<< Предыдущая

стр. 5
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Земские собрания, как в уезде, так и в губернии, собирались один раз в год (своеобразные сессии), заседали несколько дней, решая насущные проблемы. В перерывах между ними действовали управы (председатель и 2–6 членов), избиравшиеся из числа гласных. Члены управ работали постоянно и получали жалованье из земских сборов, размеры которого определялись собранием. Председателем земского собрания по должности являлся предводитель дворянства.
Земские органы создавались «для содействия правительству в ведении местных хозяйственных дел». Земства занимались экономикой, просвещением, медицинским обслуживанием, строительством дорог, агрономической и зоотехнической помощью, общественным призрением и т.п. В компетенцию земских органов входило также распределение государственных и утверждение местных налогов. На земские сборы, установленные для всех категорий населения, строились школы и больницы, богадельни и ночлежные дома, дома престарелых и сирот. Земские органы работали под непосредственным контролем и в тесном контакте с государственными органами. Производить сборы и проводить в жизнь решения им помогали уездные исправники, важнейшие их решения требовали санкции губернатора, который утверждал и выборы уездных земских управ. Председатели губернских управ утверждались министром внутренних дел.
Не занимаясь политикой, земства внесли огромный вклад в развитие отечественного хозяйства и культуры. Они подготовили почву для введения в стране всеобщего начального обучения. Работа в земских органах способствовала формированию гражданского сознания, российской интеллигенции, выходившей из разных слоёв населения. В 1865–1867 гг., к примеру, дворяне составляли 46 % гласных, свыше 34 % крестьяне, 10,2 % купцы, оставшуюся часть делили между собой духовенство и представители других сословий.
Земская реформа была проведена в 34 из 59 российских губерний. Её положения не действовали на территории Польши, Финляндии, в Прибалтике, где имело место своё особое национальное управление. Они не распространялись на Сибирь, некоторые обширные северные и южные губернии (Архангельскую и Астраханскую), в которых отсутствовали дворянство и помещичье землевладение.
Городская реформа проводилась по принципу земской («Городовое положение» утверждено в 1870 г.). В городах создавались бессословные городские думы – распорядительные органы – и городские управы в качестве их постоянного исполнительного органа. Функции и подконтрольность этих органов были аналогичны земским. Строились они на чисто буржуазной, цензовой основе, без учета сословной принадлежности. В выборах участвовали все плательщики городских налогов, начиная с 25-летнего возраста, разделенные на 3 разряда. Каждый разряд состоял из собственников, уплачивавших по 1/3 общей суммы налогов: крупных, средних, мелких. Каждый разряд давал 1/3 членов Думы. Естественно, что представительство первых двух категорий собственников (владельцев недвижимости) было большим. Имущественный ценз ограничивал количество избирателей, участвовавших в выборах.
Городские думы и управы действовали в течение 4 лет. В составе дум работало от 30 до 72 депутатов (в Москве – 180, в Санкт-Петербурге – 250). Городской голова, возглавлявший управу, и члены её избирались Думой и получали жалованье. В компетенцию городского управления входило благоустройство, попечение о развитии торговли, устройство больниц, школ, противопожарные меры и городское налогообложение. К концу столетия городское самоуправление было введено в 621 городе из 707.
Избирательное право, введенное в России реформами, ещё не было прямым, всеобщим и равным. Оно покоилось на разделении избирателей по полу, имущественному (для собственников) и возрастному цензу, многостепенности (для крестьян). И все же оно стало более демократичным, чем прежде. Избирательным правом обладали крестьяне, в которых царское правительство видело опору своей власти. Женщины же, не получив активного права, имели пассивное избирательное право. Их имущественным цензом могли пользоваться по доверенности мужья и сыновья.
Военная реформа
Внутренние (отсталость русской армии от армий стран Запада, обнаружившаяся в Крымской войне) и внешние (появление по соседству с Россией новой, милитаризованной бисмарковской Германии) обстоятельства заставили правительство Александра II провести военную реформу. Она проводилась в течение 12 лет под руководством военного министра Д.А. Милютина и включала в себя ряд важных мер, в том числе реорганизацию военного ведомства (создание военных округов и централизацию военного управления), усиление боеспособности войск (перевооружение армии, в том числе замену кремневых ружей боевым оружием), улучшение системы подготовки военных кадров, введение нового военного устава, проведение военно-судебной реформы. В ходе этих преобразований были созданы военные гимназии и юнкерские училища с двухгодичным сроком обучения, в которые принимались лица всех сословий. Новые уставы уделяли главное внимание боевой и физической подготовке солдат. Сокращался срок действительной военной службы.
Но центральным звеном военной реформы стало изменение феодально-сословной структуры армии и принципов комплектования вооруженных сил. Уставом «О воинской повинности» от 1 января 1874 г. в России вместо рекрутских наборов вводилась всесословная воинская повинность. Закон распространил военную службу на лиц мужского пола всех сословий, достигших 21 года. Новый порядок бессословного призыва в армию позволил России при сокращении срока действительной военной службы создать крупные обученные резервы. Это значительно облегчало содержание армии и позволяло в случае войны отмобилизовать значительную обученную военную силу.
Введение всеобщей воинской обязанности не означало, однако, что все лица м.п., достигшие 21 года, подлежали призыву в армию. В войска на действительную службу призывалась лишь часть военнообязанных. Существовали многочисленные льготы, связанные с семейным положением, освобождавшие от службы (не призывались единственные сыновья, кормильцы престарелых родителей и др.) Судьбу остальных определяла жеребьевка. От военной службы освобождались также отдельные народности Крайнего Севера (по физиологическим причинам), народы Средней Азии, Казахстана и частично Кавказа (в силу образа жизни и других причин, в том числе нежелания вручать последним оружие). От военной повинности освобождались служители культа, хотя значительная их часть находилась в войсках, некоторые сектанты, по законам своей веры не могущие носить оружие. Так, для меннонитов, части немецких колонистов, вводилась альтернативная служба в лесных командах (в мирное время) и санитарных частях (во время военное).
Срок службы определялся в 6 лет с последующим зачислением в запас на 9 лет в сухопутных войсках и в 7 и 3 года во флоте. Продолжительность службы, однако, напрямую зависела от уровня образования. Окончившие высшее учебное заведение должны были служить всего 6 месяцев, гимназию – 1,5 года, городское училище – 3 года, а начальную школу – 4 года. В этом заключался серьезный стимул для юношества к получению образования. Реализацию его обеспечивала реформированная система народного образования. В России кроме государственных и церковноприходских школ стали действовать земские и воскресные училища, целью которых признавалось «распространение первоначальных полезных знаний». В гимназии и прогимназии принимались дети лиц всех сословий и вероисповеданий.
Таким образом, российская государственная система приобретала новое качество, абсолютная монархия трансформировалась в неоабсолютизм, с присущими ему чертами буржуазного строя. Особенно заметные изменения произошли в российском судоустройстве и судопроизводстве. Они явились следствием судебной реформы 1864 г., которая ввела в России буржуазный суд со всеми его атрибутами.
ТЕМА 12.
СУДЕБНАЯ РЕФОРМА 1864 ГОДА
Вопросы:
1. Законодательство судебной реформы и новые принципы судоустройства.
2. Новая судебная система Российской империи. Институт судей.
3. Институт присяжных поверенных (адвокатура).
4. Реорганизация прокуратуры. Судебные следователи.
5. Введение суда присяжных заседателей.

Преобразования, нацеленные на создание рыночных отношений, потребовали их правовой поддержки и защиты. Возникла необходимость привести российское законодательство в соответствие с законодательством передовых европейских стран. Это могло быть достигнуто при наличии хорошо отлаженной судебно-правовой системы со строгим разделением полномочий между всеми ее составляющими. Такую цель преследовала судебная реформа 1864 г.
Судебная реформа считается самой радикальной из всех реформ, проведенных правительством Александра II. В ней наиболее выпукло отразились основные элементы буржуазного права.
Главные законодательные акты, изменившие коренным образом систему судоустройства и судопроизводства в стране, вступили в силу 20 ноября 1864 г. Это «Учреждение судебных установлений» (органов) – закон о судоустройстве; «Устав гражданского судопроизводства», определивший порядок гражданского процесса; «Устав уголовного судопроизводства» закон об уголовном процессе; и «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» – кодекс материального права, которым должны были руководствоваться в своей правоприменительной практике мировые судьи.
Основные принципы, на которых строилась новая судебная система, следующие: 1) отделение судебной власти от административной; 2) независимость и несменяемость судей; 3) всесословность суда, то есть введение единого суда для всех сословий и равной ответственности всех сословий перед судом; 4) закон в основе деятельности судебных инстанций; 5) гласность, состязательность и устность судебного производства; 6) коллегиальность в принятии решений. Суть этих принципов коротко выразил царский указ правительствующему Сенату об обнародовании новых законов и о введении их в действие. «Мы желаем, – говорилось в нем, – водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе нашем то уважение к закону, net коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего».
Судоустройство
Старая судебная система, в своей основе созданная при Екатерине II и реорганизованная в 1801 г., громоздкая и малоэффективная, уже давно не отвечала предъявляемым к ней требованиям. Существовали уездные суды для всех сословий (уездный земский суд для дворян, уездная расправа для государственных крестьян, городовые магистраты для горожан). Вместо упраздненных судов второго звена (на уровне губерний) в губернских центрах действовали палаты уголовного и гражданского суда, и которых можно было обжаловать решения низшей инстанции. Кроме того в столицах действовали надворные суды для дворян и чиновников. Всю систему возглавлял Сенат как высшая судебная инстанция. Существовали также специальные суды: военный, духовный, коммерческий. В совестных судах, где заседали по два представителя от каждого сословия, рассматривались межсословные споры.
Множественность судебных органов, их сословный характер, отсутствие четкости в определении подсудности дел порождали сложность и запутанность процессуальных норм. В 1864 г. старая судебная система была упразднена, и новая судебная система, введенная «Учреждением судебных установлений», приобрела следующий вид. Она состояла из 2 структур: 1) местных судов (для решения малозначительных дел) – волостных и мировых', 2) общих судов, включавших в себя окружной суд и судебную палату. Во главе судебной системы стоял Сенат.
Мировые суды учреждались с целью разгрузить основное звено – суды общие – от малозначительных дел. Образцом для них послужил мировой суд Англии, где на должности мировых судей правительство назначало «уважаемых и почтенных людей» из местного населения, которые не получали за свой труд жалованье. Но в России мировые судьи избирались земскими уездными и городскими органами самоуправления (Земским собранием и Городской думой) и утверждались Сенатом. Мировым судьей мог стать человек, отвечавший некоторым цензовым требованиям: возраста (не моложе 25 лет), образования (высшее или среднее), оседлости (проживший не менее 2 лет в данной местности), имеющий опыт работы в судебных органах не менее 3 лет и облагающий собственностью (имущественный ценз). Это могла быть земля – от 400–1600 десятин в разных губерниях, недвижимость или капитал от 15 тыс. рублей годового дохода.
Пространством деятельности мирового суда являлся мировой округ (уезд с городами), делившийся на участки. Участковый мировой судья получал за свою работу небольшое жалованье из земских сборов. Вели выборный мировой судья отказывался от жалованья, ему присваивалось звание почетного мирового судьи. Он мог продолжать заведование участком, а мог рассматривать дела в отсутствие участкового или по просьбам потерпевших. Почетными мировыми судьями становились также отставные военные и статские чиновники, бывшие судебные чины высокого ранга (сенаторы и председатели судебных палат), уездные и губернские предводители дворянства.
Подсудность гражданских дел в мироном суде определялась ценой иска. Здесь могли рассматриваться дела, ущерб по которым не превышал 500 руб. Из уголовных дел мировой юрисдикции подлежали дела о проступках против общественного порядка, о личных оскорблениях и кражах до 300 Руб.). По этим делам мировые судьи, согласно «Уставу о наказаниях, налагаемых мировыми судьями», могли делать замечания, выговоры, денежные взыскания (на сумму не свыше 300 рублей), арест (до 3 месяцев) и тюремное заключение ( на срок не выше 1 года).
Главная цель, которую преследовал мировой суд, – это примирение сторон. Мировой судья выступал в нем и в роли следователя, и единоличного вершителя дела, причем следствие и суд осуществлялись одновременно и, как правило, в одно заседание. Приговор мирового судьи считался окончательным, кроме решения о тюремном заключении, то есть не подлежал обжалованию в порядке апелляции. Неокончательный приговор (о тюремном заключении) можно было обжаловать во второй инстанции – съезде мировых судей округа.
Съезд (в заседании из 3 судей) пересматривал дело по существу. На этом заседании присутствовал товарищ прокурора окружного суда, который давал заключение по делу на основании уставов гражданского и уголовного судопроизводства. Приговор участкового судьи мог быть утвержден или пересмотрен в пределах отзыва ( то есть заявления обжаловавшей его стороны). Приговор съезда мировых судей считался окончательным и мог быть обжалован лишь в кассационном порядке в Сенате.
Мировой судья участка сам и исполнял приговор, прибегая в случае надобности к помощи полиции. Все делопроизводство в мировом суде (прошения, заявления, отзывы и пр.) велось на простой бумаге и без всяких пошлин, как и само производство, бывшее абсолютно бесплатным.
