<< Предыдущая

стр. 8
(из 12 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Герой «печальных» текстов нередко беден изначально или лишается всех средств к существованию, нищает по ходу развития сюжета. Отнимают шинель у отдавшего за нее сэкономленные на еде деньги гоголевского Башмачкина («Шинель»), чувствуют себя нищими его же Плюшкин и пушкинский рыцарь («Скупой рыцарь»). Так и не смог обогатиться Чичиков (Н.В. Гоголь «Мерт-
Глава 2 Отражение черт личности в текстах

151
вые души») в отличие от приехавшего в уездный город без денег Хлестакова («Ревизор»).
... Когда сон овладел им, ему пригрезились карты <...> кипы ассигнаций и груды червонцев. Он <.„> выигрывал беспрестанно, и загребал к себе золото, и клал ассигнации в карман. Проснувшись <...> он вздохнул о потере своего фантастического богатства.
(А.С. Пушкин «Пиковая дама»)
Это не мечты о дворце (как в «красивом» тексте), это именно мечты о деньгах — символе энергии. Постоянно находится в поисках заработка отказавшийся от средств отца-миллионера юный Баррет (Э. Сигал «Ис-гория любви»); подробно описаны финансовые проблемы похороненного в общей могиле Моцарта (Д. Вейс «Возвышенное и земное»); разоряется (перед гибелью на самолете) герой Р. Силверберга из рассказа «Тихий вкрадчивый голос».
Герой повести Ежи Ставинского «Час пик» прожил три недели с мыслью о неизбежности смерти от рака. Придя через три недели к врачу на прием, он узнает, что прочитал этот диагноз в чужой истории болезни. Но, несмотря на это, кончается повесть так:
И может быть, мне уже до самой смерти придется существовать на подачки, которые мне будут протягивать из жалости более способные коллеги...
Старики в «Стихотворениях в прозе» И.С. Тургенева почти всегда бедны. Его новеллы так и называются: «Милостыня», «Нищий».
Проводя параллели с психологической доминантой — депрессивностью, — отметим, что эти идеи напрямую связаны с мыслями об обнищании, возникающими при этих психологических состояниях.
Немота
Если в «темных» текстах герой может хромать, а в «красивых» ослепнуть, то в «печальном» тексте герой
152

Белянин В. Психологическое литературоведение

может быть немым. Так, в повести И.С. Тургенева «Муму» Герасим не случайно глухонемой. Как мы упоминали выше, крайней формой отказа от общения при депрессии является мутизм как неспособность говорить. Тургенев словно не дает Герасиму сил ни на сопротивление, ни на речевую деятельность. Проблема немоты мучает и персонажа Т. Уайдцера:
Настоятельница вдруг останавливалась в проходе и говорила:
— Я все думаю, ведь можно же помочь глухонемым. Кажется мне, что терпеливый человек мог бы <...> мог бы изобрести для них язык. Вы знаете, в Перу их сотни и сотни. Вы не помните, может быть, в Испании нашли какое-нибудь средство?.. Что ж, когда-нибудь найдут.
(«Мосты короля Людовика Святого»)
Вот показательный фрагмент из «Мертвых душ» Н. Гоголя:
«Прежде, давно в лета моей юности, в лета невозвратно мелькнувшего моего детства, мне было весело подъезжать в первый раз к незнакомому месту <...> Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне <...> и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О моя юность! О моя свежесть!»
Есть сопряженность 'юности', 'смерти' и 'немоты' у Лермонтова:
... Без жалоб он Томился, даже слабый стон Из детских губ не вылетал, Он знаком пищу отвергал И тихо, гордо умирал.
(М.Ю. Лермонтов «Мцыри»)
Холод
В «печальных» текстах частотен и психологически релевантен такой семантический компонент, как 'холод'.
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

153

И опричник молодой <...> упал замертво <..> на холодный снег.
(М.Ю. Лермонтов «Песня про купца Калашникова...»)
•J*
Мгновенным холодом облит, Онегин к юноше спешит.... напрасно: Его уж нет. Младой певец Нашел безвременный конец!
(А.С. Пушкин «Евгений Онегин») t
При этом холодно бывает персонажам как перед смертью, так и после чьей-то гибели.
Похороны совершились на третий день. <...> День I был ясный и холодный.
(А.С. Пушкин «Дубровский»)
На улице (куда Оливер вышел после смерти Дженни. — В.Б.) было очень холодно — в некотором роде совсем неплохо для меня, ибо мое тело оцепенело и ему надо было ощутить хоть что-нибудь <...> Я забыл пальто, и холод начинал меня одолевать.
(Э. Сигал «История любви»)
Запах
Рассматривая типологию текстов Р. Мюллера-Фрей-нфельса, предвосхитившего идеи так называемого ней-ролингвистического программирования, мы отметили его мысль о возможности анализа художественных текстов с позиции того, с помощью какого органа ощущения преимущественно воспринимается и соответственно отражается мир.
Так, в «активном» тексте преобладает зрение, в «красивом» — движение (тела), в «темном» — уровень физиологии, в «печальном» же типе текстов частотны описания обонятельных ощущений и, в частности, приятного запаха.
В финале повести «Ася» есть фраза о запахе травки, который переживает самого человека. В целом в «печальных» текстах семантический компонент 'запах'
154

