<< Предыдущая

стр. 9
(из 11 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

народного хозяйства, а не только в государственном секторе).
Однако эта отрасль права распространяется ими и на некоторые
отношения с участием кооперативных организаций. (*2). Значит, хо-
зяйственное право по своему объему шире отношений государст-
венной собственности. И тут же О. С. Иоффе подчеркивает, что
государственная собственность играет огромную роль в развитии
собственности колхозно-кооперативной и что было бы серьезной
ошибкой рассматривать отношения государственной собственно-
сти как некий замкнутый комплекс, отделенный от всех других
отношений собственности нашей страны (стр. 23). Следователь-
но, и хозяйственное право, опосредствующее собой отношения
государственной собственности, не следует рассматривать как
<некий замкнутый комплекс>, что сводит на нет и это возражение
О. С. Иоффе. (*3).

С. Н. Братусь возражает против признания хозяйственного
права самостоятельной отраслью, поскольку: 1) хозяйственные
отношения разнородны и могут регулироваться только разными
отраслями права, (*4); 2) экономический оборот в условиях исполь-
зования товарно-денежной формы охватывает как отношения
между социалистическими организациями, так и отношения меж-
ду гражданами (с участием граждан). Складывающиеся в связи
с этим имущественные отношения включаются в единую цепь
имущественных отношений, регулируемых гражданским пра-

(**1) Р. О. Халфина. Значение и сущность договора в советском социали-
стическом гражданском праве, стр. 141.

(**2) Об этом писал, в частности, В. В., Лаптев. О советском хозяйствен-
ном праве. <Советское государство и право>, 1959 г., № 4.

(**3) Мы склонны считать, что хозяйственное право регулирует отношения,
складывающиеся преимущественно в рамках государственного сектора народ-
ного хозяйства и в целом с О. С.Иоффе в этом смысле согласны. Однако на
нелогичность его суждений считаем себя вправе обратить внимание.

(**4) С. Н. Братусь. Предмет и система советского гражданского права,
стр. 104. Об этом С. Н. Братусь пишет, и в учебнике <Советское граждан-
ское право>, 1969 г., т. 1, стр. 19.. Этот же аргумент приводится в докторской
диссертации Ю. К. Толстым (5, гл. 1), где он возражает против призна-
ния хозяйственного права самостоятельной отраслью права.

-39-

вом, (*1); 3) смещение в одной отрасли методов правового регулиро-
вания, относящихся к плановорегулируемой, то есть админист-
ративной деятельности и к имущественным отношениям, основан-
ным на принципе хозрасчета, на договоре, на материальной заин-
тересованности, усилило бы тенденцию к администрированию. (*2).
Отмечая, что хозяйственные отношения разнородны (Пред-
мет и система..., стр. 104), С. Н. Братусь тут же (стр. 105) пишет,
что объективное развитие общественных отношений <...мо-
жет привести к возникновению нового вида отношений (количе-
ственные изменения дают новое качество) и тем самым к появле-
нию новой отрасли права. Это может произойти на основе объ-
единения развившихся элементов двух или более существую-
щих... отношений в новый вид общественных отношений>. (*3).
Почему же подобная метаморфоза не может произойти примени-
тельно к хозяйственному праву? Что мешает возникновению
в процессе развития социалистического народного хозяйства ка-
чественно новых общественных отношений и тем самым появле-
нию новой отрасли права? Однако изложенное, правильное по

своей сути, положение С. Н. Братусь к хозяйственному праву по-
чему-то не относит.

Второе возражение С. Н. Братуся возвращает нас к дискуссии
о предмете права, к позиции авторов, полагавших, что все иму-
щественные отношения, связанные с областью, обращения, регу-
лируются гражданским правом. (*4). С. Н. Братусь никогда подоб-
ной точки зрения не придерживался, наоборот, он всегда возра-
жал против столь неправильного определения предмета граж-
данского права и это позволяет нам сделать, вывод о том, что
в пылу полемики со сторонниками хозяйственного права он не-
сколько неточно сформулировал свою мысль. (*5). Наконец, третье
возражение С. Н. Братуся по существу своему безусловно пра-
вильное, сформулировано не очень удачно. Если смешение раз-
ных методов применительно к одной отрасли права теоретиче-
ски возможно (а С. Н. Братусь фактически признает это), то
боязнь наступления отрицательных последствий его в результате

(**1) С. Н. Братусь. Предмет и система советского гражданского права,
стр. 153.

(**2) С. Н. Братусь, там же, стр. 155; Советское гражданское право,
1969 г., т. 1, стр. 19.

(**3) С. Н. Братусь. Предмет и система..., стр. 105. С. Н. Братусь
этот тезис выразил еще более определенно в статье, опубликованной в журна-
ле <Советское государство и право>, 1955 г., № 6.