В 1889 г. институт мировых судей подвергся некоторой реорганизации. Они сохранялись только в столицах, а на местах, в 43 губерниях, их функции были переданы земским начальникам и городским судьям, совмещавшим судебные полномочия с административными. Второй инстанцией был признан уездный съезд земских начальников, в котором участвовали все члены окружного суда и городские судьи. Возглавлял съезд уездный предводитель дворянства. Кассационная инстанция для такого суда перемещалась из Сената в Губернское присутствие. Но после реформы П.А. Столыпина в 1912 г. мировые суды были восстановлены. Возрождение этого судебного института началось в наше время, с конца 1998 г.
Окружной суд и судебная палата. Всё, что превышало подсудность мирового суда, подлежало юрисдикции общих судов. Основной инстанцией здесь являлся окружной суд. Он учреждался, как правило, один на губернию или объединял несколько уездов в крупных губерниях. Всего было создано 104 судебных округа. Окружной суд состоял из двух отделений: гражданских и уголовных дел. В каждом отделении дела рассматривались коллегиально в составе не менее 3 судей. Такой состав получил название коронного суда. При этом практиковался переход членов суда из одного отделения в другое.
Уголовное отделение кроме коронного суда имело в своем составе суд с участием присяжных заседателей. В его ведение передавались особо тяжкие дела, дела по преступлениям, которые влекли за собой наказание в виде лишения всех прав состояния. Все остальные дела судил коронный суд.
Второй инстанцией в общей юрисдикции была судебная палата, одна на несколько губерний. Их было создано 11, затем их число увеличилось до 14. Она делилась на департаменты уголовных и гражданских дел, которые возглавляли председатели. Судебная палата выступала как суд первой инстанции по делам о государственных преступлениях и преступлениях должностных. При рассмотрении таких дел в заседаниях судебной палаты требовалось присутствие сословных представителей (предводителей дворянства, городских голов и волостных старшин).
Как суд второй инстанции судебная палата рассматривала в порядке апелляции решения и приговоры окружных судов (по жалобам сторон и по протестам прокуроров). Она осуществляла и общий надзор за деятельностью окружных судов.
В конце 1880-х гг. как реакция власти на революционный террор дела о политических преступлениях, о террористических актах были изъяты из ведения судебных палат и переданы в Сенат (Особое присутствие), а дела о вооруженном сопротивлении властям, о покушениях на должностных лиц – в ведение военной юстиции. В проведении следствия по политическим делам и террористическим актам усилилась роль жандармерии. Благодаря этим и другим мерам террор удалось нейтрализовать, но в 1890-е гг. на смену идеологии индивидуального террора русских революционеров в Россию пришла идеология террора классового – марксизм. Старые методы борьбы оказались неэффективными.
Сенат стоял во главе судебной системы. Он выполнял роль кассационной инстанции и, как судебная палата, разделялся на 2 департамента, уголовных и гражданских дел. Сенат располагался в Санкт-Петербурге и принимал жалобы сторон и протесты прокуроров на окончательные приговоры. Сенат объявлялся также высшим органом судебного надзора для всех вновь созданных судебных органов (установлений).
Институт судей. Закон предполагал, что судейские должности могли занимать только русские подданные и только юристы со специальным образованием (имеющие аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук или «сдавшие экзамен в сих науках»). Они должны были иметь опыт работы по судебной части в званиях не ниже секретаря окружного суда в течение 3 лет или присяжного поверенного (адвоката) в течение 10 лет, при отличных характеристиках с места службы («свидетельствах о точном, исправном и безукоризненном исполнении своих обязанностей»). Выпускники университетов могли получать назначение на должность судьи, если в течение 4 лет они служили в судебных местах кандидатами и достигли 25-летнего возраста. Служба эта была бесплатной. Кандидатский стаж могли приобретать лишь достаточно состоятельные люди. Но имущественного ценза для занимающих должности судей, получавших за свой труд весьма приличное денежное вознаграждение, не существовало.
Закон приравнял судебную деятельность к государственной службе. Судьи продвигались по служебной лестнице (окружной судья, товарищ председателя окружного суда, председатель окружного суда, член департамента судебной палаты, сенатор и др.). Они награждались орденами, по выходе в отставку получали государственные пенсии. Права и преимущества, присвоенные судьям, принадлежали и их семействам. Вступая в должность, судьи приносили присягу на верность императору, который утверждал их назначение, и обязывались свято исполнять закон. Руководствуясь законом, судьи не имели права его толковать, но могли опираться и на веления совести. Судьи обязывались действовать беспристрастно, уважать достоинство подсудимого.
Однако положение судей отличалось от положения других чиновников империи одним важным обстоятельством. Закон ввел в действие принцип несменяемости судей. Только уголовный суд мог отрешить судью от Должности. Все остальные случаи – это собственное прошение об отставке. Не был ограничен и предельный возраст судьи. В случае тяжкой болезни судье давался год для выздоровления. Только по его прошествии могла последовать отставка без прошения. Несменяемость являлась главным залогом независимости судей от администрации.
Судья должен был обладать высокими нравственными качествами. Закон запрещал занимать судейские должности людям, состоящим под следствием или судом, судимым, исключенным из службы по суду, из духовного ведомства за пороки, из обществ или дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежали. Не могли стать судьями несостоятельные должники и находящиеся под опекой за расточительность.
За свои деяния судьи несли ответственность: дисциплинарную (выговор, замечание, предостережение, арест на 7 дней, перемещение на низшую должность), материальную (вычет из жалованья) и уголовную. Вводился и порядок отвода судей сторонами по причинам материальной или иной заинтересованности в деле или по причине родственных связей.
Институт присяжных поверенных (адвокатура)
Для обеспечения состязательности в процессе учреждался институт присяжных поверенных (адвокатов). Образцом для него послужил немецко-австрийский тип, главная черта которого заключалась в соединении в одном лице функций правозаступничества и судебного представительства. То есть адвокат выступал с самого начала в двух ипостасях: как судебный оратор (защитник, заступник) и как поверенный клиента, участвующий в подготовке дела, в исполнении решения, ведущий все хлопоты клиента. Современники нередко изображали последнюю функцию как функцию практического дельца, маклера по юридической части, который имеет тем больший успех у публики, чем больше сметливости, юркости и даже неразборчивости в средствах он проявляет при устройстве дел своего клиента. Раздавались громкие голоса о необходимости изъять эту функцию у присяжного поверенного.
Что же касается организационного строения адвокатуры, то оно было близко к французскому типу. В округе каждой судебной палаты создавалась корпорация присяжных поверенных. Здесь действовал выборный Совет адвокатов как дисциплинарный и распорядительный орган. Он ведал приемом в сообщество новых членов, вырабатывал правила профессиональной деятельности.
В присяжные поверенные могли быть избраны лица с высшим юридическим образованием, имеющие 5-летний стаж работы по судебному ведомству или в качестве помощника присяжного поверенного, достигшие 25-летнего возраста и, как и претенденты на судейские должности, не имеющие пороков. Избранные приписывались к судебной палате и избирали себе местожительство в одном из городов округа этой палаты. Однако для них ценза оседлости не существовало и они могли действовать на территории всей империи.
Участие адвоката и деле было обязательным. Тем, кто не мог оплатить его услуги (пользовался правом бедности), назначался казенный защитник за государственный счет, а точнее за счет отчислений от доходов самих адвокатов, поступавших в общую кассу Совета. Как и судьи, адвокаты принимали присягу (потому и назывались присяжными поверенными) и могли быть подвергнуты Советом разным наказаниям, вплоть до исключения из сообщества и предания уголовному суду. Решения Совета можно было обжаловать в Общем Собрании присяжных поверенных.
Вознаграждение за свой труд адвокаты получали по соглашению с клиентом, оформленному в письменном договоре. При этом существовала практика ежегодного утверждения министром юстиции общепринятой по представлениям советов таксы, данные о которой публиковались и печати. Таким образом, граждане знали, сколько стоят те или иные услуги адвоката.
Как для судей, так и для адвокатов, существовали ограничения в их деятельности. Так, они не могли выступать в суде против своих близких родственников (родителей, жены, братьев, сестер и др.), не могли разглашать тайн своего доверителя даже после отстранения от дела или его окончания. Они не имели права представлять в суде интересы обеих сторон одновременно и возмещали убытки потерпевшему ущерб по их вине клиенту.
В начале 1870-х гг., в связи с ростом спроса на адвокатские услуги и невозможностью в короткий срок подготовить необходимое число присяжных поверенных, была разрешена частная адвокатская практика. Интересы клиентов стали защищать в суде частные поверенные.
Реорганизация прокуратуры
Так как судебные уставы отделили судебные функции от обвинения и защиты, изменилась роль прокуратуры. Ранее она выполняла функции надзора и контроля за деятельностью судебных органов. Теперь прокуратуре, как и во французском кодексе 1808 г., был придан характер органа уголовного преследования и государственного обвинения перед судом.
Прокурорские функции поручались обер-прокурорам, прокурорам и их товарищам под высшим наблюдением министра юстиции, который одновременно исполнял и должность генерал-прокурора (до 1902 г., когда эти должности слились в одну – министра юстиции). Обер-прокуроры и их товарищи состояли при кассационных департаментах Сената. Прокуроры и их товарищи – при окружном суде и судебной палате.
Закон строго очерчивал функции прокуратуры. Это, во-первых, возбуждение уголовного преследования против определенного лица. Во-вторых, это поддержание обвинения в суде. И в-третьих, это принесение апелляционного протеста по делу. Позднее прокуратуре были поручены некоторые административные функции, в частности, участие в некоторых губернских присутствиях (по крестьянским делам, по воинской повинности), наблюдение за тюрьмами.
Прокурор мог приносить протест в тех случаях, когда при постановке приговора имели место: 1) явные нарушения прямого смысла закона, неправильного его толкования, 2) нарушения обрядов и форм судопроизводства (процессуальных норм), причем нарушений «столь существенных, что без их соблюдения невозможно признать приговор в силе судебного решения», 3) нарушения пределов ведомства или власти, законом предоставленных судебному установлению (выход за пределы подсудности).
Главным принципом организации прокуратуры стала строгая иерархичность. Создавалась лестница подчиненности, начиная от прокуроров окружных судов с товарищами, которые распределялись по уездным городам. Здесь они вели надзор за предварительным следствием, участвовали в заседаниях съездов мировых судей, отстаивали интересы государственного обвинения в суде. Они подчинялись прокурорам судебной палаты, а те, в свою очередь, обер-прокурорам Сената. Прокуратура объявлялась самостоятельной государственной структурой, независимой от губернской и прочей государственной администрации на местах. Младшие прокурорские чины назначались и увольнялись министром юстиции, высшие, по его представлению, царем.
Претендовать на прокурорские должности могли только лица с высшим юридическим образованием, доказавшие свои познания в судебных делах. Чем выше была прокурорская должность, тем большим был стаж необходимой практической работы в суде.
Важно отметить также, от реформа отделила от прокуратуры следствие, которое было поручено особым судебным следователям. Они работали в окружном суде и при проведении следствия могли прибегнуть к помощи полиции.
Суд присяжных
Одним из самых радикальных нововведений реформы стал суд с участием присяжных заседателей, которому были поручены дела о тяжких уголовных преступлениях. Суд присяжных строился по французскому образцу и составлялся из коронного суда (в составе 3 членов, один из которых председательствовал в заседании, а два других выступали в роли его заместителей – товарищей Председателя) и скамьи (коллегии) присяжных, состоявшей из 12 очередных и 2 запасных заседателей. Запасные заменяли выбывших очередных в случае их болезни.
Присяжные заседатели избирались из местных обывателей всех сословий, состоявших в русском подданстве, находившихся в возрасте от 25 до 70 лет и не менее 2 лет проживавших в данной местности. Составлением списков присяжных занимались в уездах особые комиссии, созданные органами местного самоуправления. В списки вносились почетные мировые судьи, должностные лица не выше 5 класса, служившие не по судебной части и не в полиции, члены выборных органов местного самоуправления (кроме городских голов), крестьяне, избранные в волостные суды или проработавшие «беспорочно» не менее 3 лет волостными старшинами, сельскими или церковными старостами или на других выборных должностях. Кроме этих общественных и государственных деятелей присяжными могли стать и все прочие лица, владеющие землей (от 100 десятин) или другой недвижимостью (ценой от 500 рублей, а в столицах – от 2 тысяч), получающие жалованье или доход от своего капитала, занятия ремеслом (от 500 рублей в столицах и 200 рублей в год в прочих местах).
Не подлежали внесению в списки присяжных заседателей 1) священнослужители и монашествующие, 2) все военные чины, состоящие в действительной сухопутной или морской службе, 3) учителя народных школ, 4) лица, находящиеся в услужении у частных лиц.
Списки рассматривались губернатором, который утверждал их и имел право вычеркнуть из него неугодных ему лиц. Затем из этого списка составлялся годовой, публиковавшийся во всеобщее обозрение, а затем – сессионный, то есть список предстоящего судебного заседания (сессии). Сессионный список в составе 30 имен определял Председатель коронного суда. Стороны могли перед началом слушания отвести из этого списка (простым вычеркиванием имен без объяснения причин): обвиняемая сторона до 6 заседателей, подсудимый – столько, чтобы в списке осталось 18 имен. Из этих имен судья по жребию, путем выемки билета с фамилией из специального ящика, определял 12 очередных и 2 запасных заседателей.
