<< Предыдущая

стр. 20
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

компетенцию, которая определяется прежде всего Поло-
жением о производственном объединении. Таким образом,
<первичное> определение компетенции производственной
единицы осуществляется в общенормативном порядке. На

этой основе ее права и обязанности определяются в Поло-
жении о данной единице, которое утверждается руково-
дителем объединения.

(**43) Хозяйственное право. М., 1970, стр. 49-50.
-105-

В некоторых министерствах, например в Министерстве
автомобильной промышленности, утверждены примерные
положения о производственных единицах. Они помогают
производственным объединениям разработать конкретные
положения о производственных единицах с учетом специ-
фики их деятельности. Необходимо учитывать, что такие
примерные положения содержат рекомендательные нор-
мы, которые не обязательны для производственных объ-
единений. Последние не связаны данными нормами и мо-
гут отступать от них при утверждении конкретных поло-
жений о производственных единицах.

Утверждение положений о производственных единицах
относится к компетенции самих производственных объ-
единений. Законодательство определяет лишь минимум,
обязательный объем прав производственных единиц,
а объединение может расширять их, предоставляя допол-
нительные права. Это делается в пределах компетенции
самого объединения. Однако производственным единицам
не могут передаваться права, которые ранее были пере-
даны объединению вышестоящим органом.

Каждая производственная единица обладает значи-
тельной экономической самостоятельностью, за ней за-
крепляются основные и оборотные средства, трудовые и
материальные ресурсы, которые дают ей возможность в
пределах установленной компетенции осуществлять про-
изводственно-хозяйственную деятельность на началах хоз-
расчета.

Производственная единица, расположенная вне места
нахождения объединения, имеет текущий счет в учрежде-
нии Госбанка и может иметь счет финансирования капи-
тальных вложений в учреждении Стройбанка. С разреше-
ния объединения, согласованного с учреждением Госбан-
ка, в котором находится расчетный счет объединения,
текущий счет может быть открыт также производствен-
ной единице, расположенной по месту нахождения объ-
единения.

Производственная единица может заключать от имени
объединения хозяйственные договоры, ответственность по
которым несет объединение. Перечень и виды таких до-
говоров определяются объединением. При заключении
подобных договоров именно производственная единица
выступает как субъект права, а не ее руководитель.
В данном случае не требуется какой-либо доверенности на

-106-

заключение договора. Это показывает неправомерность
отождествления отдельными учеными правового положе-
ния производственных единиц с юридическим статусом
трестированных предприятий по Положению о трестах
1927 г., когда директор трестированного предприятия за-
ключал договоры от имени треста на основании доверен-
ности, выдаваемой ему как должностному лицу. Произ-
водственная единица заключает хозяйственные договоры
как таковая, чем подчеркивается ее экономическая и пра-
вовая самостоятельность. Она действует не по доверенно-
сти, а в соответствии со своей компетенцией, установлен-
ной в законодательстве и в Положении о данной произ-
водственной единице.

Будучи субъектом права, производственная единица
имеет свое наименование, в котором должно быть указано
также наименование производственного объединения. Та-
кая структура наименования производственной единицы
имеет существенное значение при выступлении во <внеш-
них> хозяйственных отношениях, в частности, при за-
ключении производственными единицами хозяйственных
договоров.

Было бы, однако, неверно считать, что производствен-
ные единицы участвуют в хозяйственно-правовых отно-
шениях только от имени объединения. Напротив, в ряде
случаев они действуют самостоятельно, участвуют в пра-
вовых отношениях от своего имени. Во многих разделах
Положения о производственном объединении подчерки-
вается самостоятельное участие производственных единиц
в правовых отношениях, устанавливается их компетенция
в решении определенных вопросов. Это относится, в част-
ности, к правам и обязанностям производственных единиц
по организации труда и производства, управлению и пла-
нированию, а также в других областях производственно-
хозяйственной деятельности.

Об участии производственных единиц в правовых от-
ношениях от своего имени говорится не только в Поло-
жении, но и в других нормативных актах. Так, согласно
п. 7 Инструкции Госбанка СССР о порядке кредитования,
расчетов и контроля за расходованием фондов заработной
платы производственных объединений от 24 июля 1973 г.(*44)

(**44) Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР,
1974, № 1, стр. 12.

-107-

производственные единицы могут вести расчеты от сво-
его имени с одногородними поставщиками за материалы
непроизводственного назначения, коммунальные и другие
услуги, а также за электроэнергию с разрешения объеди-
нения, согласованного с банком.

Однако компетенция производственной единицы яв-
ляется более ограниченной, чем компетенция предприя-
тия. Особенно это касается случаев, когда речь идет о
хозяйственных отношениях, складывающихся внутри объ-
единения между его производственными единицами,
а также между ними и объединением в целом. Порядок
осуществления таких отношений, последствия нарушения
производственными единицами своих обязанностей, а так-
же порядок разрешения внутрихозяйственных споров в
объединении определяются самим объединением.

Производственная единица - новый и своеобразный
вид субъекта хозяйственного права, который по объему и
характеру компетенции занимает промежуточное положе-
ние между хозяйственным органом и подразделением
хозяйственного органа. Правовое положение этих субъ-
ектов хозяйственного права должно быть глубоко разра-
ботано в дальнейшем на основе изучения практики дея-
тельности производственных объединений (комбинатов).