(**4) С. Ф. Кечекьян. <О системе советского права>. <Советское государст-
во и право>, 1946 г., № 2. Советское гражданской право, 1950 г., стр. 12.
А. В. Дозорцев. О предмете советского гражданского права и системе
ГК СССР, <Советское государство, и право>, 1954 г., № 7 и др.

(**3) Серьезная критика этой концепции дана в работе В. В. Лаптева
<Предмет и система хозяйственного права>, стр. 32-33.

-40-

<поглощения> одного метода другим не может служить основа-
нием для отрицания многометодного регулирования вообще. (*1).

С. С. Алексеев, не признавая хозяйственное право самостоя-
тельной отраслью, писал, что в социалистическом обществе хо-
зяйственные отношения сами по себе не требуют правового ре-
гулирования потому, что в период социализма многие обществен-
ные отношения, которые могут быть включены в число хозяйст-
венных, не опосредствуются в правовом порядке. (*2).

Прежде всего, неясно, какие хозяйственные отношения имел
в виду С. С. Алексеев. В социалистическом обществе, конечно,
есть отношения, которые в правовом регулировании не нужда-
ются. Наряду с хозяйственными к таким отношениям можно от-
нести гражданские, колхозные, семейные и другие. Однако это
не может служить основанием для отказа в признании самосто-
ятельности гражданского, семейного и иных отраслей права. Во-
вторых, для признания самостоятельности какой-либо отрасли
права не следует, признавать ее монополистом-регулятором всех
без исключения общественных отношений определенного вида.
Так, сам С. С. Алексеев признает, что имущественные или орга-
низационные отношения в социалистическом обществе регули-
руются не только гражданским или административным правом,
что не лишает эти отрасли права самостоятельности. Следова-
тельно, теоретически вполне возможно существование хозяйст-
венных отношений, регулируемых другими отраслями права.

Наряду с изложенными имеются и другие возражения против
признания самостоятельности хозяйственного права, нашедшие

(**1) По существу с возражениями С. Н. Братуся против возможности сме-
шения воедино отношений по управлению социалистическим хозяйством и иму-
щественных отношений (С. Н. Братусь. Имущественные отношения, регу-
лируемые советским гражданским правом. <Вопросы экономики>, 1960 г..
№ 12), мы полностью согласны.

(**2) С. С. Алексеев. Предмет советского социалистического гражданско-
го права, стр. 124. Иного мнения придерживается А. С. Алойц. Он полагает,
что производственные отношения вообще вне правового опосредствования су-
ществовать не могут и что они еще до правового воздействия на них функци-
онируют в качестве правоотношений (А. С. Алойц. Производственные отно-
шения, как правовые отношения). В рецензии на статью С. А. Алойца
Ю. Г. Басин замечает, что возведение в абсолют связи производственных
и юридических отношений, как элементов базисного и надстроечного порядка,
неправильно (<Правоведение>, 1970 г., № 6). Однако А. С. Алойц ничего
не говорит о связи отношений производственных и юридических. Он отмечает,
что форма проявления экономических отношений не совпадает с сущностью
их (стр. 13). При этом А. С. Алойц различает экономические отношения
<в чистом виде> (сущностные) и объективные экономические отношения, вы-
ступающие вовне в урегулированном правом виде в качестве правоотношений.
Следовательно, юридические отношения (правоотношения) - это сами про-
изводственные отношения, урегулированные правом. Вместе с тем это не оз-
начает, что право регулирует все без исключения реально сложившиеся отно-
шения, как полагает А. С. Алойц. (стр. 14-15).

-41-

отражение в работах ряда ученых. (*1). Эти возражения основыва-
ются на следующих аргументах:

1) Если выделить хозяйственное право из состава гражданско-
го, то ряд положений, имеющих общий характер (субъекты пра-
ва и их правомочия, основания возникновения правоотношений,
договоры и пр.) пришлось бы излагать дважды - в Основах
гражданского и Основах хозяйственного права. Но, во-первых,
никто никогда не предлагал выделять хозяйственное право из
какой-либо отрасли права вообще и из гражданского - в част-
ности. Предлагалось изъять отдельные институты, регулирую-
щие отношения между социалистическими организациями, из
Основ гражданского законодательства (В. В. Лаптев, В. К. Ма-
мутов, И. А. Танчук), а это не одно и то же. Во-вторых, догово-
ры и многие другие правовые понятия монополизироваться ка-
кой-либо отраслью права не могут, точно также, как не могут
они монополизироваться какой-либо отраслью юридической на-
уки. Вот почему наука гражданского права, например, разраба-
тывая понятие субъекта гражданского права, не занимается
субъектами административного, трудового, колхозного и прочих
отраслей права. Исследуя гражданскоправовой договор в каче-
стве одного из важнейших институтов, наука гражданского пра-
ва не касается теории трудового договора и т. д. Вместе с тем
законодатель в целях устранения ненужного дублирования, об-
легчения пользования нормативными материалами может заим-
ствовать институты одной отрасли законодательства при постро-
ении системы другой. Этот прием кодификационной техники сле-
дует всячески поощрять. Например, ст. 11 КЗоБС при решении
вопроса исковой давности отсылает нас к соответствующим
статьям ГК УССР. Однако никто не отрицает существования
семейного права как самостоятельной отрасли только но этому
основанию. Следует просто учитывать, что некоторые правовые
институты имеют межотраслевое значение, являются <сквозными>
(например, институт договора) и могут входить в состав различ-
ных отраслей права. При этом каждая из них включает в себя
этот институт с учетом отношений, которые он опосредствует
(гражданскоправовой договор, хозяйственноправовой договор,
трудовой договор и т. п.).