Присяжные приносили присягу судить беспристрастно, тщательно рассматривать как обстоятельства, уличающие подсудимого, так и обстоятельства, его оправдывающие. Они сидели на своей скамье в течение всего слушания и выносили большинством голосов вердикт о виновности или невиновности подсудимого. Присяжные могли оправдать подсудимого, вынеся вердикт «невиновен», или, признав факт преступления и вынеся вердикт о виновности, просить о смягчении приговора формулой: «виновен, но заслуживает снисхождения» по обстоятельствам дела.
Приговоры суда присяжных считались окончательными и могли обжаловаться только в кассационной инстанции. Но и Сенат не отменял вердикта присяжных, а выносил лишь решение по приговору коронного суда, отменяя его полностью или частично, и передавая дело на рассмотрение в другой коронный суд. При явно ошибочном вердикте присяжных коронный суд имел право, разъяснив ошибку, потребовать повторного совещания. Осуждение невиновного, если судьи признавали это единогласно, подлежало пересмотру с новым составом присяжных заседателей.
Участие в уголовном процессе присяжных заседателей предполагало демократическую процедуру судебного разбирательства, что противоречило обвинительному уклону в судопроизводстве. Восприятие присяжными происходящего в ходе судебного разбирательства, оценка фактических обстоятельств дела были принципиально иными, нежели у суда, состоящего из профессионалов.
Судебная реформа 1864 г. в корне изменила не только судоустройство, но и процессуальное право, о котором речь впереди. Она отделила судебные органы от административных и законодательных. Она сделала судебную сферу высокооплачиваемой и престижной, что продвинуло вперед не только судебную практику, но и науку юриспруденции. Институт присяжных поверенных обеспечивал ставшее неотъемлемым право личности на защиту в суде.
Реформа предусматривала постепенное распространение нового суда в России. В течение 1870-х гг. он был введен в большинстве губерний европейской части страны. Затем наступила короткая передышка, связанная с необходимостью подавления революционно'™ терроризма. С конца 1890-х гг. создание новых судебных органов продолжилось, и в конечном счете их получили 44 губернии Российской империи. Введения суда присяжных не дождались лишь окраины России (в силу разных причин), в том числе Сибирь.
Судебная реформа, по общему признанию современников и исследователей, была самой демократичной и самой последовательной из всех реформ, проведенных Александром II, императором-«освободителем». Введенная ею независимость судей ограничивала известным образом абсолютную класть. Равенство всех граждан перед законом разрушало сословный строй с его привилегиями и ограничениями. Проведя судебную реформу, Россия сделала огромный шаг вперед в своем политическом развитии.
ТЕМА 13.
РАЗВИТИЕ ПРАВА И ПРОЦЕССА В УСЛОВИЯХ НЕОАБСОЛЮТИЗМА
(ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX в.)
Вопросы:
1. Новеллы в гражданском праве.
2. Новеллы в уголовном праве.
3. Новые принципы судопроизводства. Теория свободной оценки доказательств.
4. Гражданский процесс.
5. Стадии уголовного процесса.

Развитие права во второй половине XIX в. нашло отражение в российском законодательстве. Продолжал действовать Свод законов Российской империи, который при переизданиях пополнялся новыми узаконениями. Так, X том Свода со временем был дополнен судебными уставами, Временными правилами о волостном суде, Положением о земских начальниках 1889 г. и другими новеллами.
С 1863 г. под контролем Сената начинается периодическое издание «Собрания узаконений и распоряжений правительства». Оно обобщало сенатскую практику, вбирало в себя текущие постановления министров, помещало уставы акционерных обществ, кредитных учреждений и т.п.
В качестве действующего переиздавалось и «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» 1845 г. Особое значение имеет последнее переиздание 1885 г., свидетельствующее о том, что уголовное право в России превратилось в сложную и емкую отрасль права, уровень которого соответствовал уровню и достижениям мировой юридической науки.
Эти источники дают возможность судить об изменениях в праве и процессе, происшедших в стране после реформ 1860-х гг.
В гражданском праве произошло окончательное оформление понятии юридического лица. Это понятие применялось ранее к государству, учебным заведениям, монастырям. Теперь с ростом товарно-денежного хозяйства, рынка, статус юридического лица приобрели все купеческие, промышленные, предпринимательские организации, товарищества, акционерные общества и т.п.
Закон разделял все юридические лица на публичные, частные, соединения лиц и учреждения. Это деление сохранялось до 1917г.
Из новелл вещного и наследственного права можно отметить лишь нормы, нацеленные на сохранение крестьянской общины. Они относятся к 1890-м гг. Это: 1) Запрет крестьянским обществам сдавать в залог частным лицам надельные земли (те, что были получены в результате реформы 1861 г. и выкуплены с помощью государства). Теперь надельные земли стали рассматриваться в качестве мирской (общинной) собственности. 2) В 1895 г к этой категории собственности была отнесена и «усадебная оседлость» (усадебный надел), которая рассматривалась прежде как собственность личная. 3) Члены семьи могли наследовать только имущество крестьянского двора, надельную же землю — только лица, приписанные к сельскому обществу. Это могли быть и члены семьи, но и посторонние лица, ставшие членами двора: усыновленные, приемыши, незаконнорожденные, дочери, вышедшие замуж за примака, вошедшего в семью. 4) По-прежнему ограничивался раздел крестьянского двора, который мог быть осуществлен только с согласия общины. 5) Сохранялась круговая порука при уплате податей.
Эти меры были направлены на искусственное сдерживание процесса разложения общины и пауперизации населения. Они не способствовали формированию у крестьян чувства собственника. Институт частного хозяйства в деревне складывался с большим опозданием.
В семейном праве: 1) Стал более четко проводиться в жизнь принцип раздельности имущества супругов. 2) Церковь по-прежнему регулировала заключение и расторжение брака, другие личные отношения супругов. 3) Расторжение брака проводил церковный суд – консистория, и только при наличии весомых оснований (прелюбодеяние, лишение всех прав состояния, безвестное отсутствие супруга, импотенция). 4) До 1904 г. сохранялось наказание за прелюбодеяние. Им являлось осуждение на безбрачие.
Однако Устав уголовного судопроизводства 1864 г. существенно ограничил компетенцию церковного суда в области семейных отношений. Светскому суду были переданы дела о браках, «совершенных по насилию, обману или в сумасшествии» одного или обоих супругов. Только после его приговора консистория могла принимать решение о действительности или недействительности такого брака и об ответственности лиц, совершивших бракосочетание. По другим делам (о многобрачии лиц христианского исповедания, о кровосмешении, о вступлении в брак в недозволенных степенях родства и свойства и др.) дела переходили в уголовный суд после окончания над виновными суда духовного. Дела о нарушении святости брака (о прелюбодеянии) решались или церковным или светским судом в зависимости от того, куда обращалась оскорбленная сторона.
Всего больше новелл зафиксировано в обязательственном праве, что было связано с развитием рыночных отношений. Здесь сохраняются и совершенствуются прежние нормы и активно разрабатываются новые. О том свидетельствует бурный рост законов, регулирующих договорные отношения. Во второй половине XIX в. действовали уставы о промышленности заводской и фабричной. Ремесленный и Торговый уставы, уставы Биржевой и Вексельный, устав о торговой несостоятельности. Появилось рабочее и коммерческое законодательство, закон о найме на сельскохозяйственные работы и т.д. и т.п.
Все известные нам виды договоров действуют в России в это время. Очень широко применяется договор подряда и поставки (материалов, припасов, грузов, вещей, людей, постройку, ремонт, переделку зданий и пр.). Договор займа мог совершаться дома и нотариально (нотариат появился в ходе судебной реформы в 1864 г.). Он признавался недействительным, если был заключен подложно, во вред другим кредиторам, при игре в карты, безденежно. Процент на заем определяли сами стороны, если пег, исходили из уже принятых 6 % годовых. Заемный договор мог передаваться третьим лицам с обязательством выплаты всего долга.
Более четко определялся в законе договор товарищества как договор, в силу которого несколько лиц обязываются соединить свои усилия для достижения цели. Были установлены виды товариществ: полное (псе члены отвечают за сделки товарищества всем своим имуществом), на вере или по вкладам (часть членов отвечает всем имуществом, а часть – «вкладчики» – только сделанными вкладами), товарищество по акциям (участкам) или акционерная компания (ответственность только сделанными вкладами – акциями), артель или товарищество трудовое, члены которого связаны круговой порукой, имеют общий счет. Для возникновения товарищества требовалась регистрация в государственном органе, а для акционерного общества – разрешение правительства.
Появился договор страхования, в силу которого специальное страховое общество обязывалось за определенную плату возместить ущерб при порче имущества или при его уничтожении. Договор оформлялся в письменном виде и назывался полисом.
Услуги особого свойства гарантировал договор доверенности, когда одно лицо обязывалось быть представителем другого лица, прежде всего в юридической сфере. Это совершение юридических сделок от имени и в пользу другого лица (управление имением, фабрикой, получение жалованья, пенсии и пр.). Доверенность действовала только в течение года.
Законодательство регулировало сферу личного найма. Срок его – не выше 5 лет, цели найма прежние: домашние услуги, земледельческие, ремесленные, фабричные работы, вообще всякого рода работы, не воспрещенные законом. Сохраняется ряд ограничений: крестьяне не могли наниматься без паспорта, городские жители – без вида на жительство, замужние женщины – без разрешения мужа. Существовала отдача на общественные и частные работы на срок не более 6 месяцев мещан, изобличенных в развратном поведении, крестьян, не могущих платить подати.
В 1890-е гг. стала формироваться новая правовая сфера – рабочее законодательство. Закон 1893 г. об ответственности предпринимателей за увечья рабочих предусматривал денежную компенсацию пострадавшим на производстве. Затем были приняты законы об обеспечении безопасности рабочих, занятых в пороховой, горной, железнодорожной и других отраслях промышленности. Труд детей до 12 лет запрещался, ас 12 до 15 лет мог использоваться лишь с ограничениями. Повсеместно был запрещен ночной детский труд. Уложение о наказаниях 1885 г. издания вводило наказания для фабрикантов в виде штрафа или краткосрочного ареста за «притеснения» рабочих.
Россия одной из первых стран мира ввела в 1897 г. законодательное ограничение рабочего дня. Он равнялся 11,5 часа, а накануне праздников — 10 часам. Это было меньше, чем во Франции (12 часов), но больше, чем в Австрии (11 часов) и Швейцарии (10,5 часа). В Англии, Германии и США продолжительность рабочего дня в это время законодательство ещё не ограничивало. В Италии 12-часовой рабочий день был введен только для женщин. На предприятиях действовала фабричная инспекция, состоявшая из государственных служащих, которая улаживала трудовые конфликты между рабочими и хозяевами фабрик. Инспектора рассматривали жалобы рабочих, устраняли причины для забастовок, утверждали размеры штрафов за прогулы, опоздания на работу и т.п. Согласно закону размер штрафа не мог превышать 1/3 заработной платы. Штрафы поступали в особый фонд, который использовался для нужд рабочих. В 1805 г. в России появились профсоюзы, защищавшие интересы рабочих, а в 1912 г. введено социальное страхование.
Новеллы в уголовном праве
В уголовном праве окончательно утверждаются 4 важных принципа а понимании преступного деяния: 1) нет преступления, не предусмотренного законом, 2) нет наказания, не предусмотренного законом, 3) привлечение к ответственности может иметь место лишь в случае виновности, 4) презумпция невиновности (обвиняемый становится виновным лишь на основании приговора суда, доказанности вины).
Утверждение этих принципов потребовало регламентации оснований привлечения к уголовной ответственности, и юриспруденция выработала понятие состава преступления. Это совокупность необходимых элементов для доказательства обвинения. Их 4: субъект, объект, противозаконное действие и вина. Одновременно оформилось четкое деление уголовного права на общую и особенную части.
Субъектом преступления оставалось вменяемое лицо, достигшее 10-летнего возраста (до 10 лет – полная невменяемость, с 10 до 14 – условная). Полная уголовная ответственность наступала с 21 года, с этого возраста могла применяться смертная казнь. Под объективной стороной понималось действие или бездействие преступного характера, а под виновностью – состояние, в котором лицо сознавало или могло сознавать характер своих действий. В разряде государственных преступлений по-прежнему преследовался голый умысел, угроза поджога, дал/се не реальная, приготовление к преступлению и покушение на преступление.
Закон устанавливал формы умысла: предумышленный и внезапный (прямой и косвенный). Умышленные преступления, в свою очередь, делились на совершенные хладнокровно и в состоянии аффекта. Стали различаться формы неосторожности: тяжелая, средняя и легкая, которые влекли за собой разные наказания.
Последнее издание Уложения о наказаниях предусматривало не менее 2000 составов преступлений, основные группы которых уже имели место в издании 1845 г. Преследовалось посягательство на личность, собственность, государственные интересы и пр., о чем уже шла речь. Устанавливалась зависимость наказания от тяжести преступления: 1) тяжкие преступления влекли за собой смертную казнь (сохранялся единственный её вид – повешение), каторгу, поселение, 2) преступления (просто) – заключение в крепость, тюрьму, исправительный дом, 3) за проступки полагались арест, штраф, внушения.
Не считались преступлениями и не наказывались действия во исполнение закона или приказа, с дозволения власти, осуществление профессиональных обязанностей. Такое же значение имели крайняя необходимость и необходимая оборона.