Белянин В. Психологическое литературоведение

встречается достаточно регулярно. Причем это не запах резины и железа или неистребимый запах выгоревшего шлака в топке (Ч. Айтматов «Буранный полустанок»), характерный для «темного» текста, а именно слабый и приятный запах.
Этот компонент обнаруживается в прозе И.А. Бунина, тексты которого можно отнести к «печальным». Вот что пишет одна исследовательница его творчества: «Образы-детали запахов особенно богаты, необычайно точны и изощрены у Бунина. Читая бунинские строки, мы словно въяве вдыхаем запах меда и осенней свежести, запах талых крыш, свежего теса, накаленных печей, ржаной аромат соломы и мякины, душистый дым вишневых сучьев, славный запах книг, запах приятной кисловатой плесени, старинных духов и даже "запах" самой истории» («Дикою пахнет травою, запахом древних времен...») (Колобаева, 1980, с. 65).
Достаточно много совместной встречаемости компонентов 'смерть' и 'запах' у М.Ю. Лермонтова.
Когда я стану умирать ... / Ты перенесть меня вели / В наш сад ... где... свежий воздух так душист.
(«Мцыри»)
Ни разу не был в дни веселья / Так разноцветен ... Тамары... наряд. / Цветы ... Над нею льют свой аромат / И сжаты мертвою рукою, / Как бы прощаются с землею.
(«Демон»)
Известный российский психотерапевт М.Е. Бурно, приводя примеры миниатюр, которые писали его пациенты с тем же семантическим компонентом 'приятный запах', отмечает, что стремление «приобщения к запахам цветов» характерно, в частности, при психастении и циклоидности (Бурно, 1989, с. 90—91).
Вздох
Психолингвистический анализ показывает, что семантические элементы типа 'запах', 'испарение' находятся в конкордансе в «печальных» текстах с другими
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

155

элементами — словами, обозначающими дыхание и вздох.
...И пред кончиною взор обратил / С глубоким вздохом сожаления / На юность светлую, исполненную сил. (М.Ю. Лермонтов «Умирающий гладиатор»)
Так, у И.А. Бунина есть новелла, ставшая особенно известной благодаря Л.С. Выготскому, — «Легкое дыхание». Исследователь пересказывает ее так: «Оля Мещерская, провинциальная, видимо, гимназистка, прошла свой жизненный путь, ничем не отличавшийся от обычного пути хорошеньких, богатых и счастливых девочек, до тех пор пока жизнь не столкнула ее с несколько необычными происшествиями. Ее любовная связь с Малютиным, старым помещиком и другом ее отца, ее связь с казачьим офицером, которого она завлекла и которому обещала быть его женой, — все это "свело ее с пути" и привело к тому, что любивший ее и обманутый казачий офицер застрелил ее на вокзале среди толпы народа, только что прибывшей с поездом. Классная дама Оли Мещерской, рассказывается дальше, приходила часто на могилу Оли Мещерской и избрала ее предметом своей страстной мечты и поклонения. Вот и все так называемое содержание рассказа» (Выготский, 1987, с. 145).
Л.С. Выготский предлагает очень обстоятельный анализ этого рассказа, который является несколько противоречивым. С одной стороны, «доминантой <...> рассказа <...> является, конечно, "легкое дыхание" "на фоне тоскливо затаенного настроения"», — пишет исследователь. С другой стороны, смысл произведения сводится им к описанию нравственного падения Оли Мещерской и «житейской мути»: «Едва ли можно определить яснее и проще характер всего этого, как словами "житейская муть"» (там же, с. 147).
Л.С. Выготский полагает, что столкновение этого легкого дыхания, возникающего при чтении текста с «житейской мутью», описанной в нем, — борьба формы с содержанием — и рождает эстетическую реак-
156

Белянин В. Психологическое литературоведение

цию. При этом он замечает, что «самый этот рассказ об ужасном почему-то носит странное название легкого дыхания» (там же, с. 152).
Вот как завершается этот рассказ. Оля Мещерская рассказывает своей подруге:
Я в одной папиной книге прочла, какая красота должна быть у женщины <...> главное, знаешь ли что? — Легкое дыхание! А ведь оно у меня есть, ты послушай, как я вздыхаю, ведь правда есть?
Теперь это легкое дыхание снова рассеялось в этом холодном осеннем ветре.
Если согласиться с тем, что доминанта этого текста — депрессия, то само появление компонента 'вздох', а точнее, 'желание глубокого вздоха' вполне обосновано — оно коррелирует с затрудненностью вздоха при депрессии. Именно желание вздохнуть является как бы сквозной доминантой, вокруг которой группируются все основные смыслы в тексте.
В этой связи трудно считать случайностью, что рассказ Бунина о нежной и лиричной, но трагичной любви мальчика по имени Митя также заканчивается фрагментом со словом вздохнуть:
... Он нашарил и отодвинул ящик ночного столика, поймал холодный и тяжелый ком револьвера и, глубоко и радостно вздохнув, раскрыл рот и с силой, с наслаждением выстрелил.
(«Митина любовь»)
Л.С. Выготский считал, что этот рассказ «по своим художественным достоинствам <...> принадлежит, вероятно, к лучшему из всего того, что создано повествовательным искусством, и <...> почитается образцом художественного рассказа» (там же, с. 144). То, что рассказ относится к типу «печальных», позволяет яснее увидеть еще одну сторону его внутренней формы, тот первоэлемент концепта, из которого может «разворачиваться» весь текст.
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

