительный характер данных мер обусловливает исключительную компетенцию суда по их назначению, продолжению, изменению, прекращению.
Психолого-психиатрические экспертные заключения не являются обязательными для суда и оцениваются по общим правилам оценки доказательств в совокупности с другими доказательствами, характеризующими личность и поведение лица именно под углом зрения его опасности для других лиц и себя самого. Нельзя поэтому согласиться с позицией Пленума Верховного Суда СССР (см. Сборник Постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. С. 244) о том, что не должны учитываться судимости лица и применение к нему в прошлом принудительных мер медицинского характера. Эта позиция противоречит части второй ст. 97, обусловливающей назначение принудительных мер только случаями, когда доказана возможность и реальность совершения этим лицом новых общественно опасных деяний. Такие обстоятельства, как неоднократность принудительного лечения, специальный рецидив, как результат злобно-аффективных вспышек и т.п., конечно, должны учитываться при оценке опасности, связанной с психическим состоянием лица, поскольку свидетельствуют о стойкости болезненных проявлений, их роли в рецидиве общественно опасного поведения.
5. Применение к вменяемому лицу амнистии или помилования не исключает применения принудительных мер медицинского характера, назначенных одновременно с наказанием, так как указанные акты не дезавуируют преступности и наказуемости содеянного. Соответственно предметом акта амнистии или помилования не может быть освобождение лица от применения к нему принудительных мер медицинского характера.
При декриминализации определенного вида преступных деяний отпадает необходимое условие применения к лицам, их совершившим, принудительных мер медицинского характера. В этих случаях суд (или следователь, если дело находится еще в его производстве) должны передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о лечении этих лиц или направлении их в психоневрологические учреждения в общем порядке, предусмотренном федеральным законодательством о психиатрической помощи.
6. Освобождение лица от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям (см,, например, комментарий к ст. 75-78) или от наказания (см. например, комментарий к ч. 2 ст. 92) не исключает применения принудительных мер медицинского характера в соответствии с частью второй настоящей статьи.
7. Принципиальный характер носит включение в перечень УК 1996 года пункта «в» относительно назначения судом указанных мер лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости. Если раньше указанные меры, наряду с наказанием (дополнительно к нему) могли применяться только к алкоголикам и наркоманам, то пункт «в» ст. 97 охватывает любые психические расстройства в рамках вменяемости, существенно расширяя тем самым возможности реабилитирущего воздействия на осужденного.
8. Действие пункта «г» части первой настоящей статьи не распространяется на случаи, когда лицо, совершившее преступление, характеризуется склонностью к пьянству или немедицинскому употреблению наркотиков. В этом пункте речь идет лишь о случаях диагноза заболевания «алкоголизм» или «наркомания» и его оценки. В частности, судебной экспертизой (а не справкой, выпиской из истории болезни) должно быть установлено наличие физиологического и психического неодолимого влечения к потреблению алкоголя или наркотиков, утрата способности контролировать и самоограничивать себя в этом отношении.
9. Распространяется ли пункт «л> ч. 1 настоящей статьи на случаи токсикомании? В тексте закона об этом заболевании не упоминается. Но упоминание об употреблении других одурманивающих веществ» имеется в ст. 23, регулирующей решение уголовно-правового вопроса об ответственности за деяния, совершенные в состоянии опьянения. В связи с этим содержание этого пункта можно толковать расширительно.
10. Принудительные меры медицинского характера могут применяться в случаях, предусмотренных пунктами «в» и «г» части первой настоящей статьи не только тогда, когда совершение преступления связано с наличием у лица психического расстройства. Для их назначения необходимо и достаточно, чтобы суд пришел к достоверному выводу о том, что у лица имеется психическое расстройство, которое может повлечь или способствовать совершению этим лицом общественно опасных деяний в будущем.
II. Перечень части первой настоящей статьи является исчерпывающим. Поэтому, если лицо в период отбывания наказания заболело психическим расстройством, которое не исключает возможность продолжения исполнения приговора, применение к нему принудительных мер медицинского характера не может иметь место. В этом случае лечение может быть организовано в соответствии с общим законодательством о психиатрической помощи с учетом норм уголовно-исполнительного закона.