Русское право максимально ограничивало смертную казнь. По обычному законодательству в это время она полагалась за некоторые тяжкие государственные преступления и преступления карантинные. По военному законодательству (в условиях военного положения) за мародерство, грабежи, насилия, измену и т.п. С 1891 г. в России не было ни одного приговора к смертной казни гражданского суда. В отличие от ряда ведущих европейских стран, Англии, Германии, Франции, Россия не применяла смертную казнь за убийство, даже предумышленное.
После отмены крепостного права общественность России, и ранее выступавшая против телесных наказаний, потребовала их отмены. Вопрос о них рассматривался в особой комиссии 1861 г., которая признала, что они «противны христианству и православию», а главное, что «свобода и право собственности действительны лишь при ограждении чести и личного достоинства», ущемляемых телесными наказаниями. Уничтожение их началось с указа 1863 г., отменившего телесные наказания для женщин, клеймение и наложение других знаков на преступников, ограничившего применение розог. К духовенству, учителям, крестьянской администрации они отныне вообще не могли применяться. В армии отменялись шпицрутены, кошки, линьки и другие средства телесных наказаний.
С 1866 г. розги как самостоятельный вид наказания могли применяться только по приговорам волостных судов и только в особо оговоренных случаях: за повторение в течение года проступка, за который виновный уже подвергался аресту; за совершение нескольких проступков, каждый из которых требовал ареста или более строгого наказания; за кражу, мошенничество, присвоение, мотовство и пьянство, расстраивающие крестьянское хозяйство. Но и при этих случаях требовалось разрешение земского начальника, который мог заменить это наказание по приговору волостного суда на другое. В 1900 г. розги были отменены везде, даже как телесные наказания для бродяг. Только в карцерах в местах лишения свободы они сохранялись до февраля 1917г.
К концу XIX в. уголовное право являлось одной из самых развитых отраслей права в России, уровень которого соответствовал уровню и достижениям мировой науки юриспруденции.
Судопроизводство
Процесс в России до реформы 1864 г. оставался в основном инквизиционным, но указом 1801 г. запрещалось применение пыток при расследовании дел. Он проходил в глубокой тайне, основывался на письменных доказательствах, полученных во время следствия. Живое непосредственное восприятие доказательств, личное ознакомление судей с материалами дела, непосредственный устный допрос обвиняемого в суде отсутствовали. Да и доказательства оценивались, как прежде, по формальной системе, закрепленной Сводом законов. Их сила заранее определялась законом, который твердо устанавливал, что может, а что не может служить доказательством.
Закон делил их на совершенные и несовершенные и устанавливал степень их достоверности. Основанием для вынесения приговора могли служить только совершенные доказательства, которые не могли быть опровергнуты подсудимым. Среди них особо выделялось собственное признание, считавшееся со времени Петра I «лучшим свидетельством всего света». Затем шли письменные доказательства, признанные обвиняемым, заключения экспертов, совпадающие показания двух свидетелей, не отведенные подсудимым. К несовершенным относились внесудебное признание обвиняемого, подтвержденное свидетелями, показания одного свидетеля, повальный обыск, улики.
Как правило, свидетели и эксперты в суд не вызывались. Да и сам обвиняемый вызывался лишь для того, чтобы выяснить вопрос, применялись ли к нему недозволенные приемы во время следствия. То есть процесс был письменным и негласным. По наиболее тяжким делам суд первой инстанции (нижний земский, городской магистрат и нижняя расправа) выносил не решение, а мнение, которое направлялось в палату уголовного суда, выносившую приговор. Приговоры не были окончательными, часто пересматривались в ревизионном порядке вышестоящими судами. При недостатке улик практиковалось оставление подсудимого под подозрением, которого либо отдавали на поруки, в военную службу, либо ссылали в Сибирь на поселение.
В результате реформы теория формальной оценки доказательств была отменена и ей на смену пришла другая – теория свободной оценки доказательств. Согласно ей задача суда состоит и поисках объективной (материальной) истины. Решения и приговоры судов должны опираться на истинные факты, а не на домыслы. Для этого необходим питательный разбор дел и всесторонний анализ всех имеющихся доказательств, без какого-либо вмешательства извне. Мерилом достоверности могло быть только внутреннее убеждение судей. Суды обязаны были исследовать все письменные и вещественные доказательства, анализировать показания свидетелей и заключения экспертов. В приговорах и решениях суд обязан был приводить все обстоятельства, на которых они основаны. Все процессуальные действия (обыск, производство экспертизы, выбор меры пресечения и др.) подробно регламентировались законом.
В судебном процессе утвердились принципы, гарантирующие права личности. Поэтому стороны, как в гражданском, так и в уголовном производстве, получили равные процессуальные права. Суд обязан был в равной мере выслушивать как истца, так и ответчика. Каждая сторона получила равные права на представление доказательств, дачу пояснений, опровержений выводов противной стороны, отвода присяжных заседателей, свидетелей, судей.
Все это привело к смене инквизиционного процесса состязательным. Суд приобрел устность и гласность, и материалы судебных процессов стали публиковаться в печати.
Гражданский процесс
По Уставу гражданского судопроизводства 1864 г. начало делу давало исковое прошение, поданное заинтересованной стороной в письменной или устной форме. В нем указывались обстоятельства дела и цена иска. Вызов ответчика в суд производился повесткой. При личной явке обеих сторон в суд рассмотрение дела могло состояться без предварительной подготовки. Словесное производство с рассмотрением доказательств сторон завершалось принятием решения.
В других случаях судебному слушанию предшествовала письменная предварительная подготовка. Обе стороны могли подготовить к нему 4 состязательные бумаги (по 2 каждая): исковое прошение, ответ, предоставлявшийся в суд до наступления срока явки, возражение истца и опровержение его ответчиком. Доклад дела и словесное состязание, на котором стороны предъявляли доказательства, свидетельства, ходатайства, происходили в открытом заседании суда. В закрытом заседании дело могло слушаться по просьбам сторон или по решению суда в связи с тем, что «публичность» могла быть «предосудительна для религии, общественного порядка или нравственности». Основное бремя доказывания, естественно, лежало на стороне, предъявившей иск. Сам суд не собирал доказательств или справок, а основывал свое решение «исключительно на доказательствах, представленных тяжущимися». Обязательной, но чаще формальной, была попытка судей закончить дело миром.
В начале или в ходе разбирательства дела могло осуществляться обеспечение иска соразмерно его цене, если он представлялся обоснованными. К видам обеспечения относились положение запрета на недвижимое имение, арест движимости и поручительство. Вид обеспечения выбирал проситель. Но закон допускал замену всех способов обеспечения иска достаточной наличной денежной суммой без согласия истца.
По вынесении решение оформлялось окончательно в 3-дневный срок, определялись судебные издержки и те, на кого они возложены: на одного из тяжущихся или на обе стороны. Последние имели право обжаловать решение во второй инстанции (из окружного суда в судебную палату). Кассационные жалобы рассматривал Сенат.
На основании принятого решения оформлялся исполнительный лист, в котором четко прописывалось определение суда, вступившее в законную силу. Исполнителем являлся судебный пристав, а все местные власти, в том числе полиция и военные, обязывались оказывать ему «надлежащее содействие без всякого отлагательства».
Стадии уголовного процесса
Введенный в действие принцип законности потребовал четкой правовой регламентации всех процессуальных действий. Поэтому теория и судебная практика разработали понятие стадий процесса. Все действия участников процесса на каждой его стадии были конкретизированы. Эти стадии следующие: дознание, предварительное следствие, судебное следствие, исполнение решения.
Дознание можно рассматривать и как первый этап предварительного расследования, которое вели находившиеся в составе окружного суда судебные следователи, действовавшие под контролем и при помощи прокуратуры. Предварительное следствие начиналось с заявлений граждан, потерпевших, должностных лиц или после обнаружения признаков преступления прокуратурой и полицией. Начало делу могли дать также явка с повинной или собственное усмотрение следователя.
Дознание имело целью установление факта преступления. Его вела полиция, а главным лицом здесь был пристав. Однако он мог проводить необходимые мероприятия лишь тогда, когда на месте происшествия не оказывалось ни следователя, ни прокурора. Полицейский пристав мог задержать обвиняемого, но только на одни сутки, затем требовалась санкция прокурора, который руководил дознанием и прекращал его.
Дознание включало в себя 1) розыск (осмотр места происшествия, потерпевшего, вещественных доказательств, следов преступления); 2) преследование преступника по горячим следам', изучение данных криминалистических учетов; 3) вскрытие трупа, если не ясна причина смерти; 4) словесные расспросы, но не допросы, к которым полиция могла приступить лишь в случае крайней необходимости, когда человек умирает и не может дождаться следователя.
Материалы дознания включались в особый документ – акт, который передавался следователю и мог служить для него в качестве подсобного материала для следствия. Акты дознания не имели юридической силы, их не рекомендовалось читать в судебном заседании. Признание обвиняемого на дознании, не подтвержденное в присутствии суда, не имело доказательного значения.
Статья 258 Устава уголовного судопроизводства гак определяла права чинов полиции на ведение предварительного следствия: «В тех случаях, когда полицией застигнуто совершающееся или только что совершившееся преступное деяние, также когда до прибытия на место происшествия судебного следователя следы преступления могли бы изгладиться, полиция заменяет судебного следователя во всех следственных действиях, не терпящих отлагательства, как-то: в осмотрах и освидетельствованиях, обысках и выемках; но формальных допросов ни обвиняемым, ни свидетелям полиция не делает, разве бы кто-либо из них оказался тяжко больным и представилось бы опасение, что он умрет до прибытия следователя».
Все следственные мероприятия проводил судебный следователь, который вел допросы, назначал экспертизы, проводил осмотр вещественных доказательств, обыски, выемки (привлекая чинов полиции в случае необходимости). Только судебный следователь мог применить меры пресечения обвиняемых и свидетелей.
Прокурор курировал действия следователя. Он мог давать ему указания о проведении того или иного действия. Прокурор проверял материалы дела по завершении следствия, составлял обвинительный акт и передавил дело в суд. Но следователь не был обязан точно следовать указаниям прокурора. Неукоснительное их выполнение требовалось лишь в том случае, если они были направлены в пользу обвиняемого (об освобождении из-под стражи, к примеру). С указанием прокурора о взятии обвиняемого под стражу следователь мог и не согласиться, и тогда вопрос решал окружной суд. Прокурор не мог прекратить следствие. Это делал суд по предложению следователя, ибо уже само принятие следователем уголовного дела к производству считалось как бы актом судебным.
Закон четко оговаривал права обвиняемого на следствии. Ему разрешалось присутствовать при всех следственных действиях, требовать прочтения протоколов допросов, если они были проведены в его отсутствие. Он мог обжаловать действия следователя в суде. По буквальному смыслу закона следователь обязан был с полным беспристрастием выяснять как обстоятельства дела, уличающие обвиняемого, так и обстоятельства, его оправдывающие. Но в целом следствие имело всё же больше инквизиционных черт, и не только в силу традиции, но и потому, что адвокат не был допущен к делу на стадии предварительного следствия, хотя вопрос о допуске адвоката активно дискутировался разработчиками закона.
Второй стадии – судебному следствию – предшествовало распорядительное заседание окружного суда, где под председательством одного из его членов разбирались все сомнительные вопросы по делу: жалобы и заявления сторон по поводу порядка судопроизводства, определялся круг свидетелей для вызова в суд, утверждался состав суда, скамьи присяжных и т.д. В это время в дело вступал адвокат. Адвокату разрешалось объяснение наедине с подсудимым, если он содержался под стражей. Он мог изучать следственное дело в подлиннике, выписывать из него все нужные ему сведения, в присутствии или под наблюдением секретаря суда.
Судебное следствие (слушание) происходило в присутствии коронного суда (в составе 3 судей), обеих сторон, государственного (или частного) обвинителя и обязательного защитника. В рассмотрении особо тяжких дел участвовали присяжные заседатели. Целью его являлось установление истины. Все заседания были публичными (кроме дел о богохулении, против чести и целомудрия женщин, о развратном поведении, о противоестественных пороках и сводничестве). Неявка в суд свидетелей без уважительных причин наказывалась штрафом до 100 рублей.
В судебном заседании выслушивались стороны, их свидетели, эксперты. Подсудимый, не признавшийся в совершении преступления, в суде не подвергался допросу ни со стороны прокурора, ни со стороны состава суда. Эксперты и свидетели допрашивались под присягой, а ближайшие родственники, которые вообще могли отказаться от дачи свидетельских показаний, допрашивались в случае их согласия без принесения присяги ( по совести).
Судебное следствие, носившее состязательный характер, завершалось прениями, то есть обвинительной речью прокурора или частного обвинители и защитительной речью адвоката или объяснениями самого подсудимого. Затем ему предоставлялось последнее слово.
Приговор судьи выносили в особой комнате без прокурора и прочих участников заседания. Он либо оправдывал подсудимого за недоказанностью преступления, либо определял наказание. Суду разрешалось смягчать наказание одной или двумя степенями, ходатайствовать перед императором о смягчении наказания, выходящем из пределов судебной власти, или о помиловании подсудимого, вовлеченного в преступление «несчастным для него стечением обстоятельств».
Приговор писался от имени Его Императорского Величества и в виде краткой резолюции объявлялся немедленно после его подписания. Подробный текст приговора оглашался в назначенный день (в течение двух недель) в судебном присутствии с участниками процесса или без них. С этого дня исчислялся двухнедельный срок на его обжалование.
