стр. 1
(из 5 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>









УИЛЬЯМ ГОРАЦИО БЕЙТС

УЛУЧШЕНИЕ ЗРЕНИЯ
БЕЗ ОЧКОВ




МАРГАРЕТ ДАРСТ КОРБЕТ

КАК ПРИОБРЕСТИ
ХОРОШЕЕ ЗРЕНИЕ
БЕЗ ОЧКОВ


Предисловие к первому изданию на русском языке

Представляем вниманию советского читателя сборник "Улучшение зрения без очков". Цель издания - ознакомление специалистов и широкого круга читателей с наиболее интересными исследованиями проблем восстановления зрения естественными методами, прежде всего специальными упражнениями.
Две книги американских врачей-офтальмологов, объединенные под одной обложкой, прекрасно дополняют друг друга. Автор первой книги - Уильям Горацио Бейтс считается родоначальником целого движения, получившего название "бейтсизм". Он разработал новый метод профилактики и лечения таких распространенных нарушений зрения, как близорукость, дальнозоркость, так называемое старческое зрение, астигматизм и косоглазие.
Основной объем книги доктора Бейтса занимает изложение теоретического исследования проблемы. Практическое руководство к быстрому улучшению зрения более подробно дано во второй книге, включенной в сборник. Ее автор - Маргарет Дарст Корбетт, ученица доктора Бейтса.
Сборник очень точно назван - "Улучшение зрения без очков", это лишний раз подчеркивает, что метод доктора Бейтса в отдельных случаях не гарантирует быстрого и полного излечения, но широкое распространение этого метода во всем мире свидетельствует о его высокой эффективности.
Ряд аспектов проблемы освещен в кратких комментариях, написанных отдельно для каждой из книг. Профессиональные термины, используемые авторами, дополнительные сведения, полученные на основе анализа зарубежной и отечественной литературы по данному вопросу, включены в текст и делают книгу доступной для рядового читателя.
В заключение обращаем Ваше внимание, что часть средств, полученная от реализации издания, будет перечислена на мероприятия по социальной реабилитации воинов-интернационалистов. Таким образом, приобретая данную книгу, Вы участвуете в этой акции. Благотворительное объединение им. Пирогова просит организации, учреждения, совместные предприятия и кооперативы оказать посильную помощь в финансировании своих программ и делать перечисления на расчетный счет: КБР "Кредит-Москва" для благотворительного объединения им. Пирогова № 46182 - получатель МГУ Госбанка, Москва, участок 83, расчетный счет № 161201, код банка 201791.

Оглавление

У. Г. Бейтс "Улучшение зрения без очков"
1. Теория и факты .................................................................................. 6
2. Ретиноскопия .................................................................................... 9
3. Правда об аккомодации ........................................................................ 11
4. Непостоянство рефракции .................................................................... 14
5. Что дают нам очки .............................................................................. 17
6. Причины и лечение аномалий рефракции ................................................. 20
7. Напряжение ...................................................................................... 24
8. Центральная фиксация ........................................................................ 27
9. Пальминг ......................................................................................... 32
10. Вспоминание как помощь зрению ......................................................... 37
11. Мысленное представление как помощь зрению ........................................ 42
12. Перемещение и раскачивание .............................................................. 47
13. Иллюзии зрения ............................................................................... 54
14. Зрение при неблагоприятных условиях .................................................. 59
15. Оптимумы и пессимумы .................................................................... 62
16. Пресбиопия: ее причина и лечение ....................................................... 64
17. Косоглазие и амблиопия: причина их возникновения ................................ 68
18. Косоглазие и амблиопия: их лечение ..................................................... 71
19. Плавающие частички: их причина и лечение ........................................... 74
20. Лечение в домашних условиях ............................................................. 76
21. Лечение в школах: методы, обманувшие надежды ..................................... 78
22. Лечение в школах: методы, которые принесли успех .................................. 81
23. Психика и зрение .............................................................................. 85
24. Базовые принципы лечения ................................................................. 89
Комментарии ....................................................................................... 93

М. Д. Корбетт "Как приобрести хорошее зрение без очков"
Введение ............................................................................................. 98
1. Основные принципы расслабления для всех ............................................. 99
2. Как работает нормальный глаз ............................................................... 107
3. Близорукость, или миопия .................................................................... 111
4. Как избежать старческого зрения ............................................................ 120
5. Быстрое чтение .................................................................................. 129
6. Улучшение зрения школьников .............................................................. 132
7. Косоглазие ........................................................................................ 134
8. Особые проблемы зрения ..................................................................... 138
9. Серьезные состояния и слабое зрение ...................................................... 143
10. Заключение ..................................................................................... 147
11. Вопросы и ответы ............................................................................. 149
Комментарии ....................................................................................... 153






УИЛЬЯМ Г. БЭЙТС







УЛУЧШЕНИЕ ЗРЕНИЯ
БЕЗ ОЧКОВ










Вильнюс

"ПОЛИНА"

