<< Предыдущая

стр. 4
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Окончательно оформление сословия мещан произошло в 1785 г. по «Жалованной грамоте на права и выгоды городам Российской империи» Екатерины II. К этому времени предпринимательский слой в городах заметно "окреп, с целью стимулирования торговли были ликвидированы таможенные заставы и пошлины, монополии и другие ограничения, объявлено о свободе заведения промышленных предприятий (то есть о свободе предпринимательства), легализованы крестьянские промыслы. В 1785 г. население городов было окончательно поделено по имущественному принципу на 6 разрядов: 1) «настоящие городские обыватели», владельцы недвижимости в черте города; 2) купцы трех гильдий; 3) ремесленники; 4) иностранцы и иногородние; 5) именитые граждане; 6) остальное посадское население. Принадлежность к сословию закреплялась внесением в городскую обывательскую книгу. Принадлежность к гильдии купцов определялась размерами капитала: первая – от 10 до 50 тыс. рублей, вторая – от 5 до 10 тысяч, третья – от 1 до 5 тысяч.
Исключительным правом мещанского сословия было занятие ремеслом и торговлей. В число обязанностей входили подати и рекрутская повинность. Правда, здесь было много исключений. Уже в 1775 г. Екатерина II освободила жителей посадов, имевших капитал свыше 500 руб., от подушной подати, заменив се однопроцентным сбором с объявленного капитала. В 1766 г. от рекрутчины были освобождены купцы. Они уплачивали вместо каждого рекрута сначала 360, а затем 500 руб. Освобождались они и от телесных наказаний. Купцам, особенно первогильдейским, предоставлялись некоторые почетные права (езды в каретах и колясках).
Корпоративное право сословии мещан заключалось также н создании объединений и органов самоуправления. По «Жалованной грамоте» городские обыватели, достигшие 25-летнего возраста и имевшие определенный доход (капитал, процентный сбор с которого составлял не ниже 50 руб.), объединялись в градское общество. Собрание его членов избирало городского голову и гласных (депутатов) городских дум. В общую думу посылали своих избранников все шесть разрядов городского населения, в шестигласной думе для исполнения текущих дел трудились выбранные общей думой 6 представителей каждого разряда. Выборы происходили каждые 3 года. Главным полем деятельности было городское хозяйство и все то, что «служит к пользе и нужде города». Конечно, губернаторы курировали органы местного самоуправления, в том числе и расходование городских сумм. Однако суммы эти, пожертвованные купечеством на городское благоустройство, на сооружение школ, больниц, учреждений культуры, были подчас весьма значительными. Они, как и планировала Екатерина II, сыграли важную роль в деле «выгоды и украшения города». Не зря Александр I, придя в 1801 г. к власти, тотчас подтвердил отмененную было Павлом I «Жалованную грамоту», восстановил все «права и выгоды» горожан и все екатерининские городские учреждения.
Крестьяне. В XVIII в. оформилось несколько категорий крестьянства. Разряд государственных крестьян сложился из бывших черносошных и из народов, плативших ясак. Позднее в его состав влились уже упомянутые однодворцы, потомки московских служилых людей, поселенные на южной окраине государства, не знавшие общинного быта. В 1764 г. по указу Екатерины II была произведена секуляризация церковных вотчин, которые перешли в ведение Коллегии Экономии. Крестьян, отнятых у церкви, стали называть экономическими. Но с 1786 г. и они перешли в разряд государственных крестьян.
Частновладельческие (помещичьи) крестьяне вобрали в себя все прежние категории зависимых людей (крепостных, холопов), принадлежавших фабрикам и заводам со времени Петра I (посессионных). До Екатерины II эта категория крестьян пополнялась также за счет церковнослужителей, оставшихся за штатом, отставных попов и дьяконов, дьячков и пономарей. Екатерина II прекратила превращение в крепостное состояние лиц духовного происхождения и перекрыла все другие пути его пополнения (брак, договор займа, наем и услужение, плен), кроме двух: рождения и раздач государственных земель с крестьянами в частные руки. Раздачи — пожалования особенно широко практиковались самой Екатериной и ее сыном, Павлом 1, и были прекращены в 1801 г. одним из первых указов Александра I. С этого времени единственным источником пополнения крепостного сословия оставалось рождение.
В 1797 г. из дворцовых крестьян но указу Павла I был образован ещё один разряд – удельных крестьян (на землях царского удела), чье положение было сходным с положением государственных крестьян. Они составляли собственность императорской семьи.
В XVIII в. положение крестьян, в особенности принадлежавших помещикам, заметно ухудшилось. При Петре I они превратились в вещь, которую можно было продать, подарить, обменять (без земли и отдельно от семьи). В 1721 г. было рекомендовано пресечь продажи детей отдельно от родителей, чтобы «утишить вопль» в крестьянской среде. Но разделение семей продолжалось вплоть до 1843 г.
Помещик по своему усмотрению использовал труд крепостных крестьян, оброк и барщина никаким законом не ограничивались, а прежние рекомендации властей брать с них «по силе» ушли в прошлое. Крестьяне оказались лишенными не только личных, но и имущественных прав, ибо все их имущество рассматривалось как принадлежащее их владельцу. Не регулировал закон и право суда помещика. Ему не разрешалось лишь применение смертной казни и выдача крестьян вместо себя на правеж (при Петре I). Правда, тот же царь в инструкции воеводам от 1719г. предписывал выявлять помещиков, разорявших крестьян, и передавать управление такими поместьями родственникам.
Ограничения в правах крепостных крестьян, начиная с 1730-х гг., были закреплены в законах. Им запрещалось приобретать недвижимость, открывать фабрики, работать по подряду, обязываться векселями, принимать на себя обязательства без разрешения владельца, записываться в гильдии. Помещикам было разрешено применять телесные наказания и отдавать крестьян в смирительные дома. Усложнился порядок принесения жалоб на помещиков.
Безнаказанность способствовала росту преступлений среди помещиков. Показательный пример дает история помещицы Салтыковой, убившей более 30 своих крепостных крестьян, которую удалось изобличить и приговорить к смертной казни (замененной пожизненным заключением) только после того, как жалоба на нее попала в руки императрицы Екатерины II.
Только после восстания Е. И. Пугачева, в котором крепостные крестьяне приняли активное участие, правительство стало усиливать государственный контроль за их положением и предпринимать шаги в направлении смягчения крепостного состояния. Был узаконен отпуск крестьян на волю, в том числе после отбывания рекрутской повинности (вместе с женой), после ссылки в Сибирь, за выкуп по желанию помещика (с 1775 г. без земли, а с 1801 г. – Указа Павла I о «вольных хлебопашцах» – с землей).
Несмотря на тяготы крепостного состояния, в крестьянской среде развивались обмен и предпринимательство, появились «капиталистые» люди. Закон разрешил крестьянам торговать, сначала отдельными товарами, затем даже с «заморскими странами», ас 1814 г. лицам всех состояний было разрешено торговать на ярмарках. Многие зажиточные крестьяне, разбогатевшие на торговле, выкупились из крепостного состояния и составили ещё до отмены крепостного права значительную часть формирующегося класса предпринимателей.
Государственные крестьяне находились, в сравнении с крепостными, в гораздо лучшем положении. Личные права их никогда не подвергались таким ограничениям, как личные права крепостных. Их подати были умеренными, они могли покупать землю (с сохранением повинностей), занимались предпринимательской деятельностью. Попытки урезать их имущественные права (брать откупа и подряды, приобретать недвижимость в городах и уездах, обязываться векселями) не имели столь пагубного воздействия на состояние хозяйства государственных крестьян, в особенности живших на окраинах (в Сибири). Здесь гораздо энергичнее разрушались консервировавшиеся государством общинные порядки (земельные переделы, круговая порука при уплате податей), сдерживавшие развитие частного хозяйства.
Большее значение в среде государственных крестьян имело самоуправление. У них издревле видную роль играли избранные на сходах старосты. По губернской реформе 1775 г. государственные крестьяне получили, как и Другие сословия, свой суд. При Павле I были созданы волостные самоуправляющиеся организации. Каждая волость (с определенным количеством селений и с числом не более 3 тыс. душ) могла избирать волостное управление, состоявшее из волостного головы, старосты и писаря. В селениях избирались старшины и десятские. Все эти органы выполняли финансовые, полицейские и судебные функции.
Духовенство. Православное духовенство состояло из двух частей: белого, приходского (от рукоположения) и черного, монашеского (от пострижения). Только первая составляла собственно сословие, ибо вторая часть не имела наследников (монашество давало обет безбрачия). Белое духовенство занимало низшие посты в церковной иерархии: священнослужителей (от дьякона до протопресвитера) и церковнослужителей (дьячки, пономари). Высшие посты (от епископа до митрополита) принадлежали черному духовенству.
В XVIII в. духовное сословие сделалось наследственным и замкнутым, поскольку закон запрещал лицам других сословий принимать священнический сан. Выход же из сословия, по ряду причин формального свойства, был крайне затруднителен. Из сословных прав духовенства можно отметить свободу от личных податей, от рекрутчины, от воинских постоев. Оно имело привилегию в области судопроизводства. В общих судах священничество судилось лишь по особо тяжким уголовным преступлениям, гражданские дела с мирскими людьми разрешались в присутствии особых представителей духовенства.
Духовенство не могло заниматься делами, несовместимыми с духовным званием, в том числе торговлей, промыслами, обслуживанием откупов и подрядов, производством спиртных напитков и пр. Как мы уже видели, в XVIII в. оно лишилось и главной своей привилегии – правом владеть имениями и крепостными людьми. Церковные служители были переведены «на зарплату».
В Российской империи свободно сосуществовали с православием другие христианские и нехристианские конфессии. В городах и крупных селах строились лютеранские кирки, а с середины XVIII в. и католические костелы. В местах проживания мусульман возводились мечети, буддистов – пагоды. Однако переход из православия в другую веру оставался запрещенным и строго наказывался (в 1730-е гг. известен случай сожжения офицера в деревянном срубе).
ТЕМА 9.
ПРАВО И СУД РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В XVIII в.
Вопросы:
1. Русское законодательство XVIII в.
2. Основные моменты в развитии гражданского права: право собственности, залоговое право, обязательственное право, наследственное право, семейно-брачное право.
3. Развитие уголовного права.
4. Суд и процесс.
Русское законодательство в XVIII в.
С оформлением абсолютизма увеличивается значение закона как источника права, право обычное сходит на нет. Теперь закон регулирует деятельность и структуру государственных учреждений, органов самоуправления, прочих объединений и организаций. Законодательной инициативой обладали в XVIII в. все государственные органы, от императора, Сената, коллегий, до местных – губернаторов. В высших органах власти происходило и их обсуждение. Законы утверждались императором, в отдельные периоды – Сенатом, чаще всего в отсутствие монарха.
Законы посылались на места заинтересованным учреждением, а для «всенародного объявления» их прочитывали в церквах и на ярмарках, вывешивали в людных местах. Ссылка на незнание закона не имела силы.
По форме законы становятся весьма многообразными. По случаю важных государственных событий (объявления войны, мира, восшествия на престол нового монарха и пр.) издавались .манифесты. Они исходили от царя и подписывались его именем. В манифестах по поводу восшествия на престол излагались обычно официальная версия смерти предшественника и программа предстоящего царствования. Иногда просто сообщалось: «Мы, такой-то, взошли на престол», радуйтеся. Радость населения значительно увеличивалась, если при этом объявлялось о снижении цены на соль или другие объекты государственной монополии.
Наиболее обильная и важная форма законов указы именные, сенатские, других государственных органов. Большинство их имело адресат: госучреждение нижестоящее или конкретное должностное лицо. Нередко указы подменяли распоряжения, разницу между ними подчас уловить трудно. Но есть среди указов и весьма важные: Указ о единонаследии 1714 г., О форме суда 1723 г., О секуляризации 17б4 г. и др. Именно с помощью указов и распоряжений разного рода в России вводилась регламентация всех проявлений деятельности общества. Историк М. М. Богословский писал, что подданный Петра I «обязан был нести установленную указами службу государству, он должен был жить не иначе, как в жилище, построенном по указному чертежу, носить указное платье и обувь, предаваться указным увеселениям, указным порядком и в указных местах лечиться, в указных гробах хорониться и указным образом лежать па кладбище, предварительно очистив душу покаянием в указные сроки».
Пётр I любил издавать уставы, специальные сборники законов, посвященные какой-то одной сфере государственной деятельности: Воинский, Морской. Позднее в уставах стали определять нормы отдельных частей материального права: Устав о векселях (1729 г.). Устав благочиния (1782 г.), О банкротах (1800 г.) и др. Петровские уставы весьма сильно зависели от аналогичных законов западных стран и применялись не только в военной сфере, но и в гражданских судах.
Весьма важным для истории права памятниками Петровского времени являются регламенты, определявшие устройство новых органов управления. Это Генеральный регламент или устав коллегиям, Духовный регламент, Регламент главного магистрата, о которых уже шла речь. Многие законы Петр I писал лично, проекты других выправлял. В 1721 г., к примеру, как явствует из его расписания, он четыре дня в неделю сочинял Адмиралтейский регламент. Вообще законотворческая деятельность, к которой Петр I привлекал иностранных ученых, была при нем очень интенсивной. Только за I четверть XVIII в. принято свыше 3200 актов. Нередко они противоречили друг другу, принимались без отмены и переработки прежних, подчас приносили вред вместо пользы. Петр ввел также за правило вносить дополнения к статьям законов под заголовком толк, где разъяснялись возможные двусмысленности и толковались спорные ситуации. Царь верил во всесилие закона и надеялся через его посредство изменить страну. Закон вторгался во все сферы жизни подданных, в том числе и в сферу личной жизни.
После Петра законотворческий процесс заметно поугас, но вера в силу закона сохранялась. Особое место отводила закону в своей деятельности «просвещенная» государыня Екатерина II, намеревавшаяся создать в России правовое государство. При ней на основе «Учреждения для управления губерний Всероссийской империи» 1775 г. была оформлена административная управленческая система российского государства. «Жалованные грамоты» 1785 г. закрепили права и обязанности дворян и горожан. Особо должны быть отмечены попытки Екатерины II принять новое Уложение законов.
Вопрос о создании общего кодекса законов был поставлен уже в 1700 г., и при Петре I, и при Елизавете Петровне заседали кодификационные комиссии, но из-за отсутствия профессионально подготовленных к этой работе юристов деятельность их не увенчалась успехом. Новую комиссию (девятую по счету) Екатерина II созвала в 1767 г. Помимо чиновников государственных учреждений (Сената, коллегий, Академии наук), к работе в ней были привлечены выборные представители всех сословий (кроме крепостных крестьян). 564 депутата в течение года обсуждали насущные проблемы государственного и общественного устройства России.