Способом обжалования неокончательных приговоров (то есть постановленных мировым судьей или окружным судом без присяжных заседателей) являлась апелляция. Апелляционная инстанция (съезд мировых судей, судебная палата) рассматривала дело только в пределах отзыва (просьбы) осуждённого или протеста прокурора. Она могла принять к рассмотрению новые доказательства, передопросить ранее опрошенных или допросить новых свидетелей. На практике же она ограничивалась рассмотрением письменных материалов дела. Наказание, вынесенное судом первой инстанции, могло быть уменьшено или отменено (по просьбе осужденного), повышение наказания могло иметь место только по протесту прокурора (частного обвинителя).
Способом обжалования окончательных приговоров (то есть постановленных окружным судом с присяжными заседателями, судебной палатой с сословными представителями и съездом мировых судей) являлась кассация. Кассационное рассмотрение жалоб и протестов проводили департаменты Сената. Приговор подлежал отмене: 1) в случае явного нарушения прямого смысла закона или неправильного его толкования, 2) нарушения процессуальных норм (обрядов и форм судопроизводства), и дело отправлялось в новый суд или в тот, который постановил приговор, но теперь должен был пересмотреть дело в другом составе присутствия. В других случаях Сенат мог отменить приговор лишь частично. Так, приговор, вынесенный судом присяжных, отменялся только в отношении постановления коронного суда и не затрагивал вердикта присяжных. Дело передавалось в новый состав коронного суда вместе с разъяснениями Сената, где нарушен закон и как его надо понимать.
После этого приговор вступал в законную силу и подлежал исполнению. Оправдательный приговор исполнялся сразу по объявлении краткой его резолюции. Из правила о немедленном исполнении приговора о наказании допускались изъятия в отношении больных, которым давалось время для выздоровления, беременных женщин (40 дней после родов), женщин, приговоренных к ссылке, которые питали грудью младенцев (до достижения ими 1,5-годовалого возраста). Приговоры о лишении прав состояния лиц из дворянского сословия и чиновников, имевших чин, подлежали представлению на высочайшее имя. Это же правило касалось их жен и вдов, пользовавшихся правами дворянства по чинам и орденам мужей. Император рассматривал и дела нижних чинов (солдат и других), если суд лишал их некоторых высших знаков отличия: серебряного темляка (тесьмы с кистью, прикрепляемых к эфесу холодного оружия), военного ордена, ордена Св. Анны, золотой или серебряной медали за спасение погибавших или за усердие. Дела поступали к императору, если суд ходатайствовал о смягчении наказания в размере, выходящем из пределов его власти, или о помиловании преступника.
Исполняли приговор разные органы власти. Прокурор отдавал соответствующие распоряжения, наблюдал за их исполнением; полиция занималась отправкой осужденных в места заключения и взятие их под стражу; губернское правление отдавало распоряжение о взятии в казну или опеку их имущества, формировало партии каторжан и ссыльных; духовное ведомство снимало с осужденных духовный сан или степень священства; судебные приставы производили денежные взыскания как наложенные в наказание, так и присужденные в удовлетворение потерпевшим вреда и убытков.
Перед совершением смертной казни осужденным разрешались свидания с родными. Обязательной была исповедь и святое причащение духовного лица соответствующего вероисповедания. Духовное лицо сопровождало осужденного на место казни и оставалось при нем до исполнения приговора. Осужденного отправляли к месту казни на возвышенных черных дрогах, окруженных воинской стражей, в арестантском платье с надписью на груди о роде его вины, а если это был убийца отца или матери, то и с черным покрывалом на лице. Секретарь суда на месте казни зачитывал приговор во всеуслышание, затем палач возводил осужденного на эшафот.
Преступник, приговоренный к лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы или на поселение, выставлялся на эшафот к черному позорному столбу и оставался в таком положении в течение 10 минут. Над дворянином при этом переламывалась шпага. Обратно, к месту заключения, его везли уже в обычной повозке. Если по решению императора смертная казнь заменялась политической смертью, это решение объявлялось преступнику на эшафоте после позорной казни. Обряду публичной казни не подвергались осужденные на каторгу или на поселение несовершеннолетние и старцы свыше 70 лет.
Расходы на производство уголовных дел оплачивала казна. Но при исполнении приговоров некоторые расходы возмещались с тех, на кого они были обращены судом: на путевые расходы следователей, вознаграждение свидетелей, экспертов. Свидетели, к примеру, если они прибывали в суд из мест, расположенных далее 15 верст от места его нахождения, получали на путевые расходы (по 3 копейки за версту) и суточные (по 25 копеек в день). Правда, оплата имела место только по требованию свидетеля. Копии протоколов, приговоров и других бумаг оплачивались за счет лиц, участвующих в деле.
Таков был в общих чертах уголовный процесс в пореформенной России.
ТЕМА 14.
РОССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В НАЧАЛЕ XX в.
Вопросы:
1. Россия к начале XX века (общественное устройство и государственный строй Российской империи).
2. Концепция преобразований. Законодательство о Государственной думе.
3. Основные чаконы /906г. как первая конституция России.
4. Думская монархия в 1907–1913 гг. Реформы П.А Столыпина.
5. Упразднение монархии. Новая государственная система между февралем и октябрем 1917 г.

В начале XX в. в России сохранялось сложившееся ранее деление общества на сословные группы, чему в немалой степени способствовала государственная политика, препятствовавшая размыванию сословных границ. Закон разделял население Российской империи на 3 большие группы: природных обывателей (коренных граждан), инородцев (кочевые и другие аборигенные группы) и иностранцев. Природные обыватели или подданные Российской короны, в свою очередь, делились на 4 сословия: дворян, духовенство, городских и сельских обывателей.
Сословия обладали как общими, так и особенными правами и преимуществами. Дворянство по-прежнему имело право на особые титулы, родословные книги, гербы, особые формы землевладения (майоратные, заповедные земли), оставалось собственником земли, хотя уже не единственным. Экономический вес дворянского землевладения падал, ибо часть дворян, не умевших выживать в новых рыночных условиях, разорялась, закладывала свои имения или продавала их в руки разбогатевших крестьян и буржуа. В начале XX в. примерно 3/4 всей пашни (без лесов, водных массивов и неудобий) принадлежали крестьянам, и лишь 1/4 – всем остальным сословиям (в первую очередь – дворянству).
Сокращалась доля дворянства, вытесняемого разночинцами, и в государственном аппарате, хотя в этой сфере роль его вплоть до революции 1917 г. оставалась ещё значительной. Дворяне занимали ведущие позиции в развитии духовного потенциала России, их вклад в «золотой век» русской культуры невозможно переоценить.
Всего к началу XX в. в России насчитывалось 1 миллион 800 тысяч потомственных и личных дворян (вместе с членами семей), что составляло около 1,5 % населения. По-прежнему пестрым оставался национальный состав дворянства. Лишь чуть более половины дворян считали родным русский язык, за русскими шли поляки, грузины, турецко-татарская, литовско-латышская, немецкая группы. Около 2 тысяч дворян влились в начале XX в. в состав крупных предпринимателей России.
Небывалый подъём экономики, который Россия пережила в конце XIX в., вызвал к жизни новые слои населения, которые меняют привычную картину сословий. Появляется предпринимательский слой, собственная буржуазия, крупная и средняя, численность и политический вес которой постоянно растут. Былое деление купечества на гильдии, с разными для каждой правами, уходит в прошлое, и принадлежность к буржуа определяется теперь выдаваемыми ежегодно властями «промысловыми свидетельствами». В них указывается сумма капитала, в рамках которого проводится предпринимательство и наступает имущественная ответственность. Остается шаг до окончательного уравнивания предпринимателей и купечества, как и уравнивания прав всех сословии. И этот шаг Россия делает в 1905 г.
Русские предприниматели заявляют о себе присоединением к либеральному движению, формируется оппозиция правительству, которая требует участия в управлении государством.
Другая новая социальная прослойка, которая формируется в России в указанное время, – это промышленный пролетариат. Численность рабочих, занятых в промышленности, торговле, на заработках в различных отраслях сельского хозяйства составляла около 9 миллионов человек, из них рабочими в строгом смысле слова являлись около 3 миллионов. Русские рабочие в большинстве своем оставались в это время рабочими с наделом. Как бывшие крестьяне они ещё надеялись восстановить свою, все более слабевшую связь с деревней. Но деревня все же выплеснула в город на рубеже веков огромную массу лишних рабочих рук, поглотить которую город оказался не в состоянии. Они-то и составили наиболее горючий материал для последующих революционных потрясений.
Крестьянская деревня в России пережила к концу XIX в. бурный прирост населения, численность которого за 40 последних лет века увеличилась на 65 %. Естественным следствием стал более ощутимый недостаток земли в Европейской России, сделавший лишними для деревни около 30 % крестьян. Экономическое развитие села тормозили сохранявшиеся в нем общинные порядки (круговая порука при уплате податей, переделы земли, невозможность распоряжаться ею без согласия общины). Они сдерживали расслоение крестьянства, формирование чувства собственника, хозяина своей земли. «Горе той стране, – писал известный государственный деятель России рубежа веков, С.Ю. Витте, – которая не воспитала в населении чувства законности и собственности, а, напротив, насаждала разного рода коллективное владение».
У большинства крестьян, действительно, существовало твёрдое убеждение, что земля не должна принадлежать никому, как воздух, вода, солнце. Отсюда – неуважение и к чужой собственности, стремление захватить помещичьи земли, леса, пастбища. Тысячи разнообразных нарушений законов о собственности (согласно полицейским донесениям) совершали в указанное время крестьяне российского центра.
Российское государство к началу XX в. по форме оставалось самодержавным, абсолютистским, ибо в стране отсутствовали представительные учреждения. В управлении страной абсолютный монарх опирался, с одной стороны, на централизованный бюрократический аппарат, который был строго иерархизирован. Каждое звено его занимало свое, отведенное ему место в многоступенчатой системе (министры, советники, губернаторы и т.д.). Все чиновники назначались императором и были ответственны перед ним. Эта система была неплохо отлажена, работала споро, почти без сбоев, все ее винтики крутились в нужном направлении.
С другой стороны, в России развивались выборные структуры, прежде всего, в местном управлении. Их роль выполняли земские собрания и управы, городские думы, дворянские общественные организации. С известной оговоркой можно утверждать, что Россия знала в это время и своеобразные конституционные органы, в которые входили высшие представители двора и бюрократии. Роль законосовещательного органа играл Государственный совет, члены которого назначались пожизненно царем. Он разрабатывал проекты законов, рассматривал их, привлекая к этому делу специалистов (вспомним, как готовились проекты демократических законов судебной реформы 1864 г.), но утверждение законов оставалось прерогативой императора.
Органом высшей исполнительной власти по-прежнему оставался Совет .министров, созданный, как и Государственный совет, при Александре 1. Правительствующий Сенат, исполняя роль верховного суда, обнародовал законы, разъяснял их, следил за их исполнением и контролировал законность действия власти на местах. И хотя конечной властью в утверждении законов был сам император, государство в своей политике уже давно руководствовалось ими. Оно стремилось также, как мы это уже видели, учитывать в своей политике интересы всех сословий. Формировавшийся в стране капиталистический рынок диктовал обществу законы и функции, которые не могла обойти никакая власть и никакие правительства. Для обозначения изменившейся со второй половины XIX в. формы российского государства учёные предлагают термин неоабсолютизм.
Однако абсолютистские черты все же превалировали в государственном строе России. Главным же изъяном была политическая слепота царского правительства, которое не видело путей дальнейшей его демократизации. «Я, – заявлял, вступая в 1894 г. на престол, новый монарх, Николай II, выступавший перед представителями от земств, прибывшими поздравить его с этим событием, – посвящая все свои силы благу народному, буду охранять начала самодержавия так же твердо и неукоснительно, как охранял их мой незабвенный, покойный родитель».
Достаточно стабильно, хотя и с отставанием от Запада, развивалась экономика России. Промышленность в 1880–1890-е годы давала 6–7 % ежегодного прироста. Это были не столь большие, но зато стабильные цифры. Государство осуществляло строгий протекционизм, ограждая отечественную промышленность от конкуренции иностранцев. Финансовая реформа 1897 г. С. Ю. Витте гарантировала стабильность, платежеспособность и конвертируемость золотого рубля, который вплоть до начала первой мировой войны (1914 год) оставался одной из самых устойчивых европейских валют. При- этом право эмиссии было строго упорядочено, и правительство не нарушало его, пока не разразились военные катаклизмы.
Все это позволило привлечь в российскую промышленность и торговлю иностранные капиталовложения (через иностранные фирмы, смешанные предприятия, продажу русских ценных бумаг на европейских биржах, через облигационные займы, широко распространявшиеся на рынках Европы). В акционерных компаниях России доля иностранною капитала (французского, бельгийского, германского, британского) исчислялась » начале XX в. в пределах от 15 до 30 %.
В начале XX в. политическая ситуация в России дестабилизировалась. Поднялась волна беспорядков, рабочих забастовок, крестьянских выступлений и террористических актов, спровоцированных русско-японской войной и экономическим кризисом. Известно, что японцы, стремясь ослабить поенный потенциал противника, использовали революционные эксцессы и оказывали финансовую помощь (в том числе поставками оружия) не только большевикам, но и другим политическим силам (эсерам, финским и польским националистам и др.), истратив на эти цели 35 миллионов долларов по современному курсу.
