<< Предыдущая

стр. 25
(из 33 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

юридическими лицами.

Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик
признали юридическими лицами государственные учреждения и иные
организации, состоящие на государственном бюджете, руководители которых
пользуются правами распорядителей кредитов (ст. 11). Это положение
следует считать правильным. Оно лишь закрепляет фактически имеющее
место участие госбюджетных организаций в имущественных отношениях и
восполняет пробел в законодательстве Союза ССР.

Неверно отрицать юридическую личность госбюджетных учреждений и на том
основании, что они связаны с бюджетом. (*4). Такая связь не исключает
обособленности средств для целей непосредственного хозяй ственного
использования, что и необходимо для признания организации юридическим
лицом.

(**1) См. С. Н. Братусь, Юридические лица в советском гражданском
праве, гл. IX; его же, Субъекты... - гл. XIV, стр.39; А.В.Венедиктов,
Государственная социалистическая собственность, стр.114; его же,
Правовая природа государственных предприятий, 1928, стр. 76-77; его же,
Государственные юридические лица в СССР, стр. 84-85.
Отдельные государственные бюджетные учреждения признаны
юридическими лицами специальными государственными актами. К числу этих
учреждений относятся местные Советы депутатов трудящихся, их исполкомы,
Академия наук СССР, высшие учебные заведения и некоторые другие
учреждения.
(**2) См. Я. Ф. Миколенко, статьи в журнале "Советское государство
и право" 1950 г. № 11 и 1951 г. № 7; "Советское административное
право", 1950, стр. 109.
(**3) См. "Сборник разъяснений Верховного Суда РСФСР", М., 1935,
стр. 29.
(**4) См. С. И. Вильнянский, Лекции.., стр. 114.

-158-

Отличие правоспособности госбюджетных учреждений от хозрасчетных
организаций и предприятий надо видеть, во-первых, в том, что согласно
советскому закону госбюджетные учреждения не могут непосредственно
осуществлять торгово- промышленной деятельности. (*1) Во-вторых, это
отличие заключается в том, что принимать участие в хозяйственном
обороте госбюджетные учреждения могут только своими денежными
средствами. Они не могут распоряжаться принадлежащим им имуществом,
которое перераспределяется, как правило, в безвозмездном порядке. (*2).
В случаях продажи имущества учреждения суммы, вырученные от реализации,
перечисляются в соответствующий бюджет. (*3).

Наконец, особенностью правоспособности госбюджетных учреждений как
юридических лиц является ограниченность их имущественных обязанностей
по отношению к государству и имущественной ответственности перед
третьими лицами. Обязанность госбюджетного учреждения не может состоять
в уплате налогов и иных отчислений в бюджет. Она состоит лишь в
обязанности бережно и рационально расходовать предоставленные
учреждению денежные средства и имущество. Юридически это выражается в
обязанности периодических отчетов, производства ремонта, инвентаризации
имущества и передачи его на хранение ответственным лицам.
Гражданскоправовая ответственность госбюджетного учреждения перед
третьими лицами ограничена

(**1) Согласно примечанию к ст. 1 постановления ВЦИК и СНК РСФСР от
27 сентября 1926г.
(**2) См. ст.ст. 19-32 Положения о бухгалтерских отчетах и балансах
учреждений и организаций, состоящих на государственном бюджете,
утвержденного Приказом Министра финансов СССР от 24 сентября 1955 г. №
740 ("Учет в бюджетных учреждениях", М., 1956, стр. 17-19).
(**3) См. Инструкцию Госэкономкомиссии СССР и Министерства финансов
СССР от 2 августа 1955 г. № 39-27/567 по применению постановления
Совета Министров СССР от 14 мая 1955 г. № 938 "Об изменении порядка
перераспределения и реализации излишних неиспользуемых материалов,
оборудования, транспортных средств и других материальных ценностей";
письмо Министерства финансов СССР от 2 августа 1955 г. № 567 ("Учет в
бюджетных учреждениях", стр. 18, 33-34).

-159-

рамками соответствующих сметных ассигнований. На имущество госбюджетных
учреждений не может быть обращено взыскание. В конце года возможно
пополнение этих ассигнований с учетом наличия задолженности, т. е.
дополнительная ответственность государственного бюджета. (*1).

Права государственных органов и хозяйственных организаций
рассматриваются большинством советских юристов не как права
собственника, а как права на управление государственным имуществом.
Одни из органов осуществляют планово-регулирующие функции и наделяются
для этого административными и иными властными правами. Другие
осуществляют непосредственное оперативное управление закрепленным за
ними государственным имуществом и наделяются для этого не только
административными, но и гражданскими правами - правами юридического
лица.