В основание деятельности Уложенной комиссии был положен «Накат, с которым «премудрая матерь отечества» обратилась к представительному собранию. Он состоял из 22 глав и 655 статей и с позиций западных просветителей охватывал все стороны государственного, сословного, гражданского и уголовного права. Главными источниками «Наказа» явились сочинение Монтескье «О духе законов» и трактат итальянского криминалиста Беккария «О преступлениях и наказаниях». С научно-философских позиций Екатерина II выступила в «Наказе» против крепостного права, вообще против всякого рабства, ратовала за смягчение норм уголовного права, наказаний, отмену пыток и т.п.
Комиссия была закрыта в 1768 г. в связи с начавшейся войной с Турцией. Но комиссии по отдельным вопросам продолжали свою работу, и хотя новое Уложение выработано не было, итоги обсуждения учитывались затем в текущем законодательстве. Очевидно, известную роль в судьбе комиссии сыграла острота постановки в ней крестьянского вопроса и, прежде всего, вопроса о крепостном праве. Отменять его императрица не собиралась, учитывая неготовность российского общества к этой акции. Понадобилось ещё 100 лет, прежде чем оно осознало необходимость уничтожения крепостничества. К тому же вошедшая во вкус самодержавного правления императрица не пожелала, вопреки своим демагогическим заверениям о приверженности закону, связывать абсолютную власть законодательством. Имели место и чисто технические трудности обработки часто непримиримых по сути законов. Такая сложная работа оказалась по силам лишь профессиональной комиссии юристов под руководством выдающегося государственного деятеля М.M.Сперанского которая спустя почти 70 лет после начинания Екатерины II воплотила в жизнь замыслы монархов XVIII в. Но к этому сюжету мы вернемся в свое время.
Основные моменты в развитии гражданского права
В XVIII в. с развитием рыночных отношений, с ростом промышленности, торговли, усложняются нормы гражданского права. Появляется понятие «собственности», уточняются представления об объектах имущественного права, увеличивается число видов гражданских сделок, появляется вексельное право. С другой стороны, усиливается проникновение государства не только в общественную, но и частную жизнь граждан, что находит свое отражение в семейно-брачном и наследственном праве (в особенности в первой четверти XVIII в.).
Право собственности. Право собственности отделяется от права владения. Помещики – собственники земли, государственные крестьяне – владельцы. По межевой инструкции 1754 г. вся сельская земля, не состоящая в собственности дворян, объявлялась казенной, состоящей в пользовании крестьянских общин. Все сделки по ее отчуждению в частную собственность признавались недействительными. Исключение делалось лишь для сделок крестьян или посадских одного уезда или города между собой здесь растет частное землевладение. По Учреждению о губерниях были созданы и два разных порядка защиты владения и собственности: первое через администрацию (городничих и исправников), второе – через судебные органы.
По мотивам фискального характера указом 1781 г. были введены периодические уравнительные переделы земли, и крестьяне окончательно потеряли право распоряжаться общинными землями через продажу, залог, дарение и даже передачу в наследство по завещанию. Сельский мир мог разделить землю в полную собственность отдельных крестьян только тогда, когда 2/3 общины изъявляли на это свое согласие. Это сохранялось в законе до начала XX в.
При Петре I государство неоднократно пыталось посягать на права частных собственников, прежде всего, собственников земли. Добыча металлов и минералов на землях помещиков была объявлена привилегией государства. Собственник же имел лишь преимущественное право на устройство заводов или получение 1/32 части прибыли от их разработки. За порубку ценных пород деревьев, пригодных для кораблестроения (клена, лиственницы, сосны, вяза), помещики отвечали штрафом, а за порубку дуба грозила смертная казнь. Петром I были взяты в казну частные рыбные ловли, а бортные леса обложены оброком. Имели место ограничения на частное предпринимательство, количество и качество производимых изделий, их цену, практиковались изъятия в казну предприятий и конфискации дворянских имений.
Указом 1714 г. было введено четкое разграничение движимости и недвижимости и для последней установлен особый режим. Всякие операции с недвижимостью (заклады, продажи и пр.) запрещались под угрозой штрафа. Касалось это не только вотчин и поместий, но и городской собственности — дворов и лавок. Именно этот указ уничтожил разницу между поместьем и вотчиной, объединив их общим понятием «недвижимое имение» и установив единые правила наследования. Стремясь предотвратить дробление собственности между наследниками с целью неоскудения платежей в казну, Петр I разрешил передачу недвижимого имения только одному из сыновей, как правило, старшему. Тем самым в России был введен майорат. Остальные сыновья должны были поступать на государственную службу, где вводилась система денежных окладов.
Введенный порядок, заимствованный из английского права, настолько не соответствовал установившейся в России традиции оделять частью недвижимого имущества всех детей, что уже в 1731 г. был отменен. Начались махинации с землей (подложные продажи, завещания младшим, ссоры и пр.). Но введенное указом разграничение движимого и недвижимого имущества сохранилось и было воспринято юриспруденцией. Сохранилось и представление о «недвижимом имении», под которым подразумевались земли, дома, лавки, а чуть позже – заводы, фабрики и рудники. С середины XVIII в. имущество стали делить на родовое или приобретенное по праву родства (с особым режимом наследования, с сокращением до трех лет сроков действия права родового выкупа) и благоприобретенное, т.е. доставшееся не по наследству. При Екатерине II входит в употребление и сам термин собственность.
Екатерина II отменила все ограничения, сделав дворян неограниченными собственниками земли, ее недр и лесов. Была запрещена и конфискация дворянских имений за преступления, хотя бы и самые тяжкие. Жалованная грамота городам подтвердила право собственности горожан на недвижимые имения, к которым были отнесены дворы, фабрики, заводы, земля с различными строениями. Допускались все способы распоряжения ими, как и движимым имуществом.
С 1801 г. всем подданным, в том числе и крестьянам, вышедшим из крепостной зависимости, были разрешены сделки с землей. Предприниматели из купцов, мещан, крестьян, пользовавшиеся ранее разного рода обходными путями для покупки земли, легализовали свой бизнес. Более того, Александр I в 1810 г. разрешил купцам приобретать земли у казны и владеть ими на «праве помещичьем», оставаясь в «купеческом состоянии». Монополия дворян на поземельную собственность начала разрушаться.
В начале XIX в. сохранялись лишь те ограничения вещных прав, которые известны под названием сервитутом. Старые сервитуты был подтверждены и появились новые. Так, проезжающие или прогоняющие скот могли останавливаться на лугах, прилегающих к дороге. Устанавливалась исключавшаяся из частных владений полоса шириной от 3 до 60 сажен. Берега судоходных рек предоставлялись проезжающим на судах, которые могли пользоваться бечевником, приставать к ним, выгружать товары и пр. 10 сажен береговой полосы были отчуждены в государственную собственность в 1766 г. Вводились ограничения в строительстве запруд на реках, плотин и мельниц, если вследствие строительства заливались водой луга и пашни лежащего ниже по реке имения. Разрешалось въезжать в чужие леса для рубки леса (строевого и дровяного) для личных нужд, ловить рыбу в реках и озерах, находящихся в частных и казенных землях и т.п.
Залоговое право. При Петре I предпринимались попытки ограничить, а то и вовсе запретить залог собственности (по указу 1714 г.). Нельзя было закладывать казенное имущество, оружие, мундир, которые изымались от залогопринимателя без всякого вознаграждения, а залогодатель наказывался вплоть до расстрела. С 1735 г. признавались недействительными заклады вещей (платья) в питейных домах, ас 1761 г. займы под заклад, сделанные во время игры и для игры.
В целом в развитии залогового права можно отметить следующие новеллы: окончательное введение крепостного порядка не только при залоге недвижимого имущества, но и при закладе движимого. Запрещается, во-вторых, закладывать вещи разным лицам, в силу чего действительной признается первая закладная. В-третьих, разрабатывается процедура взыскания денежных сумм, обеспеченных залогом. По закону 1737 г. залогодателям предоставлялась 8-месячная отсрочка уплаты долга, после чего заложенная вещь выставлялась на публичный торг. С 1744 г. закладная при неуплате денег в срок превращалась без всяких формальностей в купчую, и залогоприниматель приобретал право собственности на заложенную вещь. Погашенные закладные не только отдавались залогодателю, но и регистрировались, сначала в воеводской канцелярии, а с 1775 г. в судебных местах.
Обязательственное право. Изменения связаны с ростом рыночных отношений, укреплением прав собственности. Законодатель подробно регулирует порядок и форму заключения договора: 1) Определяется круг лиц, могущих вступать в договорные сделки, из него исключаются лица, находившиеся под опекой: несовершеннолетние, сумасшедшие, расточители. От их имени действуют опекуны. 2) Допускаются три вида (формы) договора: крепостной (составляется на гербовой бумаге в канцелярии государственного органа, удостоверяется необходимым числом свидетелей – от 2 до 5); явочный (его составляют сами контрагенты, а затем регистрируют в особой книге у нотариуса в канцелярии соответствующей коллегии или другого государственного органа); домашний (по мелким делам, который составляли и подписывали стороны и удостоверяли свидетели). 3) Предметом договора могли быть любые действия, не противоречащие закону, общественному порядку и благочинию. В противном случае сделки не имели силы.
Что касается видов договоров, то изменения касались мены и, прежде всего, обмена недвижимостями. Дважды в XVIII в. власти пытались ввести на эту сделку запрет (в 1714–1731 и в 1780–1788 гг.), но к концу столетия свобода мены окончательно восторжествовала. Существенное новшество имело место и в договоре найма имущества, связанное с укреплением права собственности на землю. Начиная с 1738 г. все хозяйственные постройки (дома, лавки и пр.), возведенные нанимателем (арендатором) на – земле, по окончании срока найма должны были поступать в собственность ее хозяина.
Значительной регламентации подвергся в XVIII в. и договор займи. Некоторым категориям населения закон запретил выступать в роли заимодавцев (всем чиновникам, служащим в губернии, с местными жителями), а другим брать взаймы (несовершеннолетним, а с 1796 г. – нижним военным чинам). Обязываться векселями, т.е. передавать обязанность уплаты денежной суммы третьему лицу (безналичный расчет) могли лишь купцы. С 1754 г. с учреждением Заемного банка введен 6 %-ный рост на заем.
С появлением капиталистических мануфактур развивается договор личного найма. Расширяется сфера его применения, нанимать людей можно не только для домашних услуг, но и для прочих работ: земледельческих, ремесленных, заводских, торговых. Сохраняются, однако, ограничения в условиях найма. Требуется разрешение лиц вышестоящих (для несовершеннолетних – отца, для жены – мужа, для крепостных крестьян – помещика, для солдат – начальства). Законодательно определяется для ряда категорий возможный срок найма: для крепостных крестьян, для обучающихся ремеслу – он равен 5 годам. У других срок найма указывался в документе, дававшем право на отлучку по причине найма. Размер оплаты труда определялся «полюбовно» контрагентами, имели место натуральные выплаты. Но закон начинает вторгаться и в сферу найма, пресекая возникновение возможных споров. Так, ремесленное положение определяло, что оплата труда учеников устанавливается раз в год на ремесленном сходе, споры решаются ремесленными управами, а затем старостами. Законодатель иногда запрещает натуральные платежи, скажем, водкой работникам винокуренных заводов.
При Екатерине II для регистрации договоров личного найма была учреждена должность маклера слуг и рабочих людей.
Та же тенденция прослеживается в развитии договоров поклажи, подряда и поставки. Предметы договора – самые разные: любое движимое имущество, любые контрагенты (за исключением монахов) в первом случае, любые объекты (постройка, ремонт, ломка, перевозка любых материалов, вещей, припасов) во втором. Несостоятельные подрядчики передают свои обязательства наследникам.
К XVI11 в. относится возникновение договоров товарищества (в торговой и промышленной сфере), контролируемых Мануфактур- и Коммерц-коллегиями. С 1782 г. руководство товариществами, с обязательным выборным правлением в них, переходит в руки Управы благочиния. Но процесс создания товариществ шел снизу, и законодатель в XVIII в. ещё не создал системы его регулирования.
Наследственное право. После отмены Указа о единонаследии свобода завещательного распоряжения родовыми имуществами была ограничена. Они могли передаваться только законным наследникам. При отсутствии завещания имущество переходило к нисходящим, т.е. к сыновьям и внукам; дочери получали 1/4 часть недвижимого и 1/8 часть движимого имущества. При отсутствии нисходящих наследовали боковые родственники, причем братья исключали сестер. Жена по указу 1731 г. получала 1/7 часть недвижимого и 1/4 часть движимого имущества мужа. Таким же правом пользовался и муж после смерти жены. При отсутствии наследников или неявке их в срок имущество признавалось выморочным и передавалось в казну. Выморочное имущество офицера или матроса поступало в госпитали, а «гражданских обывателей» по Жалованной грамоте городам – на нужды города.
Семейно-брачное право. Главным реформатором семейного права явился Петр I. Именно он предпринял наступление на церковь, в чьих руках оно находилось. Реформа началась с обручения, которое церковь превратила в обязательное, освященное ею таинство, придав ему силу нерасторжимого договора, равного по силе самому браку. Как правило, обручение проводили родители и опекуны детей, весьма часто обручали малолетних, чем нарушалось одно из главных условий брака – свобода волеизъявления брачующихся. Петр I указом 1702 г. ликвидировал неустойку при несостоявшемся браке, чем лишил обручение имущественно-обязательной силы. Был установлен и срок обручения – не ранее, чем за 6 недель до венчания. Кроме того, разрешалось расторжение помолвки, если молодые (жених, прежде всего), не видевшие ранее друг друга, друг другу не понравятся. Жених думал, что невеста «красна и благообразна и не скорбна и здрава», а она оказалась «безобразна, скорбна, нездрава». Теперь нельзя было заменить на смотринах кривую, хромую или рябую невесту её красивой сестрой или служанкой, что нередко делалось ранее.
При Екатерине II обручение как отдельный акт было уничтожено синодским указом 1775 г., оно стало простым церковным обрядом, совершаемым вместе с браком, а сговор – семейным обрядом, не имеющим юридической силы. Этим же указом ликвидировалась и обязательность приданого.
