<< Предыдущая

стр. 10
(из 11 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

-43-

внешнеторговым сделкам, можно сослаться на ст. 170 ГК УССР,
допускающую проценты в обязательствах по внешней торговле,
ст. 406 ГК УССР, разрешающую устанавливать вознаграждения
по комиссионному договору. <Но не относятся к общему законо-
дательству и, следовательно, не подлежат применению к отноше-
ниям по внешней торговле нормативные акты, изданные специ-
ально для регулирования отношений между советскими социа-
листическими организациями>. (*1). Следовательно, никаких основа-
ний для применения норм хозяйственного законодательства,
в частности, Хозяйственного кодекса, к указанным отношениям,
нет и все опасения противников хозяйственного права в этом
смысле оказываются напрасными. (*2). Даже при использовании так
называемой обратной отсылки, когда решается вопрос о приме-
нении материального иностранного закона либо иностранного
права в целом, нормы хозяйственного законодательства приме-
няться не должны.

Нами рассмотрены практически все аргументы противников
признания хозяйственного права самостоятельной отраслью
и если не все наши возражения бесспорны, то далеко не бесспор-
ны, как мы видим, и сами аргументы.

(**1) Экспортно-импортные операции, стр. 31.

(**2) Именно поэтому проект Хозяйственного, кодекса не содержит в себе нор-
мы, подобной ст. 569 ГК УССР (ст. 126 Основ гражданского законодательст-
ва). Не содержит таких норм, например, и Хозяйственный> кодекс ЧССР.

-44-
Глава III. Система хозяйственного права и система хозяйственного
законодательства

Систему права в литературе нередко относят к внутренней форме
права, в то время как источники его-нормативные акты - признают
внешней формой. (*3). С этим не соглашается С. С. Алексеев,
полагающий, что внутренняя форма права не ограничивается
подразделениями правовых норм по отраслям и институтам, а
включает в себя помимо внутренней организации внешние формы,
выработанные в праве приемы, средства выражения и закрепления
соответствующих свойств. (*4). Но все это уже не внутренние, а
внешние свойства. Конечно, они диалектически связаны, взаимно
зависимы, так как содержание не может существовать вне формы, а
форма существенна. (*5). Несмотря на это, мы всегда имеем
возможность исследовать эти категории порознь, мысленно разделяя
их. Вот почему, систему права, структуру его, как
<материализованную> категорию, следует квалифицировать в виде
самостоятельного внутреннего свойства пра-

(**3) А. Ф. Шебанов. Формы советского права. Изд. <Юридическая
литература>, 1958 г., стр. 22-25.

(**4) С. С. Алексеев. Социальная ценность права. Изд.
<Юридическая литература>, 1970 г., стр. 71-72.

(**5)К. Маркс писал, что форма лишена всякой ценности, если она
не есть форма содержания. К. Маркс, Ф. Энгельс, Соч., т. I, стр.
159.

-44-

ва. Помимо общих принципов, свойственных праву в целом, а также
отдельным его отраслям, система права определяется
специфическими особенностями, содержащимися в самих нормах
права, и внешними по отношению к нему факторами, составляющими
форму и содержание регулируемые правом общественных отношений. С
внешней формой права связан непосредственно ряд присущих праву
свойств-нормативность, формальная определенность, динамизм.
(*1).

Каково же соотношение отрасли права и отрасли законодательства?
На первый взгляд, если определенные общественные отношения
нуждаются в специальном правовом регулировании, что ведет к
возникновению специальной отрасли права, они должны выступать в
качестве предмета отрасли законодательства, тоже опосредствующей
эту самостоятельность, так как высокая степень специфичности
общественных отношений должна порождать, как следствие,
возникновение и особой отрасли права, и особой отрасли
законодательства. Однако это не так. Отрасль права требует
наличия таких правовых свойств, входящих в ее состав элементов,
которых нет ни у одного из них в отдельности, ни в механическом
их сочетании. Этого не требуется применительно к отрасли
законодательства. Совокупность ее частей (*2) не приобретает
нового качества, она не создает такой степени обособленности,
которая требовала бы сформирования на их основе самостоятельной
отрасли права. Кроме того, хотя система законодательства - это
субъективный фактор общественного развития и ее можно построить,
создать, основанием такого построения должна быть только
объективная структура права. Это не значит, что система
(структура) законодательства должна зеркально отражать эту
структуру. (*3). С другой стороны, наличие определенным образом
кодифицированных законодателем правовых норм не дает основания

строить на их основе отрасль права. Наконец, предмет отрасли
права-это общественные отношения, в то время как предмет отрасли
законодательства - вид общественной деятельности-торговля,
строительство, перевозка и т. д. (*4). Вот почему нельзя
признать правильными попытки отдельных авторов <создать> отрасль
права на основе совокупности правовых норм, даже особо
систематизиро-

(**1) С. С. Алексеев, там же. стр. 142.

