ОГЛАВЛЕНИЕ

московский государственный университет
имени М. В. ЛОМОНОСОВА
юридический факультет
ВОПРОСЫ СОВЕТСКОГО
ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
В ПРАКТИКЕ СУДА
И АРБИТРАЖА
ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
I 959

V. Сделки, противоречащие общему смыслу законодательства, и сделки в обход закона
1. К числу сделок, совершенных с целью, противной закону, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР относит не только -сделки, прямо противоречащие какой-либо норме права, но также и такие сделки, для которых нет положительной опоры в законе. В качестве примера можно привести следующее дело, рассмотренное Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда СССР. Одна гражданка жила в доме, находящемся на земельном участке, переданном под строительство здания одного из министерств и подлежащем в связи с этим сносу. Это министерство заключило с упомянутой гражданкой договор, согласно которому выдано ей единовременно 3600 руб., и, кроме того, приняло на себя обязательство предоставить ей во вновь выстроенном доме комнату определенного размера не позднее такого-то срока, а при непредоставлении к этому сроку комнаты — выплачивать до фактического предоставления комнаты по 300 руб. ежемесячно. Ввиду несоблюдения договора министерством гражданка обратилась в суд.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР, отменяя вынесенное по этому делу решение об удовлетворении иска, обратила внимание на то, что суд не проверил законность договора и не установил, на основании какого постановления правительства ответчик принял на себя такие обязательства перед истицей76.
Такая формулировка на первый взгляд может породить сомнение в правильности выдвинутого Судебной коллегией положения. Создается впечатление, будто всякий договор, не подходящий прямо ни под один из предусмотренных законом типов, является противозаконным. Однако мысль, содержащаяся в вышеуказанном определении Судебной коллегии, совершенно правильна; она лишь недостаточно точно сформулирована.
76 «Судебная практика Верховного Суда СССР», 1949, № 7, стр. 27.
123

Стороны могут вступать в договоры не предусмотренного законом типа, а также включать в типические договоры (т. е. предусмотренные законом) новые оговорки, но при одном непременном условии, а именно: заключаемый договор и отдельные его части не должны противоречить действующему законодательству — как отдельным его нормам, так и основным его началам и принципам советской политики. В вышеуказанном до-говоре это условие не соблюдено и потому этот договор надо признать противозаконным.

2. В судебной и арбитражной практике имеется тенденция при наличии обстоятельств, извиняющих нарушение закона, ограничивать применение ст. ст. 30 и 147 ГК, сводя нарушение закона к добросовестному заблуждению сторон и применяя поэтому ст. ст. 32 и 151 ГК. Однако в отдельных, правда единичных, случаях можно усмотреть обратное положение, т. е. применение ст. ст. 30 и 147 ГК при таких обстоятельствах, когда есть основание иначе охарактеризовать фактический состав дела.
В качестве примера можно привести определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда СССР по делу № 03/801.— 1953 г. Три гражданина заключили с райжилуправлением договор на постройку жилого дома в 2,5 этажа из 15 комнат площадью 221,2 кв. м. Этим гражданам был отведен под постройку земельный участок размером 943 м. Впоследствии оказалось, что один из них участия в постройке не принял и даже договора не подписывал лично, за него поставил подпись другой участник строительства. Другой гражданин по существу выступал как подрядчик, ибо участвовал в строительстве не для себя, а для третьего соучастника и приглашенных им двух новых лиц; на средства этих трех последних лиц и производилось все строительство дома. Когда дом был построен, третий из первоначальных участников и один из позднее вступивших продали свои доли новым лицам. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР применила в данном деле ст. ст. 30 и 147 ГК, обосновав это решение тем, что здесь превышена норма земельного участка, определяемая п. 3 постановления Совета Министров СССР от 26 августа 1948 г. в 300—600 кв. м, а также превышена норма дома.
124


С этой мотивировкой согласиться нельзя. Норма земельного участка установлена для каждого гражданина, желающего построить для себя дом. Три участвующих в данном строительстве лица могли добросовестно предположить, что эта норма должна исчисляться для каждого из них в отдельности и составлять в целом от 900 до 1800 кв. м. Кроме того, немаловажным должен был представляться для этих трех граждан и тот факт, что земельный орган, непосредственно ведающий этим делом, нашел возможным выделить для строительства дома участок в 943 кв. м.
В отношении нормы дома добросовестность этих граждан видна еще яснее. Число комнат они не превысили. Число этажей в сущности не нарушает нормы закона, ибо половина этажа не есть этаж; твердой нормы площади дома постановлением правительства не было установлено (теперь установлена в 60 кв. м), а получившаяся в этом случае средняя норма на каждого участника в 74 кв. м соответствует типовым проектам.
Таким образом, те мотивы, которыми Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР подкрепляет применение здесь ст. ст. 30 и 147 ГК, не достигают цели.
Важнее другое — земельный участок отводился трем определенным гражданам, а дом на нем оказался принадлежащим трем другим гражданам. Из определения Судебной коллегии не видно, что новые лица, оказавшиеся собственниками, перевели этот земельный участок на себя, однако это следует предположить. Продажа отдельных долей дома не является противозаконной, если соблюдены условия ст. ст. 182 и 185 ГК. Остается решить вопрос о том из первоначальных участников строительства, который превратился в подрядчика для других. Надо сказать, что если такая деятельность для других является противозаконной, а это не бесспорно, то законные последствия должны наступить лишь для того, кто осуществлял незаконную деятельность. Применять же ст. ст. 30 и 147 ГК ко всем заинтересованным лицам в данном деле не было никакого основания.

