<< Предыдущая

стр. 11
(из 50 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>

вательских программ прошлого ex post, которую нельзя при-
графии науки позволяет "предсказать задним числом" новые
равнивать к подаче современным ученым эвристических со-
исторические факты, то есть факты, неожиданные в свете су-
ветов оставить деградирующую НИП и присоединиться к
ществующих в настоящее время подходов историков науки.
прогрессивной. Он проповедует терпимость к подающим надеж-
В этом смысле "методология историографических исследова-
ды, перспективным НИП, которым пока еще не удалось пред-
тельских программ" может быть оправдана самой МНИП: она
сказать новых фактов, и отказывается осуждать ученых, со-
докажет свою "прогрессивность" тогда и только тогда, когда
храняющих верность деградирующим НИП, при условии, что
будет способствовать открытию новых исторических фактов
они честно признают, что их программа деградирует. Он до-
(Lakatos I., 1978, I, р. 131—136). Не попробуешь — не узнаешь:
бавляет, впрочем, что редакторы научных журналов, отказы-
нам остается самим увидеть, действительно ли история естест-
вающиеся публиковать статьи, написанные в рамках дегради-
венной или общественной науки становится продуктивнее, если
рующих НИП, и научные фонды, не желающие их финанси-
она выстроена не как устойчивый ряд улучшений парадигмы,
ровать, совершенно правы (Lakatos L, 1978,1, p. 117). Очевидно,
каждую пару сотен лет прерываемый кунианской научной ре-
такую позицию можно отнести к разновидности интеллек-
волюцией, а как последовательность сменяющих друг друга прог-
туальной шизофрении, особенно если не указаны временные \
рессивных исследовательских программ Лакатоша, обеспечива-
рамки, в пределах которых ученые, научные журналы и ис-
ющих рост эмпирической содержательности теорий.
следовательские фонды должны поступать подобным образом.
Разработанные Лакатошем концепции НИП и МНИП уже
Фейерабенд зло замечает: "Можно было бы многое сказать об
послужили источником вдохновения для целого ряда новых
абсурдности представления, согласно которому вор может во-
ровать сколько хочет, [а] полиция и простые люди хвалят его
как честного человека, поскольку он заявляет всем, что он —
12
Было бы вернее сказать, что данный совет являлся рационализацией
его истории теорем Эйлера, впервые опубликованной в 1964 г. Эта блестящая вор" (Feyerabend Р.К. 1976, р. 324п).
работа написана в форме платоновского диалога, где все обращения к исто-
Ясно, что попытку Лакатоша отделить оценку от рекомен-
рии математики даны в сносках. Она показывает, что такие давние математи-
даций, сохранить критическую методологию науки откровен-
ческие концепции, как "строгость", "элегантность" и "доказательство", дол-
гое время воспринимавшиеся как чисто логические, претерпели такое же но нормативной, но тем не менее способной послужить осно-
историческое развитие, как и соответствующие естественнонаучные концеп-
вой исследовательской программы в истории науки, следует
ции — "обоснованность", "простота", "дедуктивная необходимость" и т.п.

