<< Предыдущая

стр. 7
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

Благодаря этому и параллельно с процессом интеграции они берут в обработку всю свою личность, так что она постепенно становится гармонично-цельной.
По мере осуществления этой работы влияние на ученика его души будет становиться всё ощутимее и заметней. Вначале его связь с душой будет носить лишь краткий, эпизодический характер, но даже в эти краткие мгновения общения с душой ему вдруг приоткроется истинный облик целого: он его просто увидит, не умея ещё ни удержать, ни хотя бы частично зафиксировать его в памяти. Позже, по мере того, как процесс интеграции личности будет продвигаться вперёд и будет становиться всё более очевидным и заметным, эта связь с душой будет гораздо более продолжительной по времени, благодаря чему он сможет в гораздо большей степени прозревать и фиксировать целое, увиденное с позиции души, что даст ему возможность провидеть такие взаимосвязи, которые он как личность никогда бы не смог разглядеть.
Очень важно, чтобы ученик ясно понял и осознал тот факт, что истина, а стало быть и целое, вечно изменчива. Если рассматривать её с позиции материалистического дуализма или, говоря проще, нашими двумя физическими глазами, то окажется, что истина в немалой степени зависит от глаз, рассматривающих и подвергающих её оценке, хотя, в общем и целом, когда речь идёт о рассмотрении чисто физических сторон её проявления, то она всегда выглядит достаточно похоже и легко узнаваема.
Однако, как только к физическому аспекту подмешивается эмоциональное начало, вся картина в корне меняется, ибо теперь восприятие истины зависит, главным образом, от тех чувств, которые реагируют на физико-эмоциональный аспект её проявления. Поэтому истина оказывается многоликой и многообразной, в зависимости от того, кто и как её видит, чувствует и сопереживает. Другими словами, истина всегда такова, какова природа воспринимающего её сознания, которое, опираясь исключительно на материал своего собственного чувственного опыта, оценивает и познаёт её в духе собственного накатанного репертуара. Так, если воспринимающее сознание "пестрит сучками", т.е. изобилует блокировками и эмоционально — чувственными узлами в той сфере, где необходимо составить себе ясную картину подлинного положения дел, то все эти "сучки", узлы и заторы естественным образом войдут в структуру или характеристику оценки данной картины, тем самым существенно исказив саму действительность или значительно сузив её рамки.
Если впечатление от увиденного будет носить сугубо ментальный характер, то общее восприятие будет искажено в ещё большей степени, поскольку каждое сознание несёт в себе свою собственную, неповторимую сумму знаний, умственных способностей, ментальных пороков и добродетелей, которые все вместе также оказывают значительное влияние на образ восприятия и оценку одной и той же картины.
Поэтому здесь со всей определённостью можно сказать только то, что у разных людей лишь чисто физическое восприятие той или иной реалии может оказаться более или менее однотипным, — например, если мы предположим, что сто человек смотрят на один и тот же физический объект, при этом абсолютно не допуская каких-либо чувств и мыслей в связи с виденным или сопереживаемым, что, разумеется, для большинства людей не только трудно осуществимо, но и вообще невыполнимо. Но если, например, эти сто человек подвести к картине, которая хотя и относится к физическим явлениям, но как таковая взывает больше к их чувствам, ощущениям, эмоциям, потаённым желаниям и мыслям, то мы в результате получим сто совершенно различных описаний одного и того же, ибо, когда вопрос касается многогранных сфер проявления свойств личности, нам не найти и двух человек, чьё восприятие деталей в точности совпадало бы между собой и было бы абсолютно идентичным.
На этом примере легко понять, что любая оценка с позиции личности не может считаться абсолютно достоверной и объективной, ибо она всегда в высшей степени субъективна.
Поэтому, если ученик жаждет увидеть и понять истину, он должен суметь увидеть её душевным оком, ибо лишь в этом случае его восприятие увиденного окажется за границами субъективного мира личности.
Лишь неличностное, объективное восприятие, которое суть восприятие души, может быть названо истиной. Тем не менее на пути к этой истине ученики с завидным упорством жонглируют и перебрасываются различными понятиями истины, которые, однако, при их более пристальном рассмотрении, оказываются всего лишь временными категориями, поскольку они воспринимаются с позиции одной лишь личности. Позднее, когда в это личностное восприятие начнут подмешиваться душевные впечатления, вся картина существенно изменится.
Но лишь тогда, когда душевный контакт сделается прочным и стабильным, лишь тогда, пожалуй, ученик с известной долей правоты может утверждать, что он способен видеть и понимать истину, ибо тогда ему станет ясно, что и сама истина — это тоже переменная величина, поскольку она зависит от усваивающего и постигающего её сознания. Чем шире сознание, тем шире понимание истины, а значит — целого.

44. БЫТЬ В ЦЕНТРЕ И ВМЕЩАТЬ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТИ
Быть в центре двойственности значит быть в состоянии равновесия. Именно к этому состоянию стремятся все ученики, хотя на осознание ими того, что это, собственно, и есть главная цель их устремлений, уходит очень много времени. Что это значит — быть в центре двойственности?
Бесконечно число инкарнаций, проживаемых учеником в дуалистическом, или двойственном, мире — в мире личностей, где всё имеет позитивную и негативную сторону. Здесь всё воспринимается или через призму тьмы, или через призму Света.
Поэтому и всё существование строится по принципу "или-или". И только после того, как ученик пройдёт значительный отрезок Пути Ученичества, он начинает, наконец, более или менее реально сознавать, что существование по принципу "или-или" принадлежит исключительно сознанию личности. В жизни каждого ученика рано или поздно наступает такой момент, когда ему становится ясно, что для того, чтобы воссоединиться со своей душой, он должен выйти из прежнего состояния "или-или" и перейти к существованию по принципу "и-и".
Однако проходит немало времени, прежде чем он решается на этот окончательный шаг, чаще всего, уже будучи на пути к Третьему Посвящению, когда он уже настолько гармоничен, что у него на уровне личности остаются нерешёнными лишь несколько незначительных ментальных проблем. Тогда его взгляд проясняется настолько, что он воочию видит и понимает, что познал этот дуалистический мир до основания и что в себе, как в центре, интегрировал все его плюсы и минусы. Теперь ему ясно, что речь, в сущности говоря, всё время шла не о двойственности, а о единстве, но он не сознавал этого вплоть до настоящего мгновения, поскольку никогда прежде не идентифицировал себя со своей душой столь прочно, нерасторжимо и постоянно.
Моментом величайшего озарения для такого ученика оказывается тот, когда он внутренне постигает ту теорему, которая всё время лежала перед ним раскрытой книгой, но которую он воспринимал, скорее, исключительно как абстрактное знание, чем как внутреннюю правду. Отныне для него Свет и тьма — одно. Его сознание теперь равно вмещает и Свет, и тьму, и он знает, что чем дальше вперёд он будет идти по Пути Ученичества, тем больше будет становится тот объём Света и тьмы, который сможет вместить его сознание. В то же время он с непоколебимой уверенностью знает, что, вместив и совместив в себе обе эти противоположности, он окажется единым со всей вселенной, ибо Универсуум — это прежде всего единство и соорганизованность по принципу двойственности.
Если этот ученик углубится в исследование своего собственного сознания, он увидит, что оно содержит в себе глубочайшие наслоения обеих противоположностей — отложения всех своих бесчисленных инкарнаций. Ни один опыт не был напрасным и не пропал даром, ибо каждый содействовал тому, чтобы он смог подойти к тому рубежу, где он находится ныне. Глубочайшая тьма явилась предпосылкой того, что сегодня он может обрести Высший Свет. Наихудшие зло и жестокость в прошлом были такими же необходимыми предпосылками для развития в нём той внутренней любви, тех бескорыстия и безличности, которыми он обладает ныне. И если бы он когда-то не причинил другим непоправимого вреда, то сегодня он не смог бы быть носителем таких добродетелей, как смирение, миролюбие и доброжелательность.
В момент конфронтации с этим сияющим озарением перед его внутренним взором разворачивается видение: прошлое, настоящее и будущее сливаются в одно целое, обуславливая то исключительное состояние сознания, которое есть общий итог или сумма всего. В этот миг он есть сумма всех своих многочисленных различных сознаний из множества эпох, в том числе и грядущих, ибо он в этот миг есть целое. Именно в этот момент он оказывается в центре двойственности, поскольку теперь он душа — единство; поэтому взор его не замутнён и ясен, ибо он видит единственным оком души. Именно поэтому перед ним проходит это видение.
Теперь с непоколебимой уверенностью он знает, что "всё хорошо весьма", что абсолютно всё во вселенной имеет свои божественные функцию и предначертание, хотя раньше его личность воображала, что дело обстоит совершенно иначе.
Воистину, всё есть божественные фрагменты Света и тьмы, и все они, каждый в отдельности, имеют своё, строго определённое, местоположение в этой великой космической Мозаике Жизни. Когда это пламя, бесконечно полыхающее за границами всякой мысли, озарит такого продвинутого ученика, значит, он созрел для этого великого откровения, которое, вплоть до этого неповторимого мгновения, было для него не более чем красивой теорией.

45. БЕГСТВО ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Для многих учеников принятие ответственности — невероятно трудное дело. Когда проблема ответственности затрагивает непосредственно физический план, тут они более или менее на высоте положения, но, как только проблема ответственности затрагивает чувственный или ментальный аспект, они любым доступным образом стремятся избежать этой ответственности. Это особенно наглядно в том случае, когда у них оказывается под рукой подходящий козёл отпущения, на роль которого чаще всего они избирают первого попавшегося человека, демонстрируя в этом деле поистине небывалые сноровку, прыть и изобретательность.
Сам ученик, как правило, совершенно не сознаёт творимого им, и когда впоследствии он вдруг узнаёт, что тогда-то и тогда-то полностью отрёкся от своей ответственности и, кроме того, оскорбил и обругал близкого человека, которого автоматически избрал своим козлом отпущения, он несказанно сему изумляется, поскольку для него такое положение дел выглядит вполне нормальным и естественным. При чём тут он, если тот, по его мнению, действительно виноват?
Если такому ученику удаётся наладить связь с душой и истинное положение дел, наконец, доходит до его сознания, он испытывает отвращение к себе и ко всему содеянному им, и делает это абсолютно искренне. Но часто на это уходит длительное время, ибо он успевает основательно похоронить эту проблему в недрах своего подсознания и быстро забывает о том, что совершенно необоснованно обругал или оскорбил другого человека. Этот механизм панического бегства от своей ответственности, иногда совершенно мизерной и незначительной, часто своими корнями
уходит в прошлую жизнь ученика, в течение которой он основательно освоил этот шаблон реагирования, выбирая его в качестве механизма самозащиты в тех ситуациях, где, ради собственного "спасения" или чтобы избежать чего-то худшего, ему приходилось спихивать свою ответственность на другого.
Когда ученик прозревает и видит, что он почти постоянно ведёт себя подобным образом, что для ученика его ранга выглядит довольно неприятно и даже низко, он, как правило, делается глубоко несчастным, и это его состояние усиливается ещё больше, когда обнаруживается, что он и дальше продолжает поступать в том же духе и проделывает то же самое не один, а множество раз. Но каждый раз шаблон поведения один и тот же.
Любая мелочь способна тотчас привести в действие этот его старый защитный механизм, и он молниеносно атакует первого попавшегося под руку человека и изливает на него всю свою желчь, совершенно не понимая того, что за всё фактически ответственен он сам. Из этого неведения его чаще всего выводит женщина-партнёр, которая заставляет его посмотреть трезвыми глазами на фактическое положение дел и на всё, содеянное им, так что когда ученик вновь открывается навстречу своей душе и возобновляет с ней контакт, ему не остаётся ничего другого, как с ужасом признать, что он опять убежал от ответственности и, более того, что он, отрекшись от этой ответственности, которая по праву была его ответственностью, причинил тем самым немалые страдания другому человеку.
У большинства Наших экспериментальных пар подобные ситуации возникают бесчисленное множество раз, но ни одна из них не проходит бесследно, так как старший и более умудрённый из партнёров-учеников держит младшего под своим бдительным оком и вынуждает его вступать в конфронтацию как с первопричиной, так и со всеми её неисчислимыми последствиями, которые по размаху часто оказываются гораздо большими, чем первоначальная, часто ничтожная, причина.
Как только ученик выявляет в себе этот жёстко закрепившийся защитный механизм, он начинает искать выход из создавшегося положения, а выход практически всегда только один: обратиться к опытному эксперту и подвергнуть себя основательной, глубокой психотерапии или, применив технику ответственной регрессии, самому попытаться нащупать и извлечь на свет божий тот первопричинный эпизод из этой или прошлой жизни, когда он принял это решение — сразу же, не задумываясь переносить всю свою вину на козла отпущения, дабы самому выйти сухим из воды.
Если ученик доберётся до первопричины и вновь переживёт этот "невинный" эпизод, который в первой инстанции чаще всего связан с его детскими переживаниями и эмоциями, то он увидит, например, что он из страха быть наказанным за разбитую вазу не раздумывая свалил всю вину на другого, которого и наказали вместо него. Об этом решении он, естественно, тут же забыл и похоронил его на дне памяти, поскольку знал, что поступать подобным образом плохо; но дело, как говорится, было сделано, и основную роль в нём сыграл именно его первоначальный страх, который был так силён, что он тут же принял незамедлительное решение о том, чтобы впредь всегда перекладывать свою вину на другого, дабы самому счастливо избегнуть наказания.
Теперь, воскресив и повторно пережив тот изначальный эпизод-причину, который и привёл в действие весь этот механизм, он может изменить первоначальное решение, изменив тем самым и своё нынешнее сознание, которое прочно хранит эту его старую реакцию, столь понятную и естественную для маленького мальчика, оказавшегося в напряжённой, сложной ситуации. Теперь, благодаря своим нынешним пониманию и уровню сознания, ученик способен увидеть, насколько сильно это давнее и совершенно неприемлемое решение может воспрепятствовать его нынешнему духовному росту, который в первую очередь обуславливается его умением быть полностью ответственным за себя во всех сферах и планах жизни.
У каждого из учеников имеются такие старые, глубоко упрятанные в глубь подсознания проблемы, которые им необходимо как можно скорей решить и переработать, дабы гарантировать себе дальнейшие поступательные духовный рост и развитие.
Подобные методы бегства от проблем личного плана в своё время были хороши, полезны и даже целесообразны, поскольку служили своего рода защитой от худших неприятностей, но теперь они связывают ученика по рукам и ногам, особенно на данном этапе, когда он стремится серьёзно понять самого себя и начать работу над собой, чтобы сделаться подлинным служителем мира. На определённом этапе все ученики, чувствующие себя ответственными за собственное развитие, должны пройти через эти терапевтические процедуры, чтобы видоизменить, нейтрализовать и перепрограммировать все свои нецелесообразные, отжившие, старые механизмы.

