ОГЛАВЛЕНИЕ

ГЛАВА 3
СЛЕДСТВЕННАЯ СИТУАЦИЯ И ТАКТИЧЕСКИЕ КОМБИНАЦИИ
1* Понятие, содержание и вцды следственных ситуаций Расследование преступлений осуществляется в конкретных условиях времени, места, окружающей его среды, взаимосвязях с другими процессами объективной деятельности, поведением лиц, оказавшихся в сфере уголовного судопроизводства, и под воздействием иных, порой остающихся неизвестными для следователя факторов. Эта сложная система взаимодействия образует в итоге ту конкретную обстановку, в которой действуют следователь и иные субъекты, участвующие в доказывании, и в которой протекает конкретный акт расследования. Эта обстановка получила в криминалистике общее название следственной ситуации.
О следственной ситуации, ее значении для расследования, необходимости ее учета для эффективного использования криминалистических рекомендаций мы неоднократно, начиная с 1959 г., упоминали в своих работах. Писали об этом и авторы: А.Н. Колесниченко, А.Р. Ратинов, И.М. Лузгин и др. Интерес к проблематике следственных ситуаций особенно возрос с середины 60-х гг., когда активизировались исследования в области криминалистической методики, выявившие ключевое значение для построения частных криминалистических методик проблемы следственных ситуаций.
Первое определение понятия следственной ситуации было предложено А.Н. Колесниченко в 1967 г. "Под следственной ситуацией принято понимать, — писал он, — определенное положение в расследовании преступлений, характеризуемое наличием тех или иных доказательств и информационного материала и возникающими в связи с этим конкретными задачами его собирания и проверки^. Впоследствии в литературе появились иные определения следственной ситуации: и как совокупности имеющихся в данный момент доказательств (В.К. Гашю, 1973), и как совокупности характеризующих расследование материальных, информационных и иных факторов и их оценки (И.Ф. Герасимов, 1975), и какдинами-
' Колесниченко Д.Н. Научные и правовые основы методики расследования отдельных видов преступлений. — Докт. диссертация, Харьков, 1967, с. 509.

ческой информационной системы, отражающей существенные признаки и свойства обстоятельств, при которых происходит расследование (Л.Я. Драпкин, 1975), и т. п. Между тем если отбросить все словесные украшения и усложнения определения понятия следственной ситуации, то суть его заключается в простой формуле: следственная ситуация — это те условия, в которых в данный момент осуществляется расследование преступления. Иными словами, это существующая в данный конкретный момент реальность, в условиях которой действует следователь. Разумеется, судить об этой реальности он может по информации о ней, по той информационной модели, которая ее отражает, но ситуацией в буквальном ее значении является сама реальность, а не ее модель.
Помимо понятия следственной ситуации, в литературе встречаются и такие понятия, как криминальная ситуация, ситуация расследования, ситуация на месте происшествия.
Криминальная ситуация — это обстановка преступной деятельности. Различают докриминальную, криминальную и посткриминальную ситуации. Первая — обстановка перед совершением преступления, во время его подготовки, вторая — в момент совершения преступления, третья — после завершения преступных действий и наступления преступного результата. Понятия эти имеют криминологический характер и отражают стадии развития преступной деятельности соотносительно со средой, в которой она протекает.
Ситуация расследования характеризует состояние следственного производства, решенные и нерешенные задачи расследования, его результаты, возникшие трудности, наличие у органа расследования возможностей для достижения успеха в установлении истины по делу. Можно сказать, что это понятие, как и понятие криминальной ситуации, характеризует само явление, а не обстановку, в которой оно протекает — преступную деятельность, состояние деятельности по выявлению, раскрытию и расследованию преступления. Характеристики эти, как видим, носят внутренний характер, они не распространяются на среду, на окружающие условия. Иной выглядит характеристика следственной ситуации, которая по отношению к процессу расследования носит преимущественно внешний характер: это характеристика условий, в которых протекает этот процесс.
71
Условия, в которых осуществляется расследование, т. е. следственная ситуация, в своей совокупности образуют динамическую систему, постоянно изменяющуюся под воздействием объективных и субъективных факторов. Объективные факторы — это те не зависящие от участников расследования причины, которые вызывают изменения ситуации; субъективные факторы — причины, порождаемые действиями и поведением участников расследования и иных лиц, оказавшихся втянутыми в той или иной степени в сферу судопроизводства.