157
Тяжесть
Некоторая мрачноватость депрессивных личностей обусловливает появление в «печальных» текстах семантического компонента 'тяжесть':
Наступило молчание...
Великая тяжесть давила ей на сердце — тяжесть мира, лишенного смысла.
(Т. Уайлдер «Мост короля Людовика Святого»)
Настали темные, тяжелые дни <...> Свои болезни <...> Холод и мрак старости <„>. На замирающем <...> дереве лист мельче и реже <...> Сожмись и ты <...> — и там <...> на самом дне <...> души, твоя прежняя <...> жизнь блеснет перед тобою своей пахучей, все еще свежей зеленью и <...> силой весны!
(И.С. Тургенев «Стихотворения в прозе»)
Нередко ощущение 'тяжести' предшествует смерти.
Вот она... о, тяжело / Пожатие каменной его десницы! / Я гибну — кончено — /О, Донна Анна!
(А.С. Пушкин «Каменный гость»)
Говорить, что у каменной статуи заведомо тяжелое пожатие, — значит, идти на поводу у затекстовой реальности. Статуя потому и каменная, что ее пожатие несет смерть, — логика авторской вербализации мироощущения реверсивна по отношению к реальности. Иными словами, сначала в сознании автора формируется «конечный концепт» (смерть), затем ему подбираются концепты реальности, которые для него связаны с этим концептом (камень), и только потом он находит объекты, которые могут в реальности соответствовать им (статуя).
* * *
В творчестве одного автора обнаруживается значительное постоянство текстовых структур и соответственно эмоционально-смысловой доминанты на протяжении всей жизни писателя.
158

Белянин В. Психологическое литературоведение

Обращаясь к творчеству И.А. Бунина, одна из исследовательниц пишет следующее: «Писательская индивидуальность Бунина отмечена в огромной мере таким узлом — соединение в его мироощущении острого, ежечасного "чувства смерти", памяти о ней, с сильнейшей жаждой жизни. Когда одно вытекает из другого, усиливает и подогревает друг друга...» (Колобаева, 1990, с. 82). «Иван Алексеевич мог бы и не признаваться в том, о чем он сказал в автобиографической заметке "Книга моей жизни", потому что об этом говорит само его творчество». И далее исследовательница приводит высказывание самого писателя: «Постоянное сознание или ощущение этого ужаса (смерти. — В.Б.) преследует меня чуть не с младенчества, под этим роковым знаком я живу весь век. Хорошо знаю, что такой знак есть участь общая. Но мне кажется, что я всегда чувствовал и чувствую его гораздо сильнее, чем многие другие» (там же).
Депрессия сопровождает все творчество и такого писателя, как Тургенев.
Так, «Стихотворения в прозе» И.С. Тургенева представляют собой миниатюры разных форм: пейзажные зарисовки, диалоги, полемику, дневниковые записи, философские миниатюры и др., но никак не стихотворения. Но эмоционально-смысловая доминанта проявляется независимо от жанра.
Да и само это название — «Стихотворения в прозе» — было дано издателем И.С. Тургенева М.М. Стасю-левичем, которого привлекла поэтичность и лиричность стиля, но которому показалось неудачным для широкой публики заглавие, предложенное автором. — «Senilia» («Старческое»). Именно авторское название, помимо прочего, позволяет утверждать, что психологическая доминанта нами определена верно, и «Стихотворения в прозе» следует отнести к «печальным» текстам.
Иными словами, в творчестве И.С. Тургенева звучит рефрен «Как хороши, как свежи были розы» с логическим ударением на глагол прошедшего времени «были». «А потом все умерли, умерли, умерли» (именно так завершается это «стихотворение» под названием «Как хороши, как свежи были розы»).
Глава 2. Отражение черт личности в текстах
Можно предположить, что оно написано под влиянием стихотворения И. Мятлева «Розы» также гово рившего о смерти (девы рая):
И где ж она?..
В погосте белый камень,
На камне — роз моих завянувший венок.
Многие произведения Н.В. Гоголя также могут быть охарактеризованы как «печальные». «Старосветские помещики» пронизаны предчувствием смерти и кончаются смертью Пульхерии Ивановны. Классической стала завершающая фраза из «Повести о том как пос сорились...»: «Скучно на этом свете, господа!»' Погибают оба сына Тараса Бульбы - Андрий и Остап - уби вают и Тараса («Тарас Бульба»), целиком связан с мотивом смерти рассказ «Вий».
Сожаление (об упущенном счастье) соположено с тяжестью (лежащей на сердце), которая связана, в свою очередь, со вздохом. Наличие в текстах компонента под чиненность можно связать с астеничностью депрессив ной личности. Крайней степенью депрессии является мутизм - отказ от общения, - именно поэтому в «печальных» текстах имеется такой компонент, как немота. Отдельно стоит компонент запах, который почему-то является ведущим в модальностях «печальных» тек стов. Все эти семантические компоненты очень частотны прежде всего в «печальных» текстах, и именно они создают их эмоциональную образность
Естественно, что речь в данном случае идет не столько о самих словах, сколько о том лексическом разнообразии, которое за ними стоит. Кроме того для нас не важна грамматическая принадлежность слова Общим для слов одного класса является их психологическое содержание.
Завершая описание «печальных» текстов, дадим обобщенную характеристику их лексико-семантическо го уровня, имея в виду предложенное А.Н. Леонтьевым различие значений и смыслов. Тезаурус «печального» текста характеризуется наличием ряда специфических
160 ,˜ « Белянин В. Психологическое литературоведение
значений (семантических компонентов), которые приобретают в печальных текстах следующий смысл:
РАДОСТЬ: счастье, мир; веселье, смех, улыбка, живость, жизнелюбие, жизнерадостность; буря, вихрь, движение, действие, борьба.
МОЛОДОСТЬ: детство, молодость, юность; душа; глаза, взгляд, губы, приятные запахи, яркий.
ДОБРОТА: понимание, любовь, смотреть в глаза, чувствовать родственную душу; добрый, чуткий, внимательный, заботливый.
ПОДЧИНЕННОСТЬ: еле-еле, всхлипнуть, испугаться, усталость, грусть, покорно.
ОДИНОЧЕСТВО: один, сидеть, лежать, молчать, немой; печальный, тихий, вечность; море, океан, остров, звезды.
ГРУСТЬ: грустно, тоскливо, печаль, сомнения.
СТАРОСТЬ: воспоминания, холодно, одиноко; быть забытым, ненужным; нуждаться в заботе; желать смерти.
ХОЛОД: холод, прохлада, осень, зима.
ТЯЖЕСТЬ: тяжелый, нелегкий, (при)давить, камень, груз.
ВЗДОХ: спокойствие, усталость, дышать, дыхание, легко.
ЗАПАХ: приятный
СМЕРТЬ: вечер, ночь, бродить; умирать/умереть, угасать, тлеть, уснуть вечным сном, сладко спать (в сырой земле, в могиле); отпевать, хоронить, кладбище, погост, плита, камень, могила, могильный холм, крест; труп, гроб, мертвец, череп и мн. др.
Более частое употребление (по сравнению с нормой, зафиксированной в частотном словаре) и описанное выше распределение этих лексических единиц в «печальных» текстах являются вербальной манифестацией депрессивной эмоционально-смысловой доминанты.
***
Современная жизнь человека полна ежедневных стрессов: и по дороге на работу, и на службе, да и отношения с близкими порой не добавляют ни здоровья, ни настроения. Мировые новости не радуют, личное финансовое состояние не позволяет забыть о борьбе за «хлеб насущный». Депрессия поражает почти 15% населения планеты. Особенно она распространена в развитых странах.
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