46. УЧЕНИЧЕСКАЯ ПАРА И МЕХАНИЗМЫ
БЕГСТВА ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Одними из сложнейших проблем, с которыми приходится иметь дело ученическим парам в процессе самопознания, являются несомненно те серьёзные ментальные затруднения, которые постоянно возникают в их жизни. С эмоциональными трудностями особых хлопот они не испытывают, ибо те давно взнузданы и взяты под их бдительный контроль, даже несмотря на то, что время от времени они по-прежнему могут быть чересчур бурными и эмоционально перенасыщенными; но с ментальными проблемами, увы, сладить не так просто, ибо они очень легко переходят в замкнутый сепаратизм и делаются столь отчуждённо-ледяными, что с ними практически невозможно справиться, так как при этом напрочь отсутствуют какие бы то ни было смягчающие обстоятельства, не говоря уже о сердечной теплоте, которая могла бы рассеять это отчуждение и уладить возникшие разногласия и конфликты.
На определённом этапе всем ученикам предстоит вступить в конфронтацию со своими ментальными проблемами, которые имеются в избытке и у них самих, и у окружающих, и которых они почти на протяжении всего своего Пути всячески избегают, поскольку с ними, действительно, сладить очень и очень непросто. Подобные конфронтации, если можно так сказать, являются ежедневным рационом Наших ученических пар, поскольку один из партнёров своими действиями почти постоянно провоцирует другого на подобную реакцию.
Механизмы бегства от ответственности довольно обычны и широко распространены среди людей в повседневной жизни, поэтому естественно, что они столь же частые гости и у Наших учеников.
Разница здесь лишь в том, что так называемые обычные люди вообще не замечают того, что они неизменно убегают от своей ответственности, да и от всех прочих неприятностей, тогда как ученики, наоборот, пытаются разобраться в себе, пытаются понять и осмыслить, действительно ли это явление имеет место в их жизни, и если да, то как часто и в каких случаях это происходит.
Данная ментальная проблема — постоянный спутник жизни Наших экспериментальных пар. Как правило, указанный механизм бегства от ответственности чинит наибольшие трудности в жизни того из учеников, кто находится в фазе ментальной самоизоляции. Часто оказывается, что этот ученик, сам того не зная, реагировал подобным образом на протяжении многих инкарнаций, и этот защитный механизм так прочно "прикипел" к нему и так с ним сроднился, что, казалось бы, его уже ничем не одолеть и не изменить. Наперсница такого ученика часто чувствует себя на грани отчаяния, ибо ей от всего сердца хотелось бы ему помочь, но она не может, поскольку видит, до какой степени прочно укоренился в нём этот шаблон-привычка.
Только когда партнёры начинают работать с техникой регрессии, им наконец удаётся добраться до тех эпохальных узловых моментов, когда ученик решил впредь поступать безответственно и отдал себя во власть эгоистических тенденций. Когда партнёры в ходе терапевтического сеанса взаимосвязи и взаимопроникновения добираются до истоков этой проблемы и сталкиваются с изначальными нецелесообразными решениями, то здесь очень важно, чтобы они тут же, не сходя с места и не откладывая дела в долгий ящик, изменили эти решения, благодаря чему они очень быстро сами убедятся, что именно эти "эпохальные" решения неизменно действовали в них на протяжении многих и многих жизней.
Самое трудное для наиболее интегрального из учеников (в данном случае — женщины) — это видеть, как её возлюбленный, даже в процессе регрессии, упорно избегает своей ответственности и не хочет честно взглянуть на самого себя. Так как он постоянно стремится отделаться и отмахнуться от всего неприятного, как правило, им же и содеянного, то ей волей-неволей приходится быть начеку и тщательно следить за всеми его действиями, одёргивая его всякий раз, когда он предпринимает очередное бегство или начинает изворачиваться и лгать.
Часто партнёры пугаются того, что они, ученики, считающие себя людьми духовными, обладают столь неприятными, негативными качествами. Пугаться этого не стоит, ибо речь здесь идёт (пусть каждый ученик уяснит это!) не о качествах, а о модели решений, принятых личностью ученика в процессе прошлых жизней (сколько жизней, столько и личностей) в трудный для себя момент, во время острых, напряжённых ситуаций и коллизий.
Единственное, что им нужно сделать, это попытаться добраться до тех "стартовых моментов" своей жизни, когда все эти неблагоприятные решения были приняты ими к исполнению. Ибо, когда ученик окунётся в ту же ситуацию, он сможет легко принять новое решение, которое на сей раз будет более целесообразным и благоприятным и освободит от груза данной проблемы его нынешнюю и прошлую жизни. Но все эти механизмы, угнездившиеся в предшествовавших промежуточных инкарнациях, должны быть обезврежены лично самим учеником либо с помощью метода психотерапии, либо с помощью метода регрессии.
Большинство ученических пар прекрасно понимает свою задачу и усердно трудится над искоренением всех своих застарелых травм.
Вместе с тем они искренне признают, что это неимоверно трудная работа, в особенности если один из партнёров избегает своей ответственности и отгораживается от души, сердца и чувств, чтобы изолированное ментальное тело, а нередко и тело физическое, имело возможность устраняться и отделываться от всего неприятного с помощью лжи и самообмана.

47. СИЛА И БЕССИЛИЕ ИНТЕГРИРУЮТСЯ В СЕРДЦЕ
Сила и бессилие, власть и покорность перед властью — вот ключевые понятия в процессе развития всех учеников, поскольку эти категории, как, впрочем, и все другие противоположности, наиболее характерны для большинства учеников на протяжении всего их Пути Ученичества. Самое сложное на этом Пути — суметь отыскать точку равновесия и удержаться в ней. На протяжении многих и многих жизней мы только и делали, что бросались из одной крайности в другую, и теперь настало время, когда мы должны отыскать "дорогу домой", к нашей собственной "золотой середине" или точке равновесия.
Каждый из учеников во времена обладания властью насаждал её и злоупотреблял ею не раз, и физически, и астрально, и ментально, демонстрируя поистине ужасающие и леденящие душу примеры жестокости и насилия при не менее страшных и ужасных последствиях как для самой властолюбивой личности, так и для тех, кому пришлось вынести все эти ужасы на собственной шкуре.
За все эти злодеяния и злоупотребления ученику пришлось заплатить дорогой ценой, но это, однако, дало ему тот полезный, хотя и горький, урок, что любая, даже кратковременная, демонстрация своих власти и силы обходятся дорогой ценой.
Воздействие этих поучительных лекций жизни было столь ошеломляющим и эффективным, что он прямо-таки преисполнился ужасом перед любой формой проявления власти и силы, поскольку увидел, к чему это приводит. В результате он просто переметнулся из одной колеи в другую, в противоположную, где, преисполненный отвращения к власти и совершенно беззащитный перед ней, он, из страха не удержаться и вновь скатиться к повторению своих старых механизмов манипуляции и насаждения власти, позволил другим всячески притеснять себя и манипулировать собой. Более того, он даже допустил случаи жестокого обращения и прямого насилия над собой.
Одни ученики начинают свой путь самопознания с инкарнаций, где они как личности оказываются наделены беспредельной властью, а заканчивают жизнями, где они как люди совершенно беззащитны и безропотны перед всякого рода проявлениями власти и силы. У других учеников подобные инкарнации чередуются попеременно, и они выступают то в роли тиранов и властителей, то в роли униженных и оскорблённых, в то время как третьим ученикам приходится конфронтировать с обоими аспектами этой проблемы в течение одной инкарнации, когда в одних сферах жизни именно они манипулируют людьми и используют их в своих целях, а в других, наоборот, сами становятся жертвами чьих-то манипуляций и ощущают себя жалкими ничтожествами.
Однако, по какой бы схеме ни строилась жизнь ученика и в какой бы ипостаси он ни выступал, проблема всегда суть неизменна: или он тот, кто насаждает свою власть и злоупотребляет ею, или тот, кто сам покоряется власти и становится жертвой злоупотреблений. Из процесса проживания этих крайностей каждый человек выносит в плане личного опыта много нужного и полезного для себя, однако нередко проходит бесчисленное множество жизней, прежде чем эти старые и нецелесообразные механизмы начинают утомлять и изводить его до такой степени, что до него наконец доходит, что он сам ответственен за то, чтобы поставить стопор на пути бесконечного проявления подобных глупостей.
Когда ученик поймёт, что ни сила, ни бессилие не способны служить для него источником продолжительной радости, а, напротив, доставляют ему одни лишь неприятные последствия, которые беспримерно раздувают его собственный эгоцентризм, то он одновременно с этим поймёт и то, что его целью должен быть поиск "золотой середины", что он должен утвердиться в уравновешивающей точке сердца, если он не желает более метаться между двух крайностей. Теперь он ясно видит, что обе эти крайности были ему необходимы для обретения нужного опыта и что сейчас самое целесообразное для него как человека духовного — это быть в центре.
Таким центром человека является его сердце, так как именно оно подвигает ученика к любви, пониманию и сочувствию, и как только он приобретает эти качества, он сразу же понимает, что демонстрировать свою власть над другими столь же богопротивно и глупо, как и покоряться ей. Когда он накопит изрядный опыт в обеих сферах преломления аспекта власти, он увидит, что их можно увязать и соединить в совокупном сердечном опыте, который и делает его духовно сильным человеком.
Именно таким образом оттачивается его сердечный авторитет, который помимо полюса духовной власти включает в себя полюс духовных сочувствия и сопереживания.
Эти качества — важнейшие атрибуты ученика. Поэтому достойно сожаления то обстоятельство, что часто процесс осознания того, что свой прошлый негативный опыт он может и обязан использовать в позитивном направлении, отнимает у ученика неимоверно длительное время.
Но как только он поймёт это, былое злоупотребление властью тут же уступит место теплу и сердечной власти, которые отныне будут им использоваться на благо мира. Одновременно покорность и бессилие сменятся тёплой, сердечной уверенностью в себе, сменятся внутренним доверием и пониманием. Подобным же образом ученикам следует учиться интегрировать в себе и все другие крайности и противоположности, совмещая их все в точке своего сердца, которое тем самым становится весомым активом в деле их дальнейшего развития.

48. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЖЕСТОКОЕ СОДЕРЖИМОЕ НЕДР
Когда ученик начинает поочерёдно конфронтировать с последствиями проблемы власти и её двух аспектов — силы и бессилия, ему одновременно приходится вступать в конфронтацию и со своими глубоко запрятанными в недрах подсознания ледяным холодом и страхом. Все эти свойства нерасторжимо взаимоувязаны между собой и присутствуют в каждом человеке как часть его плутонического сознания.
Каждый ученик по необходимости обязан (как только его внутренний Свет наберёт достаточные мощь и силу) встретиться лицом к лицу со своими глубоко запрятанными и запертыми в недрах подсознания древними проблемами, комплексами и блокировками. Посещение этих слизистых гротов, где ученика поджидают изощрённые и превосходящие всякое воображение сюрпризы, есть неизбежный удел всех учеников, которым, когда время назреет, предстоит бесстрашно посмотреть в глаза своим собственным негативным качествам, таким, как насилие, грубость и жестокость. Ибо, как мы уже видели, злоупотребление властью и беззащитность перед ней — это две стороны одной медали.
До тех пор, пока личность стоит у руля власти, её воля сильна и неукротима, и в этом не последнюю роль играет плутонический элемент. Ибо личность, так долго доминировавшая и пребывавшая у власти, настолько привыкла к тому, что именно она диктует и навязывает свою волю, что она ни за что добровольно не примирится с тем, что душа уже на подходе и вот-вот озарит своим божественно ярким Светом её потайные, тёмные глубины.
Поэтому она будет всячески изощряться в придумывании различных уловок, хитростей и замысловатых механизмов, единственное назначение которых — как можно тщательнее скрыть и упрятать все лазейки, которые ведут к содержимому её подвалов.
Ученику будет немыслимо сложно проникнуть сквозь эту глухую защиту и разглядеть, что творится там, внутри него. Всерьёз подобраться к таящимся в нём скрытым залежам зла и сладить со своей собственной злонамеренностью он сможет лишь тогда, когда будет достаточно ответственным в своём желании того, чтобы не его, но Божья воля исполнилась. Только тогда его душа окажется в состоянии излучать очень яркий, мощный свет, который придёт ему на помощь и озарит тёмный, круто уходящий вниз коридор, ведущий в невыносимо жестокую глубь прошлого, где каждый легко собьётся с пути и заблудится в тьме, если только не захватит с собой вечно обитающий в нём Свет.
Только всесогревающий Свет души способен растопить этот наводящий ужас, леденящий древний холод, царствующий в этих непостижимых глубинах. Когда душа озарит их своим Светом, она высветит и эти столь тщательно упрятанные там властолюбивые тенденции личности, которая всегда, во всякое время и любой ценой, не считаясь с расходами и затратами, стремилась навязать ученику свою волю. Когда ученик наполнится достаточной силой и будет готов без содрогания лицезреть свою собственную внутреннюю тьму (а он будет готов к этому не раньше, чем его внутренний Свет наберёт необходимую степень силы и яркости) ему станет понятной его собственная, прежде казавшаяся столь странной, реакция на многие вещи. Теперь он сам увидит, что было этому причиной, и поймёт, какую коварную, подлую, тайную интригу всё это время вела его личность.
Личность всегда хотела только одного — навязать и утвердить свою волю, и когда ей это не удавалось, она чувствовала себя слабой, беспомощной и разбитой. Тот внутренний страх, который испытывает каждый ученик, готовясь к головокружительному спуску в эти ледяные, мрачные пещеры, является, по сути дела, страхом перед неотвратимостью признания своей ответственности за все прошлые грехи, такие, как злоупотребление властью, манипуляции, притеснения, насилие, извращения и садизм. Страх — это эффективная защитная система личности, которой она постоянно пользуется из тех соображений, чтобы, не дай бог, кто-нибудь не отважился проникнуть в эти мрачные закоулки её царств, которые сама личность считает своей "неприкосновенной святыней".
Обычно страх как орудие личности служит ей в качестве тщательно разработанной и продуманной системы защиты против любых попыток "шпионажа", однако ошибка личности состоит в том, что она не учитывает при этом постоянно растущего в ученике объёма сознания и внутреннего Света, которые неизбежно пробуждают в нём чувство ответственности, под действием которого в нём, в силу необходимости, проявляется желание исследовать истинное положение вещей, невзирая на то, сколь бы пугающей ни выглядела подобная затея и какими бы опасностями она ему ни грозила.
Бесчисленно и неизмеримо число инкарнаций, в течение которых личность чувствует себя спокойно и уютно подле своих глубоких холодных пещер, ибо страх служит ей надёжной защитой и гарантией от возможных посягновений; но как только ученик оказывается на пути ко Второму Посвящению, его сознание претерпевает столь объёмное расширение, а внутренний Свет становится столь мощным и интенсивным, что его духовное мужество, ответственность и устремлённость оказываются сильнее всякого страха, и с этого момента личность уже не может чувствовать себя в покое и безопасности.
Ученик, руководимый душой, интуитивно сознаёт, что это испытание — величайшее из всех, когда-либо выпадавших на его долю. Но вопреки всему он должен, он обязан признать и взять на себя ответственность за все свои преднамеренно жестокие и тщательно скрываемые мотивы и побуждения, за все свои глубокие, отторгнутые в недра подсознания чувственно-эмоциональные и ментальные пороки. Долго колеблется и раскачивается ученик, прежде чем решается на конфронтацию с этими своими внутренними монстрами, но, так или иначе, победа всегда оказывается на стороне души, ибо вся та злая поросль, которая столь обильно цветёт и распускается в этих потаённых, скрытых глубинах, настоятельно требует освобождения и переработки, так что рано или поздно в жизни ученика наступает момент решительного поворота в сторону душевной ответственности.
И тогда Свет в душе ученика, питаемый энергиями его устремлённости и воли, разгорится так ярко и мощно, что растворит весь его страх и все древние механизмы бегства, которые до сего момента препятствовали ему встретить лицом к лицу свою прошлую ответственность, вернее, ее отсутствие, которую серьёзный ученик должен и обязан признать и понять, прежде чем он станет доблестным, ценным работником на стороне Сил Света. И тогда этот мощный Свет, струящийся из бездонных недр души ученика, навсегда одолеет и прогонит прочь всех его мрачных чудовищ.