12. Применение принудительных мер медицинского характера является специальным случаем психиатрической помощи, задачи, фор-
мы и содержание которой, как и права лиц, страдающих психическими расстройствами, предусмотрены Законом РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 2 июля 1992 года (см. Сборник законодательных актов Российской Федерации, вып. XVI. М., 1992. С. 17-41). В силу ст. 13 и 14 данного закона принудительные меры медицинского характера назначаются по основаниям и в порядке, установленными УК и УПК. В свою очередь указанные меры осуществляются только в психиатрических учреждениях органов здравоохранения и поскольку уголовный, процессуальный, уголовно-исполнительный законы не содержат специальных норм относительно исполнения, продления, изменения, прекращения этих мер, применяются нормы законодательства о психиатрической помощи, регулирующие деятельность этих учреждений, прав бальных и гарантии этих прав.
Статья 2 Закона «О психиатрической помощи...» предусматривает возможность издания законодательных актов по этим вопросам также субъектами федерации и подзаконных актов — Правительством РФ и другими органами исполнительной власти в пределах их компетенции. Поэтому, применяя принудительные меры медицинского характера и обнаружив противоречие этих актов с федеральным законодательством, суды действуют в соответствии с последним. Точно также, обнаружив противоречие между общим законодательством РФ о психиатрической помощи и УК, УПК, УИК, суды применяют соответственно уголовный, процессуальный, уголовно-исполнительный закон. Наконец, при противоречии между этими законами, непосредственно регулирующими принудительные меры медицинского характера, УПК и УИК подлежат применению лишь в той части, в какой они не противоречат УК.
13. Назначая принудительные меры медицинского характера, суды не указывают срок (продолжительность периода), в течение которого они подлежат применению, и конкретное место исполнения (учреждение). Указывается только вид (тип) психиатрического учреждения, в котором будет исполняться назначенная мера, а организовать исполнение решения суда поручается органу здравоохранения, обслуживающему соответствующую территорию.
14. При возникновении по делу, находящемуся в производстве следователя или суда, необходимости в неотложной психиатрической помощи, подозреваемому, обвиняемому, подсудимому в связи с возникновением непосредственной опасности для окружающих или самого лица или его беспомощного состояния, оказание этой помощи поручается органам здравоохранения в порядке ст. 23-25 Закона «О психиатрической помощи...», а не в порядке ст. 97.
15. Комментируемая статья содержит в части четвертой указание на действия суда в случаях, предусмотренных одним из пунктов ч. 1, но при отсутствии оснований ожидать совершения лицом новых обще-
ственно опасных действий, связанных с его психическим состоянием. В этих случаях компетенция суда ограничивается передачей, если он сочтет это необходимым, материалов в орган здравоохранения, обслуживающий соответствующую территорию. Необходимость в этом возникает, в частности, если из дела видно, что органу здравоохранения не было известно о наличии у лица психического расстройства, требующего оказания психиатрической помощи на общих основаниях. Орган здравоохранения, которому направлены материалы, должен сообщить суду о принятых мерах, в том числе требующих взаимодействия с органом, исполняющим наказания. Поскольку ст. 97, хотя и упоминает о возможности альтернативного решения органа здравоохранения (лечение лица или направление в психоневрологическое учреждение) , но оставляет решение в этих случаях на усмотрение этого органа, суд не вправе предопределять его.
Термин «учреждения социального обеспечения» адекватен термину «учреждения социальной помощи», используемому в настоящее время.
Статья 98. Цели применения принудительных мер медицинского характера
Целям» применения принудительных мер медицинского характера являются излечение лиц* указанных в части первой статьи 97 настоящего Кодекса, или улучшение их психического состояния, а также предупреждение совершения ими новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса.
1. Цели применения принудительных мер медицинского характера, определяемые ст. 98 полностью соответствуют ст. 41 Конституции РФ, устанавливающей право каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь. При сравнении этих целей и целей наказания, определяемых частью второй ст. 43, видно их принципиальное различие. В частности, применение принудительных мер медицинского характера не преследует цель восстановления социальной справедливости. Не предусмотрена и цель исправления лица, совершившего общественно опасное деяние. Не совпадают и формулировки цели общего и специального предупреждения новых деяний. В ст. 98 речь идет только о предупреждении новых общественно опасных деяний лица, к которому применено принудительное лечение.