161
Но если «обычный» человек, не умея справиться со сниженным настроением, обращается к психиатрам и психотерапевтам, принимает медикаменты, то у творческой личности происходит «переработка» сниженного настроения в поэтические образы. Как писал Байрон, «Абидосская невеста» была написана в четыре ночи' чтобы отогнать грезы. «Если бы это не было так, я бы никогда ее не написал; и если бы ничего не делал в это нремя, я бы сошел с ума, разрывая свое сердце». Не желая оставлять в себе ту горечь и тоску, которая привносится депрессивным состоянием, писатель, изливая душу, облекает свою тоску в слова, «выливая» ее на читателя! При этом отметим, что для написания текста нужна энергия, которой у истинно депрессивной личности мало.
М. Арнаудов полагает: «Счастье менее продуктивно, чем несчастье... Несчастье сильнее потрясает, дольше продолжается, и формы его проявления более многообразны, поэтому, с чисто человеческой точки зрения, оно нас интересует больше, чем счастье. ...Так и Ламартин, говоря о безмолвии и бесплодности счастья, раскрывает источник своих песен:
На этой несчастной земле...
Лира дана нам лишь для того,
Чтобы смягчить наши страдания.
В каждой песне звучат
Лишь сожаления и неутоленные желания,
А струна счастья безмолвствует».
2.5. ПРОЯВЛЕНИЕ ИСТЕРОИДНОЙ
АКЦЕНТУАЦИИ В «КРАСИВЫХ» ТЕКСТАХ
Демонстративная акцентуация
Эмоционально-смысловую доминанту «красивых» текстов составляет демонстративность (истероидность), которая связана с таким психопатологическим вариантом развития, как истерия.
11 Литературоведение
162

Белянин В. Психологическое литературоведение

При всех различиях в подходе к истерии все исследователи отмечают, что она проявляется особым, рассчитанным на внешний эффект поведением, и осо-1 быми — истерическими — реакциями, которые обусловлены ситуативно.
У человека нередко возникает проблема, которую он не может решить своими силами за короткий срок (конфликт в семье, проблемы на работе, когда от человека требуют большего, чем он может, недостача денег, которую он хочет скрыть). Адекватным в таком случае было бы поведение, направленное на улучшение ситуации: объясниться с людьми, перезанять деньги, попросить прощения. При истерической же модели поведения личность выбирает иной путь.
Достаточно часто им становится «бегство в болезнь». Это и сумеречные состояния, головные боли, тошнота, постоянная рвота, икота, слабость в ногах, различные припадки, параличи, не имеющие органических признаков, мутизм (пропадает речь). Возможна и истерическая слепота, глухота. Могут возникнуть патологические идеи «порчи» или одержимости. Возможен и синдром «мнимой смерти». Все симптомы имеют большое сходство с реальными заболеваниями, но носят они истерический характер. Во-первых, они направлены на то, чтобы воздействовать на психику и воображение окружающих. Во-вторых, все проявления болезни обусловлены ситуативно. С исчезновением угрозы состояние улучшается.
Для демонстративных личностей характерна небольшая глубина, наигранность переживаний и совершенно определенная ситуативная их обусловленность. Истероидная личность капризничает, манерничает, притворяется только до тех пор, пока на нее обращают внимание, причем любое — с положительным знаком или с неприязнью. Невыносимо только равнодушие.
«Желание рисоваться, играть какую-то роль, обращать на себя внимание <...> проявляется в манере держать себя, отличающейся вычурностью и театральностью» (Портнов, Федотов, 1971, с. 363). Психиатры отмечают, что «они охотно перед зрителями читают стихи,
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