89
Глава 2 От Поппера - к новой неортодоксии

признать либо победой с жестокими потерями, либо пораже- Мнения о том, что именно может быть эффективно передано
нием, но поражением блестящим13. другим, могут различаться, но все согласны, что научные тео-
рии должны быть оцениваемы с помощью наблюдений, хотя
бы в принципе доступных каждому. Однако отсюда немед-
Методологический анархизм р\; ленно следует, что новые наблюдения будут приводить к из-
Фейерабенда менению этих оценок, то есть в оценку научных теорий зак-
радывается неизбежный эволюционный элемент. Таким обра-
Многие из содержащихся в работах Лакатоша тенденций к зом, попперовская атака на "генетическое заблуждение" —
смягчению "агрессивных" черт попперианства и расширению смешение исторических корней с эмпирической обоснован-
границ допустимого были подхвачены некоторыми другими ностью — заканчивается ничем.
современными критиками традиционного взгляда на теории, Еще один момент, постоянно присутствующий в новом
например, Хансоном, Поланьи и Тулмином, и получили еще взгляде на научные теории, — это идея, что все эмпирические
большее развитие у Пола Фейерабенда14. наблюдения неизбежно имеют теоретическую окраску и что
Все эти авторы отрицают позитивистское различение меж- даже обыкновенные ощущения, такие как зрение, осязание и
ду "контекстом открытия" и "контекстом обоснования" (см., слух, глубоко обусловлены изначальными концептуальными
в частности, Toulmin S., 1972, р. 478—484; Feyerabend P.K., представлениями; как пишет Хансон (Hanson N.P., 1965,
1975, chs. 5, 14). Конечно, они соглашаются с тем, что логичес- р. 7), для которого это действительно является idee fixe: "за
кое и эмпирическое обоснование теорий невозможно свести к зрением кроется гораздо больше, чем видит глаз"15. В этом от-
описанию их исторических корней, но решительно отказыва- ношении новый взгляд ближе к Попперу, который давно осоз-
ются отделять выносимые ex post оценки обоснованности тео- нал парадокс, когда мы требуем тщательной проверки теорий
рий от изучения их происхождения. Иначе говоря, все они сле- в терминах наблюдаемых на их основе предсказаний, но в то
дуют Куну и Лакатошу, отвергая попперовскую идею абсолют- же время признаем, что любые наблюдения на самом деле
ной, внеисторической философии науки тем решительнее, чем интерпретируются в свете теорий. Будучи далек от того, чтобы
чаще каждый из них подчеркивает неотъемлемо общественный не замечать очевидного противоречия, Поппер мудро отказал-
и несостязательный (cooperative) характер научного знания — ся определять, что он понимает под словом "наблюдаемые":
от других человеческих занятий науку концептуально отличает "Я думаю, что это нужно ввести как термин без определения,
возможность межличностной проверки, отражающаяся в по- который приобретет достаточно точный смысл по мере ис-
нятии о неограниченной воспроизводимости результатов. Даже пользования" (Popper К., 1959, р. 103; см. также р. 107п). Неко-
в книге Майкла Поланьи, уж казалось бы названной "Лично- торым этот совет всегда казался безнадежным: похоже, нам
стное знание", основные идеи о науке противоречат заглавию: ч
вручают одежду, которая впоследствии оказывается прозрач-
каким бы ни было научное знание, оно не является чисто лич-
ностным знанием, которое нельзя передать другим (Polanyi M., 15
Экономистам должны быть хорошо знакомы аргументы Хансона: они
1958, р. 21, 153, 164, 183, 292-294; см. также Ziman J., 1967, 1978).
приводятся в первой главе книги Самуэльсона "Экономика" (Samuelson P.A.,
1976, р. 10—12). Некоторые социологи науки (Collins H.M., 1985) продви-
гают концепцию фактов, нагруженных теорией, еще на шаг дальше. По-
13
Версию о поражении подтверждает доблестная, но неубедительная по- скольку экспериментирование требует серьезной квалификации, мы ни-
пытка переформулировать МНИП Лакатоша, предпринятая одним из его уче- когда не можем сказать, был ли второй эксперимент проведен достаточно
ников: см. Worrall J. (1976, р. 161—176). Обоснованную критику Лакатоша мож- хорошо для того, чтобы считаться повторением первого; для проверки ка-
но найти в работах: Berkson W. (1976 ) и Toulmin S. (1976). чества второго эксперимента требуются новые эксперименты — и т.д. Та-
14
Вместе с английскими и американскими критиками традиционного ким образом можно показать, что фактически лабораторные эксперимен-
взгляда должен быть упомянут Гастон Башляр — французский философ на- ты невоспроизводимы: каждый эксперимент уникален и, следовательно, с
уки, малоизвестный за пределами Франции. Комментарий к его творчеству вышеописанной точки зрения хваленая воспроизводимость научных резуль-
можно найти в работе: Bhaskar R. (1975). татов — не более, чем миф.