В настоящей работе мы не можем рассматривать вопрос о природе прав
административного управления имуществом, поскольку эти права составляют
лишь часть компетенции государственных органов. Выше мы рассматривали
вопрос о компетенции лишь в целом, как о содержании правосубъектности
государственных органов. Здесь нам важно подчеркнуть существенное
отличие прав государственного юридического лица от прав
административного управления имуществом. Например, в содержание
имущественных прав государственного предприятия не входит ни
нормативное определение порядка пользования государственным имуществом,
ни плановое распределение и перераспределение оборотных средств,
передача основных фондов, кредитование других организаций, ни право
получения доходов, идущих на общегосударственные нужды. Эти права
принципиально отличны от прав юридического лица.

В советской юридической литературе часто можно встретить утверждения,
что "правомочия государственных предприятий неотделимы от правомочий
государства", что государственная организация не может

(**1) См. ст. 286 ГПК РСФСР, ст. 13 Основ гражданского
законодательства Союза ССР и союзных республик.

-160-

обладать правомочиями, не принадлежащими самому государству в целом.
(*1).

Однако с этих позиций трудно обосновать самостоятельную
правосубъектность госпредприятий и учреждений как юридических лиц.
(*2). Выше мы отмечали, что государственные предприятия и социально-
культурные учреждения не составляют части государственного аппарата.
Хозяйственно- вспомогательные операции государственных органов также не
характеризуют их положения как государственно-властных учреждений.
Поэтому хозяйственно-оперативная деятельность всех государственных
организаций не составляет, по нашему мнению, части государственной
деятельности, а права юридических лиц, которые ее опосредствуют, не
составляют части прав государства на плановое распределение
общенародного достояния. (*3). М. И. Бару пишет, что когда предприятие
использует государственное имущество и распоряжается им, то оно
осуществляет пользование и распоряжение самого государства. (*4). Но
такое утверждение, по нашему мнению, не согласуется с началами
хозрасчета, предполагающими самостоятельность предприятий в пределах
плана и безубыточность их работы.

(**1) См. М. И. Бару, Создание и укрепление единого фонда
государственной социалистической собственности в истории советского
права, "Ученые записки Харьковского юридического института", 1958 г.,

т. XI, вып. II, стр. 111. С. И. Вильнянский, Лекции... стр. 216; А. В.
Карасс, Право государственной социалистической собственности, стр. 261;
А. М. Турубинер. Право государственной собственности на землю в
Советском Союзе, М., 1953, стр. 214; Д. М. Генкин. Некоторые вопросы
теории права собственности, <Ученые записки ВИЮН", вып. 9, М., 1959 г.,
стр. 20.
(**2) С. И. Вильнянский пишет, например, что Советское государство
"передает своим органам только осуществление своих правомочий" (см. С.
И. Вильнянский, там же; курсив наш - Л. М.). Но это и означает
отрицание особой правосубъектности государственных организаций. А. В.
Карасс также пришел к вы- воду, что перед лицом государства
госпредприятие не субъект, а объект права государственной
собственности, что права госпредприятия - это права государства (см. А.
В. Карасс, Право государственной социалистической собственности, стр.
185-186).
(**3) Это, в частности, находит свое выражение в том, что
государство не отвечает по обязательствам государственных организаций,
являющихся юридическими лицами, а эти организации не отвечают, в свою
очередь, по обязательствам государства (ст. 13 Основ гражданского
законодательства Союза ССР и союзных республик).
(**4) См. М. И. Бару, указанная статья в "Ученых записках
Харьковского юридического института", 1958 г., том XI, вып. II, стр.
111.

-161-

Государство осуществляет свои права, устанавливая единый
государственный план и доводя его до предприятий в виде плановых
заданий, плана материально- технического снабжения, норм отчислений в
бюджет цен на продукцию и т. п. Заключение договора и конкретизация его
условий, рациональное использование имущества, государственного кредита
и т. п. - это права предприятия как юридического лица, данные ему
государством в целях обеспечения выполнения плана, а не права "самого
государства".

Д. М. Генкин видит в правоспособности государственного юридического
лица "правовую форму участия государства как хозяйствующего субъекта в
обороте", Но при этом исчезает разница между участием в обороте
государства как казны, как владельца бюджетных средств и участием
государственных организаций как юридических лиц (ст. 13 Основ
гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик).
Госпредприятие ставится, таким образом, в положение "представителя
казны", и его самостоятельную правосубъектность обосновать невозможно.