163
танцуют, поют, и многие из них действительно обнаруживают неплохие артистические способности». Их даже называют «виртуозами тела». «Кажущаяся эмоциональность, — пишет А.Е. Личко, — в действительности оборачивается отсутствием глубоких искренних чувств при большой экспрессии эмоций, театральности, склонности к рисовке и позерству» (Личко, 1983, с. 159—160).
Остановимся на тендерных особенностях истеро-идных проявлений. Истерия гораздо чаще наблюдается у женщин, чем у мужчин. Истероидные женщины инфантильны, их мышление ситуативно-эмоционально, привязано к произошедшему недавно событию. Они очень внушаемы, легко поддаются уговариванию, принимают позицию авторитетного для них собеседника некритически. Они не умеют отвлекаться от ситуации, зависят от сиюминутных переживаний.
Основные отклонения при истерии имеют эмоционально-аффективный характер. При этом они чаще всего выступают в виде колебаний настроения.
Истерическое поведение характеризуется театральностью, нарочитостью, стремлением представлять совершенные действия в выгодном свете, приписывать себе несуществующие достоинства, просто придумывать эффектные события, в которых рассказчик играет главную, зачастую героическую роль. Склонность к фантазерству, измышлениям также часто встречается при истерии.
К истероидным личностям близки псевдологи и патологические лгуны, которые обладают, «с одной стороны, <...> чрезмерно возбудимой, богатой и незрелой фантазией, а, с другой — выраженными моральными дефектами» (Ганнушкин, 1984, с. 273). К числу именно 1зких лиц исследователи относят, например, писателя Карла Мея, утверждавшего, что он лично знаком с персонажем своих произведений — Чингачгуком.
В этой связи не будет неожиданным наблюдение, согласно которому истероидные лица предпочитают род деятельности, связанный с миром искусства. Театр, кино, выставки, оперетта, моды, дизайн привлекают к себе именно таких лиц. Если человек принадлежит к
164

Белянин В. Психологическое литературоведение

другому профессиональному кругу, то ему важна хотя бы возможность упомянуть о своем знакомстве со знаменитостью, это доставляет огромное удовольствие. В одежде истероидной женщины много украшений (крупные бусы, клипсы, бантики, повязки на голове, яркие ленты), они носят яркую одежду даже в пожилом возрасте. Предпочтение часто отдается белому цвету.
У мужчин таким средством обратить на себя внимание могут быть мундштук, папиросы, курительная трубка с табаком в кисете (вместо сигареты), цепочка или даже кулон, перстень, шляпа, белый шарф, трость с резьбой, яркий пиджак, значок и т.п. Нередко они носят усы.
В речи лиц с истероидной акцентуацией обращает на себя внимание не столько содержание, сколько форма. Они говорят преувеличенно громко, любят перебивать собеседника. Они «захватывают» пространство общения, главной становится их сольная партия. При этом они обычно не умеют связно изложить собственный взгляд, поскольку их речь подчиняется ассоциациям, эмоциям, а не законам логики. Да и свой взгляд у них отсутствует. Если же собственная позиция есть, то носит она парадоксальный или эпатажный характер и содержит многочисленные обвинения и оскорбления. Анализ и оценка событий подменяется обсуждением лиц, в них участвующих.
Эпатажность мужчин может проявляться в беседах на скабрезные темы, с пошлостями и грубостями, которые говорятся с достаточно серьезным видом. По функции их речь представляет собой вызов, оскорбление, провокацию. У истероидных мужчин нередко в речи возникают паузы и останавливается взгляд после сказанного: они словно ожидают эффекта, который должны были произвести их слова.
Обилие жестов и телодвижений сопровождается особой интонацией: она прерывистая, с подъемом на каждом слове (особенно у женщин). Следует также отметить — как очень характерную черту — смех истероидной личности. Он резкий, взрывной, хриплый. Достаточно часто он сопровождает собственную шутку.
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

165
Говоря об особенностях жизненного пути, можно отметить, что истероидная личность описывает свою жизнь как полную унижений, измен, склок, притеснений и неудач. В восприятии своей жизни как унизительной заложены противоречивые когнитивные установки истерика: «Я хочу быть в центре внимания» и «Я заслуживаю презрения».
Истерический тип характера достаточно подробно описан в психоанализе. Согласно положениям психоанализа, такое развитие характера закладывается в возрасте до семи лет, когда ребенок уже сознает половые различия. Чаще всего данный тип характера встречается среди женщин. Огромную роль в формировании характера играет отец. Отец любит ребенка в ранние годы и демонстрирует ему любовь, но «замораживает» свои чувства, когда ребенок достигает половой зрелости, опасаясь и не принимая своей сексуальной реакции на него. Он отталкивает ребенка и может реагировать на него, только когда тот бывает расстроен. Тогда отец сопереживает и помогает ребенку преодолеть трудную ситуацию.
Тело у взрослой личности, по наблюдениям психоаналитика В. Жикаренцова, «выглядит соблазняющим. Это и ребенок, и женщина одновременно, которая призывает, заманивает и соблазняет в одно и то же время. Это детское тело на оформившейся по-женски нижней части. В нем существует раскол между верхней и нижней половинами: верхняя часть — жесткая и сдерживающая, а нижняя — мягкая и уступающая. В верхней части тела существует мощный блок — защита, который делает сердце непроницаемым. Движения — катящиеся, мягкие, соблазняющие. Голову такой человек держит прямо, гордо. Челюсть твердая и решительная. Лицо может быть неподвижным и неживым. Глаза — испуганные и широко открытые (как в прямом, так и в переносном смысле). Голос у него выразительный, может быть пронзительным и визгливым; речь, как пра-пило, быстрая».
Вырастая, человек остается привязанным к состоянию ребенка и стремится иметь родительскую опеку.
166