49. МЕНТАЛЬНАЯ ВЛАСТЬ ПРИВОДИТ К МЕНТАЛЬНОМУ НАСИЛИЮ
Ментальное насилие — одна из самых изощрённых и малоприятных форм применения власти среди тех многих, которые мы имеем возможность лицезреть в сегодняшнем мире. Большая часть людей, составляющих нынешнее человечество, оставила за своими плечами бесчисленное множество жизней, где доминирующей формой власти была физическая власть. Затем в качестве довлеющей силы на первый план выдвинулись формы проявления чувственной власти, хотя она частенько проявляла себя как чисто физическая сила, поскольку сами чувства в это время были беспощадно взнузданы и блокированы. Тем не менее, именно эти чувства и являлись основной причиной насилия, часто принимавшего форму эмоциональных актов, например, актов мести.
Сегодня человечество достигло относительно высокой ментальной стадии развития. Теперь повсеместно основную долю внимания оно акцентирует именно на ментальных качествах, из-за чего растёт количество людей, полностью пренебрегающих своей чувственной жизнью и подавляющих её только ради того, чтобы привести свою жизнь в соответствие с высокими ментальными нормами.
Одновременно это служит и своего рода защитным средством, ибо когда все эмоции отброшены, то в этом случае гораздо легче поддерживать холодный фасад, являющийся лишь внешним отображением мысленного тела. Холод мыслей помогает закрепощать и удерживать под спудом неприятные чувства, которые, в противном случае, так или иначе непременно дали бы о себе знать.
Как только нам удаётся сладить с чувствами и убрать их со своего пути, тщательно упрятав их под массивную броню мыслей, мы тут же приторачиваем себе внешнюю маску мысленного превосходства, которая лишь укрепляет наши самоуверенность и веру в собственные силы, так что, в конце концов, уже никому не под силу обнаружить, сколь в действительности мы слабы и неуверены в себе. Теперь все наши силы мы устремляем на накопление огромной массы знаний с тем, чтобы мы всегда могли быть на высоте положения как в сфере профессиональной, так и в чисто человеческой. Путём постоянной концентрации в ментальном теле мы сохраняем, как нам кажется, не только холодную рассудочность, но и трезвый, взвешенный контроль над положением дел, что гарантирует нам, по нашему мнению, вес, уважение, авторитет и солидное положение среди коллег, сотрудников, товарищей, да и всех окружающих нас людей.
Для нас очень важно, чтобы другие восхищались нами и нашим знанием, а если они нами не восхищаются — что ж, дело вполне поправимое, ибо усвоенное нами ментальное знание настолько велико и обширно, что мы способны отплатить им на словах той же монетой. Короче говоря, мы понемногу осваиваем ментально-словесный метод самоутверждения в схватках с окружающими. Власть теперь безраздельно переходит к мыслеразуму, хранителю знания, а знание, в свою очередь, даёт нам власть над людьми. Никогда ещё не было так велико число людей, обладающих столь обширным ментальным знанием, и никогда ещё вся эта рать человеческая не использовала его единственно для того, чтобы обрушивать его, наподобие дубины, на головы своих ближних. Когда человеку не удаётся одержать над кем-либо ментальную победу, он чувствует себя несостоявшимся, немощным и слабым и решает поэтому отыграться на другом человеке, на том, кто, как ему известно, уступает ему в ментальном отношении, и тут же пускается с ним в ментальную дуэль или перепалку при стопроцентно гарантированном выигрыше.
Как только человек обнаруживает, какую великую власть над людьми дают ему знание, мысли и слова, он тут же преисполняется совершенно новым для себя чувством — чувством собственного превосходства, гордости и тщеславия: "Ага, если я так умён, то что мне мешает достичь степеней известных?" или "Умный всегда обведёт дурака вокруг пальца" и прочее в том же духе. И пошло-поехало. Все эти мысли неустанно вертятся в его голове, и он прямо-таки упивается собственными величием и значительностью. Чем больше внимания уделяет он мысленному телу, тем тяжелей становится тот гнёт, которым он придавливает свои чувства. Казалось бы, от них уже ничего не осталось, но на самом деле это не так: просто сам человек не видит того, что теперь их власть над ним гораздо тоньше, изощрённей и хитрей, чем в прежние времена, поскольку именно они являются теперь питающим родником его мыслей.
Если накопленные чувства грубого свойства, то и мысли будут столь же грубыми и жестокими. А уже из мыслей родятся подлые, низкие, провокационные слова, исторгаемые горлом и устами. И хотя извергаемый человеком словесный поток может быть поистине неприятным и унизительным, сам человек при этом уютно отсиживается за своим внешне корректным ментальным фасадом и, всячески изощряясь в применении своей мысленной власти, чувствует себя на высоте положения, упиваясь тем, сколь она безупречна и отточена. Что и говорить, он кругом чист, и к нему не придерёшься: ведь он же не занимается насилием, ибо насилие — это всегда физический акт, а он ни о чём таком и не помышлял даже. Короче говоря, прекрасный и безупречный во всех отношениях человек!
Однако он совершенно не подозревает, а если и подозревает, то лишь самую малость, ибо полностью отгородился от своих чувств, сколь ужасно действует на других людей это его ментальное насилие. Поэтому он не испытывает к ним ни сострадания, ни сочувствия. Да и сам плакать не собирается. Подобная слабость, считает он, является верхом неразумия и глупости. Спокойный и невозмутимый, он сидит, укрывшись за своей ледяной маской, и прямой наводкой шлёт свои ментальные снаряды прямо в голову оппонента. Он наслаждается, когда они попадают в цель, но внешне никак не выказывает своих чувств и потому абсолютно спокоен, ибо не наказуем. Власть его абсолютна и суверенна.
Кому-то, возможно, покажется, что всё сказанное не имеет к Нашим ученикам никакого отношения, поскольку они достаточно высоконравственны и слишком далеко ушли в своём развитии, чтобы предаваться подобному злоупотреблению. Но это, к сожалению, не так.
Возможно, на людях они и не ведут себя подобным образом, но на личном или семейном фронте — очень часто. Неимоверно велико и постоянно растёт число учеников, которые начинают упиваться своим духовным знанием. Они читают одну духовную книгу за другой, их знание ширится и растёт, и если они при этом действительно принадлежат к тем ученикам (а таких учеников, повторяю, очень и очень много), которые задавили в себе чувственную жизнь, поскольку она была для них слишком большой обузой и мешала им выдавать себя за тонкого, духовного человека, то теперь для них столкновения с большими проблемами неизбежны, в особенности учитывая то обстоятельство, что та чувственная жизнь, которую они в себе задавили, таит в себе тенденции обнаружения проблематики силы и бессилия. Дело в том, что едва они обнаружат, что знание, которым они обладают, даёт им в руки новую власть, как эти блокированные чувства тут же становятся питающим родником их ментального тела, так что они вскоре сами замечают, что могут с помощью своих слов и мыслей управлять другими людьми и доминировать над ними. А уж дальше, как говорится, всё очень просто: если одним — ментальная власть, то другим — ментальные гнёт и порабощение.
Нетрудно заметить, какую смертельную опасность таит в себе подобная тенденция, особенно если её носителем оказывается ученик, который ушёл в своём развитии достаточно далеко. Ибо чем выше развитие, тем сильней искушение властью и тем она опаснее, поскольку магнетизм и излучения, исходящие от такого ученика и притягивающие к нему людей, необыкновенно сильны и впечатляющи. Кто высоко летает, тот низко падает. Если такой ученик вовремя не спохватится и не увидит, что он сбился с пути, это будет ему дорого стоить, очень дорого, ибо ментальная власть очень быстро переходит в ментальное насилие.

Насколько успешней совершалось бы развитие всех учеников, если бы только они поняли, что ни в коем случае нельзя подавлять или угнетать ни один из аспектов личности, но что напротив, каждый нужно понять и переделать. Если речь идёт о чувствах неприятных, о чувствах, ставших бессмысленными и нецелесообразными, то первое, что должен сделать ученик, — это признать все эти чувства своими: да, это именно его чувства;
да, именно он наделён ими. Только после этого он может начать перепрограммирование таким образом, чтобы старые негативные чувства обречь на голодную смерть, а на их месте вырастить новые — позитивные и целесообразные.
Путь к духовному развитию и совершенствованию никогда не опирался на методы пренебрежения и подавления, а исключительно на гармонию и интеграцию. Только тогда, когда ученик признает, что его безраздельной собственностью и объектом забот является не только физическое тело, но также и его чувства и мысли, только тогда он будет в состоянии координировать эти свои тела и добиваться их интеграции. Если же он будет пренебрегать ими, он надолго затормозит процесс своего духовного развития, поскольку душа абсолютно не в состоянии управлять ущербной личностью. Хорошенько подумайте над этим!

50. НЕМЕДЛЕННАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ДАЁТ ЧУВСТВО СВОБОДЫ
Ещё на заре времён, с первых сознательных стадий эволюции люди начали стремиться к достижению свободы. Но поскольку истинная свобода немыслима без ответственности и неразрывно с нею связана, то её достижение оказалось очень и очень трудным делом. Долго, очень долго люди были безответственными подобно маленьким детям, которые не раздумывая открещиваются от малейшей ответственности, так как она слишком неприятна, слишком обременительна и требовательна; а поскольку развитие человека совершается лишь на основе его собственного свободного выбора, то он, таким образом, имеет полное право отречься от всякой ответственности, что он чаще всего и делает: либо полностью её избегая и не приемля, либо стараясь о ней забыть и похоронить память о ней на дне подсознания, либо подыскивая себе подходящего козла отпущения.
Только вступив на Путь Ученичества, ищущая душа начинает понемногу осознавать, что истинная свобода — это прежде всего внутренняя духовная свобода, которая достигается лишь тогда, когда индивид признаёт себя ответственным за все проявления своей личности, невзирая на то, какое бы количество отвратительных, тошнотворных провалов-глубин она в себе ни содержала. Это чудовищно тяжёлый, трудный процесс, которому личность сопротивляется изо всех сил. Практически на протяжении всего Пути к Посвящению она продолжает диктовать и навязывать ученику свою волю, поскольку делала это постоянно и уже настолько привыкла к этому, что даже малейшее посягновение на своё право считает для себя оскорбительным и недопустимым.
Но чем дольше и продолжительней контакт ученика с душой, тем сильнее в нём говорит внутреннее желание признать эту обременительную ответственность, отказ от которой способен лишь надолго затормозить всё его дальнейшее духовное развитие, а тем самым и момент обретения им свободы.
Ученик долго не решается честно и открыто признать, что ответственность объемлет собой всё абсолютно и что он поэтому всегда должен быть полностью ответственным за все свои дела, поступки, чувства и мысли. Более того, в дальнейшем он всё более и более подводится к признанию необходимости конфронтации и с теми неисчислимыми последствиями, которые были вызваны к жизни и приведены в действие его безответственностью в указанных сферах личностной жизни. К этому времени физическая сфера ответственности ему уже достаточно хорошо знакома и хорошо им освоена, так что он, по большому счёту, признаёт и полностью берёт на себя ответственность за все свои физические действия, поступки и вызываемые ими последствия.
Гораздо тяжелее ему даётся следующий шаг — признание того, что он также несёт ответственность за всё то, что он чувствует, мыслит и говорит, а также за всё то, что он этими своими чувствами, мыслями и словами навлекает на головы ближних.
Здесь уже бремя ответственности становится столь тяжким и невыносимым, что ученик пасует, отступает или обращается в бегство и на протяжении многих последующих жизней снова вовсю пользуется своими старыми механизмами бегства от ответственности, дабы только уклониться от этой кажущейся неприятной и обременительной процедуры. Однако приходит время, когда он чистосердечно и смиренно вынужден признать, что те духовные свобода и раскрепощение, о которых он всё это время так мечтал и в которых видел основную движущую силу интенсификации своего собственного духовного развития, сами по себе к нему не придут и ждать их можно бесконечно долго до тех пор, пока он сам не пожелает взять на себя эту ответственность.
Вновь, уже в который раз, ученик приходит к признанию того, что только он сам устанавливает сроки продолжительности своего собственного цикла развития. Он сам волен решать, как долго он будет избегать своей собственной ответственности, и в случае, если он выбирает именно этот путь, он тем самым выбирает цепи материального рабства, выбирает вечное распятие на материальном кресте, в роли которого выступает непрерывное накопление новой кармы, которую он постоянно создаёт себе своим нежеланием признать и взять на себя свою ответственность.
Но однажды это бесконечное цепляние, эта рабская привязанность к своим старым безответственным шаблонам реагирования, которые лишают его всякой духовной свободы, становится столь невыносимой, что ученик наконец решает обратиться к своей духовной воле, чтобы с её помощью незамедлительно покончить с былой безответственностью. Ухлопав массу времени и сил, он в конце концов добирается до этих старых механизмов бегства от ответственности, один вид которых вызывает в нём тошноту и отвращение, и отныне решает: да, время приспело и пора наконец серьёзно взяться за их переделку и навсегда остановить их безжалостное действие.
Однако между моментом принятия решения и моментом осуществления его на практике — целая пропасть, и в течение того времени, которое уходит на её преодоление, ученику даётся возможность познать и со всё более растущим чувством отвращения резюмировать, что он помимо всего прочего избегает даже мелкой, пустячной, незначительной ответственности, причём избегает довольно часто. Теперь, когда он сознаёт, в какой немыслимой степени он ограничивает этим себя и рост своего собственного духовного понимания, он говорит решительное "хватит" и с этого момента начинает наконец безотлагательно признавать и брать ответственность за все свои дела, поступки, чувства и мысли, а также за их возможные последствия.
С не поддающимся описанию чувством счастья он вдруг открывает, сколь безмерно велико то чувство свободы, которое даёт ему немедленное признание своей ответственности. Вместе с этим он обнаруживает одну весьма поразительную вещь: когда ответственность принимается немедленно и сразу, то последствий почти не бывает. Он чувствует огромное облегчение, ибо освобождается от прежней гнетущей тяжести и нечистой совести, и та лёгкость, которая наполняет его до краёв, выводит его за пределы старых границ к новым далям и горизонтам. В этот момент ему кажется совершенно непонятным, почему он так долго медлил с принятием ответственности и даже боялся её: ведь она, взятая без промедления, столь легка и радостна!
Наконец ученик начинает подмечать в себе первые признаки духовной свободы. Его кругозор расширяется, панорама духовного охвата и провидения становится столь широкой, как никогда раньше, а его внутренний контакт из тоненькой ниточки-ручейка превращается в равномерно струящийся поток. Лишь теперь он с полным правом может говорить о непрерывной, постоянной связи с душой, ибо сам видит, как идеи, образы и видения начинают наполнять его, вливаясь и теснясь в его сознании. Поистине безгранично в этот момент его изумление. Подумать только, каким глупцом он был, на протяжении стольких жизней внушая себе и искренне веря, будто ответственность — это что-то
страшное!
Это переживание становится тем событием в жизни ученика, начиная с которого всё в нём распахивается навстречу новым, обширным, далеко простирающимся состояниям сознания, когда навстречу ему из Врат Второго Посвящения сияет горний Свет.
Эта новообретённая свобода сознания очищает его сердечные качества от накипи прошлого, и они начинают сиять и лучиться, и, как только он становится полностью ответственным за все проявления в чувственных сферах своей жизни, значит, с сердцем, лучащимся теплом, он может войти в эти лучезарные Врата навстречу ещё большим свободе и расширенному сознанию.