Образующая следственную ситуацию система условий состоит из следующих компонентов:
1. Компоненты психологического характера: психологическое состояние лиц, проходящих по расследуемому делу; психологическое состояние следователя; результат конфликта между следователем и противостоящими ему лицами; благоприятное (бесконфликтное) течение расследования и др.
2. Компоненты информационного характера: осведомленность следователя (об обстоятельствах преступления, возможных доказательствах, возможностях их обнаружения и экспертного исследования, местах сокрытия искомого, намерениях противодействующих следствию лиц и др.); осведомленность противостоящих следователю и иных проходящих по делу лиц (о степени информированности следователя и свидетелей, об обнаруженных и необнаруженных доказательствах, о намерениях следователя и др.); последствия разглашения следственной тайны и т. п.
3. Компоненты процессуального и тактического характера: состояние производства по делу, доказательства и их источники, наличие надежных еще не использованных источников ориентирующей информации, возможность избрания нужной меры пресечения, изоляции друг от друга проходящих по делу лиц, проведения конкретного следственного действия, наличие тактического риска и возможности его минимизации, противодействие установлению истины со стороны преступника и его связей, а иногда и потерпевшего и свидетелей, последствия ошибочных действий следователя, понятых, специалистов и экспертов, непредвиденные действия потерпевшего или лиц, не причастных к расследуемому событию, и т. п.
4. Компоненты материального и организационно-технического характера: наличие коммуникаций между дежурной
^
частью и следственно-оперативной группой; наличие средств передачи и приема необходимой информации из учетных аппаратов органов внутренних дел, мобильность ее поиска по запросам; возможность мобильного маневрирования наличными силами и средствами, обеспеченность теми и другими и т.д.
Сочетание всех этих компонентов обусловливает индивидуальный характер каждой следственной ситуации в каждый данный момент производства расследования. С таким содержанием следственной ситуации связан вопрос о возможности типизации следственных ситуаций.
Большинство авторов работ по частным криминалистическим методикам называют в качестве типичных те ситуации, в которых оказался следователь на начальном этапе расследования в зависимости от полноты исходных данных. Отвечает ли такой подход понятию типичной следственной ситуации? Да и возможна ли вообще полная типизация следственных ситуаций?
Представляется, что на эти вопросы следует ответить отрицательно.
Сложный, многокомпонентный состав следственной ситуации, значительное число объективных и субъективных факторов, влияющих на содержание и характер этих компонентов, образуют в своих сочетаниях неисчерпаемое количество вариантов следственных ситуаций, каждая из которых чем-то обязательно отличается от других. Конкретная следственная ситуация всегда индивидуальна, и поэтому типизация следственных ситуации во всей полноте их содержания невозможна. Типизировать следственные ситуации можно лишь по одному из их компонентов) а если быть еще более точным, лишь по одному из образующих этот компонент элементов. Обычно в качестве такого объекта типизации избирается один из элементов компонентов информационного характера, а именно — наличие информации о событии и его участниках. Поэтому, когда говорят о типичных следственных ситуациях, надо четко представлять, что лежит в основе типизации.
Столь же относительный характер имеет и классификация следственных ситуаций, поскольку и всякая классификация основывается на типизации: основание классификации есть нечто общее, что объединяет классифицируемые объекты.
73
Из числа многочисленных классификаций следственных ситуаций практически значимыми представляятся следующие.
По времени возникновения в процессе расследования: начальные, промежуточные и конечные. В этой классификации отражается динамизм, изменчивость ситуаций под влиянием воздействующих на них факторов.
По отношениям между участниками: конфликтные и бесконфликтные. Эта классификация заимствована криминалистикой у психологии. Она основывается на характеристике одного из элементов психологических компонентов ситуации: соперничества и противодействия сторон, цели и интересы которых при расследовании преступления не совпадают. "Бесконфликтная ситуация характеризуется полным или частичным совпадением интересов участников взаимодействия, отсутствием противоречий в целях, к достижению которых направлены их усилия на данном этапе расследования. Ситуации конфликтов различной длительности и остроты возникают тогда, когда между участниками процесса складываются отношения соперничества и противодействия"*.
По отношению к возможности достижения цели расследования: благоприятные и неблагоприятные для расследования. Всякое действие следователя, направленное на достижение тех или иных целей, должно осуществляться после предшествующей ему оценки следственной ситуации, как благоприятной или неблагоприятной для достижения этой цели.