1990


1. Теория и факты
Большинство ученых-офтальмологов, кажется, уверилось в том, что последнее слово в вопросах рефракции (преломление световых лучей в оптической системе глаза) уже сказано [I]. Согласно их теориям, слово это наводит уныние. Сегодня почти каждый человек страдает той или иной формой аномалии рефракции [2]. Нас пытаются убедить в том, что для подобных нарушений зрения, которые не только причиняют неудобства, но часто мучительны и опасны, нет никакого способа и никаких смягчающих мер, если не считать тех оптических костылей, которые известны нам как очки. Уверяют нас и в том, что в современных условиях жизни практически не существует и никаких профилактических мер.
Хорошо известен факт, что человеческое тело - далеко не идеальный механизм. В ряде случаев ответственность за неумение человека приспособиться к окружающей обстановке несет на себе природа. Строя человеческое тело, она оставила после себя некоторые беспокойные участки вроде аппендикса. Но, пожалуй, нигде так грубо она не ошиблась, как при построении глаза. Офтальмологи в один голос твердят, что орган зрения человека никогда не предназначался для тех целей, в которых он используется в наше время.
Эволюция глаза завершилась задолго до появления школ, печатных изданий, электрического света и кинофильмов. До этого он идеально служил потребностям человека. Мужчина в те далекие времена был охотником, пастухом, фермером или воином. Нам говорят, что он нуждался, главным образом, в зрении вдаль. А поскольку глаз в покое приспособлен именно для зрения вдаль, то полагается, что процесс зрения является таким же пассивным процессом, как и восприятие звука, не требующего какого-либо мышечного усилия. Считается, что зрение вблизи было скорее исключением, требовавшим приложения мышечных усилий столь малой продолжительности, что процесс зрения в этом случае осуществлялся без какой-либо ощутимой нагрузки на механизм аккомодации (приспособление глаза к видению на различных расстояниях) [3]. То же, что первобытная женщина была швеей, вышивальщицей, ткачихой и вообще мастерицей во всех видах тонких и изящных работ, как правило, забывается. Тем не менее, у женщин, живших в первобытных условиях, было такое же хорошее зрение, как и у мужчин.
Когда же человек научился передавать свои мысли посредством письма и печатных изданий, к глазу, бесспорно, стали предъявляться новые требования. Первоначально это коснулось немногих людей, но круг их все расширялся и расширялся, пока в большинстве развитых стран большая часть населения не оказалась подверженной воздействию этих новых требований. Несколько столетий назад даже королей не учили читать и писать. Сегодня же мы заставляем ходить в школу всех, хотят они того или нет. Даже совсем маленьких детей мы отдаем в детские сады. Поколение или около того назад книги были редки и дороги. В наши дни благодаря библиотекам, стационарным и передвижным, они стали доступны всем. Открытие способа производства бумаги из древесины, сделавшее возможным выпуск газеты с ее бесконечными колонками плохо напечатанного чтива, превратило газету в часть нашей жизни. Совсем недавно жировую свечу сменили различные виды искусственного освещения, искушающие нас продлевать свои занятия и развлечения на часы, в течение которых первобытный человек вынужден был отдыхать. И, наконец, совсем недавно появились кинофильмы, призванные завершить этот предположительно пагубный процесс.
Было ли разумным ожидать, что природа учтет все эти обстоятельства и создаст такой орган, который отвечал бы дополнительным требованиям? Общепринятым в современной офтальмологии является мнение, что природа не могла предусмотреть и не предусмотрела этих обстоятельств и что, хотя развитие цивилизации зависит от зрения более чем от любого другого чувства, глаз оказался не совсем приспособлен для решения своих задач.
Существует большое количество фактов, которые, казалось бы, подтверждают этот вывод. В то время как первобытный человек практически не страдал от пороков зрения, можно с уверенностью сказать, что среди людей старше 21 года, живущих в условиях цивилизации, девять из каждых десяти имеют плохое зрение. С возрастом это соотношение растет в такой степени, что к сорока годам почти невозможно найти человека, свободного от недостатков зрения. Широкие статистические данные подтверждают это.
Более ста лет медики ищут метод остановки разрушительных воздействий цивилизации на глаз человека. Германия, для которой этот вопрос имел жизненно важное военное значение, потратила миллионы долларов на выполнение советов специалистов, но все было впустую. В настоящее время большинство изучающих этот вопрос допускает, что те методы, которые когда-то самонадеянно защищались как надежные гаранты зрения наших детей, дали немного, почти ничего. Некоторые специалисты придерживаются оптимистического взгляда касательно рассматриваемого вопроса, но их умозаключения почти никогда не подтверждаются фактами.
От широко распространенного метода лечения посредством линз, компенсирующих аномалию рефракции глаза, всегда очень мало требовалось, за исключением, пожалуй, того, чтобы эти приспособления нейтрализовали последствия различных состояний, для которых они предписывались, точно так же, например, как костыли дают возможность ходить хромому. Предполагалось также, что они иногда препятствуют прогрессу этих состояний, но любой офтальмолог сегодня знает, что их полезность для этой цели, если таковая и имеется, весьма ограничена. В случае миопии (близорукости) немногие офтальмологи до 1916 года [4] понимали, что очки и все обычные методы, имеющиеся в нашем распоряжении, мало или бесполезны для предотвращения, как прогрессирования этой аномалии рефракции, так и развития очень серьезных осложнений, которыми она нередко сопровождается.
Я изучаю рефракцию человеческого глаза более тридцати лет. Мои исследования полностью подтверждают выводы о бесполезности всех ранее разработанных для профилактики и лечения аномалий рефракции методов. Очень давно, однако, во мне зародилось сомнение, что эту проблему нельзя решить никакими методами.
Каждый офтальмолог по опыту знает, что теория неизлечимости аномалий рефракции не соответствует действительности. Нередко такие нарушения зрения самопроизвольно излечиваются или же меняют свою форму. Длительное время было принято либо игнорировать такие причиняющие беспокойство факты, либо отделываться от них поверхностными объяснениями. К счастью тех, кто считает необходимым, во что бы то ни стало поддерживать старые теории, роль хрусталика глаза, приписываемая ему в аккомодационных процессах, в большинстве случаев представляет собой лишь правдоподобное объяснение.
Согласно этой теории, которую большинство из нас изучало еще в школе, глаз фокусируется на различные расстояния путем изменения кривизны хрусталика [5]. В поиске объяснения непостоянства теоретически постоянного отклонения рефракции от нормы теоретики выдвигают довольно бесхитростную идею о присущей хрусталику способности к изменению своей кривизны не только для целей своей нормальной аккомодации, но также и для ликвидации или производства аккомодативных отклонений от нормы. При гиперметропии (обычно, но неправильно называемой дальнозоркостью, хотя человек с таким видом нарушения зрения не может четко видеть ни удаленные, ни близкие объекты) глазное яблоко слишком коротко в своей продольной (передне-задней) оси. Все лучи света, как сходящиеся в одной точке (конвергентные), приходящие от близких объектов, так и параллельные, приходящие от удаленных объектов, при гиперметропии фокусируются позади сетчатки глаза вместо того, чтобы сфокусироваться на ней. При близорукости, наоборот, глазное яблоко слишком вытянуто в своей продольной оси. При этом расходящиеся (дивергентные) лучи от близких объектов фокусируются на сетчатке, а параллельные лучи от удаленных объектов ее не достигают.
Полагается, что оба этих состояния должны быть постоянными: одно врожденным, а другое - приобретенным. Таким образом, когда люди, которые однажды проявили себя как имеющие гиперметропию или миопию, демонстрируют в другой раз либо отсутствие этих состояний, либо меньшую их степень, считается невозможным предполагать, что в таких случаях произошло какое-либо изменение в форме глазного яблока. Следовательно, в случае исчезновения или уменьшения гиперметропии, нас уверяют, что глаз в процессе зрения, как в ближней, так и в дальней точках, увеличивает кривизну хрусталика в такой степени, чтобы полностью или частично компенсировать сплющивание глазного яблока. При наличии близорукости, утверждают они, глаз изо всех сил старается создать такое выпуклое состояние хрусталика или сделать имеющееся состояние еще сильнее. Говоря их словами, так называемая "цилиарная мышца", призванная, как считается, управлять формой хрусталика, наделена способностью достижения более или менее длительного состояния сокращения, продолжительное время, поддерживая, таким образом, хрусталик в состоянии выпуклости. Такое состояние, согласно этой теории, должно приниматься только при зрении вблизи.
Эти любопытные представления могут показаться противоестественными для непрофессионального ума. Но тенденция потворствовать им, когда речь идет об устройстве органа зрения, должно быть, настолько укоренилась, что при подборе очков обычно закапывают атропин - капли, с которыми знаком любой, кто посещал окулиста, - в глаз для того, чтобы парализовать цилиарную мышцу и, предотвратив, таким образом, какие-либо изменения кривизны хрусталика, выявить "скрытую гиперметропию" или избавиться от "ложной близорукости".
Думается, однако, что состоянием хрусталика можно объяснить лишь незначительные степени изменения аномалий рефракции и лишь в ранние годы жизни. Для более значительных степеней изменений в аномалиях рефракции или тех, что встречаются после сорокапятилетнего возраста, когда хрусталик считается утерявшим более или менее свою эластичность, правдоподобного объяснения найдено не было.
Исчезновение астигматизма [6] или изменение его характера представляет собой проблему, которая еще больше сбивает с толку. Это состояние глаз связано в большинстве случаев с несимметричным изменением кривизны роговой оболочки глаза, что ведет к неспособности свести в фокус лучи, исходящие от каждой отдельной точки. Считается, что глаз обладает лишь ограниченной способностью преодоления этого состояния. Тем не менее, несмотря на это предположение, астигматизм возникает и исчезает с той же легкостью, что и другие аномалии рефракции. Хорошо известно также, что астигматизм можно воспроизвести по желанию. Некоторые люди могут создать до трех диоптрий астигматизма (диоптрия - это фокусирующая сила, необходимая для сведения параллельных лучей в фокус на расстоянии 1 метра, или 39, 37 дюймов [7]). Я сам могу произвести астигматизм в 1,5 диоптрии.
Осматривая тысячи пар глаз в нью-йоркской больнице по лечению заболеваний органов слуха и зрения, я неоднократно отмечал случаи, когда аномалии рефракции либо самопроизвольно меняли свою форму, либо полностью исчезали. Ни игнорировать их, ни довольствоваться ортодоксальными объяснениями, даже в тех случаях, когда такие объяснения имелись в наличии, я не мог. Мне казалось, что если какое-либо утверждение является истинным, оно должно всегда оставаться таким. Здесь не может быть никаких исключений. Если аномалии рефракции неизлечимы, то они не должны самопроизвольно исчезать или менять свою форму.
Со временем я обнаружил, что миопия и гиперметропия, подобно астигматизму, могут воспроизводиться по желанию; что миопия связана не с использованием глаз для работы на близком расстоянии, как мы долго полагали, а с усилием увидеть удаленные объекты; что никакая аномалия рефракции не представляет собой неизменного состояния; что низкие степени рефрактивных аномалий могут быть устранены, а более высокие - снижены.
Пытаясь пролить свет на эти проблемы, я обследовал десятки тысяч глаз. Чем больше фактов я накапливал, тем труднее становилось согласовывать их с общепринятыми воззрениями. В конце концов, я предпринял серию экспериментов на глазах людей и животных. Результаты этих экспериментов убедили как меня, так и других в том, что хрусталик не является фактором аккомодации и что регулировка, необходимая для зрения на различных расстояниях, осуществляется в глазе точно так же, как в фотоаппарате, т.е. путем изменения длины органа зрения. Это изменение происходит под воздействием мышц, находящихся снаружи глазного яблока. В равной мере было убедительно доказано, что аномалии рефракции, включая пресбиопию (уплотнение тканей хрусталика, ведущее к затруднению в аккомодации и отдалению ближней точки видения), связаны не с какими-либо органическими изменениями в форме глазного яблока или в строении хрусталика, а с функциональным расстройством действия мышц, окружающих глазное яблоко, и, следовательно, могут быть устранены [8].
Сделав такие заявления, я хорошо понимаю, что оспариваю ради лучшей участи человечества практически неоспоримое учение офтальмологической науки. Но к этим выводам меня привели факты, причем так медленно, что сейчас я сам удивлен собственной нерешительности. Уже тогда я мог снижать высокие степени миопии, но мне хотелось быть консервативным, и я разграничивал функциональную миопию, которую я был способен вылечить или уменьшить, и органическую миопию, которую, принимая во внимание ортодоксальную традицию, я некоторое время считал неизлечимой.
2. Ретиноскопия
Многое из моей информации о глазах было получено посредством Ретиноскопии, т. е. клинического обследования сетчатки глаза. Ретиноскоп представляет собой инструмент, предназначенный для определения рефракции глаза. С его помощью в зрачок отбрасывается луч света, отраженный от зеркала. Источник света может находиться как вне инструмента, сверху или позади пациента, так и в его пределах (при этом используется электрическая батарея). При взгляде через отверстие в зеркале врач видит большую или меньшую часть зрачка, заполненного светом, который в нормальном глазе имеет красновато-желтую окраску (по цвету сетчатки). Если глаз сфокусирован на точке, откуда он осматривается, неточно, то врач видит также и темную тень у края зрачка. Поведение этой тени, когда зеркало перемещается в различных направлениях, и есть то, что показывает нам рефрактивыое состояние глаза.