2. С учетом сказанного очевидно, что в случаях, когда принудительные меры медицинского характера применяются к лицу, совершившему общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, они не несут функций наказания ни полностью, ни частично. Но и в случаях применения этих мер к лицам, виновным в преступлении (п.
«б», «в», «г» части первой ст. 97); они реализуют самостоятельные цели, а не цели наказания. Конечно, излечение или улучшение психического состояния виновного облегчает достижение целей наказания, если оно применено одновременно с принудительной мерой медицинского характера (то есть совместно с нею) или применено либо продолжено исполнением после прекращения этой меры. Ведь восстановление или улучшение психического здоровья осужденного как бы усиливает чувствительность личности к исправительному воздействию, активизирует готовность к социальной реабилитации. Но речь идет о взаимодействии наказания и принудительных мер медицинского характера) как двух самостоятельных видов мер государственного принуждения, предусмотренных уголовным законом со своими целями, а не об отождествлении или уподоблении последних.
3. По тексту ст. 98 выделяются как бы две самостояяельные цели: излечение или улуччение психического состояния и предупреждение новых общественно опасных деяний со стороны этого лица. Но в действительности речч идет о двух аспектах единой цели. Ведь применение принудительных мер медицинского характера обеспечивает такое предупреждение именно как результат лечения. Восстановление психического здоровья (в сфере психических расстройств полное выздоровление, когда аннулируется диагноз, наступает достаточно редко, например, при реактивных состояниях) или его стойкое улучшение позволяет устранить или смяячить вызванные таким расстройством эмоционально-волевые дефекты, восстановить критичность мышления и т.д. Именно эти благоприятные измененияяличности позволяют прогнозировать при соответствующей социальной поддержке общественно безопасное поведение. Если же этот результат в конкретном случае не яяляется необходимым, то есть лицо не представляло опасности для себя и окружающих, то для применения принудительных мер медицинского характера не было оснований. Достаточными были общие меры психиатрической помощи.
4. Констатация, что в конкретном случае цель предупреждения новых общественно опасных деяний со стороны конкретного лица достигнута в результате применения принудительных мер медицинского характера) предполагает незамедлительное прекращение последних (что не исключает применения органами здравоохранения общих мер психиатрической помощи). Об основаниях такого вывода суда и его последствияя см. комментарий к ст. 102.
Вместе с тем нельзя интерпретировать цели, определяемые ст. 98, как предполагающие правопослушное поведение лица в сфере регулирования любой отрасли права. Достижение целей принудительных
мер медицинского характера исчерпывается прогнозом общественно безопасного поведения лица по отношению к ценностям (жизнь, здоровье, имущество, общественная и государственная безопасность), охрана и защита которых регулируются уголовным правом.
Статья 99. Видыыпринудительных мер медицинского характера
1. Суд может назначить следующие виды принудительных мер медицинского характера:
а) амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра;
б) принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа;
в) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа;
г) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением.
2. Лицам, осужденным за преступления, совершенные в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении от алкоголизма, наркомании либо в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.
1. По сравнению с УК 1960 года, перечень видов принудительных мер медицинского характера дифференцирован: предложенная система разграничивает рассматриваемые мерыыпо степени ограничений, вводимыы для больного, которые связаны с его состоянием, характером и интенсивностью лечения и мерами безопасности. Перечень видов принудительных мер медицинского характера приведен в соответствии с Законом «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее осуществлении».
2. Основанием применения меры любого вида является достоверный вывод суда об общественной опасности лица, который должен быть обоснован конкретными данными о предшествующем поведении (в том числе о совершенном общественно опасном деяяии, способе и мотивах совершения, последствиях), а также о диагнозе и прогнозе психического расстройства. Суд конкретно излагает эти данные, не ограничиваясь общей формулировкой, воспроизводяяей положения ч. 2 ст. 97. Эти данные служат суду основой вывода не только о наличии общественной опасности лица, но и о степени этой опасности. Последняя и определяет выбор меры (Бюллетень ВС РФ. 1992. № 12. С. 8).
3. Назначая одну из мер, предусмотренных частью первой комментируемой статьи, суд не определяет сроков принудительного лечения. Назначая принудительную меру медицинского характера, суд
указывает только ее вид, но не определяет, в каком именно учреждении она территориально будет исполняться: это компетенция органов здравоохранения (Бюллетень ВС РСФСР. 1990. №5. С. 5).