2) Не все отношения между социалистическими организаци-
ями определяются непосредственно планом, в то же время как
ряд условий между гражданами предопределен государством. (*2).

(**1) Д. М. Генкин. К вопросу о системе советского социалистического пра-
ва. <Советское государство и право>, 1956 г., № 9, Б. С. Антимонов.
К разработке Основ гражданского законодательства, <Социалистическая за-
конность>, 1959 г., № 7; А. И. Денисов, Н. И. Бернштейн. Основы
гражданского законодательства и <хозяйственное право>, <Советское государ-
ство и право>, 1959 г., № 5 и др.

(**2) Это почти те же возражения, о которых говорилось выше и которые вы-
двигаются О. С. Иоффе. Однако О. С. Иоффе привязывает их к конкретным
отношениям (планирование труда, набора рабочей силы и пр.), в то вре-

мя как другие авторы (Д. М. Генкин, А. И. Денисов, Н. И. Берн-
штейн) выдвигают их в общем плане, в силу чего мы считаем необходимым
их <в общем плане> и опровергать.

-42-

С. С. Алексеев, говоря о предмете какой-либо отрасли права,
подчеркивал необходимость однородности его содержания. Од-
нако он предостерегал против буквального понимания такой од-
нородности, так как определенность, специфичность отрасли
права порождает ядро, костяк, главное содержание предмета ее
регулирования. Наряду с этим, - писал он, - институты данной
отрасли права могут быть использованы для регулирования об-
щественных отношений иного вида, сходных со специфически-
ми. (*1). Об этом же писал В. Кнапп. <Отрасль права, - подчерки-
вал он,- как только ее возникновение было обусловлено нали-
чием определенной типичной специфики ... притягивает к себе
родственные отношения, которые ... образуют внутреннюю сла-
женность отрасли права как единства>. (*2).

Поскольку основные, базовые отношения между социалисти-
ческими организациями определяются планом, этого, как нам
представляется, достаточно для возможности признания их пред-
метом (при наличии, конечно, иных условий) самостоятельной
отрасли права.

3) Выделение хозяйственного права в самостоятельную от-
расль неблагоприятно отразилось бы на правовой охране наших
интересов в операциях по внешней торговле с капиталистически-
ми странами. К внешнеторговым сделкам применяется, как пра-
вило, законодательство того государства, где сделка заключена
(ст. 569 ГК УССР). На заключенные в СССР сделки с иностран-
ными фирмами распространяется обычно гражданское право,
при <расчленении> которого у нас возникли бы затруднения при
применении и той и другой отрасли права-надо было бы рас-
пространить на капиталистическую фирму либо нормы, рассчи-
танные на советского гражданина, как личного собственника
предметов потребления, либо нормы, регулирующие отношения
между хозяйственными организациями. Но, во-первых, эти сооб-
ражения не учитывают различий между отраслью права и от-
раслью законодательства. Они скорее относятся к опасению
<расчленения> гражданского законодательства, а не граждан-
ского права. Во-вторых, к отношениям по внешней торговле при-
меняются в первую очередь правила международных договоров
и соглашений. (*3). Правда, ст. 3 Основ предусматривает возмож-
ность регулирования внешней торговли и общим гражданским
законодательством СССР и союзных республик. Так, из норм
гражданского законодательства, регулирующего отношения по

(**1) С. С. Алексеев. Общие теоретические проблемы..., стр. 19-20.

(**2) В. Кнапп. По поводу дискуссии о системе права. <Советское государ-
ство и право>, 1957 г., № 5, стр. 117.

(**3) Экспортно-импортные операции. Правовое регулирование. Изд. <Между-
народные отношения>, М., 1970 г., стр. 29. Об этом же говорит ст. 129 Основ
гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик.

<< Предыдущая

стр. 9
(из 11 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>