-108-
Глава III

ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ
ИМУЩЕСТВЕННОЙ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ
ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОРГАНОВ

1. Право оперативного управления
как юридическая форма имущественной
самостоятельности субъектов хозяйственного права

Вопрос о правовой форме имущественной самостоя-
тельности различных звеньев экономики является одним
из узловых вопросов теории хозяйственного права, так
как от его решения в значительной мере зависит правовая
организация всей системы хозяйственных отношений, свя-
занных с использованием государственного имущества в
процессе расширенного воспроизводства. Проблема стала
особенно актуальной в последние годы, когда в ходе осу-
ществления экономической реформы выявилась настоя-
тельная потребность четкого законодательного определе-
ния имущественного статуса всех звеньев народного хо-
зяйства и отыскания на этой основе таких правовых форм
опосредования отношений по формированию и использо-
ванию денежных средств и материальных ресурсов, кото-
рые были бы адекватны их экономическому содержанию.
Речь идет прежде всего об отношениях между предприя-
тиями, производственными объединениями и другими
первичными звеньями народного хозяйства, с одной сто-
роны, и вышестоящими органами как центрами хозяйст-
венных систем - с другой, а также об отношениях внутри
предприятий (производственных объединений), посколь-
ку именно в рамках этих отношений происходит аккуму-
ляция, перераспределение и непосредственное использо-
вание материальных и финансовых ресурсов для осу-
ществления процесса расширенного воспроизводства.
Поэтому задача практически сводится к выявлению иму-
щественного статуса тех звеньев экономики, которые яв-
ляются элементами хозяйственных систем - предприятий,
производственных объединений и других первичных звень-
ев народного хозяйства; подразделений и производствен-
ных единиц хозяйственных органов; органов хозяйствен-

ного руководства, действующих в качестве центров хозяй-

-109-

ственных систем (подсистем) - Министерств, управлений
промышленных и иных объединений и т. п.

До последнего времени научные разработки в этой
области не давали ответа на поставленный вопрос. Мно-
гие годы усилия ученых-юристов были направлены глав-
ным образом на выявление имущественной правосубъект-
ности госорганов - юридических лиц как участников
отношений товарного оборота. Применительно к ним в
правовой науке общепризнана предложенная А. В. Бене-
диктовым (*1), воспринятая и развитая в многочисленных
последующих исследованиях и закрепленная в настоящее
время законодательно (*2) теоретическая конструкция права
оперативного управления как юридической формы иму-
щественной самостоятельности таких госорганов и преж-
де всего предприятий в рамках единого фонда государст-
венной собственности (*3).

Что касается прав органов хозяйственного руководст-
ва в отношении аккумулируемых у них централизованных
ресурсов системы и прав структурных подразделений
хозорганов на закрепленное за ними имущество, то дли-
тельное время вопрос об их юридической квалификации
вовсе не ставился правовой наукой. Однако реальные про-
цессы хозяйственной жизни добудили в конце концов
ученых-правоведов повернуться лицом к этой весьма
актуальной проблеме. В настоящее время четко определи-
лись два диаметрально противоположных подхода к ее
решению. В основе первого из них лежит исходная по-
сылка, согласно которой лишь такая степень имуществен-
ной обособленности, которая служит предпосылкой для
участия в отношениях товарного обмена и наделения
правами юридического лица, может считаться обособлен-

(**1) А. В. Венедиктов. Государственная социалистическая собствен-
ность. М., 1948.

(**2) Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных
республик, ст. 21.

(**3) В науке административного права выдвинуто возражение про-
тив трактовки права оперативного управления как юридиче-
ской формы имущественной самостоятельности предприятий,
основанное на принятой в этой науке терминологии, согласно
которой <оперативное управление> есть вид исполнительно-рас-
порядительной деятельности органов государственного управле-
ния (см. Ю. М. Козлов. Управление народным хозяйством
СССР, ч. II. М., 1971, стр. 107-113). Но это возражение является
по существу спором о терминах и не опровергает саму конст-
рукцию.

-110-

ностью в правовом смысле и облекаться в юридическую
форму права оперативного управления. При этом само
право оперативного управления рассматривается как спе-
цифическое цивилистическое правомочие, носителем ко-
торого могут быть только юридические лица как участни-
ки гражданского оборота. Соответственно такому пони-
манию в литературе широко представлены взгляды,
в различных модификациях отрицающие либо имущест-
венную обособленность органов хозяйственного руковод-
ства (в отношении аккумулируемых у них централизо-
ванных резервов и фондов) (*4) и структурных подразделе-
ний хозорганов (*5) как таковую, либо ее правовой
характер(*6) либо, наконец, квалификацию имущественной
правосубъектности этих звеньев (в тех случаях, когда в
принципе она признается) как права оперативного управ-
ления (*7).

Некоторые ученые, придерживающиеся цивилистиче-
ской трактовки права оперативного управления, допуска-
ют в то же время известный отход от нее, признавая пра-
ва по оперативному управлению либо за структурными

(**4) С. Н. Братусь. Имущественные и организационные отношения
и их правовое регулирование в СССР.- <Вопросы общей теории
советского права>. М., 1960, стр. 105-106; А. В. Мицкевич. Субъ-
екты советского права. М., 1960, стр. 138.

(**5) См., например: Ю. Г. Басин. Хозяйственный расчет и его пра-
вовые формы.- <Советское государство и право>, 1968, № 7,
стр. 79.

(**6) С. Н. Братусь. Юридические лица в советском гражданском пра-
ве. М., 1947, стр. 290-291; А. В. Мицкевич. О видах субъектов

<< Предыдущая

стр. 20
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>