Несколько слов о ситуации на месте происшествия, которую мы упомянули вначале. Этот термин обозначает состояние вещной обстановки, той материальной среды, в которой было совершено преступление. Эта обстановка менялась по мере развития преступной деятельности: она была одной до преступления — исходная ситуация, менялась по мере совершения преступных действий — промужеточные ситуации, приобрела иной вид после совершения преступления — конечная ситуация. Решение так называемых ситуационных экспертных задач связано с той или иной фазой развития ситуации на месте происшествия.
Среди конфликтных ситуаций в тактическом аспекте можно выделить ситуации тактического риска.
2. Деятельность следователя в условиях тактиччского риска' Этимология слова "risco" —скала; производным является "amescar" — идти на скалу, шире — подвергаться опасности, и от латинского "risicum" (XIII в.). Термином "риск" обозначается всякая возможность ущерба, угроза благам лица — физического или юридического. В криминалистику этот термин был введен нами в 1974 г. Тактический риск был определен как ситуация, грозящая провалом замысла следователя, это допущение отрицательного результата действий.
Тактический риск является закономерным компонентом расследования. Сама специфика расследования делает принятие решений в условиях тактического риска типичным явлением. Стремление вообще избежать риска нереально; задача заключается в том, чтобы избрать стратегию наименьшего тактического риска, предвидеть возможные отрицательные последствия своего решения и заранее продумать меры по ликвидации или ослаблению этих последствий, минимизировать риск. Иными словами, риск — это деятельность. осуществляемая в условиях выбора, когда существует опасность в случае неудачи оказаться в худшем положении, нежели до выбора.
Действовать в условиях тактического риска следователя побуждает ряд обстоятельств.
Во-первых, это дефицит времени, особенно ощущаемый на стадии возбуждения уголовного дела, при задержании преступника с поличным, при расследовании "по горячим делам" и вообще на первоначальном этапе расследования.
Во-вторых, это информационная неопределенность ситуации, недостаточность информации для принятия всесторн-не взвешенного решения.
В-третьих, это уверенность следователя в своем превосходстве в ранге рефлексии над противодействующей стороной, интуитивное предвидение успешности своих действий, несмотря на их рискованность.
Наконец, в-четвертых, процессуальная необходимость совершения действий независимо от складывающейся следственной ситуации, например, проведения очной ставки для предписанного законом устранения противоречий в показаниях допрошенных лиц.
* Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967, с. 157.
В разделе использованы материалы Ю.Ю. Осипова (1992).
В общем виде ситуация тактического риска характеризуется наличием неопределенности, альтернативностью выбора решения и возможностью оценки вероятности осуществления сделанного выбора. Причем следует подчеркнуть неизбежность выбора, невозможность уйти от принятия решения.
Принятие тактического решения в ситуации риска связано с оценкой степени риска. Такая оценка предполагает прежде всего необходимость сравнения вероятных практических выгод и возможных негативных — как близких, так и отдаленных — последствий, которые могут наступить при реализации содержащего риск решения. Это оценочное отношение "польза — вред".
Использование оценочного подхода, при котором основным критерием служит обоснованность выбора, позволяет выделить риск обоснованный (рациональный) и необоснованный (нерациональный). Следственная ситуация может оказаться такой, когда рациональным может быть решение с любой степенью риска — от минимальной до максимальной. Причем, как показывает следственная практика, постоянная ориентация на минимальный риск может приводить к значительным издержкам, расточительному расходованию сил и средств, замедлению темпов расследования.
Рациональным будет риск при выбранном оптимальном решении.
1. Оптимальным в ситуации тактического риска будет решение, которое обеспечивает при данных условиях достижение нужного результата при минимальных затратах.
2. Оптимальность решения зависит от затрачиваемого на выбор решения времени. Это условие связано с необходимостью определенного времени, которое не может быть сокращено при выборе решения в условиях риска. Иначе возникает угроза качеству решения (Ю.Ю. Осипов, 1992). В теории принятия решений выделяют следующие их виды: — уравновешенные решения. Для субъекта решения характерны осознание исходной цели, предварительный анализ проблемы, вариативность гипотез, критичность мышления, гибкость принимаемых решений;
— импульсивные решения. Процесс принятия решений субъектом, выдвижение версий, планирования преобладают над действиями по их проверке;
^6
— инертные решения. Характерны для профессионально неподготовленных. Поиск решений неуверенный и осторожный. Преобладают контрольные и устойчивые действия;
— осторожные решения. Субъект, принимая решение, больше боится возможных ошибок, чем радуется успеху. Принятие решения характеризуется особой тщательностью оценки, критичностью. Прежде чем сделать вывод, субъект совершает множество подготовительных действий.