Условия совершения брака. Меняется брачный возраст. Петр I в указе о единонаследии пытался ввести 20 лег для мужчин и 17 лет для женщин. С 1730 г. государственным законом введены 18 и 16 лет (для Закавказья – 15 и 13) в качестве низшей грани. В 1744 г. впервые было сделано определение крайнего старческого возраста, за пределами которого брак запрещался – 80 лет. Синод считал, что после 80 лет «умножение рода человеческого уже невозможно». Это ограничение подтвердил в XIX в. и Свод Законов.
В качестве одного из условий признания брака действительным при Петре I стало умственное здоровье. В 1722 г. вышел указ «О свидетельствовании дураков в Сенате», которым запрещалось женить детей, негодных «ни в какую науку и службу», по причине невозможности получить от них «доброе наследие».
Для обеспечения свободы выбора вступающих в брак (еще одно условие) указом 1724 г. родителям было запрещено под страхом «тяжкого наказания» принуждать детей к «брачному сочетанию». Родители и опекуны перед венчанием должны были приносить клятву (чины первых классов в Синоде, прочие в епархиях у священников), что они не принуждают детей к вступлению в брак. Нарушение влекло за собой церковное покаяние, но лишение чести. Свод Законов 1832 г., сохранив это требование, ликвидировал наказания родителям как своеобразную гарантию непринуждения ими к браку своих детей.
При Петре I вводилось также разрешение на брак начальства для чиновников, как военного, так и гражданского ведомства. Особые строгости имели место у военных, где весьма часто наблюдалось двоеженство. К тому же Петр I полагал, что женатые офицеры «в косность приходят» и теряют интерес к службе. Что же касается двоеженства, то при его обнаружении действительным признавался первый брак, который мог быть расторгнут только после расторжения второго. При этом первая жена получала вдовий выдел из имущества мужа, а вторая не получала ничего. Дети от признанного незаконным брака объявлялись незаконнорожденными и не имели никаких прав на имущество и состояние отца.
С древних времен законодатель ограничивал повторные браки. На Руси сначала не допускался 3 брак. Потом, допустив его, церковь венчала лишь первый, а два последующих только благословлялись, хотя гражданские последствия этих трёх браков церковью признавались. Но практика, естественно, знала и большее количество браков (пример тому – Иван Грозный, имевший 6 жен). В XVII в. граждански законными признавались четвертые браки, но Соборное Уложение лишило 4 брак юридической силы (вдова после 4 брака и ее дети не получали наследства).
Екатерина II упростила и саму процедуру венчания. В 1765 г. был отменен сбор денег за «венечную память», что заставило вскоре Синод отменить и саму память и передать совершение брака приходским священникам. В 1796 г. из правила обязательного присутствия брачующихся на венчании было сделано исключение для членов императорского дома при женитьбе их на иностранных принцессах (по примеру Запада введено доверенное лицо). Стали допускаться смешанные браки лиц православного исповедания с лицами других христианских исповеданий (без перехода их в православие). Более того, стали разрешаться браки не христиан (евреев, магометан, буддистов) с христианами. Для фиксирования подобных браков, а также браков раскольников, в церквах вводятся книги актов гражданского состояния (светская форма брака), и все гражданские последствия таких браков рассматриваются теперь исключительно светским судом.
Условия прекращения и расторжения брака: физическая смерть; политическая смерть (лишение всех прав состояния). Ранее, как мы знаем, поток и разграбление, отдача в рабство «головой до искупа» не прекращали брака. Жена и дети должны были следовать за главой семьи. Только в 1720 г. по указу Петра I женам сосланных в вечные каторжные работы было позволено сделать выбор: следовать ли за мужем, либо уйти в монастырь, либо снова выйти замуж, либо остаться вне брака. В XIX в. это право распространилось на супругов, отправленных в ссылку, заключенных в арестантские роты (с 1843 г.).
Кроме того, причиной расторжения брака могло стать поступление и монашество (постриг). Для того, чтобы избежать насильственного помещения и монастыри нелюбимых жен, патриарх Иоанн в 1681 г. запретил второй брак для супругов, принявших монашество. Петр I ввел ещё более суровые ограничения: в монастырь могли поступать только оба супруга одновременно; по достижении известного возраста (по «Духовному регламенту» женщины в 50–60, мужчины с 60 лет); при взрослых и обеспеченных детях.
Указом 1722 г. окончательно узаконено имевшее место на практике и ранее прекращение брака из-за безвестного отсутствия супруга. С 1810 г. установлен срок безвестного отсутствия – 5 лет общий и 10 лет особенный (для попавших в плен). Поводом к расторжению брака оставались неспособность мужа к супружеской жизни, бесплодие жены, тяжкая болезнь или слепота. К нравственным причинам развода относились прелюбодеяние (блуд), переход не христиан в православие, несогласие в супружеской жизни (если муж пьяница и буян, патриарх по жалобе родственников избиваемой жены мог определить его «на смирение» в монастырь на срок до одного года, если это не помогало, супругов разводили, разделив «животы пополам» и запретив им в течение 7 лет вступать в новый брак).
Развод до 1805 г. оформляется в виде акта (разводного письма), составленного супругами и утвержденного местным священником, а затем (с 1730 г.) епархиальным архиереем. С 1805 г. все бракоразводные дела перешли в Синод, лишь в исключительных случаях (безвестного отсутствия, лишения прав) они отдавались архиерею. Получение развода становится делом весьма трудным.
Устав благочиния 1782 г. сформулировал идеал супружеских отношений. Закон предписывал мужу «прилепиться к жене», жить с ней в согласии и любви, «уважая, защищая и извиняя ее недостатки, облегчая ее немощи, доставляя ей пропитание по состоянию и возможности хозяина». «Жена да пребывает в любви, в почтении и послушании мужу, оказывает ему всякое угождение и привязанность, аки хозяйка». В таком виде представление о личных отношениях супругов вошло затем и в Свод Законов.
В советской литературе в свое время создавалось сильно преувеличенное мнение о полной подчиненности жены мужу в семье, о ее бесправности и забитости, о праве мужа истязать жену и пр. Вряд ли эти представления соответствуют действительности. Да, Домострой советовал мужу наказывать жену «полюцки», не увеча, да, женщина, вышедшая замуж за холопа, становилась холопкой, да, право «состояния» жены определялось положением мужа (кроме дворянок). Но ведь и мужчина становился холопом «по рабе», а Русская Правда рассматривала убийство жены как преступление, которое наказывалось полной вирой в 40 гривен, если вина жены в прелюбодеянии не доказана, и в 20 гривен при убийстве за вину. В московском праве убийство жены карается как убийство постороннего человека.
Муж и жена всегда имели равные права по отношению к детям, к обществу. Закон никогда не ограничивал правоспособность и дееспособность жены. В имущественном отношении, как мы уже видели, превалировал принцип раздельной собственности, жены владели вотчинами, доставшимися им в приданое, по наследству от родичей, в виде дара. Указ 1731 г. окончательно выделил имущество жены, провозгласив следующий принцип: «Собственным их (жен) приданным имениям, и что они, будучи замужем, куплею себе или после родственников по наследству присовокупили, быть при них, не зачитая того в ту указаную дачу, что надлежит дать им (наследникам) из мужня имения».
Тот факт, что по ряду имущественных вопросов жена должна была советоваться с мужем и без его ведома не могла, к примеру, выдавать векселя или заниматься торговлей от своего лица, не меняет дела. Тем более, что все эти ограничения к началу XIX в. исчезли из русского семейного права, и принцип равенства имущественных прав обоих супругов окончательно восторжествовал. Супруги могли даже вступать в сделки друг с другом: продавать друг другу имения, закладывать, дарить и пр.
Вполне независимыми от родителей в имущественном отношении считались и отделенные от них дети. Они распоряжались своей собственностью без согласия родителей. Другое дело – дети неотделенные, даже если они достигли совершеннолетия. Они не обладали собственным имуществом и, естественно, без санкции родителей не могли вступать в какие-либо сделки. Но и это обстоятельство вряд ли можно расценивать как отрицательное свойство русского права.
Опека законодательно оформляется в XVI11 в. Сначала Петр I в указе «О единонаследии», а затем в Инструкции городовым магистратам 1724 г. закрепил право опеки над малолетними за взрослым наследником недвижимого имущества. Было установлено и время совершеннолетия опекаемых (20 лет для наследников недвижимости, 18 лет для наследников движимого имущества, 17 лет для наследниц). По Учреждению о губерниях Екатерины II опека была передана в ведение сословных учреждений: дворянские суды и сиротские суды для горожан. С 1785 г. наряду с опекой учреждается попечительство над малолетними (с 14 лет). Известны также опека над безумными и над особо жестокими помещиками.
Развитие уголовного права
Все изменения в уголовном праве зафиксированы в Воинском артикуле 1716 г. Это сборник военно-уголовного законодательства, состоящий из 24 глав, 209 артикулов (статей), нормы которого распространялись и на сферу гражданско-правовых отношений. В основу его были положены соответствующие законы западных стран (Швеции, в первую очередь). В Воинском артикуле произошло ужесточение норм уголовного права по всем параметрам. В нем впервые применен термин преступление для обозначения наказуемых деяний. Под преступлением подразумевалось «все то, что вред и убыток государству приключити может», то есть всякое антиобщественное, антигосударственное деяние. Государство и здесь выходит на передний план.
По ряду государственных преступлений не соблюдается принцип личной ответственности, которая распространялась на жен и детей – людей невиновных. Не был определен возраст преступника, как правило, за криминальные действия наказывались и дети: от 10 лет -- розгами, от 15 плетьми. Только в 1765 г. этот возраст уголовного вменения был определен в 17 лет. Освобождаются от наказания умалишенные (ранее наказание смягчалось). Если ранее опьянение смягчало вину, то теперь отягощает и усиливает ответственность. Состояние аффекта, неосторожность смягчают вину. Допускается, как и ранее, необходимая оборона и учитывается состояние крайней необходимости (голод при краже). Наибольшую опасность по-прежнему представляют групповые преступления, в отношении участников которых действует равная ответственность. Голый умысел на совершение политических преступлений так же, как и ранее, сурово карается.
Петровское законодательство приняло ту классификацию преступлений, которая зафиксирована в Соборном Уложении. Но количество видов преступлений заметно выросло. Так, среди преступлений против веры появились, кроме известных, божба (упоминание «всуе» имени Бога), несоблюдение церковных обрядов, «действительное с дьяволом обязательство». Разнообразнее становятся наказания: богохульство карается прожжением языка раскаленным железом с последующим отсечением головы, чародейство – тюрьмой и шпицрутенами (новый вид наказания, введенный Петром I).
С Петровского времени берёт свое начало законодательно оформленная система политического сыска. Политические преступления передаются в ведение особых органов: Преображенского приказа, Тайной канцелярии, Тайной экспедиции (при Екатерине II).
Среди политических преступлений особое внимание уделяется оскорблению величества, словом «непристойным и противным», действием, критикой намерений и действий, которые влекут за собой смертную казнь (четвертованием или отсечением головы). Пресекаются «непристойные выражения» о престолонаследии, о высших государственных чиновниках, о правительственных учреждениях, о присяге, о деньгах, паспорте, портретах монарха, царских указах. Суровые наказания влекут за собой лживые толки по поводу реформ, неслужения молебнов и непразднования царских дней, ошибки в титуле монарха и пр.
Без судебной процедуры следовало казнить через повешение членов «недозволенных» обществ или собраний, целью которых были возмущение и бунт. В обязанность каждого подданного, как и ранее, вменялось доносительство о бунте и об измене («первые два пункта»). Распространение доносов, которые теперь не подвергались столь тщательной проверке, как во времена Соборного Уложения, было ограничено лишь в 1762 г. особым указом Петра III. Он упорядочил процедуру их подачи и проверки.
Ужесточается преследование за должностные преступления: казнокрадство, взяточничество, упущения по службе, нерадивость (оставление оружия, порча, пропажа, продажа и т.п.). Отсечением двух пальцев наказывалось лжесвидетельство и лжеприсяга в суде.
В борьбе с преступлениями имущественными (кражами, грабежами) законодательство вводит такое понятие, как цена вещи. Кража на сумму до 20 рублей (малая) наказывалась дважды шпицрутенами (6 в первый и 12 во второй раз), урезанием носа, ушей и каторгой в третий раз. Четвертая малая кража требовала смертной казни, как и кража большая – свыше 20 рублей. Повешением наказывалась приравненная к краже утайка вещей, взятых на хранение, растрата казенных денег, присвоение находки. Елизавета Петровна повысила цену малой кражи до 40 руб., но указ 1781 г. вернул её к прежней сумме, правда, снизив при этом наказание заключением в рабочем доме, где можно было заработать стоимость украденной вещи и возместить ее пострадавшему.
Среди преступлений против личности граждан (против жизни, прежде всего) в законодательстве Петра I появляются новые, относящиеся к категории особенно тяжких: отцеубийство, убийство ребенка во младенчестве, офицера солдатом, отравление, убийство наемное. К убийству приравнивалось самоубийство и убийство на дуэли.
Воинский артикул заметно ужесточил наказания. Смертная казнь применялась уже в 74 случаях. Увеличивается разнообразие ее видов: еретиков сжигают в деревянном срубе, воинских людей аркебузируют (расстреливают), участников бунтов четвертуют, сажают на кол, на железные спицы. Практикуется ссылка на галеры. Появляется каторга. Разнообразны болевые наказания – нещадное битье (шпицрутены, кнут, кошки, линьки) и членовредительные (урезания носа, ушей). Тело самоубийцы, например, следовало «в бесчестное место отволочь и закопать волочая прежде по улицам и по обозу». Покушение на самоубийство расследовалось и наказывалось, исходя из его мотивов: бесчестием, изгнанием из полка, а то и смертной казнью.
Воинский Устав сурово карал дуэлянтов, которые вместе с секундантами подлежали смертной казни. Убитые на дуэли подвешивались за ноги. Только Екатерина II смягчила наказание для участников дуэлей, предписав обращать его на оскорбителя, подавшего повод к дуэли, и осуждать не сам поединок, а его последствия (раны, увечья, смерть). При Петре I, который сам активно участвовал в допросах и казнях, трупы казненных месяцами висели на улицах, устрашая окружающих.
Среди наказаний широко фигурировали штрафы и конфискации как средство пополнения доходов казны.