90 91
Глава 2 От Поппера — к новой неортодоксии

16
ной . Но те, кто прочно усвоил смысл тезиса Дюгема—Куай- тических систем становится затруднительным (если вообще
на и урок Лакатоша (любая проверка подразумевает трехсто- возможным), мы окажемся в положении, когда у нас не будет
роннюю "схватку" между фактами и по крайней мере двумя каких-либо оснований для рационального выбора между кон-
конкурирующими теориями), легко перенесут неизбежность фликтующими научными теориями. Именно такую позицию
теоретической окраски эмпирических наблюдений. теоретического анархизма и отстаивает с большим остроумием
Действительно, то, как мы видим факты, в большей или и красноречием Фейерабенд в своей книге "Против метода",
меньшей степени зависит от конкретных теорий, но сами фак- доходя до утверждения, что его позицию лучше описывает оп-
ты необязательно должны полностью зависеть от тех теорий, ределение "легкомысленный дадаизм", чем "серьезный анар-
в подтверждение которых они приводятся. В этом смысле фак- хизм" (Feyerabend P.K., 1975, р. 21, 189—196). Интеллектуаль-
ты делятся на три категории. Некоторые факты являются на- ное-развитие Фейерабенда как философа науки было метко
блюдаемыми событиями, и наблюдений так много или они охарактеризовано как "путешествие от ультрапопперианского
столь очевидны, что этого достаточно для признания соответ- Поппера к ультракунианскому Куну" (Bhaskar R., 1975, р. 39).
ствующих фактов убедительными. Наличие других фактов, та- В книге "Против метода" утверждается следующее. Во-пер-
ких как существование атомов и генов, мы лишь подразуме- вых, в научной методологии не существует таких канонов, ка-
ваем, поскольку они не вытекают из нашего непосредствен- кое бы доверие они ни внушали и как бы твердо ни были
ного опыта, но, тем не менее, и они считаются несомненными. основаны на эпистемологии, которые не нарушались бы без-
Наконец, есть факты, имеющие еще более гипотетическую наказанно в какой-то момент в истории науки; более того,
природу, свидетельства в пользу которых либо подозритель- некоторые из величайших ученых достигли успеха как раз по-
ны, либо подвержены многочисленным интерпретациям (на- тому, что намеренно нарушали все правила научной деятель-
пример, телепатия, полтергейст и НЛО); мир, безусловно, ности (Feyerabend P.K., 1975, р. 23; см. также ch. 9). Во-вторых,
полон таинственных "фактов", которые еще только ждут ра- тезис, согласно которому наука развивается по мере того как
ционального объяснения (см. Mitchell E.D., 1974). Одним сло- старые теории становятся частными случаями новых, более
вом, факты обладают по крайней мере некоторой независи- общих, — не более чем миф: фактически пересечение между
мостью от теорий хотя бы потому, что они могут быть истин- соперничающими научными теориями настолько мало, что
ны, несмотря на ложность конкретной теории; на нижнем даже развитый фальсификационизм не имеет какого-либо ос-
уровне факты могут согласовываться с несколькими теория- нования для рациональных оценок (р. 177—178). В-третьих,
ми, утверждения которых более высокого уровня вступают в научный прогресс, как бы мы его ни понимали и чем бы ни
конфликт друг с другом; и процесс изучения фактов всегда измеряли, в прошлом имел место лишь потому, что ученые
подразумевает сравнение теорий с большей или меньшей ве- никогда не были скованы никакой философией науки: послед-
роятностью ошибки. Как только мы признаем, что абсолютно няя является одной из тех "фальшивых дисциплин... которые
точное знание для нас недосягаемо, нет ничего неудобного в не имеют в своем послужном списке ни одного научного от-
том, что наше видение фактов о реальном мире имеет глубо- крытия", и "единственный принцип, не препятствующий про-
ко теоретическую природу. грессу, таков: возможно все" (р. 302, 323).
Однако, если мы соединим концепцию теоретически на- Наука, настаивает Фейерабенд, «гораздо более "неряшли-
груженных фактов с кунианским представлением о потере со- ва" и "иррациональна", чем ее методологический образ»; бо-
держания при переходе от одной теории (парадигмы или НИП) лее того, не существует демаркационного критерия, по кото-
к другой, в результате чего сравнение конкурирующих теоре- рому мы могли бы эффективно отличить ее от ненауки, идеоло-
гии или даже мифа (р. 179, 297). «Принцип "возможно все", —
объясняет Фейерабенд, — не означает полного отсутствия ка-
16
Наблюдательную, но логически несвязную, нигилистическую критику
ких бы то ни было рациональных методологических принципов,
Поппера в данном вопросе можно найти у одного из промарксистских авто-
он лишь означает, что если мы хотим иметь какие-то универ-
ров: Hindess В. (1977, ch. 6).