51. МОЛЧАНИЕ
Одной из наиболее существенных проблем на пути каждого ученика является проблема молчания. Как правило, все ученики обладают хорошо развитым ментальным телом, которое они умело и со знанием дела используют как для внутренней мыследеятельности, так и для внешнего, словесного выражения мыслей. И чем дальше идёт ученик по Пути, тем всё большее знание даётся ему в руки, из которого львиная доля предназначается ему одному, поскольку чаще всего это знание есть частица опыта его собственного индивидуального познания или прозрения.
Именно здесь его и поджидают самые большие проблемы, поскольку старая привычка так и подталкивает его к тому, чтобы рассказать первому встречному и поперечному о том, что именно он пережил или постиг. Если его душевный контакт достаточно прочен и стабилен, то он тогда точно знает, что далеко не всякое знание целесообразно разглашать, тем более первому встречному. Благодаря этому внутреннему, отчасти интуитивному, знанию он понимает, что духовные жемчужины необходимо тщательно оберегать от посторонних глаз и передавать их лишь тем, кому они дороги и понятны.
Данная фаза может оказаться весьма трудной, поскольку ученику, вернее его ветхозаветной личности, не терпится поскорее обнародовать своё новое открытие и рассказать о нём всем своим друзьям и знакомым с тем, чтобы снискать их похвалу и восторг, да и просто — из старой потребности поделиться новостями.
Совершенно неожиданно ученик оказывается в ситуации, где он должен выбирать, кому можно рассказать об этом, а кому нет. На этой стадии ученику всё ещё может недоставать опыта и умения в деле наведения и сохранения контакта с душой, но если только такой контакт у него имеется, то он никогда не будет испытывать сомнений относительно того, что в данной ситуации наиболее верно и целесообразно и как это лучше всего осуществить. Но если только эта связь отсутствует или нарушена (а это, увы, довольно частое дело там, где побуждение поделиться узнанным с другими коренится в личности), то он часто начинает рассыпать перед другими тот сокровенный жемчуг своих знаний, который он всегда должен хранить при себе, ибо другие, в лучшем случае, просто не поймут всего их значения и ценности, а в худшем — подвергнут их хуле и осмеянию.
"Слово — серебро, а молчание — золото" — гласит старинная мудрая пословица, и, воистину, это глас самой истины. Ученики должны накрепко зарубить себе это на носу. Их внутреннее ухо должно быть гораздо более чутким и открытым к тем сигналам, которые передают им другие. Если бы ученик постоянно и всей душой прислушивался к ним, он бы никогда не испытывал сомнений относительно того, что, как и когда говорить. А если он сомневается, всего лучше и надёжней — хранить молчание.
Молчание — это одно из ключевых понятий, которое твёрдо должны знать и усвоить все ученики. Оно гораздо важней и значимей, чем они способны себе это представить. Именно по степени развития этой способности, способности хранить молчание, и оценивается каждый ученик: достаточно ли он зрел для того, чтобы идти дальше по пути духовного развития, к тем вершинам, где ему могут быть доверены новые мистерии и тайны или же он всё ещё топчется на месте, потому что не освоил трудного искусства молчания? Ученик постоянно подвергается проверкам, анализу и оценке на зрелость в этом направлении, и очень часто, увы, чаша весов склоняется не в его сторону.
Шествующие Путём Посвящения знают, что существуют так называемые "золотые правила", которые обязан знать и выполнять каждый ученик, если только он хочет сохранить за собой право продолжать свой путь. Одно из этих правил касается умения хранить молчание. Знать и, тем не менее, молчать там, где это наиболее разумно и целесообразно, — это правило должен усвоить каждый, идущий по Пути. Искусство молчания должно быть освоено и закреплено ещё до того, как будет пройдено Второе Посвящение, поскольку всегда есть вещи, которые просто необходимо скрывать от непосвящённых, дабы последние не смогли употребить во зло эти мощные ключи-откровения.
Ученик должен прекрасно знать и понимать, что он несёт в себе истину. Но в целях защиты и сбережения она надёжно укрыта в яслях его сердца. Поэтому найти её он сможет лишь в том случае, если будет в состоянии открыть эту внутреннюю сокровищницу своего сердца.
Время от времени его переполняет столь безмерная внутренняя радость по поводу только что обретённого сокровища знаний, что он чувствует, что просто обязан рассказать об этом другим и поделиться с ними своей радостью, и именно в этот момент выясняется, достаточно ли он осмотрителен и хорошо ли развита у него способность оценки и видения других с тем, чтобы суметь почувствовать или предугадать, будет ли разумным и правильным посвящать их во всё это.
Если его расчёт окажется неверным и его радость будет подвергнута хуле и осмеянию, то этот поучительный урок не пройдёт для него даром, так что лишь спустя продолжительное время, когда это горькое чувство основательно подзабудется и сотрётся из памяти, ученик, возможно, вновь повторит подобную оплошность. Одно из самых существенных испытаний, поджидающих ученика на пути к Вратам, — это именно развитие дара проницательности в отношении того, что лучше: говорить или молчать. Что касается "золотого правила", то оно было и остаётся неизменным — молчать, по крайней мере до тех пор, пока душа громко и ясно не оповестит о том, что это и это можно говорить смело и безбоязненно, прямо здесь и сейчас.

52. НАШЕ СОЗНАНИЕ ЕСТЬ СУММА ВСЕХ ПРОЖИТЫХ НАМИ ЖИЗНЕЙ
Чем дольше и дальше идёт ученик по Пути, тем всё лучше и лучше он понимает, что его сознание есть сумма всех ранее прожитых бесчисленных жизней. Когда подлинный смысл этой истины предстаёт перед ним во всей своей полноте и ясности, он вполне отчётливо начинает понимать и то, почему конфронтация с некоторыми из прошлых "причинных" инкарнаций столь важна и необходима для него: тем самым он получает возможность понять, какое именно событие в прошлом столь радикальным образом изменило прежний курс его жизни, дав ей нынешнее направление.
Многие из тех проблем, над решением которых бьётся ученик в повседневной жизни в процессе общения с другими людьми, обусловлены именно неразумными, нецелесообразными решениями, принятыми им в ходе прошлых жизней. Поэтому очень важно, чтобы каждый ученик понял наконец, что во всякое время и на какой угодно стадии своего бесконечно долгого продвижения к совершенству он всегда имеет в своём распоряжении свободную волю, благодаря чему он свободен принимать любое решение, какое только ему заблагорассудится.
В принципе, мы это делаем почти в процессе каждой жизни, но существуют так называемые "причинные" жизни, в процессе которых мы принимаем эпохальные решения, способные радикально изменить наши будущие инкарнации. В процессе этих жизней мы часто принимали достаточно неразумные или вовсе глупые решения, ибо в то время мы не обладали тем уровнем понимания, которым обладаем сегодня. Поэтому ученик, упорно и настойчиво работающий над познанием самого себя, дабы смочь тем самым изменить себя в положительную и целесообразную сторону, в какой-то момент вдруг прозревает и ясно видит, что многие из его нелепых, неразумных и противных здравому смыслу механизмов, над устранением которых он столь интенсивно работает, проистекают именно из его былых неразумных решений, принятых им к исполнению в минувшие времена.
Только поняв и осмыслив истоки происхождения этих механизмов, он при непосредственной помощи, участии и под руководством опытного душевного (или духовного) терапевта может быть возвращён к этой ключевой для него инкарнации и, форсированно пережив её в самых общих чертах, т.е. задерживаясь лишь на самых ответственных, поворотных моментах жизни, получить тем самым возможность вступить в конфронтацию с тем из своих решений, которое он принял в ту пору, по незнанию совершенно не ведая о том, перед лицом сколь великих проблем и трудностей оно поставит его в процессе последующих многих жизней. Теперь с помощью Учителя он может отменить или уничтожить своё прежнее решение и вместо него принять новое, которое, с позиции его нынешнего сознания, выступает как более соответствующее насущным задачам развития.
По окончании сеанса регрессивной терапии ученика ожидает нечто чудесное: он увидит, что его старая, почти неразрешимая проблема таковой более не является. Для ясности можно привести такой пример. Скажем, если ученика пугает то обстоятельство, что он постоянно убегает от своей ответственности, сам того совершенно не желая и вопреки собственной воле, и если он ужасно переживает, видя всё это, то в этом случае он вполне может помочь себе вышеуказанным образом. Но прежде всего, естественно, он должен осознать и решить для себя, что данный механизм — из числа тех, которые он не желает иметь при себе.
Чаще всего в первой инстанции именно партнёрша указывает ему на это, однако, если он окажется достаточно мужественным учеником, т.е. учеником, действительно желающим выявить внутренние пружины и пронаблюдать за странными механизмами своей личности, то он в процессе самонаблюдения вскоре и сам придёт к выводу о том, что так оно и есть.
На этом этапе его то и дело будут одолевать сомнение и отчаяние, причиной которых является непонимание им того, почему он снова и снова прибегает ко всё тем же механизмам, т.е. оправдывается, лжёт, клевещет, наносит ответные удары или сваливает свою вину на подходящую жертву — козла отпущения. Но осознание всего этого приходит лишь потом, когда он успокаивается и остывает, а в разгар самих событий он совершенно не видит того, что делает, и потому абсолютно слеп и глух к аргументам и доводам партнёрши, да и к зову собственной души. Он по-прежнему решительно открещивается от
своей ответственности и поэтому вынужден, по причине этого своего столь неблаговидного поведения, брать на себя ещё большую долю ответственности за все те последствия, которые влечёт за собой всякое сознательное бегство от ответственности. Лишь после длительной, неослабной, бдительной работы в направлении собственного развития и с помощью любящей, внимательной и безмерно терпеливой к нему женщины-партнёра, он, всё ещё в некотором сомнении, пробует освободиться из-под власти этого механизма, прибегая последовательно то к методу позитивного самоперепрограммирования, то к медитации, то пробуя усилить и расширить связь с душой, при том, что пользы от всего этого лишь чуть.
Этот период может оказаться непередаваемо трудным и тяжёлым как для самого ученика, так и для его партнёрши, ибо, несмотря на все прилагаемые ими усилия, ему так и не удастся ощутимо сдвинуться с места. Вновь и вновь, как заведённый, он будет следовать старым, нецелесообразным шаблонам поведения, и его вера в собственные силы то и дело будет подвергаться колоссальному испытанию на прочность. На этой стадии он уже вполне будет зрел для того, чтобы с благодарностью принять предложение об оказании ему основательной терапевтической помощи, в ходе которой он методом глубокой духовной регрессии возвращается назад, в прошлые свои жизни, до полного слияния с одной из своих прежних личностей. В ходе регрессии он будет полностью сохранять своё нынешнее сознание и вместе с тем будет неотделим от своего прошлого сознания, благодаря чему он сможет восстановить и вновь пережить все свои былые решения и действия.
Таким образом, не обрывая хода и течения нынешней инкарнации, он ясно и отчётливо узрит, что именно тогда, в прошлом, он принял это твёрдое решение постоянно уклоняться от ответственности, поскольку чувствовал, что ему не вынести всей её тяжести. Когда же с помощью опытного, умелого психотерапевта он доберётся до истоков этого первопричинного решения своей жизни, то с позиции своего нынешнего сознания он ясно увидит, как много проблем и трудностей доставило ему это неразумное решение, принятое, скорее всего, в критический момент, в минуту паники и лихорадочного поиска путей спасения или просто по невежеству.
Теперь с помощью Учителя он может навсегда уничтожить и вытравить из своего сознания это крайне нецелесообразное, неразумное решение, казавшееся в ту пору столь безошибочным, разумным и правильным, и вместо него, но уже с позиции нынешнего своего сознания и, как говорится, от всего сердца, он может принять новое решение, дав самому себе обещание никогда больше не убегать от какой бы то ни было ответственности, большой или малой, но немедленно и бесповоротно признавать её своей и, кроме того, также брать на себя ответственность за все возможные последствия своих неразумных действий. После того, как это новое решение с благословения Учителя будет принято к исполнению и закреплено, ученик может спокойно возвратиться к своей нынешней личности, после чего он тотчас обнаружит, что она тоже освободилась от какого-то отягощавшего и угнетавшего её старого механизма, который, возможно, терроризировал его на протяжении многих столетий. С лёгким сердцем и преисполненный счастья от сознания того, что он фактически в повседневной жизни уже больше не избегает ответственности, а принимает её сразу и незамедлительно, ученик чувствует, как в нём ширится готовность продолжить этот процесс самопознания и изучения самого себя, чтобы окончательно выяснить, не остались ли у него случайно ещё какие-нибудь уродливые старые механизмы, от которых он мог бы избавиться столь же быстро и эффективно благодаря всё тем же поддержке и помощи со стороны.
Возможно, многим ученикам сказанное покажется сознательной провокацией или чем-то неправдоподобным, но если мы на минуту представим себе, что мы есть душа, проявляющая себя под прикрытием бесконечного множества самых разнообразных личин-личностей, то мы ясно увидим, что именно душа и должна содержать в себе весь опыт своих оболочек-личностей и присущего им уровня сознания. Этот суммарный опыт постоянно хранится и сберегается сознанием души, поэтому если в настоящий момент связь ученика с душой достаточно крепка и стабильна, то, как это следует из логики вещей, он имеет доступ ко всему арсеналу своего громадного опыта, хранящегося в сознании, благодаря чему он способен в любой момент войти в контакт или воссоединиться с одной или несколькими из своих прежних личностей.
Ученику, столь далеко ушедшему по пути духовного развития, будет казаться, что весь этот процесс совершается слишком мощно и стремительно, ибо он будет понимать, что только он один ответственен за всё то, что с ним уже произошло, что с ним происходит сейчас или произойдёт в будущем. Он увидит, что он и есть подлинный творец всего этого величественного процесса своего собственного развития, поскольку он сам своим выбором в прошлом предвосхитил и заложил основу всех своих возможностей, которые влияли и продолжают влиять на судьбу его настоящего. Воистину, он творец и создатель; и сам он создан по образу Божьему!