Белянин В. Психологическое литературоведение


Он легко огорчается и преувеличенно реагирует на то, что с ним происходит. Этот человек, как правило, нервный, театрально-драматичный и преувеличивает свои эмоции, когда сталкивается с проблемами. У него в любой момент готовы хлынуть слезы. Повышенная внушаемость также является одной из главных черт характера. Такую личность не интересуют детали и интеллектуальное понимание проблемы или ситуации. Он имеет тенденцию быть рассеянным, разбросанным, то есть он с трудом концентрируется на том, что его интересует. Он непоследователен, противоречив и склонен к неожиданному, непредвиденному поведению или перемене эмоций. Поскольку он очень привязчив, им легко овладевает чувство разочарования.
Чувства, которые он переживает, — это чувство обмана, поражения и чувство, что на него не обращают внимания. Он тоскует по тому, чтобы его любили и опекали, но одновременно боится глубокой эмоциональной вовлеченности. В нем также живет глубокое чувство нанесенной ему раны, глубокое чувство предательства. Его психологическая защита направлена на то, чтобы быть все время рядом с людьми. Он может использовать секс в качестве защиты против сложных и трудных ситуаций. При близких взаимоотношениях, сближаясь с кем-то, он может проявлять безрассудство и совершать отчаянные поступки.
Образы, которые могут мелькать перед внутренним взором, — это сказочные королевы, царевны и принцессы. Кричащие журавли, светлячки, птицы с ярким оперением и яркие цветы — это то, что привлекает его внимание. В психоанализе отмечается, что человек с истерическим типом характера обладает большим количеством энергии, но она неровная, взрывная. Это означает, что он может быстро и внезапно переходить из состояния полной пассивности в состояние активности.
Общается такой человек, в основном соблазняя других — особенно это касается взаимоотношений с противоположным полом. Отношения также могут быть покровительственными и заботливыми, как у матери,
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

167
или подобны детским. Он все время ищет доказательств, что о нем проявляют заботу, и не переносит, когда его отстраняют от себя. С другой стороны, он может пытаться саботировать отношения, особенно близкие, выставляя партнеру неразумные требования. В силу своего характера он не может объективно оценивать происходящее. Он также может идеализировать другого человека, но, как отмечалось выше, за этим практически всегда следует разочарование. Он стремится к любви, но боится проявлять свои чувства. Другие люди при взаимоотношениях с таким человеком могут чувствовать, что их подавляют, ими манипулируют, они ощущают себя пойманными в ловушку.
Основные убеждения носителя такого типа характера, как полагает В. Жикаренцов, состоят в следующем:
Никто не понимает меня и не прислушивается
ко мне, к моему мнению.
Он/она/они не принимают мои чувства.
Я не могу получить внимание, которое мне необ
ходимо.
С другой стороны, лица с истерическим типом характера — это очень восприимчивые люди, гибкие и тонко чувствующие. Они полны энтузиазма, спонтанны, и если связывают свою жизнь с искусством, то из них получаются хорошие актеры и актрисы. В них много настойчивости. Они могут потратить годы, десятилетия на достижение цели и добьются желаемого.
Практически все описанные особенности поведения истероидной личности проявляются в литературных текстах, которые мы называем «красивыми».
Психолингвистические особенности '"' «красивых» текстов
«Красивые» тексты — это тексты, которые описывают переживания и страдания героя, а чаще героини, оказавшейся в необычных обстоятельствах. В них большое внимание уделяется внешнему выражению эмоциональных переживаний.
168 Белянин В. Психологическое литературоведение
Они близки «веселым» текстам тем, что в них тоже большое количество действующих лиц и обилие диалогов. Но если в «веселых» текстах герои преуспевают, не волнуясь и не переживая, то в «красивых» текстах речь идет преимущественно о страданиях и унижениях, о частой смене настроения. В них много красочных описаний, необычных и нередко драматических событий.
Само название этих текстов — производное от существительного «красивость» (чисто внешняя красота, украшения с притязаниями на красоту, по Ожегову; в английском языке этому соответствует слово beauteous в отличие от beautiful),), нежели от слова «красота». Такой стиль описывает Л.Н. Толстой в статье «Что такое искусство?». Некая «не умная, но цивилизованная <...> дама» читала ему сочиненный ею роман. «В романе, — пишет он, — дело начиналось с того, что героиня в поэтическом лесу у воды в поэтической белой одежде, с поэтически распущенными волосами, читала стихи. Дело происходит в России, и вдруг из-за кустов появляется герой в шляпе с пером a la Guillaume Tell (так и было написано) и с двумя сопутствующими ему поэтическими белыми собаками. Автору казалось, что все это очень поэтично» (Толстой, 1985, с. 209).
Комментируя это высказывание писателя, Л.С. Выготский пишет, что даже если бы роман был написан художественно, если бы автор смогла нас «заставить почувствовать белую собаку и распущенные волосы и шляпу с пером <...> тем нестерпимо пошлее был бы роман» (Выготский, 1987, с. 62).
По мнению Л.Н. Толстого, одним из приемов такого «подобия искусства» состоит в том, чтобы описать «до малейших подробностей внешний вид, лица, одежды, жесты, звуки, помещения действующих лиц со всеми случайностями, которые случаются в жизни». Другой прием — это «воздействие на внешние чувства <...> то, что называется поразительностью, эффективностью (по-видимому, имеется в виду эффектность. — В.Б.)».
Еще один прием, по мнению Л.Н.Толстого, — это «занимательность», которая состоит в том, что в «романе описывается египетская или римская жизнь, или <...>
Глава 2. Отражение черт личности в текстах