4. Обеспечение законности и обоснованности выбора судом меры определенного вида предполагает обязательность проведения по делу предварительного следствия и судебного разбирательства, с учетом предусмотренных УПК особенностей производства по делам данной категории. Обязательным по таким делам представляется постановка вопроса перед психолого-психиатрической экспертизой о прогнозе поведения лица, вероятности совершения им общественно опасных деяний и характере последних. Заключение экспертов, в том числе его обоснование медицинской и психологической диагностикой личности, оценивается судом в совокупности с другими доказательствами.
5. Методы и условия лечения и наблюдения являютсяякомпетенцией органов здравоохранения. Но не противоречит закону направление судом в адрес этого учреждения информации об определенных особенностях личности и поведения, которые целесообразно учитывать в процессе лечения и наблюдения (например, склонность к внезапным агрессивным и жестоким действиям, побегам, диссимуляции и т.д.).
6. Освобождение лица от уголовной ответственности по основаниям, исключающим преступность деяния (ч. 2 ст. 14, ст. 37-42), а равно констатацияянедоказанности деяния, исключают возможность назначения мер, предусмотренных комментируемой статьей. Вместе с тем в отношении соответствующих лиц суд может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решенияяв общем порядке вопроса о лечении этих лиц.
7. В силу ч. 2 комментируемой статьи лицам, перечисленным в п. «в», «г» ч. 1 ст. 97, может быть назначена, наряду с наказанием, принудительная мера медицинского характера только одного вида: амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра. Это и понятно, так как исполнение этой меры соединяется с исполнением наказания (см. комментарий к ст. 104).
Если в силу ухудшения их состояния потребуется госпитализация в недобровольном порядке в психиатрический стационар, она осуществляетсяяпо разрешению судьи в соответствии со ст. 29, 33-36 Закона «О психиатрической помощи...», а не в порядке назначения принудительной меры медицинского характера.
Статья 100. Амбулаторное принудительное наблюдение
и лечение у психиатра
Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра может быть назначено при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, если лицо по своему психическому состоянию не нуждается в помещении в психиатрический стационар.
1. Статья 26 Закона «О психиатрической помощи...» предусматривает два вида амбулаторной психиатрической помощи: консультативно-лечебную помощь и диспансерное наблюдение. В качестве принудительной меры медицинского характера применяется только второй вид. Целесообразно, чтобы при назначении меры, предусмотренной ст. 100, суд указал бы на это, чтобы исключить возможность для органа здравоохранения ограничиться меньшей интенсивностью психиатрической помощи, нежели это необходимо. В связи с этим суд может использовать формулировку о назначении «амбулаторного (диспансерного) принудительного наблюдения и лечения».
2. Мера, предусмотренная ст. 100, предполагает регулярное наблюдение за состоянием лица путем его осмотра врачом-психиатром, необходимое лечение и оказание социальной помощи. При отказе от явки или от допуска врача-психиатра в жилище, сотрудники милиции обязаны оказывать содействие медицинским работникам в соответствии с законодательством о милиции.
3. Рассматриваемая мера назначается лицам, страдающим временными болезненными состояниями с тенденциями к «угасанию», не требующим наблюдения и лечения (например,острый психоз в результате соматического заболевания или родов), хроническими и затяжными психическими расстройствами со стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями. Но при этом предшествующее поведение, в том числе характер деяния, и психическое состояние не должны указывать на вероятность насильственных или суицидных действий с тяжкими последствиями, реализации неодолимых влечений, связанных с причинением существенного вреда имуществу (в том числе с использованием общеопасных способов) или угрозой общественной безопасности.
4. Орган здравоохранения или подчиненное ему медицинское учреждение, которым поручено исполнение рассматриваемой меры, не вправе «перерешать» необходимость ее установления, используя положения ч. 2 ст. 27 Закона «О психиатрической помощи...». Однако, если администрация учреждения, оказывающего амбулаторную психиатрическую помощь, или вышестоящий орган здравоохранения придут к выводу о недостаточности назначенной меры, как для перспектив лечения, так и для обеспечения безопасности, они обязаны поставить этот вопрос перед судом. Это необходимо сделать немедленно по обнаружению оснований, не дожидаясь наступления предельного срока освидетельствования, установленного ч. 2 ст. 102.
