<< Предыдущая

стр. 32
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>


Наука хозяйственного права проводит различия между
отношениями по руководству хозяйственной деятельно-
стью и отношениями по осуществлению хозяйственной
деятельности, используя определенные термины. Было бы
желательно договориться о единой терминологии, более
удачной, чем распространенные термины <по вертикали>
и <по горизонтали>. Термины эти сложились в период
становления хозяйственного права и отражают традицион-
ное деление правоотношений на административные и граж-
данские, что не соответствует сущности хозяйственных
отношений, не вскрывает их единства. Для отношений
<по вертикали> более удачным представляется термин
<хозяйственно-управленческие>, который предложил
В. К. Мамутов (*9). Для отношений <по горизонтали> он же
предложил термин <хозяйственно-договорные>, который
представляется недостаточно точным, поскольку не все
отношения <по горизонтали> являются договорными и в
то же время в области хозяйственного руководства ис-
пользуется договорная форма. Содержание и сущность-
этих отношений более точно отражает термин <отношения
но осуществлению хозяйственной деятельности> или бо-
лее лаконичный термин <хозяйственно-оперативные> (со-
ответственно принятому названию функций, с выполне-
нием которых связаны эти отношения).

Отношения по руководству хозяйственной деятельно-
стью включаются в понятие хозяйственных отношений,
поскольку функция управления присуща всякому обще-
ственному процессу труда (*10), является необходимым эле-
ментом процесса социалистического воспроизводства в
масштабе не только предприятия, но и всего народного
хозяйства (*11).

В юридической литературе есть немало работ, авторы
которых пытаются доказать, что отношения по руковод-
ству (управлению) хозяйством неоднородны с отношения-
ми по осуществлению хозяйственной деятельности и не
входят в объем понятия <хозяйствование>. Особый инте-

(**9) В. К. Мамутов. Предприятие и вышестоящий хозяйственный ор-
ган. М., 1969, стр. 109.

(**10) К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 342, 343.
(**11) А. М. Румянцев. О категориях и законах политической эконо-
мии коммунистической формации. М., 1966, стр. 252.

-207-


рее представляют такие попытки, когда соответствующие
авторы, как, например, Н. М. Конин(*12), берут за основу рас-
суждений отношения воспроизводства. Следуя традиции,
Н. М. Конин выделяет в них: 1) отношения хозяйствова-
ния между участниками совместной хозяйственной дея-
тельности и 2) организационные отношения управления
между органами государственного хозяйственного управ-
ления (их структурными подразделениями и должност-
ными лицами) и хозяйствующими субъектами.

В отличие от многих авторов, отвергающих хозяйст-
венно-правовую концепцию, Н. М. Конин относит к отно-
шениям хозяйствования <хозяйственно-распределительные
связи по плановому распределению имущественных ре-
зультатов законченного цикла хозяйственной деятельно-
сти и связи по материальному обеспечению предстоящего
цикла производственно-хозяйственной деятельности -
выделение материально-технических ресурсов и финан-
совых средств под утвержденный план производства> (*13).
В категорию хозяйствования у него включаются от-
ношения, связанные с управлением имуществом, его хо-
зяйственным использованием в области производства, обме-
на и распределения, конечной целью и результатом кото-
рых явилось бы приращение, увеличение его стоимости.
В понятие же государственного хозяйственного управле-
ния (не входящего в категорию хозяйствования) включа-
ется практическая организация действий) совместной
деятельности людей в сфере хозяйствования.

Нет сомнения в теоретической и практической необхо-
димости различать деятельность по созданию стоимости и
организацию этой деятельности. Но не следует при этом
забывать, что речь идет о едином процессе воспроизводст-
ва (хозяйствования), в котором неразрывно связаны обе
названные стороны создания стоимости. Как можно разде-
лить отношения хозяйствования при <распорядительно-
распределительном управлении имуществом> и отношения
управления при организации такого управления? Распре-
деление, например, фондов - это не только управление

(**12) Н. М. Конин. Понятие и содержание социалистического хозяйст-
вования и государственного хозяйственного управления.- <Уче-
ные записки> № 265 Пермского государственного университе-
та. Пермь, 1971, стр. 51-65.