Таким образом, процесс принятия решения зависит от личностных особенностей субъекта, чем в значительной степени определяется характер и алгоритм действий следователя в ситуациях тактического риска.
В литературе предложен типовой алгоритм процесса принятия решения в ситуации тактического риска (Ю.Ю. Осипов, 1992). Он состоит из следующих элементов (этапов):
Инициатива в подготовке и принятии решения о производстве следственного действия в условиях риска принадлежит следователю (дознавателю). Ее определяют либо состояние расследования и возникшие задачи, либо требования уголовно-процессуального закона.
Осознание проблемы и постановка задачи — это моделирование действия с выводом возможного положительного и отрицательного результата при его осуществлении. Содержание этого этапа: а) анализ имеющейся информации; б) сравнение со схожими ситуациями; в) выработка альтернатив.
Восполнение модели действий. Преобладание возможных негативных последствий, свидетельствующих о недопустимом уровне тактического ^иска, связанном с неминуемым провалом замысла следователя, требует восполнения пробелов в модели действий путем насыщения ее дополнительной необходимой информацией.
Выбор оптимального варианта. Ему предшествуют вновь расчет и оценка последствий при реализации откорректированной за счет дополнительной информации модели действий. Итогом этого этапа выступает оценка вероятности наступления положительного результата и принятия решения о производстве действий в конкретной ситуации риска.
Моделирование действий по минимизации риска и возможных при этом последствий. При невозможности миними-
77
зации риска — моделирование следственной ситуации при отказе от проведения "рискованного" действия.
Минимизация тактического риска может быть осуществлена путем:
˜ изменения структуры тактического приема или тактической комбинации с включением в нее предъявления вещественных доказательств, документов, видео- и звукозаписей и иных источников информации, направленной на изменение позиций противостоящего лица;
— изменения психологической обстановки действия — изменение места и времени производства действия, исключение воздействия внешних факторов ("постороннего фона"), мешающих полному и всестороннему воздействию передаваемой и принимаемой информации;
— отказа от логически верного и перехода на алогичный тактический прием (например, отказ от допроса по обстоятельствам, на который охотно "идет" допрашиваемый, замена его проверкой алиби последнего; обыск в местах, где искомого "быть не должно");
— замены следователя, проведения действия группой следователей с участием оперативного работника, обеспечивающей более интенсивное допустимое воздействие и более жесткий контроль за реакциями подследственного на ту или иную информацию;
— изменения темпа проведения следственных действий и всего расследования, не останавливаясь на "проигрышных" для следователя эпизодах, до изменения следственной ситуации в благоприятную сторону;
— исключения ненужных пауз, дающих подследственному возможность адаптироваться к ситуации;
— сравнения данной ситуации тактического риска по аналогии с ранее возникавшими подобными ситуациями, оценки примененных ранее тактических приемов на предмет их использования в подобных условиях;
˜ использования превосходства следователя в ранге рефлексии, широкого применения фактора внезапности.
Разумеется, стремление минимизировать тактический риск может не увенчаться успехом, и действия следователя приведут к отрицательному результату. Возникнет проблема нейтрализации отрицательных последствий тактики риска с минимальными потерями для следователя. Имея в виду много-78
вариантность возникающих при этом ситуаций, можно дать только общие рекомендации решения этой проблемы. Следователю требуется:
1. Тщательно проанализировать весь ход "рискованного" действия и установить момент "поворота к худшему", момент, когда уже нельзя было предотвратить наступление негативного результата.
2. Определить, какие ошибки были допущены, выяснить их причины; смоделировать ситуацию при устранении этих ошибок.
3. Заново рассмотреть всю исходную информацию и переоценить ее; определить комплекс мер по исправлению ошибок и недопущению их в будущем.
4. Исследовать ситуацию на основе новой стратегии расследования и разработать новую модель следственного действия, необходимость проведения которого осталась.
Эффективным средством предотвращения негативных последствий в условиях тактического рибка служат тактические комбинации (операции).
3. Тактические комбинации (операции)
Одной из определяющих тенденций развития следственной практики является комплексирование тактических приемов или следственных действий с целью решения задач, которые порознь этими приемами или следственными действиями решить затруднительно или вообще левозможно. Эта тенденция получила свое отражение в криминалистике в виде концепции тактических операций (комбинаций).