Если инструмент используется на расстоянии шести футов [9] и тень движется в направлении, противоположном движению зеркала, то глаз миопический. Если же тень движется в том же направлении, что и зеркало, то глаз либо гиперметропический, либо нормальный. В случае гиперметропии это движение более ярко выражено, чем в случае нормального глаза, и специалист обычно может различить оба этих состояния по одному только характеру движения тени. При астигматизме это движение различно в разных меридианах (меридиан представляет собой проекцию плоскости, проведенной через полюса глаза, на его переднюю часть [10]). Чтобы определить степень отклонения рефракции от нормы, правильно отличить гиперметропический глаз от нормального или отличить различные виды астигматизма, обычно необходимо поэкспериментировать с линзой, помещенной перед глазом пациента. Если вместо плоского зеркала используется вогнутое, то описанные движения будут иметь противоположное направление. Однако на практике плоское зеркало используется чаще.
Проверочная таблица Снеллена* и пробные очковые линзы могут применяться только при определенных благоприятных условиях. Ретиноскоп же можно использовать всегда и везде. Его немного легче применять при приглушенном освещении, нежели на ярком свету, но, в принципе, им можно пользоваться при любом освещении, даже при ярком свете солнца, бьющем прямо в глаз. Ретиноскоп можно также применять и при многих других неблагоприятных условиях.
Определение рефракции с помощью проверочных таблиц Снеллена и пробных линз отнимает значительное время (от минут до часов). С помощью же ретиноскопа рефракция может быть определена в доли секунды. Предшествующими методами было бы невозможным получение какой-либо информации о рефракции, например, игрока в бейсбол в момент, когда он поворачивается к мячу, в момент, когда он ударяет по нему, и в момент после удара. А с ретиноскопом довольно легко определить, нормально его зрение или же оно миопическое, гиперметропическое или астигматическое в момент, когда игрок проделывает эти движения. Если же при этом отмечены какие-либо аномалии рефракции, то можно достаточно точно определить и их степень по скорости движения тени.
С проверочными таблицами и пробными линзами выводы должны делаться на основании утверждений пациента о том, что он видит. Но пациент часто так волнуется и смущается во время проверки, что не знает, что же он видит, как не знает того, улучшают или ухудшают его зрение те или иные очки. Более того, острота зрения не является надежным свидетельством состояния рефракции. Пациент с двумя диоптриями миопии может видеть в два раза больше, чем другой с такой же аномалией рефракции. Освидетельствование по проверочной таблице в действительности полностью субъективно, в то время как выводы, сделанные на основе ретиноскопии, полностью объективны, ни в коей мере не зависят от заявлений пациента.
Короче говоря, определение рефракции с помощью проверочной таблицы или пробных линз требует значительных затрат времени и может быть произведено только в определенных благоприятных условиях с результатами, которые не всегда достоверны. В то же время ретиноскоп может быть использован для всех видов нормальных и аномальных состояний глаз, как человека, так и животных. Результаты правильно проведенной Ретиноскопии всегда зависят от состояния рефракции глаза. Правильное проведение Ретиноскопии означает, что ретиноскоп не должен подноситься к глазу ближе, чем на шесть футов. В противном случае объект обследования начнет нервничать, и рефракция, по причинам, о которых будет сказано позже, изменится, что не даст возможности провести достоверное обследование. Если же речь идет о животных, то ретиноскоп часто необходимо использовать на гораздо больших расстояниях.
Более 30 лет я применяю ретиноскоп для изучения рефракции глаза. С его помощью мной обследованы глаза десятков тысяч школьников, сотен грудных детей и тысяч животных, включая кошек, собак, кроликов, коров, птиц, лошадей, черепах, пресмыкающихся и рыб. Ретиноскоп применялся, когда объекты обследования отдыхали и когда они находились в движении (а также, когда я сам двигался), в момент пробуждения и когда засыпали. Наблюдения проводились даже тогда, когда объекты исследования находились под воздействием хлороформа или эфира. Я применял ретиноскоп в дневное и ночное время, в моменты, когда объекты обследования были спокойны и когда они волновались, когда они старались разглядеть что-либо и когда не делали таких усилий, когда они лгали и когда говорили правду, когда веки были частично прикрыты, закрывая часть зрачка, когда зрачок был расширен и когда он был сужен до размера булавочной головки, когда глаз двигался из стороны в сторону, вверх - вниз и по другим направлениям.
Таким путем мне удалось обнаружить множество ранее неизвестных фактов, которые совершенно невозможно было привести в соответствие с общепринятыми воззрениями в данной сфере исследования. Это заставило меня предпринять серию экспериментов, о которых я уже упомянул. Их результаты полностью соответствовали данным предшествующих моих исследований, что не оставило мне иного выбора, кроме как опровергнуть всю суть ортодоксального учения об аккомодации и аномалиях рефракции.
3. Правда об аккомодации
Данные моих экспериментов доказали мне, что хрусталик глаза не является фактором в аккомодации. Это подтверждается многочисленными исследованиями глаз взрослых и детей, как с нормальным зрением, так и с аномалиями рефракции, амблиопией (ухудшение зрения с неочевидной причиной), а также исследованиями глаз взрослых с удаленным из-за катаракты хрусталиком. Мы уже говорили, что закапывание атропина в глаз имеет целью предотвращение аккомодации путем парализации мышцы, отвечающей за управление формой хрусталика. То, что это действительно производит такой эффект, допускается в каждом учебнике офтальмологии, и потому атропин повседневно используется при подборе очков, чтобы исключить предполагаемое влияние хрусталика на рефрактивное состояние глаза.
Где-то в 9 случаях из 10 состояние, получаемое в результате закапывания атропина в глаз, соответствует теории, на которой основано его применение. Но в этих десятых случаях состояние, получаемое в результате атропинизации, не соответствует своей теоретической базе. Каждый офтальмолог по опыту знает о существовании таких случаев. Многие из них были описаны в специальной литературе и встречались мне при проведении собственных наблюдений. Согласно теории, атропин должен выявлять скрытую гиперметропию в явно нормальных или явно гиперметропических глазах, при условии, конечно, что пациент находится в таком возрасте, когда хрусталик, как предполагается, сохраняет еще свою эластичность. Однако известно, что атропинизация иногда вызывает миопию или преобразует гиперметропию в миопию. У людей старше 70 лет, когда хрусталик, как предполагается, должен быть жесток как камень (как и в случаях с ранней стадией катаракты, когда хрусталик также жесток) атропин может вызвать как миопию, так и гиперметропию. У пациентов с явно нормальными глазами после использования атропина развивается гиперметропический, сложный миопический или смешанный астигматизм. В других случаях это лекарство не препятствует аккомодации или, во всяком случае, изменению рефракции. Более того, когда зрение было ухудшено атропином, пациентам нередко удавалось, дав просто отдохнуть своим глазам, прочитать шрифт диамант [12] (мельчайший размер обычно используемого шрифта, известный в настоящее время как мелкий печатный шрифт в 4 1/2 пункта [13] - в качестве примера можете посмотреть иллюстрацию на страницах 61-62) с 6 дюймов (15,24 см.). Тем не менее, считается, что атропин дает глазам отдых, снимая нагрузку с переутомленной мышцы.
При лечении косоглазия и амблиопии я нередко более года применял атропин в лучшем глазе, чтобы стимулировать использование амблиопического глаза. К концу этого срока, все еще находясь под воздействием атропина, такие глаза становились способными через несколько часов или менее того читать шрифт диамант с шести дюймов (15,24 см.). Ниже приведены примеры многих подобных историй болезни.
У мальчика десяти лет была гиперметропия обоих глаз. При этом левый (лучший) глаз имел 3 диоптрии. Когда в этот глаз вкапывали атропин, гиперметропия возрастала до 4,5 диоптрии, а зрение снижалось до 20/200 (200/200 - это норма; числитель дроби - это расстояние, с которого пациент смог разглядеть букву на проверочной таблице, а знаменатель - расстояние, с которого он должен был увидеть ее, если бы у него было нормальное зрение). С выпуклой линзой в 4,5 диоптрии пациент обрел нормальное зрение вдаль, а с добавлением другой выпуклой линзы в 4 диоптрии он смог прочитать шрифт диамант с 10 дюймов (25,4 см.). Атропин применялся в течение года. Зрачок расширялся вновь и вновь до максимума. Тем временем правый глаз лечился моими собственными методами, которые будут описаны позже. Обычно в таких случаях зрение глаза, который не лечится специальным образом, улучшается до некоторой степени вместе со зрением другого глаза, но в данном случае этого не произошло. К концу года зрение правого глаза стало нормальным, а острота зрения левого глаза осталась прежней, точно такой, какой она была вначале, составляя 20/200 без очков для дали. При таком зрении левого глаза чтение им без очков было невозможным, поскольку степень гиперметропии не изменилась. Все еще находясь под воздействием атропина, со зрачком, расширенным до максимума, этот глаз теперь стали лечить отдельно. Буквально через полчаса зрение его стало нормальным как вблизи, так и вдаль. Шрифт диамант при этом читался с 6 дюймов без очков. Согласно общепринятым теориям, цилиарная мышца этого глаза должна была быть в это время не только полностью парализована, но и находиться в таком состоянии полного паралича целый год. Тем не менее, этот глаз не только преодолел 4,5 диоптрии гиперметропии, но и прибавил 6 диоптрий аккомодации, составив в общем 10,5 диоптрии. Остается лишь спросить тех, кто придерживается общепринятых теорий, как такие факты согласуются с ними.
В равной мере, если не более примечательной, была история болезни маленькой шестилетней девочки, правый (лучший) глаз которой имел 2,5 диоптрии гиперметропии, а другой - 6 диоптрий гиперметропии с одной диоптрией астигматизма. С лучшим глазом, находящимся под воздействием атропина, и зрачком, расширенным до максимума, оба глаза более года лечились вместе. К концу этого срока (когда правый глаз все еще находился под воздействием атропина) оба глаза смогли читать шрифт диамант с 6 дюймов, причем правый глаз это делал, во всяком случае, лучше, чем левый. Таким образом, несмотря на атропин, правый глаз не только преодолел 2,5 диоптрии гиперметропии, но и прибавил 6 диоптрий аккомодации, составив в сумме 8,5 диоптрии. Для того чтобы исключить всякую возможность скрытой гиперметропии в левом глазу, который первоначально имел 6 диоптрий, атропин стали применять теперь и в нем, а использование атропина в другом глазу было прекращено. Тренировку глаз продолжали, как и прежде. Под воздействием лекарства произошел незначительный возврат к гиперметропии, но зрение вновь быстро стало нормальным и, хотя атропин ежедневно применяли более года, а зрачок снова и снова расширяли до предела, шрифт диамант читался с расстояния 6 дюймов без очков в течение всего этого периода. Мне трудно понять, как цилиарная мышца этой пациентки осуществляла аккомодацию, будучи под воздействием атропина год и более того в каждом глазу отдельно.
Согласно общепринятой теории, как я уже говорил, атропин парализует цилиарную мышцу и, препятствуя, таким образом, изменению кривизны хрусталика, мешает осуществлению аккомодации. Следовательно, когда после длительного использования атропина происходит процесс аккомодации, очевидно, что это становится возможным благодаря иному фактору или факторам, нежели хрусталику и цилиарной мышце. Доказательства, данные историями болезней, против общепринятых теорий неоспоримы. В равной мере этими теориями не объясняются и другие описанные в этой главе явления. Все эти факты, однако, полностью соответствуют результатам моих экспериментов на мышцах глаз животных и исследованиям поведения изображений, отраженных от различных частей глазного яблока. Они также прекрасно подтверждают результаты экспериментов с атропином, которые показали, что аккомодация не предотвращается полностью и постоянно, если не впрыснуть атропин глубоко в глазницу так, чтобы достичь косых мышц (см. рисунок на стр. 14) - действительных мышц аккомодации. В то же время гиперметропию невозможно было предотвратить, когда глазное яблоко стимулировали электрическим током без аналогичного использования атропина, ведущего к параличу прямых мышц (см. рисунок на стр. 14).
Хорошо известно, что после удаления хрусталика из-за катаракты, глаз нередко способен аккомодировать точно так же, как и до операции. В своих исследованиях я наблюдал много таких случаев. Пациенты при этом не только читали шрифт диамант со своими очками для дали с расстояния 13, 10 и менее дюймов (труднее всего читать на очень маленьких расстояниях), но один пациент мог это делать вообще без очков. Во всех случаях ретиноскоп показывал, что происходит реальная аккомодация, осуществляемая не каким-нибудь из замысловатых способов, которыми обычно объясняется этот "неудобный" феномен, а точной подгонкой фокуса к соответствующим расстояниям.
К клиническим экспериментам, направленным против общепринятой теории аккомодации, можно отнести и устранение пресбиопии (см. главу 16). Согласно той теории, где хрусталик считается фактором аккомодации, такое изменение было бы просто невозможным. То, что отдых глаз улучшает зрение при пресбиопии, было отмечено и другими врачами. Объясняли это способностью отдохнувшей цилиарной мышцы в течение непродолжительного времени воздействовать на затвердевший хрусталик. Такое можно допустить на ранних стадиях пресбиопии, да и то на короткий период времени. Но немыслимо предположить, что таким способом может быть получен постоянный положительный эффект и что твердый как камень хрусталик, может поддаться какому-либо, даже кратковременному воздействию.
Правда усиливается накоплением фактов. Рабочая гипотеза не может быть признана истинной, если с ней не согласуется какой-либо факт. Общепринятые теории аккомодации и причин аномалий рефракции отделываются от множества фактов поверхностными объяснениями. Имея более чем тридцатилетний опыт клинической работы, я ни разу не наблюдал случая, противоречащего утверждению, что хрусталик и цилиарная мышца не имеют никакого отношения к аккомодации, и что изменения в форме глазного яблока, от которых зависят аномалии рефракции, не неизменны. Мои клинические исследования сами по себе достаточны, чтобы продемонстрировать истинность такого утверждения. Они также достаточны, чтобы показать, как можно по желанию вызвать аномалии рефракции и как они могут быть устранены временно за несколько минут и навсегда после длительного лечения.