(**13) Там же, стр. 58.

-208-

имуществом, но и управление процессом снабжения, его
организация. Оказывается, Н. М. Конин к чистому управ-
лению (не хозяйствованию) относит установление прин-
ципов, условий и правил хозяйствования для различных
звеньев, а также порядка распределения прибыли и рас-
ходования различных фондов, т. е. по существу хозяй-
ственное руководство в форме нормативного регулирова-
ния, правотворческой деятельности. Но поскольку уста-
новление правовых норм не порождает непосредственно
правоотношений, остается неясным, какие именно управ-
ленческие правоотношения (в отличие от отношений хо-
зяйствования) имеются в виду.

В основе некоторых возражений против понимания хо-
зяйственного обязательства как правовой формы хозяйст-
венных отношений лежит представление о гражданско-
правовой природе обязательства. Обзяательство действи-
тельно возникло в недрах гражданского права как особая
форма связи субъектов общественного отношения товар-
но-денежного характера. Поэтому естествен интерес к
тому, чтобы понять, что представляет собой такая право-
вая форма, с точки зрения гражданского законодательства
и доктрины.

Гражданское обязательство - это относительное пра-
воотношение. В литературе подчеркивалась условность
деления правоотношений на относительные и абсолют-
ные. Не затрагивая всей этой спорной проблемы в целом,
заметим, что если придерживаться подобного деления, то
в рамках гражданского законодательства понятие обя-
зательства и относительного правоотношения совпадут,
Неубедительно утверждение, будто в гражданском праве
имеются относительные, но не обязательственные право-
отношения, в частности, отношения друг с другом уча-
стников общей собственности, соавторов и сонаследни-
ков (*14). В отношениях между участниками общей собствен-
ности (как и между соавторами, сонаследниками) можно
выделить ряд связей, которые носят характер абсолютных.
Так, обязанности сособственников воздерживаться от нару-
шения прав друг друга не отличаются по своей сущности
от обязанностей всех остальных лиц не нарушать прав
любого собственника, хотя здесь известны конкретные
субъекты прав и обязанностей.

(**14) <Правоведение>, 1972, № 6, стр. III.
-209-

Другой ряд связей, носящих относительный характер,
никакой формы, кроме обязательства, принять не может
в силу хотя бы самой структуры гражданского законода-
тельства (*15).

Неимущественные, в частности организационные, граж-
данские правоотношения, если понимать их так, как пред-
лагает О. А. Красавчиков (*16), также имеют структуру обя-
зательства.

Таким образом, если понятие обязательства как пра-
вовой формы отношений выводить из гражданского права,
где это понятие исторически возникло, то оно совпадает
с понятием относительного правоотношения, противосто-
ящего абсолютному. Иного деления в данном аспекте
пока нет ни в науке гражданского права, ни в общей

(**15) Это будет либо обязательство из нарушения абсолютных прав
сособственника, либо обязательства, связанные с конкретным
осуществлением правомочий владения, пользования и распоря-
жения общей собственностью, что согласно закону делается по
согласию всех участников, т. е. по договору, порождающему обя-
зательственные отношения. Конкретный анализ правоотношений
между соавторами и сонаследниками приведет к аналогичным
результатам. Все эти примеры скорее демонстрируют условность
деления правоотношений на абсолютные и относительные, чем
опровергают тезис о наличии относительных правоотношений,
не имеющих структуры обязательства.