Впервые идею тактических операций сформулировал и выдвинул А.В. Дулов в 1972 г., она была поддержана нами в 1974 г., а затем и другими криминалистами. В 1979 г. вышла в свет монография А.В. Дулова "Тактические операции при расследовании преступлений". А.В. Дулов и сторонники его взглядов Л.Я. Драпкин, В.И. Шиканов и некоторые другие авторы рассматривают тактическую операцию лишь как систему следственных и иных действий, что существенно сужает это понятие и сферу его практического использования.
С нашей точки зрения, тактические операции могут представлять собой не только комплекс различных следственных действий и иных мероприятий, но и комплекс тактических приемов в рамках одного следственного действия. Это прин-79
ципиальное отличие в понимании сущности рассматриваемого понятия позволило найти решение острой проблемы так называемых следственных хитростей или психологических ловушек, о которой речь будет идти далее.
При рассмотрении понятия тактической операции возник вопрос и о точности обозначающего это понятие термина. Его анализ привел к выводу, что более адекватно содержание этого понятия отражает термин не "операция", а "комбинация". Под операцией обычно понимают законченное действие или ряд связанных между собой действий, направленных на решение определенной задачи (от лат. operatic — действие), под комбинацией — сочетание, взаимное распо' ложение объединенных общим замыслом приемов, действий, ухищрение, уловка (от позднелат. combinatio — соединение). С точки зрения криминалистической тактики термин "комбинация" предпочтительнее, поскольку включает в себя весьма существенное указание на объединяющее начало — единый замысел и раскрывает смысл этого замысла — ухищрение, уловка как средство решения задачи. Исходя из этих соображений, нами используется термин "тактическая комбинация"; в литературе можно встретить оба эти термина.
Тактическая комбинация — это определенное сочетание тактических приемов или следственных действий и иных мероприятий, преследующее цель решения конкретной задачи расследования и обусловленное этой целью и следственной ситуацией.
Рассмотрим основные признаки этого понятия. 1. Тактическая комбинация может заключаться в определенном сочетании тактических приемов. Тактический прием — это наиболее рациональный и эффективный способ действий или наиболее целесообразная в данных условиях линия поведения лица, осуществляющего расследование. Сочетание тактических приемов, детерминированное целью тактической комбинации и следственной ситуацией, в которой они применяются, осуществляется в рамках одного следственного действия — допроса, обыска, задержания и т. п. Следует специально подчеркнуть, что в этом случае идет речь о комплексировании тактических приемов осуществления именно одного следственного действия.
SO
2. Тактическая комбинация может заключаться в определенном сочетании следственных действий в рамках расследования конкретного дела. Она не образует никакого "ком-бинирванного" следственного действия. В структуре комбинации каждое следственное действие как элемент структуры является самостоятельным и незаменимым, а их последовательность — обычно жестко определенной, поскольку в этой последовательности и может заключаться замысел комбинации. Примером тому служат комбинации, проводимые на начальном этапе расследования дела, возбужденного на основании данных, полученных оперативным путем или вообще при реализации оперативных данных.
3. Тактическая комбинация может состоять из одноименных или разноименных следственных действий. В ее состав могут входить организационно-технические мероприятия, носящие обеспечивающий характер; их включение не отражается на тактической природе комбинации, поскольку они не имеют самостоятельного значения.
Если в ходе расследования, особенно на начальном его этапе, реализуются данные, полученные оперативным путем, то тактическая комбинация может представлять собой сочетание оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий. Такую тактическую комбинацию можно назвать оперативно-тактической, но при этом нужно иметь в виду следующее:
а) с процессуальной точки зрения значимы только входящие в структуру подобной комбинации следственные действия, путем проведения которых реализуются, используются, т. е. приобретают процессуальное значение, оперативные данные;
б) оперативно-розыскные мероприятия как элемент комбинации служат целям создания условий, обеспечивающих результативность, целеустремленность и безопасность входящих в структуру комбинации следственных действий. В свою очередь следственные действия могут быть проведены для обеспечения эффективности последующих оперативно-розыскных мер, выступающих как промежуточное звено между следственными действиями в структуре одной оперативно-тактической комбинации;
в) комбинационное сочетание следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий вовсе не означает
81
возникновения на этой основе неких комбинированных "оперативно-следственных" действий. Оперативно-розыскные меры и следственные действия сочетаются, а не смешиваются, не переплетаются друг с другом в каком-то неизвестном нашему процессуальному закону новообразовании. Следователь при этом не приобретает права участия или непосредственного проведения оперативно-розыскных мероприятий, он не определяет и методы и средства их проведения. Оперативно-тактическая комбинация осуществляется путем взаимодействия между следователем и оперативным работником органа дознания, каждый из которых действует строго в пределах своей компетенции и своими методами.