Статья 101. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре
1. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре может оыть назначено при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, если характер психического расстройства лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в психиатрическом стационаре.
2. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию нуждается в стационарном лечении и наблюдении, но не требует интенсивного наблюдения.
3. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения.
4. Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию представляет особую опасность для себя или других лиц и требует постоянного и интенсивного наблюдения.
1. Часть 1 ст. 101 раздельно указывает на четыре группы условий, имеющихся в психиатрическом стационаре (лечения, ухода, содержания и наблюдения), необходимость использования которых в отношении конкретного лица должна быть обоснована судом. Речь идет о приведении и оценке данных о деянии, поведении в целом, его прогнозе с учетом диагноза и психологического анализа состояния личности. Ст. 29 Закона «О психиатрической помощи...» подчеркивает в связи с этим наличие непосредственной опасности для себя или окружающих, которая может еще более возрасти в силу дальнейшего ухудшения психического состояния.
2. Используя в соответствии с законодательством о здравоохранении родовое понятие «психиатрический станционар», статья 101, в соответствии со статьей 99, предусматривает назначение принудительного лечения в стационаре одного из трех типов. Поэтому суд должен обосновать не только необходимость помещения лица в стационар, но и выбор типа последнего.
3. При решении госпитализировать лицо в качестве принудительной меры медицинского характера суд должен последовательно рассматривать вопрос о типе стационара, необходимого в конкретном случае. Вначале рассматривается вопрос о стационаре с наименее ограничительными условиями (ст. 30 Закона «О психиатрической помощи...»), затем — о стационаре с более значительными ограничениями для больных. Выбор между ними должен исходить из критерия надежного обеспечения безопасности госпитализированного лица и других
лиц при соблюдении его прав и законных интересов (ст. 30, 37 Закона «О психиатрической помощи...»).
4. Назначение принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа создает для лица, которому оно назначено, статус обычного больного, находящегося в таком стационаре. Ограничительные условия в отношении лица, к которому применена данная принудительная мера медицинского характера, соответствуют общему режиму стационара этого типа. Это надо учитывать суду при оценке соответствия условий стационара общего типа требованиям предупредить совершение новых общественно опасных деяний.
5. Характеристика в ст. 101 стационара общего типа связывается с отсутствием в нем интенсивного наблюдения за больными. (Не оговорено в законе отсутствие и непрерывного, т.е. постоянного наблюдения, что представляется редакционной неточностью, но затрудняет разграничение оснований направления в стационар общего или специализированного типа.) Характеристика стационара специализированного типа включает наличие постоянного наблюдения. Наконец, стационар специализированного типа с интенсивным наблюдением определяется, как осуществляющий постоянное и интенсивное наблюдение.
В связи с изложенным надо иметь в виду, что: а) в стационаре общего типа не предусмотрено ни постоянного (то есть, непрерывного), ни интенсивного наблюдения (то есть, включающего в законных пределах меры физического стеснения и изоляции, когда иначе нельзя предотвратить действия лица, имеющие общественно опасный характер), хотя, конечно, предусмотрены формы и средства адекватного реагирования на эксцессы;
б) в стационаре специализированного типа осуществляется постоянное (непрерывное) наблюдение;
в) наконец, наименование в законе стационара третьего типа оказывается неполным, так как он предполагает наличие не только интенсивного, но и постоянного наблюдения.
Судебная практика исходит из того, что в стационар общего типа нецелесообразно направлять больных, содеянное которыми связано с посягательством на жизнь граждан (Бюллетень ВС РФ. 1993. №6. С. 6).
Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа нецелесообразно, как представляется, назначать лицам, содеянное которыми связано с посягательствами на жизнь под влиянием неодолимых влечений, привычно-агрессивного поведения, бредовых мотивов. Эти категории больных, как правило, требуют содержания и лечения в условиях стационара с постоянным и интенсивным наблюдением, максимальным уровнем мер безопасности.