4. Непостоянство рефракции
Теория о том, что аномалии рефракции обусловлены деформациями глазного яблока, естественным образом ведет к выводу, что они представляют собой неизменные состояния и что нормальная рефракция - это тоже некое постоянное состояние. Поскольку эта теория повсеместно рассматривается как истинная, то неудивительно обнаружить, что нормальный глаз считается совершенным механизмом, который всегда находится в хорошем рабочем состоянии. Независимо от того, знаком или незнаком человеку рассматриваемый объект, достаточно или недостаточно его освещение, приятна или неприятна окружающая обстановка и даже при наличии стресса или телесного заболевания считается, что нормальный глаз всегда должен иметь нормальную рефракцию и нормальное зрение. На самом деле факты не соответствуют такой точке зрения, и потому они удобно приписываются недостатку цилиарной мышцы или, если такое объяснение не подходит, вообще игнорируются.
Однако, когда мы понимаем, каким образом форма глазного яблока регулируется наружными мышцами и как она мгновенно отзывается на их воздействие, легко заметить, что никакое рефрактивное состояние, нормально оно или нет, не может быть постоянным. Этот вывод подтверждается ретиноскопом. Подобные факты я наблюдал задолго до того, как эксперименты, упомянутые в предыдущих главах, представили им удовлетворяющее объяснение. За 30 лет изучения рефракции немного попалось мне людей, кто мог сохранять идеальное, т. е. без никакой аномалии рефракции, зрение, более нескольких минут подряд даже при самых благоприятных условиях. Нередко я наблюдал рефрактивные изменения по 6 и более раз в секунду. Амплитуда изменений при этом была в пределах от 20 диоптрий миопии до нормального значения рефракции.
Точно так же я не нашел ни одной пары глаз с постоянным или неизменным значением аномалии рефракции. У всех людей с аномалиями рефракции часто в ходе дня и ночи появляются моменты, когда их зрение становится нормальным, а их миопия, гиперметропия или астигматизм полностью исчезают. Может меняться также и форма аномалии. Миопия превращается даже в гиперметропию, а одна форма астигматизма переходит в другую.
Из нескольких тысяч школьников, обследованных в течение года, более половины имело нормальные глаза с идеальным в течение определенного времени зрением, но ни один из них не имел идеального зрения в каждом глазу в течение всего дня. Их зрение могло быть хорошим утром и похуже днем или наоборот. Многие дети могли прочитать одну проверочную таблицу, имея идеальное зрение, но не могли хорошо разглядеть другую. Многие также могли прочитать одни буквы алфавита, но не могли опознать другие, такого же размера и при сходных условиях. Степень ухудшения зрения в подобных случаях лежала в широких пределах и составляла от 1/3 до 1/10 и менее того от нормы. Длительность существования такого состояния также различалась. В одних условиях оно могло длиться лишь несколько минут, при других обстоятельствах оно могло мешать ученику видеть классную доску в течение дней, недель и даже дольше этого времени. Подверженными этому состоянию в такой степени нередко оказывались все ученики класса.
Подобное состояние было замечено и у грудных детей. Большинство исследователей находит у грудных детей гиперметропию. Некоторые обнаруживали у них миопию. Мои собственные исследования показывают, что рефракция глаз грудных детей постоянно меняется. Так, одного ребенка проверяли под атропином в течение 4 дней подряд, начиная с двух часов после рождения. В оба глаза был вкапан трехпроцентный раствор атропина. Зрачки при этом расширились до максимума. Наблюдались и другие физиологические симптомы применения атропина. Первое обследование показало состояние смешанного астигматизма. На второй день обнаружили сложный гиперметропический астигматизм, а на третий - сложный миопический астигматизм. Четвертый день обследования показал нормальное зрение, а следующий - миопию. Подобные изменения отмечались и во многих других случаях.
То, что верно для детей и младенцев, в равной мере верно и для взрослых всех возрастов. Люди старше 70 лет страдают потерей зрения различной степени, и в таких случаях ретиноскоп всегда показывает какую-нибудь аномалию рефракции. У одного мужчины восьмидесяти лет с нормальными глазами и обычно нормальным зрением наблюдались периоды ухудшения зрения, которые длились от нескольких минут до получаса и больше. Ретиноскопия в такие моменты всегда показывала миопию в 4 диоптрии и выше.
Во время сна рефрактивное состояние глаза часто, если не всегда, бывает с отклонением от нормы. У людей, чья рефракция нормальна, когда они бодрствуют, во время сна появляется миопия, гиперметропия или астигматизм. Может быть и так, что если у них имеются какие-либо аномалии рефракции во время бодрствования, то они увеличатся во время сна. Это является причиной того, что люди просыпаются с глазами, уставшими более чем в какое-либо другое время, и даже с жестокими головными болями. Когда человек находится под воздействием эфира или хлороформа или по какой-нибудь другой причине впадает в бессознательное положение, также появляются или увеличиваются аномалии рефракции.
Когда глаз рассматривает какой-нибудь незнакомый объект, всегда появляется аномалия рефракции. Пример тому - известное всем утомление глаз при разглядывании картин или других экспонатов в музее. Дети с нормальными глазами, которые могут четко прочитать маленькие буквы в четверть дюйма высотой с десяти футов, всегда испытывают затруднения при чтении незнакомых записей на классной доске, несмотря на то, что буквы при этом могут иметь высоту два дюйма. Незнакомая географическая карта или даже вообще любая географическая карта дает тот же эффект. Я ни разу не встречал такого ребенка или учителя, который мог бы смотреть на географическую карту с некоторого расстояния, не став при этом близоруким. Готический шрифт винили когда-то в том, что он, якобы, приводит к ухудшению зрения и возникновению мнимой "немецкой" болезни. Но если немецкий ребенок попытается прочитать латинский шрифт, он тотчас станет временно гиперметропическим. Готический или греческий шрифты или китайские иероглифы окажут такое же воздействие на ребенка и на любого другого человека, привыкшего к латинскому шрифту. Профессор Герман Кохн из Бреслау отверг мысль о том, что готический шрифт утомителен для глаз. Наоборот, он находит "приятным после длительного чтения монотонного латинского шрифта, вернуться к нашему любимому готическому". Поскольку готический шрифт был ему более знаком, нежели другие шрифты, он нашел его менее утомительным для глаз. Дети, обучаясь чтению, письму, рисованию или вышивке, всегда страдают плохим зрением из-за незнакомых линий или объектов, с которыми им приходится работать.
Неожиданная вспышка света, быстрая или неожиданная смена освещения должны, скорее всего, привести к ухудшению зрения нормального глаза, которое в некоторых случаях длится недели и месяцы (см. главу 16).
Шум также служит частой причиной ухудшения зрения нормального глаза. Когда раздается неожиданный громкий звук, все люди видят нечетко. Знакомые шумы не снижают зрение, в то время как незнакомые всегда это делают. Сельские дети из тихих школ могут страдать плохим зрением в течение длительного времени после переезда в шумный город. В школе они не справляются с учебой, поскольку их зрение нарушено. Было бы, конечно, явной несправедливостью со стороны учителей и других лиц ругать, наказывать или унижать таких детей.
В условиях физического или психического дискомфорта, таких как боль, кашель, лихорадка, дискомфорт из-за жары или холода, депрессия, гнев или волнение, в нормальном глазу всегда появляются аномалии рефракции, а в глазу, где они уже существуют, аномалии возрастают.
Из-за непостоянства рефракции глаза происходит множество несчастных случаев. Когда людей на улице сбивает автомобиль или трамвай, нередко это случается из-за того, что они страдают временной потерей зрения. Железнодорожные, авиационные и морские катастрофы, гибель во время военных маневров и т. п. часто происходят по вине какого-нибудь человека, страдающего временной потерей зрения.
Этой же причиной объясняется, в значительной степени, и путаница, которую замечал любой занимающийся этим вопросом в статистике, отражающей частоту встречаемости тех или иных аномалий рефракции. Насколько я понимаю, никогда не принималось во внимание то, что результаты таких исследований сильно зависят от условий, в которых они проводились. Можно взять лучшие в мире глаза и проверить их так, что их обладатель не сможет завербоваться в армию. И наоборот, проверка может быть проведена так, что глаза, которые имеют явно ненормальное первоначально зрение, за несколько минут, необходимых для проверки, достигнут нормального зрения и смогут идеально прочитать проверочную таблицу.