Во второй половине XVIII в. происходит смягчение норм уголовного права и в нем появляются некоторые демократические черты. Большинство их было связано с именем Екатерины II. В «Наказе» Уложенной комиссии ею был провозглашен принцип презумпции невиновности. «Человека нельзя считать виновным ранее приговора судейского», – гласил один из его тезисов. Целью наказания стало не устрашение как при Петре I, а исправление, перевоспитание. «Наказ» призывал смягчить наказание сообщникам, непосредственно в преступлении не участвовавшим, не наказывать за голый умысел даже по политическим преступлениям, не говоря уже об умысле на убийство. По Уставу благочиния окончательно установилась индивидуальность наказании за преступление (сын перестал отвечать за отца), уменьшалось наказание за неумышленное преступление, совершенное в состоянии опьянения. Устав отделил проступки от преступлений и ввел штрафы за буйство и драки, произнесение бранных слов в присутствии «степенных людей» и женщин, начал борьбу с пьянством (пьяниц «исправляли» в смирительных домах). Рассмотрение дел о проступках и о малых кражах, как и предварительное следствие, были отданы в руки полиции.
Особенно важные изменения произошли в сфере наказаний. С середины XVIII в. начинает меняться отношение к смертной казни и вообще к жестоким наказаниям. Уже Елизавета Петровна в 1744 г. приостановила исполнение смертных приговоров, повелев прислать в Сенат все подобные дела. Ходатайства местных судов об отмене указа не были ею удовлетворены, напротив, через 2 года императрица подтвердила свое указание о приостановке применения смертной казни. В 1753–1754 г. смертная казнь была заменена «политической смертью», отменена для участников дуэлей.
Екатерина II, поклонница идей итальянского аббата Ч. Беккария, впервые выступившего против бессмысленных казней и террора, продолжила политику Елизаветы Петровны но ограничению казней. Смертная казнь не должна была вводиться по новому Уложению. Даже подавив восстание Пугачева, Екатерина казнила всего пятерых «бунтовщиков». После этого Сенат повелел уничтожить все орудия казни и пытки (кроме кнута) и впредь руководствоваться указами об отмене казней. Законодательное определение применения смертной казни произошло при Николае I. Свод Законов 1832 г. сохранил ее как исключительную меру только в отношении преступников политических, воинских и карантинных (нарушивших карантин во время эпидемий).
Смертную казнь заменили тюрьма и ссылка, которые должны были, по мысли «просвещенной» императрицы, «возвратить заблудшие умы на путь правый». Со времени указа 1753 г. были установлены 2 вида ссылки: на вечное поселение (с обязательными работами) и на житье. На житье в Сибирь по указу Елизаветы 1760 г., подтвержденному Екатериной II в 1765 г., можно было ссылать провинившихся крепостных крестьян по желанию их владельцев. Правительство, заинтересованное в быстрейшем освоении окраин, снабжало их землей, инвентарем и семенами и освобождало на первое время от податей. Каторгу перестали применять.
Наказания, направленные на лишение свободы, приходят и на смену имущественным взысканиям. Широко применявшиеся при Петре I штрафы, вычеты из жалованья, конфискации имущества, были прекращены при Екатерине II в отношении дворянства. Александр I распространил эту отмену в начале XIX в. и на имущество всех остальных сословий.
Дополнительным видом наказания с XVIII в. стало лишение прав. Оно началось с шельмования, которое стал применять Петр I (пощечины на публике, испрашивание прощения на коленях, раздевание донага, прибитие имени к виселице). В отношении дворян, кроме указанного, применялась гражданская казнь – над головой стоящего на коленях преступника палач ломал шпагу. Ошельмованный не мог быть свидетелем в суде, его можно было безнаказанно побить, ограбить и пр. С 1776 г. шельмование трансформируется в лишение всех прав состояния.
Суд и процесс
Главные изменения коснулись судоустройства. Предпринятые Петром I попытки отделить судебные органы от административных (о них шла речь выше) продолжила Екатерина II. Основные параметры судебной реформы Екатерины II следующие. Во-первых, произошло отделение судебных органов от административных. Во-вторых, введен в действие сословный принцип судоустройства (для каждого сословия – свой суд). В-третьих, судебные органы стали формироваться на новых выборных началах, которые сочетались с назначением.
Судебные органы делились на две инстанции: первую – на уровне уездов, которая осуществляла основные судебные дела, и вторую — на уровне губернии, которая действовала как апелляционная и ревизионная инстанция. Так, по Учреждению о губерниях 1775 г. были организованы следующие судебные органы: для дворян уездный суд (низшая инстанция), состоявший из уездного судьи и двух заседателей, избранных дворянством уезда и утвержденных губернатором; верхний земский суд (один на губернию), являвшийся апелляционной и ревизионной инстанцией для уездного суда. Он делился на 2 департамента – уголовных и гражданских дел, каждый из которых состоял из председателя, назначавшегося императрицей по представлению Сената, и пяти заседателей, избиравшихся дворянством.
Свой сословный суд получили и городские жители. Для них низшей инстанцией, состоявшей из двух бургомистров и четырех ратманов, избиравшихся купцами и мещанами уездного города сроком на три года, стал городовой магистрат. Губернский магистрат (одни на губернию) был апелляционной и ревизионной инстанцией для городовых магистратов. Как и верхний земский суд, он состоял из двух департаментов уголовного и гражданского, во главе которых стояли председатели, назначавшиеся Сенатом. Они решали дела коллегиально вместе с тремя заседателями, избиравшимися купцами и мещанами губернского города.
Государственные крестьяне судились в пил/спей расправе (суд низшей инстанции), состоявшей из судьи, назначенного губернским правлением из чиновников, и из восьми заседателей, избранных крестьянами. Верхняя расправа выполняла роль апелляционной и ревизионной инстанции для нижних расправ. В двух ее департаментах уголовном и гражданском действовали председатели, назначаемые Сенатом, и но пять заседателей, избранных самими крестьянами.
Как видим, новая судебная система на уровне высших инстанций отделила уголовный суд от гражданского. Это же правило преследовалось в создании двух высших апелляционных и ревизионных инстанций – палат уголовного и гражданского суда, поставленных над всеми судебными местами губернии. Императрица назначала в каждую палату председателя, а Сенат двух советников и двух асессоров.
Кроме того, в каждой губернии учреждались совестные суды, состоявшие из назначенного совестного судьи и из шести заседателей, избиравшихся по два от каждого сословия. Их ведению подлежали гражданские дела, рассматривавшиеся в примирительном порядке, и некоторые уголовные дела (по преступлениям малолетних, безумных, о колдовстве и пр.), выносить решения по которым можно было не только на основании законов, но и «естественной справедливости».
В Петербурге и Москве были организованы также Нижний и Верхний надворные суды, которые разбирали дела лиц, приезжавших в столицы по делам службы и прочим своим занятиям. Высшим судебным местом империи стал Сенат, которому принадлежали апелляционные и ревизионные функции.
Важным моментом в истории суда стала также передача следственных функций в 1782 г. Управе благочиния. Была подвергнута реорганизации и прокуратура, которая стала действовать при губернском правлении. Ей подчинялись прокуроры при высших сословных судах: верхнем земском, губернском магистрате и верхней расправе. Екатерина II надеялась, что прокуратура будет «споспешествовать» правосудию и сохранять «добрый законами установленный порядок». Прокуроры в судах следили за тем, как рассматриваются дела, и при обнаружении злоупотреблений ставили в известность губернского прокурора. Надзор за судами помогали осуществлять стряпчие уголовных дел. Уездный стряпчий надзирал за судами первой инстанции. Возглавлял институт прокуратуры генерал-прокурор.
Однако отделение суда от администрации не было полным, поскольку губернаторы сохраняли право общего надзора за судебными местами губернии. Они могли приостанавливать исполнение судебных решений, если признавали их несправедливыми, без санкции губернатора не могли исполняться приговоры о смертной казни или лишении жизни.
Реформа суда, увы, не затронула огромные массы крепостного крестьянства, которое по-прежнему судилось у своих помещиков и у их приказчиков. В таком виде судебная система Российской империи дожила до реформы 1864 г. Некоторые изменения произошли в конце XVIII в. (отмена совестных судов, высших инстанций, роль которых взяли на себя губернские палаты и пр.), но они не затронули ее сути: сословности, коллегиальных начал, отделённости уголовного суда от гражданского, следственной части от судебной. Возрожден был созданный Петром I, по затем захиревший военный суд (Петр называл его «кригсрехт»). Продолжал действовать учрежденный Петром I духовный суд, в котором судились духовные лица и «миряне», совершившие преступления против религии и церкви. Органами духовного суда были «духовных дел управители» (первая инстанция), епархиальный архиерей, консистория, Синод.
Процесс при Петре I. Главные законы о процессе – это указ 1697 г. «Об отмене в судных делах очных ставок, о бытии вместо них расспросу и розыску», который нанес серьезный удар по состязательной форме процесса и ввел розыск (следственный и инквизиционный процесс). Регламентирование последнего осуществилось в «Кратком изображении процессов или судебных тяжеб» 1716 г. Наконец, указ 1723 г. «О форме суда» восстановил состязательный процесс в гражданских делах.
Итак, характерные черты процесса петровского времени: 1. Окончательное вытеснение старинного состязательного (обвинительного) процесса следственным. Письменное приложение к Воинскому уставу — «Краткое изображение процессов», заимствованное из Западной Европы и регулировавшее военно-уголовный процесс, было распространено и на сферу гражданских дел. В процессе главную роль стал играть суд (а не сами стороны), судоговорение заменили письменные доказательства, права обвиняемого резко ограничились, он становится объектом пытки, судопроизводство осуществляется тайно, а представительство сторон (поверенные) ограничивается и допускается только в исключительных случаях и только в гражданских делах (болезнь).
2. Вводится формальная система доказательств, сила которых определена законом. Собственное признание, добытое пыткой, превращается в «лучшее свидетельство всего света». Не пытают лишь стариков старше 70 лет, детей, беременных женщин, дворян, служителей высоких чинов (если речь идет не о государственном деле или убийстве). На втором месте среди доказательств стоят свидетельские показания, но круг свидетелей строго очерчен. Не могли свидетельствовать в суде опороченные люди (преступники, прелюбодеи, не бывшие на исповеди), а также родственники и дети моложе 15 лет. Сила свидетельских показаний была выше у мужчины, чем у женщины, у знатного человека, чем у простолюдина, у духовного лица, чем у светского, у учёного, чем у неуча.
Лучшим доказательством в делах гражданских признавались письменные документы. При отсутствии доказательств сохраняла силу присяга. Этот остаток Божьего суда был единственным доказательством, сохранившимся от обвинительного процесса.
С особой тщательностью проводилось следствие по политическим делам. Сохранившиеся документы – судебно-следственные дела Тайной канцелярии позволяют судить о процессе. В их составе находятся изветы, дававшие повод к началу розыска (с указа 1715 г. анонимные доносы велено было сжигать, не вникая в их содержание), расспросные речи -- своеобразные протоколы допросов изветчика, обвиняемого и свидетелей (если допрос сопровождался пыткой, то «речь» называлась пыточной), справки – отсылки к соответствующей норме закона, экстракты краткое изложение сути и хода дела (для доклада в вышестоящую инстанцию или царю), приговоры, которые содержали не только характеристику меры наказания (штраф, освобождение, нещадное битье, ссылка, каторга, смертная казнь), но и указание места и даты исполнения приговора и формы поощрения изветчика (денежное вознаграждение, повышение по службе и пр.).
Приговор принимался большинством голосов, при равном их распределении решающим был голос председателя. После принятия решения судьями приговор излагался письменно, со всеми обстоятельствами дела и мотивами, подписывался любо всеми судьями, либо председателем и оглашался секретарем в присутствии челобитчика и ответчика. Приговоры можно было обжаловать в вышестоящей инстанции: Генеральном кригсрехте, у фельдмаршала, командующего, генерала и др.
Целью введения розыскного процесса было желание царя избавиться от волокиты и злоупотреблений, процветавших в старом суде. Но сделать это не удалось. Новая судебная система работала плохо: пестрота в делах гражданских приводила не к уменьшению, а к увеличению волокиты. Кроме того, потребовался огромный судейский аппарат, заполнить который оказался некем, ибо система подготовки судей отсутствовала. В судах заседали те же чиновники, что и в других органах. Не зря И. Т. Посошков писал, что в России «судная расправа никуда не годная, какие указы его императорского величества не состоятся, все ни во что обращается, но всяк по своему обычаю делает».
Очевидно, плачевные результаты реформирования процесса были известны законодателю, который указом 1723 г. «О форме суда» попытался восстановить состязательный процесс. Устанавливались сокращенные сроки для явки сторон и законные поводы неявки, обязанность челобитчика излагать обстоятельства дела «по пунктам» и т.п. В следующем, 1724 г., однако, из производства по этому указу стали изыматься дела «доносительские и фискальные» (о политических преступлениях, взяточничестве и казнокрадстве), а после смерти Петра I в 1725 г. и все другие уголовные дела, где восторжествовал чисто розыскной процесс. Но и в производстве по гражданским делам устное судоговорение не восстановило своих позиций, уступив их окончательно письменной форме суда.
При Екатерине II произошли серьезные изменения в организации судебной системы, но они почти не затронули процесса. Только применение пыток было резко ограничено, а в уездных городах они были запрещены вообще. В губернских судах для их применения требовалось испрашивать разрешение губернатора. Выла разработана также система подачи апелляций. Устанавливался недельный срок по объявлении приговора для заявления о ее подаче, годичный срок для ее оформления лицами, жившими в России, и двухгодичный для лиц, живших за границей. Пересмотр в апелляционном порядке допускался лишь в отношении гражданских и тех уголовных дел, которые возбуждались по инициативе пострадавших. Прочие уголовные дела могли пересматриваться только по инициативе суда высшей инстанции.
Таким образом, в XVIII в. в России сложился тот государственный и правовой порядок, который просуществовал почти без изменений до ре форм 1860–1870-х годов, а в некоторых отношениях и до революции 1917г.
ТЕМА 10.
РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТОВ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
Вопросы:
1. Реформирование органов центрального управления: министерства, Кабинет министров. Государственный совет. Собственная его Ими. Величества Канцелярия.
2. Кодификация законов. Полное собрание законов. Свод законов Российской империи.
3. Гражданское право в СЗРИ.
4. Уголовное право по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных.

Первая половина XIX в. включает в себя два царствования: Александра Павловича I (1801–1825 гг.) и Николая Павловича I (1825–1856 гг.).
В этом периоде Российскому правительству пришлось решать несколько задач, которые в значительной степени определили дальнейшее развитие государственных и правовых институтов.