(**2) С. С. Алексеев, подчеркивал, что система законодательства
характеризуется через состав, соотношение и внутреннюю структуру
источников права (Общие теоретические проблемы.., стр. 144).

(**3) С. С. Алексеев, там же, стр. 15.

(**4) Ю. С. Васильев, М. П. Евтеев. Цель и принципы
кодификационной деятельности, <Советское государство и право>,
1971 г., № 9, стр. 15.

-45-

ванных, (*1), как нельзя согласиться с тем, что в основу
кодификации следует класть однородные общественные отношения и
однородные отрасли права. (*2). Наряду с этим, не следует
полагать, что между отраслью права и законодательства имеются
существенные, коренные отличия. Ю. К. Толстой, стоящий на иной
точке зрения, писал, что не все нормы основной отрасли права
входят в соответствующую ей отрасль законодательства; в состав
данной отрасли законодательства могут входить нормы других
отраслей права. Так, в состав отрасли гражданского
законодательства могут входить нормы гражданского,
административного и процессуального права, не перестающие
оставаться нормами <своей> правовой> отрасли. (*3). Система
законодательства (если говорить о кодификации, а не о
инкорпорации) может строиться только на основе системы права.
Они соотносятся друг с другом, как форма и содержание. И, это
соотношение имеет объективный характер. (*4). Конечно,
определенные отклонения от этой зависимости возможны, отрасль
законодательства не должна слепо копировать отрасль права, но и
серьезных расхождений между ними быть не должно. Так, например,
административно-правовые нормы находят отражение в ГК союзных
республик только в той мере, в которой они непосредственно
связаны с гражданско-правовым регулированием имущественных
отношений и их охраной (*5) (ст.ст. 319, 320, 321, 322 ГК УССР).
При этом административноправовые нормы не трансформируются, а
сохраняют отраслевой характер.

(** )Так, Л. С. Голесник признавал существование особой
отрасли-исправитель - трудового права (О проблемах системы
советского права, <Советское государство и право>, 1957 г., №
2). Г. М. Свердлов писал о самостоятельности хозяйственного
права на основе наличия многочисленных актов хозяйственного
законодательства (К истории гражданского и хозяйственного
законодательства, <Советское государство и право>, 1959 г., №
9). Наличие Кодекса торгового мореплавания позволило В. Ф.
Мешере говорить о морском праве (О делении советского права на
отрасли... <Советское государство и право>, 1957 г., № 3) и т.
д. Но также трудно согласиться с попыткой построения системы
отраслевого законодательства путем объединения актов разных
отраслей права, регулирующих разнообразные отношения, как
полагает А. В. Мицкевич (Проблемы, систематизации хозяйственного
законодательства в условиях экономической реформы. Тезисы
доклада. В сб. <Ленинские принципы социалистического
хозяйствования и правовые проблемы экономической реформы>,
Свердловск, 1969 г., стр. 26).

(**2) С. Н. Садиков. Тезисы доклада. В сб. <Проблемы применения
Основ гражданского законодательства и Основ гражданского
судопроизводства СССР и союзных, республик>, Саратов, 1971, стр.
19.

(**3) Ю. К. Толстой. О кодификации гражданского законодательства,
<Правоведение>, 1957, № 1, стр. 56; он же. Автореферат докторской диссерта-
ции, стр. 11.

(**4) На это обращает внимание Л. С. Явич. Система советского
права. и система законодательства. Тезисы доклада на научной
сессии ВИЮН, 1961 г., стр. 29.

(**5) О. С. Иоффе в связи с этим отмечает, что некоторые
гражданские правомочия охраняются нормами административного
права (Советское гражданское право. Изд. <Юридическая
литература>, 1967 г., стр. 12).