4. Целью тактической комбинации всегда является решение конкретной задачи следствия, например установление истины по делу, т. е. осуществление процесса доказывания. Но это общая цель, а непосредственными целями тактической комбинации могут быть:
а) разрешение конфликтной ситуации с помощью рефлексии с получением следователем определенного выигрыша;
б) создание условий, необходимых вообще для проведения следственного или иного процессуального действия следователя;
в) создание условий, гарантирующих результативность следственного действия;
г) обеспечение следственной тайны, в том числе сохранение в тайне источников доказательственной и ориентирующей информации;
д) обеспечение сохраннности до необходимого момента еще не использованных источников доказательственной или ориентирующей информации;
е) иные тактические воздействия на следственную ситуацию с целью ее изменения или использования.
Взаимосвязь цели тактической комбинации и следственной ситуации может быть двоякой.
Если существующая следственная ситуация благоприятна для ведения следствия, но комбинация по тем или иным причинам все-таки необходима, то эта ситуация просто используется при осуществлении комбинации, а ее благоприятные стороны учитываются при планировании и проведении комбинации.
82
При неблагоприятной следственной ситуации тактическая комбинация призвана прежде всего изменить ее к лучшему, изменить ее "препятствующий" следствию характер. Неблагоприятная следственная ситуация непосредственно влияет на структуру комбинации, ограничивает следователя в выборе ее элементов, не позволяет применить т^или иные следственные действия как элементы комбинации. Неблагоприятная следственная ситуация вообще может исключить возможность проведения тактической комбинации в данный момент. Так, например, если неосторожные действия следователя или оперативного работника насторожили преступника, то комбинация по его захвату с поличным окажется безрезультатной.
Тактические комбинации подразделяются на сложные, содержанием которых служит система следственных действий, и простые, элементарные, состоящие из системы тактических приемов, применяемых в рамках одного следственного действия. Сложные тактические комбинации по классификации, предложенной Л.Я. Драпкиным (1976), подразделяются на однородные, или одноимениые (состоящие из одноименных следственных действий), и разнородные, или разноименные (состоящие из разных следственных действий), на сквозные и локальные.
Простые тактические комбинации мы подразделяем на рефлексивные, цель которых — рефлексивное управление лицом, противодействующим следствию, обеспечивающие и контрольные, осуществляемые для проверки правильного хода расследования, хода отдельных следственных действий, правильности направления расследования и т. п.
Возможность тактической комбинации определяется допустимостью целей комбинации, тактических приемов и следственных действий, составляющих ее содержание, а также правомерностью и нравственностью их сочетания.
Целью тактической комбинации всегда служит воздействие — на следственную ситуацию в целом или на ее компоненты, а это воздействие в конечном счете всегда представляет собой воздействие на людей, так или иначе связанных с расследуемым делом. Правомерность такого воздействия и служит основным условием допустимости проведения тактической комбинации.
По форме внешнего выражения воздействие может быть физическим и психическим. Правомерность физического 83
воздействия, направленного на объекты неживой природы, определить сравнительно несложно. Следователь вправе воздействовать на такие объекты в пределах и случаях, обусловленных возникшей по делу необходимостью и предписаниями закона. Личные и имущественные права и интересы граждан и юридических лиц могут быть ограничены 6 строгом соответствии с установлениями закона, причиняемый имущественный вред полностью обоснован. Так, "при производстве обыска и выемки следователь вправе вскрывать запертые помещения и хранилища, если владелец отказывается добровольно открыть их, при этом следователь должен избегать не вызываемого необходимостью повреждения за-прров, дверей и других предметов" (ст. 170 УПК РФ).
Столь же ясным представляется вопрос о физическом принуждении, физическом воздействии на личность в процессе судопроизводства. Физическое воздействие на личность допустимо лишь при прямом предписании закона м в точно указанных в законе случаях, когда идет речь о мерах процессуального принуждения: задержании, заключении под стражу в качестве меры пресечения, приводе, принудительном освидетельствовании и получении образцов для сравнительного исследования в принудительном порядке. Более сложно решается вопрос о психическом воздействии. Различают два вида психического воздействия — неправомерное и правомерное. Неправомерное психическое воздействие, как незаконное насилие над личностью, безоговорочно недопустимо, но сразу возникает вопрос: какое психическое воздействие следует считать неправомерным? Закон не только не дает ответа на этот вопрос, но и порой запутывает его.