5. Что дают нам очки
Флорентийцы, скорее всего, заблуждаются, полагая, что изобретателем линз, привычно используемых сегодня для коррекции аномалий рефракции, был их согражданин Сальвино Армати. О родине этого изобретения много спорят, однако хорошо известно, что сделано оно было в период более ранний, чем тот, в котором жил Сальвино Армати. Римляне, по крайней мере, должно быть знали кое-что об искусстве дополнения силы глаз. Плиний писал, что Нерон для того, чтобы смотреть игры в Колизее, использовал вогнутый драгоценный камень, обрамленный для этой цели в кольцо. Однако, если сограждане Сальвино Армати считают, что он был первым, кто создал этих помощников зрения, то им следовало бы хорошенько помолиться за отпущение его грехов. Несмотря на то, что они улучшали зрение одних людей и избавляли их от боли и дискомфорта, для других они представляли собой просто дополнительное мучение. Очки всегда приносили вред, большой или маленький. Даже самые лучшие из них никогда не улучшают зрения до нормального состояния.
В том, что очки не могут улучшить зрения до нормального состояния, легко убедиться, посмотрев на какой-нибудь цвет через сильную вогнутую или выпуклую линзу. Можно заметить, что цвет в этом случае менее интенсивен, чем когда на него смотрят невооруженным глазом. Поскольку восприятие формы определяется восприятием цвета, то, очевидно, что как цвет, так и форма должны быть видны менее четко с очками, чем без них. Любой, кто смотрел через окно на улицу, знает, что даже плоское стекло ухудшает восприятие цвета и формы. Женщины, надевшие очки из-за незначительного ухудшения зрения, нередко замечают, что их ношение в большей или меньшей степени приводит к цветовой слепоте. Можно заметить, как в магазинах они снимают очки, когда хотят подобрать какую-нибудь модель одежды. Однако, если зрение нарушено серьезно, то с очками цвета могут быть видны лучше, чем без них.
То, что очки должны приносить вред глазам, очевидно, следует из фактов, приведенных в предыдущей главе. Человек не может видеть сквозь них, если он не имеет степень аномалии рефракции, которую очки должны корректировать. Однако рефрактивные аномалии в глазе, который предоставлен сам себе, никогда не постоянны. Следовательно, если человек обеспечивает себе хорошее зрение с помощью вогнутых, выпуклых или астигматических линз, это означает, что он сохраняет постоянно определенную степень аномалии рефракции, которая в других условиях не сохранялась бы постоянно. Единственным результатом такой ситуации следует ожидать ухудшение состояния. Опыт показывает, что обычно так и происходит.
После того, как однажды люди надели очки, сила их линз в большинстве случаев неуклонно должна расти, чтобы сохранить степень остроты зрения, которая обеспечивалась первой парой очков. Люди с пресбиопией, которые надели очки из-за того, что не смогли прочитать мелкий шрифт, также часто обнаруживают, что после того, как они надели их на некоторое время, им не удается уже без их помощи почитать более крупный шрифт, который прежде легко им давался. Один пациент с миопией 20/70, надевший очки, которые обеспечили ему зрение 20/20, обнаружил, что всего через неделю зрение невооруженным глазом у него ухудшилось до 20/200. Когда люди разбивают свои очки и обходятся без них с недельку или две, они нередко обнаруживают, что зрение их улучшилось. По сути дела, зрение всегда улучшается в большей или меньшей степени, когда снимаются очки, хотя люди не всегда на это обращают свое внимание.
Никто не может отрицать того факта, что человеческий глаз "возмущается" очками. Каждый окулист знает, что пациенты должны "привыкнуть" к ним и что в ряде случаев такого привыкания добиться не удается. Пациенты с высокими степенями миопии и гиперметропии испытывают большие затруднения в привыкании к полной коррекции. Нередко добиться этого не удается вообще. Сильные вогнутые линзы, необходимые при миопии высокой степени, создают иллюзию, что все объекты имеют намного меньшие, чем в действительности, размеры. В то же время, выпуклые линзы эти размеры увеличивают. Все это неприятно и непреодолимо. Пациенты с высокой степенью астигматизма страдают от очень неприятных ощущений, когда впервые надевают очки. Поэтому их предупреждают, чтобы они привыкли к очкам сначала дома, прежде чем решатся выйти на улицу. Обычно такие затруднения преодолимы, но нередко и нет. Иногда бывает и так: те, кто достаточно хорошо переносит очки и днем, никак не могут добиться привыкания к ним в вечернее время.
Все очки в большей или меньшей степени сужают поле зрения. Даже при очень слабых очках пациенты не могут четко видеть, если не смотрят через центры линз. Оправа при этом должна быть расположена под прямым углом к линии зрения. Если же они этого не делают, то помимо снижения зрения, иногда появляются и такие досаждающие симптомы, как головокружение и головная боль. Таким образом, свободно поворачивать свои глаза в различных направлениях они не могут. Разумеется, очки в наши дни должны проектироваться таким образом, чтобы теоретически было возможно смотреть сквозь них под любым углом, однако на практике желаемый результат достигается редко.
Трудности с поддержанием очков в чистом состоянии - лишь одно из незначительных неудобств, связанных с очками, но оно, пожалуй, самое неприятное из них. В сырые и дождливые дни очки покрываются каплями влаги. В жаркие дни пот приводит к такому же результату. В холодные дни они часто запотевают от влаги дыхания. Ежедневно они так часто подвергаются загрязнению влагой, пылью, следами пальцев от случайных касаний руками, что редко позволяют видеть объекты без каких-либо помех. Отражения сильного света от очков также весьма неприятны, а на улице могут быть и очень опасны.
Военные, моряки, спортсмены, люди физического труда и дети испытывают значительные неудобства в ношении очков из-за своего образа жизни и деятельности. Он не только приводит к тому, что очки разбиваются, но нередко и сбивает их с правильного фокуса, особенно в случае астигматизма.
То, что очки уродуют внешность человека, может показаться не заслуживающим рассмотрения здесь фактом. Однако психический дискомфорт не улучшает ни общее состояние здоровья, ни зрение. Несмотря на то, что мы зашли столь далеко в создании добродетели очков, что считаем их ношение частью своей жизни, осталось еще немного неиспорченных умов, для которых ношение очков просто неприятно и зрение которых с очками далеко от приемлемого уровня. Когда же в очках появляется ребенок, то тут сожмется сердце у любого человека.
Поколение тому назад очки применялись только как помощь слабому зрению. Сегодня же они прописываются множеству людей, которые без них могут видеть так же хорошо или даже лучше. Как уже отмечалось в первой главе, считается, что гиперметропический глаз способен в некоторой степени справиться со своими трудностями, изменяя кривизну хрусталика через воздействие цилиарной мышцы. Глаз с простой миопией не наделен такой способностью, поскольку увеличение выпуклости хрусталика (которое, как полагается, является единственным результатом аккомодативного усилия) только увеличило бы затруднения. Но миопия обычно сопровождается астигматизмом, а он, считается, частично может быть преодолен изменением кривизны хрусталика. Таким образом, теория приводит нас к выводу, что глаз, в котором существует какая-либо аномалия рефракции, практически никогда не свободен, когда он открыт, от аномальных аккомодативных усилий.
Другими словами, считается, что предполагаемая мышца аккомодации вынуждена нести на себе не только обычную нагрузку по изменению фокуса глаза для зрения на различных расстояниях, но и дополнительную нагрузку по компенсации аномалии рефракции. Подобные регулировки, если бы они на самом деле имели место, естественно привели бы к сильному напряжению нервной системы. Чтобы уменьшить это напряжение (которое, считается, вызывает множество функциональных нервных расстройств) в такой степени, чтобы улучшить зрение, прописываются очки.
Однако было доказано, что хрусталик не является фактором ни в осуществлении аккомодации, ни в коррекции аномалий рефракции. Следовательно, ни при каких обстоятельствах не может существовать и напряженного состояния цилиарной мышцы, которое должно быть уменьшено. Было также доказано, что когда зрение нормально, не существует никакой аномалии рефракции, а внешние (наружные) мышцы глазного яблока находятся в состоянии покоя. Следовательно, нет и никакого напряженного состояния внешних мышц, которое должно было бы сниматься в таких случаях. Когда же присутствует какое-либо напряжение этих мышц, очки могут скорректировать его воздействие на рефракцию, но само напряжение снять они не могут. Наоборот, как было показано, очки должны сделать существующее состояние еще хуже.
Тем не менее, люди с нормальным зрением, носящие очки с целью снижения предполагаемого мышечного напряжения, часто получают от этого пользу. Это является удивительной иллюстрацией эффекта психического внушения. Плоское стекло, если удалось бы внушить людям такую же уверенность, дало бы тот же самый результат. В самом деле, многие пациенты рассказывали мне, как они избавились от различных дискомфортных ощущений посредством очков. В оправах этих очков, как я обнаружил, было простое плоское стекло. Одним из этих пациентов был оптик, сам себе соорудивший такие очки и не испытывавший никаких иллюзий в их отношении. Тем не менее, он уверял меня, что когда он их не носит, у него появляются головные боли.
Некоторые пациенты так сильно поддаются внушению, что вы можете уменьшить их дискомфорт или улучшить их зрение практически любыми очками, которые вы захотите на них одеть. Я видел людей с гиперметропией, с большим комфортом носящих очки для миопиков, людей, не имеющих никакого астигматизма, но получающих большое удовлетворение от очков для коррекции этого дефекта зрения.
Многие люди будут даже думать, что они видят лучше с очками, которые на самом деле заметно ухудшают их зрение. Несколько лет назад один пациент, которому я прописал очки, проконсультировался у офтальмолога, чья известность была гораздо выше моей. Он дал пациенту другую пару очков, пренебрежительно отозвавшись о тех очках, что прописал ему я. Пациент вернулся ко мне и стал рассказывать, насколько лучше он видит со второй парой очков, нежели с первой. Я проверил его зрение с новыми очками и обнаружил, что, в то время как мои очки обеспечивали зрение 20/20, очки моего коллеги давали ему зрение лишь 20/40. Причиной этого явилось то, что он был просто загипнотизирован огромным авторитетом этого офтальмолога, уверив себя в том, что он видит лучше, хотя на самом деле видел хуже. Убедить же его в обратном было тяжело, хотя он и соглашался с тем, что когда он смотрит на проверочную таблицу с новыми очками, он видит лишь половину того, что видел со старыми.
Когда очки не снимают головных болей и других симптомов нервного происхождения, предполагается, что это связано с неправильным их подбором. Некоторые врачи и их пациенты демонстрируют просто поразительную степень терпения и упорства в своих совместных попытках приблизиться к правильной выписке рецепта. Одному пациенту, страдавшему жестокими болями у основания черепа, только одним врачом 60 раз подбирались очки! До этого он посетил множество других окулистов и невропатологов как здесь, так и в Европе. Его боли удалось снять через пять минут методами, описанными в этой книге. В тот же момент зрение пациента временно стало нормальным.
Повезло тем многим людям, которым были прописаны очки, но которые отказались их носить, избежав, таким образом, не только дискомфорта, но и значительного ущерба для своих глаз. Другие, обладая меньшей независимостью мышления, большей долей духа мученика или будучи гораздо сильнее напуганы окулистами, подвергаются ненужным, уму непостижимым пыткам. Одна такая пациентка носила очки в течение 25 лет, хотя они не спасали ее от длительных страданий и так сильно ухудшали зрение, что она вынуждена была смотреть поверх их, когда хотела увидеть что-либо вдали. Ее окулист уверял, что ее ждали бы гораздо более серьезные последствия, если бы она не носила очков, и был весьма недоволен тем, что она смотрит поверх очков, вместо того, чтобы смотреть сквозь них.
Учитывая, что рефрактивные аномалии постоянно меняются день ото дня, час от часу, от минуты к минуте даже под воздействием атропина, точный подбор очков, конечно, невозможен. В некоторых случаях эти колебания имеют такой размах или пациент настолько невосприимчив к психическому внушению, что корригирующими линзами не достигается никакого облегчения, и они неизбежно становятся дополнительным неудобством. Даже в лучшем случае нельзя считать, что очки - это нечто большее, чем весьма неудовлетворительная замена нормальному зрению.
6. Причина и лечение аномалий рефракции
Тысячи раз было наглядно показано, что любая аномальная работа внешних мышц глазного яблока сопровождается напряжением или усилием увидеть и что со снятием этого напряжения действие мышц нормализуется, а все аномалии рефракции исчезают. Глаз может быть слепым, он может страдать атрофией зрительного нерва, катарактой или заболеванием сетчатки, но до тех пор, пока он не старается увидеть, внешние мышцы работают нормально и никакой аномалии рефракции нет. Этот факт дает нам способ, посредством которого могут быть устранены все эти состояния, так долго считавшиеся неизлечимыми.
Можно также показать, что каждой аномалии рефракции соответствует свой вид напряжения. Изучение изображений, отраженных от различных частей глазного яблока, подтверждает то, что миопия (или снижение гиперметропии) всегда связана с усилием увидеть удаленные объекты, в то время как гиперметропия (или снижение миопии) всегда связана с усилием увидеть объекты в ближней точке. В этом может удостовериться любой, кто знает, как пользоваться ретиноскопом, при условии только, что этот инструмент не подносится к объекту обследования ближе, чем на 6 футов.
В глазе с первоначально нормальным зрением усилие увидеть близкие объекты всегда приводит к временному производству гиперметропии в одном или во всех меридианах. То есть, глаз становится либо полностью гиперметропическим, либо производится какая-нибудь форма астигматизма, часть которой составляет гиперметропия. В гиперметропическом глазе гиперметропия увеличивается в одном или во всех меридианах. Когда миопический глаз напрягается, чтобы увидеть какой-нибудь близкий объект, миопия снижается и может появиться эмметропия (такое состояние глаза, при котором он сфокусирован для параллельных лучей, что соответствует норме при зрении вдаль, но является аномалией рефракции при рассматривании близких объектов). Глаз при этом сфокусирован для дальней точки, несмотря на то, что он все еще старается увидеть вблизи. В некоторых случаях может произойти даже переход через эмметропию к гиперметропии в одном или во всех меридианах. Все эти состояния сопровождаются признаками увеличившегося напряжения и ухудшения зрения (см. главу 8), но как ни странно, боль и утомление при этом обычно заметно снижаются.
С другой стороны, если глаз с первоначально нормальным зрением делает усилие увидеть удаленные объекты, всегда временно появляется миопия в одном или во всех меридианах. Если глаз уже миопический, степень миопии возрастает. Если гиперметропический глаз напрягается, чтобы увидеть какой-либо удаленный объект, могут появиться или увеличиться боль и утомление, но гиперметропия при этом снижается, а зрение улучшается. Этот интересный результат прямо противоположен тому, что мы получили, когда миопик напрягается, чтобы увидеть в ближней точке. Иногда гиперметропия полностью исчезает и появляется эмметропия с полным устранением всех признаков напряжения. Это состояние может затем перейти в миопию с ростом напряжения по мере увеличения степени миопии.
Другими словами, глаз, который делает усилие, чтобы увидеть в ближней точке, становится площе, чем был прежде, в одном или во всех меридианах. Если он был с самого начала удлинен, он может перейти из этого состояния через эмметропию, при которой он сферичен, в гиперметропию, при которой он становится площе. Если эти изменения осуществляются несимметрично, то появится астигматизм в содружестве с другими состояниями. И наоборот, глаз, который напрягается, чтобы увидеть удаленные объекты, становится круглее, чем он был прежде, и может перейти из уплощенного состояния гиперметропии через эмметропию в удлиненное состояние миопии. Если такие изменения осуществляются несимметрично, опять-таки появится астигматизм в содружестве с другими состояниями.
То, что можно сказать о нормальных глазах, в равной мере применимо и к глазам, в которых удален хрусталик. Эта операция обычно приводит к состоянию гиперметропии. Однако, если первоначальным состоянием глаза была высокая степень миопии, удаление хрусталика может оказаться недостаточным, чтобы скорректировать ее, и глаз все еще может оставаться миопическим. В первом случае усилие увидеть удаленные объекты снижает уровень гиперметропии, а усилие увидеть в ближней точке, увеличивает ее. Во втором случае усилие увидеть удаленные объекты увеличивает степень миопии, а усилие увидеть в ближней точке снижает ее. Многие глаза с удаленными хрусталиками (такое состояние глаза называется афакией) в течение более или менее длительных периодов времени после удаления хрусталика напрягаются при зрении вблизи, создавая такую сильную гиперметропию, что пациент не может прочитать даже обычного шрифта. Аккомодационная способность кажется полностью утерянной. Однако позже, когда пациент привыкнет к такому состоянию, это напряжение часто снижается, и глаз становится способным точно фокусироваться на близких объектах. Отмечались также редкие случаи, когда без помощи очков достигалось хорошее зрение, как для дали, так и для ближней точки. Глазное яблоко при этом достаточно удлинялось, чтобы компенсировать в некоторой степени потерю хрусталика.
Подобные явления, связанные с напряжением глаза, наблюдались также и у животных. Многих собак я делал миопическими, заставляя их напрягаться, чтобы увидеть какой-нибудь удаленный объект. Одной весьма нервной собаке с нормальной, как показал ретиноскоп, рефракцией глаз дали понюхать кусочек мяса. Она очень возбудилась, насторожилась, брови ее изогнулись, и она завиляла хвостом. Мясо затем отодвинули от собаки на двадцать футов. Собака выглядела разочарованной, но не потеряла интереса. В момент, когда она смотрела на мясо, его опустили в ящик. В глазах собаки промелькнуло волнение. Она напряглась, чтобы увидеть, что же стало с мясом. Ретиноскоп при этом показал, что зрение ее стало миопическим. Следует отметить, что такой эксперимент возможен только с животными, имеющими две активные косые мышцы. Животные, у которых одна из этих мышц отсутствует или носит рудиментарный характер, не способны удлинять глазное яблоко ни при каких обстоятельствах.
Изначально усилие увидеть является психическим усилием, а напряжение психики во всех случаях сопровождается потерей психического контроля. Анатомически результаты усилия увидеть удаленные объекты могут быть теми же самыми, что и при рассматривании какого-нибудь близкого объекта без усилия, но в одном случае глаз делает то, что требует делать психика, а в другом случае этого не происходит. Эти факты, думается, в достаточной мере объясняют, почему зрение ухудшается по мере развития цивилизации. В условиях цивилизованной жизни психика людей находится под постоянным напряжением. Появляется больше, чем у нецивилизованных людей, вещей, которые их волнуют. Современным людям нет нужды сохранять хладнокровие и быть выдержанными для того, чтобы видеть то, от чего зависит их существование. Если бы первобытный человек позволял себе нервничать, он быстро вымер бы. Цивилизованный же человек выживает и передает свои психические данные потомкам. Животные реагируют на условия цивилизации так же, как и люди. Я обследовал множество домашних животных и животных из зверинца и во многих случаях нашел их миопическими, хотя они, естественно, не читали, не писали, не шили и не печатали на машинке.
Нарушение зрения в ближней точке, однако, столь же характерно для цивилизации, как и нарушение зрения вдаль. Миопики, хотя они и видят в ближней точке лучше, чем вдаль, никогда не видят так же хорошо, как люди с нормальным зрением. При гиперметропии, которая более распространена, чем миопия, зрение хуже в ближней точке, чем в дальней. Лечение заключается не в том, чтобы избегать работы вблизи или зрения вдаль, а в избавлении от психического напряжения, которое лежит в основе несовершенной работы глаза на обоих расстояниях. Тысячи раз было доказано, что это можно сделать.