169
жизнь приказчиков большого магазина». Л.Н. Толстой описывает и возможный результат восприятия таких текстов: читатель заинтересован и этот интерес принимает за художественное впечатление (Толстой, 1985).
Для того чтобы была яснее специфика сюжетных и образных построений данного типа текстов, приведем краткое содержание двух типичных текстов.
Одним из них является повесть Б. Гимараенса «Рабыня Изаура». Написанная в сентиментальной бразильской традиционной манере «слезы сердца», изданная в 1875 году, по словам автора послесловия, она взволновала самые широкие массы читателей.
Очаровательная и несчастная Изаура, претерпевает невероятные мучения и унижения потому, что щепетильность и деликатность ее натуры, честность и искренность сердца сталкиваются со злодейством и жестоким оскорбительным издевательством со стороны рабовладельца Леонсио. После неудачной попытки выкупить ее у имеющего похотливые притязания развратного и разнузданного ее хозяина отец уводит Изауру от него. Леонсио дает объявление в газете с описанием беглянки.
Гонимые обществом, отец и Изаура поселяются в тихом городе, но волей судьбы в нее влюбляется отпрыск знатной и богатой семьи с благородным выражением лица Алваро. Оказавшись жертвой гнусного предательства со стороны некоего ничтожного Мартинио, Изаура опять, словно беззащитный заяц, попадает в когти снедаемого роковой и неукротимой страстью и похожего на хищного ястреба с окровавленным клювом Леонсио. Но обладающий живым воображением и впечатлительным сердцем Алваро скупает за половину цены все векселя предававшегося излишествам и безумствам хозяина Изауры. Величественной и обольстительной рабыне даруется свобода. Леонсио обесчестен и предпочитает позору смерть.
Финальная фраза повести «Выстрелом из пистолета Леонсио разнес себе голову» нисколько не похожа на финалы «темных» или «печальных» текстов, она лишь усиливает мелодраматичность этого произведения.
Можно очень негативно оценивать такого рода тексты, но не признавать за ними право на существование
170

Белянин В. Психологическое литературоведение

только потому, что рассчитаны они на «непритязательного» читателя, было бы, на наш взгляд, неверно. Тем более важным представляется их психологический анализ, что такого рода тексты совершенно выпадают из научного рассмотрения.
В качестве еще одного примера «красивого» текста рассмотрим повесть В. Железнякова «Чучело». Повесть построена как рассказ героини (Бессольцевой Лены) своему дедушке (Николаю Ивановичу) о тех (необычных) событиях, которые произошли с ней в школе. Этот прием — представление событий в жанре рассказа-исповеди — характерен для «красивых» текстов.
Лена приехала в маленький городок недалеко от Москвы и пошла в новую для нее школу. В классе объявляют, что школьников во время осенних каникул повезут в Москву. В последний день занятий ребята решили вместо урока пойти в кино. Случайно мальчик, который нравился героине (Димка), вернулся в класс, где его застала учительница (Маргарита Ивановна). Димка говорит учительнице о планах ребят — предает их. Школьники лишены долгожданной поездки. Подслушавшая тот разговор Лена берет вину на себя, и за это ее начинают преследовать одноклассники, всячески оскорбляют ее, насмехаются. Лена упрашивает дедушку увезти ее из города. В день отъезда дедушка дарит городу коллекцию картин своего предка и в том числе картину, где изображена девочка XIX века, очень похожая на героиню. Ребятам становится стыдно, тем более что они узнают имя настоящего предателя.
В «красивых» текстах нами обнаружены различные индикаторы истероидной акцентуации.
Имя собственное
Главным персонажем в «красивых» текстах обычно бывает женщина, которая оказывается во всевозможных трагических ситуациях. Названия текстов также достаточно часто содержат имена — «Дженни Герхард», «Сестра Керри» у Т. Драйзера; «Приключения Тома Сойе-ра» М. Твена; «Габриэль Конрой» у Ф. Брет-Гарта; «Ле-лия» Ж. Санд.
Глава 2. Отражение черт личности в текстах 171
Внешний вид
Важной характеристикой «красивого» текста является внешность персонажа. Вот, в частности, как характеризуется главная героиня повести Ж.Б. Гимараенса:
Из поместья сеньора Леонсио Гомеш де Фонеска, муниципальный округ Кампус, провинция Рио-де-Жанейро, бежала рабыня по имени Изаура со следующими приметами: цвет кожи светлый, лицо нежное, как у любой белой женщины, глаза черные и большие, волосы того же цвета, длинные, слегка вьющиеся, рот маленький, розовый, красиво очерченный, зубы белоснежные и ровные, нос прямой, талия тонкая, фигура стройная, рост средний. На левой щеке маленькая черная родинка, над правой грудью след ожога, очень похожий на крыло бабочки. Одевается со вкусом и элегантно, хорошо поет и виртуозно играет на пианино. Так как она получила прекрасное образование и обладает хорошей фигурой, где угодно может сойти за свободную сеньору из хорошего общества. <...>.
(Это текст объявления, которое поместил Леонсио в местной газете о своей сбежавшей рабыне.)
Характерно, что современные объявления о знакомствах также обладают чертами «красивых» текстов.
28/163/56, красивая, стройная, темноволосая, сероглазая, приятная, женственная, гуманитарное образование, умеющая создать уют, хочет встретить порядочного, делового, весьма обеспеченного, нежадного мужчину. Москва ,113534. Пас. №...
(Газета «Из рук в руки»)
Образное воображение героев «красивых текстов» явно предшествует логическим рассуждениям.
— Вероятно, вы живете не один? В вашей хижине есть
еще кто-нибудь?
— О да! Я поселился здесь не один. Со мной...
Прежде чем мустангер закончил свою речь, в вооб
ражении Луизы встал образ девушки ее лет, с бронзо-
172