Так, например, в ст. 20 УГТК указывается; "Запрещается домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер", игнорируя, что угроза — это форма насилия, что насилие может быть и правомерным и, наконец, то, что любой допрос свидетеля или потерпевшего начинается с угрозы: правомерной угрозы уголовным наказанием за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. Авторы Комментария к УПК (Л., 1962) в трактовке ст. 20 идут еще дальше законодателя, декларируя "недопустимость применения каких бы то ни было мер физического или психического воздействия при допросах" (подчеркнуто нами — Р.Б.). 84
Между тем в судебной психологии воздействие на человека определяется как процесс передачи информации от субъекта воздействия посредством различных методов и средств, отражение этой информации в психике данного лица, способной вызвать соответствующую реакцию, которая проявляется в его поведении, деятельности, отношениях и состояниях, становясь доступной для восприятия воздействующим посредством "обратной связи" (Н.П. Хайдуков, 1984). Из этого определения следует, что всякое общение есть воздействие на субъектов общения, причем воздействие обоюдное: Основным признаком правомерности психического воздействия признается сохранение подвергающимся воздействию свободы выбора позиции, наличие условий для ее выбора и изложения и непротиворечие воздействия принципам законности и нравственности.
"Правомерное психическое влияяие, — отмечает проф. А.Р. Ратинов„ — само по себе не диктует конкретное действие, не вымогает показание того или иного содержания, а, вмешиваясь во внутренние психические процессы, формирует правильную позицию человека, сознательное отношение к своим гражданским обязанностям и лишь опосредствованно приводит его к выбору определенной линии поведения"'.
Правомерность воздействия зависит от правомерности средств воздействия. В криминалистике и судебной психологии сформулированы те условия (критерии) допустимости приема, средства воздействия, которые необходимы для признания воздействия правомерным. Это:
— законность, которую следует понимать как соответствие или непротиворечие приема, средства требованиям закона;
— избирательность воздействия, т. е. направленность воздействия лишь на определенных лиц и нейтральность по отношению к остальным;
— нравственность, соответствие моральным принципам общества.
В литературе можно встретить выражения "следственные хитрости" или "психологические ловушки". Оба эти термина неудачны, поскольку суть их не заключается в том, что предполагается при их буквальном толковании. Их целью
'Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М„ 1967, с. 163.
является создание условий для формирования улица, противодействующего следователю, ошибочных представлений о тех или иных обстоятельствах дела, целях следователя и его действиях, состоянии расследования. Это не хитрость и не ловушка, поскольку у этого лица всегда остается свобода выбора и имеются условия для реализации этого выбора.
Средством формирования таких ошибочных представлений служит тактическая комбинация, обыыно простая, реализуемая чаще всего в процессе допроса. Варианты этой цели разработаны А.Р. Ратиновым*. Они заключаются в следующем:
1. Формирование у подозреваемого или обвиняемого ошибочного представления об обстоятельствах, которые в действительности могли бы привести к нежелательным решениям и действиям. Имеется в виду оставление в неведении относительно имеющихся у следователя доказательств либо, наоборот, создание преувеличенного представления об их объеме, весе и т. п.
Термин "формирование" здесь и далее следует понимать не как непосредственное вмешательство следователя в психические процессы подследственного, а как создание условий для формирования у подследственного ошибочного представления. Следователь не формирует такого представления, не воздействует в этом направлении на подследственного, он лишь создает такие условия, при которых это формирование становится возможным, а случится это или нет — зависит целиком от подследственного, от свободно выбранной им позиции.
2. Формирование целей, попытка достижения которых поставит противодействующее лицо в проигрышное положение, например намерение перепрятать похищенное имущество, что позволит захватить его с поличным.
3. Формирование желательного следователю метода решения задачи и образа действий подследственного. Этот вариант цели типичен для рефлексивного управления.
4. Формирование у подозреваемого или обвиняемого ошибочного представления о целях отдельных действий следователя.
Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике. — Правовая кибернетика. М., 1970, с. 194—196,
5. Создание затруднений для правильной оценки заинтересованными лицами подлинных целей следователя.
6. Формирование у заинтересованных лиц ошибочного представления об осведомленности следователя относительно подлинных целей, которые они преследуют, или о неосведомленности следователя относительно ложности выдвинутых объяснений или представленных доказательств.