6. В судебной практике прошлых лет максимальный уровень мер безопасности в стационаре нередко именовался строгим наблюдением
за лицом, которое по своему состоянию и характеру содеянного представляет особую опасность. Термины «строгое наблюдение» и «особая опасность» практика восприняла из У К 1960 года (ст. 59). Поскольку УК 1996 года сохранил определение лиц, к которым должна применяться принудительная мера медицинского характера в виде лечения в стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением как «представляющих особую опасность для себя или других», сохраняет силу и требование указывать при назначении этой меры, в чем именно выражается особая опасность больного для общества (Бюллетень ВС РФ. 1992. № 12. С. 8).
Статья 102. Продление, изменение и прекращение применения принудительных мер медицинского характера
1. Продление, изменение и прекращение применения принудительных мер медицинского характера осуществляются судом по представлению администрации учреждения, осуществляющего принудительное лечение, на основании заключения комиссии врачей-психиатров.
2. Лицо, которому назначена принудительная мера медицинского характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров не реже одного раза в шесть месяцев для решение вопроса о наличии оснований для внесения представления в суд о прекращении применения или об изменении такой меры. При отсутствии оснований для прекращения применения или изменения принудительной меры медицинского характера администрация учреждения, осуществляющего принудительное лечение, представляет в суд заключение для продления принудительного лечения. Первое продление принудительного лечения может быть произведено по истечении шести месяцев с момента начала лечения, в последующем продление принудительного лечения производится ежегодно.
3. Изменение или прекращение применения принудительной меры медицинского характера осуществляется судом в случае такого изменения психического состояния лица, при котором отпадает необходимость в применении ранее назначенной меры либо возникает необходимость в назначении иной принудительной меры медицинского характера.
4. В случае прекращения применения принудительного лечения в психиатрическом стационаре суд может передать необходимые материалы в отношении лица, находившегося на принудительном лечении, органам здравоохранения для решения вопроса о его лечении или направлении в психоневрологическое учреждение социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.
1. В содержании статьи последовательно подчеркивается идея исключительности компетенции суда не только при решении вопроса о
применении принудительных мер медицинского характера, но и при продлении, изменении и прекращении этих мер. Именно такой подход, с учетом принудительного характера рассматриваемых мер, соответствует положениям международно-правовых документов и Конституции РФ о высшей ценности человека, его прав и свобод, приоритетности их защиты государством.
2. Срок первого освидетельствования для выявления оснований решения вопросов, регулируемых ст. 102, исчисляется не со дня назначения принудительной меры, а со дня начала лечения. Представляется, что обязательное освидетельствование госпитализируемого или лица, к которому будет применено диспансерное наблюдение (ст. 26, 32 Закона «О психиатрической помощи... »), не включается в исчисление срока в шесть месяцев, предусмотренного ч. 2 ст. 102.
3. При необходимости срочной госпитализации больного, к которому применено амбулаторное принудительное наблюдение, или срочной необходимости перевода больного, к которому применено принудительное лечение в стационаре, в учреждение с более строгим наблюдением в связи с ухудшением психического состояния и возможностью тяжких общественно опасных деяний, сроки, предусмотренные частью второй ст. 102, не применяются. Но соответствующее постановление выносится судьей в соответствии со ст. 29-36 Закона «О психиатрической помощи...», а не в порядке ст. 102 УК. После перемещения восстанавливается действие сроков, предусмотренных частью второй комментируемой статьи.
4. Изменение принудительной меры медицинского характера возможно, как в сторону смягчения, так и в сторону перехода к более строгой по ограничительным условиям мере. Например, путем перевода по решению суда в стационар с более строгим режимом, если администрация учреждения, в котором осуществляется принудительное лечение на основании заключения комиссии психиатров излагает факты (резкое усиление конфликтности, дезорганизующих действий, учащение злобно-агрессивных реакций и т.д.), однозначно требующие усиления мер безопасности.
5. От принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа можно сразу перейти к амбулаторному принудительному наблюдению и лечению (как и наоборот). Возможно и прекращение применения любой даже самой строгой по ограничительным условиям меры без ее предварительного ступенчатого смягчения. Здесь решает оценка фактических результатов лечения с точки зрения прогноза возможного возобновления общественно опасного поведения.
6. Представление администрации лечащего учреждения и лежащее в его основе заключение комиссии психиатров не является для суда
обязательным и подлежит проверке в судебном заседании. В частности, с точки зрения фактической обоснованности вывода и того, собраны ли соответствующие данные за весь период лечения или только исходя из результатов последнего освидетельствования.