Первая задача возникла в связи с разразившейся во Франции в конце XVIII в. буржуазно-демократической революцией, которая свергла с престола династию Бурбонов и казнила короля Людовика XVI. Под влиянием этих событий в Европе зашатались другие троны, стали активно распространяться либеральные идеи: свободы (индивидуальной и политической), равенства, конституции, борьбы с тиранами и т.п. В России это влияние выразилось в движении декабристов, которые 14 декабря 1825 г. вывели войска на Сенатскую площадь в Петербурге под лозунгами уничтожения самодержавия и введения конституционного правления.
Закономерным явлением во внутренней политике российского правительства становится задача стабилизации монархической власти и ее частичное реформирование с целью укрепления государственности. Решить ее пытались оба императора и в особенности Николай I, который пришел к власти в разгар событий 14 декабря 1825 г., лично вел следствие по делу декабристов и сумел извлечь из него некоторые уроки.
Вторая задача органично вытекала из первой, но была поставлена экономикой, формирующимися в стране капиталистическими рыночными отношениями. Развитие товарно-денежного хозяйства сдерживалось наличием крепостного права. Пагубное влияние крепостничества сказывалось, во-первых, в том, что у производителей отсутствовали стимулы к повышению производительности труда, к накоплению средств. С другой стороны, прикрепление крестьян к земле не способствовало формированию рынка свободной рабочей силы. Рынок же не может развиваться без капиталов и наличия свободных рабочих рук.
Проблема отмены крепостного права, вставшая во весь свой рост ещё при Екатерине II, досталась по наследству ее внукам. Решить ее окончательно им не удалось, но значительные шаги в направлении ее решения ими были предприняты. О том свидетельствуют законы, с помощью которых социальные отношения приспосабливались к рынку: 1801 г. «о предоставлении купечеству, мещанству и казенным поселянам права приобретать покупкою земли»; 1803 г. – «Об отпуске помещиками своих крестьян на волю по заключении условий, на обоюдном согласии основанных»: 1842 г. – «О представлении помещикам права заключать с крестьянами договоры на отдачу им участков земли в пользование за условленные повинности»; 1848 г. – «О предоставлении крестьянам помещичьим и крепостным людям права покупать и приобретать в собственность земли, дома, лавки и недвижимое имущество» и др.
На протяжении почти всей первой половины века российскому государству пришлось решать ещё одну, связанную с первой, задачу, которая отвлекала его от проблем внутренних. Это борьба с французской экспансией в Европе и собственная российская экспансия на всех направлениях: западном, восточном и южном. Россия была непременной участницей всех коалиций западных стран, пытавшихся сдержать распространение революционной французской «заразы» на континенте и унять непомерные амбиции императора французов – Наполеона Бонапарта.
Россия в этой борьбе пережила ряд блистательных побед, особенно в ее финальной части, но ещё больше было поражений и унижений (достаточно вспомнить поверженную и сожженную Москву). Тем не менее борьба завершилась победой, что резко подняло авторитет российского императора не только на внешней, но и на внутренней арене. Используя его, Россия продолжила наращивать свою территориальную мощь, превращаясь в огромную мировую державу (Польша, Финляндия, Молдавия, Кавказ, Средняя Азия, Казахстан вошли в этом периоде в ее состав). Правительство России было вынуждено в своей политике учитывать интересы наций, влившихся в состав империи, а с другой стороны, бороться со всякими центробежными тенденциями, распространять государственное право империи на новые территории и национальные окраины. Это была одна из сложнейших задач, с которой российское государство успешно справилось.
Итак, как реформировалась государственная система России? Что нового, достойного быть отмеченным, появилось в этом периоде?
8 сентября 1802 г. Александр I подписал манифест «Об учреждении министерств», которым было положено начало реформированию исполнительной власти. Манифест окончательно утвердил в России отраслевой принцип организации управления. Этот принцип вообще характерен для буржуазного общества, построенного на рыночном механизме. Для России его принятие являлось простым подражанием Западу, ибо здесь не мог действовать главный принцип буржуазной государственности – ответственности министров перед парламентом. Министры, входившие в правительство, назначались монархом и были ответственны перед ним. Правда, поначалу предполагалось, что будет введена «контрасигнатура», то есть скрепление министерскими подписями императорских указов, но это введение не состоялось.
Но и в таком виде учреждение министерств вместо коллегий было шагом вперед, ибо 1) они действовали более оперативно, 2) усиливалась персональная ответственность руководителей и исполнителей, 3) расширялось значение канцелярий и делопроизводства. Функции министерств (сначала 8-ми, с 1811 г. – 13-ти) были обширными и часто выходили за рамки их названий. Так, Министерство внутренних дел кроме организации и поддержания общественного порядка управляло ещё промышленностью и строительством. Министерство просвещения кроме руководства образовательными учреждениями (от начальных училищ до университетов), управляло музеями, типографиями, библиотеками, занималось подготовкой кадров для госаппарата, осуществляло цензуру.
В 1811 г. под руководством М. М. Сперанского был издан документ «Общее учреждение министерств», который определил правовой статус этих органов. Власть министров обозначалась в нем как высшая исполнительная, непосредственно подчиненная императору. Аппарат министерств делился на департаменты (присутствия) по направлениям деятельности и канцелярии, в которых велось делопроизводство. В 1812 г. основан Комитет министров (Кабинет), в который помимо министров вошли председатели департаментов Государственного совета, Государственный секретарь (глава Госсовета) и назначенные царем некоторые высшие сановники империи. При Николае I в состав Комитета министров входил наследник престола.
Комитет рассматривал законопроекты, отчеты министерств, решал кадровые проблемы. Все его решения утверждались императором, кроме разного рода мелких дел (назначения пенсий, пособий и пр.). Комитет министров заменял императора в его отсутствие, а при нем осуществлял надзор за высшими органами управления. Таким образом, в лице Комитета министров Россия получила в начале XIX в. высший административный законосовещательный орган, который был упразднен только в апреле 1906 г. в связи с учреждением Государственной думы.
При Александре I были предприняты также попытки реформирования законодательной власти. Сначала предполагалось наделение законодательными правами реформированного Сената, но в 1810 г. после привлечения к разработке проектов государственных реформ М. М. Сперанского, в качестве аналога западных парламентов был создан Государственный совет (просуществовал до 1917 г.) с числом членов от 40 до 90 (в разные годы). Но это не был выборный орган. Члены Госсовета назначались императором из высших чиновников империи, а сам император председательствовал на его заседаниях и утверждал принятые им законы.
Основная работа по подготовке законопроектов осуществлялась в Первом департаменте законов, укомплектованном профессиональными юристами. Остальные четыре департамента руководили военными делами, делами гражданскими и духовными, экономикой. Пятый департамент управлял делами Царства Польского. При Александре 1 Госсовет главенствовал над системой министерств.
При Николае I всю систему центральных отраслевых органов государственного управления возглавила Собственная Его Императорского Величества канцелярия. Госсовет и Комитет министров вынуждены были уйти в тень. С.Е.И.В. Канцелярия состояла из шести отделений, деятельность которых охватывала все сферы государственной жизни. Первое контролировало министерства, ведало назначением и увольнением высших чиновников. Оно обладало законодательной инициативой и разрабатывало проекты законов. Второе Отделение осуществляло кодификационные работы, обобщало юридическую практику. Третье Отделение руководило борьбой с государственными преступлениями, с «революцией», осуществляло контроль за деятельностью религиозных сект, вело надзор за некоторыми категориями граждан, в том числе за неблагонадежными персонами, наблюдало за местами лишения свободы. Третьему Отделению подчинялась полиция и созданная в 1827 г. жандармерия. Оперативная работа велась в семи жандармских округах, на которые была поделена Российская империя. В губернских и портовых городах действовали команды жандармов, в задачу которых входило «усмирение буйства и восстановление нарушенного повиновения», а также «рассеяние законом запрещенных скопищ».
Четвертое Отделение С.Е.И.В. Канцелярии занималось организацией благотворительной деятельности и женского образования. Пятое Отделение подготовило и провело реформу управления государственными крестьянами. В Шестом Отделении сосредоточивались кавказские дела. В целом С.Е.И.В. Канцелярия фактически стояла над всем аппаратом управления, а права ее отделений не отличались от прав министерств.
При Александре I по инициативе Сперанского была предпринята также попытка реформировать процесс продвижения государственного чиновничества по служебной лестнице. До 1909 г. это продвижение до чина статского советника (5 класс – низший генеральский чин) осуществлялось по принципу выслуги. Прослуживший необходимое число лет чиновник получал следующий чин независимо от места, которое занимал, и от своих реальных заслуг. Вверх продвигались все: и нерадивые, и невежды. Особо стараться исполнять долг не было стимула, ибо вступивший в службу раньше, пусть не столь способный и нечистый на руку, был недосягаем для шедших после него.
По указу 1909 г. для гражданских чинов был введен образовательный ценз. Начиная с коллежского асессора (8 класс – низший штаб-офицерский чин), необходимо было иметь высшее университетское образование или сдать соответствующий экзамен. Для производства же в статские советники требовался ещё 10-летний стаж службы, в том числе 2 года на ответственных должностях.
Экзамен предполагал «грамматическое знание русского языка и правильное на нем сочинение», «знание по крайней мере одного языка иностранного и удобность перелагать с него на русский», «основательное знание прав естественного римского и частного гражданского с приложением последнего к российскому законодательству», «сведения в государственной экономии и законах уголовных», «основательное знание отечественной истории», истории всеобщей с географией и хронологией, «первоначальных оснований статистики» и «знание по крайней мере начальных оснований математики и общие сведения о главных частях физики». Все эти знания должны были способствовать не только совершенствованию умственных и деловых качеств чиновников, но и нравственности. И хотя этот ненавидимый косной чиновничьей массой закон был отменен в 1834 г., он сыграл свою роль в выработке критериев, которым должен был отвечать облеченный властью и исполненный чувства долга ответственный государственный человек. По авторитетному мнению современников он способствовал повышению культурного уровня чиновников.
Кодификация права
Попытки кодификации законов в Российской империи были начаты ещё в XVIII в. и продолжались при Александре I. Но только Николаю I, который привлек к кодификационной работе М. М. Сперанского, возглавившего Второе отделение С.Е.И.В. Канцелярии, удалось осуществить это начинание. Второе отделение провело огромную работу по розыску, сличению и упорядочению отдельных законодательных актов и правительственных распоряжений и подготовило два крупных издания. В 1830 г. вышло 46-томное (с несколькими томами указателей) Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ), которое вобрало в себя свыше 80 тысяч актов, начиная с Соборного Уложения, которым открывался 1 том, и заканчивая законами 1825 г. (концом царствования Александра I), помещенными в последнем томе. Законодательные акты располагались в нем в хронологическом порядке (то есть по мере выхода).
В дальнейшем ПСЗ было продолжено и выпущено ещё два издания. Второе издание (54 тома) вобрало в себя законодательные акты 1826 — 1881 гг. Третье издание (16 томов в 18 книгах) обобщило законодательство, начиная с 1881 г. и заканчивая 1913 годом.
Наряду с ПСЗ было подготовлено и в 1832 г. издано ещё одно собрание – Свод законов Российской империи. В нем увидели свет действующие законы, объединенные в 15 томов и расположенные в них уже не в хронологической последовательности, а по тематическому принципу.
В основу структуры Свода положено деление права на публичное и частное, идущее от западноевропейских буржуазных концепций и восходящее к римскому праву. Сперанский называл эти две группы законов государственными и гражданскими. В первой группе располагались Основные государственные законы, в которых характеризовалась организация публичной власти (высшие органы власти, учреждения центральные и местные, устав о государственной службе). Затем шли законы, характеризующие организацию управления и устройство казны ( уставы казенного управления, о повинностях, таможенный, монетный, горный и др.). Третью группу составляли законы об организации сословного строя (о состояниях). В четвертую входили уставы государственного благоустройства (кредитный, торговый, промышленности, путей сообщения, сельскохозяйственный, почтовый, телеграфный и др.).
В особую группу выделялись Уставы благочиния, объединявшие законы о народном продовольствии, общественном призрении, организации врачебной помощи и др. Сюда же относились помещенные в отдельном томе (14-м) уставы о паспортах, о цензуре, о ссыльных, о беглых и др., определявшие законодательное поле деятельности полиции.
Наконец, впервые в российском законодательстве были отделены друг от друга помещенные в разных томах законы гражданские (т. 10) и законы уголовные (т. 15).
Такой принцип соединения воедино разрозненных законов (инкорпорация) сохранялся на протяжении всех последующих переиздании Свода (в 1842, в 1857 гг.). В 1885 г. в Свод был введен ещё 16 том. содержащий процессуальное законодательство. Кроме того, в 1845 г. 15 том Свода, то есть законы уголовные, с некоторыми изменениями и дополнениями были изданы как «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных». которое можно рассматривать как первый уголовный кодекс России.
Юридическая техника Свода законов основывалась на методике Ф. Бэкона, апробированной в кодексе Юстиниана. Статьи Свода, основанные па одном действующем законе (указе), излагались словами указа без изменений. Статьи, основанные на нескольких указах, излагались словами главного указа с дополнениями и пояснениями из других. При этом под каждой статьей давались ссылки на указы, в нее вошедшие. Многосложные тексты сокращались, а из противоречащих друг другу выбирался лучший с точки зрения составителей или более поздний.
Так, в первой половине XIX в. была оформлена система российского права, дожившая в своей основе до последних дней империи.
Гражданское право по Своду законов Российской империи
Как уже было сказано, впервые в русском законодательстве сфера гражданского права была выделена как особая отрасль права (т. 10 – законы гражданские и межевые). Правда, часть норм, регулирующих обязательственное право, помещалась в торговых уставах (т. 11), часть других норм в законах о праве состояния (т. 9). В рамках данной темы мы рассмотрим две ее основные части: право собственности и наследственное право.
Право собственности
В Своде законов впервые было дано определение понятия собственности как «права лиц исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом вечно и потомственно».
Закон выделял несколько видов собственности, из которых два вида определялись как основные: собственность частная и собственность государственная. Частная собственность, в свою очередь, могла быть полной (право на владение, пользование и распоряжение имуществом без всякого постороннего участия) и неполной, то есть ограниченной другими посторонними. Ограничения могли быть в общих целях (право участия общего — проезд и проход по дорогам, рекам, запреты на строительство плотин, мельниц на судоходных реках и пр.) и в целях, уважения прав других частных лиц (право участия частного). В последнем случае речь шла о сервитутах, хотя сам термин в законе отсутствовал. Соблюдая закон, нельзя было пристраивать кухни и печи к стене соседнего дома, лить помои или сметать мусор в соседний двор, выводить окна на соседнюю крышу, позволять деревьям свешивать свои ветви через забор соседа и т.п.
