<< Предыдущая

стр. 7
(из 33 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

единолично,

Особым субъектом права выступают Советские государства- Союза ССР,
союзная или автономная республика.

Общественными организациями-субъектами советского права являются самые
разнообразные организационные формы творческой самодеятельности
трудящихся (*1). Советская общественность может решать вопросов
юридического характера на периодических собраниях, съездах, совещаниях
граждан, созываемых независимо от объединения их участников в
постоянные общественные организации (сельские сходы, собрания рабочих и
служащих, собрания избирателей и населения), совещания передовиков
народного хозяйства и т.д. Субъектами советского права являются
общественные организации, образованные на началах членства, и
объединения таких организаций (профсоюзы, колхозно- кооперативные
организации, союзы кооперации, добровольные общества и их союзы и т.
п.). Особыми правами наделяются руководящие органы общественных
организаций и их союзов (ВЦСПС, совпрофы, фабзавместкомы,

(**1) Ц. А. Ямпольская считает общественными организациями только
объединения граждан, основанные на членстве, отличая от них органы
общественной самодеятельности (см. <Советское государство и право> 1961
№ 9, стр. 40-45).

-40-

комитеты добровольных обществ, правления колхозов и кооперации).

Наконец, следует отметить особые органы общественности и массовые
самодеятельные организации трудящихся, создаваемые на началах
добровольного участия трудящихся в осуществлении определенных
общественных функций (товарищеские суды, производственные совещания,
добровольные народные дружины, уличные, квартальные, домовые комитеты и
другие массовые самодеятельные организации при Советах).

Собрания граждан, организации, основанные на членстве, массовые
самодеятельные организации черпают свою силу непосредственно в
инициативе народных масс, в их самодеятельности. Поэтому мы их
объединяем единым термином <общественные организации трудящихся>.

Под руководством общественных организаций и их объединений создаются
общественные и кооперативные предприятия и учреждения. В ходе развития
социалистического сельского хозяйства возникают различные смешанные
государственно- кооперативные предприятия. Как те, так и другие
пользуются правами юридических лиц.

В определенных ограниченных пределах субъектами советского права
являются церковные организации. В некоторых случаях в силу
международных соглашений и коллизионных норм международного частного
права субъектами гражданских правоотношений, складывающихся на основе
действия советского права, могут оказаться иностранные
частнокапиталистические и государственные фирмы. Как правило, их
правоспособность

определяется на основе советского закона.

* * *

Отдельные советские авторы предлагают выделить в качестве особого
субъекта права советский народ ^

(**1) См. Л. А. Лунц, Международное частное право, М" 1959, стр.
50-51.55.

(**2) См. С. Ф. Кечекьян, Правоотношения .., стр, 2, 126-127; Я, Н.
Уманский, Советское государственное право, М" 1959, стр. 8-9; .С. С.
Кравчук, Государственноправовые отношения в советском социалистическом
государстве, <Советское государство и право> 1956 г. № 10, стр. 102.

-41-

В области международного права народ, нация несомненно являются
субъектом права наций на самоопределение. Таким субъектом нация
выступает и в государственноправовых отношениях, складывающихся в
процессе формирования советских республик. Признание права наций на
самоопределение является важнейшим требованием социалистического
демократизма, в области международных и федеративных отношений
затрагивая глубокие политические отношения целых народов, лежащие в
основе самого формирования государства и внутреннего права.

Во внутригосударственных отношениях в советском обществе народ
выступает не в качестве непосредственного субъекта права, а как
создатель, творец новых общественных отношений. Народ, классы, нация -
это категории политики, а не права (*1). Они необходимы в юридической
науке прежде всего для определения сущности социально- политической
природы отражающих их правовых категорий, но не могут быть поставлены
на место последних. Что же касается области волевых отношений
регулируемых внутренним правом, то здесь воля народа должна получить
свое выражение через определенные организации. В. И. Ленин, борясь
против аппеляции ликвидаторов к <широкому слою>, неорганизованной
<массе>, якобы наиболее правильно выражающей волю класса, стоял за
необходимость твердой организации пролетариата. <Абсолютно невозможно,
- писал он, - определить волю широкого слоя, если он не организован в
одну организацию...> (*2).

Известно, что В. И. Ленин придавал огромное значение в области
практической, политической деятельности созданию партии и руководимых
ею организаций трудящихся, сплочению их в единую систему пролетарской
диктатуры. Поэтому субъектами различных правоотношений в советском
обществе в интересах трудящегося народа и от его имени выступают
различные организации и, прежде всего, Коммунистическая партия и
Советское государство.