(**16) О. А. Красавчиков полагает, что имеются организационные от-
ношения, возникающие, например, при заключении и исполне-
нии хозяйственных договоров, которые приобретают гражданско-
правовую форму в силу своего характера и регулирования на
началах координации (см.: <Советское государство и право>,
1972, № 12, стр. 110-111). В такой постановке вопроса крите-
рием отнесения подобных отношений к гражданскому праву
служит по сути не содержание и характер самих отношений,
а метод регулирования. Однако начала координации и равенства
не составляют монополию гражданского права и потому не мо-
гут служить критерием гражданско-правовой природы органи-
зационных отношений, построенных на таких началах. Указан-
ные идеи, однако, весьма симптоматичны, поскольку отражают
реальную сложность хозяйственных отношений, подчеркивают
нецелесообразность растаскивания единых хозяйственных от-
ношений по разным отраслям права. Характерно, что О. А. Кра-
савчиков называет организационные отношения (связи) эле-
ментом, стороной имущественных отношений, подчеркивая тем
самым единство организационных и имущественных элементов.
Но именно на подобное единство планово-организационных и
имущественных элементов опирается теория хозяйственного
права, хотя различие в исходных позициях и конечных выво-
дах О. А. Красавчикова и теоретиков хозяйственного права не-
сомненно.

-210-

теории (*17). Возможно, что в результате дальнейших иссле-
дований будет установлено иное разграничение правоотно-
шений и понятию обязательства придано другое значение,
особенно в отраслевых науках. Но на сегодня вполне ло-
гично общетеоретическое понятие обязательства как ро-
дового обозначения для относительных правоотношений в
различных отраслях права и соответственно различных
видах отраслевых обязательств (хозяйственных, граждан-
ских, трудовых и т. д.). Естественно, что относительные
правоотношения в различных отраслях права неодинако-
вы по своему характеру, регулируются различными мето-
дами, обеспечены разными санкциями. Объединение их
одним понятием <обязательство> не означает переноса
на них признаков гражданского относительного правоот-
ношения, а лишь вскрывает то общее, что их характери-
зует как тип правовой связи субъектов.

Однако в сознании многих юристов один вид обязатель-
ства (гражданско-правовой) в силу своего исторического
происхождения и традиции характеризует признаки всех
обязательств, в особенности договорных (*18).

Чтобы избежать этого, следует различать, как мы ра-
нее предлагали, правовой институт и правовую категорию.
Институт - совокупность правовых норм, регулирующих
определенные конкретные отношения. Правовая катего-
рия - общетеоретическое абстрактное понятие, выражаю-

(**17) Поэтому неоснователен упрек О. С. Иоффе в том, что при таком
понимании происходит подмена частного понятия общим (см.:
<Правоведение>, 1972, № 6, стр. III). Все дело в том, какое со-
держание и объем признаются за понятием <обязательство>,
<относительное правоотношение> и вообще <правоотношение>.
Выделение в качестве самостоятельного вида общерегулятив-
ных правоотношений (см., например: С. С. Алексеев. Проблемы
теории права, т. 1. Свердловск, 1972, стр. 271-274), даже если
признавать их, не снимает проблемы разграничения абсолют-
ных и относительных правовых связей.

(**18) Так, Р. О. Халфина утверждает, что конструкция обязательства
необходима для правовой связи равноправных субъектов, а для
обоснования обязанности предприятия выполнить указания
вышестоящего органа <никакой специальный правовой инсти-
тут не нужен> (Р. О. Халфина. Общее учение о правоотноше-
нии. М., 1974, стр. 272-273). Но без специального правового ин-
ститута (например, государственной дисциплины, компетенции,
законности и т. д.) обязательность указания вышестоящего ор-
гана в силу одной соподчиненности вылилась бы в произвол.
Институт же обязательства вносит еще большую четкость н
упорядоченность в управленческие отношения и потому целе-
сообразен для них.

-211-

щее определенную закономерность в правовой организации
различных общественных отношений. Правовой инсти-
тут тесно связан с конкретной отраслью права, у право-
вой категории такой связи нет, она стоит как бы над си-
стемой права.

Так, понятие договора как правовой категории вида
юридического акта означает соглашение сторон, направ-
ленное на установление, изменение или прекращение лю-
бого правоотношения, независимо от того, нормами какой
отрасли права данное отношение регулируется. В то же
время договор определенного вида является правовым
институтом конкретной отрасли права. Разумеется, между
двумя этими понятиями нет непроходимой границы.

<< Предыдущая

стр. 32
(из 41 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>