Полным могло быть право собственности на землю и на имущество. По праву полной собственности на землю владелец имел право «на все произведения на поверхности ее, на все, что заключалось в недрах ее, на воды, в пределах ее находящиеся, и, словом, на все ее принадлежности» (вширь, вглубь и вверх). Земли по берегам рек отграничивались серединой реки, во владение входил тальник, растущий на ее берегу, клад, найденный в земле владельцем, принадлежал ему целиком, половина, если нашел чужак, и т.п.
По праву полной собственности на имущество владельцу принадлежали все плоды, доходы, прибыли, извлеченные из него «трудом или искусством».
Имущество могло быть недвижимым и движимым. Эти понятия появились ещё в XVIII в., но теперь закон предусматривал и более дробное их деление. Так, недвижимое имущество считалось нераздельным или подлежащим разделу. К нераздельному закон относил фабрики, заводы, лавки, золотосодержащие прииски, переданные из казны для разработки в частные руки, участки земли до 8 дес. у государственных крестьян, майоратские и заповедные имения в западных губерниях страны. Дворы в городах могли делиться только по разрешению полиции.
Сохранялось деление недвижимого имущества на родовое и благоприобретенное (выслуженное, купленное и др.). Первое приобреталось только по праву законного наследования и подлежало праву родового выкупа.
Движимое имущество составляли: 1) морские и речные суда, 2) книги, рукописи, картины, иконы и прочие объекты науки и предметы искусства, 3) домашние уборы, экипажи, земледельческие орудия, скот, хлеб (сжатый и молоченый), запасы, 4) все, извлеченное из земли (руды, минералы), 5) наличный капитал (деньги, векселя, закладные и прочие ценные бумаги). К движимому имуществу до отмены крепостного права причислялись права на крепостных людей без земли. Семейства крепостных (муж, жена, мать, отец, неженатые сыновья и незамужние дочери) считались неделимыми, их нельзя было дробить при дарении, продаже, залоге и других сделках. Разделить их можно было только при отпуске на свободу.
Второй основной вид собственности — собственность государственная. Это все, что не принадлежало частным лицам и не составляло других видов собственности. Сюда входили казенные земли (населенные и ненаселенные), морские берега, судоходные реки, большие дороги, леса, публичные здания и пр. Казенным имуществом считались все подати, пошлины и иные сборы, составлявшие доход казны.
Из других видов собственности следует назвать собственность удельную (земли и крестьяне императорской семьи), дворцовую (имущество императорского дома). Последняя существовала в двух ее формах: собственность царствующего императора, которая не могла быть завещана, поделена на части или отчуждена другими способами (Зимний и другие дворцы, Царское село, Петергоф и другие загородные имения) и личная собственность императорского дома, которая могла быть отчуждаемой (Ораниенбаум, Гатчина, Павловское и др.).
«Собственностью разных установлений» (учреждений) владели церковь, монастыри, научные и учебные заведения, кредитные, богоугодные и прочие заведения. Шестой вид – собственность общественная (дворянских, городских и других обществ). ещё один вид собственности – собственность казачьих иррегулярных войск. Плоды интеллектуального труда составляли собственность литературную, музыкальную, художественную.

Способы приобретения и прекращения собственности. 1. Дарственные и безмездные (пожалования, выдел, дар, завещание). 2. Наследство. 3. Обоюдные (мена и купля). 4. Другие договоры и обязательства (залог, заклад, аренда и т.п.). Существовало и принудительное отчуждение права собственности, о котором следует сказать особо.
Принудительное лишение права собственности требовало вмешательства власти и могло осуществляться тремя способами: 1) по судебному постановлению: 2) в виде экспроприации; 3) в виде конфискации. Судебные постановления лишали права собственности при обращении взыскания на имущество и при разделе общего имущества. При обращении взыскания на движимое имущество оно подвергалось аресту (описывалось и опечатывалось) и продавалось с молотка (то есть с публичного торга).
При обращении взыскания на недвижимое имение на него накладывался запрет (на рубку леса, вывоз или отчуждение чего-либо). По истечении известного срока (как правило, 2 месяца), при неоплате долгов, имение описывалось и распродавалось через опросные листы, в которые каждый мог вписать свою цену. Вписавший самую высокую цену приобретал недвижимость.
Экспроприация – это отчуждение или ограничение права собственности, предполагавшее принуждение, а если нужно, то и насилие. Могла иметь место экспроприация собственности в пользу сервитута. Такая экспроприация всегда требовала справедливого и приличного вознаграждения убытков, эквивалентного цене потерь. Это могли быть деньги или натура, к примеру, новый участок земли в другом месте. Обязательно учитывалась и так называемая несостоявшаяся прибыль, то есть убытки в результате последствий отчуждения. Существовала и чётко разработанная процедура её оценки.
Как правило, за вознаграждение отчуждалась собственность для государственных нужд: изъятие земель под железнодорожное строительство, хлебных запасов во время голода, лошадей для военных нужд и пр. Могло быть и безвозмездное изъятие, к примеру зачумленных животных во время эпизоотии.
Конфискация — это отчуждение собственности государственной властью в виде наказания, как правило, в результате совершенного преступного деяния. Конфискация касалась отдельных вещей (контрабанды, орудий преступления и пр.). Конфискация всего имущества по русскому законодательству XIX в. неизвестна. Она могла иметь место, очевидно, только по специальному распоряжению правительства в случае участия в бунте или заговоре.
Наследственное право
Нас интересует наследование по закону, ибо наследование по завещанию ко времени составления Свода законов предполагало полную свободу завещателя, кроме тех исключений, о которых шла речь и которые были связаны с родовым или неделимым имуществом.
По закону к наследованию, как и прежде, допускались лица, связанные с умершим кровным родством. По круг родственников заметно расширился. В наследовании участвовали иностранцы, дети, ещё не рожденные, а лишь зачатые до смерти отца и находившиеся в утробе матери, лица, имевшие физические недостатки (глухие, немые, безумные и т.п.). Только дне категории населения России не имели права наследования: лишенные всех прав состояния и монашествующие как отрекшиеся от мира.
К наследованию допускались вес члены роди, как мужчины, так и женщины, зачатые в законном браке (то есть церковном).
Близость родства определялась линиями и степенями. Существовало несколько линий: нисходящая (прямые потомки), боковая ('братья и сестры и их потомки), восходящая (родители и их предки), побочная (дядья и тетки и их потомки и предки,). Степень составляла внутри линии связь одного лица с другим посредством рождения (в нисходящей линии, к примеру: сын – первая степень, внук – вторая степень, правнук – третья степень и т.д.).
Порядок наследования по закону был таков: ближайшее право имела нисходящая лилия, а в ней – ближайшая степень, которая исключала дальнейшую (сын при живом отце не мог наследовать за дедом). Это правило действовало и в других линиях: ближайшая степень исключала последующую. Из нисходящих, таким образом, призывались к наследству сыновья, после их смерти – внуки, затем правнуки и т.д. Эти наследники делили имущество (за выделом частей вдове или вдовцу и дочерям) в равных частях.
Законная жена после смерти мужа, как при живых детях, так и без них, получала из недвижимого имущества 1/7, а из движимого – 1/4 часть (если нет завещания, по завещанию могла получить всё). Сюда не включалось приданое и собственное имущество жены, приобретенное как до брака, так и в браке, ибо супруги владели имуществом раздельно. Дочери получали в половину меньше жены (1/14 часть недвижимости и 1/8 часть движимого имущества). Но закон предполагал, что сыновья не могли получить меньше выдела дочерям; если за выделом им оставалось меньше имущества, то все делилось поровну. Муж наследовал, как и жена.
При отсутствии сыновей и нисходящих от них в наследство вступали дочери и нисходящие от них. Сводные дети наследовали только имущество своего родителя.
При отсутствии нисходящих в наследство вступали боковые линии: братья и их потомки. Если братьев не было, наследовали незамужние сестры. При отсутствии последних – замужние сестры и их нисходящие. При этом имущество отца переходило в его род, имущество матери – в её род.
При отсутствии боковых наступал черед ближайшей побочной линии: дядей и теток и нисходящих от них. Следующей была дальняя побочная линия: братья и сестры дедов и бабок. И в последнюю очередь наследовали восходящие: отец и мать, деды и бабушки. В этом исследователи единодушно усматривали большую несправедливость российского наследственного права.
Если после умершего владельца не оставалось наследников или никто из них не являлся в течение 10 лет после опубликования вызова для получения наследства, или если из явившихся никто не доказывал своего права на наследство, имущество признавалось выморочным. Сначала оно поступало в опекунское управление «для сохранения», а затем при неявке наследников переходило в казну. Дома и строения при этом могли быть проданы управлением с торгов и обращены в капитал. Он помещался в кассу Приказа общественного призрения, и на него шли проценты.
Передача имущества или капитала «в казну» означала следующее: после членов университетов и чиновников учебного ведомства они переходили тем учебным заведениям, где трудились умершие; после духовных лиц – духовному ведомству; после монахинь монастырям, после городских жителей – в доход города; после казаков в пользу казачьего войска и т.д.
Существовал и особый порядок наследования отдельных имуществ. Так, при наследовании художественных произведений, книг и т.п., право это могло быть передано по завещанию третьим лицам (посторонним, не родственникам) только на 50 лет после смерти автора. Затем оно переходило к законным наследникам.
Панагии, кресты, украшенные драгоценными камнями, иконы и прочее имущество духовных лиц переходило к наследникам, за исключением «священных изображений», которые вынимались и оставлялись в местах, где служили умершие, а в конечном счете шли в монастырскую казну. Не христиане не могли наследовать по завещанию иконы и другие «святости». В шестимесячный срок они были обязаны передать их в руки православных или в православную церковь. В противном случае – отбирались.
Не имели силы завещания недвижимости в пользу евреев за чертой оседлости, поляков в некоторых западных губерниях и иностранцев в центральных губерниях и других особо оговоренных местах, где они не могли владеть недвижимым имуществом.
В западных губерниях существовал также особый порядок наследования дворянских имений, пожалованных на правах майоратов. Такие имения переходили в наследство по мужской линии и всегда к старшему сыну. Если потомство старшего сына пресекалось, они переходили ко второму сыну и т.д. Эти имения наследовались целиком, без дробления, без права остальных сыновей требовать за них вознаграждения. Таков же был порядок наследования заповедных имений.
Уголовное право по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных
Уложение о наказаниях – это пересмотренный 15 том Свода законов или новый уголовный кодекс Российской империи, который вступил в действие в 1846 г. и который подвел итог всему предшествующему развитию уголовного права. Он солиден по размеру, в нем 2224 статьи в 12 разделах, делящихся в свою очередь на главы, отделения, отделы. Впервые в нем выделены общая и особенна» части. Общая часть состоит из 5 глав и содержит учение о преступлении и наказании. Она отличается достаточной юридической точностью понятий, свойственных праву нового времени. Но предложенная в ней система наказаний ещё типично сословная, феодальная. В особенной части (1 раздел) характеризуются группы преступлений (разделы 2– 12). Их всего 11.
Итак, пройдемся сначала по общей части Уложения. В ней, во-первых, находим новое, более четкое, почти современное определение понятия «преступление». Под преступлением понимается «противозаконное деяние или неисполнение того, что под страхом наказания законом предписано», то есть совершение законом воспрещенного и несовершение законом предписанного.
Во-вторых, кодекс отделяет от преступления проступок, который влечет за собой не уголовное, а исправительное наказание. Под проступком закон понимает нарушение правил, которыми охраняются права и безопасность лиц. В отличие от Свода законов в Уложении различались эти два понятия уголовно-наказуемого деяния не по тяжести наказания, а по объекту посягательства.
Закон определял виновность как необходимое основание наступления ответственности. Знает он и форму вины, разделяя преступления на умышленные и неумышленные. Он точно указывал на причины, освобождающие от наказания. Это случайность, малолетство (до 10 лет – безусловная невменяемость, до 14 лет – условная), безумие, принуждение высшей непреодолимой силы, в том числе угроза смерти, необходимая оборона, добросовестное заблуждение относительно противозаконности деяния (ошибка вследствие обмана или случая).
В Уложении выделяются стадии преступления: умысел, приготовление к преступлению, покушение на преступление, совершившееся преступление. Признаками умысла считалось «изъявление на словах, или письменно, или иным каким-либо действием намерения учинить преступление». Под приготовлением к преступлению закон понимал «приискание средств» для совершения преступления, а под покушением на преступление – «всякое действие, которым начиналось или продолжалось приведение преступного намерения в исполнение».
Для каждой стадии устанавливалась соответствующая мера наказания, из которых самая малая – за голый умысел. Покушение на преступление, если зло не совершилось по непредвиденным для обвиняемого обстоятельствам, а сам он все приготовил для его совершения, наказывалось как вполне совершенное преступление. Собственный отказ от подготовленного преступления требовал снижения наказания на 2 степени.
Закон установил и ответственность за соучастие в преступлении (двух или более лиц). Виды соучастия: без предварительного согласия и в сговоре. В первом случае главные виновники отделялись от случайных участников. Во втором случае — в сговоре — закон выделял категории соучастников: зачинщиков, сообщников, подстрекателей. Знает он и других лиц, «прикосновенных к преступлению», как-то; попустителей, укрывателей, недоносителей. Мера наказания зависела от вида соучастия. Для последних наказание было менее строгим, чем для участников преступления. За недоносительство и укрывательство не подлежали наказанию лица, состоявшие с преступником в «брачном союзе» или в близких степенях родства и свойства, а также его «благодетели».
Четко оговаривались в законе и обстоятельства, увеличивающие вину и меру ответственности. К ним относились: степень умысла, безнравственность побуждений к совершению преступления, жестокость, «гнусность или безнравственность способа совершения преступления», тяжесть его, особая активность и число привлеченных сообщников, «неискренность и упорство в запирательстве» при расследовании. «Совокупность» обстоятельств отягощала вину.
К отягчающим вину обстоятельствам относились также повторность и рецидив преступления, более высокое состояние, звание, степень образованности преступника, а также состояние опьянения, если оно достигнуто намеренно с целью преступления (со злым умыслом).
Закон выделял также обстоятельства, устраняющие наказуемость Это смерть преступника (кроме гражданского иска и казенных взысканий, которые обращались на имущество преступника и переходили к наследникам), примирение с обиженным (по делам частного обвинения), истечение срока давности, помилование. Примирение не могло иметь места при оскорблении начальства, в случае изнасилования и обольщения, по делам о незаконном вступлении в брак.