(**1) По отношению к классам это правильно отмечает Н. Н. Полянский
(<Вопросы теории советского уголовного процесса> М. 1956, стр. 252).
(**2) В.И.Ленин, Соч., т. 19, стр. 367.

-42-

Например, участие советского народа на выборах юридически оформляется в
правах каждого отдельного гражданина, в правах и обязанностях собраний
граждан, избирательных комиссий и т. п. Но <избирательный корпус>, по
нашему мнению, не особый субъект права, а лишь сумма избирателей,
каждый из которых является самостоятельным носителем избирательных
прав. С. Ф. Кечекьян правильно отмечает, что в ряде
государственноправовых отношений наряду с государством нет оснований
считать субъектом права народ. Но затем он делает весьма неопределенный
вывод, что народ является <носителем суверенитета, как обладатель права
на самостоятельное развитие своей культуры> (*1). Почему же это право
народ осуществляет в качестве <особого субъекта права>, а не через свое
государство или общественные организации? На это С. Ф. Кечекьян не дает
ответа.

В науке советского колхозного права особым субъектом советского права
признается колхозный двор. Для обоснования этого взгляда используются
едва ли не все особенности колхозного двора: и особенности крестьянской
семьи как трудового объединения лиц, и связь членов колхозного двора с
колхозом, и особый состав имущества двора, охватывающего мелкие орудия
производства, продуктивный скот и птицу, и т. п. Отмечается также
совместная бездолевая общность имущества двора и особый порядок его
оформления ( регистрация в похозяйственных книгах) (*2).

Нельзя, конечно, отрицать большого значения всех этих признаков для
характеристики имущественных и трудовых связей членов колхозного двора,
его значения и места в сельскохозяйственной артели. Однако все

(**1) См. С. Ф. Кечекьян, Правоотношения ..., стр. 126-127.
(**2) См. И. В. Павлов, Колхозный двор и его правовое положение.
М., 1954, стр. 17 и след.; А. А. Рускол, О правосубъектности и личном
составе колхозного двора, <Советское государство и право> 1955 г. № 2,
стр. 44-451 А. А. Рускол, Колхозные правоотношения в СССР, М., 1960,
стр. 114-124. Д. М. Генкин предлагал даже признать колхозный двор
особым юридическим лицом (см. его статью <Право собственности в
социалистическом обществе>, <Труды научной сессии ВИЮН, 1-6 июня 1946
г.>, М., 1948, стр. 54-55. Однако эта точка зрения явно неправильна не
только потому, что колхозный двор не обладает необходимыми
предпосылками юридического лица, но и потому, что создание юридических
лиц на базе личной собственности граждан находится в противоречии с
социалистическими принципами личного хозяйства, как производного от
хозяйства общественного. Для признания объединения лиц юридическим
лицом требуется создание общественной или кооперативной организации.
Такова и существующая практика предоставления прав юридического лица
объединениям граждан. Точка зрения Д. М. Генкина не получила поддержки
в науке советского колхозного права.

-43-

Особенности колхозного двора не свидетельствуют о необходимости
предоставлять колхозному двору особую правосубъектность, отличную от
правосубъектности членов двора, т. е. членов колхозной семьи.

Например, связь членов двора с колхозом, несомненно, устанавливается не
по отношению ко двору в целом, а в порядке индивидуального вступления
членов двора в колхоз. Наличие в составе семьи колхозников членов
семьи, не связанных с колхозом, не является основанием для признания их
членами колхоза.

Неверно рассматривать колхозный двор и особым субъектом приусадебного
землепользования, так как вопрос о размере приусадебного участка
колхозного двора решается в настоящее время в зависимости от трудового
участия членов семьи в общественном хозяйстве колхоза (*1). Поэтому
неправильно говорить, что приусадебный участок предоставляется
колхозному двору в целом как особому субъекту права. Он предоставляется
состоящим во дворе членам колхозной семьи, добросовестно работающим в
колхозе.

Ставка сельскохозяйственного налога с колхозного двора также
определяется в зависимости от успешного труда членов двора в колхозе,
от выработки ими минимума трудодней (см. ст. ст. 6, 7, 12. Закона о
сельскохозяйственном налоге).