53. ГОРДОСТЬ КАК ПРИЧИНА ЭГОИЗМА
Гордость — злейший враг ученика, враг его души, сердца и любви. Как только гордость получает подкормку и идёт в рост, ученик тут же отгораживается от души и от сердца и, отрекшись от них, изолирует себя в ледяной, высокомерной, сепаратистской ментальной темнице, лишая себя всякой возможности войти в контакт с душой, сердцем и чувствами. Гордость — один из опаснейших попутчиков ученика на Пути к Посвящению, и чем быстрее он сумеет познать её и справиться с нею, тем более мощно и форсированно будет происходить его духовный прогресс.
К сожалению, очень быстро ученик убеждается в том, что расправиться с гордостью неимоверно трудно, поскольку она была его верным и преданным спутником на протяжении бесчисленных инкарнаций. Бесспорно, было немало таких ситуаций, когда она спасала его от горечи поражений, давая ему чувство собственной значимости и величия, в котором он в тот момент так нуждался, а кроме того не раз давала ему почувствовать свою особенность и исключительность. Поэтому его личность до смерти обожает гордость, которая, действительно, немало способствовала тому, чтобы личность могла чувствовать себя значительной и сильной.
Во многих инкарнациях гордость была основной движущей силой ученика, немало содействовавшей многим его достижениям, успехам и духовному прогрессу в низших мирах, но теперь, когда он встал на Путь Ученичества, он всё больше и больше понимает, что эта же гордость вызвала к жизни и множество различных кармических проблем, нанеся огромный ущерб сфере его отношений с ближними, ибо она, по сути, только и делала, что разжигала в нём тщеславие и эгоизм. А там, где господствует эгоизм, сострадание и любовь расцвести не могут.
Если связь ученика с душой достаточно стабильна, то он, естественно, при условии, что он постоянно бдителен, сразу же отметит, что в тех случаях, когда его контакт с душой обрывается или даёт сбой, это почти всегда обуславливается тем, что в этот момент ущемляется его гордость. Со временем, когда он восстановит и прочно утвердит свою связь с душой, в нём разовьётся способность подмечать, что именно послужило причиной этого обрыва или неполадок. При некоторой тренировке и при поддержке и помощи со стороны партнёрши он в большинстве случаев сможет точно установить причину случившегося, и окажется, что произошло это только потому, что партнёрша или кто-либо другой выступили с критикой или язвительным замечанием в его адрес, которые настолько сильно задели его самолюбие и гордость, что он тут же в обиде напрочь отгородился от своих души и сердца.
Это очень важный момент в жизни ученика — прийти к осознанию того, что именно гордость является причиной его чрезмерного эгоизма. Ибо эгоистом оказывается всякий, кто позволяет гордости хозяйничать в своём собственном доме. В этом случае другие просто уже не берутся в расчёт, ибо ученик настолько преисполнен сознания собственной важности и значимости, что других ни во что не ставит. В этом состоянии тщеславного самовозвеличивания им единолично управляет один лишь холодный ментальный аспект, поскольку он, замкнутый в своём сепаратизме, полностью забывает о том, что кроме мыслей существуют ещё чувства и сердце. Он способен внушить себе, что достиг высокого духовного состояния, хотя в действительности он является жертвой великой ментальной иллюзии, опаснейшей иллюзии из всех, ибо, несмотря на совершенно исковерканное восприятие действительности, сам он в этой действительности чувствует себя великолепно и потому не видит никаких особых причин менять свои взгляды.
В этом состоянии только женщина-партнёр, разумеется, если таковая имеется, сумеет обратить его внимание на то, сколь он холоден и бессердечен, хотя это, как правило, не производит на него должного впечатления, ибо кому, как не ему, знать, кто из них двоих более совершенен и безупречен; поэтому если кто-то из них двоих и ошибается, то это всегда она или, при отсутствии партнёрши, другие. Ученик может упорствовать так на протяжении многих жизней, однако те кармические последствия, которые были вызваны к жизни его жестокосердным обхождением со своими ближними, рано или поздно непременно заявят о себе и первым делом, естественно, уязвят именно его гордость и самолюбие, в результате чего, пусть медленно и неохотно, он всё же вынужден будет вступить в конфронтацию с этим неприятным ментальным змеем-искусителем, которого он столь длительное время заботливо пригревал на своей ментальной груди.
Благодаря растущему в нём душевному и сердечному контакту он, поначалу нехотя, а потом со всё большей и большей готовностью, постепенно начнёт признавать, что эта так называемая гордость у него всё же имеется. Более того, он начнёт признавать и то, что любая критика, направленная в его адрес, в первую очередь поражает и затрагивает именно его гордость, что и заставляет
его закрываться и уходить в себя. Однако с момента признания этого факта и до того, когда он начинает предпринимать какие-то заслуживающие внимания шаги в этом направлении, — целая пропасть. Какую бы добросердечную установку он себе ни давал, какую бы позитивную программу он ни пытался пустить в действие, его гордость останется сильной и непоколебимой, ибо власть её стара, как мир, да и сама личность расстаётся с ней весьма и весьма неохотно, чему виной её стародавнее решение противостоять всему неприятному путём самовыпячивания, выставляя на всеобщее обозрение знамя собственного величия и значимости. Этим избранием гордости на роль своего спасителя ученик жёстко закрепил в своём сознании механизм, некогда приведённый в действие, именно с помощью этого решения, его прежней личностью, так что теперь любая неприятность, с которой он сталкивается в жизни, побуждает его мгновенно отторгать от себя все свои чувства и любовь, в результате чего он отгораживается от внешнего мира непроницаемой стеной, полностью изолируя себя в собственном эгоистическом ментальном мире.
Однако на одном из этапов ученик и его партнёрша неизбежно почувствуют, что они смертельно устали от подобного состояния, от всех этих бесконечных и далёких от духовности фаз гордого самомнения и тщеславия, которые лишь препятствуют развитию стабильного душевного контакта и дара любви, которыми ученик столь жаждет обладать, и этот момент с неизбежностью укажет на то, что ученик внутренне готов к сеансу регрессии, к тому, чтобы в ходе этого сеанса попытаться нащупать то решение, которое он принял в незапамятные времена. Отыскав его, он с помощью Учителя сможет стереть его из своего сознания, так что это старое крепостное иго, которое всё это невообразимо долгое время связывало его по рукам и ногам, будет, наконец, сброшено.
Те старые привычки, которые у него ещё останутся, ученик сможет теперь изменить достаточно быстро, воспользовавшись методом позитивного перепрограммирования, который теперь, после того, как старое решение навсегда изъято из обращения, будет срабатывать гораздо быстрей и эффективней. Беря на себя ответственность за все свои старые связи и привязанности, а также за те мощные последствия, которые они вызвали к жизни, ученик достигнет той степени духовной свободы, которая неизменно сопряжена с этой мерой ответственности.

54. МЕНТАЛЬНОЕ СМИРЕНИЕ — ПОКОРНОСТЬ
Смирение и гордость всегда бегут в одной упряжке. По сути дела, это две стороны одной медали. Если мы хотим понять гордость, мы должны понять смирение; и наоборот. Как души мы всегда должны быть центром двойственности. Мы должны понимать не только то, что наша личность живёт в дуалистическом мире, но и то, что она должна это делать в силу жизненной необходимости. Однако, как выразители душевного сознания, мы должны обнимать эту двойственность, оставаясь при этом всегда в центре или в середине — в позиции, которая объемлет также всю периферию. Тем самым мы (со)вмещаем все полярные противоположности и, откладывая их в виде опыта в своём абсолютном сознании, интегрируем их на уровне единичного целостного сознания.
Во многих инкарнациях нашим кармическим циклом развития управляет гордость; в других инкарнациях в фокусе окажется смирение; а в следующих инкарнациях главенствующими будут оба аспекта. Но на определённом этапе развития оба эти аспекта по необходимости должны быть объединены в сердце так, чтобы сердечная энергия, сердечный авторитет и сердечное смирение стали отныне основными элементами. Выше мы уже касались темы личностной гордости, однако пока ещё не рассматривали её полярной противоположности, которая есть покорность. Ибо, когда смирение уподобляется угодливости, а это наблюдается практически всё то время, пока правит личность, оно обнаруживает тенденцию перерастания в слепую, раболепствующую покорность, которая является столь же нелепым и безрассудным свойством личности, как и гордость.
Но понять и осознать это ученики смогут только после того, как вступят на Путь Света, ибо лишь тогда, и не раньше, они заприметят свою собственную тщательно закамуфлированную гордость или раболепствующую покорность. Но поначалу большинство из них на протяжении бесконечно долгих миль Пути будет отрицать сей неприглядный факт, поэтому данная проблема уже в этой жизни неизбежно станет их личной проблемной блокировкой. Столь же долго и упорно они будут отрицать и факт того, что они в том или ином виде раболепствуют перед кем-либо, поскольку сами они не видят того, как в своём ментальном заблуждении они то и дело возводят на пьедестал новые авторитеты или новых гуру, которые выступают для них в качестве своего рода духовной компенсации прежних идолов их личности.
Именно по отношению к этим новым учителям они и взращивают в себе эту покорность, которую они, вероятней всего, предпочтут называть смирением, но которая в действительности не имеет ничего общего с истинным, сердечным смирением, а является лишь выражением ментального смирения или покорности. Один и тот же ученик в одной и той же жизни может быть в равной мере наделён как гордостью, так и ментальным смирением, но, какой бы из этих "сучков" ни оказался в фокусе его внимания, оба они равно неприятны и неуместны, коль скоро цель устремлений всех учеников — отыскать заветную точку равновесия в сердце.
Ментальное смирение может выражаться в форме поклонения гуру, в форме почитания соученика-контактёра или в виде любви к духовному лектору-наставнику, однако, несмотря ни на что, это всего лишь ментальное смирение, которое, правда, не идёт ни в какое сравнение с астральным пресмыканием и ползанием на животе у ног кумира, выступающего в роли идола. Здесь чувства достигают полноты выражения, а господство наваждения беспредельно. При ментальном смирении у ученика развивается такое качество, как обожание или преклонение, доходящее порой до полного догматизма, что способствует тому, что ментальное тело отвердевает настолько, что интуитивная связь обрывается полностью. Ментально ориентированный ученик отличается тем, что он на данном этапе стремится закрепить и сцементировать свой ментальный рабски уничижительный шаблон смиренного обожания, что является лишь дальнейшим развитием астральной фазы идолопоклонничества.
Важно, чтобы все ученики на этой авансированной стадии развития честно признали существующее положение дел и поняли, что фактическая ситуация именно такова, какова она есть, хотя даже это будет для них неимоверно трудным делом, поскольку ментальное тело так непропорционально разрослось, что напрочь затмило все прочие тела личности. Поэтому личность с трудом будет поддаваться процессу интеграции, и душа, разумеется, тоже будет иметь предостаточно проблем с подчинением личности своей власти, поскольку ментальное тело под влиянием таких факторов, как унижение, раболепие и самоуничижение, стало не в меру догматичным, кристально твёрдым и непробиваемым в этом своём иллюзорном смирении.
Спасение ученика — в сильных религиозных чувствах или любовных переживаниях, которые могут привести дисбаланс личности в состояние равновесия, благодаря чему душа и сердце вновь обретут необходимый контакт, а ученик получит интуитивный импульс — знание о том, что он всё это время пребывал в ментальном заблуждении. Но только тогда, когда он взрастит в яслях сердца своего подлинное смирение, только тогда он сумеет привести к подлинному балансу свои гордость и ложное смирение.

Тогда весь его былой опыт, который он пожал ценой собственной гордости, будет преобразован в сердечную радость и, опираясь на авторитет души, будет творить в мире добро и только добро, в то время как все его прошлые астральные и ментальные фазы смирения, которые на протяжении стольких жизней наполняли его наваждениями и иллюзиями, будут отныне преобразованы в подлинно духовное смирение перед Всевышним.
Задача каждого из учеников — быть в состоянии постоянно подмечать на уровне своего сердца, какую из форм смирения и преклонения он практикует в жизни. Однако, если его душа и сердце будут отстранены от управления, на его долю будут доставаться сплошные наваждения и иллюзии, которые всегда будут давать ему неверный ответ и направлять его по ложному пути. И только когда запредельное пламя, сияющее за границами всякой мысли, озарит и просветлит такого ученика, только тогда он будет неизменно находить в своём сердце правильный ответ.

55. БОЖЕСТВЕННАЯ НЕВОЗМУТИМОСТЬ
Божественная невозмутимость — это то состояние, к обретению которого должны неустанно стремиться все ученики. Но вначале им нужно основательно очиститься от всех своих нечистот, дабы избавить себя от необходимости расходовать на них избыточное внимание. Самодисциплина — это понятие должно стать повседневным девизом ученика, отправным моментом его ежедневной тренировки. Если каждый божий день с утра до вечера будет наполнен самодисциплиной, если ученик будет неизменно бдителен и осторожен в отношении любого, большого или малого, своего действия, если он будет держать себя в постоянной готовности к тому, чтобы во всех сферах жизни быть абсолютно ответственным за всё, чему он сам явился причиной, тогда он добьётся столь высокого и прочного уровня самодисциплины, что сможет без труда обуздать и покорить свою личность, так что отныне она будет чистым, точным и безотказным орудием души в этих низших мирах, где ученик неусыпно несёт свою вахту служения миру.
Если он уже достиг этих высот, его сознание теперь должно постоянно концентрироваться в равновесной точке в сердце, и это та именно точка, где утверждается божественная невозмутимость. Это не значит, что ученик отгораживается высоким забором от внешнего мира или прочей части человечества; нет, в этот момент он даже более активен, чем когда бы то ни было раньше. Он изыскивает любую возможность для того, чтобы принести себя на алтарь делу служения миру, и служит людям в полноте сил своих. Его сердце наполнено любовью и состраданием, его мысли устремлены на то, чтобы наиболее действенно помогать окружающим, а его физическое тело готово работать и действовать неустанно, чтобы доказать делом, что его желание служить людям — это не фетиш, а реальность.
Что это такое — божественная невозмутимость? Оно выражается в форме полного безразличия личности, безраздельно подчинившей себя руководству души, ко всему, что прежде её так тревожило, изводило и лишало покоя. Поскольку теперь личность являет собой послушное зову души интегральное целое, то ей для самой себя уже ничего не хочется, ибо отныне единственная цель её устремлений — стать полезным и безотказным орудием души. Так что теперь её может наполнить божественная невозмутимость, благодаря которой она сможет стабильно пребывать в вечно вибрирующей точке равновесия.
Отныне перманентное сознание души сосредоточивается в точке сердца, и, так как личность интегральна, уже ничто не способно вывести её из состояния равновесия. Пусть другие страдают, болеют, досадуют, раздражаются или гневаются, ученик всё так же неизменно будет пребывать в покое и равновесии, ибо знает, что не будет никакой пользы от того, что его личность придёт в состояние аффекта. Наоборот, его вклад в дело оказания помощи человеку, действительно нуждающемуся в такой помощи, будет несравненно более глубоким, действенным и эффективным, если все его мысли и чувства будут ясными и чистыми, если физическое тело будет готово в любую минуту приступить к действию, а душа, вооружённая мудростью, будет знать и видеть, как наилучшим образом помочь своему ближнему.
Тот, кто послушен голосу души и постоянно руководим ею, всегда божественно невозмутим. Поэтому ученик, неустанно стремящийся к тому, чтобы подчинить свою жизнь строгой дисциплине, дабы тем самым смочь приносить возможно большую и действенную пользу всей планете, такой ученик, можно сказать, воистину деятельно работает над претворением идеала в жизнь, поэтому, как только его душевное сознание фокусируется в сердце и достигает божественной безличности, последняя с этого момента начинает тихо и стабильно расти в объёме и увеличиваться, по мере своего роста активно содействуя процессу очищения и интеграции личности.
Всегда и повсюду, во всех сферах жизни ученик обязан сознавать, что энергия — постоянный спутник мысли; поэтому чем больше ученик дисциплинирует себя, тем более невозмутимым становится его сознание, и в этой своей божественной невозмутимости оно концентрируется в точке сердца.
Если ученик научился отыскивать в своём сердце эту "золотую точку" равновесия и удерживаться в ней, он может быть уверен, что в нём проявится и утвердится божественная невозмутимость.
Отныне ученик в центре самого себя, он есть, а значит, он объемлет периферию; ибо быть или преосуществиться несложно: если мы преосуществляем целое, значит, мы суть целое. Это именно та цель, которую каждый ученик должен постоянно иметь перед собой, ибо раз цель поставлена, определена, названа и осознана, значит, ученик уже на пути к её реализации, ибо мысль всегда предшествует действию.
Если бы только ученики сознавали, какую мощь несёт в себе сила мыслей, они бы обращались куда более осторожно со многими из своих мыслей, которым они, как правило, не уделяют особого внимания, и в то же время гораздо больше устремляли бы свою концентрированную мысленную энергетику на те сферы или явления жизни, которые они так стремятся преосуществить.
Божественная невозмутимость сама по себе не приходит. Как не приходит сам по себе и внутренний покой. Вначале ученика только посещает идея о том, что неплохо было бы достичь этого состояния и сделать его частью своей жизни. Часто, однако, он с самого начала отбрасывает эту идею как невозможную: мол, он как ученик ещё ростом не вышел, а уже вон куда замахивается! — после чего эта идея, действительно, кажется неосуществимой и нереализуемой, и он не понимает того, что он сам же и задушил её прямо в зародыше. Неисчислимы те моменты в жизни ученика, когда он из-за собственного легкомыслия и небрежности упускает из рук искры вдохновения, не давая им ни единого шанса закрепиться и пустить корни, чтобы в последующем практически осуществиться в жизни.
Однако в своё время каждый из учеников поймёт это незыблемое "золотое правило", гласящее: "Каждый становится таким, как он мыслит". Когда эта истина во всей своей полноте доходит до сознания ученика, его бдительность в отношении каждой, как большой, так и малой, мысли, которую он исторгает на свет божий, небывало возрастает, и с этого момента он начинает тщательную прополку всех своих негативных мыслей, в то же время мощно и неустанно вскармливая в себе все позитивные мысли, видения и духовное вдохновение.
С этого момента он неустанно помышляет о том, чтобы являть собой божественную невозмутимость, и — являет её.