7. Спорно мнение о том, что суд не вправе отказать в отмене принудительного лечения, исходя из повышенной общественной опасности содеянного и непродолжительности лечения (Бюллетень ВС РСФСР, 1983. №7. С. II). Если соответствующие данные ставят под сомнение утверждение администрации лечащего учреждения о том, что состояние здоровья лица не требует дальнейшего принудительного лечения, суд не только вправе, но обязан отклонить представление и продлить назначенную меру.
8. Прекращая применение принудительной меры медицинского характера, суд может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о продолжении лечения или попечения об этих лицах в соответствии с Законом «О психиатрической помощи...»
9. Изменяя принудительную меру медицинского характера, суд, как и при ее назначении, не указывает срок (продолжительность) применения новой меры и конкретное учреждение, в котором она будет исполняться (см. также п. 13 комментария к ст. 97).
10. Сроки, предусмотренные ч. 2 комментируемой статьи, в целом совпадают со сроками, предусмотренными статьей 36 Закона «О психиатрической помощи...». Но указание в последней на обследования лиц, помещенных в психиатрический стационар в недобровольном порядке, не реже одного раза в месяц в течение первых шести месяцев для решения вопросов о продлении госпитализации, не относится к случаям применения принудительных мер медицинского характера.
Отмечается и несовпадение терминологии УК и законодательства о психиатрической помощи. По УК шестимесячный срок, по истечении которого возможно продление принудительного лечения, исчисляется с момента начала лечения; по законодательству о психиатрической помощи — с момента помещения лица в стационар. Это не одно и то же. Подлежит применению положение УК (ч. 2 ст. 102).
Статья 103. Зачет времени применения принудительных мер медицинского характера
В случае излечения лица, у которого психическое расстройство наступило после совершения преступления, при назначении наказания или возобновления его исполнения время, в течение которого к лицу применялось принудительное лечение в психиатрическом стационаре, засчитывается в срок наказания из расчета один день пребывания в психиатрическом стационаре за один день лишения свободы.
1. Понятие «пребывание в психиатрическом стационаре» включает фактический срок нахождения в нем (а не срок, в течение которого осуществлялось активное оказание психиатрической помощи). В пребывание лица в стационаре, начало которого определяется по записи в учетно-медицинской документации, надо включать, в частности, период освидетельствования, на который ст. 32 Закона «О психиатрической помощи...» отводит двое суток после прибытия больного. Представляется, что зачету подлежит и период, в течение которого лицо в недобровольном порядке доставлялось в стационар.
2. Урегулирование в УК зачета времени пребывания в стационаре в срок наказания в виде лишения свободы в случаях, предусмотренных ст. 103, соответствует позиции Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку ст. 5 указанной конвенции рассматривает законное задержание душевнобольных, алкоголиков, наркоманов, как разновидность лишения свободы.
3. Вместе с тем, пробелом комментируемой статьи представляется то, что в ней не рассматривается вопрос о зачете пребывания в психиатрическом стационаре в срок наказания, не связанного с лишением свободы. Этот пробел, однако, может быть восполнен путем анализа положений ст. 72. При наказании в виде ограничения свободы пребывание в стационаре засчитывается, как один день за два дня; при наказании в виде исправительных работ — как один день за три дня; при наказании в виде обязательных работ — как один день за восемь часов таких работ.
4. Возможны случаи, когда подлежащая зачету фактическая продолжительность принудительного лечения до прекращения его применения превышает максимальный размер наказания, которое могло бы быть назначено выздоровевшему лицу, у которого психическое расстройство наступило после совершения преступления. Либо превышает размер назначенного, но не отбытого наказания (или его части) исполнение которого возобновляется после выздоровления. В этих случаях после зачета времени пребывания в стационаре с использованием приведенных выше соотношений, наказание должно считаться отбытым.
5. Зачет в срок наказания принудительной меры медицинского характера, регулируемой ст. 100, закон не предусматривает.
Статья 104. Принудительные меры медицинского характера, соединенные с исполнением наказания
1. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 99 настоящего Кодекса, принудительные меры медицинского характера исполняются по месту отбывания лишения свободы, а в отношении осужденных к иным видам наказаний — в учреждениях органов здравоохранения, оказывающих амбулаторную психиатрическую помощь.