Белянин Б. Психологическое литературоведение

вым оттенком кожи, с миндалевидным разрезом глаз. Зубы у нее, должно быть, белее жемчуга, на щеках алый румянец, волосы как хвост Кастро (лошади. — В.Б.), бусы на шее, браслеты на ногах и руках, замысловато вышитая короткая юбочка, мокасины с бахромой на маленьких ножках. Таким представила себе Луиза второго обитателя хижины мустангера.
<...> Мой молочный брат очень общительный человек.
— Ваш молочный брат?
(М. рид «Всадник без головы»)
Гонения
Героиня часто испытывает унижения, страдания. По ходу развития сюжета ее оскорбляют, издеваются над ней, но и без этих проявлений плохого к ней отношения она чувствует себя несчастной, страдающей, гонимой.
Одним из немногих русских писателей, писавших «красивые» тексты, был Н.С. Лесков. О его поведении (как человеческом, так и писательском) Д.С. Лихачев писал, что «он был оскорблен и оскорблял сам», что вполне укладывается в модель поведения истероиднои личности.
Герой «Левши» — неубранный и в пыли тульский мастер становится известным государю за то, что смог подковать блоху. Попав в Лондон, он также оказывается в центре внимания. По возвращении без тугамента <здесь: без документа, паспорта. — В.Б.У в Россию он как человек неведомого сословия оказывается ограбленным и избитым и умирает в коридоре больницы. Фрейм 'незнатного рода, но благородный человек страдает от оскорблений' проявляется в этом тексте в полной мере.
Как правило, с героями происходят трагические события, которые меняют их жизнь в худшую сторону (автомобильная катастрофа в начале карьеры Клайда Гриф-i фитса из «Американской трагедии» Т. Драйзера; попадание в плен путников дилижанса в повести Г. де Мопассана «Пышка»). Но иногда они могут и улучшать положение (заболевание певицы, вместо которой выступает героиня в кинофильме «Мое последнее танго» — частое начало оперетт).
Глава 2. Отражение черт личности в текстах 173
Манерности поведения героини сопутствует про-вокационность ее сексуального поведения. Быстрая перемена настроения не позволяет ей, однако, оставаться последовательной, а лишь превращает в ее сознании истолкование адекватной (для мужчины) реакции как домогательство и преследования.
Мало кто из читателей, прочитав нижеследующий отрывок, сможет угадать его автора.
— Мадемуазель, — обратился к ней чрезвычайно почтительным тоном Роден, — вы, несомненно, обманываете меня, представившись мне как ищущая место служанки. Это никак не вяжется ни с вашим прекрасным сложе-• нием, ни с вашей нежной кожей, ни с вашими сияющими глазами, ни с вашими великолепными волосами. Ваша безупречная манера общения безусловно превосходит то, что необходимо особам, идущим в услужение. Нет, мадемуазель, столь щедро одаренная природой, вы не можете быть жертвой роковых обстоятельств, вы не из тех, кому пристало выслушивать приказания, скорее я могу ждать от вас распоряжений и с готовностью исполнить их.
Несмотря на явную принадлежность к «красивому» тексту, такому на первый взгляд нежному и романтичному, данный отрывок взят из романа Донасьена Альфонса Франсуа де Сада «Новая Жюстина». Не останавливаясь на вопросе об эротике в литературе, отметим, что тексты маркиза де Сада носят явно эпатаж-ный характер.
Эмоциональность
В «красивых» текстах имеется значительное количество метафор и эпитетов со значением большой степени выраженности признака.
С детских лет она проявляла полную независимость. Ей свойственна была смелость, граничащая с безрассудством, едва ли можно было надеяться, что она посчитается с обычаями своей среды.
(М. Рид «Всадник без головы»)
174

<< Предыдущая

стр. 8
(из 12 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>