56. НИСХОЖДЕНИЕ В АД
Если сердечное тепло, излучаемое учеником, достаточно любвеобильно, светозарно и постоянно подпитывается Светом души, значит, он созрел для того, чтобы посетить преддверие ада. Казалось бы, здесь собраны все мыслимые и немыслимые человеческие страдания и болезни, являя собой поистине удручающее и душещипательное зрелище. Но посланник Света не допустит в своё сердце слезливую жалость и не позволит ей терзать и бередить свои чувства, ибо давно подчинил свою астральную природу; тем не менее сердце его сжимается и плачет при виде всего этого неописуемого убожества, причина которого — человеческое неразумие.
В ту же секунду он ясно понимает, что его назначение как служителя мира — нести Свет всем этим несчастным, страждущим и больным людям, столь нуждающимся в лучезарной, сердечной теплоте и в глубоком сострадании. Его сердце излучает им навстречу несказанные Свет, благословение и тепло, которые помогают им самим найти путь к собственной божественности, так что, как только их озарит Свет внутреннего понимания, все их страдания тут же прекратятся и исчезнут без следа. Но, пока ученик излучает на эти полчища страждущих людей свою любовь, его сердце исходит слезами, ибо зрелище их беспредельного убожества глубоко его трогает, пробуждая в нём внутреннее сострадание.
Он ощущает неодолимую потребность поведать им о том, что они сами в состоянии освободиться от своего непосильного бремени и сколь, в сущности, это легко и просто сделать, но в то же время он знает, что они его не поймут, поскольку ещё не созрели для этого. Поэтому он просто отдаёт им свою великую лучезарную любовь и озаряет их этой любовью в надежде на то, что их собственное искромётное внутреннее озарение в лучах его любви укажет им путь к их собственному внутреннему источнику Света. Но это может произойти лишь в том случае, если они созрели для этого; если нет, то они просто на какое-то время наполнятся тихой, спокойной радостью, спутником этого краткого, мимолётного внутреннего просветления, которое затем поблекнет и умрёт.
Однако этот краткий миг просветления не пройдёт бесследно, и с этого момента в их жизни что-то неуловимо изменится. Хотя они вновь окунутся в болото своего прежнего убожества, однако, это их погружение уже не будет столь глубоким. В них останется искра Света, проблеск той Божественности, которую они уже никогда не позабудут, хотя понять её они ещё не в силах.
Ученик озарил их своим Светом, подарил им свои благословение, любовь и сострадание, и хотя последние, на первый взгляд, не принесли зримых плодов, они, однако, заронили зёрна благодатного посева во многие человеческие души. Придёт время, и эти зёрна прорастут и дадут первые всходы. Эти всходы вырастут, созреют, покроются цветами и дадут плоды, и всё это случится "по его вине", ученика, посеявшего зёрна любви.
Новоиспечённый служитель мира, он на пути к тому, чтобы воистину им стать. Он тщательно готовится к этому головокружительному спуску в глубокие подземные пещеры своей горы, в свой собственный ад или преисподнюю. Ибо и здесь, в этих подземельях, он тоже должен уметь излучать свой внутренний Свет, прежде чем сможет в полную силу излучать его на вершине горы. Испытание предстоит суровое, и он должен хорошенько к нему подготовиться. Истерзанные, уродливые мертвецы будут цепляться за него своими костлявыми руками, как цепляются они за всякую материю, с которой ещё не научились себя идентифицировать. А он — он должен излучать на них свою любовь, должен благословлять их и озарять их своим лучистым Светом, но при этом не должен позволять им прицепляться и удерживать себя.
Чтобы безостановочно странствовать по мрачным пещерам царства Аида, он должен взять с собой своё собственное духовное пламя, которое будет освещать ему путь в этом глубоком подземном мраке, одновременно сжигая на его пути все те завалы и препоны, которыми страждущие безумцы будут пытаться остановить светозарного ученика. Они будут пытаться схватить и удержать его, но духовное пламя будет обжигать их, оставляя на них своё огненное клеймо, так что они поневоле вынуждены будут признать, что Свет невозможно связать или удержать требовательной природой страстей, ибо он всегда шествует независимой стезёй духовных законов.
Когда ученик, призвав на помощью собственные внутренние резервы, любовь и силу воли, озарит Светом эту глубочайшую тьму — он соберет на уровне своей личности её высшее и низшее начала и получит право взойти на вершину своей собственной горы как светоносная душа, облачённая в каузальное тело, обнимающее беспредельность. Наконец он добивается полной и окончательной победы над своей личностью, и отныне все её углы и закоулки наполнены Светом. Лишь теперь этот инструмент души полон блеска и совершенства и готов к употреблению в деле служения душе и её целям.

57. ОТКРЫТЬСЯ "ЗАБЫТЫМ" ЧУВСТВАМ, ТЕМ САМЫМ ОТКРЫТЬСЯ СЕРДЕЧНОМУ ТЕПЛУ
Если ученик желает достичь Сияющих Врат, он должен тщательно изучить свою личность. Ибо, если его тела недостаточно интегральны или недостаточно сгармонизированы, значит, он не сможет осуществить и завершить необходимую тренировку, которая прежде всего подразумевает астральную переделку. Так как процент учеников, успевших основательно подавить свои чувства или перевести их все в позицию ожидания, достаточно высок, то им всем предстоит чрезвычайно длительный и трудный процесс обработки, и только по его завершении они могут считаться готовыми ко Второму Посвящению. Хотят они того или нет, но им придётся извлечь все свои чувства на свет божий, чтобы иметь возможность их познать и переработать. Если ментальный ученик пришёл к пониманию необходимости этого шага, то вслед за этим его ждёт весьма длительный период обработки, в ходе которого ему предстоит высвободить из-под ментального спуда все свои чувства, дабы смочь их как следует изучить и понять. Часто это открытие, что он хранит в себе столь отталкивающие и неприятные чувства, оказывается для него полной неожиданностью, неожиданностью столь обескураживающей, что он молниеносно вновь прибегает к своим "старым добрым механизмам", которые тут же их подавляют и устраняют с его пути, ибо, когда ментальное тело функционирует столь отлажено и превосходно, то как можно допустить, чтобы другой агрегат вёл себя столь неподобающе бесконтрольно?
Любое ментальное тело стремится к порядку, систематизации, власти и контролю. Однако, когда душа отстранена от управления, ментальное тело обнаруживает склонность к оледенению и манипуляции, т.е. все присущие ему свойства лишаются всякой теплоты и истинной человечности. Поэтому любое ментальное свойство выступает как холодное, ледяное, враждебное всякой человечности качество, над которым душа не властна, ибо она испытывает в это время полное бессилие и неспособность управлять ментальным телом, которое изолировало себя от влияния чувств; а ведь для того, чтобы к нему могли беспрепятственно поступать душевные энергии, необходимо, чтобы личность была гармоничной, интегральной и сбалансированной.
Если только чувства полностью отстраняются от участия в том, чтобы наделять личность "лица не общим выраженьем", это верный признак того, что опасность близка. Ответственный ученик должен быть неизменно начеку и должен неустанно контролировать себя, вопрошая: Как я выгляжу в глазах других? Какой я: холодный и рассудочно-ментальный или же я тёплый и сердечно-ментальный? Если налицо последнее качество, значит, его мысли и чувства интегральны, и душа отныне может без труда излучать через сердце своё тепло. Именно к этому состоянию должны неустанно стремиться все ученики, но удаётся это лишь тем, кто, сохраняя неусыпную бдительность и неустанно изучая самих себя, видят, что они поступают, чувствуют и мыслят интегрально и гармонично.
Но если только ученик искренне признаёт, что он действительно подавил и вытеснил кое-какие из своих чувств, если не сейчас, то, во всяком случае, раньше, то он со всем прилежанием и усердием должен приложить все силы к тому, чтобы получше узнать их. Последнее, однако, возможно лишь в том случае, если он позволяет им выйти из подполья и проявиться безотносительно к тому, нравится ли ему то, что он обладает подобными чувствами, или не нравится. Наблюдая за ними и изучая их, он может многое узнать о самом себе, чего прежде не знал и, возможно, так и не узнал бы, если бы всё это время по-прежнему скрывал или хранил под спудом эти свои чувства.
Самодисциплина сразу же обращается в фетиш там, где дело касается одного только ментального тела и его проблем. Всё дело в том, что такие ментальные пороки, как гордость, высокомерие и тщеславие, подпитываются исключительно скрытыми чувствами, и если ученик упорно не желает конфронтировать с этой проблемой — отсутствием у себя чувственного аспекта доверия к самому себе, то он никогда не сможет осознать то, что имеет при себе эти ментальные пороки, поскольку исследовать себя и наблюдать за собой, наблюдать честно и беспристрастно, в состоянии лишь та личность, которой руководит душа.
Таким образом, необходимость раскрытия навстречу "забытым"
чувствам особенно важна и настоятельна в том случае, когда ученик желает продолжить духовный процесс своего развития, и основная трудность, стоящая перед учеником, заключается в том, что он чаще всего совершенно не сознаёт того, как много чувств он в себе задавил, поскольку вообще не сознаёт того, что задавил в себе что-то. В этой ситуации спасти его может только женщина-партнёр, которая и оказывается тем благословенным стражем, который бдительно и неустанно обращает его внимание на крен его личности в сторону необузданной ментальности. И если такой ученик не чурается самодисциплины и искренне прислушивается к её словам, то он непременно захочет как можно тщательней проанализировать все её замечания и изучить те примеры, которые она приводит в качестве доказательства своей правоты, хотя на первых порах он скорее всего будет категорически отметать любой намёк, который, как ему кажется, грозит ему неприятной конфронтацией, сопровождая это своё действие ледяным замечанием или выпадом по её адресу: мол, слишком уж она доверяется своим чувствам и потому совершенно неспособна оценивать ситуацию в истинном свете.
Но сам ученик в этот момент совершенно не видит того, что видит она: что он наглядно и со всей достоверной ясностью демонстрирует ей, да и самому себе, свои же собственные ментальные пороки. Поэтому дальнейший прогресс может быть успешным только в том случае, если женщина-партнёр по-прежнему будет старательно его опекать, твёрдо удерживая его в рамках дозволенного, или если он сам захочет себя увидеть в истинном свете. Только тогда ему станет ясно, сколь ужасно плохо он знает свои чувства, но если он действительно жаждет обрести правду, то он мало-помалу выпустит их все на свет божий и возвратит им их законное место.
Но вначале само признание того факта, что он всё это время носил в себе столь неприятные, отталкивающие чувства, оказывается для него столь шокирующим откровением, что оно потрясает его до глубины души, и это, в общем-то, понятно, ибо неприятные чувства мы, как правило, подавляем довольно-таки редко. И хотя теперь он прекрасно знает, что ему нужно работать с ними, нужно изучать и познавать их, он, тем не менее, вновь и вновь, но, разумеется, чисто бессознательно, отказывает им в праве на существование, полностью изолируя себя от их настойчивых требований. Если партнёрша проявит в этой борьбе с его недостатками должные усердие и настойчивость, то она в конце концов поможет ему разглядеть этот механизм, раз за разом указывая ему на то, что он опять ушёл в себя и закрылся. Но если ученик живёт в одиночестве, то рассчитывать на возможность длительного раскрытия — дело практически безнадёжное.
Однако в любой момент ему может быть оказана помощь со стороны, при условии, что в процессе самопознания он уже достиг той точки, где он, в общем и целом, осознал необходимость и своевременность этой помощи со стороны.
Опытный психотерапевт методом регрессии сможет подвести его к тому первоначальному чувственному закрытию, в роли которого неизменно выступает то или иное из его решений, принятых им в далёком прошлом, принятых потому, что в тот момент все эти чувства казались ему слишком обременительными и он пришёл к выводу, что самое надёжное — это всегда иметь холодную голову, т.е. изолировать своё сознание в ментальном теле.
Практически все ученики, для которых раскрытие навстречу "забытым" чувствам перерастает в проблему, могут таким образом получить действенную помощь; всё, что от них требуется, это устранить прежнее решение, а вместо него принять новое, более целесообразное и более отвечающее нынешнему уровню сознания ученика. Наградой ему становится радость блаженства, которая согревает ему душу в тот момент, когда новое решение наконец вступает в силу. Да, ему ещё не раз предстоит вступать в конфронтацию с этими неприятными чувствами, но надежда вновь зажить полноценной чувственной жизнью и, что особенно важно, возможность быть цельным наделяют такого староментального ученика неописуемым ощущением радости и счастья. Если он желает навсегда сохранить за собой эту цельность, он должен немедленно дать себе новую позитивную установку: всем сердцем открыться навстречу своим "забытым" чувствам и никогда уже не закрываться, дабы восхитительное ощущение цельности пребывало в нём целую вечность. И тогда старый элементал самозакрытия будет обречён на голодную смерть и вымирание, если только ученик будет продолжать упорно и настойчиво концентрироваться на своей новой, только что принятой к действию, установке.
Только после этого он вступит в завершающую фазу астральной тренировки. Теперь он не упустит ни малейшей возможности для их переработки и понимания, и ему отныне станет понятно,
почему всё это время они столь активно подпитывали его ментальные пороки — потому, что были задавлены, порабощены и зачислены в касту неприкасаемых. По завершении этой длительной фазы переработки ментальный холод постепенно растворится и исчезнет, личность сделает важный шаг навстречу полной интеграции, а антакарана станет отныне тем связующим каналом, по которому магнетические энергии души будут притекать к сердечному центру ученика, благодаря чему он сможет излучать в окружающий мир то качество любви, которое явится его пропуском, дающим ему право вхождения в Сияющие Врата.

58. ДОВЕРИЕ
Золотой запас ученика — это его доверие: доверие к самому себе, доверие к своей собственной божественности, доверие к Божественному Плану и к той части этого Плана, которая касается непосредственно его самого. Несмотря на то, что доверие должно быть при нём неизменно, в его жизни часто бывают такие моменты или даже целые периоды, когда доверие совершенно его покидает, и тогда с таким трудом завоёванная и реализованная интеграция личности идёт прахом, и старые механизмы личности вновь получают подзарядку и питание, под действием которых все его былые неблаговидные повадки и дурные привычки вновь начинают прорастать, распускаться и цвести пышным цветом. Ученик не понимает, как такое могло случиться, ибо не понимает, сколь важна постоянная бдительность для окончательной интеграции всех тел его личности.
Неоценимым даром для ученика становится дар проницательности, хотя она, увы, часто развивается в крайне нежелательном, негативном направлении и лишь питает подозрительность, недоверие и негативный настрой ученика ко всему, что не подлежит немедленному доказательству. Как правило, ученик более склонен полагаться в жизни на свою низшую, ментальную, проницательность, а не на высшую, каузальную. Если же он полагается на последнюю, то душа в этом случае получает право беспрепятственного пользования огромным фондом собранной ею мудрости, благодаря чему она в каждом конкретном случае оказывается в состоянии снабжать ученика полезными советами и направлять все его действия по наиболее лучшему и целесообразному пути.
Чем стабильнее и крепче контакт ученика со своим каузальным сознанием, тем легче ему скоординировать и соединить в своём каузальном теле проницательность и доверие под властью души. В этом случае он будет совершенно неуязвим, поскольку бдительная душа посредством духовной мудрости будет постоянно управлять и руководить каждым его шагом.
Но если только разумом ученика овладевает подозрительность, пусть он распростится со своей мечтой об интеграции, которая так и останется для него только голубой мечтой.
Подозрительность — выкормыш недоверия. Ибо в тот самый момент, когда ученик утрачивает доверие к самому себе, он тут же утрачивает доверие и к другим людям. Отсюда и вся его подозрительность. Старая мудрая пословица выражает ту же истину более красочно и афористично: "Вору в каждом человеке мерещится вор". Поэтому ученик, потерявший доверие к самому себе и к другим людям, как служитель мира немногого стоит.
Если же он хочет обратного, то ему следует как можно скорее дать себе установку на доверие.
Здесь часто является необходимость возвратиться вспять к одной из своих давно отошедших в мир иной личностей, а именно к той из них, которая когда-то приняла это явно нелепое, но в ту пору казавшееся спасительным решение впредь никогда не доверять ни единому человеку. Когда ученик с нынешним своим уровнем сознания вновь воссоединится с той своей стародавней личностью, он, к немалому своему удивлению, обнаружит, сколь чудовищно мало он доверял себе в то время. Поэтому как же он мог доверять другим, если он не доверял даже самому себе?
Но как только доверие пропитает личность ученика на всех планах и уровнях, а власть души станет зримой и очевидной, то с этого момента доверие ученика к окружающим людям прочно утвердится в его сознании. Тогда отпадёт всякая необходимость в таких негативных мыслесостояниях, как подозрительность и недоверие, так что отныне все его мысли будут направлены исключительно на утверждение позитивных связей с другими, и в результате он вскоре и сам почувствует, как его наполняют покой и умиротворение, ибо он перестал постоянно остерегаться самого себя и своих ближних, всякий раз выискивая у них и у себя мнимые подвохи и намерения.
Фактор доверия — это, безусловно, очень важный и необходимый фактор развития, без которого немыслима никакая духовная работа. Пусть каждый ученик возьмёт себе это на заметку.
Любой, даже самый незначительный, духовный шаг вперёд и выше прежде всего обуславливается степенью его доверия.
Проницательность должна быть неизменным, постоянным спутником доверия, но при этом всегда нужно помнить о том, что давать советы и указания вправе одна лишь мудрая, проницательная душа. И тогда доверие займет наконец приличествующее ему почётное место, тогда видения будут "играть, толпиться и цвести", а ученик будет развиваться всё быстрее и быстрее, дабы в конечном счёте явить себя подлинным служителем мира.