-46-

Из всего сказанного можно сделать следующие выводы:

1) Соответствие системы законодательства системе
праванеобходимость, исключающая, как правило,
взаимопроникновение разноотраслевых правовых норм.

2) Включение в состав; отрасли законодательства норм иных
отраслей права не способствует видоизменению ни отрасли
законодательства, ни <блуждающих> норм.

3) Каждой основной отрасли права соответствует отрасль
законодательства. Однако это не означает, что существование
отрасли законодательства без соответствующей ей системы права
невозможно (водное законодательство, законодательство о
здравоохранении и др.). Нормы основных отраслей права не могут,
объединяясь, создавать новую отрасль законодательства, отличную
ют отраслей, <делегировавших> в нее свои нормы. (*1). Все это
имеет непосредственное отношение и к хозяйственному
законодательству.

В. В. Лаптев полагает, что хозяйственному законодательству
присущ ряд особенностей, отличающих его от иных отраслей
законодательства, так как входящие в него нормы права не
укладываются в традиционное понятие правовых норм, как
общеобязательного правила поведения, рассчитанного на
неопределенный круг лиц и на многократное применение. Так, в
состав хозяйственного законодательства включаются так называемые
<нормы-задания>, отличающиеся конкретностью и адресностью
(например, отдельные задания нархозплана). (*2). Но еще в 1951
году X. 3. Бахчисарайцев указывал, что термин законодательство
(речь шла о промышленности) следует понимать не только в смысле
закона, то есть норм права в их традиционном понимании, а в
более широком смысле, включая сюда и другие

(**1) Взаимозависимость и взаимосвязь системы права и системы
законодательства подчеркивают Ю. С. Васильев и М.П.Евтеев (Цели
и принципы кодификационной деятельности). Они возражают,
например, против возможности произвольного построения системы
законодательства, о чем говорит С. С. Алексеев (Общая теория
социалистического права, вып. 1, Свердловск, 1963 г., стр. 211;
Общая теория советского права, М., 1966 г., стр. 330). Хотя
система законодательства, как распределение нормативного
материала (актов, отдельных норм) по сферам государственной
деятельности, складывается под непосредственным влиянием
практических целей и задач, стоящих перед государством, сами
цели и задачи не возникают произвольно, они обусловливаются
материальными условиями жизни общества. И система права, и
система законодательства - факторы объективные. У
законодательства не может быть иной системы, кроме существующей
системы права (Д. М. Генкин. К вопросу о системе советского
социалистического права. <Советское государство и право>, 1956
г., № 9).

Конечно, из этого не следует, что система законодательства и
права тождественны, как уже говорилось ранее. Первичным
элементом права является весь нормативный материал или его
часть, законодательства - норма права (см. Теория государства и
права, 1965 г., стр. 393).

(**2) В. В. Лаптев. Предмет и система..., стр. 161-162.

-47-

Нормативные акты, в том числе однократного применения. (*1).
Такие акты включают в свой состав административное,
государственное и другие отрасли законодательства. На это
обращает внимание С. С. Алексеев, Л. С. Явич и др. авторы. Так,
С. С. Алексеев пишет, что существует определенная зависимость
между степенью нормативности и иерархией нормативных юридических
актов. Однако эта зависимость не абсолютная. В законе
закрепляется ограничение в сфере (объеме) и во время действия
нормы. (*2).

Право вообще и хозяйственное, в частности, призвано регулировать
общественные отношения, как не связанные с какой-либо конкретной
социальной средой, так и непосредственно связанные с таковой.
Важно, чтобы регулируемые правом отношения могли быть охвачены
юридической регламентацией. С. С. Алексеев отмечает в связи с
этим, что содержание общественных отношений далеко не всегда
требует всеобъемлющего регулирования. Поэтому практически в
нормативных актах установлены границы в объеме регулируемых
отношений. (*3).

Хозяйственное законодательство призвано, с одной стороны,
закреплять и охранять сложившиеся хозяйственные отношения, а с
другой - обеспечивать их нормальное функционирование в рамках
практической целесообразности. Его существенной особенностью
является совмещение этих двух функций, однако объем
регулирования хозяйственных отношений неизмеримо шире объема

<< Предыдущая

стр. 10
(из 11 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>