К счастью, все люди при желании могут расслабиться при определенных условиях. При всех не осложненных аномалиях рефракции усилие увидеть может быть временно уменьшено, если пациент будет некоторое время смотреть на чистую стену без старания увидеть. Чтобы достичь непрерывного расслабления, требуется иногда много времени и изобретательности. Один и тот же метод не подходит для всех. Способы, которыми люди напрягаются, чтобы увидеть, бесконечны. Почти в равной мере разнообразными должны быть методы, используемые для уменьшения напряжения. Однако практически всегда метод, который приносит наибольший успех, в конце концов, оказывается одним и тем же, а именно, расслаблением. Постоянным повторением и многократным показом всеми возможными способами следует подчеркивать, что идеальное зрение можно приобрести только расслаблением.
Большинство людей, когда им говорили, что отдых или расслабление устранят недостатки их зрения, задавалось вопросом, почему же этого не делает сон. Ответ на этот вопрос дан в 4-й главе. Глаза редко, если вообще когда-либо, полностью расслабляются во время сна. Если они находились в напряжении, когда человек бодрствовал, это напряжение определенно будет в большей или меньшей степени продолжено во время сна, точно так же, как продолжается напряжение других частей тела.
Мысль о том, что расслабление дает глазам отдых для того, чтобы в последующем иметь возможность использовать их, также ошибочна. Глаза созданы, чтобы видеть, и если, когда они открыты, они не видят, то это потому, что они находятся в таком напряжении и имеют такую большую аномалию рефракции, что не могут видеть. Зрение вблизи, хотя оно и осуществляется с помощью мышц, является не большей нагрузкой на глаза, чем зрение вдаль, выполняемое без их вмешательства. Использование мышц не обязательно приводит к утомлению. Некоторые люди могут часами бегать без устали. Многие птицы спят, стоя на одной ноге. Пальцы их ног плотно сжимают качающуюся ветвь, но мышцы при этом остаются неутомленными очевидным напряжением.
Фактом остается то, что когда психика отдыхает, ничто не может утомить глаза. Когда же психика находится в напряжении, ничто не может дать глазам отдыха. Все, что дает отдых психике, полезно и для глаз. Наверное, каждый из нас замечал, что глаза медленней устают, когда читаешь какую-нибудь интересную книгу, в отличие от чтения книги скучной или трудной для понимания. Школьник может просидеть всю ночь напролет, упиваясь романом и ни разу не вспомнив при этом о своих глазах. Но если он постарается просидеть всю ночь за своими уроками, он очень быстро обнаружит, что глаза его сильно устали. Одна девочка, имевшая столь сильное обычное зрение, что могла невооруженным глазом видеть спутники Юпитера, становилась миопиком, как только ее просили решить в уме какую-нибудь задачку по математике, предмете слишком неприятном для нее.
Иногда условия, которые приводят к психическому расслаблению, выглядят весьма странно. Так, например, одна женщина могла исправлять свою аномалию рефракции, когда смотрела на проверочную таблицу, согнувшись вперед под углом около 45 градусов. Это расслабление сохранялось и после того, как она принимала вертикальное положение. Хотя это положение и было неудобным, она каким-то образом добивалась мысли, что оно улучшает ее зрение, и оно, таким образом, действительно давало такой эффект.
Время, необходимое для достижения непрерывного улучшения зрения, изменяется в значительных пределах для разных людей. В некоторых случаях достаточно 5-15 минут и, думаю, наступит время, когда станет возможным быстро помочь любому. Этот вопрос лишь накопления большего числа фактов и такого их преподнесения, которое позволит быстро понять и усвоить их. Сегодня, однако, часто приходится растягивать лечение на недели и месяцы, хотя аномалия рефракции может быть не большей как по величине, так и по продолжительности, чем в тех случаях, которые быстро излечивались.
В большинстве случаев, чтобы избежать рецидива, лечение необходимо продолжать также по несколько минут ежедневно. Поскольку любой знакомый объект способен снимать усилие увидеть, ежедневное чтение проверочной таблицы обычно достаточно для этой цели. Полезно также (особенно, когда несовершенно зрение вблизи) читать каждый день мелкий шрифт, держа его так близко к глазам, как это только может быть сделано. Когда идет улучшение зрения, оно всегда идет непрерывно. Однако достижение уровня зрения выше нормального - телескопического или микроскопического - очень редко. Но и в таких случаях лечение тоже можно с успехом продолжить. Определить пределы зрительной мощи человека невозможно. Вне зависимости от того, насколько хорошо зрение, всегда имеется возможность улучшить его.
Ежедневная тренировка в искусстве зрения необходима также для предотвращения таких отклонений в зрении, которым подвержен практически любой глаз, независимо от того, насколько хорошо его зрение. Конечно, никакая система тренировки не даст абсолютной гарантии против таких отклонений при всех возможных обстоятельствах, но ежедневное чтение маленьких удаленных знакомых букв многое сделает для снижения тенденции к напряжению, когда такие негативные обстоятельства появятся. Всем людям, от зрения которых зависит безопасность других, следует делать такую тренировку.
Обычно люди, которые никогда не носили очков, более легко излечиваются, чем те, кто их носит. Поэтому очки следует отвергнуть с самого начала лечения [14]. Когда этого нельзя сделать без значительных неудобств или когда человек вынужден в ходе лечения продолжать свою работу, и не может делать ее без очков, их использование можно разрешить на некоторое время, однако это всегда сдерживает улучшение. Люди всех возрастов достигали успеха при лечении аномалий рефракции расслаблением, но дети обычно (хотя и не всегда) реагировали намного быстрее, чем взрослые. Если им еще нет 12-ти или даже 16-ти лет, и они никогда не носили очков, они обычно излечивались через несколько дней, недель или месяцев и всегда в пределах года простым ежедневным чтением проверочной таблицы [15].
7. Напряжение
Временные обстоятельства могут способствовать возникновению усилия (напряжения) увидеть, что влечет за собой появление аномалий рефракции. Однако основа напряжения кроется в неправильных привычках мышления. Пытаясь снять это напряжение, врач должен постоянно бороться с мыслью о том, что, чтобы что-то сделать хорошо, необходимо усилие. Эта мысль пестуется в нас с колыбели. Вся система образования базируется на ней. Учителя, которые смеют называть себя современными, все еще цепляются за нее под различными предлогами, считая, например, это необходимой помощью процессу обучения.
Как для глаза естественно видеть, так и для ума естественно постигать знания. Любое усилие в каждом из этих случаев не только бесполезно, но и совсем расстраивает эти процессы. Вы можете вбить в голову ребенка несколько фактов различными видами принуждения, но никогда не сможете заставить его научиться чему-нибудь. Эти факты останутся, если вообще останутся, мертвым хламом в его мозгу. Они совсем не способствуют жизненным процессам мышления. Поскольку они не получены естественным, без принуждения путем и не усвоены, они разрушают от природы нам данное стремление ума к приобретению знаний. Покидая стены школы или колледжа, такой ребенок часто не только ничего не знает, но в большинстве случаев и не поддается в дальнейшем какому-либо обучению.
Точно так же вы можете усилием временно улучшить свое зрение, но улучшить его до нормального состояния не удастся. Если этому усилию позволят стать постоянным, зрение начнет постепенно ухудшаться и может быть окончательно испорчено. Очень редким является ухудшение или нарушение зрения из-за каких-либо недостатков в строении глаза. Из двух в равной мере хороших пар глаз одна сохранит идеальное зрение до конца жизни, а другая потеряет его еще в детском саду, только из-за того, что один человек смотрит на объекты без усилия, а другой этого не делает.
Глаз с нормальным зрением никогда не старается увидеть. Если по каким-либо причинам, например, плохого освещения или удаленности объекта, он не может разглядеть какую-нибудь отдельную точку, глаз перемещается на другую. Он никогда не старается выявить точку пристальным вглядыванием в нее, как это постоянно делает глаз с несовершенным зрением. Всякий раз, когда глаз старается увидеть, он тотчас теряет нормальное зрение. Человек может смотреть на звезды, имея нормальное зрение, но если он постарается сосчитать их в каком-нибудь отдельном созвездии, он, по всей видимости, станет миопиком, поскольку такая попытка обычно приводит к усилию увидеть. Один пациент мог смотреть на букву "К" на проверочной таблице с нормальным зрением, но, когда его просили сосчитать 27 уголков, которые якобы имела эта буква, он полностью терял нормальное зрение.
Очевидно, что для того, чтобы не суметь увидеть удаленные объекты, необходимо напряжение, поскольку, как я уже отмечал, глаз в состоянии покоя приспособлен для зрения вдаль. Если человек делает что-либо, когда хочет разглядеть удаленный объект, то это неправильно. Форма глазного яблока не может быть изменена во время зрения вдаль без напряжения. В равной степени, напряжение делает невозможным видение в ближней точке, поскольку, когда мышцы реагируют на приказ мозга, они делают это без напряжения. Только усилием можно помешать удлинению глаза при разглядывании близких предметов.
Глаз обладает идеальным зрением только тогда, когда он находится в состоянии абсолютного покоя. Любое движение в органе зрения или же объекте зрения приводит к аномалии рефракции. Можно показать с помощью ретиноскопа, что даже необходимые движения глазного яблока приводят к легкой аномалии рефракции. Наглядную демонстрацию того факта, что идеально увидеть какой-либо движущийся объект невозможно, дает кинофильм. Когда движение рассматриваемого объекта достаточно медленно, нарушение зрения в результате этого столь мало, что и не замечается нами, точно так же, как не замечаются аномалии рефракции, производимые незначительными движениями глазного яблока. Но когда объекты движутся очень быстро, их можно видеть только размытыми. По этой причине аппарат для показа кинофильмов пришлось сконструировать таким образом, чтобы каждый кадр останавливался на 1/16 секунды и прикрывался во время замены новым. Движущиеся изображения в кино, таким образом, никогда в действительности не видны в движении.
Процесс видения пассивен. Вещи видятся точно так же, как они осязаются, слышатся или пробуются на вкус, без усилия или подключения силы воли со стороны субъекта. Когда зрение идеально, буквы на проверочной таблице ждут, совершенно черные и совершенно отчетливые, чтобы их узнали. Их не надо добиваться - они там. При плохом зрении их ищут и добиваются, т.е. чтобы увидеть их, прикладывается усилие.
Мышцы тела, как считается, никогда не находятся в состоянии покоя. Пример тому - кровеносные сосуды с их мускульными слоями. Даже во сне мозг не прекращает своей деятельности. Но нормальным состоянием нервов, органов чувств: слуха, зрения, осязания, вкуса и обоняния - является состояние покоя. Они могут быть задействованы, но сами они не могут действовать. Зрительный нерв, сетчатка и зрительные центры мозга также пассивны, как и ноготь пальца. В их строении нет ничего такого, что дало бы им возможность делать что-то. Когда они становятся объектом усилия со стороны внешних сил, их эффективность всегда падает.
Источником всех таких усилий со стороны, связанных с глазами, является мозг. Любая мысль об усилии любого рода передает двигательный импульс глазу. Каждый такой импульс приводит к отклонению формы глазного яблока от нормы и снижает чувствительность центра зрения. Следовательно, если человек хочет избежать аномалий рефракции, ему необходимо избавиться от любых мыслей об усилии. Психическое напряжение любого рода всегда приводит к сознательному или бессознательному напряжению глаз. Если это напряжение принимает форму какого-либо усилия увидеть, то всегда появляется аномалия рефракции.
Мое внимание привлек один школьник, который мог читать нижнюю строку проверочной таблицы Снеллена с 10 футов, но который, как только учитель просил его прислушаться к тому, что творится вокруг него, не мог увидеть большую букву "С", которая читается с 200 футов. Многие дети хорошо видят пока их мамы рядом, но стоит маме выйти из комнаты, как они тотчас могут стать миопиками из-за напряжения, вызванного страхом. Незнакомые объекты приводят к напряжению глаз и, как следствие, к аномалии рефракции, поскольку такие объекты при первом ознакомлении приводят к психическому напряжению. Человек может иметь хорошее зрение, когда говорит правду, но если он будет утверждать то, что не является правдой, даже не имея намерения обмануть, или же, если он мысленно представит то, что не является истиной, появятся аномалии рефракции. Связано это с тем, что без усилия утверждать или представлять то, что не является истинным, невозможно.
Смею утверждать, что ложь плохо сказывается на зрении, и это легко доказать. Если человек способен прочитать все маленькие буквы нижней строки проверочной таблицы и либо намерено, либо по невниманию неверно называет какую-нибудь из них, ретиноскоп покажет аномалию рефракции. Не раз людей просили неправильно назвать свой возраст или постараться представить, что они годом старше или годом моложе, чем на самом деле. Во всех случаях ретиноскоп показывал аномалию рефракции. У одного парня 25 лет не было никакой аномалии рефракции, когда он смотрел на чистую стену без попыток увидеть что-либо на ней. Но когда он говорил, что ему 26 лет, или кто-то другой убеждал его в этом или же он старался представить, что ему 26 лет, он становился миопиком. То же самое случалось, когда он утверждал или старался представить, что ему 24 года. Когда он называл или вспоминал истинные данные, зрение возвращалось в норму. Когда же назывались или представлялись неверные данные, то появлялись аномалии рефракции.
Психическое напряжение может породить множество различных видов напряжения глаз. Согласно утверждению большинства авторитетов, существует лишь один вид напряжения глаз, являющийся результатом так называемой перегрузки глаз, или усилия преодолеть неправильную форму глазного яблока. Однако можно доказать, что не только каждой отдельной аномалии рефракции, но и большинству аномальных состояний глаза соответствует свой вид напряжения. Напряжение, которое приводит к аномалии рефракции это не то же самое напряжение, что вызывает косоглазие, катаракту, глаукому (состояние, при котором глазное яблоко становится аномально твердым), амблиопию, воспаление конъюктивы (слизистой оболочки глаза, покрывающая внутреннюю поверхность века и видимую часть белка глаза) или краев век, заболевание зрительного нерва или сетчатки.
Все эти состояния могут существовать лишь совместно с незначительной аномалией рефракции. Несмотря на то, что снижение одного вида напряжения обычно сопровождается снижением и других ее видов, которые возможно сосуществуют с ним, иногда случается и так, что напряжение, связанное с такими состояниями, как катаракта и глаукома, снижается без полного снятия напряжения, которое вызывает аномалию рефракции. Даже боль, которая так часто сопровождает аномалии рефракции, никогда не вызывается тем же самым напряжением, которое вызывает эти аномалии. Некоторые миопики не могут читать без боли или дискомфорта, но большинство из них не испытывает при этом никаких неудобств. Когда гиперметропик рассматривает какой-нибудь удаленный объект, гиперметропия уменьшается, но боль и дискомфорт могут увеличиться. Как бы то ни было, пока существует множество видов напряжений, есть только одно лекарство от всех них - расслабление.
Здоровое состояние глаз зависит от крови, а кровообращение в значительной степени зависит от мышления. Когда мышление нормально, то есть не подвержено какому-либо возбуждению или напряжению, кровоснабжение мозга нормально, нормально и обеспечение кровью зрительного нерва и зрительных центров. Зрение при этом также нормально. Когда мышление ненормально, кровообращение нарушается, снабжение кровью зрительного нерва и зрительных центров изменяется, и зрение ухудшается. Можно сознательно думать о вещах, которые нарушают кровоснабжение и снижают остроту зрения. Но можно сознательно думать и о вещах, которые восстанавливают нормальное кровоснабжение и посредством этого помогают излечить аномалии рефракции и многие другие аномальные состояния глаз. Заставить себя видеть каким-либо усилием мы не можем, но, научившись управлять своими мыслями, мы можем решить эту проблему косвенно.
Вы можете научить людей производить любую аномалию рефракции, вызывать косоглазие, видеть двойные изображения объекта один над другим, рядом друг с другом или под каким-либо требуемым углом по отношению друг к другу, просто научив их особому образу мышления. Когда возмущающая мысль сменяется расслабляющей, косоглазие и двоение изображений прекращаются, а аномалии рефракции исправляются. Это одинаково верно как для аномалий длительного происхождения, так и аномалий, произведенных по желанию. Вне зависимости от того, какова их степень или длительность, их устранение происходит сразу же, как только пациент сможет обеспечить психический контроль. Источником любой аномалии рефракции, косоглазия или какого-нибудь другого функционального нарушения зрения, является просто мысль - неправильная мысль, а ее исчезновение также быстро, как появление мысли, которая расслабляет. В доли секунды может быть исправлена высочайшая степень аномалии рефракции, косоглазие может исчезнуть, а слепота из-за амблиопии уменьшиться. Если расслабление достигается лишь на момент, коррекция также одномоментна. Когда расслабление становится постоянным, коррекция также постоянна.
Такое расслабление, однако, нельзя достичь каким-либо видом усилия. Главным является, чтобы человек понял это. Пока он думает, сознательно или бессознательно, что избавление от напряжения можно достичь другим напряжением (усилием), улучшение будет заторможено.
8. Центральная фиксация
Глаз представляет собой миниатюрную камеру, во многом очень похожую на фотоаппарат. Однако в одном отношении между ними имеется существенная разница. Светочувствительная пленка в фотоаппарате одинаково чувствительна в каждой своей точке. Сетчатка же глаза имеет точку максимальной чувствительности. Любая другая ее часть имеет меньшую чувствительность пропорционально удалению от этой точки. Эта точка максимальной чувствительности называется fovea centralis, что дословно означает "центральная ямка".
Сетчатка, несмотря на то, что она представляет собой крайне тонкую оболочку толщиной от 1/80 дюйма до менее половины этой величины, имеет чрезвычайно сложное строение. Она состоит из 8 слоев, только один из которых, как считается, связан с восприятием зрительных образов. Этот слой состоит из мельчайших палочкообразных и колбочкообразных клеток, отличающихся по форме и весьма различно распределенных в различных частях сетчатки. В центре сетчатки находится маленькое круглое возвышение, которое из-за желтого цвета, принимаемого им после смерти, а иногда и при жизни человека, называется macula lutea (макула), что дословно означает "желтое пятно". В центре этого пятна находится fovea (фовеа) - глубокая ямка более темного цвета. В центре ямки нет ни одной палочки, а колбочки удлинены и тесно прижаты друг к другу. Другие слои в этом месте, наоборот, чрезвычайно тонки или вообще исчезают. Таким образом, колбочки здесь покрыты едва заметными их следами. За пределами центра ямки колбочки становятся толще и реже встречаются, перемежаясь с палочками, численность которых возрастает по мере продвижения к краям сетчатки.
Точная функция палочек и колбочек неясна, но известно, что центр ямки, где все элементы, кроме колбочек и связанных с ними клеток, практически исчезают, является местом наиболее острого зрения. По мере отдаления от этой точки острота зрительного восприятия быстро снижается. Следовательно, глаз с нормальным зрением видит одну часть любого объекта, на который он смотрит, лучше всего, а все остальные части хуже, пропорционально их удалению от точки максимальной остроты зрения. Неизменным симптомом всех аномальных состояний глаз как функциональных, так и органических является то, что такая центральная фиксация теряется.