Некоторые советские юристы идут еще дальше и рассматривают права
госпредприятий как составную часть права государственной
социалистической собственности. Например, С. Ф. Кечекьян пишет:
"Государство в лице своих многочисленных органов (учреждений и
предприятий) является субъектом права собственности". Примерно те же
мысли высказывал и Я. Ф. Миколенко. (*2).

Сторонники этого взгляда утверждают, что единство планового управления
государственной особенностью не исключает расчленения единого фонда
государственной собственности между различными органами государства.
(*3). Однако это неверно. Как было показано выше, такого расчленения
нет между органами государственной

(**1) См. Д. М. Генкин, указ. статья "Ученые записки ВИЮН", вып. 9,
М., 1959 г., стр. 21; его же, Роль советского гражданского права в
использовании экономических законов социализма, "О роли права в
использовании объективных экономических законов", М., 1954, стр. 53.
(**2) С. Ф. Кечекьян, Правоотношения.., стр. 110; Я. Ф. Миколенко,
Государственные юридические лица в советском гражданском праве,
"Советское государство и право" 1951 г. № 7, стр. 45-48, 51.
(**3) См. С. Ф. Кечекьян, Правоотношения.., стр. 111.

-162-

власти и управления: они планово управляют не "своим", а
государственным имуществом, в чьем бы владении оно не находилось.
Поэтому, управляя в административном смысле, госорган не становится
самостоятельным участником товарного оборота. Распределение единого
государственного фонда между госорганизациями приемлемо там, где
государственная организация выступает самостоятельным участником
товарного производства и обмена, что и вызывает необходимость
закрепления за предприятиями обособленного имущества с предоставлением
им прав гражданскоправового (оперативно- хозяйственного) использования
этого имущества. Но здесь-то и прекращается возможность закрепления
прав планового руководства за данной организацией. Как известно,
предприятие не имеет прав планового распределения имущества, а лишь
совершает гражданскоправовые акты, подчиненные плановым заданиям. (*1).

Я. Ф. Миколенко и С. Ф. Кечекьян ссылаются далее на то, что при
переходе имущества к госпредприятию от колхоза возникает и право
собственности у государства на это имущество. И наоборот, право
собственности переходит к другим лицам по договору купли-продажи,
совершаемому государственным магазином. (*2). Но отождествлять природу
прав госпредприятия и права государственной собственности для
объяснения этого явления не требуется. Дело состоит в том, что во всех
случаях приобретения имущества госпредприятием одновременно возникает и
право собственности у государства и право оперативного использования у
предприятия. Никакого дополнительного акта передачи собственности к
государству от госпредприятия не требуется. Точно так же, если в
содержание гражданскоправового акта входит отчуждение имущества
несобственником- предприятием, собственник- государство утрачивает свое
право.

С. Ф. Кечекьян считает также абсурдным тот вывод, что договор
купли-продажи (т. е. поставки) между предприятиями не сопровождается
сменой собственника. (*3).

(**1) Договоры предприятия могут совершаться в отдельных случаях и
без прямых плановых предписаний. Но от этого они не становятся актами
административного распоряжения имуществом.
(**2) См. указ. статья Я. Ф. Миколенко, "Советское государство и
право" 1951 г. № 7, стр. 49; С. Ф. Кечекьян, Правоотношения.., стр.
116.
(**3) См. С. Ф. Кечекьян, Правоотношения.., стр. 114-116.

-163-

Но в отсутствии смены собственника и состоит характерная черта товарно-
хозяйственных связей в рамках государственного сектора
социалистического хозяйства основанного на общенародной собственности.
(*1). Эти хозяйственные связи имеют товарную форму обмена
эквивалентами, но совершаются не между собственниками, а в целях
воспроизводства единой общенародной собственности. Следует учесть, что
государственное имущество в некоторых случаях даже не имеет форму
товара, не может переходить в возмездном порядке от одного предприятия
к другому (здания, сооружения) (*2). Эти экономические особенности
государственного имущества и получают свое выражение в том, что в
процессе хозяйственных связей между госпредприятиями меняется не
субъект права собственности, а субъект оперативного использования
имущества, несущий ответственность за правильное использование этого
имущества в соответствии с планом, с общегосударственными интересами.
Если допустить переход собственности от одного государственного
предприятия к другому, то отсюда неизбежно следует отрицание единого
фонда государственной собственности, сведение его к совокупности
имущества, принадлежащего различным собственникам - государственным
предприятиям. Такую совокупность по существу и видит С. Ф. Кечекьян в
имущественных фондах, принадлежащих различным госпредприятиям -
собственникам. И никакие ссылки на "диалектическое единство" права
собственности государства и прав его органов (предприятий) не могут
спасти его концепцию от того, что она фактически разрывает единый фонд

<< Предыдущая

стр. 25
(из 33 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>