59. МАСТЕРСТВО ЦЕЛОСТНОГО ОБЩЕНИЯ НА УРОВНЕ СЕРДЦА
Когда ученик начнёт осваивать мастерство целостного общения на уровне сердца, все его сношения и связи окажутся цельнонаправленными, поскольку в этом случае душа и личность придут к взаимному согласию и сотрудничеству в деле общения и коммуникации на пользу всем. Многие ученики испытывают невероятные трудности, когда пытаются выразить то, что им хотелось бы выразить. Ибо, когда люди находятся на разных уровнях общения или вербальной коммуникации, все их слова и речи как бы повисают в пустоте, не достигая сознания собеседника, т.е. при кажущемся понимании слов и фраз они, тем не менее, совершенно не понимают друг друга, не понимают смыслового подтекста посланий собеседника.
Когда два человека настраиваются на разговор о чисто физических вещах, то их взаимное общение и контакт между собой окажутся в высшей степени плодотворными только тогда, когда сознание обоих будет сфокусировано в физическом мире. Это же справедливо и для тех случаев, когда фокус сознания собеседников сосредоточен на эмоциональном мире: поскольку оба настраиваются на разговор о своих чувствах и желаниях и поскольку, в силу подобного настроя, астральные тела обоих оказываются основательно вовлечены в этот план общения, то оба без труда понимают эмоциональные проблемы и потребности друг друга. И этот же принцип остаётся в силе и тогда, когда общение между двумя людьми происходит на ментальном плане.
Здесь результат тоже оказывается плодотворным, поскольку и в этом случае интеллектуальный фокус обоих собеседников сбалансирован в столь равной степени, что это позволяет им общаться на одном субпонятийном языке.
Наибольшие сложности при общении (а такие сложности наблюдаются не только при общении между обычными людьми, но и, в не меньшей степени, при общении между учениками) возникают чаще всего из-за того, что фокус сознания каждого из собеседников находится не в одном, а в разных мирах. Поэтому их слова повисают в пустоте или проносятся мимо собеседника, не доходя до его сознания, т.е., проще говоря, оба разговаривают каждый на своём языке. Поэтому очень важно, чтобы ученик чётко себе представлял, с каким из типов людей он в сию минуту общается. Если это человек с сугубо материалистической направленностью, склонный говорить исключительно о чисто физических ценностях и вещах, значит, ученику следует немедленно перевести своё сознание в физический мир, чтобы смочь общаться с этим человеком "на равных", т.е. на одном уровне. Благодаря такому "подстроечному" манёвру беседа может оказаться весьма полезной, плодотворной и содержательной для обеих сторон.
Если же ученик разговаривает с человеком, склонным к излишней эмоциональности, значит, ему следует перевести общение в план эмоционального мира, благодаря чему диалог пройдёт на волне полного взаимопонимания и даст положительные результаты. Оба собеседника испытают чувство удовлетворения, ибо почувствуют, что общались с человеком, который их понимал. Если же собеседником ученика оказывается человек интеллектуального склада, то ему, разумеется, следует перевести своё сознание в ментальное тело, чтобы и здесь диалог между ними мог происходить на равных.
Многие ученики никак не могут взять в толк, почему их беседа с другими людьми не клеится. А причина проста. Чаще всего это вызвано тем, что одна сторона слишком сфокусирована на ментальном плане, в то время как другая — на астральном, и поскольку оба собеседника находятся каждый в своём мире, то ни один из них не "слышит" другого, ибо слова одного лишены для другого какого-либо смысла и значения. Часто они обрывают и перебивают один другого, поскольку каждый считает, что его мысли и мнения гораздо важнее, чем мысли и мнения другого.
Фактически говоря, они вращаются по двум параллельно бегущим, но совершенно не скрещивающимся между собой орбитам. Именно поэтому они никак не могут прийти к согласию или единому мнению, ибо, по сути, каждый говорит на своём языке. Ясно, что оба, расставшись, будут друг о друге не лучшего мнения: мол, мой собеседник слишком неинтересный, скучный человек, чрезмерно занятый собой и своими мыслями. До тех пор, пока они находятся каждый в своём мире, не может быть и речи о каком-то реальном диалоге или двустороннем общении между ними; в сущности, речь идёт лишь о монологе каждого из индивидов, обращённом в пустоту. Поэтому истинное слышание как таковое полностью здесь отсутствует.
Естественно, что ученик, желающий понять или проникнуться чувствами своего ближнего, а подобное желание отличает каждого истинного ученика, должен прежде всего перевести своё сознание в тот же план, в котором находится сознание его собеседника, если только он действительно хочет, чтобы их беседа была осмысленным, познавательным и полезным для обеих сторон обменом мнений. В дальнейшем, по мере поступательного развития и продвижения по Пути, а также по мере укрепления и стабилизации своего душевного контакта, он сможет выявить и развить в себе более действенные возможности, благодаря которым он всегда будет достигать оптимального коэффициента качества общения.
Когда мастерство ученика в деле интеграции тел личности достигнет относительно высокого уровня, он обнаружит (поскольку его степень подчинения себя душевной власти будет неизменно возрастать) что душа и есть основной центр или фокус его самого, поскольку именно она объемлет собой все уровни сознания его личности. В силу этого каждый ученик обладает потенциальной способностью одновременно обнимать и понимать все возможные уровни и планы выражения, так что, развив её должным образом, он сможет свободно общаться с любым человеком на любом из доступных ему планов сознания.
Это открывает перед учеником достаточно заманчивые и увлекательные перспективы. Предположим, что он, например, обладает достаточно развитым каузальным сознанием и общается с человеком, фокус сознания которого нацелен исключительно на ментальный план. Их беседа, естественно, будет носить явно выраженный ментальный характер, но в ходе её ученик, возможно, вдруг подметит у своего ментального собеседника некоторые зажатые, но то и дело пробивающиеся наружу эмоциональные проблемы, которых тот совершенно не видит и не признаёт, поскольку над ним чересчур довлеет ментальный аспект.
Но ученик, сконцентрированный и находящийся в своём каузальном сознании, напротив, сразу увидит причину ментальных проблем своего собеседника, поскольку его собственное тело эмоций давно сгармонизировано и включено в каузальное целое, хотя, при всём при том, на своём собственном уровне оно по-прежнему остаётся активным и деятельным. Поэтому это тело будет проявлять себя на том же самом плане, к которому принадлежат и проблемы этого человека, так что оно мгновенно их ухватит, воспримет, поймёт и передаст каузальному сознанию ученика, который, используя своё ментальное сознание, порекомендует своему собеседнику метод их устранения на его, собеседника, собственном языке, который есть язык ментального тела.
Чем больше ученик сознаёт, какие грандиозные возможности сулит ему связь со своей собственной душой, что особенно важно при общении с другими людьми, но ещё более важно, когда вопрос касается способности понимать этих других, тем более интенсивно он работает над тем, чтобы удержать и укрепить это душевное сознание, которое открывает перед ним столь исключительные возможности в деле оказания реальной помощи людям. Благодаря этому он становится подлинным служителем мира, который к тому же оказывается и прекрасным терапевтом, искусно пользующимся методом разговорной терапии.
Подобного уровня каузального, или душевного, сознания проще всего можно достичь путём внутреннего сосредоточения и фиксации внимания на точке сознания в сердце — этом светозарном солнце ученика, которое есть ни что иное, как его собственный душевный Свет. Чем чаще он подмечает собственные сердечные вибрации и излучения, чем чаще он видит воздействие собственных сердечных тепла и света на своих ближних, тем больше он сознаёт, что он неотделим от своего душевного сознания, которое одновременно может сноситься со всеми планами и уровнями, но при этом, однако, благодаря своей способности понимания, проникновения и вживания во внутренний мир собеседника, добровольно выбирает тот специфический план общения, который является естественным миром этого человека на нынешнем этапе его развития. Когда ученик овладеет этим бесценным даром внутреннего понимания, он, воистину, достигнет высот небесных.
Тогда сияние Света, излучаемого им, будет беспредельным, а исходящее от него магнетическое излучение позволит ему общаться даже с большими скоплениями народа, ибо говорить он будет на всех языках мира, и все его будут прекрасно понимать, каждый на своём уровне. Отныне он — чрезвычайно полезный и бесценный служитель мира как для Нас, так и для человечества.

60. МЕНТАЛЬНАЯ И ДУХОВНАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ
На пути к Третьему Посвящению та тренировка, которую постоянно осуществляет ученик, носит преимущественно ментальный характер. Стоящая перед ним задача не из лёгких: постоянно, в любое время и в любой час, уметь подмечать и разоблачать все (как тончайшие, так и грубые) облачка иллюзий, обступающих его со всех сторон. Вскоре выясняется, что эта работа гораздо сложнее и тяжелее, чем она представлялась вначале. Огромная радость и облегчение по поводу того, что он освободился от насильственной власти и давления своих личных чувств и более не подвержен их влиянию, сделало ученика несколько излишне самонадеянным и даже тщеславным. Это объясняется, во-первых, тем, что он теперь достаточно ясно видит своё собственное мощное излучение, которое уже не подвержено воздействию поверхностных, мимолётных чувств и желаний, ни его собственных чувств и желаний, ни чувств и желаний других; а во-вторых, тем, что радость, которую он испытывает при виде того, сколь прекрасно он управляется со своим астральным телом, заряжает его ментальное тело как положительным, так и отрицательным стимулами. Позитивный стимул — это то огромное, ясно различимое преимущество, которым обладает каждый, кто умеет управлять своими эмоциями так, что ни одна энергия астрального свойства не оказывается напрасно потерянной или нецелесообразно увязанной. Но, в то же время, его ментальное тело подлежит и негативному воздействию, поскольку это радостное чувство вливает молодое вино жизни в старые мехи его былых гордости и тщеславия.
Данное воздействие может и не выливаться в экстремальные формы: на этой стадии вполне достаточно даже малейшей стимуляции или подпитки этих ментальных факторов, чтобы они повлияли роковым образом на развитие ученика. Поэтому для него очень важно всё время сохранять неусыпную бдительность в отношении собственных ментальных облачков иллюзий, которые способны в считанные мгновения заманить его в иллюзорно-искажённый мир мыслеразума. Когда ученик окутывается этой затмевающей дымкой, он полностью утрачивает связь со своей душой, хотя на этой стадии она и так невероятно мала: тончайший волосок — не более.
Если ученик высоко бдителен, то он сразу же заметит, что его душевный контакт стал нестабильным, а если он в добавок ко всему ученик умный и сообразительный, то он тут же начнёт осматриваться в поисках ментальных облачков, которые вызвали это затмение. Этот момент — момент очень важный. Поскольку в этой фазе ментальное тело чаще всего выступает в качестве довлеющего тела личности, то её ментальный аспект очень быстро перетянет на свою сторону все другие аспекты личности, убедив их и самого ученика в том, что его мысли вполне благородны, логичны и уместны, так что для паники нет ровным счётом никаких причин. Успокоенный этим, казалось бы, точным, ясным и тонко преподанным объяснением, ученик с облегчением расслабится и тут же утратит бдительность, подвергнув тем самым имеющуюся у него тончайшую связь с душой великой опасности полного уничтожения.
Если ученик достаточно внимателен и мудр, то при первых же симптомах сокращения или ужатия душевного контакта он окажется начеку и тут же начнёт высматривать те мысли, которые явились причиной этой "утечки". Он сразу смекнёт, что на первый взгляд эти мысли, вероятней всего, будут казаться вполне разумными и внушающими доверие при том, что на деле они таковыми определённо не являются. И, если он сохранит высокую степень бдительности, он непременно обнаружит, что эти мысли несут в себе некоторый заряд гордости и тщеславия, которого, даже несмотря на то, что он слишком субтилен, вполне хватает на то, чтобы постоянно выставлять ментальное тело в выгодном свете и тем самым закрепить за ним главенствующую позицию. Поэтому, как только он обнаружит эти воздушные, но оттого не менее опасные, облачка иллюзий, он должен немедленно призвать на помощь своё собственное пламя атмической воли и, воспользовавшись им, сжечь дотла все эти хитрые, коварные, лукавые мысли.
Теперь, когда из него и через него лучится ясный, чистый Свет, в его сиянии он видит, сколь хитроумно и изощрённо эта ментально внузданная личность пыталась его перехитрить. А поразмыслив более основательно, он поймёт, что весь этот процесс потому так долго ждал своей очереди, что он был не в состоянии контролировать и следить за его развитием и обрёл это умение только сейчас, когда весь ход его развития и значительно повысившаяся за это время ментальная ответственность подвели его к необходимой стадии зрелости и повысили его бдительность. А та поблажка, которую он делал своим мыслям, позволяя им сохранять ингредиенты былых гордости и тщеславия, была вызвана скорее всего ограниченностью его ментальной ответственности, которая в то время была ещё не столь высокой пробы.
Отсутствие ментальной бдительности на раннем этапе незамедлительно приводит к появлению и сгущению вокруг него грубых туманов иллюзий, которые затем принимают форму лёгких, кисейных облачков весьма субтильного свойства. Несмотря на тяжесть подобного признания, он должен раз и навсегда свыкнуться с той мыслью, что бремя ответственности всегда было, есть и будет его и только его бременем. Личность постоянно будет пытаться совлечь его с пути истинного и заманить в ловушки ментальных заблуждений, находя с этой целью тысячи вполне логичных и удобоваримых извинений, которые все сводятся к одному — одурачить его до такой степени, чтобы он признал этот сомнительный, лишённый благородства и честности ход мыслей, совершенно не достойный его как ученика, за абсолютно правильный и единственно верный и принял бы его к исполнению. Только теперь он понимает, какой лёгкой добычей своей хитроумной личности он был всё это время, что даже малейшее отклонение в сторону от этически правильных и духовно оправданных норм способствовало росту и стимуляции его "духовного" тщеславия, правда, в столь субтильной форме, что он продолжал бессознательно считать, будто всё в порядке, продолжал только потому, что эти субтильные облака до неузнаваемости искажали импульсы его души, пытавшейся донести до него, что назревает что-то такое, что совершенно не согласуется с истиной в том виде, как её видит душа.
Этот новый уровень самоосознания позволяет ему понять, что коварная личность мгновенно пользуется любым, даже самым субтильным, отклонением в сторону для того, чтобы ослабить его проницательность и заглушить связь с душой. Поэтому в тот самый момент, в который он приемлет это отклонение как норму, его сразу же окутывают тончайшие облачка иллюзий и искажают его душевные импульсы, а тем самым и присущие ему проницательность и бдительность. Когда начинается эта фаза, для личности уже не составляет особого труда понемногу огрубить и опростить деятельность мыслеразума. Мало-помалу эти облачка становятся всё более и более грубого свойства, опрощаясь по мере того, как душевная связь и духовное предвидение, эти лоции ученика, позволяющие ему ориентироваться в сложившейся обстановке, постепенно выводятся из строя.
Если указанная фаза уже началась, личность может править совершенно безбоязненно и свободно. Правда, остаётся ещё ментальная бдительность, но она "бдит" лишь на условиях, выдвигаемых самой личностью. Пусть это послужит для всех учеников горьким, но полезным уроком. Пусть они помнят, что в тот момент, когда личность обретает под ногами твёрдую почву, потому что ученик допустил это, с этого момента он уже не в состоянии призвать на помощь пламя своей духовной воли.
Поэтому ему не остаётся ничего другого, как продолжать оставаться в объятиях иллюзий до тех пор, пока положение в корне не изменится и он вновь не восстановит свой душевный контакт в полном его объёме.
Даже ученик, одолевший значительную часть пути, может совершенно не подозревать о том, что всё это время он, по сути дела, мирно почивал среди иллюзий. Только когда его ментальная ответственность начнёт объединяться с ответственностью духовной, он наконец осознает, сколь велика и обширна сфера абсолютной ответственности. Таким образом, период между Вторым и Третьим Посвящениями несомненно весьма полезен для духовного роста и развития ученика, поскольку он во многих отношениях является повторением периода между Первым и Вторым Посвящениями. Различие между ними лишь в том, что ответственность вышла теперь на более высокий и более субтильный уровень реализации, который ученику долгое время кажется не слишком трудным и обременительным, пока он вдруг не постигает, что ведь это, в сущности, совершенно новый этап развития, значительно отличающийся от предыдущего, который главным образом затрагивал сферу его чувств, и в то же время, чем-то его напоминающий, поскольку обе стадии затрагивают проблему расширения сферы ответственности и её принятия во всё более тончайших нюансах и проявлениях.
Ученик, поднявшийся до этой ступени самопознания, отныне будет постоянно жить во всеоружии своей духовной бдительности, полный решимости сжигать дотла все, даже мельчайшие иллюзорные мысли, если таковые возникнут, в то время как его проницательность будет расти и оттачиваться с непостижимой быстротой. Тогда сфера его ответственности вплотную приблизится к абсолютной ответственности во всех трёх мирах личности, и он ясно узрит вершину собственной горы. И свойственные ему неутомимое духовное стремление и душевная чистота быстро приведут его на эту вершину, достигнув которой, он станет суверенной душой, беспрепятственно управляющей своей преображённой личностью, так что та отныне будет верой и правдой служить своей госпоже в её великой, титанической работе в деле служения миру.