События первой русской революции поставила Николая II перед необходимостью определения концепции дальнейшего государственного развития России. В качестве составной части модели государственного строя был сохранен традиционный, возникший ещё в допетровские времена, патернализм, теория единения царя с народом как основы управления государством. Поэтому из двух возможных путей подавления революционных выступлений, насильственного и парламентского, правительство Николая II выбрало второй. Представительство, нося совещательный характер, должно было доводить до царя «голос народа», а царь, являясь конечной инстанцией в принятии закона, брал на себя обязанность свято исполнять закон, ибо законность объявлялась залогом успеха в деятельности государства. На более радикальные преобразования, чем воплощение в жизнь идеи правового самодержавия, Николай II не был способен.
Законодательство о Государственной думе
Летом 1905 г. было решено созвать Государственную думу. Манифест от 6 августа и Положение о выборах представительного органа положили начало превращению России в конституционную монархию.
Законодательство о Государственной думе формировалось в несколько этапов. На первом этапе, в августе 1905 г., оно не было радикальным. Дума провозглашалась представительным органом, избираемым сроком на 5 лет, на основе цензового и сословного избирательного права. По традиции избирательного права лишались женщины (они не имели этого права также в Англии, Германии, Франции), военнослужащие срочной службы (считалось, что армия выражает сугубо государственные интересы и в политике не участвует), бродячие инородцы (кочевые и полукочевые народы в силу образа жизни).
Остальное население, которое могло участвовать в выборах, делилось на три курии: землевладельцев, городских избирателей и крестьян. Выборы предполагались многостепенные. На первом этапе избирались «выборщики», а из них – депутаты Думы. Крестьянство как главная опора монархии должно было дать 42 % выборщиков, две другие курии соответственно 34 % и 24 %. Для двух первых курий устанавливался довольно высокий имущественный ценз, благодаря которому от выборов устранялись средние спои населения: мелкие собственники, наемные рабочие, интеллигенция.
На этом этапе Дума мыслилась как орган, совмещающий черты западного парламента и старинных Земских соборов Московской Руси. Главным в ней было законосовещательное начало. Дума должна была осуществлять предварительную разработку и обсуждение законодательных предположений, передаваемых затем через Государственный совет на утверждение царю. Дума не могла иметь право голоса по вопросам бюджета и распускалась досрочно по указу царя.
Следующим шагом правительства в направлении придания государственному строю России конституционных черт явился подготовленный Витте Манифест 11 октября 1905 г. «Об усовершенствовании государственного порядка», непосредственным поводом к изданию которого послужила октябрьская политическая стачка. Манифест устанавливал политические права и свободы для граждан России: неприкосновенность личности, свободу совести, свободу слова, свободу собраний и союзов (профсоюзов и партий). Он предоставил избирательные права всем слоям населения, лишенным их по закону августа 1905 г. Государственная дума в манифесте меняла свое значение и приобретала черты развитого парламента. Она провозглашалась законодательным органом, поскольку «никакой закон не мог иметь силу без одобрения Государственной думой», а избранники народа могли на деле участвовать в контроле за законностью действий государя.
Одновременно по закону от 19 октября был преобразован высший орган исполнительной власти. Хотя министерства остались подчиненными императору, их действия были объединены и скоординированы в руках премьер-министра. Совет министров мог действовать самостоятельно, без вмешательства императора, что можно расценивать как шаг к формированию принципов ответственности между парламентом и министрами.
Оценивая Манифест 17 октября 1905 г., не следует забывать, что права человека, провозглашенные в нем, не были для России полным откровением. В той или иной мере россияне пользовались и ранее свободой совести, слова, печати. Повременные издания, разрешенные МВД, к примеру, выходили вообще без всякой предварительной цензуры. Природные российские подданные пользовались всеми правами, в том числе правом судебной защиты, независимо от сословной и иной принадлежности. Считается, что российское правительство запоздало лишь с объявлением свободы собраний и союзов, легализовавшим процесс образования в России политических партий. Но вопрос о том, какую роль они сыграли в дальнейшей судьбе России, предстоит ещё исследовать. Во всяком случае в октябре 1905 г. главные оппозиционные партии и движения не приняли манифест. Им были нужны не свободы, а власть. Поэтому лидер конституционных демократов (кадетов), партии либеральной буржуазии, П. Н. Милюков заявил, что «борьба продолжается», а один из лидеров социал-демократии, Л. Д. Троцкий, назвал манифест «нагайкой, завернутой в пергамент конституции».
Следующим этапом формирования законодательства о Государственной думе стал закон от 11 декабря 1905 г. Он был принят в разгар восстания рабочих фабрики Н. Шмита в Москве, в котором активное участие приняли сформированные социал-демократами «боевые дружины». Восстание показало силу организованных рабочих, и но новому закону о выборах в Госдуму они получили избирательные права. Более того, правительство Николая II, предоставив право участия в выборах фабрично-заводским, горным, горнозаводским и железнодорожным рабочим, создало для них 4-ю, дополнительную, рабочую курию.
По этому закону за счет понижения имущественного ценза увеличивалось количество участвующих в выборах по первой курии. Во второй курии – городской – в выборах должны были участвовать теперь неё плательщики налогов, в том числе квартирного, что открыло доступ к избирательным урнам широким слоям интеллигенции. По этому закону проходили выборы в I и во II Государственную думу, ярко выраженный оппозиционный состав которых привел к конфронтации с правительством Николая II и к роспуску обеих дум.
Последний избирательный закон был принят 3 июня 1907 г., после роспуска II Думы. Левая по своему составу (только социалисты имели в ней более 100 мест) Дума противодействовала начатым аграрным преобразованиям П. А. Столыпина, оказывала яростное сопротивление мерам борьбы с ширившимся в стране терроризмом и «экспроприациями» (только при взрыве бомбы на даче Столыпина, тогдашнего министра внутренних дел, 12 августа 1906 г. погибло 33 и было ранено более 20 человек, в том числе дети министра).
Новый избирательный закон, положивший конец «монопольному представительству интеллигенции» в Думе, изменил ее состав в пользу крупных цензовых слоев населения. Он сократил, во-первых, число депутатов (с 524 в первых двух Думах до 442) за счет сокращения представительства национальных окраин. Во-вторых, он уменьшил с 43 до 22 % число губернских выборщиков-крестьян. Увеличивалось, в-третьих, до 51 % число выборщиков от землевладельческой курии. Что касается городской курии, то она была разделена на 2 разряда: крупных и мелких собственников, дававших одинаковое число выборщиков. Разряд крупных собственников мог также блокироваться на собраниях избирателей с землевладельческой курией, чем обеспечивался выбор высокоцензовых депутатов. Наконец, один обязательный для каждой губернии депутат от крестьян был заменен общим, избранным на совместном заседании всех курий депутатом. Таким образом, число крестьянских депутатов, которыми, как правило, становились представители левых партий, сократилось.
Члены Госдумы избирались на губернском избирательном собрании под председательством губернского предводителя дворянства из выборщиков, избранных в каждом уезде по указанным выше куриям. Как и ранее, на губернское избирательное собрание должны были посылать своих выборщиков рабочие предприятий фабрично-заводской, горной и горнозаводской промышленности.
По этому закону была избрана III Государственная дума, которая стабильно отработала весь положенный ей пятилетний срок. Ведущие позиции в ней занимали представители лояльно настроенных к правительству слоев населения (главным образом, октябристы во главе с их лидером А.И. Гучковым), которые, при наличии многочисленных разногласий и скандальных заседаний, всё же не препятствовали ходу начатых под непосредственным руководством премьер-министра Столыпина реформ.
В феврале 1906 г. специальным царским манифестом был преобразован Государственный совет. Он получил равные с Думой права в области законотворчества и превратился как бы во вторую палату парламента, аналогичную палате лордов в Англии. Члены Госсовета назначались царем, и сформированный таким образом аристократический его состав должен был стать своеобразным противовесом оппозиционной Госдуме.
Основные законы Российской империи
Основные законы (в новой редакции) были приняты 23 апреля 1906 г. Они подвели своеобразный итог проведенных преобразований всех звеньев верховной власти. Хотя Основные законы не именовались Конституцией, они вполне могут считаться первой конституцией России, ибо дело не в названии, а в сути, в назначении закона. Французская декларация прав человека тоже не называлась конституцией, но знаменовала собой наступление новой конституционной эры.
Конституция России 1906 г. была так называемой октроированной, то есть жалованной конституцией, в которой монарх, совершая акт «высочайшей милости», уступал часть своих прав народному собранию. Но юридические свойства конституции не зависят от способа её принятия. Конституция 1906 г. представляла собой весьма солидное, основательное нормативно-правовое образование (она состояла из 11 глав и 124 статей), охватившее все основополагающие государственно-правовые институты. У Основных законов была особая юридическая сила. Изменить их можно было лишь в особом законодательном порядке (император мог только выступить с инициативой пересмотра, но не мог воспользоваться ею без согласия Государственной думы).
Впервые в своей истории основные законы, которые, как известно, издавались с 1832 г., провозгласили права и гражданские свободы. Российским подданным, превратившимся в граждан, конституционно гарантировались неприкосновенность личности и законность юридического преследования (ст. 30 — 32), неприкосновенность жилища (ст. 33), свобода выезда за пределы государства (ст. 34), неприкосновенность собственности (ст. 35), свобода собраний, слова и печати (ст. 36–39).
Каково же было положение основных звеньев верховной власти в России по Основным законам 1906 г.?
Император. Правовое положение императора определяла ст. 4, которая предоставляла ему «верховную самодержавную власть». Однако теперь эта власть не признавалась неограниченной, как это было ранее. Закон гласил, что «государь император осуществляет законодательную власть в единении с Государственным советом и Государственной думой» (ст. 7).
Самодержавная власть мыслилась как гарант целостности Российского многонационального государства, которое ст. 1 объявляла «единым и нераздельным». Русский язык признавался общегосударственным в армии, на флоте и в «государственных и общественных установлениях». Употребление местных языков и наречий в этих установлениях регулировалось особыми законами.
По традиции особа государя объявлялась «священной и неприкосновенной». Прерогативой императорской власти становилась законотворческая деятельность: «почин по всем предметам законодательства» ( инициатива) и утверждение законов.
Но законы, не принятые Госсоветом и Госдумой, считались отклоненными. Император мог издавать, в соответствии с законами, указы «дай устройства и приведения в действие различных частей государственного управления» и повеления, «необходимые для исполнения законов» (подзаконные акты).
Император оставался также верховным руководителем «всех внешних сношений Российского государства», объявлял войну, заключал мир и международные договоры. Конституция оставила за ним право быть «державным вождем», то есть главнокомандующим армии и флота. Император мог издавать указы и повеления относительно дислокации войск, переведения их на военное положение, обучения их, прохождения службы чинами армии и флота и «всего вообще относящегося до устройства вооруженных сил и обороны Российского государства» (ст. 14).
Прерогативой императора было объявление в стране военного и исключительного (чрезвычайного) положения, чеканка монеты и определение ее внешнего вида. Он ведал назначением и увольнением высших чиновников, жаловал титулы, ордена и другие государственные отличия, а также права состояния. Имущества, составлявшие личную собственность императора, и имущества, находящиеся в собственности царствующего императора (не подлежащие разделу, передаче по наследству и другим видам отчуждения), освобождались от платежа налогов и сборов.
Осуществляемой от имени государя императора признавалась Основными законами судебная власть в России. За ним сохранялось право помилования осужденных, смягчения наказаний и общее прощение совершивших преступные деяния с прекращением дел и освобождением их от суда и наказания.
По английскому принципу «контрассигнатуры» подпись императора под указами перед опубликованием скреплялась подписью председателя Совета министров или соответствующего министра (ст. 26). За императором сохранялась также право абсолютного вето (роспуска) в отношении Госдумы.
Государственная дума вместе с Государственным советом наделялась законодательными правами. Главной ее функцией являлось обсуждение и разработка законопроектов. Думе принадлежала и законодательная инициатива: «возбуждение предположения об отмене или изменении действующих и издании новых законов», за исключением Основных государственных законов, инициатива пересмотра которых оставалась за императором. Однако законы о выборах в Госдуму и об изменении ее статуса должны были утверждаться самой Думой. Одобренные Госдумой законодательные предположения в виде «мнения» поступали в Государственный совет и после одобрения или отклонения им – к императору, который выносил окончательное решение.
Основные законы предоставили Госдуме также компетенцию утверждения бюджета ( «государственной росписи») страны. Однако Дума не могла при этом исключать или сокращать расходы по государственным долгам и другим государственным обязательствам. Она не получила права обсуждать расходы императорского двора и императорской фамилии, чрезвычайные расходы в военное время и возможные сверхсметные расходы на войну, государственные займы. Эти проблемы разрешал «государь император в порядке верховного управления».
Депутаты Государственной думы избирались населением на пять лет в создаваемых согласно избирательного закона округах, тайным голосованием. Дума проверяла полномочия своих членов. При нарушении процедуры выборов по решению Сената могло быть назначено переизбрание.
Государственная дума созывалась указами императора два раза в год (весенняя и осенняя сессии). Для рассмотрения обсуждаемых в ней вопросов действовало общее собрание Думы и образовывались комиссии и комитеты. Во главе Думы стояли выборный Председатель и два его товарища, избиравшиеся на один год. Секретарь Думы и его товарищи избирались на весь срок полномочий Думы ( 5 лет).