2. При изменении психического состояния осужденного, требующем стационарного лечения, помещение осужденного в психиатрический стационар или иное лечебное учреждение производится в порядке и по основаниям, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о здравоохранении.
3, Время пребывания в указанных учреждениях засчитывается в срок отбывания наказания. При отпадении необходимости дальнейшего лечения осужденного в указанных учреждениях выписка производится в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.
4. Прекращение применения принудительной меры медицинского характера, соединенной с исполнением наказания, производится судом по представлению органа, исполняющего наказание, на основании заключения комиссии врачей-психиатров.
1. Ссылка на ч. 2 ст. 99, имеющаяся в комментируемой статье, предполагает, что:
а) принудительная мера медицинского характера, соединенная с исполнением наказания, назначается одновременно с последним;
б) осужденный должен быть не только вменяемым относительно инкриминируемого преступления, но и способным к отбыванию наказания;
в) заключением экспертизы должно быть не только констатировано наличие психического расстройства, не исключающего вменяемости с указанием диагноза, но и обоснована необходимость лечения.
2. Отсутствие упоминания о «других одурманивающих веществах», наряду с наркоманией (ср. ст. 23) представляется редакционной погрешностью текста. В связи с этим термин «наркомания» в ч. 2 ст. 99) на которую делается ссылка в комментируемой статье, надо толковать расширительно. Иными словами, принудительная мера медицинского характера может быть назначена и осужденным, нуждающимся в лечении от токсикомании.
Надзорная судебная практика считает рассмотрение вопроса о применении принудительного лечения при назначении наказания лицу, являющемуся наркоманом, обязательным. При наличии противопоказаний в приговоре надлежит указывать причину неприменения принудительной меры медицинского характера (см. Сборник Постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. С. 20). Представляется, что эта позиция должна распространяться и на случаи назначения наказания алкоголикам и токсикоманам. Принудительное лечение от алкоголизма и наркомании может быть назначено только приговором суда (Бюллетень ВС РСФСР. 1981. №4. С. 16).
3. Если осужденный одновременно страдает алкоголизмом и наркоманий (токсикоманией), алкоголизмом и иным психическим рас-
стройством, не исключающим вменяемости и т.п., в приговоре указывается, что принудительная мера медицинского характера должна охватывать лечение каждого из психических расстройств.
4. Как и в других случаях назначения принудительной меры медицинского характера, срок (продолжительность) ее применения судом не указывается.
5. Надзорная судебная практика исходит из обязательности рассмотрения судом вопроса о принудительном лечении лица, страдающего алкоголизмом или наркоманией (токсикоманией), если к нему применяется условное осуждение.
6. В соответствии со статьей 104, суд назначает принудительную меру медицинского характера только одного вида: амбулаторное на-блюдениеилечениеупсихиатра(ст. 100).Этоипонятно,таккакречь идет о тех случаях, когда психическое состояние осужденного не влечет необходимости его помещения в психиатрический стационар. В противном случае исполнение наказания не представляется возможным.
7. Под иным медицинским (лечебным) учреждением имеется в виду больница того профиля, который требуется для лечения соматических заболеваний, существенно влияющих на интенсивность проявлений психических расстройств, в связи с чем повышается опасность причинения осужденным существенного вреда окружающим, себе, имуществу, общественной безопасности и т.д Помещение в иное медицинское учреждение, кроме психиатрического стационара, производится в соответствии с общим законодательством о здравоохранении.
8. Зачет времени пребывания в указанных учреждениях в срок отбывания наказания после выписки из них в соответствии с Законом «О психиатрической помощи...» или иным законодательством о здравоохранении производится из расчета, описанного в комментарии к ст. 103.
9. Окончание исполнения наказания, с которым соединено принудительное лечение (в том числе в связи с амнистией, помилованием) не влечет автоматически прекращения принудительного лечения, назначенного в соответствии со ст. 104. Для такого прекращения требуется отпадение оснований, в соответствии с которыми оно было назначено (ч. 4 ст. 104). Причем одновременно с прекращением принудительного лечения суд может передать необходимые материалы органу здравоохранения по месту жительства (длящегося пребывания) лица для решения вопроса о продолжении диспансерного наблюдения в общем порядке или направления в психоневрологическое учреждение социального обеспечения (социальной помощи).



ОГЛАВЛЕНИЕ