92 93
Глава 2 От Поппера — к новой неортодоксии

сальные методологические принципы, они неминуемо окажутся Назад к первым принципам
столь же пустыми и неопределенными, как в случае, когда
Какие выводы мы должны сделать из скептицизма, реля-
"возможно все"; "возможно все" не выражает какого-либо из
тивизма и волюнтаризма Фейерабенда, настолько экстремаль-
моих убеждений, это лишь краткое шутливое описание поло-
ных, что они успешно обесценивают не только его собствен-
жения, в котором находится рационалист» (Feyerabend P.К.,
ный анализ и рекомендации, но и сам предмет, к которому
1978, р. 188; см. также р. 127-128, 142-143, 186-188). Короче,
они предположительно относятся? Должны ли мы заключить
он выступает не против метода в науке как такового, а только
после веков, проведенных в философских размышлениях о
против методов, претендующих на общность или универсаль-
науке, что наука равносильна мифу и в ней, как во сне, доз-
ность, включая и собственный совет игнорировать методы
волено все? Если ответ положителен, астрология оказывается
("чтобы быть истинным дадаистом, необходимо одновремен-
не лучше и не хуже ядерной физики — в конце концов суще-
но быть и антидадаистом").
ствуют же какие-то свидетельства в пользу обоснованности ас-
Но не только методологии Фейерабенд стремится указать
трологических прогнозов относительно предрасположенности
ее место; главная мишень его скептических колкостей — реп-
индивида к определенному роду занятий в зависимости от рас-
рессивный характер самой науки, в особенности претензии на-
положения планет при его рождении18; ведьмы могут быть та-
учного истэблишмента на монопольное владение правильны-
кими же реальными, как и электроны — верили же в них наи-
ми методами поиска истины: государство и наука должны быть
более образованные люди на протяжении более двух сотен лет
отделены друг от друга, чтобы родители могли воспользовать-
(Trevor-Roper H.R., 1969); нас и в самом деле посещали сверх-
ся своим правом обучать детей в государственных школах ма-
люди из космоса, как говорит фон Деникен, используя древ-
гии, а не науке, если они этого хотят (Feyerabend P.K. 1975,
нюю уловку верификации без обращения к альтернативным
р. 299). Единственная окончательная, высшая ценность — это
разумным объяснениям; планета Венера была исторгнута Юпи-
свобода, а не наука. Как сказал один критик: "Для Фейерабен-
тером примерно в 1500 г. до н.э., чуть не столкнулась с Землей
да единственное, что достойно называться свободой, состоит
и встала на свою современную орбиту только около 800 г. до
в том, чтобы делать что хочешь и как хочешь" (Bhaskar R.,
н.э., как хотел бы убедить нас Иммануил Великовский, тем
1975, р. 42). В конечном счете книга Фейерабенда сводится к
замене философии науки философией "ста цветов"17. самым реабилитируя Библию как более или менее точное опи-
сание современных катастроф19; растения обладают эмоциями
и способны воспринимать послания от людей20; исцеление ве-
17
Впрочем, никакая критика книги Фейерабенда "Против метода" не
рой настолько же обоснованно, как и современная медицина,
может лишить ее вызывающего "шарма" в лучшем смысле этого слова: ее
а спиритизм снова в строю в качестве ответа атеизму.
автор весело высмеивает традиционные научные занятия, восхищается из-
гоями, включая марксистов, астрологов и свидетелей Иеговы, и смеется
над собой наравне с другими; воистину, трудно понять, не морочат ли вам
голову. Работа "Против метода" вызвала широкую волну обсуждения, и в 18
См. West J.A. and Toonder J.G. (1973, p. 158, 162-174). Кун, например,
своей новой книге Фейерабенд (Feyerabend P.К., 1978) в присущей ему утверждал, что астрология рождения (предсказание будущего отдельных лю-
манере отвечает на замечания критиков вдвое более длинными реплика- дей), в отличие от мунданной астрологии (предсказания будущего народов и
ми, обвиняя их в непонимании, неверной интерпретации, прямом искаже- рас), в соответствии с критерием демаркации Поппера должна быть признана
нии смысла, уходе от проблем и, что самое обидное, — в отсутствии чувства истинной, хотя и опровергнутой, наукой (Kuhn T.S., 1970b, p. 7—10). См. так-
юмора. Он уверяет нас, что существуют методы, отличные от тех, которые же Eysenck H.J. (1979).
сейчас предпочитают ученые, и что эти методы также способны обеспечить "Аргументы Великовского были бы правдоподобнее, если бы он отодви-
рациональность научной процедуры, но сам их так и не называет; приводи- нул их в прошлое примерно на миллион лет. Его концепция — великолепный
мые им контрпримеры по большей части состоят из анекдотов о собствен- пример того, как теория буквально ощетинивается предсказаниями ad hoc; к
ных успешных опытах с нетрадиционной медициной. В более поздней книге тому же он угадывает так же часто, как и промахивается (Goldsmith D., 1977).
(Feyerabend P.K., 1988) он продолжает защищать астрологию и даже чер- 20
Эта гипотеза основывается не на теории, а лишь на нескольких наводя-
ную магию как примеры радикального плюрализма в интеллектуальных щих на размышления результатах экспериментов и, конечно же, на глубокой
устремлениях людей. психологической привлекательности (см. Tompkins P. and Bird С, 1973).