7. Формирование у подследственного намерения воспользоваться негодными средствами противодействия расследованию.
Как видно из изложенного, перечисленные варианты целей тактической комбинации предполагают определенное маневрирование следователем имеющейся у него информацией о следственной ситуации. С моральной точки зрения эта информация всегда должна быть достоверной.
Все варианты целей тактической комбинации, осуществляемой в условиях конфликтной ситуации с применением рефлексивного управления, основываются на использовании следователем: а) фактора внезапности;
б) неосведомленности противодействующих лиц об имеющихся доказательствах, результатах следственных действий, намерениях следователя;
в) предоставленной противодействующим лицам возможности выбора решения при дефиците информации;
г) инерционности мышления, стандартности решения противодействующим лицом возникшей перед ним задачи;
д) невозможности воспроизведения подследственным всех деталей ранее данных ложных показаний.
Ранее указывалось, что допустимость тактической комбинации определяетсяя помимо других условий, допустимостью составляющих ее содержание следственных действий, а также правомерностью и нравственностью сочетания всех ее элементов.
Правомерность следственного действия означает наличие его правовой регламентации в законе. С правовой точки зрения результаты действий, не предусмотренных законом, ничтожны: фактические данные, установленные таким путем, не могут быть доказательством. В нашем процессуальном законе содержится исчерпывающий перечень этих средств доказывания. Но стабильность закона в этой части
87
нередко приходит в противоречие с потребностями следственной практики и объективно может препятствовать оперативному использованию в расследовании достижений научно-технического прогресса. Нечто подобное происходит с популярным в практике действием, получившим название выхода на место или проверки показаний на месте, а в техническом плане — с использованием в доказывании методов криминалистической одорологии и полиграфических методов.
При проведении оперативно-тактической комбинации решение о ее допустимости требует оценки правомерности не только следственных действий, но и входящих в ее содержание оперативно-розыскных мероприятий. Правомерность их означает соответствие Закону "Об оперативно-розыскной деятельности" и требованиям подзаконных актов. Закон содержит исчерпывающий перечень этих мероприятий, основания и условия их проведения.
Законность следственного действия и оперативно-розыскного мероприятия, образующих оперативно-тактическую комбинацию, зависит и от основания для их проведения.
Так, дляяпроведения следственных действий необходим акт возбуждения уголовного дела. Известно, что до возбуждения дела возможно лишь проведение осмотра места происшествия. Таким образом, тактическая комбинация в принципе возможна лищь по возбужденному уголовному делу и при редком исключении — до его возбуждения, если в ее состав входит осмотр места происшествия, хотя и в этом случае, поскольку принимается решение о комбинации, т. е. признается необходимость расследования события, ничто не мешает возбудить уголовное дело уже на стадии осмотра места происшествия, а не после него.
Основанием для проведения оперативно-тактической комбинации, начинающейся с проведения оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела, может служит непосредственное усмотрение органа дознания (органа внутренних дел), а после возбуждения уголовного дела и принятия его к производству следователем — предложение последнего. Поэтому оперативно-тактическая комбинация как форма взаимодействия следователя и оперативного работника может начинаться до возбуждения уголовного дела, а завершаться в стадии предварительного расследования либо полностью осуществляться в процессе следствия по делу. 88
При этом та часть комбинации, которая осуществляется до возбуждения дела и выражается в проведении определенных оперативных мероприятий, выполняется оперативным работником без участия следователя, но по их общему замыслу.
Нет ничего противоправного в таком сотрудничестве следователя с оперативным работником, ибо совместная разработка ими плана предстоящей оперативно-розыскной комбинации (а только в этом заключаются действия следователя до возбуждения уголовного дела) никак не противоречит процессуальному положению следователя и не означает смешения его функций с функциями органадознания. Изложенное можно проиллюстрировать на примере типичной оперативно-тактической комбинации по захвату взяточников с поличным.
Для сложных тактических комбинаций, выполняемых двумя и более следователями, и для оперативно-тактических комбинаций чрезвычайно важно точное выполнение каждым участником комбинации своих обязанностей, точное следование совместному плану действий.
Наконец, комбинация во всех своих элементах должна быть нравственной, составляющие ее элементы не могут быть аморальны в данной следственной ситуации, они не могут унижать честь и достоинство противостоящих следователю лиц.



ОГЛАВЛЕНИЕ