Эти обстоятельства связаны с тем, что когда зрение нормально, чувствительность ямки нормальна, но когда зрение ухудшается (по любой причине), чувствительность ямки снижается до такой степени, что глаз видит точно так же и даже еще лучше другими частями сетчатки. В противоположность тому, чему обычно принято верить, часть объекта зрения, видимая лучше всего, когда зрение нормально, крайне невелика. Учебники утверждают, что с 20 футов площадь, имеющая диаметр в полдюйма, может быть увидена с максимальной остротой зрения, но любой, кто попытается с этого расстояния увидеть каждую часть даже мельчайших букв проверочной таблицы Снеллена (а их диаметр может составлять менее четверти дюйма) одинаково хорошо одновременно, тотчас станет миопиком. Фактом является то, что чем ближе точка максимального зрения приближается к математической точке, не имеющей никакой площади, тем лучше зрение.
Причиной такой потери функции центра зрения является психическое напряжение. Поскольку все аномальные состояния глаз (как органические, так и функциональные) сопровождаются психическим напряжением, абсолютно всем им должна сопутствовать потеря центральной фиксации. Когда мозг находится в напряжении, глаза обычно в большей или меньшей степени слепнут. В первую очередь слепнет центр зрения - частично или полностью, в зависимости от степени напряжения. Если напряжение достаточно велико, в этот процесс может быть вовлечена вся или большая часть сетчатки. Когда функция центра зрения частично или полностью подавлена, человек не может более видеть лучше всего точку, на которую он смотрит. В таком случае объекты, на которые он не смотрит прямо, видны так же хорошо или даже лучше, поскольку чувствительность сетчатки теперь становится приблизительно равной в каждой своей части или даже лучшей в части вне центра. Следовательно, во всех случаях нарушенного зрения человек не способен видеть лучше всего то, на что он смотрит.
Это состояние иногда принимает столь крайние формы, что человек может смотреть далеко в сторону от объекта (настолько в сторону, чтобы было можно еще видеть его) и, тем не менее, видеть его так же хорошо, как и при взгляде прямо на него. В одном случае это состояние зашло столь далеко, что моя пациентка могла видеть только краем сетчатки со стороны носа. Другими словами, она не видела пальцы своих рук, когда их держала прямо перед лицом, но замечала их, когда они перемещались к краю глаза. У нее была не очень значительная степень аномалии рефракции, что свидетельствует о том, что хотя каждая аномалия рефракции сопровождается эксцентрической фиксацией, напряжение, вызывающее одно состояние, отличается от напряжения, производящего другое состояние. Пациентку обследовали местные специалисты и специалисты Европы, которые приписали ее слепоту заболеванию зрительного нерва или мозга. То, что ее зрение было восстановлено расслаблением, показало, что это состояние было вызвано просто психическим напряжением.
Эксцентрическая фиксация, даже при меньших ее степенях, настолько противоестественна, что несколько секунд старания увидеть каждую часть какой-нибудь площади со стороной в 3-4 дюйма с расстояния 20 и даже меньше футов, или площади размером в дюйм или меньше в ближней точке одинаково хорошо одновременно может привести к значительному дискомфорту и боли. В то же время ретиноскоп покажет, что появилась аномалия рефракции. Это напряжение, когда оно привычно, приводит к разного рода аномальным состояниям и лежит в основе большинства проблем с глазами (как функционального, так и органического характера). Однако при хроническом характере состояния дискомфорт и боль могут отсутствовать. Таким образом, когда человек начинает их испытывать, то это ободряющий признак.
Когда глаз овладевает центральной фиксацией, он не только овладевает безупречным зрением, но находится в идеальном состоянии покоя и может использоваться неопределенно долго без утомления. Он открыт и спокоен, не отмечается никаких нервных движений и, когда он рассматривает какую-либо точку вдали, зрительные оси параллельны. Другими словами, отсутствуют какие-либо мышечные недостатки глаз. Этот факт малоизвестен. Учебники утверждают, что мышечные недостатки встречаются и в глазах с нормальным зрением, но такие случаи мне никогда не попадались. Мышцы лица и всего тела также находятся в покое. Кроме того, когда такое состояние привычно, вокруг глаз не появляется ни морщин, ни темных кругов.
В большинстве случаев эксцентрической фиксации глаз, наоборот, быстро устает, а само появление эксцентрической фиксации является выражением усилия или напряжения. Офтальмоскоп (инструмент, с помощью которого можно рассмотреть глазное дно) показывает, что глазное яблоко движется с нерегулярными интервалами из стороны в сторону, вертикально или в других направлениях. (При рассматривании зрительного нерва с помощью офтальмоскопа можно заметить более короткие движения, нежели при простом слежении за внешним видом глаза.) Эти движения нередко имеют столь большую амплитуду, что могут быть обнаружены обычным осмотром, и иногда достаточно заметны, чтобы быть похожими на нистагм (состояние, при котором происходит заметное и более или менее ритмичное движение глазного яблока из стороны в сторону). Обычной проверкой, либо легким касанием века одного глаза, в то время как другой глаз рассматривает какой-нибудь объект, в ближней или дальней точке, можно обнаружить и нервные движения век. Зрительные оси при этом никогда не бывают параллельны, а отклонение от нормы может стать столь заметным, что можно констатировать состояние косоглазия. Другими симптомами эксцентрической фиксации являются покраснение коньюктивы и краев век, морщины вокруг глаз, темные круги под ними и слезотечение.
Эксцентрическая фиксация является симптомом напряжения и уменьшается любым методом, снимающим его. Но в некоторых случаях помощь приносит демонстрация человеку самого факта центральной фиксации. Когда он через действительный показ поймет, что, не видя лучше всего то, на что он смотрит прямо, он может все же, направив взгляд в сторону от какой-либо точки с достаточным удалением от нее, видеть ее хуже, чем при прямом взгляде на нее, он сможет, таким образом, начать пытаться сокращать ту удаленность, с которой вынужден смотреть для того, чтобы видеть данную точку хуже. Этот процесс сокращения удаленности можно продолжать до тех пор, пока он не сможет смотреть прямо на верх какой-нибудь маленькой буквы и видеть ее низ хуже или смотреть на низ буквы и видеть ее верх хуже.
Чем меньше рассматриваемая таким способом буква или чем короче расстояние, на которое пациент вынужден смотреть в сторону от какой-либо буквы, чтобы увидеть противоположную ее часть неясно, тем больше степень расслабления и лучше зрение. Когда станет возможным смотреть на низ какой-нибудь буквы и видеть верх ее хуже, или смотреть на верх буквы и видеть низ хуже, станет возможным и видение этой буквы совершенно черной и четкой. Сначала такое зрение может прийти только проблесками - буква четко выявится на какой-то момент, а потом исчезнет. Но постепенно, если тренировки будут продолжаться, центральная фиксация станет привычной.
Большинству людей без труда удается смотреть на низ большой буквы "С" на проверочной таблице и видеть ее верх хуже. Но в некоторых случаях не только не удается этого сделать, но даже не удается отделаться от крупных букв, если дистанция позволяет их увидеть. Такие крайние случаи иногда требуют значительной изобретательности: во-первых, чтобы показать человеку, что он не видит лучше всего то, на что он смотрит прямо, а во-вторых, чтобы помочь ему увидеть какой-нибудь объект при взгляде в сторону от него хуже, чем при взгляде прямо на него. Полезным было найдено использование в качестве одной из точек фиксации сильного источника света (или двух источников света в 5-10 футах друг от друга). Человеку, когда он смотрит в сторону от источника света, легче увидеть его менее ярким, чем какую-нибудь черную букву хуже при взгляде в сторону от нее. Тогда в последующем сделать то же самое с буквой для него будет много проще. Этот метод оказался успешным в следующем случае.
Женщина со зрением 3/200 утверждала, что она лучше видит большую букву "С", когда смотрит на какую-нибудь точку несколькими футами в сторону от нее, нежели при взгляде прямо на нее. Ее внимание обратили на тот факт, что ее глаза быстро устают, а зрение ослабевает, когда она рассматривает объекты подобным образом. Затем ее попросили посмотреть на яркий объект приблизительно в 3-х футах в стороне от проверочной таблицы. Это так сильно приковало ее внимание, что она смогла увидеть большую букву на проверочной таблице хуже. После этого при повторном взгляде на букву ей удалось увидеть ее лучше. Таким образом, ей продемонстрировали, что она может делать одно из двух: либо смотреть в сторону и видеть букву лучше, чем она видела ее до этого, либо смотреть в сторону и видеть ее хуже. Затем она научилась видеть ее хуже все время, когда смотрела тремя футами в сторону от нее. Еще позже ей постепенно, с постоянным улучшением в зрении, удалось сократить это расстояние - сначала до двух футов, потом до одного фута и, наконец, до шести дюймов. В конце концов, пациентка смогла смотреть на низ буквы и видеть ее верх хуже или смотреть на верх буквы и видеть ее низ хуже. По мере тренировки она научилась смотреть подобным образом и на более мелкие буквы. В конце концов, она прочитала строку десять (строку, которая обычно должна читаться с 10-ти футов) [16] с расстояния 20 футов. Этим же методом она научилась читать шрифт диамант сначала с 12 дюймов, а затем и с 3-х дюймов. Короче говоря, только этими простыми методами она научилась видеть лучше всего то, на что был направлен ее взгляд. Зрение ее восстановилось полностью.
Самые высокие степени эксцентрической фиксации встречаются при высоких степенях миопии. В таких случаях, поскольку зрение лучше всего в ближней точке, полезно практиковать видение хуже на этой дистанции. Расстояние потом можно постепенно увеличивать, пока не станет возможным проделать то же самое с 20 футов. Одна из моих пациенток с высокой степенью миопии рассказывала, что чем дальше она смотрела в сторону от источника электрического света, тем лучше она его видела, но попеременными взглядами то на этот источник света в ближней точке, то в сторону от него, она научилась через короткое время видеть его ярче при прямом взгляде на него, нежели при взгляде в сторону. Позже она смогла проделать то же самое с 20 футов. В этот момент она испытала огромное чувство облегчения. Никакие слова, говорила она, не могут передать точно это состояние. Казалось, каждый нерв был расслаблен, а чувство комфорта и покоя пропитали все ее тело. Последующий прогресс был быстрым. Вскоре женщина научилась смотреть на одну часть какой-нибудь мельчайшей буквы с проверочной таблицы, видя весь остаток хуже, что позволило ей читать эти буквы с 20 футов.
По принципу, что один раз обжегшийся ребенок боится огня, некоторым людям полезно сознательное ухудшение зрения. Когда они понимают (на основе действительной демонстрации фактов), чем вызвано ухудшение их зрения, они подсознательно начинают избегать бессознательного напряжения, которое их вызывает. Следовательно, если степень эксцентрической фиксации не достигла своих пределов, то есть имеется возможность еще больше ее увеличить, то полезно научиться это делать. Когда человек сознательно ухудшает свое зрение, производя дискомфорт и даже боль попыткой увидеть большую букву "С" или целую строку букв одинаково хорошо одновременно, он может лучше справиться с бессознательным усилием глаза увидеть все части какой-нибудь маленькой площади одинаково хорошо одновременно.
Обучаясь видеть лучше всего то, на что направлен прямой взгляд, человеку обычно полезнее думать о точке, не рассматриваемой прямо, как видимой менее четко, чем точка, на которую он смотрит, нежели о зафиксированной точке, как видимой лучше всего. Объясняется это тем, что тренировка на буквах в большинстве случаев имеет тенденцию усиливать напряжение, под которым уже работает глаз. Одна часть какого-либо объекта видна лучше всего только тогда, когда мозг удовлетворяется видением большей его части неясным. Когда степень расслабления увеличивается, площадь части, видимой хуже, начинает расти, пока часть, видимая лучше всего, не станет просто точкой.
Пределы зрения зависят от степени центральной фиксации. Человек может прочитать какой-нибудь указатель в полумиле от себя, когда видит все буквы одинаково хорошо. Но когда он научится видеть одну букву лучше всех остальных, он сможет прочитать более мелкие буквы, о наличии которых там он не знал. Замечательное зрение дикарей, которые невооруженным глазом видят объекты, для которых большинству цивилизованных людей требуется телескоп, обязано центральной фиксации. Некоторые люди могут невооруженным глазом видеть кольца Сатурна или спутники Юпитера. Это связано не с превосходством в строении их глаз, а с тем, что они достигли более высокой, чем большинство цивилизованных людей, степени центральной фиксации.
Когда глаз смотрит с использованием центральной фиксации, исчезают не только все аномалии рефракции и функциональные нарушения зрения, но излечиваются и многие органические состояния. Каких-либо границ ее возможностей отметить я не могу. Не рискну утверждать, что глаукома, зарождающаяся катаракта и сифилитический ирит (воспаление радужной оболочки глаза) могут быть излечены центральной фиксацией, но то, что эти состояния исчезали, когда достигалась центральная фиксация, является фактом. Облегчение часто достигалось через несколько минут, а в редких случаях это облегчение было постоянным. Однако, обычно постоянное улучшение требовало более длительного лечения. После того, как другие методы лечения потерпели неудачу, центральная фиксация оказалась полезной для всякого рода воспалительных состояний, включая воспаление роговой оболочки глаза, радужной оболочки, конъюктивы, различных слоев глазного яблока и даже самого зрительного нерва. Центральная фиксация оказалась полезной и в случаях инфекций, болезней, вызванных белковым токсикозом, заражениями брюшным тифом, гриппом, сифилисом и гонореей. Даже с чужеродным телом в глазу не отмечалось ни покраснения, ни каких-либо страданий пока сохранялась центральная фиксация.
Поскольку центральная фиксация невозможна без психического контроля, то центральная фиксация глаза означает и центральную фиксацию психики. В свою очередь, это означает здоровое состояние всех органов тела, поскольку вся деятельность физического механизма зависит от психики. Не только зрение, но и все другие чувства: осязание, слух, вкус и обоняние - получают пользу от использования центральной фиксации. Ею улучшаются все жизненные процессы: пищеварение, ассимиляция, экскреция и т. д. Улучшаются симптомы функциональных и органических заболеваний. Эффективность психики резко возрастает. Короче говоря, польза от центральной фиксации столь велика, что этот предмет заслуживает дальнейшего научного исследования.
9. Пальминг
Все методы, используемые для искоренения аномалий рефракции, представляют собой лишь различные способы достижения расслабления. Большинство людей, хотя и не все, самым легким находят расслабление с закрытыми глазами. Это обычно снижает усилие увидеть, что сопровождается более или менее длительным улучшением зрения.
Большинству людей помогает просто закрыть глаза. Чередование отдыха глаз таким способом в течение нескольких минут или дольше, т.е. открыть глаза и смотреть на проверочную таблицу в течение секунды или меньше позволяет, как правило, быстро добиться проблесков улучшенного зрения. Некоторые люди таким способом добиваются на некоторое время почти нормального зрения, а в редких случаях достигается и полное восстановление зрения (иногда менее чем через час).