Срок давности зависел от преступления. Самый высокий – 10 пет действовал в отношении преступлений, которые влекли за собой наказание я виде лишения всех прав состояния и каторжные работы. В других случаях он мог составлять 8, 5 лет и 3 года. Срок давности не действовал в государственных преступлениях («злоумышлении против императора и его супруги», перекрещивании – переходе из православия в другую веру, незаконном присвоении сословных прав – чина, должности, ордена, почетного титула и т.п.).
Помилование было прерогативой императора и совершалось лишь в случаях, прямо предусмотренных указом о помиловании или указом об амнистии. Последняя касалась не отдельного преступника, а целой их категории, и объявлялась, как правило, по случаю некоторых торжественных актов (победы в войне, рождения наследника престола и т.п.).
Вступив в действие в 1846 г., Уложение не имело обратной силы, но только в статьях, смягчающих или отменяющих ответственность. Оно применялось ко всем российским подданным в пределах государства (кроме дел, подсудных духовным и военным судебным органам). Так, военно-уголовные дела определялись военно-уголовным кодексом 1839 г. Действия Уложения не распространялись на иностранно подданных, имевших дипломатический иммунитет, а также на Польшу, Финляндию, где действовали свои национальные кодексы, и на некоторые сибирские народы (чукчей, коряков и др.), где действовало родовое право.
Система преступлений в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных
Система преступлений, охарактеризованная в 11 разделах особенной части Уложения, оставалась традиционной, восходящей к известным нам законам: Соборному Уложению, Воинскому артикулу, указам Екатерины П. Однако здесь она более дробная, в ней некоторые известные нам группы преступлений подверглись делению на самостоятельные виды.
Как и ранее, на первом месте стоят преступления против веры. Теперь они четко разделяются на чисто религиозные (богохульство, отступление от веры, перекрещивание и др.) и направленные против священнослужителей (убийства, оскорбления и т.п.). Первое наказывалось лишением всех прав и каторгой, а для лиц из податных сословий ещё и плетьми, наложением клейма, второе могло иметь следствием смертную казнь. По-прежнему сохранялся запрет на переход из православия в другую веру. Преследовалось сектантство (хлысты, духоборы, молокане, жидовствующие), вовлечение в секты детей.
Вторую группу составляли государственные преступлении. Здесь помимо бунтов, заговоров, оскорбления императора и его семьи, известных нам, появляются новые составы преступления, как составление и распространение антигосударственных сочинений, создание тайных обществ. Это была реакция на требования времени. Вводится ответственность за шпионаж в условиях войны (в мирное время - гораздо позже, в 1892 г.). Государственные преступления влекли за собой суровые наказания, вплоть до смертной казни.
В третью группу были включены преступления и проступки против порядка управления (4 раздел). Это действия, препятствующие осуществлению правосудия и деятельности полицейских властей (вплоть до массовых беспорядков). Надо напомнить, что Уложение формировалось в царствование Николая Павловича, при котором был усилен полицейский режим. Преследовались оскорбления чиновников при исполнении, невыполнение предписаний, срывание объявлений, фальсификации правительственных указов, побеги из тюрем и пр.
Четвертая группа – преступления и проступки по службе государственной. Субъектами данных правонарушений являлись чиновники и государственные должностные лица. Составы преступлений у них таковы: бездействие, превышение полномочий, использование служебного положения в корыстных целях, незаконные действия (арест, обыск), растрата, подлог, нарушение норм материального права, мздоимство. Последнее наказывалось «вдвое против цены подарка» с обязательным отрешением от должности. В Уложении фигурировало ещё лихоимство, под чем подразумевалась взятка для решения незаконного дела, которая наказывалась помимо указанного выше ещё ссылкой в Сибирь или заключением в арестантские роты. За эти преступления полагалось также телесное наказание – розги.
Следующий раздел Уложения (шестой) посвящался преступлениям и проступкам против постановлений о повинностях, государственных и земских. В нем преследовалось, помимо прочего, уклонение от рекрутской повинности (нарушение очередности через подлог, дезертирство, самоизувечение, бегство, укрывательство дезертиров и т.п.).
О преступлениях и проступках против доходов казны – так назывался седьмой раздел Уложения. Его статьи предусматривали санкции за хищения и растрату казенной собственности, причинение ущерба государственному имуществу. Как и прежде, сурово преследовалось фальшивомонетничество. Это преступление влекло за собой лишение всех прав состояния, соединенное с каторжными работами в крепостях, телесные наказания. Не менее сурово наказывалась подделка ценных бумаг. Закон защищал государственные монополии, как традиционные (соляную, чайную, винную), так и новые (горный промысел, в том числе разработку золота на казенных землях), преследовал самовольную охоту в запрещенных местах и т.п.
Охране общественного порядка посвящался 8 раздел Уложения — О преступлениях и проступках против общественного благочиния. Здесь содержалось все то, что составляло компетенцию общей полиции: надзор за санитарным состоянием городов, гостиницами, борьба с эпидемиями и пр. Закон, к примеру, преследовал бродяжничество. «Всякий беспаспортный или не могущий доказать свою гражданскую личность» объявлялся бродягой, забирался в солдаты или на исправительные работы с последующей ссылкой на Кавказ или в Сибирь. Запрещалось заниматься врачебной практикой без диплома или свидетельства, держать «притоны и шайки» (сообщества преступников более 3 человек) для разбоев, «зажигательства», игры в карты и пр. Закон предписывал также «во избежание голода» на случай неурожая заводить и содержать «общественные запасные хлебные магазины».
В 9 разделе – О преступлениях и проступках против законна о состоянии – содержались статьи, защищавшие основы сословного строя. Запрещались и преследовались порча или хищение документов о состоянии, похищение или подмена детей, продажа людей в рабство, присвоение наград, чинов, титулов, других прав состояния.
Один из самых больших разделов Уложения содержал нормы, защищавшие общество от преступлений против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц. Самым тяжким преступлением здесь, как и ранее, считалось убийство. Однако теперь убийство, даже самое тяжкое, предумышленное, не наказывалось смертной казнью. Оно влекло за собой наказание в виде лишения прав состояния, бессрочной каторги и телесных наказаний (100 ударов плетьми). Закон жестоко преследовал убийство детей, в том числе аборты. Женщины за них подвергались лишению всех прав состояния, телесным наказаниям и ссылке в Сибирь. Но аборты были в те времена весьма редким явлением. По-прежнему одним из уголовных преступлений считалось самоубийство. Самоубийцу лишали христианского погребения и права на действительность всех его духовных завещаний. Не наказывались покушавшиеся или лишившие себя жизни в безумии, беспамятстве от болезни, женщины, спасавшие свою честь и целомудрие. Другие же попытки лишить себя жизни влекли за собой церковное покаяние; ссылка и плети, применявшиеся ранее, законом были отменены.
В особый раздел были выделены в Уложении преступления против прав семейственных. Впервые в светском законодательстве столь полно были сформулированы нормы семейно-брачного права. Уложение защищало права супругов, «союз детей и родителей», «союз родственников», преследовало противозаконное вступление в брак, многобрачие, нарушения прав личности супругов (увечья, побои, истязания). Не менее рьяно защищалась честь родителей от посягательств детей. За неповиновение родителям, развратную жизнь и другие пороки грозило заключение в смирительном доме до 6 месяцев, за нанесение им телесных повреждений – каторга до 8 лет, плети, клейма.
Заключал Уложение 12 обширный раздел – О преступлениях против собственности частных лиц. В нём находим много нового в сравнении с прежним законодательством, свидетельствующего об усилении защиты частной собственности. Отныне любые виды завладения чужим имуществом (домом, землей), даже без разбоя и других уголовных преступлений, переводились из гражданской в уголовную сферу и требовали наказания в виде лишения всех прав состояния. К тяжким преступлениям на этой почве относились поджог, взрыв газами, потопление имущества.
Система наказаний
Система наказаний в Уложении базировалась на сословном подходе к квалификации наказания и определению санкций в соответствии с установленными привилегиями (учитывалась принадлежность лица к тому или иному состоянию, изъятие или неизъятие от телесных наказаний, наличие чина, ордена и т.п.). Она была довольно сложной и громоздкой. Устанавливалась своеобразная лестница из 11 родов наказаний, разделенных на 35 степеней в убывающей прогрессии, начиная от смертной казни и заканчивая внушением. Суд не имел права применять иного наказания, кроме установленного законом, но он мог установить ту степень наказания, которую считал необходимой, не выходя при этом за его рамки.
Все меры ответственности подразделялись на общие (за любые преступления), особенные (за преступления и проступки по службе) и исключительные (за определенные, указанные в законе преступления). Общие наказания, в свою очередь, делились на главные, дополнительные и заменяющие. Главные наказания могли быть уголовными (за преступления) и исправительными (за проступки).
К наиболее тяжким уголовным наказаниям относились: 1) лишение всех прав состояния и смертная казнь; 2) лишение всех прав состояния и каторжные работы; 3) лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в Сибирь или на Кавказ.
Лишение всех прав состояния вело к потере всех гражданских прав и сословных привилегий (потомственного и личного дворянства, духовного звания, прав городских обывателей) и сопровождалось отнятием чинов, чести, титулов, доброго имени, знаков отличия. Лишение всех прав состояния вело к потере имущества, которое переходило к наследникам, ибо на членов семей наказание не распространялось. Сын за отца и жена за мужа не отвечали, даже если следовали за ним в места, где преступник отбывал наказание. Но по закону потеря всех прав могла иметь следствием прекращение супружества (давала право на развод).
Смертная казнь применялась в двух случаях: за государственные преступления и за нарушение карантинных уставов во время эпидемий (например, за сокрытие больных чумой). Вид казни назначал суд, в практике же применялся один её вид – повешение. Наличие смягчающего обстоятельства вело к замене смертной казни каторгой без срока или на срок до 20 лет.
Каторжные работы имели несколько степеней тяжести: без срока, на срок от 4 до 20 лет. Наиболее тяжкой было каторга в рудниках, менее тяжкой – на заводах и в крепостях. Бессрочная каторга применялась крайне редко: за отцеубийство, за повторное убийство, убийство близких родственников, убийство священников во время богослужения, за составление подложных именных указов, поджог, потопление. Отбывали каторгу в Сибири, на Сахалине. По истечении известного срока каторжане «примерного поведения» переводились на более легкий режим содержания, увеличивалось время отдыха, ослабевал надзор. Со временем они могли строить собственные дома, обзаводиться семьями. Отбывшие каторгу переводились в 'категорию ссыльнопоселенцев и определялись на местожительства в отдаленные районы с соответствующей материальной помощью.
Уложение сохранило в качестве уголовных некоторые телесные наказания, в том числе плети (от 10 до 100 ударов) и в отдельных случаях клеймение. Но ушли в прошлое кнут и «рвание ноздрей». Для военных сохранялись ещё шпицрутены, но при экзекуции обязательно должен был присутствовать врач, который при необходимости прекращал ее. Существовало и негласное указание об ограничении числа ударов.
Исправительные наказания по своей тяжести подразделялись на 7 родов. Самыми тяжкими были лишение всех особенных прав и преимуществ и ссылка на житье в Сибирь с заключением или без него. Для людей, не изъятых от телесных наказаний, устанавливалось наказание розгами (от 50 до 100 ударов) и отдача на время (от 1 года до 10 лет) в исправительные арестантские роты гражданского ведомства. Лишение всех особенных прав и преимуществ состояло в отнятии почетных титулов, дворянства, чинов и всяких знаков отличия, права поступать на государственную или общественную службу, записываться в гильдии, быть свидетелем, опекуном и пр. То есть это было лишение не только прав состояния, но и прав и преимуществ, присвоенных «лично или по званию». Ссылка как принудительное поселение в отдаленных местах была бессрочной, но по Уставу о ссыльных они могли по истечении 10 лет пребывания в Сибири причисляться к крестьянам и поселяться по своему желанию в сибирских губерниях (для евреев существовало ограничение – стоверстное расстояние от границы). Ссыльные обеспечивались льготами на приобретение имущества, суточными, деньгами на отопление и т.п.
Следующим по тяжести исправительным наказанием была ссылка на житье в другие, кроме сибирских, губернии (с потерей особенных прав и с заключением или без него).
Видное место среди исправительных наказаний занимало лишение свободы. Существовало большое разнообразие мест заключения: смирительный дом, крепость, арестантские роты, рабочий дом, арестный дом. Главное отличие заключалось в подчинении их разным ведомствам. Так, рабочие и арестные дома находились в ведении полиции, арестантские роты – в военном управлении, тюрьмы подчинялись особой тюремной администрации Министерства внутренних дел. Самым легким было заключение в смирительном доме (от 3 месяцев до 3 лет). Сюда сажали за «не почитаемые совершенно лишающими чести преступления» (оскорбление родителей, разные виды порочной жизни).
Не влекло за собой лишения прав и заключение в тюрьме, сроки которого не были большими (от 3 мес. до 2 лет). Арестанты содержались в общем заключении, с разделением по полу и возрасту, с обязательным отделением подследственных от приговоренных, людей низшего сословия от дворян, чиновников, разночинцев и иностранцев. В тюрьме разрешалось иметь собственное платье, белье, постель, еду. Предусматривалось и использование труда заключенных (крестьян и мещан по распоряжению начальства, других сословий – по желанию).
В крепости сидели и без лишения прав (от 6 недель до 2 лет), и с лишением лишь некоторых прав и преимуществ (от 2 до 6 лет). Имел место кратковременный арест (от 1 дня до 3 мес.). Арестованные содержались в полиции, в тюрьме или на гауптвахте. Наконец, к исправительным наказаниям относились также выговор в присутствии суда, замечания и внушения от органов правительственных и судебных, денежные взыскания.
Дополнительными являлись наказания, которые следовали за главными. Это могло быть церковное покаяние, лишение некоторых прав, воспрещение жительства в определенных местах, в частности, в столицах, учреждение опеки, отдача под надзор полиции, опубликование имени в Ведомостях и т.п.
Заменяющими служили наказания, которые заменяли главные. Смертная казнь могла быть заменена политической смертью, заключение – телесным наказанием (по шкале соответствия, установленной Уложением), денежный штраф при отсутствии денег – работами в рабочем доме или тюрьме. Для высших сословий, дворян и чиновников, кратковременный арест в тюрьме мог быть заменен домашним арестом или арестом в помещении ведомства, где служил осужденный. Для лиц старше 70 лет каторга заменялась ссылкой в Сибирь. К заменяющим наказаниям относились также принудительное лечение, установление опеки.
Особенные наказания полагались за служебные преступления. К ним относились исключение из службы, отрешение от должности, понижение н должности, вычет из жалованья или из времени службы (лишение выслуги), выговор. Часть их назначалась в административном порядке, часть по приговору суда.