Депутаты считались независимыми от народа и обладали депутатской неприкосновенностью. Член Госдумы мог подвергнуться ограничению свободы лишь по распоряжению судебной власти (хотя допускались и административные аресты депутатов). Оговаривалось и то, что для ограничения свободы депутата необходимо согласие Думы. Депутат терял свои права только по решению Думы и при наличии законных к тому оснований (преступление, утрата ценза) или при переходе в иностранное подданство. Депутаты Думы получали во время сессии от государства «суточные» (по 10 рублей в день), кроме них выдавались деньги на дорогу, проживание и отопление. Выделялись комнаты в общежитии (одна на 4 человек).
Заседания общего собрания Думы были публичными, на них допускались посторонние люди и пресса (кроме депутаций), однако по постановлению общего собрания могли назначаться и закрытые заседания. На заседания комиссий и комитетов не допускался никто.
Государственный совет в Основных законах 1906 г. отличался от задуманного ранее. Он действительно оставался верхней, аристократической палатой представительного собрания, а его полномочия и порядок работы были аналогичны думским. Но Госсовет комплектовался теперь на иных условиях. Только половина его состава (раньше весь состав) назначалась императором, другая половина избиралась сроком на 9 лет, при обновлении 1/3 состава каждые три года. Выборные члены избирались через Синод от духовенства православной церкви (3 от черного и 3 от белого), от губернских земских собраний (по одному от каждого), от дворянских обществ (всего 18 членов), от Академии наук и университетов (6 членов), от промышленности (тоже 6 членов) и торговли (12 человек).
Законопроекты, рассмотренные в Государственном совете как результат его законодательной инициативы, поступали в Госдуму, а затем к императору для окончательного решения.
Система тройных сдержек. Поскольку целых 3 звена: Госдума, Госсовет и император – должны были утвердить закон, прежде чем он вступит в силу, устанавливалась система взаимных сдержек (заимствованная из австрийской конституции). При неутверждении хотя бы одним звеном закон считался отклонённым. В этой системе было рациональное зерно. Она мешала властям преследовать свои эгоистические цели. Но она и создавала подчас непреодолимые преграды на пути закона.
Предвидя возможные коллизии в принятии законов при системе взаимных сдержек, законодатель ввел в Основные законы статью 87, которая давала право правительству (Совету министров) и императору в перерывах между сессиями Госдумы издавать при необходимости чрезвычайные указы. Эти указы следовало затем утверждать Думой и Госсоветом. Акт, не внесенный на обсуждение в Госдуму, терял свою силу после ближайшей думской сессии. Но эти указы не могли затрагивать Основные законы, порядок выборов в обе палаты и их статус. При частых конфликтных ситуациях с Госдумой правительство Николая II нередко прибегало к принятию таких чрезвычайных указов.
Близкая по духу консервативным конституциям Японии, Пруссии, Австрии, российская конституция 1906 г. явилась выражением компромисса между новым и старым порядками. Несмотря на свою незрелость, она достаточно ярко знаменовала собой переход государства от самодержавного к конституционному правлению. Исследователи полагают, что именно ей российское общество обязано той политической свободой, которой ему удалось ненадолго воспользоваться (в перерыве между двумя революциями).
Думская монархия. Реформы П. А. Столыпина
Так именовали государственный строй, установившийся в России после выборов III Государственной думы, в среде русской эмиграции. Это название, вероятно, более всего характеризует действительную сущность политической системы России в 1907–1917 гг. Не противоречит ему и другое название, введенное в литературу советским историком А.Я. Аврехом — «третьеиюньская монархия». Но вряд ли можно согласиться с утверждением советской марксистской историографии о том, что российское государство и в это время оставалось сугубо абсолютистским, хотя и существовала Госдума, бывшая совершенно безвластным учреждением.
Главным политическим и экономическим вопросом, требовавшим своего разрешения, был для России начала XX в. аграрный вопрос. Николай II начал заниматься им ещё до назначения Столыпина премьер-министром. Уже при Витте были предприняты шаги по пути окончательного уничтожения сословных ограничений для крестьян и облегчения их материального положения. В 1904 — 1905 гг. крестьянам списали все недоимки и долги, уменьшили на 50 %, а с 1 января 1907 г. отменили совсем выкупные платежи за надельную землю. Отменялась круговая порука в сельской общине при уплате налогов, что способствовало индивидуализации хозяйства крестьян и повышению личной ответственности собственников хозяйств.
В 1904 г. отменены телесные наказания для крестьян по приговорам волостных судов и сельских сходов. Прекращались принудительные отработки для неплательщиков налогов. Были сняты все другие ограничения (свободы передвижения, выбора места жительства, ухода из деревень, приема на государственную службу и др.). Теперь не требовались «увольнительные приговоры» сельского общества при поступлении крестьян на службу или учебу, обязательное исключение их из сельского общества при получении ордена, ученой степени, окончания учебного заведения, при производстве в чин или приобретении высших прав состояния.
В целях борьбы с земельным голодом в 1906 г. через крестьянский банк крестьянам было продано около 9 миллионов десятин земли, принадлежащей государству (казне), царю и царской семье. Царь надеялся, что его Примеру последуют помещики, но увы, известен лишь один случай подражания: П.А. Столыпин вслед за царем продал часть своей земли крестьянскому банку для перепродажи её крестьянам. Земельный фонд царской семьи распределялся между сельскими хозяевами бесплатно или по символической цене. По недорогой цене из казны им продавались лесные угодья.
Более быстрыми темпами аграрная реформа пошла после утверждения на посту премьер-министра Столыпина. Столыпин был убежденным сторонником частной собственности на землю. Он полагал, что только создание мелкой личной собственности, предоставление крестьянам реального права выхода из общины и разрешение вопросов «улучшенного землепользования» изменят лицо российской деревни, а стало быть и всей страны. При этом он делал ставку не «на пьяных, слабых и убогих, а на разумных и сильных крестьян», на тот слой в крестьянстве, который своим личным трудом на принадлежащей ему земле поднимет нищую деревню и сделает Россию процветающей державой. Однако Столыпин был категорическим противником какого бы то ни было принудительного изъятия земли, остававшейся в руках помещиков.
Главными оппонентами Столыпина в Думе были кадеты, предполагавшие экспроприацию крупного землевладения в пользу крестьянства, но с выкупом земли по справедливой оценке. Большевики, в свою очередь, требовали безвозмездной экспроприации и конфискации всей помещичьей земли. Отвечая своим главным оппонентам, «противникам государственности», Столыпин называл этот путь путем «освобождения от исторического прошлого России», от её культурных традиций. «Им нужны великие потрясения, – говорил он, обращаясь к депутатам Думы, – нам нужна великая Россия».
Реформа Столыпина была нацелена на разрушение культивировавшейся столетиями крестьянской общины, бывшей серьезной преградой на пути развития производительных сил в сельском хозяйстве, и создание класса крестьян-собственников, заинтересованных в увеличении сельскохозяйственного производства. Юридическую базу реформы составили указ от 9 ноября 1906 г. и закон от 14 июня 1910г. Закон 9 ноября 1906 г. был введен в действие в период между I и II Государственными думами по ст. 87 и утвержден III Думой 14 июня 1910 г. Кроме них имел значение закон о землеустройстве от 29 мая 1911 г., которым были отменены все сохранявшиеся ещё ограничения, связанные с приобретением и владением землей. Он дал толчок развитию хуторского и отрубного землепользования.
Указ 9 ноября 1906 г. разрешил крестьянам выходить из общины в любое время и становиться собственниками земли. Община обязывалась выделить в собственность выходившим из нее крестьянам ту землю (усадебную, полевую и пр.), которая находилась в их постоянном пользовании после последнего передела. Если количество этой земли превышало положенную дворохозяину долю при следующем переделе, он выплачивал обществу стоимость земельного излишка. При этом крестьяне сохраняли за собой право пользования в неизменной доле сенокосными, лесными и другими угодьями, которые подлежали переделу на особых основаниях, а также непеределяемыми угодьями: мирской усадебной землей, выгонами, пастбищами и пр. При отказе общины или промедлении в принятии решения (более месячного срока по подаче заявления) выдел мог осуществляться принудительно под руководством земского начальника или другого должностного лица в местах, где их не было.
Крестьяне и их правопреемники получили при этом право свободного отчуждения надельной земли (общим крепостным порядком), в том числе продажи и залога ее в банках или частным лицам. Но предусмотрев свободу наследования земли, законодатель в целях предотвращения ее дробления ввел ограничение: 1) По кругу лиц, призываемых к наследованию. При передаче земли по наследству запрещалось делить ее дальше установленного предела, за которым земельные участки считались неделимыми. Неделимая часть участка переходила к преимущественному наследнику (как правило, он определялся по старшинству возраста, сначала в мужской, а затем в женской линии). 2) Требовалось также совместное его проживание с наследодателем. Преимущественный наследник обязан был вознаградить остальных наследников за их наследственные доли.
Составной частью реформы стало также переселение крестьян в Сибирь, где им предоставлялись надельные земли по 15 дес. на мужскую душу. Крестьянам были переданы для освоения огромные массивы земель в прииртышских и Барабинской степях, на Алтае (последние принадлежали ранее императору), в других местах вплоть до Тихого океана. Кроме земли правительство предоставляло переселенцам льготный проезд и провоз скота и машин по Транссибирской железнодорожной магистрали, выдавало ссуды и безвозмездные кредиты на обзаведение, на строительство мельниц и церквей в новых поселениях. Оно организовывало агрономическую и ветеринарную службу, строило колодцы и склады для орудий труда.
Итоги переселенческой политики были весьма впечатляющими. За годы реформы, несмотря на возвратное движение части переселенцев, в Сибирь в общей сложности переселилось свыше 3 миллионов крестьян, сумевших создать здесь производительное фермерское хозяйство.
В целом как следствие реформы в России появился достаточно широкий слой крестьян-собственников, которые вели самостоятельное хозяйство и были активно заинтересованы в результатах своего труда. В новейшей литературе приводятся такие цифры, подкрепляющие этот вывод: к 1 января 1916 г. выделились из общины и «укрепили» землю в личную собственность 2,5 миллиона дворохозяев, что составило 27 % общинных дворов. Они владели 16 миллионами десятин земли, что составляло 14 % бывших общинных земель.
Именно эти крестьяне-собственники сумели создать те впечатляющие успехи, которых достигло сельское хозяйство России в 1913 году, в последнем предвоенном году ее дореволюционной истории. Даже если признать приведенные ниже цифры несколько преувеличенными (критика их, правда, не во всем обоснованная, звучала на страницах журнала «Отечественная история»), они поражают воображение. В 1913 г. валовой сбор зерновых злаков в России был на 1/3 выше, чем в Аргентине, США и Канаде вместе взятых. Россия стала житницей Европы, ежегодно вывозя на мировой рынок 1/5 часть производимого хлеба (свыше 700 тыс. пудов). Россия производила в это время 80 % мирового количества льна, 50 % мирового экспорта яиц, российское масло, 98 % которого давала Сибирь, заполонило мировой рынок. В 1913 г. Россия имела 40 миллионов голов крупного рогатого скота.
Крестьянские хозяйства, владевшие землей (от 12 до 300 десятин), доминировали на рынке, поставляя 3/4 зерна и почти 100 % мяса, яиц и масла. Примерно половина хозяйств объединялась в разного рода кооперативах. Только Англия по масштабам кооперативного движения шла впереди России. 8–10 детей в крестьянской семье стали нормальным явлением российской действительности. В это же время губернии с преобладанием общинного землевладения при постоянно растущем импорте хлеба хронически страдали от неурожаев и недоедания крестьянства, получали постоянную казенную помощь.
Но реформы Столыпина затронули не только аграрную сферу, хотя именно они лучше всего изучены. Были обеспечены весьма высокие темпы в развитии отечественной промышленности, что позволило России в 1913г. войти в первую пятерку мировых держав. С 1890 г. удельный вес ее в мировом промышленном производстве увеличился вдвое и составил 6 % (как и Франции). И хотя по производству продукции на душу населения Россия ещё сильно отставала от развитых стран мира, но имела отличную динамику в темпах индустриального развития. При сохранении этих темпов она смогла бы к середине XX в. занять одно из ведущих (если не первое) мест в мире. Рос и жизненный уровень населения, которое держало на банковских счетах в 1914г. огромную сумму – свыше 2 миллиардов рублей. Развивалась система государственного социального обеспечения и социального страхования.
Впечатляющих успехов достигла Россия в развитии образования. В 1908 г. было введено всеобщее бесплатное начальное обучение, и огромные массы сельского населения получили к нему доступ. С этого времени ежегодно открывалось до 10 тысяч школ. Для подготовки учителей была создана сеть учительских институтов, обучение в которых было практически бесплатным. При плате за обучение в высшей школе, которая была раз в 10 меньше, чем в Англии и США, существовала система бесплатного высшего образования для неимущих студентов. Россия приближалась к реализации всеобщей грамотности населения. В 1913 г. бюджет народного образования достиг астрономической цифры – 500 миллионов рублей
золотом.
Реформа затронула также и политическую сферу страны. Были предприняты экстраординарные меры для борьбы с революционным терроризмом, убийствами полицейских, солдат, чиновников, с бандитскими налетами на банки и другие кредитные учреждения. Только в октябре 1906 г. было зарегистрировано 362 «экса». По данным газет и других источников с января 1905 по октябрь 1906 гг. «революционерами» было убито и ранено свыше 4 тысяч представителей администрации и капитала.