Таким образом, права колхозного двора на приусадебное колхозное
землепользование неразрывно связано с правами и обязанностями членов
двора, с тем, как члены двора исполняют свои обязанности в колхозе. При
этих условиях нельзя признать колхозный двор особым отличным от его
членов субъектом землепользования такими землепользователями являются
члены колхозного

(**1) См. постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от марта
1956 г. <Об Уставе сельскохозяйственной артели и дальнейшем развитии
инициативы колхозников в организации колхозного производства и
управлении делами артели> (<Правда> 10 марта 1956 г.).

-44-

двора, осуществляющие свои права и обязанности по землепользованию
совместно, в составе единой семьи (*1).

Неверно рассматривать и право личной собствености колхозного двора как
право особого субъекта, отличного от членов двора. Получается, что
право соб- твенности колхозного двора-это не право личной собственности
членов двора на их совместное имущество, определяемое в соответствии с
уставом колхоза. Правильно возражает против такой конструкции Г. Н.
Полянская, и мы целиком разделяем ее мнение о том, что признание
особого собственника личного имущества- колхозного двора - противоречит
личному потребительскому характеру этого имущества и умаляет
правоспособность колхозников (*2). Такое признание кладет неоправданную
развитием колхозного производства грань, между личным хозяйством
колхозников и хозяйством рабочих и служащих, которое не признается
особым субъектом права, в то самое время, когда эта грань должна все
более стираться.

В подтверждение признания колхозного двора особым субъектом права часто
ссылаются на Конституцию СССР, Примерный устав сельхозартели и другие
законодательные акты, которые говорят о том, что колхозный двор имеет в
личном пользовании приусадебный участок земли и в личной собственности
подсобное хозяйство, жилой дом и другое имущество в соответствии с
Уставом сельхозартели (ст. 7 Конституции СССР, ст.ст. 2, 4 Примерного
устава сельхозартели).

Так, А. А. Рускол пишет, что советское законодательство рассматривает
колхозный двор особым субъектом права, поскольку <субъектом права
личной собственности на имущество двора является двор в целом, а не
отдельные его члены; приусадебный участок земли предоставляется в
пользование также не отдельным членам

(**1) Можно возразить, что приусадебным участком колхозного двора
фактически пользуются и члены семьи, не состоящие в колхозе. Но эти
члены семьи не имеют никаких прав на приусадебное колхозное
землепользование. Они лишь пользуются чужими (не принадлежащими им
лично) правами. Если в составе двора не остается ни одного колхозника,
то, соответственно, меняется и режим землепользования.
(**2) См. Г. Н. Полянская, Еще раз о праве личной собственности
колхозного двора, <Ученые записки ВИЮН>, вып. IX, М., 1959 г., стр. 46
и след.

-45-

двора, а колхозному двору как таковому> (*1). Г. А. Аксененок также
обращает внимание на то, что субъектом права землепользования
<...выступает не каждый член крестьянского или колхозного двора, а двор
в целом...> (*2)

Однако эти аргументы недостаточны для признанийя колхозного двора
особым субъектом права, отличным от составляющих его членов.
Гражданскому законодательству известен институт совместной (бездолевой)
собственности, при которой право собственности на дом на автомашину или
другой неделимый объект также принадлежит <не каждому сособственнику>,
а двум или нескольким лицам вместе, часто образующим единую семью. В
жилищном праве известно и совместное пользование всеми членами семьи
единым жилым помещением. И во всех этих случаях совместные собственники
или пользователи не образуют особого субъекта права. Упомянутое выше
советское законодательство также не зает определения колхозного двора
как особого носителя прав, отличного от его членов. Что же касается
Земельного кодекса РСФСР, то ст. 67 закрепляет как раз обратное: <право
на землю, находящуюся в трудовом пользовании двора (хозяйства), а также
на постройки и сельскохозяйственный инвентарь принадлежит всем членам
двора в полном его составе, независимо от пола и возраста> (курсив
наш.-А. М.). Поскольку же нет прав двора, не принадлежащих (совместно)
его членам, постольку нет и особого субъекта - колхозного двора,
отличного от членов двора - носителей права совместной собственности и
совместного пользования землей. Практическая необходимость признания
<объединения лиц> особым субъектом права, отличным от членов
объединения, возникает только в случаях, когда имущество объединения
надо употребить не на личные потребительские цели, а на нужды
производства, отделенного от личного и мелкого частного хозяйства,
когда фигура роизводителя отделяется от фигуры потребителя, т. е. в
условиях общественного производства. Личное же подсобное хозяйство
колхозного двора не дает к такому разделению никаких оснований. Это
разделение и не нужно,

<< Предыдущая

стр. 7
(из 33 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>