Однако некоторое количество света все же пробивается сквозь закрытые веки. Поэтому еще большей степени расслабления можно достичь практически во всех, за редким исключением, случаях, предотвратив такую возможность. Для этого надо положить на закрытые глаза ладони рук (пальцы скрещены на лбу) таким образом, чтобы избежать давления на глазные яблоки. Такой прием, который я назвал "пальмингом" [17], как метод снятия напряжения настолько эффективен, что все мы инстинктивно прибегаем к нему время от времени. Большинство людей этим способом может добиться значительной степени расслабления.
Но даже при закрытых глазах, прикрытых ладонями, что полностью исключает свет, зрительные центры мозга могут еще оставаться возбужденными, а глаза могут по-прежнему напрягаться, чтобы видеть. Вместо того чтобы видеть поле, такое черное, что нельзя ни вспомнить, ни представить, ни увидеть что-либо чернее (что должно быть обычно видно, когда зрительный нерв не подвергается воздействию света), человек будет видеть все время меняющиеся иллюзии света и цвета. От не совсем черного цвета до калейдоскопических проявлений. Они бывают настолько ярки, что кажется, будто глаз на самом деле видит их. Как правило, чем хуже состояние зрения, тем более многочисленны, ярки и устойчивы эти проявления. Тем не менее, некоторым людям с весьма плохим зрением с самого начала удается почти идеально делать пальминг и очень быстро излечиться через это. Какие-либо отклонения в деятельности психики или тела, например, утомление, голод, гнев, волнение или депрессия затрудняют для пациента видение черного поля во время пальминга. Люди, которые в обычных условиях могут идеально видеть черное, часто не способны этого сделать без помощи со стороны, когда они больны или испытывают какую-нибудь боль.
Увидеть абсолютно черное невозможно, если зрение небезупречно, поскольку это возможно только тогда, когда психика находится в состоянии покоя. Однако некоторые люди без труда могут приблизиться к черноте такой степени, которая достаточна для улучшения их зрения. Люди, которые во время пальминга не могут увидеть даже что-то близкое к черному, видят вместо него плавающие полоски облачков серого, вспышки света, красные, голубые, зеленые, желтые мушки и т. д. Иногда вместо неподвижного черного поля видны черные облачка, движущиеся по полю зрения. В ряде случаев чернота видна лишь несколько секунд, а затем ее сменяет какой-нибудь другой цвет. На практике причины, по которым люди во время пальминга не могут увидеть черное поле, весьма разнообразны и нередко очень странны.
Некоторых людей настолько поражала яркость цветов, которые они видели в своем представлении, что никакими аргументами нельзя было их убедить в том, что они не видят их на самом деле. Когда другие люди, закрыв глаза и прикрыв их ладонями, видели яркие света и цвета, они допускали, что это могло быть иллюзией, но когда они сами при тех же обстоятельствах видели такие вещи, они их считали реальностью. Они и не поверят в это, пока сами не убедятся в том, что эти иллюзии возникают из-за воображения, вышедшего из-под их контроля.
В таких трудных случаях успешный пальминг обычно включает применение всех методов улучшения зрения, описанных в следующих главах. По причинам, которые будут объяснены в следующей главе, большинству таких людей может помочь вспоминание какого-нибудь черного объекта. На этот объект необходимо посмотреть с такого расстояния, с которого его цвет виден лучше всего. Затем нужно закрыть глаза и вспомнить этот цвет, повторяя так до тех пор, пока вспомненное не станет равным увиденному. Затем, все еще удерживая в памяти черное, надо описанным ранее способом прикрыть закрытые глаза ладонями рук. Если память на черное идеальна, то и весь фон будет черным. Если же этого не удается и фон через несколько секунд не становится таким, то надо открыть глаза и вновь рассмотреть черный объект.
Многие люди таким методом могут в течение непродолжительного времени почти идеально видеть черное. Но большинство из них, даже те, у кого зрение не очень плохое, испытывает затруднение в видении черного в течение длительного времени. Они не могут вспоминать черное более 3-5 секунд. Таким людям поможет центральная фиксация. Когда они научатся видеть одну часть черного объекта чернее, чем весь объект в целом, они смогут вспоминать эту меньшую по размерам площадь в течение более длительного времени, чем вспоминали бы большую по размерам площадь. Это даст им возможность, когда будут делать пальминг, больше времени видеть черное. Пользу приносит также мысленное перемещение от одного черного объекта к другому или от одной части черного объекта к другой (см. главу 12).
Невозможно видеть, вспоминать или представлять что-либо, даже в течение секунды, без перемещения с одной части объекта на другую или к какому-нибудь другому объекту и вновь обратно. Попытка сделать это всегда приводит к напряжению. Тот, кто думает, что он вспоминает черный объект непрерывно, на самом деле подсознательно сравнивает его с чем-нибудь не таким черным, иначе его цвет и положение будут беспрерывно меняться. Даже такую простую вещь, как точка, невозможно вспоминать совершенно черной и совершенно неподвижной более чем доли секунды.
Когда перемещение не осуществляется бессознательно, его надо делать сознательно. Например, вспомните один за другим черную шляпу, черный башмак, черное вельветовое платье, черную плюшевую занавеску или складку на черном платье или занавеске, удерживая каждую вещь в памяти не более доли секунды. Многим людям помогает перебор в памяти всех букв алфавита по очереди, вспоминая их совершенно черными. Другие предпочитают перемещаться с одного маленького черного объекта, такого как черная точка или маленькая буква, на другой или "раскачивать" такой объект способом, который будет описан позже (см. главу 12).
В некоторых случаях успешным оказался следующий метод. Когда человек увидит какой-нибудь объект, который, по его мнению, является идеально черным, пусть он вспомнит кусочек белого мела на его фоне, а на меле букву "F" такую же черную как фон. Затем пусть он забудет про мел и вспоминает только букву "F" (причем одну ее часть лучше всех остальных) на черном фоне. За короткое время все поле может стать таким же черным, как и более черная часть "F". Этот процесс может быть повторен с постоянным увеличением черноты поля.
Одна женщина, когда она закрывала глаза и прикрывала их ладонями рук, видела настолько яркое серое, что была в полной уверенности, что видит его своими глазами. Вместо того чтобы просто представлять черное, она научилась стирать из памяти почти все серое, представляя сначала одну черную букву "С" на сером фоне, потом две черные буквы "С" и, наконец, множество перекрывающих друг друга букв "С".
Вспомнить четко черное невозможно, если оно не было четко увидено. Если человек видел черное нечетко, то лучшее, что он может сделать, так это столь же нечетко вспомнить его. Все люди без исключения, могущие видеть или читать шрифт диамант в ближней точке, независимо от того, сколь велика степень их миопии или степень поражения внутренней части глаза, способны увидеть черное во время пальминга более легко, чем люди с гиперметропией или астигматизмом. Это связано с тем, что миопики, несмотря на то, что они не могут видеть идеально даже в ближней точке, видят в ней все же лучше, чем люди с гиперметропией или астигматизмом видят на любом расстоянии. Однако люди с высокими степенями миопии нередко находят пальминг весьма затруднительным, поскольку они не только весьма плохо видят черное, но и из-за усилия, которое они прикладывают, чтобы увидеть, не могут вспоминать черное более 1-2 секунд.
Любое другое состояние глаза, мешающее человеку четко видеть черное, также затрудняет пальминг. В некоторых случаях то, что должно быть черным никогда не видится таким, выглядя серым, желтым, коричневым или даже ярко-красным. В таких случаях обычно лучше улучшать зрение другими методами, которые будут описаны позже, прежде чем начать пытаться делать пальминг. Слепые люди обычно испытывают большие затруднения в видении черного, нежели люди зрячие. Но им может помочь вспоминание какого-нибудь черного объекта, знакомого им до потери зрения. Один слепой художник, который на первых порах, пытаясь делать пальминг, видел все время серое, смог позже увидеть черное, вспомнив черную краску. Всякое восприятие света у него полностью отсутствовало, что причиняло ему ужасные мучения. Но когда он достиг успеха в видении черного, боль унялась и, открыв глаза, он увидел свет.
Полезно даже не очень четкое вспоминание черного, поскольку с его помощью можно будет увидеть оттенок еще чернее, а это, в свою очередь, приведет к дальнейшему улучшению. Например, посмотрите на какую-нибудь букву на проверочной таблице с расстояния, с которого цвет ее виден лучше всего, а затем закройте глаза и вспомните ее. Если пальминг приводит к расслаблению, то станет возможным мысленно представить более глубокий, чем был увиден, оттенок черного. Вспоминая эту черноту во время повторного рассматривания буквы, можно увидеть ее более черной, чем это было прежде. Затем можно мысленно представить черноту еще большей глубины, а это более глубокое черное, в свою очередь, может быть передано букве на проверочной таблице. Продолжая этот процесс, иногда очень быстро удается достичь совершенного восприятия черного, и, следовательно, совершенного зрения. Чем глубже оттенок мысленно представляемого черного, тем легче его вспомнить при рассматривании букв на проверочной таблице.
Одни люди, чем дольше делают пальминг, тем большей степени расслабления достигают и более темный оттенок черного могут вспомнить и увидеть. Другие же, надо отметить, способны успешно делать пальминг лишь непродолжительное время и начинают испытывать напряжение, если делают его слишком долго.
Достичь цели усилием или попыткой "сконцентрироваться" на черном невозможно. Под концентрацией обычно понимают сосредоточение на каком-либо одном деле или сосредоточение на каком-либо одном предмете. Но это практически невозможно, а попытка сделать невозможное и есть напряжение. Человеческий ум не способен думать только об одной вещи. Он может думать об одной вещи лучше, чем обо всем остальном и находиться в состоянии покоя только тогда, когда именно так и поступает. Но думать только об одной вещи он не способен. Одна женщина, которая пыталась увидеть только черное и пренебречь калейдоскопическими цветами, произвольно вторгавшимися в ее поле зрения, множась тем больше, чем больше она их игнорировала, впала даже в конвульсии из-за возникшего при этом напряжения. Целый месяц ее посещал семейный врач, прежде чем она смогла возобновить свое лечение. Женщине посоветовали прекратить пальминг и, открыв глаза, припомнить столько цветов, сколько может, вспоминая каждый как можно лучше. Таким образом, сознательно сделав свою мысль более блуждающей, чем это делалось бессознательно, она смогла делать пальминг в течение непродолжительных периодов времени.
Можно обнаружить, что отдельные виды черных объектов вспоминаются легче, чем другие. Для многих людей "оптимумом" (см. главу 15) по сравнению с черными вельветом, шелком, сукном, чернилами и буквами с проверочной таблицы оказался черный мех, хотя он не более черен, чем только что перечисленные черные объекты. Любой знакомый черный объект вспоминается пациентами с большей легкостью, чем менее знакомый. Одна портниха, например, могла вспомнить нитку черного шелка, хотя вспомнить какой-нибудь другой черный объект ей не удавалось.
Когда до пальминга рассматривалась какая-нибудь черная буква, пациент обычно вспоминает не только ее черноту, но вдобавок и белизну фона. Однако, если вспоминание черноты удается сохранить в течение нескольких секунд, фон обычно постепенно исчезает и все поле зрения становится черным.
С другой стороны, люди нередко утверждают, что они вспоминают черное идеально, хотя на самом деле это не так. Так это или не так, обычно можно сказать, анализируя воздействие пальминга на зрение. Если не наступает никакого улучшения в зрении, когда открывают глаза, то, поднеся черное ближе к пациенту, можно показать, что оно вспоминалось не совсем идеально.
Несмотря на то, что черный цвет, как правило, наиболее легок для воспоминания (по причинам, объясненным в следующей главе), если его не удается вспомнить, цель иногда достигается применением следующего метода. Вспомните ряд цветов: ярко красный, желтый, зеленый, голубой, лиловый и, в частности, белый - все в максимальной степени интенсивности оттенка, который удастся добиться. Не делайте попытки удержать какой-нибудь из них более секунды. Делайте это упражнение минут 5-10. Затем вспомните кусочек белого мела диаметром около полу-дюйма таким белым, как это только можно. Обратите внимание на цвет фона. Обычно он будет иметь какой-нибудь оттенок черного цвета. Если это так, проверьте, можете ли вы вспомнить или увидеть открытыми глазами что-нибудь чернее. Всегда, когда белый мел вспоминается идеально, фон будет настолько черен, что вспомнить или увидеть с открытыми глазами что-либо чернее будет невозможно.
Когда пальминг успешен, он представляет собой один из лучших методов, которые я знаю, обеспечения расслабления всех нервов органов чувств, включая зрение. Когда таким методом удается добиться совершенного расслабления (что отмечается способностью видения идеального черного), оно полностью сохраняется после открытия глаз. Зрение человека при этом улучшается на длительное время. В то же время надолго снижаются и боли в глазах, головные боли и даже боли в других частях тела. Такие случаи очень редки, но они имеют место. При меньшей степени расслабления, значительная его часть, когда открываются глаза, теряется, а та часть, что сохранилась, удерживается непродолжительное время. Другими словами, чем большая степень расслабления достигается пальмингом, тем больше его сохраняется после того, как открываются глаза, и тем больше времени оно длится. Если пальминг делался плохо, вы сохраните лишь часть достигнутого и только временно, возможно только на несколько мгновений. Однако, полезна даже самая маленькая степень расслабления, поскольку посредством ее можно добиться еще большей степени расслабления.
Людей, с самого начала добившихся своей цели в пальминге, можно поздравить, так как они всегда очень быстро излечиваются. Весьма примечательный случай подобного рода произошел с мужчиной возрастом около 70 лет со сложным гиперметропическим астигматизмом и пресбиопией, осложненными зарождающейся катарактой. Более 40 лет он носил очки для улучшения своего зрения вдаль и 20 лет носил очки для чтения и работы за столом. Но даже в очках из-за помутнения хрусталика он не видел достаточно хорошо, чтобы делать свою работу. Врачи, у которых он консультировался, не дали ему никакой надежды на улучшение, кроме как операции по завершению созревания катаракты. Когда он обнаружил, что пальминг помогает ему, он спросил: "Не делаю ли я его слишком много?" "Нет, - ответил я. Пальминг - это всего лишь способ дать отдых вашим глазам, а дать им слишком много отдыха вы не можете".
Спустя несколько дней он вернулся ко мне и сказал: "Доктор, это было скучно, весьма скучно, но я все равно делал это". "Что было скучным?" - спросил я. "Пальминг, - ответил он. - Я делал его непрерывно 20 часов". "Но вы не могли делать его в течение 20-ти часов подряд, - возразил ему я скептически. - Вы должны были остановиться, чтобы поесть". Тогда он рассказал, что с 4-х часов утра до 12-ти ночи он ничего не ел, только выпил много воды, практически все время, посвятив пальмингу. Это действительно должно было быть скучным, как он и говорил, но это одновременно оказалось и полезным. Когда он смотрел без очков на проверочную таблицу, он читал нижнюю строчку на ней с 20 футов. Кроме того, он мог читать мелкий шрифт и с 6, и с 20 дюймов. Помутнение хрусталика намного уменьшилось, а в центре его полностью исчезло. В течение двух последующих лет ни разу не наблюдалось рецидивов.

стр. 1
(из 5 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>