Поэтому в ряде губерний было введено чрезвычайное положение. С 19 августа 1906 г. в таких губерниях стали действовать военно-полевые суды. Они состояли из офицеров и в течение 2 суток негласно, в отсутствие прокурора и адвоката, рассматривали дела преступников, захваченных на месте убийств, бунтов и терактов. Приговоры военно-полевых судов немедленно входили в законную силу и исполнялись в течение суток. Это была суровая, но вынужденная мера, которая помогла властям перехватить инициативу и справиться с террором.
Всего военно-полевыми судами были приговорены: к расстрелу 1102 человека, 62 к бессрочной и 65 к срочной каторге. В 1907–1909 гг. ещё свыше 6 тысяч человек были приговорены к смертной казни пришедшими на смену военно-полевым судам военно-окружными судами. По более половины их были помилованы императором, который, как правило, удовлетворял все подобные просьбы.
Объявленная свобода печати в России привела к отмене общей предварительной и духовной цензуры, были устранены и вес другие ограничения для органов печати. В 1906 г. отменена цензура и для непериодической печати. В ноябре 1905 г. стал действовать указ о наложении штрафа и ареста на повременные издания только при наличии в них признаков уголовного деяния, которые осуществлялись исключительно в судебном порядке. Регистрация открывающихся изданий поручалась губернаторам. Этим не преминули воспользоваться левые партии, чьи революционные издания выходили теперь совершенно легально, пропагандировали терроризм и в открытую призывали к уничтожению существующего строя.
По инициативе Столыпина для обуздания распоясавшейся левой прессы в 1907 г. были приняты некоторые жёсткие меры, в частности, применено чрезвычайное законодательство. За «возбуждение вражды между классами населения, между сословиями, хозяевами и рабочими» для печатных изданий устанавливались крупные штрафы (до 3 тысяч рублей) и 3-месячное заключение. За «публичные восхваления преступных деяний в печати», за «ложные сведения о должностных лицах и учреждениях», за «возбуждение враждебного отношения к правительству» вводились аналогичные наказания. В ходе действия этого чрезвычайного законодательства о печати в стране было приостановлено около 100 печатных изданий.
Правительство прибегло также и к помощи уголовного законодательства, которое было ужесточено. В дополнение к Уложению о наказаниях уголовных и исправительных в редакции 1885 г., которое продолжало действовать, были изданы новые уголовные законы. В апреле 1905 г. была установлена имущественная ответственность сельских обществ и селений, крестьяне которых принимали участие в погромах помещичьих имений.
Указ 2 декабря 1905 г. усилил репрессии за участие в забастовках на предприятиях, имеющих общественное и государственное значение. Вводилось наказание в виде тюремного заключения на срок от 8 месяцев до 1,5 года. Весной 1906 г. действие этого указа распространилось на сельских рабочих. Стали применяться и некоторые главы нового Уголовного уложения, подготовленного в 1903 г., в том числе об ответственности за бунт против царской власти и членов императорского дома, о государственной измене и др. Все основные формы революционной борьбы того времени и все меры ответственности за них нашли свое отображение в законе.
В то же время предпринимались шаги и в сторону демократизации судопроизводства для законопослушных граждан. В 1912 г. были восстановлены мировые суды с прежним порядком выборов и освобождены от опеки земских начальников волостные крестьянские суды.
В целом реформы, проведенные под руководством П. А. Столыпина, имели ярко выраженную антиреволюционную направленность, чего не скрывали и сами их авторы. Более того, они постоянно подчеркивали, что в случае успешного осуществления аграрной реформы революционное движение в России лишится массовой базы и сойдет на нет. К слову сказать, это прекрасно понимали и представители революционных сил и движений, чем объясняется та невероятно жесткая, отрицательная оценка этих реформ, которую со времен В. И. Ленина исповедовала советская историография и которая не преодолена до сего времени. До сих пор проводится такая стереотипная мысль, что реформы Столыпина были нацелены исключительно на сохранение российской монархии и укрепление феодальных порядков. Естественно, это не так. Они разрушали старую систему и творили новое, но не революционным путем, а в результате постепенного, объективного хода вещей. Столыпин постоянно взаимодействовал с Государственной думой, надеясь на то, что в России возможна конституционная монархия.
1 сентября 1911 г. Столыпин, находившийся в Киеве, в театре, вместе с императором, был убит террористом Богровым. Замены ему, равной по масштабам, увы, не нашлось. В преддверии грядущей войны это грозило России большими неприятностями.
Упразднение монархии.
Новая государственная система между февралем и октябрем 1917 г.
Первая мировая война, в которую Россия вступила 1 августа 1914 г., имела для нее трагические последствия. За два с половиной военных года резко ухудшилось экономическое состояние страны, стала сказываться утомленность населения лишениями и страданиями, которые принесла война, усилился товарный голод и стали проявляться признаки продовольственного кризиса (к 1917 г. на войну ушли около 15 миллионов крестьян). В ноябре 1916 г. правительство было вынуждено ввести продовольственную разверстку.
В годы войны произошло ослабление императорской власти, выразившееся в частых сменах правительственных чиновников, в распутинщине. в подрыве доверия к властям (особенно при непопулярном правительстве Б. В. Штюрмера). В противовес рос политический авторитет оппозиционных думцев (IV Дума была созвана в июле 1915 г.), создавших и пей из видных политических деятелей «Прогрессивный блок» и открыто готовивших государственный переворот.
В результате революционных событий в Петрограде, начавшихся 23 февраля 1917 г. (волнения солдат, рабочие забастовки, погромы учреждений, магазинов, полиции) 2 марта Николай 11 по предложению депутации думцев (Гучкова и Шульгина), прибывших к нему в Псков, отрекся от престола. Российская монархия, отпраздновавшая в 1913 г. трехсотлетие дома Романовых, рухнула. Брат Николая 11 Михаил, которому был передан престол, отказался от него и Манифестом от 3 марта передал решение вопроса о форме власти в России будущему Учредительному собранию.
Последствия отречения оказались самыми непредсказуемыми и роковыми. Они резко осложнили ситуацию как внутри страны, гак и на фронте, вызвали недоумение и растерянность в стане союзников России. Отречение подтолкнуло страну в жестокие объятия революции, хотя по замыслу царя должно было предотвратить ее.
Организация новой власти. В ходе революционных событий, в отсутствие в столице императора, депутаты Думы создали Временный комитет «для водворения порядка в Петрограде и для сношения с учреждениями и лицами». 8 марта он был переименован во Временное правительство в составе 12 человек, 9 из которых были депутатами Думы. Временное правительство состояло из представителей буржуазных партий (за исключением единственного социалиста А. Ф. Керенского, ставшего министром юстиции). Его возглавил Председатель Всероссийского земскою союза, сформированного ещё в начале войны, Г.Е. Львов. Пост министра иностранных дел получил лидер кадетов П.Н. Милюков. Будучи по форме чисто исполнительным органом, Временное правительство обладало законодательной властью.
27 февраля в Петрограде возникла и другая ветвь власти. Её организовали представители социалистических партий. Это был Совет рабочих и солдатских депутатов во главе с меньшевиком Н.С. Чхеидзе, который может рассматриваться как представительный орган. Он и советы на местах издавали постановления и распоряжения, правда, чаще всего в собственных интересах.
Так возникло двоевластие: Временное правительство и Совет, который не имел четко определенных функций, но пользовался поддержкой рабочих и солдат. Временное правительство готовило выборы Учредительного собрания, назначенные на сентябрь, реформу местного самоуправления и земельную реформу. Оно рассматривало себя в качестве временной власти и поэтому не считало возможным начинать коренные преобразования.
Совет провел в июне 1917 г. Первый Всероссийский съезд Советов, на который прислали своих делегатов создаваемые в стране советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и избрал на нем Всероссийский Центральный исполнительный комитет (ВЦИК), ведущую роль в котором играли эсеры и меньшевики.
В течение 1917 года, от весны к осени, наметились такие тенденции в развитии двоевластия. Временное правительство постепенно левело. После каждого очередного кризиса представительство левых партий в нём увеличивалось. Так, после апрельского кризиса в нем стало 6 социалистов при 9 представителях буржуазных партий, в конце сентября в Третьем коалиционном правительстве, которое возглавил Керенский, стало 10 социалистов на 6 буржуа.
Весьма серьезные и имевшие далеко идущие последствия изменения происходили и в Петроградском Совете. Совет постепенно прибирали к своим рукам большевики. Их партия набирала вес и влияние, малочисленная в начале революционных событий, она насчитывала к октябрю 1917 г. в своих рядах около 350 тысяч членов.
Изменения в госаппарате. Главные преобразования в области государственного устройства после февраля 1917 г. были связаны с ликвидацией монархии, института императорской власти. Упразднение монархии потребовало отстранения от должностей всех представителей высшей администрации, назначенных царем и ответственных перед ним: министров, генерал-губернаторов и других чинов губернаторского корпуса, градоначальников, чинов полиции и др. Но сами министерства сохранились, ибо ничего, более отвечающего государственным потребностям, чем отраслевой принцип управления, придумать было нельзя.
Более того, по ходу развития событий от февраля к октябрю, были созданы 4 новых министерства, которые заменяли утратившие значение прежние органы управления. Так, Министерство государственного призрения приняло на себя функции благотворительных органов, в том числе многочисленных фондов членов императорской семьи. Министерство продовольствия и Министерство труди имели целью примирение груда и капитала и брали на себя функции обеспечения населения продовольствием и социальными благами. Министерство по делам вероисповеданий пришло на смену упраздненному в августе Синоду и было призвано претворить в жизнь объявленные свободу совести и равенство всех конфессий.
Поначалу сохранили свое значение и продолжали функционировать Государственная дума, Государственный совет, органы, созданные в годы войны для осуществления государственного регулирования экономикой: Особое совещание, Военно-промышленные комитеты, Союз земств и городов (Земгор). Но уже в мае оказалась распущенной назначаемая часть членов Госсовета, а в октябре была упразднена и выборная часть. С роспуском в октябре Госдумы остатки высших органов старой власти окончательно ушли в прошлое.
Поскольку с увольнением губернаторов институт губернаторства оказался упраздненным, вместо них на местах стали действовать правительственные комиссары или уполномоченные Временного правительства, наделенные особой властью для реализации его указаний и проведения на местах новой политики. Как правило, их брали на местах, из председателей земских управ и других, не игравших ранее заметной роли администраторов. Население, привыкшее уже к определенному порядку вещей, относилось к ним с недоверием. Вряд ли можно оценить положительно это одно из коренных нововведений Временного правительства. Жизненность института губернаторов – его возрождение в настоящее время.
В противовес государственной администрации Временное правительство было намерено поднять роль органов местного самоуправления. Поэтому старые органы, земские управы и городские думы, были не только сохранены, но получили более широкую компетенцию. Земствам, к примеру, была поручена борьба с безработицей, дороговизной. Они стали заниматься охраной труда, созданием бирж труда, общественных мастерских, оказывать населению юридическую помощь, бороться с незаконной торговлей спиртом и пр. Однако все их действия контролировал губернский комиссар Временного правительства.
Особую активность развернули в это время Всероссийский земский союз, возглавлявший земские учреждения, и Совет дум, руководивший деятельностью городских дум и управ. Они создавали новые предприятия (фабрично-заводские, торговые, кредитные) и рабочие места, используя средства земских собраний, частные пожертвования, собственные доходы.
В мае 1917 г. было создано волостное земство, которое взяло на себя обязанности, лежавшие ранее на волостных правлениях и старшинах. Гласные волостных земств были избраны на 3 года и работали безвозмездно. Занимаясь повинностями, займами, разного рода сборами, осуществляя пожарные, коммунальные, санитарные мероприятия, волостные земства быстро превратились в едва ли не самую главную ячейку земского самоуправления.
Старая судебная система в основном удовлетворяла новое буржуазное правительство и почти не была подвергнута реорганизации. Все судебные органы, введенные реформой 1864г., были сохранены. Мировые суды даже несколько расширили свою компетенцию. Но были упразднены особые суды: Особое присутствие Сената (дела по политическим преступлениям), институт сословных представителей в судебной палате (в связи с необходимостью окончательного упразднения сословных перегородок), Верхов-
ный уголовный суд как высшая судебная инстанция по государственным преступлениям.
Суды военные сохранились, но в их заседаниях стали участвовать представители солдат и офицеров. С марта на местах стали действовать временные суды в составе мирового и двух заседателей из рабочих и крестьян. В этом и заключались главные нововведения в судебной системе, значение которых исследователям ещё предстоит оценить.
Необходимо подчеркнуть также, что в результате проведенных преобразований государственной системы, всех перечисленных упразднений, увольнений, реорганизаций, было сохранено все прежнее среднее звено аппаратов государственного управления. Именно благодаря этому обстоятельству государство не развалилось окончательно, а продолжало функционировать. Хотя новая власть, занятая политикой, обращала мало внимания на его нужды.
Итак, посмотрим, как складывалась политико-правовая ситуация в России после проведенных в результате февральской революции преобразований, завершившаяся событиями октября 1917 г.
1. Новая власть провозгласила демократию, все политические и гражданские свободы: слова, митингов, собраний, демонстраций, шествий.
2. Объявлялась свобода политических партий, общественных, политических, профсоюзных и других организаций.
3. Провозглашалось равенство всех граждан, независимо от национальности и вероисповедания.

<< Предыдущая

стр. 5
(из 7 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>