Исключительные наказания полагались за известные, определенные законом преступления. Это могло быть лишение христианского погребения за самоубийство, лишение права наследования имущества того родителя, вопреки воле которого виновный вступил в брак, церковное покаяние и др.
В целом система наказаний в Уложении отличалась недостаточной определенностью санкций, отсутствием чёткости в установлении возможной замены одних наказаний другими, казуистичностыо. Как и прежде, наказание преследовало разные цели. Определенную роль продолжало играть устрашение, исключение из жизни общества за неугодные государству деяния. В целом же государство всё более стремится к перевоспитанию преступников. Не случайно в России среди правоведов пользовалась наибольшей популярностью из всех школ уголовного права теория исправления и перевоспитания преступников на основе различных систем лишения свободы. В этой связи после принятия Уложения о наказаниях стал развиваться институт условного и условно-досрочного освобождения, легкие виды наказаний, краткосрочное заключение, амнистии. Этой же цели продолжало служить деление наказаний на основные, дополнительные и заменяющие. Только в исключительных случаях (бунт, заговор, покушение на жизнь главы государства) применялась смертная казнь.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, хотя и не представляло ещё собой достаточно четко и юридически точно разработанного уголовного кодекса, сделало значительный шаг вперед в совершенствовании прежнего уголовного законодательства России.
ТЕМА 11.
БУРЖУАЗНЫЕ РЕФОРМЫ В РОССИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
Вопросы:
1. Отмена крепостного права. Правовое положение и поземельное устройство крестьян по реформе 1861 г.
2. Земская и городская реформы. Учреждение земств н органон городского самоуправления.
3. Военная реформа. Введение всесословной воинской повинности.

Со смертью Николая I в 1856 г. ушла в прошлое старая феодальная Россия. Наступила эпоха социально-политических и экономических преобразований, в ходе которых Россия превратилась в одну из ведущих капиталистических держав мира. Преобразования происходили во время двух царствований: Александра Николаевича II (1856 1881) и Александра Александровича III (1881–1894).
Начало преобразованиям положила крестьянская реформа 1861 г., главным достижением которой явилась отмена крепостного права. Помещичьи крестьяне составляли менее половины крестьянского населения страны (23 млн.). Около 30 % их жили в 12 центральных нечерноземных губерниях и находились на оброке, главным образом, денежном. Они уже достаточно сильно были втянуты в рыночные отношения, занимались отходничеством (уходом в города на заработки). Свыше 22 % крепостных крестьян жило в центральных черноземных губерниях. Большинство их находилось на барщине и в гораздо большей степени, чем оброчные крестьяне, испытывало тяготы крепостного состояния. 18 % крестьян проживало на основной части Украины, остальные – в Поволжье, в Новороссии (так назывались южные украинские губернии) и в Приуралье. Огромные территории Российской империи, такие как север, Сибирь, Прибалтика, западные губернии, или не знали вообще крепостничества или уже ликвидировали его к этому времени. Здесь жили государственные крестьяне (26 млн.), считавшиеся лично свободными и платившие в казну оброчную подать.
Крестьянская реформа, как, впрочем, и, все остальные, проводилась по инициативе правительства, которое опиралось на довольно узкий круг чиновничьей бюрократии (либералов) и просвещенного дворянства. Ибо основная масса дворян не была заинтересована в отмене крепостного права.
Подготовка отмены крепостного права началась в январе 1857 г. и прошла несколько этапов. Поначалу ею занимался Секретный комитет по крестьянским делам, составленный из числа особо доверенных императору Александру II лиц, под общим руководством шефа жандармов А.Ф. Орлова. Но вскоре подготовка реформы вышла за пределы секретного комитета, когда император привлек к работе местные дворянские силы. Были созданы губернские комитеты для выработки мер «по улучшению быта помещичьих крестьян», деятельность которых стала освещаться в печати. Приобрела гласность и работа правительственного комитета, который был переименован в Главный Комитет по крестьянскому делу, верховным куратором которого оставался сам император.
В 1859 г. для сведения воедино проектов, созданных губернскими комитетами, и выработки общей платформы были созданы Редакционные Комиссии. Они проделали огромную работу, пытаясь объединить интересы разных групп помещиков, от откровенно крепостнических (в черноземных губерниях) до радикально-буржуазных (в Нечерноземье), зависевших от разных причин: плодородия почвы, особенностей климата, близости рынков сбыта и т.п.
В результате 19 февраля 1861 г. был подписан и 5 марта обнародован «Манифест об освобождении крестьян». Вместе с ним вышли «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» и ряд частных «положений», разъясняющих условия освобождения.
Правовое положение освобожденных крестьян
Отмена крепостного права объявлялась добровольным пожертвованием дворянского сословия. Крестьяне становились лично свободными (юридическими лицами) и приобретали все гражданские права. Они переходили в разряд свободных сельских обывателей с правом свободного вступления в брак, самостоятельного заключения договоров, ведения судебных дел, беспрепятственного занятия торговлей, промыслами, с правом поступать в любые учебные заведения, на службу, записываться в гильдии, переходить на новое место жительства и т.д. Помещики совершенно теряли прежнее право продавать или дарить крестьян, переселять их по своему произволу и т.п.
Закон разрешал крестьянам иметь свои органы самоуправления. Это сельский сход, на котором могли решаться все вопросы хозяйственного значения. Сельское общество ( 20 ревизских душ) выбирало на сходах сроком на 3 года свои исполнительные органы: сельских старост и сборщиков податей. Сельские общества объединялись в волости, совпадавшие, как правило, с границами церковных приходов (от 300 до 2000 душ м.п. в каждой). На волостных сходах избирались волостные старшины, которые вместе с сельскими старостами составляли волостное правление.
Вместо юрисдикции помещиков учреждались волостные крестьянские суды. Судьи избирались на волостных сходах, заседали коллегиально (не менее 3-х), рассматривали дела с исками до 100 рублей и мелкие уголовные дела (драки, оскорбления, порчу, истребление имущества), за которые могли налагать наказания в виде небольших штрафов (до 1 рубля), общественных работ и административного ареста до 2 суток.
Законов крестьяне не знали, и в судебной практике руководствовались обычаями, общественным мнением, здравым смыслом. Здесь царицей доказательств была практичность, крестьянская сметка. Суды учитывали и полезность данного члена сельского общества: исправность в ведении хозяйства и уплате платежей, поведение в быту, отношения с членами семьи, соседями и т.п. Судебная реформа 1864 г. сохранила волостные суды, а при Александре III (с 1883 г.) роль их ещё более возросла, хотя они и были поставлены под контроль земских начальников. Земскими начальниками становились потомственные дворяне с высшим образованием, с опытом судейской работы. С этого времени волостные суды стали больше ориентироваться на закон, применение норм обычного права сократилось.
Поземельное устройство крестьян
Реформа предполагала передачу в руки крестьян той части помещичьей земли, которая находилась в их обработке, но за выкуп. Выкупные сделки на землю между крестьянами и помещиками должны были совершаться «полюбовно» и утверждаться императором. В случае возникновения разногласий дело улаживали мировые посредники, избранные из числа местных дворян. До оформления уставной грамоты и утверждения сделки крестьяне считались временнообязанными и могли использоваться в помещичьем хозяйстве. Помещики не должны были в одночасье лишиться рабочих рук.
Размеры крестьянских наделов определялись в зависимости от плодородия почвы, в связи с чем европейская часть страны была поделена на 3 категории: черноземную, нечерноземную и степную полосы, а те, в свою очередь, делились на местности. Для каждой местности определялся свой высший и низший душевой надел, то есть тот предел, выше которого нельзя было подняться и ниже которого нельзя было опуститься. Высший надел в разных местностях колебался от 2,75 до 12 десятин на мужскую душу, низший составлял 1/3 высшего. Если получалось, что средний дореформенный надел сельского общества превышал высшую норму, то от мирской общинной земли отрезались угодья в пользу помещика. Если же он не достигал низшей нормы, то крестьяне имели право на прирезку из помещичьих земель. В степной полосе, где земли было много, устанавливался единый «указной» надел. При наличии полезных ископаемых или при малом количестве земли у помещика земля крестьянам выдавалась в другом месте.
Дворовые люди объявлялись свободными без земли, а крепостные рабочие помещичьих фабрик и заводов переводились на оброк и получали право выкупа прежних своих усадеб и наделов.

Повинности временнообязанных крестьян. Повинности временнообязанных крестьян ограничивались законом. Отныне помещики не могли использовать крестьян по своей воле и желанию. Во-первых, повсеместно отменялись все натуральные сборы: ягодами, грибами, пряжей, продуктами сельского хозяйства и пр. Барщина и оброк сохранялись, но рассматривались как плата за отведенный земельный надел, размер которого определял и размер повинностей. Так, за высший душевой надел полагалась высшая душевая повинность в виде оброка от 8 до 12 рублей в год. Если надел сокращался, то сокращался и оброк, правда, не прямо пропорционально, а в зависимости от местности. В нечерноземных местностях, где были хорошо развиты крестьянские промыслы, половина этой суммы падала на первую десятину надела, на вторую – 1/4 часть оброчной суммы, а последняя четверть равномерно распределялась на остальные десятины. То же было и с барщиной. За высший душевой надел полагалось 40 мужских и 30 женских дней в году, 3/5 которых падало на летнее полугодие. Здесь также большее число дней, в соответствии с установленной градацией повинности, приходилось на первые десятины надела.

Выкупная операция. Помещики и крестьяне «полюбовно» договаривались о выкупе земли, но помещик мог и потребовать выкупа в одностороннем порядке, чего были лишены крестьяне, которые не могли требовать перехода на выкуп. В результате этот переход затянулся, и государству пришлось вмешаться в процесс, специальным законом 1881 г. переведя всех крестьян на выкуп с 1 января 1883 г.
При определении выкупной суммы правительство исходило из задачи – закрепить за каждым землевладельцем ежегодный доход с имения, равный размерам прел/снега годового оброка. Поэтому помещики, приступая к выкупу, должны были предварительно перевести временнообязанных крестьян с барщины на оброк. Годовой оброк капитализировался из 6 %, то есть исчислялся капитал, который при ежегодной обороте приносил в виде 6 % сумму прежнего годового оброка. Государство при этом выступило в качестве посредника, способствовавшего выкупу, и предоставило денежную ссуду на проведение выкупной операции. Ссуда составляла 80 % выкупной суммы, а крестьяне должны были погасить ее в течение 49 лет ежегодными взносами (выкупными платежами) – по 6 % от ссуды. Но выкупные платежи были отменены уже в 1906 г.
После утверждения сделки на землю крестьяне становились собственниками земли. Однако в течение 9 лет они не могли ещё свободно распоряжаться ею, скажем, продать надел. Делалось это для того, чтобы не произошло разбазаривания земель малоимущими или склонными к пьянству хозяевами. Движимое же имущество становилось крестьянской собственностью. Но и по истечении 9 лет свободное распоряжение землей примерно на 2/3 территории России, где господствовали общинные порядки в землепользовании, было ограничено. Чтобы освободиться от надела, требовалось согласие общины, которая связывала крестьян круговой порукой в исправном отбывании повинностей. Это сдерживало развитие предпринимательских фермерских хозяйств. Не зря революционеры видели в общине прототип социализма. Правительство же сохраняло общину как средство своеобразной защиты крестьян от разорения. Результатом этой политики стало формирование чисто российского явления – наемного рабочего с наделом в деревне.
В 1866 г. перешли на выкуп в собственность земель, находившихся в их пользовании, государственные крестьяне (кроме живших в Сибири и на дальнем Востоке). Закон разрешил им, однако, приобрести не более 8 дес. на мужскую душу в малоземельных губерниях и 15 дес. – в многоземельных районах. Получили они, в отличие от крепостных, и лесные угодья (от 1 до 3 дес. на мужскую душу). Остальные земли, находившиеся в их хозяйственном обороте, подлежали оброчному обложению.
По «Положению» 1863 г. получили свои наделы в собственность и удельные крестьяне. После 2 лет временнообязанного состояния они были переведены на обязательный выкуп.
Таким образом, реформа, освободив крестьян и превратив их в собственников земли, создала условия, при которых развитие этого процесса сдерживалось различными факторами. С другой стороны, в этих условиях сдерживалось и превращение малоземельного крестьянина в свободного продавца рабочих рук – наёмного рабочего. Но и в такой форме крестьянская реформа вызвала бурный рост капитализма в стране. Особенно российская промышленность ощутила на себе ее благотворное влияние, получив в лице освобожденных крестьян неиссякаемый источник рабочей силы для промышленных предприятий. Изменилось и положение дворянства. Потеряв власть над крестьянами, многие помещики обуржуазились, вступили на путь капиталистического предпринимательства. Часть их разорилась и продала земли, которые перешли в руки предприимчивых крестьян, иностранных колонистов, развивавших свое хозяйство по фермерскому американскому пути. Но дворянство сохранило при этом все свои сословные права и привилегии, звания и титулы, особое положение в чиновничье-бюрократическом аппарате.
Освобождение крестьян от крепостничества повлекло за собой ряд мер по реформированию государственного управления Российской империи.
Земская и городская реформы
Составной частью начавшихся преобразований стали реформы местного самоуправления, в ходе которых государство попыталось привлечь к управлению экономикой на местах, к развитию местного хозяйства формирующиеся предпринимательские слои дворянства, крестьянства, юродских жителей.
Земская и городская реформы частично реанимировали екатерининское обветшавшее самоуправление и преобразовали его, расширив круг его хозяйственных полномочий. Земская реформа («Положение о губернских и уездных земских учреждениях» от I января 1864 г.) создала в губерниях и уездах систему представительных органов – уездные и губернские земские собрания. Их члены назывались «гласными» и избирались на 3 года в ходе двухстепенных выборов, в которых участвовало все местное население, разделенное на три избирательные курии: землевладельцев (к ним причислялись собственники земли от 200–800 дес. по разным уездам), городских собственников (владельцы предприятий или домов, оцененных суммой в 500–3 тыс. рублей в разных городах), представителей крестьянских обществ, выдвинутых предварительно на волостных сходах.
Эти курии избирали выборщиков, а выборщики на своих собраниях избирали депутатов (гласных) в уездные собрания (от 10 до 96). На уездных собраниях избирались члены губернского собрания ( от 15 до 100 ). Депутатами земских собраний могли стать мужчины не моложе 25 лет, не опороченные по суду.

<< Предыдущая

стр. 4
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>