61. ИСТИНА
Понимание истины даётся ученикам с превеликим трудом. В продолжение всего Пути к Посвящению личность воспринимает и усваивает великое множество временных, промежуточных истин, постоянно сменяющих одна другую, где каждая, однако, воспринимается как единственно верная и незыблемая. При этом интеллект не уставая твердит, что хотя истина всегда только одна, но у неё много модификаций, ибо истина — явление многогранное, многостороннее, каковой она, собственно говоря, и должна быть, ибо личность не остаётся вечно неизменной, а преодолевает в процессе развития множество различных ступеней.

Душевная истина по своей природе — истина куда более утончённая и изысканная, нежели все предшествующие, поскольку душа всегда обозревает жизнь исключительно с позиции мира целого. Монадическая истина — ещё более высокой, благородной пробы, поскольку уровень её постижения в десятки раз превосходит все прочие, да и постичь её возможно лишь с позиции гораздо более величественного, необъятного целого, о котором ученики на данный момент не имеют абсолютно никакого представления. Что же тогда истина? Какого-то однозначного и окончательного ответа на этот вопрос, увы, дать невозможно, поскольку всякая истина прежде всего обуславливается ступенью развития спрашивающего, а также тем, что она, по мере восхождения с одной ступени на другую, постоянно меняется в направлении всё более глубокого проникновения в непостижимые, необъятные глубины Вселенской Истины.
Для ученика, добивающегося чёткой, ясной, раз и навсегда определённой истины, равно охватывающей все сферы жизни, подобное объяснение может стать источником великого душевного уныния и внутреннего конфликта, и если это так, то он должен как можно скорее и как можно тщательнее исследовать это состояние и причину его возникновения. И тогда он увидит, что этой чётко определённой, неизменной, единой формулы, которая могла бы служить выражением универсальной истины в её конечной инстанции, требует именно его ментальное тело. Но, как сказано, подобной формулы не существует. Да, буддхическая истина всегда более значима, чем ментальная, но при всём при том нужно понимать, что сама истина — истина в конечной инстанции — недостижима, по крайней мере до тех пор, пока не будет постигнут Абсолют.
Что же ученику делать со сказанным и на что употребить?
Например, на развитие у себя понимания того, что каждый человек таков, каков он есть, и что каждый воспринимает некую заданность лишь с высоты или точки зрения своей собственной позиции. Поэтому любую истину с полным правом можно рассматривать как правомочную и неправомочную, в зависимости от высоты уровня развития или угла зрения воспринимающего.
Поэтому любая высказанная истина человеку, её высказавшему, будет казаться в высшей степени правомерной, очевидной и справедливой, тогда как с точки зрения ученика это будет явная ложь и бессмыслица, поскольку он то же самое видит с позиции более высокого плана. Однако самой ситуации это не меняет, и для обладателя этой "истины" сказанное по-прежнему остаётся самоочевидной и истинной правдой, поскольку он в пределах данной ситуации, обуславливаемой его собственной, индивидуальной ступенью развития, видит и воспринимает истину именно в таком свете.
Всё сказанное тоже есть истина, но это та истина, которую ученики постигают лишь на завершающем этапе Пути к Посвящению, да и то лишь те из них, кто готовы к восприятию универсального уровня понимания. Это знание не из тех, которые отдаются на откуп основной массе человечества, совершенно не готового к их восприятию и усвоению, поскольку подобная перспектива видения жизни породила бы в человеческом мире лишь хаос, разброд и нестабильность. Но ученик, приближающийся к порогу Третьего Посвящения, вполне созрел для этого учения и действительно готов к тому, чтобы служить своим ближним. Поначалу ему будет очень трудно воспринимать сказанное должным образом, поскольку оно в корне противоречит всему, к чему он так упорно шёл и стремился на протяжении всех своих многочисленных жизней. Но таковы правила: они стабильны, неизменны и в равной степени касаются каждого, кто желает достичь совершенства.
Великое множество жизней затрачивает ученик на то, чтобы в ходе непрестанной борьбы, проходя через лишения и трудности, высвободиться из физических объятий майи и тем самым достичь более высокого уровня познания и видения истины. Затем следуют многочисленные инкарнации, в ходе которых ему приходится бороться со своими чувствами, желаниями и страстями, чтобы навсегда освободиться из-под их власти и наваждений и в итоге прийти к осознанию того, что истина гораздо выше, чем он полагал. И, наконец, он приступает к долгой, изнурительной борьбе за освобождение от бесчисленных иллюзий ментального мира, чтобы добиться права на обретение душевной истины, и в тот неповторимый миг, когда он приходит к ней, всё в нём ликует, преисполненное эйфорического чувства счастья, ибо теперь он доподлинно знает, что обрёл желанную "истину".
Да, несомненно, эта новая истина качественно гораздо возвышенней и благородней, чем все предшествующие многочисленные истины, но ученик, дошедший до этой стадии, тоже вынужден, тем не менее, признать, что даже эта абсолютная, высшая истина, несмотря на всю свою абсолютность, не является истиной однозначной и окончательной. Этот миг есть миг великого озарения в жизни каждого ученика, ибо он постигает, что, переходя с одной ступеньки на другую и минуя великое множество самых разнообразных истин, человек развивается в направлении всё более глубокого осознания того, что каждый индивид содержит и выражает ту долю истину, которую он в состоянии вместить и воспринять, так что, по сути дела, всякая истина есть истина временная и преходящая. Сказанное, естественно, справедливо и в отношении той части истины, которую Мы теперь пытаемся донести до вас, и если только вы не заботились исключительно о том, чтобы развить и отшлифовать до блеска собственное ментальное сознание, то сказанное не явится для вас потрясением. А если к этому моменту вы имеете прекрасно развитое каузальное сознание, то вам, несомненно, будет несложно понять, что, исходя из признания факта существования универсальной логики, дело именно так и обстоит.
Кроме того, если мы задумаемся над тем, что Абсолют — это некие Сила и Интеллект, которых никто — я повторяю: никто! — в нашей Солнечной системе не в состоянии реально понять, постичь или осмыслить, то вы тем самым получите некоторое весьма приблизительное представление о величине и величии Космоса.
Это новое знание каждый ученик, если только он воспримет его душевным сознанием, должен незамедлительно претворить в практику будничной жизни, так, чтобы отныне он мог с любовью смотреть на своих ближних, смог увидеть их совершенно новыми глазами и сердцем понять, что они, в силу необходимости, являются выразителями именно той истины, которую они в состоянии воспринять, вместить и осмыслить на своём уровне.
Вооружённый этим знанием, ученик сможет развить в себе ту сердечную терпимость, которая и является необходимым квалификационным требованием, дающим ему право на прохождение Третьего Посвящения. Понимание того, что каждый человек, на какой бы ступени он ни находился, обладает своей истиной, подведёт ученика к всеобъемлющему признанию необходимости и оправданности всего сущего, являющееся отличительной особенностью истинно Посвящённого.

62. ТЕМНАЯ НОЧЬ ДУШИ
По мере того, как ученик всё больше приближается к сияющему Порталу Посвящения, на него со всех сторон обрушиваются нападки, клевета, злословие и оскорбления. Именно в этот момент выясняется, насколько он закалён, выдержан и твёрд.
Ибо, если к этому моменту степень его отождествления себя со своей собственной душой достаточно высока и стабильна, он безболезненно вынесет весь этот массивный залп ударов и нападок. Мужественный и сильный, он выдержит их все, призвав на помощь свой собственный непрерывно действующий, лучащийся сиянием сердечный центр.
Но если окажется, что его лобовой центр до сих пор не активизирован, а интегральное сознание личности не сконцентрировано полностью во внутреннем лобовом центре, называемом аджна, то никакого Посвящения не будет. Только при наличии абсолютной ответственности за поведение личности на всех планах и уровнях её проявления внутренняя светоносная квинтэссенция личности сможет пронизать головной мозг будущего неофита, или кандидата, той избыточной женской силой, которая создаст невыносимое напряжение во всей голове, напряжение, которое высечет искру, передающую это напряжение мужскому пламени в изголовье (или коронарной чакре) ученика, под действием чего в нём вспыхнет и зажжётся внутренний Свет. Этот процесс — процесс двойственный: с одной стороны, он происходит внезапно, неожиданно, а с другой — обнаруживает себя как длительное, неторопливое поступательное движение вперёд, которое, вплоть до наступления завершающей фазы, незримо совершается внутри некоего цикла развития, обозначаемого как "тёмная ночь души".
Весь последующий период невероятно тяжёл и труден для ученика, ибо весь Свет покидает его. Его контакт с душой по-прежнему стабилен, но крайне расплывчат и нечёток из-за отсутствия Света. Да, он всё так же безупречно выполняет привычную работу, всё так же излучает мощное магнетическое притяжение, которое вовлекает в орбиту своего действия всех присутствующих, независимо от того, сознают ли они это или не сознают, и всё же, несмотря на это, прямой, надёжный, доверительный душевный контакт как источник Света у него временно отсутствует.
Этот период в жизни ученика — время колоссальных испытаний, ибо всё в нём пребывает в сомнении: "Неужели всё было одним великим наваждением? Неужели всё то удивительное, что он постиг и познал, было всего лишь иллюзией"? Самое трудное на этой стадии — суметь сохранить доверие к происходящему, сохранить веру в то, что всё идёт как надо. Вся эта "тёмная ночь" есть ночь очищения, ночь последнего великого испытания личности ученика на всех её планах, уровнях и направлениях.
Действительно ли он полностью ответственен за все свои действия и поступки? Действительно ли все его чувства и желания из материи высочайшей пробы? Приведена ли его жизнь в соответствие с критериями абсолютной астральной ответственности? Как правило, на этой стадии ученик чувствует, что он вправе ответить утвердительно на все эти вопросы. Но чувствует ли он, что способен утвердительно ответить на третий и решающий вопрос: Полностью ли он сознаёт свою абсолютную ответственность за все свои мысли, как большие, так и малые?
Полностью ли он сознаёт тот громадный энергетический потенциал, который заключён в каждой его мысли? Знает ли он, какие последствия влечёт за собой каждая одухотворённая и исторгнутая его сознанием мысль?
В этой "ночной тьме" он по всей линии фронта подвергается небывалым испытаниям на предмет выявления последних, субтильных стражей, стерегущих порог Света. На каком бы из планов личности он ни находился, он при этом должен всегда точно знать и сознавать, что он действует, чувствует и мыслит в полном соответствии с божественными законами и с самим Божьим Планом. Вначале к нему приходит чёткое и ясное понимание обширности и многогранности этой ответственности, и, ни на минуту не теряя полноты душевного сознания, он начинает осуществлять в повседневной жизни целенаправленную работу в этом направлении или оказывать деятельную помощь людям, полностью убеждённый в том, что он абсолютно ответственный человек; и действительно, в общем и целом, в ответственности ему не откажешь, особенно если сравнивать его с другими людьми. Тем не менее, тьма незаметно вкрадывается и в его жизнь тоже, так что в ней понемногу обнаруживаются сферы и направления, ясно указывающие на то, что полная победа над самим собой им ещё не достигнута.
Ученик поражён. Может ли такое быть, что он повстречал ещё не всех убийственных стражей Порога из своего прошлого? Разве он не уничтожил их всех, сначала возродив их к жизни, а затем лишив их силы путём отмены и устранения всех прежних решений, связывавших его по рукам и ногам и мешавших ему полностью приобщиться к Свету? Он удивлён. Разве он не заключил союз с Сатурном, его бывшим заклятым врагом, ставшим теперь его ближайшим другом, сподвижником и учителем? Что же в таком случае удерживает его, как белку, внутри этого великого невидимого колеса, из которого он хочет и никак не может вырваться?
Ответ придёт к нему лишь тогда, когда эта тьма до предела опустошит его и сокрушит его физическую крепость. Вот она, загвоздка — малая ментальная ответственность! Ответственность, всё ещё ждущая своей реализации. Ученик ошеломлён. Как? Разве он ещё не полностью ответственен за себя в ментальном плане?
Увы, нет. За ним ещё числится "небольшой должок" — малая ментальная ответственность, которая, действительно, настолько мала, что он её проглядел. Его пламенная устремлённость к цели настолько сильна, а его деятельное усердие и самозабвенность настолько велики, что он совершенно упустил из виду свой физический храм. Поглощённый своим горячим, деятельным усердием, он совершенно забыл об этом теле, которому тоже требуются отдых, тишина, покой и уединение, дабы поддерживать себя в состоянии готовности служить Всевышнему. Он же запустил это своё тело и бросил его на произвол судьбы, всецело сосредоточив все свои мысли и чувства на желании служить миру.

<< Предыдущая

стр. 7
(из 8 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>