94 95
Глава 2
От Поппера — к новой неортодоксии

Если мы намерены сопротивляться подобным радикаль- мической методологии, мы должны поднять знаменитый в
ным выводам, давайте уясним себе, что наша оппозиция не философии общественных наук вопрос: существует ли еди-
может быть основана на предположительно твердом фунда- ный метод, применимый во всех науках независимо от их
менте эпистемологии. Точно так же она не может полагаться предмета, или общественная наука должна использовать осо-
и на практику, как любят говорить ленинисты, то есть на бую логику исследования, присущую только ей? Многие
практический опыт социальных групп, действующих на ос- представители общественных наук обращаются к философии
нове определенных идей; практикой можно обосновать анти- науки за советом, как лучше подражать физике, химии и
коммунизм Маккарти и антисемитизм Протоколов сионских биологии, но есть и такие ученые, которые убеждены, что
мудрецов так же легко, как веру в существование троцкист- обществоведы обладают интуитивным пониманием собствен-
ского заговора на московских судебных процессах, которая ного предмета, которого лишены, например, физики. Даже
была просто причудливым названием мнения большинства21. те философы науки, которые твердо настаивают на том, что
Единственный ответ, который мы можем дать философии все науки должны следовать единой методологии, ^шогда
"возможно все", — необходимо соблюдать дисциплину, ос- задают специальные, требования, которым должно удовлет-
нованную на идеалах науки. Наука, при всех своих недостат- ворять обоснованное объяснение в общественных науках. Так,
ках, на сегодня является единственной рефлексивной и са- Поппер в "Нищете историцизма" сначала провозглашает
мокорректирующейся из разработанных человечеством идео- доктрину методологического монизма — "все теоретические
логических систем; несмотря на интеллектуальную инерцию, или обобщающие науки должны пользоваться одинаковым
встроенный консерватизм и сплочение рядов в попытке по- методом, будь они естественными или общественными", а
давить распространение ереси, научное сообщество остается затем предписывает общественным наукам опираться на прин-
верным идеалу интеллектуальной состязательности, в кото- цип методологического индивидуализма — "задача социаль-
рой единственным разрешенным оружием являются факты и ной теории заключаются в том, чтобы построить и внима-
аргументы. Отдельно взятые ученые иногда не соответствуют тельно анализировать наши социологические модели с дес-
этим идеалам, но научное сообщество в целом являет собой криптивной или номиналистской точки зрения, то есть с точки
образцовый пример открытого общества. зрения индивидов, их взглядов, ожиданий, взаимоотношений
и т.д." (Popper К., 1957, р. 130, 136). Все это, по меньшей
мере, сбивает с толку новичка.
Аргументы в пользу
Давайте вначале разберем аргументы доктрины единства
' методологического монизма
наук, которую мы называем "методологическим монизмом".
Никто не станет спорить, что общественные науки часто пользу- \
До сих пор, говоря о науке, мы почти не касались обще-
ются методами исследования, отличными от тех, что распро-
ственных наук и тем более — экономики. Однако теперь,
странены в естественных науках, — например, методом вклю-
чтобы завершить фундамент начатого нами анализа эконо-
ченного наблюдения в антропологии, методом массовых опро-
сов в социологии и многомерного статистического анализа в

<< Предыдущая

стр. 11
(из 50 стр.)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Следующая >>