3. Одним из примеров сделок в обход закона могут служить случаи выдачи социалистическими организациями фиктивных сохранных расписок. Так, в практике встречаются случаи, когда колхоз, не сдав зерна, сена
125
и других сельскохозяйственных продуктов по обязательной поставке, выдавал вместо этого сохранную расписку организации, имевшей от заготовительного органа наряд на получение в колхозе соответствующих сельскохозяйственных продуктов в счет обязательных поставок государству. Этот документ должен был, по намерению сторон, удостоверять, что зерно, сено и другие сельскохозяйственные продукты были колхозом сданы по наряду, но затем тут же были приняты колхозом на хранение.
Если в дальнейшем колхоз, выдавший такую сохранную расписку, продукции не сдавал, то организация, которой была выдана сохранная расписка, обращалась с иском в суд. При рассмотрении таких дел Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР характеризует подобного рода соглашения, как договор в обход закона, так как в этом случае соглашение имеет своей целью уклонение от исполнения в данный момент обязательства поставки, а для прикрытия этого обхода выдается сохранная расписка. Так как этим открывается возможность злоупотреблений и неполучение государством причитающегося ему количества продуктов, то борьба с подобными соглашениями может быть также поставлена в связи с задачей защиты государственной собственности. Относительно такого рода случаев Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР в своих определениях по делам № 36—870, 36—927 и др.— 1948 г. дает указания о необходимости применять ст. ст. 30 и 147 ГК77.
В советской юридической литературе уже отмечалось78, что применение в этом случае последствий, предусмотренных ст. 147 ГК, ложится всей тяжестью, только на одну из организаций, участвовавших в заключении противозаконного договора, притом на такую организацию, которая повинна в заключении противозаконного договора не больше, а может быть и меньше, двух других. В самом деле, организация, получившая от заготовительного органа наряд, не получит сельскохозяйственной продукции и потеряет уплаченную за
77 «Судебная практика Верховного Суда СССР», 1949, № 1,
стр. 18, 19 и др.
78 Р. О. X а л ф и н а. Значение и сущность договора в совет
ском социалистическом гражданском праве, стр. 191 и ел.
126

нее сумму. Напротив, колхоз и заготовительный орган «пострадают» только в том отношении, что у них сорвется незаконная сделка, а никаких штрафных санкций они не понесут, хотя именно эти организации и являются главными нарушителями закона, так как только эти организации виновны в заключении договора, прикрывающего фактическое невыполнение плана государственных поставок.
Исправить эту ненормальность можно, однако, только в порядке изменения и дополнения действующего законодательства; ясный текст ст. 147 ГК не позволяет распространить какую-либо штрафную ответственность на две другие организации — участников нарушения закона.
Сделки в обход закона представляют большую сложность в том смысле, что иногда трудно обнаружить противозаконную цель сторон обойти закон.
Насколько сложные, в смысле распознаваемости, приемы обхода закона избираются сторонами, можно иллюстрировать делом № 36/1023—1951 г. Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда СССР79.
Колхоз и транспортная организация заключили договор, содержание которого стороны показали, как аренду двух домов, сарая и других строений. На почве недоразумений по взаимным расчетам возникло судебное дело. Народный суд, областной суд и Верховный Суд УССР разрешили возникший спор, не обратив внимание на то обстоятельство, что стороны неправильно обозначили предмет договора аренды для того, чтобы обойти закон, препятствующий заключению договора, который на самом деле имели в виду стороны. При рассмотрении дела в Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда СССР выяснилось из представленных материалов, что подлинное содержание договора составляла аренда 25 га пахотной земли и 18 га сенокосных угодий, а так как закон запрещает сдавать землю в аренду, то стороны, чтобы обойти этот закон, показали в договоре, что сданы в аренду строения.
73 «Судебная практика Верховного Суда СССР», 1951, № 5, стр. 35.
127




ОГЛАВЛЕНИЕ